СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9122/2017-АК

г. Пермь

18 декабря 2018 года

Дело № А60-21267/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 декабря 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Плаховой Т.Ю.,    

судей                                 Мартемьянова В.И., Романова В.А.,      

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф.,    

при участии:

заявителя жалобы, лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Штафетова В.В. (паспорт),

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, Штафетова Вячеслава Викторовича, Ахмедиева Руслана Рашитовича,

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 01 августа 2018 года

о признании доказанным наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц Штафетова В.В. и Ахмедиева Р.Р. к субсидиарной ответственности,

вынесенное судьей Сушковой С.А.

в рамках дела №  А60-21267/2016

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Завод огнеупорных материалов НТ» (ИНН 6623095509),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2016 ООО «Нижнетагильский завод огнеупорных материалов НТ» (далее – должник, Завод) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден Зайцев Д.Е.

29.03.2018 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего должника Зайцева Д.Е. о привлечении к субсидиарной ответственности Штафетова Вячеслава Викторовича (далее – Штафетов В.В.), Ахмедиева Руслана Рашитовича (далее – Ахмедиев Р.Р.) в размере 121 224 029, 41 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 01.08.2018 (резолютивная часть от 25.07.2018) признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц Штафетова В.В. и Ахмедиева Р.Р. к субсидиарной ответственности и приостановлено рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Ответчики Штафетов В.В. и Ахмедиев Р.Р. (далее - ответчики), не согласившись с вынесенным судебным актом, обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, ссылаясь на недоказанность оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности.

Определениями суда апелляционной инстанции от 23.10.2018 и от 22.11.2018 рассмотрение апелляционных жалоб откладывалось до 22.11.2018 и до 11.12.2018 соответственно, в целях выяснения дополнительных обстоятельств по делу и представления сторонами дополнительных доказательств.

В судебном заседании ответчик Штафетов Е.А. настаивал на удовлетворении своей жалобы, с доводами жалобы Ахмедиева Р.Р. согласился.

Все лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу ст.ст.156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.12.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден Зайцев Д.Е.

В марте 2018 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности на основании ст.ст. 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве следующих лиц:

Штафетова В.В. – учредителя должника (50% доли в ставном капитале) с 17.07.2013 и руководителя должника;

Ахмедиева P.P. – учредителя должника (50% доли в уставном капитале) и главного бухгалтера в период с 02.09.2013 по 08.04.2016.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

ООО «Завод огнеупорных материалов НТ» отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества с января 2015 года, что подтверждается следующим:

- наличием задолженности перед налоговым органом в размере 11 716 784 руб. - недоимка за период с 01.09.2014 по 30.04.2016, 1 568 100 руб. пени, 203 527 руб. штраф, (подтверждено определением Арбитражного суда от 23.03.2017 по настоящему делу);

- наличием задолженности перед ООО ТК «Ресурс», которое 01.03.2015 приняло право требования от ООО «ТОЗ» к должнику на сумму 16 635 724, 38 руб., а в последующем уступило его ООО «Авантаж» 11.04.2016 ( определение от 24.11.2016 по настоящему делу);

- наличием задолженности перед ООО «Авантаж» в сумме 1 534 843,54 руб., уступленной данному кредитору 01.04.2015 (определение от 24.11.2016 по настоящему делу);

- наличием задолженности перед налоговым органом в общей сумме 36 791 405, 89  руб. за 2015 год и 1 квартал 2016 года (определение суда от 19.09.2016 по настоящему делу);

- задолженностью перед ИП Штафетовой Е.А. в сумме 16 480 713 руб., уступленной ей ИП Ахмедиевым P.P. 01.07.2015 (определение от 07.11.2016 по настоящему делу), всего долг перед ИП Штафетовой Е.А. составляет 36 325 327 руб.

Кроме того, факт неплатежеспособности должника установлен актом налоговой проверки от 24.08.2016, в котором установлено, что должник обладает признаками несостоятельности с 25.10.2015.

Как следует из баланса Завода на 31 декабря 2015 год активы должника составляли 123 507 000 рублей, тогда как пассив составлял 176 828 000 рублей, то есть денежные обязательства превышают активы, по состоянию на 31.12.2014 активы должника составляли 95 570 000 рублей, тогда как пассив составлял 127 056 000 рублей, кредиторская задолженность с 2013 по 2014 годы увеличилась с 52 819 000 рублей до 113 892 000 рублей, то есть более чем в два раза. Бухгалтерская отчетность за 2013, 2014 годы подписывалась Штафетовым В.В. и Ахмедиевым P.P., следовательно, они располагали указанными в отчетности данными.

В данном случае с заявление о признании должника банкротом было подано в суд его работниками, в том числе и Штафетовым В.В. лишь 05.05.2016, то есть со значительным нарушением срока, предусмотренного Законом о банкротстве.

Таким образом, Штафетов В.В., как руководитель должника своевременно не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, в связи с чем, по мнению конкурсного управляющего, имеются основания для привлечения его к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве.

Также конкурсный управляющий указал, что в 2015, 2016 годах  должником заключены сделки по уступке права требования к контрагенту должника ОАО «ВГОК» другому обществу – ООО «Авантаж». Указанные сделки должника были оспорены конкурсным управляющим, вступившими в законную силу определениями суда от 10.07.2017, 13.07.2017, от 10.07.2017, 14.07.2017 договоры уступки права требования признаны недействительными.

По мнению конкурсного  управляющего, в результате данных сделок Штафетовым В.В. и Ахмедиевым Р.Р., как контролирующими должника лицами был причинен существенный ущерб права кредиторов, что в силу ст. 61.11 Закона о банкротстве является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении спора суд первой инстанции суд пришел к выводу о том, что необходимые условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим доказаны, обстоятельства, имеющие значение для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков, установлены.

Проанализировав нормы материального права, исследовав материалы дела в совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно п. 6 ст. 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Переходные положения изложены в ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ; положения пп. 1 п. 12 ст. 61.11, п.п. 3-6 ст.61.14, ст.ст. 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно ч.1 ст. 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Поскольку обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий заявляет требование о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в силу Закона №266-ФЗ, и заявление конкурсного управляющего поступило в суд до вступления в силу Закона №266-ФЗ, то настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных ст. 10 Закона о банкротстве, и процессуальных норм, предусмотренных Законом №266-ФЗ.

Статьей 10 Закона о банкротстве (подлежащей применению к спорным отношениям) установлены специальные основания и порядок для привлечения к субсидиарной ответственности учредителей и руководителей должника – юридического лица, при этом привлечение их к ответственности по таким основаниям обусловлено наличием общих условий, указанных в п.3 ст. 56 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 12 ст. 142 Закона о банкротстве в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в ст.ст. 9 и 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. 

Согласно п. 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Таким образом, для субсидиарной ответственности учредителей (участников), собственника имущества юридического лица или других лиц по обязательствам юридического лица необходимыми условиями являются: наличие у соответствующего лица права давать обязательные для юридического лица указания либо возможности иным образом определять его действия; совершение этим лицом действий (или его бездействие), свидетельствующих об использовании принадлежащего ему права давать обязательные для юридического лица указания и (или) своих возможностей иным образом определять его действия; причинно-следственная связь между использованием соответствующим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица и действием самого юридического лица, повлекшим его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества общества для расчетов с кредиторами.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве в указанных выше случаях заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п.п. 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о несостоятельности (банкротстве) презюмируется наличие причинно-следственной связи между противоправным и виновным бездействием руководителя организации в виде неподачи заявления о признании должника банкротом и вредом, причиненным кредиторам организации из-за невозможности удовлетворения возросшей перед ними задолженности.

Исходя из положений ст. 10 ГК РФ, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

При этом из содержания п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве следует, что предусмотренная этой нормой субсидиарная ответственность руководителя распространяется в равной мере как на денежные обязательства, возникающие из гражданских правоотношений, так и на обязанности по уплате обязательных платежей.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Положениями п. 1 ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, ООО «Завод огнеупорных материалов НТ» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 17.07.2013 за основным государственным регистрационным номером 1136623005661. Учредителями Завода являлись Штафетов В.В. и Ахмедиев P.P. с 17.07.2013 (размер доли по 50% у каждого), директором должника являлся Штафетов В.В., Ахмедиев Р.Р. являлся главным бухгалтером должника в период с 02.09.2013 по 08.04.2016.

Действительно, структура баланса по итогам 2013 и 2014 годов была отрицательной, что свидетельствует о недостаточности имущества должника для исполнения за его счет своих обязательств.

Между тем, согласно пояснениям Штафетова В.В., не опровергнутым конкурсным управляющим, Завод с сентября 2013 года начал производственную деятельность, начальное производство и содержание персонала производилось за счет личных средств учредителей, производство было организовано на арендованном оборудовании, котором имело значительную степень износа. Весной 2014 года было принято решение произвести дорогостоящий ремонт оборудования, тем самым обеспечить бесперебойную работу оборудования, а также выйти на необходимые объемы производства. Летом-осенью 2014 года был произведен ремонт оборудования. С октября по апрель 2015 года оборудование работало бесперебойно, обеспечивая необходимую производительность. В первом полугодии 2015 года должник вышел на прибыль.  По данным бухгалтерской отчетности за 1 полугодие 2015 года у должника был положительный баланс. В октябре 2015 года  прибыльная производственная деятельность Завода пошла на спад. В отношении основного потребителя продукции – ОАО «Высокогорно-обогатительный комбинат» (далее – ОАО «ВГОК») начата процедура банкротства (дело №А60-49382/2015), что повлекло сокращение объемов производства на 25% и прекращение платежей со стоны ОАО «ВГОК».

Изложенные обстоятельства, нашедшие под собой документальное подтверждение, не позволяют согласиться с доводами конкурсного управляющего о появлении у должника признаков неплатежеспособности с января 2015 года и возникновении в этой связи у ответчиков обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5, 7 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов  стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата,, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (данная позиция Верховного Суда Российской федерации изложена в определении от 20.07.2007 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015).

Ка указано ранее,  общество создано в 2013, для выхода на прибыльную деятельность осуществлены мероприятия по приведению оборудования в надлежащее состояние, что позволило предприятию в течение 2014, 1-ое полугодие 2015 года улучшить свои производственные показатели и получить чистую прибыль по итогам 1-го полугодия 2015 года. 

Временный управляющий в анализе финансового состояния должника также отметил, что в 1 полугодии 2015 года предприятие перешагнуло порог безубыточности.

В указанный период (1-ое полугодие 2015 года) должником осуществлялись действия по исполнению обязательств по оплате обязательных платежей, еще в июле 2015 произведены платежи в размере более 1 млн. руб. в за 1 квартал 2015 год по НДС. 

Между тем, материалами дела установлено, что сокращение объемов производства должника произошло по итогам 3 квартала 2015 года. Согласно пояснениям ответчиков данное сокращение произошло в связи с прекращением оплаты со стороны основного контрагента - ОАО «ВГОК». Согласно картотеке арбитражных дел в отношении названного общества в октябре 2015 года инициировано введение процедур банкротства (дело №А60-49382/2015).

Именно с этого момента руководителю должника должно было быть понятно о возникновении у должника убытков, поскольку основной контрагент (ОАО «ВГОК») стал неплатежеспособным.

В акте налоговой проверки от 24.08.2016 установлено, что должник обладает признаками несостоятельности с 25.10.2015.

Оценив фактические обстоятельства и представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ апелляционный суд пришел к выводу, признаки объективного банкротства у должника наступили по состоянию на 01.11.2015 года.

При этом Штафетов В.В. и Ахмедиев Р.Р. в силу своих статусов не могли этого не понимать, поскольку анализировали деятельность должника и обладали сведениями о поквартальном ее изменении, что было подтверждено Штафетовым В.В. в ходе судебного разбирательства.

О том, что Штафетов В.В. осознавал наступление у предприятия объективного банкротства, дополнительно свидетельствует то, что в 4 квартале 2015 года он начал предпринимать действия по трудоустройству работников Завода в другие предприятия. Согласно пояснениям Штафетова В.В. в судебном заседании суда апелляционной инстанции данные действия были обусловлены именно тем, что предприятие уже не могло исполнять свои обязательства, его деятельность будет прекращена, люди останутся без работы.

В тот же период ответчиками совершены действия, направленные на вывод активов должника (в результате цепочек сделок права требования по обязательствам должника оказались у аффилированного по отношению к должнику лица – ООО «Авантаж», где ответчик Ахмедиев Р.Р. и супруга ответчика Штафетова В.В. являлись учредителями и руководителем, во их исполнение должником названному лицу переданы права требования дебиторской задолженности к ОАО «ВГОК» по сделкам, признанным впоследствии в рамках настоящего дела о банкротстве недействительными).

Таким образом, не позднее 01.12.2015 у руководителя должника возникла обязанность по подаче заявления в суд о банкротстве предприятия.

Однако такая обязанность Штафетовым В.В. не исполнена, что свидетельствует о нарушении ими требований Закона о банкротстве.

При применении субсидиарной ответственности при несостоятельности (банкротстве) организаций противоправное поведение руководителей этих организаций проявляется в том, что в результате их деятельности часть требований кредиторов остается неудовлетворенной. Противоправность поведения руководителей здесь определяется с помощью общего критерия - неисполнение обязанностей, которое повлекло убытки для организации и ее кредиторов.

При этом следует учитывать, что для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота.

Участвуя в гражданском обороте, руководители обязаны были принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

При этом в данном случае действует презумпция виновности. Согласно ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий.

Если же устанавливается ответственность без вины, данные обстоятельства уже не имеют юридического значения. Для применения ответственности достаточно факта объективно противоправного деяния, за исключением случая, когда должник докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (ГК РФ).

Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции признает обоснованными требования конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения Штафетова В.В. к субсидиарной ответственности по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

В отношении привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника учредителя Ахмедиева Р.Р. следует отметить, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 13 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации, о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Такое лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков.

Материалами дела установлено, что Ахмедиев Р.Р., в силу его должностного положения – главный бухгалтер, а также участия в обществе (50% доли в уставном капитале) был осведомлен о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

При этом никаких решений по восстановлению финансового состояния должника не предпринимал. 

Напротив, как указано ранее, Ахмедиев Р.Р. совместно со вторым ответчиком предприняли действия, направленные на вывод активов должника (в результате цепочек сделок права требования по обязательствам должника оказались у аффилированного по отношению к должнику лица – ООО «Авантаж», где ответчик Ахмедиев Р.Р. и супруга ответчика Штафетова В.В. являлись учредителями и руководителем, во их исполнение должником названному лицу переданы права требования дебиторской задолженности к ОАО «ВГОК» по сделкам, признанным впоследствии в рамках настоящего дела о банкротстве недействительными; именно Ахмедиев Р.Р. является основным выгодоприобретателем по спорным сделкам, как учредитель ООО «Авантаж»).

Следовательно, учитывая приведенные выше нормы права и установленные по делу обстоятельства, непринятие ответчиками мер по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника при имеющихся признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества, апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в солидарном порядке.

Еще одним основанием для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на совершение ими действий, приведших к банкротству должника.

В силу п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с ч. 1 ст. 64, ст.ст. 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

В качестве деяний, влекущих основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 (управляющий ссылался на ст. 61.11) Закона о банкротстве, было указано на заключение должником в 2015-2016 годах сделок по уступке права требования к контрагенту должника ОАО «ВГОК» другому обществу – ООО «Авантаж». Как указал управляющий, указанные сделки должника были им оспорены, вступившими в законную силу определениями суда от 10.07.2017, 13.07.2017, 14.07.2017 договоры уступки права требования признаны недействительными. Указанными определениями суда установлено, что директор должника - Штафетов В.В. и управляющий ООО «Авантаж» - ИП Штафетова Е.А., являются супругами, кроме того, Штафетова Е.А. является учредителем ООО «Авантаж», ей принадлежит 50% доли в уставном капитале данного общества; вторым учредителем ООО «Авантаж» является Ахмедиев P.P. (50% доли), при этом он же является и учредителем ООО «Нижнетагильский завод огнеупорных материалов» (50% доли) и работником названного общества – главным бухгалтером. Таким образом, в результате совершения сделок был произведен вывод ликвидного имущества должника – дебиторской задолженности в пользу Штафетова В.В. и Ахмедиева Р.Р. 

Из фактических обстоятельств, установленных как в рамках настоящего, так и в рамках иных обособленных споров об оспаривании сделок по настоящему делу о банкротстве усматривается, что вступившим в законную силу определением от 14.07.2017 признан недействительным на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве договор уступки права требования №ЗНТ-125Д-15 от 01.06.2015, заключенный между Заводом и ООО «Авантаж». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования Завода по договору поставки №ДГВГ7-004762 (ЗНТ-14Д-13) от 17.09.2013 к ОАО «ВГОК» за исключением долга в размере 30 048 647,94 руб. При этом из содержания судебного акта следует, что установлен факт встречного исполнения, а именно факт погашения ОАО «ВГОК» долга в размере 30 048 647,94 руб. новому кредитору ООО «Авантаж».

Вступившим в законную силу определением от 14.07.2017 признан недействительным на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве договор уступки права требования №ЗНТ-209Д-15 от 18.11.2015, заключенный между Заводом и ООО «Авантаж». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Авантаж» в пользу Завода денежных средств в размере 351 182,16 руб. и восстановления права требования Завода по договору поставки №ДГВГ7-004762 (ЗНТ-14Д-13) от 17.09.2013 к ОАО «ВГОК» за исключением долга в размере 7 023 643,20 руб. При этом из содержания судебного акта следует, что установлен факт встречного исполнения, а именно факт погашения ОАО «ВГОК» долга в размере 7 023 643,20 руб. новому кредитору ООО «Авантаж».

Вступившим в законную силу определением от 10.07.2017 признан недействительным на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве договор уступки права требования №ЗНТ-215Д-15 от 07.12.2015, заключенный между Заводом и ООО «Авантаж». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Авантаж» в пользу Завода денежных средств в размере 434 843,57 руб. и восстановления права требования Завода по договору поставки №ДГВГ7-004762 (ЗНТ-14Д-13) от 17.09.2013 к ОАО «ВГОК» за исключением долга в размере 8 696 871,43 руб. При этом из содержания судебного акта следует, что установлен факт встречного исполнения, а именно факт погашения ОАО «ВГОК» долга в размере 8 696 871,43 руб. новому кредитору ООО «Авантаж».

Определением от 13.07.2017  признан недействительным на основании ст. 61.3 Закона о банкротстве договор уступки права требования №ЗНТ-04Д-16 от 13.01.2016, заключенный между Заводом и ООО «Авантаж». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования  должника к ОАО «ВГОК» по договору поставки №ДГВГ7-004762 (ЗНТ-14Д-13) от 17.09.2013 за исключением долга в размере 4 524 370,66 руб. и восстановления права требования ООО «Авантаж» к должнику в размере 1 367 107,72 руб.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017 указанное определение изменено в части применения последствий недействительности сделки, применены последствия в виде восстановления права требования Завода к ОАО «ВГОК» по договору поставки №ДГВГ7-004762 (ЗНТ-14Д-13) от 17.09.2013 за исключением долга в размере 7 224 370, 66 руб. и взыскания с ООО «Авантаж» в пользу должника  долга в размере 7 24 370,66 руб. При этом, из содержания данного судебного акта следует, что  сделка признана недействительной на основании ст.61.2 Закона о банкротстве  и установлен факт частичного погашения ОАО «ВГОК» долга в размере 8 696 871,43 руб. новому кредитору ООО «Авантаж».

При этом какие-либо выводы относительно недействительности обязательств должника перед ООО «Авантаж», в счет исполнения которых совершены спорные сделки, в судебных актах не содержаться. Напротив, суд исходил из их действительности, усматривая, что они  были удовлетворены в предпочтительном по отношению к иным обязательствам должника порядке.

Проанализировав совокупность установленных обстоятельств, апелляционный суд приходит к убеждению, что совершение вышеназванных сделок незначительно повлияло на обороты предприятия, эти сделки не являлись причиной объективного банкротства  должника, их результатом явилось удовлетворение требований кредитора, аффилированного по отношению к должнику, в обход требований иных кредиторов.

С учетом изложенного приведенные конкурсным управляющим в обоснование необходимости привлечения ответчиков обстоятельства по совершению ими сделок уступки, не могут свидетельствовать о возникновении у них обязанности нести субсидиарную ответственность в порядке п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, в п. 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, – суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Там же Пленумом Верховного Суда РФ даны разъяснения о том, что  независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям ст.ст. 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную ст. 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Учитывая, что по спорным договорам уступки была уступлена ликвидная задолженность и ОАО «ВГОК» производило исполнение по договорам уступки, апелляционный суд считает, что должнику в результате этих сделок были причинены убытки в виде разницы между тем, что мог получить должник с ОАО «ВГОК» и тем, что он получил от ООО «Авантаж».

Из фактических обстоятельств дела следует, что в рассматриваемом случае судебные акты в части взыскания с ООО «Авантаж» в пользу должника денежных средств в качестве последствия недействительности сделки не исполнено, образовалась непогашенная задолженность, которая была реализована в рамках дела о банкротстве должника.

Согласно представленным конкурсным управляющим сведениям по запросу суда, в результате реализации данной задолженности на торгах было получено 352 000 руб.

Таким образом, суд полагает, что в рассматриваемом случае ответчики, допустившие образование непогашенной задолженности, должны быть привлечены к ответственности в виде взыскания убытков в сумме 1 766 917, 81 руб.

Поскольку действующее законодательство о банкротстве связывает размер субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника с размером непогашенных в результате конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, установить размер субсидиарной ответственности в настоящее время не представляется возможным, апелляционный суд считает, что производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Штафетова В.В. и Ахмедиева Р.Р. следует приостановить до окончания расчетов с кредиторами.

При отмеченных обстоятельствах определение суда от 01.08.2018 полежит изменению на основании п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

При подаче апелляционных жалоб ответчиками была уплачена госпошлина в сумме 3 000 руб. каждым, между тем в силу пп.12. п.1 ст.333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба на подобного рода определения, госпошлиной не оплачивается, в связи с чем, денежные средства подлежат возврату ответчикам на основании ст.333.40 Налогового кодекса Российской Федерации как излишне уплаченные.

Руководствуясь ст.ст. 104, 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражный суд Свердловской области от 01 августа 2018 года по делу № А60-21267/2016 изменить, изложив резолютивную часть определения в следующей редакции:

«Признать доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц Штафетова Вячеслава Викторовича и Ахмедиева Руслана Рашитовича к субсидиарной ответственности и приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Взыскать со Штафетова Вячеслава Викторовича и Ахмедиева Руслана Рашитовича  в пользу ООО «Завод огнеупорных материалов НТ» убытки в размере 1 766 917 рублей 81 копейка солидарно.

Возвратить Штафетову Вячеславу Викторовичу из федерального бюджета госпошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей, уплаченную по чеку-ордеру от 24.08.2018.

Возвратить Ахмедиеву Руслану Рашитовичу из федерального бюджета госпошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 (Три тысячи) рублей, уплаченную по чеку-ордеру от 24.08.2018».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

В.А. Романов