АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 декабря 2022 года

Дело №

А05-2450/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Зарочинцевой Е.В. и                  Троховой М.В.,

рассмотрев 28.11.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Логистик 29» ФИО1 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 по делу № А05-2450/2021,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 15.03.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Логистик 29», адрес: 163069, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество).

Решением от 21.04.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1. 

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании  недействительными договоров купли-продажи от 09.10.2018 и 22.11.2018, заключенных между Обществом и ФИО2, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика действительной стоимости автомобилей «RENAULT DUSTER»,                                   VIN 

<

***>, 2017 года выпуска в размере 781 083 руб. и «BMW X6 xDrive 30d», VIN 

<

***>, 2016 года выпуска в размере                         3 201 730 руб.

Определением от 10.03.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, договоры купли-продажи от 09.10.2018 и 22.11.2018, заключенные между Обществом и ФИО2, признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу Общества 3 982 813 руб., а также                36 000 руб. судебных расходов.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022 определение от 10.03.2022 отменено. В удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 27.09.2022, оставив в силе определение от 10.03.2022.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии совокупности условий для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), тогда как апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции,  не указал конкретных мотивов, обусловивших его противоположные выводы, не соответствующие нормам права, фактическим обстоятельствам обособленного спора и документам, имеющимся в материалах дела.

Податель жалобы настаивает, что в ходе рассмотрения обособленного спора конкурсным управляющим представлено множество косвенных доказательств, системная совокупность которых свидетельствует о наличии аффилированности и заинтересованности сторон спорной сделки, в связи с чем вывод апелляционного суда об обратном представляется подателю жалобы ошибочным. При этом, как отмечает податель жалобы, факт заинтересованности между должником и ответчиком установлен вступившими в законную силу судебными актами по данному делу.

По мнению подателя жалобы, апелляционным судом в нарушение части 2 статьи 268 АПК РФ приобщены новые доказательства, представленные ФИО2, тогда как в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела кассы должника за 2018-2020 годы апелляционным судом отказано. При этом податель жалобы обращает внимание на то, что одна из спорных сделок заключена 09.10.2018, то есть между датой увольнения ФИО3 и произведенного Обществом за ФИО3 платежа в счет оплаты гостиничных услуг. 

Податель жалобы считает, что выводы апелляционного суда о том, что установление факта отсутствия оплаты по договорам не может служить основанием, влекущим недействительность сделок, а является основанием для предъявления требования к ответчику о взыскании денежных средств по спорным договорам, равно как и то, что источники финансирования                ФИО2 при приобретении ею автомобилей не имеют правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, не соответствуют нормам материального права.

Подателю жалобы представляется ошибочным вывод апелляционного суда о том, что в рассматриваемом случае не установлено факта причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, так как стоимость спорных автомобилей по проведенной судом первой инстанции судебной экспертизе существенным образом в худшую сторону не отличается от цены, определенной вышеупомянутыми договорами купли-продажи.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 возражала против ее удовлетворения.

Конкурсный кредитор ФИО4 в отзыве на кассационную жалобу просил постановление от 27.09.2022 отменить, оставив в силе определение от 10.03.2022.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Обществом (продавцом) и ФИО2 (покупателем) заключены договоры купли-продажи от 09.10.2018 автомобиля «RENAULT DUSTER», VIN 

<

***>, 2017 года выпуска и от 22.11.2018 автомобиля «BMW X6 xDrive 30d», VIN 

<

***>, 2016 года выпуска.

В пункте 3.1 оспариваемых договоров указано, что стоимость отчуждаемых автомобилей составляет 600 000 руб. и 2 000 000 руб. соответственно.

Полагая, что указанные договоры купли-продажи имущества отвечают признакам подозрительных сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в нарушение  статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заключены со злоупотреблением правом, ввиду отчуждения транспортных средств в отсутствие доказательств оплаты при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в результате чего кредиторам должника причинен имущественный вред, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Установив, что оспариваемые сделки заключены при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в результате их совершения из конкурсной массы должника выбыли ликвидные активы в отсутствие равноценного встречного исполнения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые безвозмездные сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам должника, признал спорные договоры недействительными, применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника действительной стоимости автомобилей в размере 3 982 813 руб. 

Апелляционный суд не согласился с выводами суда первой инстанции. Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, апелляционный суд указал на отсутствие совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве для признания оспариваемого договора недействительной сделкой. Суд также не усмотрел общеправовых оснований для признания договора недействительным по гражданско-правовым основаниям.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права исходя из доводов жалобы, что соответствует положениям статьи 286 АПК РФ, пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010              № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление  № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

При этом закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции не исключают прямого доказывания обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по этому основанию. В частности, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4)).

Судами установлено, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 15.03.2021, оспариваемые договоры заключены 09.10.2018 и 22.11.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Обосновывая наличие у должника признаков банкротства на момент совершения сделки, суд первой инстанции указал, что у Общества имелись обязательства перед ФИО4, что установлено решением Арбитражного суда Архангельской области от 21.04.2021 по данному делу.

В обоснование довода о заинтересованности сторон конкурсный управляющий сослался на то, что дочь ответчика – ФИО3 - работала заместителем генерального директора Общества, а ФИО5 – муж ответчика и отец ФИО3 - являлся лицом, фактически контролировавшим должника, и участником контрагента Общества - общества с ограниченной ответственностью «Спецоборонснаб». 

Указанные конкурсным управляющим обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к выводу о наличии фактической аффилированности ответчика по отношению к Обществу.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что довод заявителя об аффилированности Общества и ответчика, юридической или фактической, не подтвержден, поскольку на даты совершения спорных сделок – 09.10.2018 и 22.11.2018 – ФИО3 не являлась работником Общества (уволена с 31.08.2018), должность, которую занимала дочь ответчика, не позволяет признать её заинтересованным лицом по отношению к Обществу. Доказательств, подтверждающих тот факт, что она имела возможность определять действия Общества, то есть, по сути, являлась контролирующим Общество лицом, не имеется. Не представлено и документов, свидетельствующих о том, что ФИО5 являлся номинальным руководителем Общества, а равным образом имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия Общества, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Проведенной по делу экспертизой (заключение ФИО6 от 11.01.2022) установлено, что рыночная стоимость автомобилей «RENAULT DUSTER» 2017 года выпуска и «BMW X6 xDrive 30d» 2016 года выпуска по состоянию на 09.10.2018, 22.11.2018 составляет 781 083 руб.,                   3 201 730 руб. соответственно. 

Допустимых доказательств иной стоимости спорных транспортных средств (соответствия согласованной стоимости рыночной цене автомобилей) не представлено. Ответчик не обосновала и не представила доказательств, обусловивших занижение стоимости автомобилей, установленной в договорах.

В подтверждение оплаты транспортных средств ФИО2 ссылалась на то, что оплата производилась в кассу должника наличными денежными средствами, в подтверждение чего представила квитанции к приходным кассовым ордерам от 22.11.2018, 09.10.2018.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Доводы об отсутствии доказательств фактического получения и расходования денежных средств должником не нашли оценки в судебном акте апелляционной инстанции, несмотря на их существенность для проверки доводов о безвозмездности с учетом разъяснений, установленных абзацем 3 пункта 26 Постановления № 35.

В то же время суд первой инстанции установил, что доход ответчика за 2017 год составлял лишь 205 616,63 руб., за 2018 – 237 230,35 руб., что не позволяло совершить оплату по оспариваемым сделкам. Представленные ответчиком выписка по счету ее супруга ФИО5, справки по оборотам денежных средств на счетах ФИО5 также не содержат сведений о снятии со счета денежных средств в размере, сопоставимом со  стоимостью автомобилей. 

В ходе рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций ФИО2 не опровергла доводы конкурсного управляющего об отсутствии финансовой возможности уплатить цену автомобилей не представила доказательств, подтверждающих у нее наличие на дату заключения договоров денежных средств в требуемой сумме.

Данные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к выводу о том, что ФИО2 не было доказано наличие финансовой возможности уплатить должнику вышеуказанную сумму по оспариваемым договорам.

В связи с этим представленные в материалы дела квитанции к приходным кассовым ордерам о внесении в кассу должника 2 600 000 руб. суд первой инстанции не признал доказательством оплаты по оспариваемым договорам, поскольку они не отражают действительное поступление указанных денежных средств на расчетный счет должника, и пришел к правомерному выводу о том, что передача денежных средств должнику не подтверждена документально.

Исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств спора, принимая во внимание, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие финансовое состояние ФИО2, позволяющее ей произвести оплату по договорам купли-продажи, отчуждение должником ликвидного актива покупателю в отсутствие встречного представления в период подозрительности, что, очевидно свидетельствует о том, что сделка совершена с целью причинения вреда, в результате сделки причинен вред и другая сторона знала об этой цели, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Само по себе отсутствие у ФИО2 формального статуса заинтересованного по отношению к должнику лица не может повлиять на квалификацию оспариваемых сделок, так как по правилам абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при безвозмездности сделки цель причинения ею вреда кредиторам презюмируется.

С учетом установленных судом первой инстанции обстоятельств безвозмездности совершенных сделок со стороны ответчика, при доказанности признаков неплатежеспособности должника, суд кассационной инстанции считает, что установленная пунктом 7 Постановления № 63 презумпция осведомленности об ущемлении интересов кредиторов должника не опровергнута ответчиком. фактические обстоятельства рассматриваемого спора свидетельствуют о том, что ответчик не мог не осознавать противоправной цели совершения сделки.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьи 167 ГК РФ, принимая во внимание тот факт, что спорные транспортные средства отчуждены ФИО2

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда первой инстанции о наличии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемых сделок недействительными соответствуют фактическим обстоятельствам дела и доказательствам, имеющимся в материалах настоящего обособленного спора.

Суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, исследовав и оценив все обстоятельства по делу и представленные сторонами доказательства, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены определения от 10.03.2022.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

На основании вышеизложенного с учетом того, что судом первой инстанции были установлены все обстоятельства спора, имеющие значение для правомерного его разрешения, правильно применены нормы материального права, разъяснения судов вышестоящих инстанций и процессуального права, суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287              АПК РФ, считает возможным, отменив постановление суда апелляционной инстанции, оставить в силе определение суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2022  по делу № А05-2450/2021 отменить.

Определение Арбитражного суда Архангельской области от 10.03.2022 по тому же делу оставить в силе.

 

Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи

Е.В. Зарочинцева

М.В. Трохова