165/2023-9335(1) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

08 февраля 2023 года Дело № А56-46219/2018  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,  

при участии от конкурсного управляющего ФИО1 представителя  ФИО2 (доверенность от 08.11.2022), от общества с ограниченной  ответственностью «РВД» ФИО3 (доверенность от 10.03.2022), от  ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 20.08.2021),  

рассмотрев 01.02.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «РВЛ» ФИО1 на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 18.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного  суда от 13.09.2022 по делу № А56-46219/2018/суб.1,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 22.05.2018 принято к производству заявление  кредитора о признании общества с ограниченной ответственностью (далее –  ООО) «РВЛ», адрес: 195112, Санкт-Петербург, Малоохтинский пр., д. 64, лит. В,  оф. 27Н, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество),  несостоятельным (банкротом).  

Определением от 13.08.2018 в отношении Общества введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6.  

Решением от 17.01.2019 должник признан банкротом, открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6  

В арбитражный суд 11.10.2021 поступило заявление конкурсного  управляющего ФИО1 о привлечении лиц, контролирующих  деятельность должника, а именно: ФИО7, ООО «РВД»,  ФИО8 и ФИО4 к  субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, а также о  взыскании с них в конкурсную массу должника в порядке привлечения к  субсидиарной ответственности денежных средств в размере 363 386 396,14 руб.  К участию обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  финансовый управляющий ФИО7 – ФИО9 и конкурсный управляющий ООО «РВД» – ФИО10.  

Определением от 18.03.2022, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.09.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1,  

ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а  также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела,  просит отменить определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда и направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

Податель кассационной жалобы указывает, что действия бывшего  генерального директора должника ФИО8 по заключению договоров  поручительства в условиях недостаточности имущества, заведомо  неисполнимых и убыточных, по сути кабальных, являются недобросовестными и  неразумными, так как привели к невозможности погашения требований  кредиторов, что привело к существенному нарушению их прав. Податель  жалобы ссылается на осведомленность единственного участника должника  ФИО7 о сделках поручительства, являющихся крупными сделками. По  мнению подателя жалобы, ООО «РВД» является по отношению к должнику  аффилированным лицом. Податель жалобы считает, что судами не были  применены подлежащие применению положения статьи 10, пунктов 3 и 4 статьи  61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и разъяснения, содержащиеся в  постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление   № 53).  

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ООО «РВД»  просит оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их  обоснованными и законными.  

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего  должником ФИО1 поддержала доводы, приведенные в кассационной  жалобе, а представители ООО «РВД» и ФИО4 возражали против ее  удовлетворения.  

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в  судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК  РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном  порядке.  

Как следует из материалов дела, ФИО7, являлся единственным  участником Общества (доля в уставном капитале - 100%), а также  единственным участником ООО «РВД»; ФИО8 являлся генеральным  директором должника в период с 10.08.2015 по 13.10.2017, ФИО4, с  09.01.2018 являлась главным бухгалтером Общества.  

Ссылаясь на то, что действия названных ответчиков привели к ухудшению  финансового положения должника, нарушению прав кредиторов и  невозможности удовлетворения требований, включенных в реестр, конкурсный  управляющий должником ФИО1 обратилась в суд с настоящим  заявлением.  

Применительно к ФИО7 заявитель указала на то, что этот ответчик,  как участник должника, одобрил сделки (в том числе по поручительству) на  невыгодных условиях, а к ФИО4 - на совершение ей сделки по  премированию - приобретению транспортного средства за счет должника,  оспоренной в рамках дела о банкротстве.  

В отношении ответчика ООО «РВД» конкурсный управляющий указала, что  

названное лицо являлось выгодоприобретателем в результате деятельности  должника, было инициатором банкротства Общества.  

Также, указывая на наличие условий для привлечения ООО «РВД» к  ответственности, податель жалобы сослалась на судебный акт Арбитражного  суда Северо-Западного округа от 08.10.2019, в котором указано на  недобросовестную цель ООО «РВД».  

Применительно к директору должника - ФИО8 управляющий  сослалась на то, что данный ответчик заключил договоры поручительства,  требования по которым впоследствии были включены в реестр требований  кредиторов должника, при этом договоры были заключены в условиях  неплатежеспособности Общества и отсутствия экономической  целесообразности.  

Также в обоснование заявленных требований к ФИО8 конкурсный  управляющий указала, что данный ответчик, исполнявший обязанности  руководителя должника в период с 10.08.2015 по 13.10.2017, имел возможность  выявить признаки несостоятельности должника и своевременно обратиться в  арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее  01.02.2016 - указанная дата определена конкурсным управляющим исходя из  данных финансового анализа Общества, проведенного в рамках процедуры  наблюдения, согласно которому, по состоянию на 01.01.2015 собственные  средства предприятия составили 37,1% от всех пассивов, а на конец периода -  на 01.01.2018 показатель снизился до своего отрицательного значения - минус  0,8% - за счет колоссального увеличения убытка - в размере 8 654 тыс. руб. -  при неизменении уставного капитала.  

Суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии оснований для  удовлетворения заявленных требований.  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив  правильность применения судами норм материального и процессуального  права, пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела  о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным данным Кодексом с особенностями,  установленными Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную  ответственность по обязательствам должника.  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не  предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях названного  Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за  три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также  после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим  Обществом в материалы дела не представлено доказательств того, что  бухгалтер должника ФИО4 и ООО «РВД» являлись лицами,  обладающими правами определять действия должника.  

Суды первой и апелляционной инстанций правомерно указали, что  

заявление о банкротстве должника, инициированное аффилированным  кредитором - ООО «РВД», не подтверждает статус последнего как  контролирующего ООО «РВЛ» лица; также не свидетельствует о наличии у  ООО «РВД» признаков контролирующего лица и его вхождение с должником в  одну группу компаний и выступление должника в качестве поручителя  ООО «РВД» перед банковскими организациями.  

Относительно ответчика ФИО4, судами учтено, что определением  арбитражного суда от 10.02.2021 был признан недействительным приказ  Общества от 31.05.2018 о премировании бухгалтера ФИО4 в размере  2 900 000 руб.; применены последствия недействительности сделки в виде  взыскания с ФИО4 в пользу Общества указанной суммы.  

В этой связи суды правомерно исходили из того, что заявителем не  доказано, что в результате совершения этой сделки должник был доведен до  банкротства, при том, что неблагоприятные последствия этой сделки  компенсированы путем применения последствий ее недействительности, то  есть факт взыскания с ФИО4 денежных средств в данном случае  формирует актив в виде дебиторской задолженности и подлежит взысканию в  установленном порядке.  

С учетом изложенного суд округа считает правомерными и обоснованными  выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии доказательств  для привлечения ООО «РВД» и ФИО4 к субсидиарной ответственности  по основаниям, указанным конкурсный управляющий Обществом.  

Между тем суд кассационной инстанции не может согласиться с выводами  судов, относительно отказа в привлечении к субсидиарной ответственности  учредителя Общества ФИО7 и генерального директора должника  ФИО8  

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе  принципов отделения их активов от активов участников, имущественной  обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной  правосубъектности (пункт 1 статьи 48, пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87  Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).  

Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у  участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического  лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых  решений и по общему правилу исключает возможность привлечения  упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам  юридического лица перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации)  вытекает запрет на использование его правовой формы для причинения вреда  независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК  РФ), на что обращено внимание в пункте 1 Постановления № 53.  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к  ответственности перед кредитором данного юридического лица, если  неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована  волеизъявлением контролирующих лиц, поведение которых не отвечало  критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или  иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению  предпринимательской деятельности (статья 1064 ГК РФ, статья 61.11 Закона о  банкротстве, пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью).  

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к  

субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения  требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением  причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков  свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал  недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные,  рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.  

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным  погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов  посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых  предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства,  и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для  удовлетворения иска.  

Из материалов дела следует, что ФИО7 являлся единственным  участником как Общества, так и кредитора-заявителя – ООО «РВД», в  отношении которого также проводятся процедуры банкротства.  

Как указала конкурный управляющий Обществом, в реестр требований  кредиторов должника включены требования банков по сделкам поручительства,  которым были обеспечены кредитные обязательства ООО «РВД». Так же в  реестр требований кредиторов включена задолженность Общества перед ООО  «РВД» по договорам аренды.  

Доводы конкурсного управляющего должником о том, что ФИО7  являлся лицом, контролировавшим и координировавшим деятельность  Общества и кредитора-заявителя; лицом, которое давало обязательные для  исполнения должником указания, определяя условия и согласовывая действия  должника, в том числе по совершению таких сделок, как договоры  поручительства по кредитным обязательствам ООО «РВД» (крупные сделки) и  арендным отношениям с этим же юридическим лицом, подтверждены  материалами дела и не опровергнуты ответчиком.  

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ФИО7 не представлено  доказательств, что полное погашение требований кредиторов Общества  невозможно вследствие объективных обстоятельств.  

Кроме того, законодательством о банкротстве, действительно,  предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических  (теневых), так и действительных исполнительных органов должника, а также и  номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Суды первой и апелляционной инстанций, отказав в привлечении к  субсидиарной ответственности бывшего директора должника ФИО8, не  установили, что явилось причиной банкротства Общества и когда у должника  возникли признаки банкротства.  

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротства,  пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований  кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, если существенный вред имущественным  правам кредиторов причинен в результате совершения этим лицом или в пользу  этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника  (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные  в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.  

Поскольку в реестр требований кредиторов Общества включены банки по  договорам поручительства и ООО «РВД» по договорам аренды, заключенным  от имени Общества генеральным директором ФИО8, именно на нем  лежит обязанность опровергнуть презумпцию доведения Общества до  

банкротства заключением названным сделок, а также и тех сделок, которые  были оспорены конкурсным управляющим и признаны судом  недействительными в рамках дела о банкротстве Общества.  

При этом конкурсный управляющий ссылался на проведенный в рамках  банкротства Общества анализ финансовой деятельности и выявление на  01.01.2016 признаков банкротства.  

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей  на 01.01.2016, положение которой содержатся в настоящее время в пункт 1  статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой  субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным  законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о  подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого  решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций не  установлена дата возникновения признаков банкротства Общества и причины  его банкротства, суд кассационной инстанции считает, что судами не  установлены все существенные обстоятельства и неправильно применены  положения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в отношении требований о  привлечении к субсидиарной ответственности участника должника  ФИО7 и бывшего генерального директора ФИО8  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 18.03.2022 и постановление Тринадцатого  арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 по делу № А5646219/2018/суб.1 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности  ФИО7 и ФИО8 по  обязательствам общества с ограниченной ответственностью «РВЛ» отменить.  

Дело в отмененной части направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.  

В остальной части определение от 18.03.2022 и постановление от  13.09.2022 по настоящему делу оставить без изменения, а кассационную  жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «РВЛ» ФИО1 – без  удовлетворения.  

Председательствующий Е.Н. Бычкова  

Судьи В.В. Мирошниченко  

 А.В. Яковец