ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-2505/2017

город Ростов-на-Дону

18 апреля 2019 года

15АП-4693/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 18 апреля 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Сулименко Н.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 19.12.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.03.2019 по делу  № А53-2505/2017 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод" ФИО4 к ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод", принятое в составе судьи Яицкой С.И.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (далее - должник) поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по перечислению должником ответчику 5 807 420,15 рублей (с учетом уточнения заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 03.03.2019 суд признал недействительными сделки по перечислению денежных средств со счета общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» на счет ФИО2 в размере 5 807 420,15 руб. Суд применил последствия недействительности сделки. Суд взыскал с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» 5 807 420,15 руб. Суд взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению.

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл.  34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд огласил, что от ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнения к апелляционной жалобе.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить дополнение к апелляционной жалобе к материалам дела.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств: копий квитанций к приходным кассовым ордерам.

Суд отложил рассмотрение ходатайства и определил рассмотреть его в совещательной комнате.

Суд огласил, что от конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод" ФИО5 через канцелярию суда поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Представитель ФИО2 оставил рассмотрение ходатайства на усмотрение суда.

Суд отложил рассмотрение ходатайства и определил рассмотреть его в совещательной комнате.

Представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Мариинский спиртзавод" ФИО5 об отложении судебного заседания, так как по смыслу ст. 158 АПК РФ, отложение судебного заседания является правом суда даже при уважительности неявки лица в судебное заседание. Судебная коллегия не усматривает препятствий для рассмотрения жалобы по существу.

Суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, так как указанные доказательства не представлялись в суде первой инстанции и заявитель не обосновал невозможность их представления суду.

Кроме того, заявитель не обосновал легитимность соответствующих доказательств, источник их получения, принимая во внимание, что в рамках настоящего дела установлено, что руководитель должника уклонялся от предоставления документов должника конкурсному управляющему.

Вместе тем, суд считает возможным оставить в материалах дела соответствующие доказательства, в приобщении которых отказано судом апелляционной инстанции. Указанные документы суд не будет учитывать в качестве доказательств по делу.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя участвующего в деле лица, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.03.2018 в отношении должника введена процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 55 от 31.03.2018.

В период с 12.09.2014 по 18.09.2017 с расчетных счетов ООО «Мариинский спиртзавод» в ПАО «Сбербанк России», ПАО «Балтинвестбанк», АКБ «Фора-Банк», ЦМРБанк на счет ФИО2 перечислены денежные средства в общей сумме 5 807 420,15 руб.

Полагая, что указанная сделка по перечислению денежных средств является недействительной, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на причинение данной сделкой вреда имущественным интересам кредиторов.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы                                                                Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Таким образом, суд не связан правовой квалификацией заявленных требований, поскольку именно в компетенцию суда входит правовая квалификация обстоятельств, послуживших основанием для обращения за судебной защитой.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов;

б)        в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая данные разъяснения, суд первой инстанции верно указал, что поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 13.02.2017, действительность оспариваемых в рамках настоящего спора перечислений в период с 12.09.2014 по 18.01.2016 должна оцениваться судом применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отношении перечислений за период с 18.02.2016 по 18.09.2017 - применительно к правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу входит: факт неравноценного встречного исполнения по сделке, а в отношении перечислений, совершенных после 18.01.2016 и обстоятельство совершения сделки с заинтересованным лицом.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждено материалами дела, в период с 12.09.2014 по 18.09.2017 со счетов должника на счет ФИО2 перечислены денежные средства на общую сумму 5 807 420,15 руб., из которых:

-  перечисления на счет ФИО2 подотчет - 1 729 800 руб.;

-  возмещение задолженности по авансовым отчетам - 67 100 руб.;

-  в счет возврата заемных средств по договору займа № 05/03 от 05.03.2012 согласно письмам ФИО6 - 890 520,15 руб.;

- предоставление займа по договору займа № 09/З/15 от 07.05.2015 - 3 120 000 руб. 

Оспаривая указанные перечисления, конкурсный управляющий ссылается на то обстоятельство, что данные сделки совершены с заинтересованным лицом, в отсутствие какого-либо встречного предоставления и при злоупотреблении правом со стороны ответчика и должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается:

-      руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

-      лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи.

На основании пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Как верно установил суд первой инстанции, получатель оспариваемых платежей - ФИО2 является сыном директора должника - ФИО6 (периоды исполнения обязанностей руководителя должника - с 18.12.2007 по 04.09.2014, с 23.03.2016 по 26.04.2018), следовательно, заинтересованным по отношению к должнику лицом.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В данном случае при наличии признаков аффилированности между должником и ответчиком к доказательствам реальности правоотношений между указанными лицами должен применяться повышенный стандарт доказывания.

Указанный правовой подход обусловлен тем, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» кредитор и должник вступают в правоотношения с целью уменьшения конкурсной массы последнего. По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками указанных правоотношений, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Бремя опровержения этих сомнений в данном случае лежит на ответчике. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В данном случае, ответчиком не представлено доказательств расходования денежных средств, полученных со счетов должника в качестве подотчетных на цели, связанные с деятельностью ООО «Мариинский спиртзавод». Доказательств того, что на момент получения денежных средств ответчик являлся сотрудником предприятия, уполномоченным на получение денежных средств подотчет с целью расходования их на определенные цели, связанные с хозяйственной деятельностью предприятия-должника, не представлено.

Ответчиком также не доказан тот факт, что полученные им денежные средства в размере 890 520,15 руб. соответствовали указанному в перечислениях назначению - «возврат заемных средств по договору займа № 05/03 от 05.03.2012». Указанный договор займа ответчиком не представлен, не доказан факт выдачи займа должнику, а также факт наличия у ответчика финансовой возможности предоставить денежные средства должнику в качестве займа.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что ФИО2 выдал займ должнику за счет прибыли, полученной от деятельности ООО «Три кафе», в отсутствие соответствующих документальных доказательств рассмотрена судом первой инстанции и правомерно отклонена.

Ответчиком также не доказан факт получения денежных средств от ООО «Мариинский спиртзавод» в размере 3 120 000 руб. в рамках заёмных обязательств, которые были фактически исполнены со стороны ФИО2 путем возврата займа. Договор займа № 09/3/15 от 07.05.2015, на который имеется ссылка в спорных платежах, ответчиком не представлен.

Довод ответчика о том, что данный займ возвращен путем поставок в адрес должника на сумму 3 120 000 руб., также правомерно отклонен судом первой инстанции как не основанный на документальных доказательствах.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые платежи совершены с заинтересованным лицом в отсутствие встречного исполнения и повлекли причинение вреда должнику и его кредиторам; в результате совершения оспариваемых перечислений из собственности должника выбыли денежные активы.

При этом, как верно указал суд первой инстанции, на момент совершения оспариваемых перечислений у ООО «Мариинский спиртзавод» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ООО «Виноградное», ООО «Экспресс», ООО «Южная пищевая машиностроительная компания», ООО «Алмаз», Администрацией муниципального образования Темрюкский район.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что поскольку ответчик являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом, следовательно, в силу разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, он знал о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В свою очередь, заинтересованное по отношению к ответчику лицо - руководитель ООО «Мариинский спиртзавод» - ФИО6 не исполнил обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации должника, что исключает возможность проверки обоснованности оспариваемых перечислений.

Суд первой инстанции также пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях должника и ответчика признаков злоупотребления правом.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, действия которого направлены на извлечение преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Действия сторон оспариваемой в рамках настоящего дела сделки по перечислению денежных средств на счет аффилированного лица, направленной на вывод активов должника при наличии у него неисполненных обязательств, свидетельствуют о злоупотреблении сторонами сделки правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

С учетом обстоятельств настоящего спора, отсутствия в материалах доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон сделки, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что целью перечисления денежных средств со счетов должника на счет ответчика является вывод активов должника, что стало возможным в результате недобросовестных совместных, согласованных действий должника и ответчика.

Каких-либо доказательств в опровержение доводов о злоупотреблении правом с учетом правовой позиции о повышенном стандарте доказывания, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009 по делу № А40-235730/2016, как суду первой инстанции, так и суду апелляционной инстанции, ответчиком не представлено.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительной сделки в виде взыскания с ответчика денежных средств в размере 5 807 420,15 руб.

Поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт встречного исполнения со стороны ответчика и допущено злоупотребление правом при совершении сделки, права данного лица не подлежат судебной защите. В связи с чем, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что подлежит применению последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.

Доводы ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк», изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, со ссылкой на невозможность применения к оспариваемой сделке положений ст. 10, 168 ГК РФ, как не выходящей за пределы признаков подозрительности сделки, предусмотренные ст. 61.2 Закона о банкротстве, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции как необоснованные.

В данном случае суд первой инстанции с учетом того, что сторона сделки является фактически аффилированным и заинтересованным по отношению к должнику лицом и сделка фактически направлена на выведение активов должника, правомерно применил к оспариваемой сделке положения ст. 10, 168 ГК РФ. 

При этом судебная практика, на которую ссылается банк, принята при иных фактических обстоятельствах.

Судебные расходы обоснованно возложены судом первой инстанции на ответчика в силу ст. 110 АПК РФ. 

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Само по себе несогласие с выводами суда не является основанием для отмены судебного акта.

Согласно ч. 1, 6 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.03.2019 по делу № А53-2505/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                             Н.В. Сулименко

 

Н.В. Шимбарева