АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-19181/2017

г. Владивосток

07 сентября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 04 сентября 2017 года. 

Полный текст решения изготовлен 07 сентября 2017 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Бурова А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1, после перерыва помощником судьи Савон А.Ф.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ПРИМОРСКОГО ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО РЫБОЛОВСТВУ (ИНН 2536212515, ОГРН 

<

***>)  

к Акционерному обществу "Рыболовецкий колхоз "Восток-1" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот добычи водных биологических ресурсов 

при участии

от истца – ФИО2 (удостоверение, доверенность)

от ответчика – ФИО3 (паспорт, доверенность)

установил:

Федеральное агентство по рыболовству в лице Приморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству»  (далее – истец, управление) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к акционерному обществу «РК «Восток-1» (далее – ответчик, общество) о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот  добычи (вылова) водных биологических ресурсов  № ФАР-АЭ-473 от 19.11.2012.

Определением арбитражного суда от 09.08.2017, исковое заявление принято к производству, назначено предварительное заседание на 29.08.2017, 11 часов 00 минут. 

В связи с отсутствием возражений сторон, извещенных ненадлежащим образом, против перехода в судебное заседание первой инстанции, в соответствии с частью 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд завершил предварительное судебное заседание и открыл судебное заседание в первой инстанции.

В судебном соответствии 29.08.2017 со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв в судебном заседании до 04.09.2017 до 10 часов 15 минут. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в судебном заседании и в соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путём размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

Исковые требования обоснованы нарушением со стороны ответчика  как правопреемника, условий освоения квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов, что выразилось в осуществлении ответчиком в течение двух лет подряд добычи (вылов) водных биологических ресурсов (далее - ВБР) – краб-стригун, в объеме менее 50 % промышленных квот. 

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме. 

Ответчик возражал относительно заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве, просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Федеральным агентством по рыболовству и ЗАО Рыболовецкий колхоз «Восток-1» заключен договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов № ФАР-АЭ-473 от 19.11.2012г., на право добычи краба-стригуна красного в Западно-Сахалинской подзоне в размере доли 23,434%.

В соответствии с подпунктом «б» пункта 9 договора от 28.12.2015, договор может быть расторгнут до окончания срока его действия, в случае если добыча (вылов) водных биологических ресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее 50 процентов промышленных и прибрежных квот.

Приказами Федерального агентства по рыболовству от 11.11.2008г. № 306-дк и № 308-дк от 11.11.2008г. утверждены размеры долей заявителей, за которыми закрепляются доли квот добычи (вылова) водных биоресурсов для осундествления промышленного рыболовства (за исключением прибрежного рыболовства) на континентальном шельфе Российской Федерации и в исключительной зоне Российской Федерации и прибрежного рыболовства на 2009-2018 годы.

Согласно сведениям о добыче (вылове) водных биологических ресурсов за период 2014, 2015 годы добыча (вылов) водных биологических ресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, поименованных в договоре, фактически осуществлялся в следующих размерах: в 2015 году – 0 т. (0 %)); в 2016 году – 26,735 т.(36,48 %). 

Полагая, что в 2015-2016 годах АО «РК «Восток-1», осуществлял добычу (вылов) водных биологических ресурсов – краба-стригуна в объеме менее 50 % промышленных квот, истцом направлены предупреждения от 17.05.2017 № 08-25/3811, от 20.07.2017 № 08-25/6029, о необходимости соблюдения условий договора, а также о расторжении спорного договора. 

Получив отказ на предложение расторгнуть договор, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив доводы истца и представленные доказательства в соответствии со статьями 65, 71 АПК РФ, суд считает исковые требования не  подлежащими  удовлетворению в силу следующего. 

К правоотношениям сторон настоящего спора подлежат применению нормы Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее - Закон о рыболовстве), а также общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) о договорах и обязательствах.

Как установлено статьей 33.1. Закона о рыболовстве, по договору о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов одна сторона – орган государственной власти обязуется предоставить право на добычу (вылов) водных биоресурсов другой стороне – юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю.

 В соответствии со статьей 5 Закона о рыболовстве договорные обязательства и иные отношения, связанные с оборотом водных биоресурсов, регулируются гражданским законодательством, если иное не установлено названным Федеральным законом.

 В силу части 1 статьи 450 ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (часть 2 статьи 450 ГК РФ). Следовательно, в силу части 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон, договор может быть расторгнут по решению суда в иных случаях, предусмотренных законом.

Так, согласно части 1 статьи 33.5 Закона о рыболовстве, договор о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов, договор о предоставлении рыбопромыслового участка и договор пользования водными биоресурсами, отнесенными к объектам рыболовства, могут быть досрочно расторгнуты по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством, указанным Федеральным законом.

Согласно пункту 2 части 2 статьи 13 указанного Федерального закона принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется, в том числе в случаях, если добыча (вылов) водных биоресурсов осуществляется в течение двух лет подряд в объеме менее пятидесяти процентов промышленных квот и прибрежных квот. Кроме того, право Росрыболовства на расторжение договоров в одностороннем порядке предусмотрено подпунктом «б» пункта 9 спорного договора и обусловлено выловом (добычей) ответчиком водных биологических ресурсов в течение двух лет подряд в объеме менее 50% промышленных квот.

В рассматриваемом случае обществу распределены квоты добычи (вылова) ВБР для осуществления промышленного рыболовства на Западном Сахалине, а именно краба-стригуна в размере 23,434%.

Как следует из материалов дела, ответчик, за период с 2013 по 2017 годы осуществлял добычу (вылов) водных биологических ресурсов, отнесенных к объектам рыболовства, поименованных в договоре, в следующих размерах: . в 2013 г году - 12,537 тонн ~ 17,11%, в 2014 году - 38,450 тонн - 52,46%, в 2015 году суда общества вылов квот краба стригуна красного на Западном Сахалине не осуществляли, в 2016 году - 26,735 тонн - 36,48%, в 2017 году - 53,866 тонн - 73,49%.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в течение двух лет (2015, 2016), представленные по спорному договору квоты на вылов краба-стригуна ответчиком в полном объеме не освоены, в связи с чем объем освоения составил менее 50%.

В соответствии с частью 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

В силу части 4 статьи 33.5 Закона о рыболовстве орган государственной власти, заключивший соответствующий договор, вправе требовать его досрочного расторжения после направления другой стороне в письменной форме предупреждения о необходимости исполнения его условий.

Материалами дела подтверждается, что истец предупреждал ответчика о необходимости исполнения условий спорного договора и до обращения в суд направил ответчику предложение о его расторжении, на которое ответчик ответил отказом.

При таких обстоятельствах, исходя из формального толкования норм действующего законодательства, в рассматриваемом случае имеются основания для расторжения спорного договора.

Вместе с тем, нормы пункта 2 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве не могут рассматриваться в отрыве от иных норм указанного закона, в том числе регламентирующих порядок его заключения и расторжения, а также основных принципов законодательства о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов, а также общих положений гражданского законодательства о расторжении договоров. 

На основании пункта 2 части 1 статьи 2 Закона о рыболовстве, одним из основных принципов, на которых основано правовое регулирование в области рыболовства является приоритет сохранения водных биоресурсов и их рационального использования перед использованием водных биоресурсов в качестве объекта права собственности и иных прав, согласно которому владение, пользование и распоряжение водными биоресурсами осуществляются собственниками свободно, если это не наносит ущерб окружающей среде и состоянию водных биоресурсов.

Из системного толкования норм Закона о рыболовстве следует, что предоставление соответствующему государственному органу предусмотренного статьей 33.5 Закона о рыболовстве права на досрочное расторжение договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов является исключительной мерой, направленной, прежде всего, на рациональное использование биоресурсов, исключение экономически невыгодного неиспользования рыбопромысловых участков, предоставление другим лицам права добычи (вылова) биоресурсов на неосвоенных участках в целях их рационального освоения. В то же время предупреждение пользователя о необходимости исполнения обязательств направлено на исполнение им условий договоров и предоставление ему возможности осуществить добычу (вылов) биоресурсов на предоставленных участках в целях их рационального освоения, учитывая сложный порядок заключения новых договоров и длительность такой процедуры.

Расторжение договора в судебном порядке носит исключительный характер, является по своей правовой природе санкцией, применяемой судом к злостному нарушителю договорных обязательств, каковым ответчик с учетом установленных судом конкретных обстоятельств дела, признан быть не может. 

Согласно сведениям об освоении квот добычи (вылове) водных биологических ресурсов следует, что ответчик при осуществлении промышленного рыболовства на Западном Сахалине за 2017 год добыл (выловил) 53,866 тонн (более 50%) краба-стригуна.

В этой связи,  суд приходит к выводу, что ответчик, получив от истца предупреждение о необходимости исполнения условий спорного договора, добросовестно осваивал выделенные ему спорные квоты.

При этом главной целью предупреждения является побуждение пользователя биоресурсов к надлежащему исполнению условий договора. Поэтому судьба договора зависит именно от последующего, после получения предупреждения, поведения пользователя биоресурсов.

В связи с этим, проанализировав обстоятельства освоения ответчиком выделенных квот в 2017 году, суд приходит к выводу, что получив предупреждение о необходимости исполнения условий договора, ответчик в последующем предпринял все необходимые меры для освоения выделенных квот. 

Доказательств того, что нарушения в виде неосвоения в 2015-2016 годах выделенных квот в объеме менее 50 % промышленных квот, повлекли существенный ущерб, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении с ответчиком спорного договора, в материалах дела, истец в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представил.  

Принимая во внимание указанные выше нормы права, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, учитывая, что расторжение договора, влекущее такие серьезные последствия для сторон, как прекращение правоотношений, является крайней мерой, применяемой к недобросовестному контрагенту в случае, когда все другие средства воздействия исчерпаны, а сохранение договорных отношений становится нецелесообразным и невыгодным для другой стороны, суд приходит к выводу, что в удовлетворении заявленного истцом требования о досрочном расторжении договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов от 19.11.2012 № ФАР-АЭ-473 следует отказать. 

Учитывая результаты спора и поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины в силу положений статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации вопрос о распределении расходов по государственной пошлине по иску судом не рассматривается.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

р е ш и л:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

            Судья                                                                                      Буров А.В.