СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5630/2022(5)-АК

Дело № А60-14774/2021

11 декабря 2025 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 декабря 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Иксановой Э.С., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Охотниковой О.И.,

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции:

ООО «АльфаОмега»: ФИО1, паспорт, доверенность от 05.04.2021,

ИП ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 09.01.2025,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу ФИО4, ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 июля 2025 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании убытков с ФИО4, ФИО5

вынесенное в рамках дела № А60-14774/2021 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «СтройТехМонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

установил:

Решением суда от 15.12.2021 ООО «СтройТехМонтаж» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО6

Определением суда от 28.09.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7

Конкурсный управляющий 02.12.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании солидарно с ФИО5, ФИО4 в пользу должника убытков в размере 1 227 757,78 руб.

Определением суда от 21.07.2025 (резолютивная часть от 07.07.2025) с ФИО5 и ФИО4 солидарнов пользу должника взысканы убытки в размере 1 227 757,78 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО5 и ФИО4 обратились с апелляционной жалобой, просят определение отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Апеллянты ссылаются на то, что ответчиками осуществлялась обычная хозяйственная деятельность, заключались и исполнялись контракты; их действия не носили недобросовестный характер и не были направлены на вывод имущества должника, причинение ущерба интересам кредиторов, не совершались выходящие за рамки обычной деятельности сделки, а также сделки, направленные на вывод средств, которые бы требовали оспаривания. Отмечают, что в подтверждение своих доводов конкурсным управляющим представлена таблица «перечень основных средств, приобретенных в 2020 году», в котором содержатся разные позиции, в том числе «лопата», «лом», «молоток», «кувалда» и т.п. Вместе с тем, указанное в таблице имущество к основным средствами не относится, поскольку является малоценным имуществом. Обращают внимание на то, что учет малоценных ТМЦ (даже в случае, если срок их службы составляет более года) состоит в том, что они не амортизируются, а их стоимость компания списывает сразу в расходы. Учет ведется как «расходы текущего периода», за балансом, себестоимость приобретения указанного имущества в конце отчетного периода попадает на счет 90 «продажи», применительно к деятельности должника - себестоимость данного имущества отражается в актах КС-2 в составе строительных работ к закрытию заказчиком. Отмечают, что согласно ПБУ, малоценное имущество учитывается на забалансовых счетах, и не должно учитываться на балансе общества, следовательно, вменяемое конкурсным управляющим нарушение в виде отсутствия в балансе сведений об имуществе как основных средствах, нарушением не является, что свидетельствует об отсутствии вины ответчиков. Указывают на то, что суд первой инстанции неправомерно сослался на положения п. 5 ФСБУ 6/2020. Ссылаются на то, что доказательств того, что в составе переданной документации управляющему не переданы документы бухгалтерского учета, в том числе учетная политика, и что это входило в обязанность ответчиков, в материалах дела нет. Как следует из положений действующего законодательства, при отсутствии учетной политики для отнесения имущества к ОС, разграничению ОС с малоценным имуществом надлежит применять действующее законодательство. Малоценные объекты — это имущество, которое по всем своим характеристикам, кроме стоимости, соответствует определению основных средств (п. 4 ПБУ 6/01). Стоимость малоценных объектов не должна превышать 100 000 руб., иначе такое имущество нужно было учитывать как основное средство (п. 5 ПБУ 6/01). Если лимит не превышен, то малоценные объекты учитывают в составе материально-производственных запасов (Письмо Минфина России от 02.03.2021 № 07-01-09/14384). До применения ФСБУ 6/2020 стоимость малоценных объектов списывалась на счета затрат при передаче ее в эксплуатацию, после начала применения ФСБУ 6/2020 списание стало производиться в момент приобретения. Основное отличие ФСБУ 6/2020 от ПБУ 6/2001 в том, что малоценное имущество сразу списывают в состав расходов в том периоде, в котором эти расходы совершены (п. 5 ФСБУ 6/2020). Ставить его на учет как материально-производственный запас нельзя. Затраты, связанные с покупкой малоценных объектов, их настройкой и установкой, также списывают в расходы. Весь инвентарь сроком службы более 1 года (или одного производственного цикла) и стоимостью меньше лимита, установленного для ОС, должен быть списан на счета расходов текущего периода сразу после приобретения. Относить к расходам текущего периода малоценные предметы, которые отвечают признакам ОС, нужно будет не в момент передачи в производство, а в момент приобретения, то есть без предварительного зачисления на какой-либо активный бухгалтерский счет. Стоимость малоценных объектов в конце отчетного периода полностью попадает на счет 90 «Продажи», участвуя в формировании себестоимости. Суд основывался на положениях ФСБУ 6/2020, следовательно, не мог установить факт ненадлежащего списания, поскольку в отчетности это обстоятельство вообще не отражается, сразу попадая в расходы (вывод о ненадлежащем учете которых в определении отсутствует и судом не рассматривался), а формирование затрат в себестоимости продукции подтверждено преюдициальным судебным актом. Отмечают, что список приобретенного и якобы утраченного имущества сформирован за 2020 год, когда ФСБУ 6/2020 не применялось, а понятие «основных средств» в том виде, в котором его применил суд, введено именно после введения ФСБУ 6/2020, ранее же оно отсутствовало. Обращают внимание на отсутствие в деле доказательств проведения инвентаризации имущества предприятия конкурсным управляющим. Также полагает, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности.

От ИП ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу об отказе в её удовлетворении.

В судебном заседании представители ООО «АльфаОмега» и ИП ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Судом обеспечена техническая возможность проведения судебного заседания посредством веб-конференции. Представитель ФИО4, заявивший ходатайство об участии в судебном заседании посредством веб-конференции, к судебному заседанию не подключился по не зависящим от суда причинам.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу статей 156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 15.12.2021 ООО «СтройТехМонтаж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство.

Должность директора должника в период с 20.07.20167 по 26.02.2021 занимал ФИО5, а в период с 26.02.2021 по дату введения конкурсного производства – ФИО4

Конкурсный управляющий ссылается на то, что в ходе рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о взыскании убытков, причиненных должнику бывшими руководителями ФИО5 и ФИО4, на сумму 6 283 000 руб., ответчиками в судебном заседании, состоявшемся 01.03.2023, был приобщен список поступлений ТМЦ за 2020 год.

Из анализа списка поступлений ТМЦ за 2020 год следует, что должником в 2020 году, помимо материалов, было приобретено имущество длительного пользования (офисная техника и принадлежности, строительный и ручной инструмент, хозяйственный инвентарь) общей стоимостью 1 227 757,78 руб. Однако указанное имущество после введения в отношении должника процедуры конкурсного производства бывшими руководителями конкурсному управляющему не было передано.

Конкурсный управляющий отметил, что приобретенные основные средства, стоимостью 1 227 757,78 руб. на бухгалтерский учет ответчиками поставлены не были и в бухгалтерском балансе должника за 2020 год сведения об указанных основных средствах не отражены.

Полагает, что указанное свидетельствует о намеренном сокрытии ответчиками ликвидного имущества должника.

По мнению конкурсного управляющего, уклонение ответчиков от передачи основных средств должника не позволило сформировать конкурсную массу и осуществить расчеты с кредиторами, включенными в реестр, в результате чего должнику и кредитором причинены убытки в размере 1 227 757,78 руб.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из их правомерности и обоснованности.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав лиц, участвующих в споре, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно положениям абзаца 5 пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Согласно статье 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой (п. 1).

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами (п. 2).

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзацу 2 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Бремя доказывания в подобного рода спорах распределяется следующим образом.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ именно истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (подпункт 5 пункта 2 Постановления 62).

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты. По результатам рассмотрения такого заявления выносится определение, на основании которого может быть выдан исполнительный лист.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как указано выше, должность директора должника в период с 20.07.20167 по 26.02.2021 занимал ФИО5, а в период с 26.02.2021 по дату введения конкурсного производства – ФИО4

ФИО4 и ФИО5 являются близкими родственниками (отец и сын соответственно).

Конкурсный управляющий ссылается на то, что в 2020 году должником были приобретены ТМЦ в количестве 169 единиц общей стоимостью 1 227 757,78 руб., включая ноутбуки, МФУ, роутеры и иная офисная техника и принадлежности, бензиновые генераторы, компрессоры, сварочные инверторы, отбойные молотки, перфораторы, плиткорезы, арматура, кисти, бензин, сетка рабица, мешки, каски, жилеты, перчатки, рукавицы, паспорт, журналы, кабель, тачка, огнетушитель, щебень, бетон, бумага и иной строительный и ручной инструмент, хозяйственный инвентарь и т.п.

Спорное имущество было приобретено должником в 2020 году, в период осуществления полномочий директора должника ФИО5

Конкурсный управляющий указывает, что данные ТМЦ на бухгалтерский учет ответчиками поставлены не были и в бухгалтерском балансе должника за 2020 год сведения об указанных основных средствах не отражены. Полагает, что указанное свидетельствует о намеренном сокрытии ответчиками ликвидного имущества должника.

Также отмечает, что уклонение ответчиков от передачи основных средств должника не позволило сформировать конкурсную массу и осуществить расчеты с кредиторами, включенными в реестр, в результате чего должнику и кредитором причинены убытки в сумме 1 227 757,78 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчиками как бывшими руководителями должника не обеспечена надлежащим образом сохранность имущества должника, что явилось причиной его утраты, и, как следствие, привело к невозможности его реализации и к причинению вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции отметил, что ответчиками внутренние документы учетной политики конкурсному управляющему не передавались. Это подтверждает, что учетная политика должника надлежащим образом не велась, решение о неприменении положений ФСБУ 6/2020 «Основные средства» к малоценному имуществу, а также лимиты его стоимости, не утверждались.

Суд первой инстанции отклонил возражения заинтересованных лиц о том, что стоимость спорного имущества, как малоценного, была списана в момент его приобретения, сослался на то, что данные возражения не свидетельствуют о надлежащем соблюдении требований ФСБУ 6/2020 в части осуществления надлежащего контроля за движением указанного имущества и не опровергают доводов конкурсного управляющего об отсутствии доказательств утраты спорного имущества в натуре, а также потери им потребительской ценности для должника.

Между тем, действие ПБУ 6/01 «Учет основных средств», утвержденного Приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н, а также Методических указаний по бухгалтерскому учету основных средств, действовавших согласно Приказу Минфина России от 13.10.2003 № 91н, отменено Приказом Минфина России от 17.09.2020 № 204н с 01.01.2022.

Таким образом, ФСБУ 6/2020 «Основные средства» вступил в действие начиная с бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2022 отчетный год. Следовательно, в этом году стали применяться обновленные нормы бухгалтерского учета соответствующих внеоборотных амортизируемых активов, а при составлении бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2022 г. они уже были использованы.

Поскольку спорные ТМЦ были приобретены в 2020 году, они подлежали учету по правилам ПБУ 6/01 «Учет основных средств».

В соответствии с положением по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» (ПБУ 6/01), утвержденным Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н, актив принимается к бухгалтерскому учету в качестве основных средств, если одновременно выполняются условия, установленные пунктом 4 ПБУ 6/01:

- объект предназначен для использования в производстве продукции, при выполнении работ или оказании услуг, для управленческих нужд организации либо для предоставления организацией за плату во временное владение и пользование или во временное пользование;

- объект предназначен для использования в течение длительного времени, то есть срока продолжительностью свыше 12 месяцев или обычного операционного цикла, если он превышает 12 месяцев;

- организация не предполагает последующую перепродажу данного объекта;

- объект способен приносить организации экономические выгоды (доход) в будущем.

В соответствии с пунктом 5 ПБУ 6/01 к основным средствам относятся: здания, сооружения, рабочие и силовые машины и оборудование, измерительные и регулирующие приборы и устройства, вычислительная техника, транспортные средства, инструмент, производственный и хозяйственный инвентарь и принадлежности, рабочий, продуктивный и племенной скот, многолетние насаждения, внутрихозяйственные дороги и прочие соответствующие объекты.

Активы, в отношении которых выполняются условия, предусмотренные в пункте 4 настоящего Положения, и стоимостью в пределах лимита, установленного в учетной политике организации, но не более 40 000 руб. за единицу, могут отражаться в бухгалтерском учете и бухгалтерской отчетности в составе материально-производственных запасов. В целях обеспечения сохранности этих объектов в производстве или при эксплуатации в организации должен быть организован надлежащий контроль за их движением.

Согласно п. 1 ст. 257 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) под основными средствами в целях гл. 25 НК РФ понимается часть имущества, используемого в качестве средств труда для производства и реализации товаров (выполнения работ, оказания услуг) или для управления организацией первоначальной стоимостью более 100 000 руб.

Если же по своей стоимости средства производства со сроком полезного использования более 12 месяцев не могут быть признаны амортизируемым имуществом в виде основных средств, то затраты на их приобретение, создание включаются в состав материальных расходов в полной сумме по мере ввода в эксплуатацию (подп. 3 п. 1 ст. 254 НК РФ).

ТМЦ, указанные в списке поступлений ТМЦ за 2020 год, лимит, установленный законодательством не превышают, являются малоценным имуществом.

Учет малоценных ТМЦ состоит в том, что они не амортизируются, а их стоимость компания списывает сразу в расходы.

Вступившим в законную силу постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2023 отменено определение суда от 15.05.2023 , которым солидарно с ФИО5 и ФИО4 в пользу должника взысканы убытки в размере 6 283 000 руб.

Из судебного акта следует, что конкурсный управляющий в обоснование требований указывал на непередачу запасов в размере 6 283 000 рублей, отраженных в бухгалтерском балансе за 2020 год (строка баланса 1210).

Суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Бухгалтерская отчетность должника за 2020 год была сформирована и сдана директором ФИО4

Директором ФИО4 10.11.2022 конкурсному управляющему ООО «СтройТехМонтаж» ФИО7 по актам приема-передачи документов были переданы документы общества.

На момент прекращения полномочий ФИО5 должник продолжал деятельность, а именно - имел незаконченные объекты, на которых велись строительно-монтажные работы, соответственно, ТМЦ, отраженные в бухгалтерском балансе за 2020 год как запасы, могли быть использованы при производстве СМР и списаны в следующем отчетном периоде.

ООО «СтройТехМонтаж» является строительной организацией, которая осуществляла строительно-монтажные работы.

В рамках осуществления хозяйственной деятельности должником, в том числе, производился закуп товарно-материальных ценностей (ТМЦ), необходимых для выполнения строительно-монтажных работ. Приобретенные ТМЦ приходовались по бухгалтерскому учету на склад и учитывались как запасы до момента сдачи-приемки выполненных работ заказчикам.

Таким образом, списание ТМЦ как запасов производилось бухгалтером на основании подписанных обеими сторонами актов выполненных работ формы КС-2, т.е. признания выручки от их продажи, что соответствует ПБУ 4/99 ФСБУ 5/2019 «Запасы».

В период с 01.01.2020 по 01.06.2021 должником выполнялись следующие государственные контракты на выполнение СМР:

- контракт на выполнение работ по капитальному ремонту крыши и кровли здания БОУ СОШ №5 по адресу: 

<

...>, стоимостью 13 605 255 руб.;

- контракт № 32009055381, заключенный по итогам проведения электронного аукциона на выполнение ремонтных работ: капитальный ремонт здания, расположенного по адресу: 

<

...> Д.209В, стоимостью 22 421 386 руб.;

- контракт № 1062300006320000002-01, заключенный по итогам проведения электронного аукциона № 1062300006320000002 МАОУ ДО ЗОЛ «ООО «Салют» на реконструкцию зданий литер В1, Б2, БЗ муниципального автономного образовательного учреждения дополнительного образования - Загородный оздоровительный лагерь Муниципального образования город Ирбит «Оздоровительно-образовательный центр «Салют», стоимостью 41 039 735 руб.

Исполнение вышеуказанных контрактов производилось как силами должника, так и путем привлечения субподрядных организации. Для выполнения строительно-монтажных работ должником производился закуп строительных материалов. Как поясняет представитель ФИО5, ввиду отсутствия складских помещений строительные материалы закупались при необходимости и доставлялись непосредственно на строительные объекты. При этом главный бухгалтер должника ФИО8 производила списание строительных материалов в бухгалтерском учете только после подписания актов выполненных работ по форме КС-2 заказчиком и предоставления их оригиналов директором в бухгалтерию.

Соответственно при не завершении производства строительно-монтажных работ, либо не предоставлении в бухгалтерию оригиналов подписанных заказчиками актов выполненных работ по форме КС-2 в связи с тем, что они не были возвращены заказчиками после подписания, строительные материалы, приобретенные для производства работ, отображались в бухгалтерском учете как «Запасы».

ФИО5 утверждал, а конкурсный управляющий и кредиторы не представили доказательств обратного, что указанные конкурсным управляющим запасы в размере 6 283 000 руб., отраженные в балансе за 2020 год, представляли из себя строительные материалы, которые непосредственно использовались в хозяйственной деятельности общества при исполнении договоров.

В рамках рассмотрения спора ФИО4 были предоставлены сводные данные по выставленной реализации за 2020-2021 гг. (приложение № 1 к отзыву на заявление), согласно которым общая сумма реализации составила 34 814 408,26 руб.

В 2020 году должником были выполнены и сданы строительно-монтажные работы на общую сумму 31 223 120,69 руб., в 2021 году - на сумму 3 396 111,34 руб.

При этом согласно акту приема-передачи документов конкурсному управляющему были переданы счета-фактуры (акты, накладные) за с 01.01.2020 по 31.12.2020 (пункт 12 акта приема-передачи документов).

Также ФИО4 были предоставлены данные по приобретенным ТМЦ в 2020 году на сумму 20 392 394,75 руб. (приложение № 2 к отзыву на заявление).

При этом в таблице по поступившим ТМЦ за 2020 год указано, на какие объекты они были приобретены.

Документы по приобретению материалов также были переданы конкурсному управляющему (пункт 5 акта приема-передачи «договоры с поставщиками с 2018 по 2021 год», пункты 8-11 акта приема передачи «счета-фактуры (акты, накладные) полученные»).

В 2020 году должником на выполнение работ были использованы ТМЦ, стоимостью 17 087 879,68 руб. Соответственно остаток ТМЦ составлял 3 304 515,07 руб.

Указанное также подтверждается сводной таблицей анализа количества используемых ТМЦ в выставленных должником КС-2 за 2020 год, которая предоставлена конкурсным кредитором ИП ФИО2

Таким образом, на конец 2020 года имелся остаток ТМЦ стоимостью не более 3 304 515,07 руб. Расходование ТМЦ в размере 17 087 879,68 руб. подтверждается первичной документацией должника.

ФИО5 утверждал, что на момент признания должника банкротом отсутствовали запасы в сумме 3 304 515,07 руб. (неизрасходованные при выполнении работ в 2020 году).

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом по настоящему делу установлены обстоятельства, характеризующие порядок ведения должником хозяйственной деятельности и бухгалтерского учета, заключающийся в использовании товарно-материальных ценностей при производстве строительно-монтажных работ и их списании на основании подписанных обеими сторонами актов выполненных работ формы КС-2.

Пояснения ответчиков о применении данного порядка и при учете малоценных основных средств представляются логичными и разумными.

Значительная часть имущества, указанного в представленном конкурсным управляющим перечне, представляет собой строительные инструменты, имеющие незначительную стоимость.

При этом в отношении данного имущества имеется указание на назначение: г. Бисерть, г. Ирбит «Салют», г. Н. Салда школа № 5, ФИО9 Тагил, что соответствует месту выполнения работ по вышеуказанным государственным контрактам.

В представленном перечне также имеются объекты, приобретенные для офиса, в том числе два ноутбука.

Между тем непередача указанной техники, приобретенной 01.04.2020 и относящейся ко второй амортизационной группе, срок полезного использования которой составляет от 25 до 36 месяцев, не является основанием для привлечения ответчиков к ответственности в виде убытков, при недоказанности противоправности их поведения.

К моменту признания должника банкротом максимальный срок полезного использования данного имущества истек более чем наполовину, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что не исполнение обязанности по его передаче оказало какое-либо существенное влияние на формирование конкурсной массы и свидетельствует о неправомерном умысле ответчиков, направленном на сокрытие данного имущества либо о неразумности действий ответчиков, приведших к фактической утрате данного имущества.

При изложенных обстоятельствах представленная конкурсным управляющим опись имущества не может приниматься в качестве безусловного доказательства фактического наличия у должника имущества в заявленном размере и утраты этого имущества по вине руководителей должника.

Согласно акту приема-передачи документов конкурсному управляющему, в том числе, передана бухгалтерская (налоговая) отчетность за 2020-2021 год на 388 листах.

Имеющиеся у конкурсного управляющего претензии к порядку ведения должником бухгалтерской отчетности не могут являться основанием для взыскания с ответчиков убытков.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований у суда первой инстанции не имелось.

Заявление ответчиков о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности правомерно отклонено судом первой инстанции.

Таким образом, определение суда подлежит отмене на основании п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ. В удовлетворении заявленных требований следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение требования и подачу апелляционной жалобы относится на должника.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 июля 2025 года по делу № А60-14774/2021 отменить.

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СтройТехМонтаж» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 917 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СтройТехМонтаж» в пользу ФИО4 судебные расходы в размере 10 000 руб.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 20 000 руб., уплаченную по чеку от 06.10.2025.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.С. Шаркевич

Судьи

Э.С. Иксанова

М.А. Чухманцев