АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г. Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

13 июля 2020 года

Дело №

А55-9343/2019

Резолютивная часть решения объявлена 07 июля 2020 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Гордеевой С.Д.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шестало С.С.

рассмотрев в судебном заседании 07 июля 2020 года дело по иску

Акционерного общества «Сызранский нефтеперерабатывающий завод»

к Акционерному обществу «Химмаш-Сервис»

о взыскании неустойки в размере 326 135 руб. 83 коп.

при участии в заседании представителей:

от истца – ФИО1

от ответчика – не явился, извещен

Установил:

Акционерное общество «Сызранский нефтеперерабатывающий завод» (истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском (с учетом уточнений исковых требований от 03.07.2020, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к Акционерному обществу «Химмаш-Сервис» (ответчик) о взыскании неустойки в размере 326 135 руб. 83 коп.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал с учетом уточнений от 03.07.2020.

Ответчик явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, в представленном на исковое заявление отзыве (с учетом дополнений от 06.07.2020) возражал относительно удовлетворения исковых требований в полном объеме, ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности, а также на завышенный размер неустойки, в связи с чем ходатайствовал о ее уменьшении в порядке, установленным статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ). Кроме того, АО «Химмаш-Сервис» указало, что оно не является надлежащим ответчиком.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения представителя истца, суд пришел к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению полностью.

Как следует из материалов дела, между АО «СНПЗ» (покупатель) и ЗАО «Химмаш-сервис» (поставщик) 19.06.2015 заключен договор поставки N 3301415/0606Д (далее - договор), согласно условиям которого поставщик обязался передать в собственность покупателя товар по номенклатуре, качеству, в количестве, по цене и срокам поставки согласно условиям договора и приложений к нему, а покупатель - принять и оплатить товар.

Согласно приложению № 2 к договору поставщик обязался в срок 90 дней с даты заключения договора, т.е. до 07.10.2015 поставить секции Т-15, Т-17 в количестве 12 штук (далее - товар), общей стоимостью 24 456 000.00 рублей.

Обязанности по поставке товара в установленные сроки поставщиком не исполнены. Поставка товара произведена в несколько этапов:

- 28.10.2015 по товарной накладной № 60 от 27.10.2015 на сумму 6 113 999,99 руб.. с просрочкой 20 дней;

- 13.11.2015 по товарной накладной № 64 от 12.11.2015 на сумму 8 151 999.98 руб.. с просрочкой 36 дней;

- 18.11.2015 по товарной накладной № 66 от 17.11.2015 на сумму 2 038 000,00 руб., с просрочкой 41 день;

- 01.02.2016 по товарной накладной № 02 от 28.01.2016 на сумму 8 151 999,98 руб.. с просрочкой 116 дней.

В соответствии с пунктом 8.1. договора в случае нарушения сроков поставки товара поставщик уплачивает покупателю неустойку (пеню) в размере 0.3% от стоимости не поставленного в срок товара за каждый день просрочки, но не более чем 30% от стоимости не поставленного в срок товара.

Поскольку ответчиком нарушены условия договора в части своевременной поставки товара, истцом с учетом уточнений исковых требований от 03.07.2020 рассчитана неустойка в размере 326 135 руб. 83 коп. за период с 07.10.2015 по 01.02.2016.

Пунктом 11.1 договора установлен претензионный порядок рассмотрения споров.

В адрес ответчика истцом направлена письменная претензия от 29.02.2016 № 15/42, содержащая требование об уплате неустойки за нарушение срока поставки товара.

Письмом № 736/03-05 от 23.03.2016 ответчик, не оспаривая факт нарушения договорных сроков поставки товара, просил истца уменьшить подлежащую к выплате сумму неустойки.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым иском.

Статьей 330 ГК РФ предусмотрено, что неустойкой (пеней, штрафом) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств.

В обоснование возражений на иск (с учетом дополнений от 06.07.2020) ответчик ссылается на пропуск Акционерным обществом «Сызранский нефтеперерабатывающий завод» срока исковой давности, установленного ст. 196 ГК РФ. Ответчик считает, что АО «СНПЗ» узнало о нарушении своего права - невыплата неустойки за просрочку поставки товара в окончательной сумме и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права 28.10.2015 по товарной накладной № 60, 13.11.2015 по товарной накладной № 64, 17.11.2015 по товарной накладной № 66, 01.02.2016 по товарной накладной № 2 и с указанных моментов размер неустойки не увеличивался в связи с окончанием исполнения обязательства по поставке товара и прекращением увеличения количества дней просрочки поставки товара.

Свои возражения на иск ответчик мотивировал ссылкой на ст. 202 ГК РФ и п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Так, ответчик указал, что пунктом 11.1. договора поставки срок ответа на претензию предусмотрен в количестве 20 дней, то есть срок исковой давности по требованию о выплате неустойки за просрочку поставки товара по товарной накладной № 60 28.10.2015, по товарной накладной № 64 13.11.2015, по товарной накладной № 66 17.11.2015, по товарной накладной № 2 01.02.2016 увеличивается на 20 дней и его исчисление по вышеуказанным накладным начинается соответственно с 17.11.2015, 03.12.2015, 07.12.2015, 21.02.2016, соответственно сроки исковой давности истекли 17.11.2018, 03.12.2018, 07.12.2018, 21.02.2019. В этой связи, ответчик счел, что на момент составления искового заявления АО «СНПЗ» 29.03.2019 истекли трехгодичные сроки давности для защиты права истца АО «СНПЗ» на требование уплаты неустойки ответчиком ЗАО «Химмаш-Сервис».

Однако факт нарушения договорных обязательств в части своевременной поставки ответчиком не оспаривается.

Кроме того в ранее приобщенном к материалам дела отзыве на исковое заявление ответчик ходатайствовал об уменьшении размера неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ.

Исследовав и оценив в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) доводы лиц, участвующих в деле и представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьями 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Так, материалами дела установлено, что с учетом положений пункта 11.1. договора поставки моментом, когда истцу стало известно о нарушении его права, являются следующие периоды: 28.10.2015 по товарной накладной № 60, 13.11.2015 по товарной накладной № 64, 17.11.2015 по товарной накладной № 66, 01.02.2016 по товарной накладной № 2 соответственно.

Указанное обстоятельство истцом не оспаривается.

Однако представленные в материалы дела доказательства явствуют о прерывании срока исковой давности по следующим основаниям.

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 постановления Пленума N 43).

В обоснование исковых требований истцом представлено письмо Закрытого акционерного общества «Химмаш-Сервис» исх. № 736/03-05 от 23.03.2016, подписанного генеральным директором ФИО2 (т.1, л.д. 49-50), в котором ответчик не оспаривая факт нарушения договорных сроков поставки товара, просил истца уменьшить подлежащую к выплате сумму неустойки. Какие-либо возражения к расчету, приведенного истцом в  претензии от 29.02.2016 исх. № 15/42, ответчиком в письме исх. № 736/03-05 от 23.03.2016 не обозначены.

Из содержания данного письма исх. № 736/03-05 от 23.03.2016 следует, что ответчик согласился с нарушением обязательств по договору поставки от 19.06.2015 N 3301415/0606Д, мотивировав свои объяснения нарушением обязательств со стороны своих контрагентов.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Претензия истца от 29.02.2016 исх. № 15/42 однозначно признана ответчиком. Данный документ имеет ссылку на заключенный между сторонами договор поставки от 19.06.2015 N 3301415/0606Д и содержит первоначально представленный истцом расчет неустойки и ссылки на претензию истца, в которой изложено соответствующее материально-правовое требование.

Вопреки утверждениям ответчика, ответ на указанную претензию (письмо № 736/03-05 от 23.03.2016) исходя из буквального толкования содержания письма (ст. 431 ГК РФ), напротив, явствует о признании за ответчиком образовавшейся задолженности и уменьшении ее размера с учетом однократной ставки рефинансирования ЦБ РФ.

Каких-либо иных доказательств, содержащих возражения по данному расчету, либо иное несогласие с предъявленными требованиями, ответчиком не представлено.

Подлинность ответа на претензию № 736/03-05 от 23.03.2016 ответчиком не оспорена.

В силу части 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

На основании изложенного, суд считает, что срок исковой давности в рассматриваемом случае, истцом не пропущен.

По существу возражения ответчика сводятся лишь к доводам о пропуске истцом сроков исковой давности. Иных обоснованных и документально подтвержденных доводов ответчиком не приведено.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Довод АО «Химмаш-Сервис» о том, что он не является ненадлежащим ответчиком судом отклоняется как несостоятельный, поскольку смена организационно-правовой формы общества, в том числе изменение наименования общества не влечет за собой каких-либо изменении прав и обязанностей по отношению к своим контрагентам и не требует необходимости изменения и уточнения всех реквизитов.

Напротив, в силу ч. 1 ст. 124 АПК РФ обязанность сообщить арбитражному суду об изменении своего наименования лежит на лицах, участвующих в деле.

При таких обстоятельствах, суду достаточно заменить название ответчика, без замены ненадлежащего ответчика, так как изменение наименования ответчика в данном случае не связано с его реорганизацией.

Во исполнение требований ч. 4 ст. 124 АПК РФ в протоколе судебного заседания от 07.07.2020 по делу № А55-9343/2019 указано, что ответчик в связи с переименованием в дальнейшим именуется как Акционерное общество «Химмаш-Сервис».

Оценка требований и возражений сторон осуществлена судом с учетом положений ст. ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности сторон, согласно которому риск наступления последствий не совершения соответствующих  процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о применении положений статьи 333 ГК РФ о снижении неустойки со ссылкой на ее чрезмерность.

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении неустойки, суд отказывает в его удовлетворении, руководствуясь при этом следующим.

Как разъяснено в пункте 71 Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 года N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее Пленум ВС РФ N 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 69 Пленума ВС РФ N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая неуплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Установление явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств находится в компетенции суда. Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекают из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах). В связи с этим Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что применение пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации N 263-О от 21.12.2000 года, N 293-О от 14.10.2004 года).

Пунктом 75 Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 7 разъясняется, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Аналогичная правовая позиция указана и в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 81 от 22.12.2011 года.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 77 Пленума ВС РФ N 7, снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства, и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Между тем, согласно вышеуказанным обстоятельствам, судом не установлено наличие экстраординарных обстоятельств, позволяющих снизить размер неустойки в соответствии с пунктом 77 Пленума ВС РФ N 7 и абзацем третьим пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 81 от 22.12.2011 года.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора.

Однако возражение должника об обоснованности начисления неустойки, равно как и ее размера, само по себе не является предусмотренным статьей 333 Гражданского кодекса заявлением об уменьшении неустойки.

В каждом конкретном случае при уменьшении неустойки необходимо оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, недопустимым является уменьшение неустойки при неисполнении должником бремени доказывания несоразмерности, представления соответствующих доказательств, в отсутствие должного обоснования и наличия на то оснований.

Иной подход позволяет недобросовестному должнику, нарушившему условия согласованных с контрагентом обязательств, в том числе об избранных ими мерах ответственности и способах урегулирования спора, извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Принимая во внимание, что на дату принятия решения истцом произведен расчет неустойки исходя из однократной ставки рефинансирования ЦБ РФ, что согласно расчету составляет 326 135 руб. 83 коп., на соразмерность которой указано ответчиком в ответе на претензию № 736/03-05 от 23.03.2016, суд не усматривает оснований для снижения размера взыскиваемой суммы неустойки, начисленной истцом в полном соответствии с положениями п. 8.1 договора поставки.

Суд также учитывает длительность просрочки, допущенной ответчиком.

Расчет неустойки, представленный истцом в материалы дела вместе с уточнениями исковых требований от 03.07.2020, судом проверен и признан обоснованным и верным.

Контррасчет неустойки ответчиком не представлен.

Таким образом, исковые требования в размере 326 135 руб. 83 коп. подлежат удовлетворению.

Выводы суда согласуются со сложившейся в арбитражных судах правоприменительной практикой (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.12.2019 N 307-ЭС19-14101 по делу N А56-64034/2018).

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика.

Излишне уплаченная государственная пошлина на основании пункта 1 части 1 статьи 330.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату истцу из федерального бюджета с учетом уменьшения размера исковых требований.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить полностью.

Взыскать с Акционерного общества «Химмаш-Сервис» в пользу Акционерного общества «Сызранский нефтеперерабатывающий завод» неустойку в размере 326 135 руб. 83 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 523 рубля.

Вернуть Акционерному обществу «Сызранский нефтеперерабатывающий завод» из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в размере 33 195 рублей.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара в течение месяца со дня его принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/

С.Д. Гордеева