Дело № А11-17038/2018

01 июля 2021 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена 24 июня 2021 года.

Постановление

 в полном объеме изготовлено 01 июля 2021 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Сарри Д.В., 

судей Волгиной О.А., Захаровой Т.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 19.04.2021 по делу № А11-17038/2018, 

принятое по заявлению ФИО2 о признании договора займа от 01.02.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО4, недействительным и исключении ФИО3 из реестра требований кредиторов должника,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО4 (далее – ФИО4, должник) конкурсный кредитор ФИО2 (далее – ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, о признании недействительным договора займа от 01.02.2017, заключенного между ФИО3 (далее – ФИО3) и ФИО4, и исключении требований ФИО3 из реестра требований кредиторов должника.

Определением от 19.04.2021 суд первой инстанции отказал                        в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой, сославшись на нарушение судом норм материального права,  просит отменить определение суда полностью  и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 ссылается на то, что должник на дату совершения сделки отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Настаивает на том, что должник уменьшил размер конкурсной массы путем заключения договора дарения доли в квартире от 20.12.2016, расторжением договоров банковского вклада, в то же время приняв на себя обязательство, составляющее более двадцати процентов балансовой стоимости своего имущества. Указывает на аффилированность сторон сделки: ФИО5 являлся представителем одновременно ФИО4 и ФИО3, следовательно,  защищал интересы кредитора и должника по договору займа. Отмечает, что ФИО3 знал о цели должника причинения вреда имущественным интересам кредиторов и не мог не знать, поскольку указанные лица являются аффилированными по основаниям, указанным выше. Настаивает на том, что оспариваемая сделка отвечает признакам мнимости. Полагает, что наличие расписки само по себе не подтверждает выдачу займа, во внимание должен приниматься только подтвержденный налоговыми органами доход кредитора. Отмечает, что сумма займа не истребовалась кредитором до возбуждения дела о банкротстве. Указывает, что доказательства целесообразности и экономической выгоды от выдачи беспроцентного займа ФИО3 не представил. Обращает внимание суда на то, что обстоятельства выдачи займа не проверялись при вынесении судебного приказа мировым судьей, судом кассационной инстанции им также не дана оценка, поскольку определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.03.2020 лишь подтверждено, что нарушений при вынесении судебного приказа мировым судьей допущено не было. В этой связи указанные судебные акты не имеют преюдициального значения для рассматриваемого обособленного спора, а обстоятельства заключения договора займа подлежали исследованию Арбитражным судом Владимирской области. Считает, что судом не исследовано наличие у кредитора финансовой возможности выдачи займа. Полагает, что факт нахождения расписки у ФИО4, а не у ФИО3, доказывает прекращение обязательств по займу от 01.02.2017. Обращает внимание суда на недостоверность паспортных данных ФИО3, указанных в расписке от 01.02.2017. При изложенных обстоятельствах, по мнению заявителя жалобы, оспариваемая сделка подлежит признанию недействительной, а требования ФИО3 – исключению из реестра требований кредиторов должника.

ФИО3 и финансовый управляющий ФИО4 ФИО6 в отзывах на апелляционную жалобу выразили несогласие с доводами апелляционной жалобы, указали на законность  и обоснованность судебного акта, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Финансовый управляющий ФИО4 ФИО6 ходатайствовал о рассмотрении апелляционной жалобы в свое отсутствие.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные             о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru                      в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации                     в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального            и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Арбитражного суда Владимирской области от 05.02.2019 ФИО4 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

В соответствии с распиской в получении денег от 01.02.2017 ФИО4 получил от ФИО3 наличные денежные средства в сумме 500 000 руб. в качестве займа со сроком возврата до 01.03.2018.

Судебным приказом мирового судьи судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области от 07.09.2018 по делу № 2-2133/9-2018 с ФИО4 в пользу ФИО3 взыскана задолженность в сумме 504 100 руб., из которых 500 000 руб. - основной долг, 4100 руб. - расходы по уплате государственной пошлины.

Определением мирового судьи судебного участка №1 г. Коврова Владимирской области, и.о. мирового судьи судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области, от 13.09.2019, оставленным без изменения апелляционным определением Ковровского городского суда от 06.11.2019, ФИО2 восстановлен процессуальный срок на подачу кассационной жалобы на вышеуказанный судебный приказ.

Определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.03.2020 № 88-1679/2020 судебный приказ мирового судьи судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области от 07.09.2018 оставлен без изменения, кассационная жалоба ФИО2 - без удовлетворения.

Требования ФИО3, основанные на расписке в получении денег от 01.02.2017, в размере 500 000 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО4 решением Арбитражного суда Владимирской области от 05.02.2019 о признании должника банкротом.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена в целях причинения вреда кредиторам, ФИО2 обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора займа от 01.02.2017, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и исключении требований ФИО3 из реестра требований кредиторов должника.

При принятии обжалуемого судебного акта суд руководствовался статьями 2, 32, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 1, 10, 170, 309, 807 - 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции исходя из следующего. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела                  о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы                  о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет             до принятия заявления о признании должника банкротом                                   или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал                 или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица,                 либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки                    или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника                               на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки                   или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения                  без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил  или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации,                                   либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей             по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены                 или искажены указанные документы;

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63                            «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –                           Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной                      по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7                       Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона            о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала                            о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее               по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов                   и исключаются из него арбитражным управляющим                                           или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное                       не определено настоящим пунктом.

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, реализуется в исключительных случаях, в частности, в результате отмены  в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, судебного акта, на основании которого требование было включено                        в реестр, признания в установленном порядке недействительным решения налогового органа о взыскании недоимки, в случае замены кредитора,                по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований               из реестра кредиторов (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29                         «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона                  «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно пункту 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В силу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Исходя из даты составления расписки (01.02.2017) и даты принятия судом к производству заявления о признании ФИО4 банкротом (24.12.2018) спорная сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в течение трех лет до принятия указанного заявления). Таким образом, для признания сделки недействительной необходимо установить не только факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, но и осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Как установлено судом первой инстанции, реальность выдачи ФИО3 займа подтверждается представленной в материалы дела распиской, содержащей подпись должника, судебным приказом мирового судьи судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области от 07.09.2018 по делу №2-2133/9-2018, определением Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.03.2020 № 88-1679/2020.

Довод ФИО2 о том, что обстоятельства, установленные в указанных судебных актах, не имеют правового значения для настоящего спора, противоречит  части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

При вынесении судебного приказа от 07.09.2018 по делу №2-2133/9-2018 мировой судья судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области исследовал сведения, изложенные  ФИО3 в заявлении и приложенных к нему документах.

Из определения Второго кассационного суда общей юрисдикции от 20.03.2020 № 88-1679/2020 следует, что указанный судебный приказ вынесен по требованию, основанному на сделке, совершенной в простой письменной форме, бесспорно подтверждающей получение заемщиком денежных средств.

Таким образом, вопреки утверждению заявителя жалобы, названные судебные акты судов общей юрисдикции имеют преюдициальное значение для настоящего обособленного спора.

Довод ФИО2 о том, что наличие расписки само по себе не подтверждает выдачу займа, противоречит положениям пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающего требования к оформлению отношений между займодавцем и заемщиком.

Ссылка заявителя жалобы на недостоверность паспортных данных ФИО3, указанных в расписке от 01.02.2017, несостоятельна. С учетом того, что ФИО4 не отрицал факт получения займа от ФИО3 и не оспаривал судебный приказ мирового судьи судебного участка № 9 г. Коврова и Ковровского района Владимирской области от 07.09.2018 по делу № 2-2133/9-2018, указание в расписке неактуальных паспортных данных ФИО3 не свидетельствует об отсутствии договорных отношений между сторонами.

Из материалов дела не усматривается, что оспариваемая сделка причинила вред имущественным правам кредиторов, привела к уменьшению размера имущества должника.

Заключение ФИО4 договора дарения доли в квартире от 20.12.2016, расторжение им договоров банковского вклада в период заключения оспоренной сделки само по себе не свидетельствует о том, что должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вопреки утверждению заявителя жалобы, тот факт, что ФИО5  представлял интересы ФИО4 и ФИО3, не является однозначным доказательством наличия заинтересованности между ними. Представительство не отнесено статьей 19 Закона о банкротстве  к основаниям признания лица аффилированным с должником. Выдача доверенности не может служить надлежащим доказательством вхождения лиц в одну группу с должником.

Наличие у кредитора финансовой возможности выдачи займа в размере 500 000 руб. подтверждается  выпиской по операциям на счете (специальном банковском счете), принадлежащем ФИО3, открытом в ПАО «Сбербанк России» Волго-Вятский Банк.

Довод ФИО2 о том, что оспариваемая сделка отвечает признакам мнимости, а действия  должника и ФИО3 – недобросовестности, не состоятелен.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018                           № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав  и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия                  в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом для признания факта злоупотребления правом                       при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение)                         на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений                      в истинной цели совершения сделки.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений                 и разумность их действий предполагаются.

В данном случае основания для признания договора займа мнимой сделкой отсутствуют.

Материалы дела свидетельствуют о том, что займ в размере 500 000 руб. в действительности был предоставлен ФИО3 должнику. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для квалификации рассматриваемого договора в качестве мнимой сделки и применения положений 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для удовлетворения заявленных ФИО2 требований.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об искусственном создании задолженности ФИО4 перед ФИО3 опровергаются представленными в материалы дела доказательствами. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Между тем коллегия судей апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что правопорядок, предусматривающий оспаривание сделок должника, направлен на возврат имущества в конкурсную массу для наибольшего удовлетворения требований кредиторов. В рассматриваемом случае ФИО2 в целях восстановления нарушенного права заявлено требование о применении последствий недействительности оспоренной сделки в виде исключения требования ФИО3 из реестра требований кредиторов должника, то есть заявитель апелляционной жалобы фактически выражает несогласие с вступившим в законную силу судебным актом, которым установлены требования кредитора. 

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отказал ФИО2 в удовлетворении заявленных требований о признании оспариваемой сделки недействительной и исключении требований ФИО3 из реестра требований кредиторов ФИО4

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся                   в деле доказательствам. 

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи               с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными                 и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Арбитражный суд Владимирской области полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы суд относит                            на ФИО2

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 19.04.2021 по делу № А11-17038/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия                            через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1  291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Д.В. Сарри

Судьи

Т.А. Захарова

О.А. Волгина