﻿ 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-21453/2015к36

г. Красноярск

02 ноября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «28» октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен          «02» октября 2021 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хабибулиной Ю.В.,

судей: Морозовой Н.А., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания Таракановой О.М.,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк»: Чувановой Г.В., представителя по доверенности от 18.01.2021,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк»

на определение Арбитражного суда Красноярского края от 23 августа 2021 года по делу № А33-21453/2015к36,

установил:

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Сиблес» (ОГРН 1042401792069, ИНН 24600063758, далее - должник) банкротом поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк» (далее – ООО «Унифондбанк», заявитель) о привлечении Слинкиной Елены Николаевны, Куренкова Сергея Владимировича и Цеханович Александра Валентиновича к субсидиарной ответственности и взыскании с них денежных средств в размере                158 036 641 рубля 12 копеек. 

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 23.08.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «Унифондбанк» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. 

В апелляционной жалобе ООО «Унифондбанк» указывает на то, что согласно финансовому анализу должника и заключению о признаках фиктивного/преднамеренного банкротства, признаки неплатежеспособности и существенное ухудшение финансовых показателей возникли с января 2013 года.  Именно с этого времени у контролирующих лиц должника возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28.10.2021.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 20.09.2021, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 21.09.2021 13:53:07 МСК.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании до начала исследования доказательств, судом апелляционной инстанции установлено, что  в материалы дела от Куренкова Сергея Владимировича поступил отзыв на апелляционную жалобу.  Несмотря на указание в приложении к отзыву, на наличии квитанций об отправления указанного отзыва в адрес иных лиц, участвующих в деле, указанные квитанции к отзыву не приложены.

Представитель ООО «Унифондбанк» пояснил, что указанный  отзыв не получал.

Суд апелляционной инстанции определил не приобщать к материалам дела указанный отзыв на апелляционную жалобу, поскольку указанный отзыв не был направлен лицам, участвующим в деле, не представлено доказательств направления отзыва другим лицам, участвующим в деле. Фактически отзыв не подлежит возвращению, поскольку поступил в суд апелляционной инстанции в электронном виде.

Представитель общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк» поддержал требования апелляционной жалобы. 

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лица, участвующего в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Суд первой инстанции верно определил, что к спорным отношениям применимы нормы материального права, регламентированные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ в период, выпадающий на действие указанного закона. Статья 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ о субсидиарной ответственности контролирующих лиц, вступила в силу 30.06.2013, следовательно, к неправомерным действиям, выпадающим после указанной даты применимы нормы материального права, регламентированные данным Законом о банкротстве.

При этом, действующие положения главы III.2 Закона о банкротстве применимы в отношении спорных правоотношений только в части процессуальных норм, поскольку в силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела (далее - рассмотрение дела), совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об общества с ограниченной ответственностью) установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, а также заявление о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Предметом рассмотрения по настоящему делу является требование общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк» о привлечении в солидарном порядке учредителей Слинкиной Елены Николаевны, Куренкова Сергея Владимировича и руководителя Цехановича Александра Валентиновича к субсидиарной ответственности на основании пунктов 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств, обязанности по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; если уполномоченным органом должника принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; если обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества и в иных предусмотренных названным Законом случаях.

Пункт 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривает субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона, за неподачу заявления должника в арбитражный суд лицами, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию соответствующего решения и подаче такого заявления. Субсидиарная ответственность наступает не по всем обязательствам должника, а лишь в отношении обязательств, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в статье 10 Закона о банкротстве, а в рассматриваемом случае - руководителя должника, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда следующих условий: возникновения одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве и установление даты возникновения данного обстоятельства; неподачи соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

Ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности руководителя по обязательствам должника при банкротстве последнего и соотносится с обязанностью, установленной статьей 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов, как самого юридического лица (должника), так и его контрагентов и направлена на исключение ситуации по наращиванию не исполненных обязательств, увеличению кредиторской задолженности, возникшей в связи с невозможностью продолжения дальнейшей деятельности юридического лица.

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Рассмотрев заявленные требования о привлечении руководителя Цехановича А.В., а также учредителей Куренкова С.В. и Слинкиной Е.Н. к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии  правовых оснований для их удовлетворения на основании следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 15.07.2005 до даты признания должника банкротом, руководителем ООО «Сиблес» являлся Цеханович А.В. Учредителями ООО «Сиблес» являются Куренков С.В. с долей 50% (с 13.04.2009) и Слинкина Е.Н. с долей 50% (с 25.02.2005).

Из смысла пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве субъектом, на которого возлагается ответственность в соответствии с указанными нормами, является руководитель должника. Положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве не установлена обязанность учредителя и собственника имущества должника при наличии руководителя, обращаться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Таким образом, при наличии предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве случаев, обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника возлагается на руководителя, обязанность же самого учредителя (участника) должника обратиться в арбитражный суд с таким заявлением названной статьей, а также иными нормами не предусмотрена.

К спорным отношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ. При этом данные редакции не предусматривали ни права, ни обязанности органа управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника, обращаться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Положения статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в 2013 году.) не возлагали обязанность по подаче заявления в арбитражный суд на учредителей должника, в связи с чем, учредители не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неисполнение такой обязанности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. С учетом изложенного основания для привлечения учредителей Куренкова С.В. и Слинкиной Е.Н. по заявленному основанию отсутствуют.

Согласно пункту 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее, чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, ООО «Унифондбанк» указывает, что существенное ухудшение финансовых показателей у должника возникло в 2013 году в результате заключения должником необоснованных сделок на общую сумму 388 000 000 рублей. Какое-либо правовое значение названных сделок для рассмотрения настоящего обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сиблес» и определения даты объективного банкротства ООО «Унифондбанк» не обосновывает.

Наличие у должника иной задолженности перед контрагентами, не имеет правового значения при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве,на основании следующего.

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) указано, что неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Ошибочно отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Как указал Верховный суд Российской Федерации в Определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, недостаточно.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 3 и пункта 1 статьи 13 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерской (финансовой) отчетностью является информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, систематизированная в соответствии с требованиями, установленными Законом о бухгалтерском учете, которая должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Вместе с тем, снижение чистых активов юридического лица не является безусловным основанием полагать, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, поскольку структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П также указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Из пункта 2 раздела I «Практика применения положений законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 следует, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ и товариществ, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, ООО «Унифондбанк» бухгалтерскую отчетность ООО «Сиблес», из которой возможно установить финансовые показатели активов и пассивов должника, не представило.

При этом, как верно было отмечено судом первой инстанции, из вступившего в законную силу определения Арбитражного суда Красноярского края от 09.07.2021 по делу №А33-21453/2015 следует, что по результатам инвентаризации в конкурсную массу должника включено имущество общей стоимостью 1 304 002 401 рубль, в том числе: 1 075 248 рублей 43 копейки – основные средства (транспортные средства), 1 302 914 074 рублей – дебиторская задолженность. В соответствии с отчетом об оценке №6812 от 20.07.2018 рыночная стоимость имущества (транспортные средства, оборудование) составляет 60 766 914 рублей. Первые и повторные торги по реализации имущества не состоялись. По результатам торгов в форме публичного предложения, реализовано имущество под лотами №№3, 14-19 на общую сумму 12 013 451 рубль 02 копейки. По лотам №№16,17,19, договоры купли-продажи находятся на стадии подписания. Денежные средства поступили не в полном объеме. В настоящее время проводится взыскание дебиторской задолженности на общую сумму 1 303 935 564 рубля 50 копеек. В результате предъявления требования к третьим лицам о взыскании дебиторской задолженности, от дебиторов в конкурсную массу должника поступило 4 501 869 рублей 55 копеек. После исключения дебиторской задолженности из конкурсной массы, в связи с истечением срока исковой давности и сумм, установленных судебным решением, размер дебиторской задолженности составляет 1 271 891 441 рубль 56 копеек. Продолжается взыскание дебиторской задолженности в судебном порядке, часть исполнительных листов находится на принудительном исполнении.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Несогласие участника спора с обстоятельствами, ранее установленными вступившим в законную силу судебным актом при разрешении другого дела, не дает оснований суду, рассматривающему иной спор, констатировать по собственной инициативе иные обстоятельства.

На основании изложенного доводы общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк» о том, что единственным активом должника являлась дебиторская задолженность, которая не имеет документального подтверждения и является безнадежной к взысканию, опровергаются. Доказательства искажения и недостоверности бухгалтерской отчетности суду не представлены.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 07.08.2018 по делу №А33-21453-22/2015 требование общества с ограниченной ответственностью «Универсальный фондовый банк» включено в третью очередь реестра требований кредиторов  должника – общества с ограниченной ответственностью «Сиблес» - в размере 158 036 641 рубля 12 копеек. Из данного судебного акта следует, что задолженность образовалась в результате неисполнения должником обязательств по кредитным договорам №КЛР-161 от 23.04.2013 и договору поручительства №КЛР-161/П/3 от 23.04.2013, по договору кредитной линии №КЛР-163/П/3 от 23.04.2013 и договору поручительства №КЛР-163/П/3 от 10.06.2013. В обеспечение исполнения чужих обязательств, между кредитором и должником также в 2014 году заключены договоры залога.

Таким образом, учитывая, что заявитель – ООО «Универсальный фондовый банк», является профессиональным участником на рынке кредитования и вступая в какие-либо правоотношения с юридическим лицом в силу своей компетенции проверяет финансовую возможность такого лица, то суды приходят к выводу, что ООО «Универсальный фондовый банк» вступая в 2013-2014 гг. в правоотношения с ООО «Сиблес» был уверен в благонадежности данного контрагента, а следовательно, в его платежеспособности в указанный период (2013-2014 гг.). Следовательно, в спорный период (2013-2014 гг.) у ООО «Универсальный фондовый банк» отсутствовали безусловные основания полагать, что ООО «Сиблес» неплатежеспособно. Последующее не обнаружение предметов залога не свидетельствует о неплатежеспособности ООО «Сиблес» в дату, указанную заявителем (март 2013 года).

В рассматриваемом случае, при определении даты объективного банкротства заявитель хаотично ссылается на множество не связанных между собой сделок и юридических фактов, некоторые из которых произошли уже после января 2013 года, не анализируя при этом состояние активов и обязательств должника в момент их совершения.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что финансовый анализ временного управляющего и  заключение о признаках  фиктивного/преднамеренного банкротства содержат вывод о том, что ухудшение финансовых показателей возникли, как минимум с января 2013 года, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонены на основании следующего.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве установлена обязанность арбитражного управляющего по проведению анализа финансового состояния должника в деле о банкротстве, выявлению признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Механизм выявления признаков преднамеренного и фиктивного банкротства установлен Временными правилами, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 855 (далее - Правила).

Пунктом 2 Правил предусмотрено, что арбитражным управляющим исследуются документы за период не менее двух лет, предшествующих возбуждению производства по делу о банкротстве, а также за период проведения процедур банкротства, в том числе - договоры, на основании которых производилось отчуждение или приобретение имущества должника, изменение структуры активов, увеличение или уменьшение кредиторской задолженности, и иные документы о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Согласно пункту 8 Правил в ходе анализа сделок должника устанавливается соответствие сделок и действий (бездействия) органов управления должника законодательству Российской Федерации, а также выявляются сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, послужившие причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинившие реальный ущерб должнику в денежной форме.

Пунктом 14 Правил предусмотрено, что по результатам проверки арбитражным управляющим составляется заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства включает в себя, в том числе: расчеты и обоснования вывода о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного банкротства с указанием сделок должника и действий (бездействия) органов управления должника, проанализированных арбитражным управляющим, а также сделок должника или действий (бездействия) органов управления должника, которые стали причиной или могли стать причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и (или) причинили реальный ущерб должнику в денежной форме, вместе с расчетом такого ущерба (при наличии возможности определить его величину) (пп. «ж»); обоснование невозможности проведения проверки (при отсутствии необходимых документов) (пп. «з»).

Вместе с тем, материалы дела не содержат бесспорных доказательств, что сделанные временным управляющим в заключении выводы, является экономически достоверными и не требуют дополнительной проверки. Какие-либо документально-обоснованные расчеты и документальные подтверждения сделанных выводов, суду не представлены.

Из выше установленного следует, что в 2013 году отсутствовали признаки неплатежеспособности у должника.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Судом установлено, что в указанный  ООО «Универсальный фондовый банк»  период, когда, по его мнению, возникла обязанность у руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) (март 2013 года) по расчетным счетам должника проходили значительные обороты денежных средств. В связи с чем, основания для обращения руководителя должника Цехановича А.В. с заявлением о признании должника банкротом отсутствовали в указанную кредитором дату. Заявителем в нарушение статьи 65 АПК РФ не доказано, что в марте 2013 года у Цехановича А.В. возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

При этом учитывая пассивную позицию заявителя, непредставление им необходимых документов в обоснование своей позиции, суду не представляется возможным установить иную точную дату наступления обязанности по обращению в суд с заявлением о своем банкротстве, исходя из имеющихся доказательств.

Необходимость обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом после 25.09.2015 отсутствовала, по причине наличия уже поданного заявления иного кредитора (заявление подано ООО «ПКФ Альянс ЕД» 25.09.2015), поскольку по смыслу пунктов 2 и 3 статьи 9, статьи 10 Закона о банкротстве подача кредитором заявления о банкротстве должника освобождает от аналогичной обязанности руководителя должника.

На основании вышеизложенного, исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд первой инстанции приходит к обоснованному выводу о недоказанности заявителем совокупности обстоятельств необходимых для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, в данной части заявление ООО «Универсальный фондовый банк» не подлежит удовлетворению.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Также у суда апелляционной инстанции  отсутствуют основания не согласиться с выводом суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Унифондбанк» о привлечении Слинкиной Елены Николаевны, Куренкова Сергея Владимировича и Цехановича Александра Валентиновича к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (за совершение сделок на нерыночных условиях повлекших причинение ущерба должнику и его банкротство), в силу следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве устанавливает самостоятельный вид субсидиарной ответственности по обязательствам должника при банкротстве последнего, отличный от состава, предусмотренного абзацем вторым пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с этим субсидиарная ответственность лица, названного в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, наступает независимо от того, привели ли его действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника по смыслу нормы, изложенной в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника.

В соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации. Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Из системного толкования пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Обращаясь в суд с настоящим заявлением  ООО «Универсальный фондовый банк» указывает, что контролирующими должника лицами, совершены следующие сделки и действия, которые являются основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности:

Цеханович А.В.: вывод денежных средств с расчетного счета должника на технические фирмы по бестоварным сделкам ООО «Аргумент» на сумму 65 607 546 рублей по договору поставки №10/10-ДСп от 10.10.2013 на сумму 32 299 000 рублей и договор №27/08-14 на сумму 33 308 546 рублей, с ООО «ПроектЛесСтрой» на сумму 330 000 000 рублей; заключение с ЗАО «Компания Алгоритм» договора поручительства№8 от 10.06.2013 года на сумму 42 000 000 рублей; заключение с ООО «Транс-М» договора займа от 28.01.2013 на сумму 140 000 000 рублей;  списание в 2013 году дебиторской задолженности, как просроченной на сумму 330 803 256 рублей;перечисление денежных средств в ООО «Сиблес-Проект» на общую сумму более 660 000 000 рублей по бестоварной сделке;  заключение сделок, в результате которых должник принял на себя обязательства перед банками на сумму 441 354 130 рублей (непогашенная задолженность) перед ПАО «Сбербанк», 16 362 043 рубля (непогашенная задолженность) перед АО «Рост Банк», 158 036 641 рубль (непогашенная задолженность) перед ООО «Универсальный фондовый банк». Общий размер обязательств составляет 715 752 815 рублей.

Слинкина Е.Н.: получение в период с 20.01.2015 по 30.06.2015 денежных средств в размере 14 371 958 рублей 06 копеек под видом возврата займа менее чем за год до возбуждения дела о банкротстве должника; реорганизация должника и передача ликвидных активов выделенному ООО «Сибинвест» в размере 49 199 798 рубле 05 копеек;  участие в схемах по выводу и обналичиваю денежных средств через техническиеорганизации; перечисление денежных средств в ООО «Сиблес-Проект» на общую сумму более 600 000 000 рублей по бестоварной сделке.

Куренков С.В.: совершение 01.10.2008 сделки по принятию на ООО «Сиблес» обязательств ООО «АльянсПром» перед ООО «Эколеспром» в размере 73 165 249 рублей 88 копеек; перечисление денежных средств в ООО «Сиблес-Проект» на общую сумму более 600 000 000 рублей по бестоварной сделке.

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В пункте 16 Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Вместе с тем, как верно было установлено судом первой инстанции, вышеуказанные сделки были совершены до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве). При этом, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (статья 2 Закона о банкротстве).

Доказательств того, что при заключении вышеперечисленных сделок, контролирующие должника лица действовали с намерением причинить вред последнему, материалы дела не содержат. Какие-либо первичные документы, а именно договоры поставки, кредитные договоры, договоры займа и поручительства, заключенные с должником в 2013 – 2014 гг.,  бухгалтерские и финансовые документы должника, которые были проанализированы ООО «Унифондбанк» перед заключением кредитных договоров, договоров займа и поручительства, заключенные с должником в 2013 – 2014 гг., несмотря на требования суда, в материалы дела не представлены.

Все доводы ООО «Унифондбанк» сводятся к тому, что обстоятельства, на которые он ссылается, обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, установлены решением о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.12.2015 №21. Вместе с тем, в рассматриваемом случае, само по себе решение от 30.12.2015 №21 не имеет преюдициального значения для разрешения спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поскольку подписание первичных приемо-сдаточных документов неуполномоченным лицом не подтверждает с безусловностью отсутствие хозяйственной операции, а может указывать на неправильное составление таких документов при ведении бухгалтерского учета. Данное решение налогового органа не содержит каких-либо выводов о противоправности поведения контролирующих должника лиц применительно к причинно-следственной связи между таким поведением и доведением общества до банкротства, в нём изложены лишь обстоятельства, свидетельствующие о необоснованном применении ООО «Сиблес» налоговых вычетов и расходов по взаимоотношениям с отдельными контрагентами в разрезе налога на добавленную стоимость и налога на прибыль.

Судами не установлено наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением неблагоприятных последствий в виде банкротства общества, в связи с чем, сам по себе факт привлечения ООО «Сиблес» к налоговой ответственности не может являться достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Списание неликвидной дебиторской задолженности в 2014 году также не указывает на наличие оснований для привлечения Цехановича А.В. к субсидиарной ответственности, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих, что такое списание привело к банкротству ООО «Сиблес». Первичные документы по списанной дебиторской задолженности и основаниях её возникновения, отсутствуют в материалах дела.

Ссылка ООО «Унифондбанк» на получение Слинкиной Е.Н. в период с 20.01.2015 по 30.06.2015 денежных средств в размере 14 371 958 рублей 06 копеек под видом возврата займа не может быть принята судом, поскольку заявителем в нарушении статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что денежные средства получены указанным лицом безосновательно. При этом суд отмечает, что выписка из расчетного счета ООО «Сиблес» (том №3 обособленный спор №А33-21453-28/2015) содержит сведения о перечислении должником денежных средств по похожим основаниям не только в пользу Слинкиной Е.Н., но и иных лиц, в том числе Нусс Н.Д., Мартынова Н.В. и пр. Из представленной выписки по расчетному счету усматривается, что для должника получение и возврат займов были типичными, характерными сделками, совершаемыми неоднократно.

Как уже было отмечено ранее, Куренков С.В. является учредителем ООО «Сиблес» с долей в 50% начиная с 13.04.2009. Вместе с тем, заявитель вменяет ему совершение 01.10.2008 сделки по принятию на ООО «Сиблес» обязательств ООО «АльянсПром» перед ООО «Эколеспром» в размере 73 165 249 рублей 88 копеек. Следовательно, на дату заключения спорной сделки, Куренков С.В. не являлся контролирующим должника лицом, в связи с чем, доводы заявителя о привлечении его к субсидиарной ответственности за заключение данной сделки являются необоснованными.

Заявитель также указывает на  необоснованное перечисление денежных средств в ООО «Сиблес Проект» на общую сумму более 600 000 000 рублей по бестоварной сделке. В качестве доказательства заявляемого довода, заявитель ссылается на договор залога дебиторской задолженности от 30.09.2015 № 5965/3/4, заключенный между ПАО «Сбербанк России» (Залогодержатель) и ООО «Сиблес» (Залогодатель), предметом которого является передача в залог имущественных прав (требований) по договору возмездного оказания услуг № 14/11-01 ДУ с учетом дополнительных соглашений № 1 от 02.12.2013, № 2 от 10.12.2013, № 3 от 26.12.2013, № 4 от 14.08.2015.  В соответствии с договором возмездного оказания услуг № 14/11-01 ДУ от 14.11.2013, заключенным между ООО «Сиблес» (Исполнитель) и ООО «Сиблес Проект» (Заказчик), исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать комплекс работ и услуг по валке, трелевке, раскряжевке, штабелевке и проч. услуги согласно перечню п. 1.2. договора, а заказчик оплачивает услуги в порядке, предусмотренном пунктом 2.4. договора. Таким образом, названная сделка являлась для ООО «Сиблес» доходной.  В связи с чем, данный довод заявителя рассматривается как бессодержательный, не имеющий отношения к рассмотрению настоящего заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Утверждение ООО «Унифондбанк» о передаче ООО «Сибинвест» в процессе реорганизации ликвидных активов в виде задолженности ООО «Восток.Лес.Групп» перед ООО «Сиблес» по договору займа в размере 49 488 521 рубля 21 копейки не соответствует действительности. Наличие судебного решения по делу №А33-8436/2014, на которое ссылается заявитель и по которому с ООО «Восток.Лес.Групп» в пользу ООО «Сибинвест» взыскано 49 488 521 рубль 21 копейка свидетельствует лишь о том, что обязательства по возврату займа ООО «Восток.Лес.Групп» добровольно не исполнялись, и переданная ООО «Сибинвест» задолженность носила проблемный характер, таким образом передача указанной задолженности созданному в результате реорганизации ООО «Сибинвест» однозначно не может свидетельствовать о выводе активов должника посредством реорганизации. Факт получения ООО «Сибинвест», как новым кредитором, судебного решения в отношении должника – ООО «Восток.Лес.Групп» не свидетельствует о фактическом исполнении судебного акта и возврате последним задолженности по договору займа. Более того, в соответствии с данными ЕГРЮЛ ООО «Восток.Лес.Групп» 24.02.2016 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании пункта  2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ.

Указывая на убыточность совершенных сделок, заявитель по правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должен доказать обоснованность своих доводов, в том числе, путем инициирования проведения судебной экспертизы. Между тем, как следует из материалов дела, заявитель ходатайств о проведении экспертизы по установлению убыточности совершенных сделок, не заявил.

Доказывание наличия оснований для удовлетворения заявления является обязанностью лиц, заявивших соответствующие требования к лицам, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления. При этом сделки, которые привели к банкротству должника, по мнению заявителя, не оспорены. Не доказано заявителем и то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должника или утрачено имущество должника. Не представлено заявителем доказательств того, что именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника, которое в такой ситуации стало неизбежным.

Таким образом, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лиц, о привлечении к ответственности которых заявлено, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на Слинкину Елену Николаевну, Куренкова Сергея Владимировича и Цехановича Александра Валентиновича.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения Слинкиной Елены Николаевной, Куренкова Сергея Владимировича и Цехановича Александра Валентиновича и материалами дела не подтверждается причинно-следственная связь между противоправным поведением и причиненным вредом, то у суда отсутствуют правовые основания для самостоятельной квалификации предъявленного требования в качестве убытков.

Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы и аргументы, изложенные в апелляционной жалобе, фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, были предметом исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 23 августа 2021 года  по делу № А33-21453/2015к36 не имеется.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 23 августа 2021 года  по делу № А33-21453/2015к36 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.              Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Н.А. Морозова

 

И.В. Яковенко