Д Е В Я Т Ы Й    А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й    А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й    С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

   № 09АП- 49804/2020

г. Москва                                                               Дело № А40-315748/19

20.10.2020

Резолютивная часть постановления объявлена 13.10.2020            

Постановление изготовлено в полном объеме 20.10.2020 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи М.С.Сафроновой, 

судей Н.В. Юрковой, А.С. Маслова, 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу Bergenson Industries Limited на определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.09.2020 по делу № А40-315748/19, вынесенное судьей Смирновой Г.Э., об отказе в удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 300 608 862, 56 руб. 

в деле о банкротстве ООО «Альмира»

при участии в судебном заседании:

от ПАО «Карачаровский механический завод»- ФИО2, дов. от 02.12.2019

от ООО «Форвард Авто»- ФИО3, дов. от 09.12.2019

от «Росмонд Финанс Лимитед»- ФИО4, дов. от 06.10.2020

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2020 в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Соболев А.В., член Ассоциацией АУ «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Определением суда от 02.09.2020 отказано в удовлетворении заявления о включении требования Bergenson Industries Limited в размере 300 608 862, 56 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Компания Bergenson Industries Limited не согласилась с определением суда, обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять новый судебный акт, требования удовлетворить.

Конкурсный управляющий ООО «Альмира» и ПАО «КМЗ» представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель «Росмонд Финанс Лимитед» доводы апелляционной жалобы поддержал, просил суд ее удовлетворить.

Представители ООО «Форвард Авто» и ПАО «Карачаровский механический завод» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность, просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ 

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда.

Как правильно установлено судом и следует из материалов дела, Компания Reedspot Holdings Limited предоставила ООО «Ямато заём» по договору займа от 10.07.2013 в размере 27 000 000 долларов США сроком на три года по ставке 6,6% годовых. Фактическое перечисление денежных средств от Reedspot Holdings Limited на счет ООО «Ямато» в рамках указанного договора имело место на сумму 23 280 500  долларов США несколькими траншами в период с 15.07.2013 по 20.03.2014.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то обстоятельство, что денежные средства, полученные должником по исполнению от ООО «Ямато», в разы превышали сумму, выплаченную первоначальному заимодавцу Reedspot Holdings Limited от ООО «Ямато», таким образом, судом не были изучены фактические обстоятельства дела, входящие в предмет доказывания.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания доводов обоснованными ввиду следующего. 

Установлено, что в 2013 году кипрская компания Reedspot Holdings Limited выдала два займа в пользу ООО «Ямато», права требования из которых в 2014 году были проданы должнику посредством введения другой кипрской компании Limono Holdings Limited. При этом оплата за переданные права требования на тот момент произведена не была. Вплоть до 2017 года ООО «Ямато» заемные средства не возвращало, а должник полученные права требования никак не реализовывал.

Далее, в 2017 году, когда в отношении АО «Автовазбанк» были начаты мероприятия по предупреждению банкротства под контролем ПАО «Промсвязьбанк», стороны начали осуществлять платежи на крупные суммы с указанием в назначении платежей указанных в схеме договоров займа, уступки и перевода долга.

Так, согласно банковской выписке со счета ООО «Ямато» в ПАО «Промсвязьбанк» (том 1 л.д. 16), 20.09.2017 ООО «Ямато» получило кредит от АО «Автовазбанк» в размере 1 970 000 000 руб. и в тот же день перечислило всю эту сумму должнику 8-ью платежами с разными назначениями, в том числе и якобы в качестве возврата займов от 2013 года.

На следующий день, 21.09.2017, должник, используемый в качестве транзитной компании, перевел указанные средства в полном объеме кипрской компании Fintailor Investments Ltd. 

Таким образом, какого-либо экономического эффекта отданных платежей должником получено не было.

Указанные обстоятельства также установлены Девятым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 22.09.2020 по настоящему делу, вынесенном в рамках рассмотрения обособленного спора о включении в реестр должника требования ООО «Ямато» в размере в 1970 000 000 руб. (стр. 2-3 постановления).

Из данного постановления следует, что целью платежа являлся вывод средств Банка на оффшорную компанию, но непредоставление заемных ресурсов в пользу должника. Тем самым, АО «Автовазбанк», ООО «Ямато» и ООО «Альмира» и оффшорная компания, находясь в зависимом положении от лиц, контролировавших ПАО «Промсвязьбанк», лишь опосредовали вывод активов в отсутствие намерения создать правовые последствия заключаемых между ними договоров. Перечисленные денежные средства подлежат возврату не за счет конкурсной массы ООО «Альмира», а за счет оффшорной компании. Требование ООО «Ямато» не подлежит включению в реестр. Полученные ООО «Альмира» денежные средства не были направлены на исполнение каких-либо обязательств перед третьими лицами, а были сразу же и в полном объеме переведены в офшор. Кредитные средства транзитом прошли по счету должника и не были потрачены на реальную хозяйственную деятельность. Следовательно, ООО «Альмира» за счет совершенных операций размер своего имущества не увеличило, предъявление к нему требования о возврате этих денежных средств не обосновано. В результате вывода активов произошел безосновательный рост долговых обязательств ООО «Альмира» перед аффилированным с ним ООО «Ямато» без получения какого-либо встречного предоставления (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.02.2019 No 305-ЭС18-17629 по делу No A40-122605/2017)».

Полученные должником денежные средства были транзитом переведены в оффшор, соответственно, эти платежи не принесли какой либо экономической выгоды должнику, и они не могут являться подтверждением реальности совершенных сделок. 

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод заявителя о некоем обогащении должника за счет сложившейся структуры отношений как несостоятельный.

При этом следует отметить, что 21.06.2017 (т.е. до вывода средств в размере 1 970 000 000 руб.) ООО «Альмира» произвело платежи в пользу первоначального заимодавца Reedspot в качестве вознаграждения по договорам перевода долга от 07.04.2014 (как минимум, в размере 41 млн руб., см. платежное поручение, (том 1 л.д. 28), хотя сам апеллянт указывает о еще одном платеже на сумму свыше 370 млн. руб., подтверждение которого в материалах дела отсутствует).

Доказательств возврата этой суммы должнику в материалы дела не представлены. Иными словами, в результате произведенных платежей ООО «Альмира» лишь понесло убытки в виде вознаграждения за уступленные права требования.

Таким образом, искусственно созданная задолженность должника по оплате вознаграждения не подлежит включению в реестр, поскольку она лишь нарастит подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Кроме того, по заявленным Bergenson Industries Limited требованиям истек срок исковой давности.

Заявителем указана неверная дата наступления срока исполнения обязательств Должника (31.12.2019), тогда как заявленные требования возникли намного раньше и на указанную дату по ним уже истек срок исковой давности, что нашло подтверждение в оспариваемом судебном акте.

Так, требование заявителя к должнику в размере 300 494 184,41 руб. возникло из договора уступки №2 от 07.04.2014 между Reedspot Holdings Limited и Limono Holdings Limited, а именно это требование об оплате вознаграждения за уступленное право.

Согласно п. 1.2 договора уступки (том 1 л.д. 10), вознаграждение должно было быть оплачено не позднее 31.12.2016 включительно, соответственно, трехлетний срок исковой давности по этому требованию истек 31.12.2019 (тогда как заявление подано в суд 23.04.2020).

В отношении же требования в размере 114 678,15 руб., то в отсутствие каких-либо доказательств возникновения у должника соответствующих обязательств, в том числе договора займа от 30.06.2016, на который ссылается заявитель, не представляется возможным говорить о сроке исполнения таких обязательств.

Суд апелляционной инстанции считает, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Таким образом, заявителем был пропущен срок исковой давности по обоим требованиям, в связи с чем они в любом случае не подлежали включению в реестр.

Следует учесть то обстоятельство, что Bergenson Industries Limited является лицом, фактически аффилированным с ООО «Альмира» и сторонами первоначального требования - Ридспот Холдингс Лимитед (Reedspot Holdings Limited) и ООО «Ямато». Соответственно, заявляемая задолженность смоделирована фактически аффилированными лицами.

Из постановления Арбитражного суда Московского округа от 22.11.2019 № Ф05-2995/2019 по делу № А40-61943/2018 следует, что «согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказываний заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056)».

Следует также обратить внимание, что согласно данным базы СПАРК-Интерфакс, подтверждаемой данными ЕГРЮЛ, Бергенсон Индастриз Лимитед принадлежит 100%-ая доля в уставном капитале ООО «Альмира». Заявителю также принадлежало ООО «Транссервис» ликвидированное 14.11.2019. Бывший директор ООО «Транссервис» ФИО6 также владела 0,1%-ой долей в ООО «Ямато» (диаграмма том 1, л.д. 16).

Кроме того, Бергенсон Индастриз Лимитед также связана с Ридспот Холдинге Лимитед (Reedspot Holdings Limited, Кипр, НЕ 225633) общим директором (том 1, л.д. 29).

Позже, при рассмотрении дела № А12-45751/2015 в определении ВС РФ от 26.05.2017 были сделаны следующие выводы:.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения».

Нерыночность сделок подтверждается как минимум тем, что ООО «Альмира» не имело реального намерения добиться возврата заемных средств от ООО «Ямато». Так, несмотря на невыплату займов в предусмотренный договорами срок (т.е. 10.07.2016) должник не предпринимал мер по урегулированию задолженности, не предоставлял отсрочку на обычных рыночных условиях (например, с одновременным увеличением процентной ставки или предоставлением обеспечения), не направлял претензий, не обращался с иском в Арбитражный суд города Москвы (согласно п. 6 договоров займа).

Единственные платежи OOО «Ямато» по договорам займа были произведены только 20.09.2017 (т.е. по истечении более года с даты исполнения обязательств), при этом в эту дату со счета OOО «Ямато» на счет должника были выведены средства в общей сумме 1 970 000 000 руб. (том 1. л.д. 16) с указанием в назначении платежа помимо настоящих договоров займа также других договоров с OOО «Альмира» различного характера и от различных дат.

Более того, определением Арбитражного суда Московской области от 09.11.2018 в отношении ООО «Ямато» возбуждено производство о банкротстве должника. Однако должник свои требования из договоров займа в этом деле не заявило, а реестр требований кредиторов OOО «Ямато» уже давно закрыт (16.04.2019). 

При этом размер задолженности на дату платежей 20.09.2017 на более чем 7,6 млн. долларов США превышает сумму, перечисленную OOО «Ямато» якобы в качестве возврата сумм займов. Непогашенная задолженность без учета неустойки и процентов, подлежащих начислению после 20.09.2017, по актуальному курсу доллара США составляет почти 600 млн. руб. (расчет размера задолженности, приложение № 2).

Аналогичным образом, начиная с 07.04.2014 (т.е. после уступки прав требования в пользу компании Limono и перевода долга на должника), первоначальный заимодавец Ридспот Холдингс Лимитед также не предпринимал каких-либо мер по взысканию с ООО «Альмира» вознаграждения за уступку требования к ООО «Ямато».

Следует также отметить, что уступка права требования в пользу Limono Holdings Limited (Кипр, НЕ 210121) и последующие перевод долга и предоставление отступного в отношении ООО «Альмира» были произведены в один день, 07.04.2014, и в отсутствие какой-либо оплаты со стороны Limono, что явно говорит об отсутствии реальных экономических отношений между сторонами. По сути роль OOО «Альмира» в сложившейся схеме сводится лишь к созданию технической прослойки между первоначальными сторонами по договорам займа - кипрским заимодавцем Ридспот Холдингс Лимитед и заемщиком ООО «Ямато» (схема, том 1, л.д. 55).

При этом смоделированная схема отношений позволила лицам, контролирующим Ридспот и апеллянта, получить без какого-либо встречного предоставления свыше 400 млн. руб. от Должника, о которых прямо пишет апеллянт в своей жалобе.

Связь между участвующими в сделках юридическими лицами и их явно необычное поведение подтверждает притворный характер сделок, прикрывающих финансовые потоки, не связанные с реальной выдачей и возвратом заемных средств (вывод активов из ПАО «Промсвязьбанк»).

Следует также отметить, что сам заявитель обратился с настоящим требованием только по истечении полугода после перехода к нему права требования. При этом будучи лицом, аффилированным с должником, компания Росмонд на дату уступки (03.10.2019) не могла не знать о нахождении должника в процессе ликвидации - соответствующая запись была внесена в ЕГРЮЛ 16.09.2019 (запись № 6197748737147).

В п. 3.2. Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, указано следующее: «невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, cт. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования но случай объективного банкротства.

Заявителем не выполнен повышенный стандарт доказывания, предъявляемый к требованиям кредиторов в банкротстве.

Согласно п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены.

Арбитражный апелляционный приходит к выводу, что заявителем не представлены доказательства выдачи займа от 10.07.2013 (на 23 280 500 долларов США) в пользу ООО «Ямато», не приведено экономическое обоснование выдачи займов, не представлены доказательства реального использования ООО «Ямато» заемных средств. 

Также в материалах дела отсутствуют соглашение об отступном по договору займа № 070414/LIM-ALM от 07.04.2014, доказательства частичного исполнения ООО «Ямато» и ООО «Альмира» обязательств по договорам, соглашение об отступном  от 01.06.2016, опосредующие переход права требования к заявителю, доказательства их исполнения, какие-либо платежные документы.

В отношении требования на сумму 114 678, 15 руб. никакие документы не представлены.

Согласно п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017, не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования 8 реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, что реальность требования Bergenson Industries Limited не подтверждена материалами дела, заявленная задолженность фиктивна и не подлежит включению в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции полно и правильно установил фактические обстоятельства по делу и дал им надлежащую правовую оценку. Определение суда законно и обоснованно. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 – 269, 271 АПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.09.2020 по делу № А40-315748/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Bergenson Industries Limited – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья М.С. Сафронова

Судьи А.С. Маслов

Н.В. Юркова