АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-743/21 

Екатеринбург

10 марта 2025 г.

Дело № А60-10035/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О.Г.,

судей Новиковой О.Н., Артемьевой Н.А.,

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю., рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием систем веб-конференции, кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» (далее – общество «Продовольственная компания») ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «РНГО» (далее – общество «РНГО») на определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2024 по делу № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 по тому же делу.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель публичного акционерного общества «Банк Зенит» (далее – общество «Банк Зенит») – ФИО2 (паспорт, доверенность от 20.01.2025 № 22/2025).

В помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

представители общества «РНГО»: ФИО3 (паспорт, доверенность от 13.01.2025 № 01/01-2025), ФИО4 (паспорт, доверенность от 13.01.2025 № 02/01-2025);

бывший руководитель общества «Продовольственная компания» ФИО5 (паспорт) и его представитель – ФИО6 (паспорт, доверенность от 17.06.2024);

представитель ФИО7 – ФИО8 (удостоверение адвоката, доверенность от 01.03.2024);

представитель общества с ограниченной ответственностью  «Прометей» – ФИО9 (паспорт, доверенность от 02.05.2024);

представитель обществ с ограниченной ответственностью «ОЖК» и «Чистогорье» – ФИО10 (удостоверение адвоката, доверенности от 10.06.2023 и от 12.08.2024 соответственно);

представитель ФИО11 – ФИО12 (паспорт, доверенность от 02.06.2022);

представитель ФИО13 и ФИО14 – ФИО15 (паспорт, доверенности от 02.06.2022 и от 25.07.2024 соответственно).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2020 к производству суда принято заявление общества «РНГО» о признании общества «Продовольственная компания» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.06.2020 (резолютивная часть от 19.06.2020) в отношении  общества «Продовольственная компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО16 (далее - ФИО16), член Саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих «Авангард».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2020 (резолютивная часть от 14.10.2020) общество «Продовольственная компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на ФИО16

В арбитражный суд 25.06.2021 поступило заявление и.о. конкурсного управляющего ФИО16 о привлечении к субсидиарной ответственности, которым заявитель просил: 

1) привлечь к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) по обязательствам общества «Продовольственная компания» солидарно: общество с ограниченной ответственностью «Продукт-Ленд» (далее – общество «Продукт-Ленд», общество с ограниченной ответственностью «Прометей» (далее – общество «Прометей»), общество с ограниченной ответственностью «ОЖК» (далее – общество «ОЖК»), общество с ограниченной ответственностью «Лев» (далее – общество «Лев»), ФИО13, ФИО11, индивидуального предпринимателя ФИО14; 

- взыскать солидарно с обществ «Продукт-Ленд», «Прометей», «ОЖК», ФИО13, ФИО11, предпринимателя ФИО14 денежные средства в размере 1 057 852 828 руб. 05 коп. в пользу общества «Продовольственная компания»; 

2) привлечь к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве по обязательствам общества «Продовольственная компания» солидарно ФИО13, ФИО11, ИП ФИО14; 

- взыскать солидарно с ФИО13, ФИО11, предпринимателя ФИО14 денежные средства в размере 979 869 591 руб. 40 коп.

Определением от 29.06.2021 заявление принято к рассмотрению.

От Цион Гмбх (Zion GmbH) 05.08.2021 поступили следующие заявления и ходатайства: 

- о вступлении в рассмотрение настоящего спора по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в качестве соистца. 

- о привлечении к участию в деле в качестве соответчиков: ФИО5, ФИО7, публичное акционерное общества «Банк Зенит» (далее – общество «Банк Зенит», Банк). 

В рамках самостоятельных требований фирма Цион Гмбх просила привлечь к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве по обязательствам общества «Продовольственная компания», помимо лиц, указанных в заявлении и. о. конкурсного управляющего ФИО16, солидарно ФИО5, ФИО7 и общество «Банк Зенит» и взыскать солидарно с ФИО5, ФИО7 и общества «Банк Зенит» денежные средства в размере 1 057 852 828 руб. 05 коп.

Определением от 02.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве соистца привлечен конкурсный кредитор фирма Цион ГмбХ, в качестве соответчиков привлечены ФИО5, ФИО7 и общество «Банк Зенит».

От общества «РНГО» 25.05.2022 поступило заявление о вступлении в обособленный спор в качестве созаявителя, в котором общество просило привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно: ФИО13, ФИО11, ИП ФИО14, общества «Прометей», «Продукт-Ленд», «ОЖК», «Лев», ФИО5, ФИО7, ФИО17, ФИО18. 

Определением от 08.06.2022 общество «РНГО» привлечено в качестве созаявителя (соистца) в обособленный спор по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. ФИО17, ФИО18 привлечены в качестве соответчиков. 

От конкурсного управляющего 19.09.2022 поступило уточнение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, просит привлечь в качестве соответчика ФИО19. 

Определением от 27.09.2022 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечена ФИО19 

Обществом «РНГО» заявлено ходатайство о привлечении к участию в споре в качестве соответчика ФИО20, со ссылкой на осуществление заявленным лицом доверительного управления долей ФИО13 в уставном капитале общества «Прометей» в размере 84,847%, предположение о номинальности заявленного лица. 

Определением от 21.10.2022 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечена ФИО20 

От конкурсного управляющего 11.01.2023 поступило дополнение к заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, просил привлечь к участию в деле в качестве соответчика общество с ограниченной ответственностью «Завод безалкогольных напитков Бест Ботлинг» (далее – общество «ЗБН Бест-Ботлинг»).

Определением от 24.01.2023 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечено общество «ЗБН Бест-Ботлинг».

От общества «РНГО» поступили дополнения к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности с ходатайством о привлечении соответчика – общества «ОЖК» и общества с ограниченной ответственностью «Чистогорье» (далее – общество «Чистогорье») к субсидиарной ответственности. Ходатайство удовлетворено.

Определением от 06.03.2023 требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13, предпринимателя ФИО14 по обязательствам должника, а также требование о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11, общества «Лев» по обязательствам должника выделены в отдельные производства.

Определением от 09.11.2023 на основании Постановления Арбитражного суда Уральского округа от 16.10.2023 суд объединил заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО11, ФИО13, предпринимателя ФИО14, общества «Лев» с настоящим обособленным спором о привлечении ФИО5, ФИО7, общества «Банк Зенит», ФИО18, ФИО17, общества «Прометей», общества «ОЖК», общества «Продукт-Ленд», ФИО19, ФИО20, общества «Чистогорье» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Продовольственная компания» для совместного рассмотрения. По ходатайствам конкурсного управляющего, общества «РНГО» в качестве соответчиков по спору о субсидиарной ответственности привлечены: ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО17, общество с ограниченной ответственностью «Аквабаланс» (далее – общество «Аквабаланс»), ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28.

Определением от 09.02.2024 на основании ходатайства фирмы Цион ГМБХ к участию в деле в качестве соответчика привлечено общество «РНГО» (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2024 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего, фирмы Цион Гмбх, общества «РНГО» о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 и общество «РНГО» обратились с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части отказа в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и общества «РНГО» отменить, заявления конкурсного управляющего и общества «РНГО» удовлетворить.

В обоснование доводов кассационной жалобы конкурсный управляющий указывает, что судами не дана оценка доводам о том, что совершенная ФИО5 сделка – договор уступки права (требования) от 01.10.2018 между должником и обществом «Продукт-Ленд» значительно ухудшила финансовое положение должника. Заявитель отмечает, что при заключении договора стороны осознавали, что передаваемая дебиторская задолженность неликвидна, а у должника отсутствуют активы для оплаты приобретения этого права требования.

Конкурсный управляющий также полагает неподтвержденным материалами дела вывод судов о том, что совершение переводов денежных средств должника в пользу обществ «ЗБН Бест Ботлинг» и «Продукт-Ленд» в сумме 465 014 801 руб. был произведен в рамках привативного перевода долга внутри группы компаний Бест. Оспаривая вывод апелляционного суда о том, что у ФИО5 не имелось оснований для принятия мер по взысканию задолженности с обществ «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг», поскольку она не была отражена в бухгалтерском учете должника, заявитель отмечает, что ФИО5 как директору должника было достоверно известно о наличии у должника обязательств по кредитному договору, в связи с чем он как разумный и добросовестно действующий руководитель должен был проанализировать на что были израсходованы полученные от банка кредитные денежные средства.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на несоответствие обстоятельствам дела вывода судов о том, что после даты объективного банкротства у должника отсутствуют неисполненные обязательства. По мнению заявителя, судами не дана оценка осведомленности кредиторов обществ «Управляющая компания Перспектива», «Прометей», «Аквабаланс» о наличии у директора общества «Продовольственной компания» обязанности по подаче заявления о банкротстве. Управляющий обращает внимание также на отсутствие в материалах дела доказательств выполнения директором должника экономически обоснованного плана, направленного на преодоление в разумный срок финансовых затруднений. Поскольку ФИО5 не была исполнена соответствующая обязанность, то ФИО29 обязана была принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника.

Общество «РНГО» в кассационной жалобе указывает на нарушение апелляционным судом норм части 5 статьи 18 АПК РФ, выразившееся в том, что после замены судьи разбирательство не было произведено с самого начала. Заявитель полагает также, что судами необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайств общества «РНГО» об истребовании доказательств и вызове свидетеля, которые были заявлены им в целях сбора доказательств в подтверждение доводов о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Кроме того, кассатор ссылается на неправомерный отказ судов в приостановлении рассмотрения настоящего спора до рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора уступки прав требования от 01.10.2018.

Общество «РНГО», оспаривая вывод судов о том, что сделки по перечислению денежных средств не были направлены на вывод активов должника и не стали причиной банкротства, ссылается на подтвержденность материалами дела безосновательного перечисления должником в пользу аффилированных лиц денежных средств на сумму 45 млн. руб., которая в исследуемый период наличия риска наступления объективного банкротства являлась для должника значительной. Выражая несогласие с выводом об отсутствии у ФИО5 и ФИО19 оснований для принятия мер по истребованию данной задолженности, заявитель отмечает, что неотражение в бухгалтерском учете наличия дебиторской задолженности не свидетельствует о ее фактическом отсутствии.

Общество «РНГО» утверждает, что судами не произведен анализ деятельности должника, установление причин банкротства осуществлено без учета доводов о том, что должник являлся членом Группы Бест, был встроен в деятельность группы, контролировался одними бенефициарами. Судами также не дана оценка доводам о том, что компаниями, входящими в Группу Бест, с третьего квартала 2018 года резко снижаются объемы закупа у общества «Продовольственная компания», что влечет непоступление в адрес должника денежных средств в размере до 60 млн. руб. в квартал. Заявитель не согласен с выводами судов об отсутствии признаков перевода деятельности должника на общество «Продкомпания», указывает, что судами не учтены обстоятельства, свидетельствующие о том, что общество «Продкомпания» с 2019 года осуществляет именно ту торговую деятельность, которую осуществлял должник, и работает с теми же контрагентами, с которыми сотрудничал должник.

Общество «РНГО» считает также неподтвержденным материалами дела вывод судов о принятии ФИО5 мер, направленных на выход из кризисной ситуации, полагает, что перечисленные действия не могли повлиять на возобновление деятельности должника при отсутствии погашения задолженности перед кредиторами и параллельном осуществлении перевода бизнеса на общество «Продкомпания». Кроме того, кассатор не согласен с выводами судов о том, что заявителями не представлено пояснений о том, отсутствие каких именно сведений повлияло на проведение процедур банкротства и привело к невозможности расчетов с кредиторами; утверждает, что конкурсными управляющими и обществом «РНГО» было заявлено о недостатках переданной ФИО5 документации и отсутствии среди переданной документации документов для идентификации конкретных активов должника.

Общества «ОЖК», «Чистогорье», «Прометей», «Продкомпания», «Лев», ФИО11, ФИО7, ФИО5, ФИО20, ФИО13 и ФИО14 представили письменные мотивированные отзывы, в которых просят оставить судебные акты без изменения. Представленные отзывы приобщены к материалам кассационного производства в порядке статьи 279 АПК РФ.

Обществом «РНГО» представлены возражения на отзывы. К возражениям приложены дополнительные документы, а именно сводка по исполнительному производству ФИО17 от февраля 2025 г. Данные документы судом округа не приняты и к материалам дела не приобщены, поскольку в силу статей 284, 286, 287 АПК РФ сбор, принятие и оценка дополнительных доказательств не входят в компетенцию суда кассационной инстанции, который проверяет законность принятых судебных актов на основании имеющихся в деле доказательств, исследованных и оцененных судами первой и апелляционной инстанций, при этом данные документы ввиду их представления в электронном виде через систему «Мой Арбитр» фактическому возврату на бумажном носителе не подлежат.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судами, конкурсным управляющим должника заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Продовольственная компания» солидарно следующих лиц: ФИО5; ФИО7; ФИО19; общества «Продукт-Ленд»; общества «ЗБН Бест Ботлинг»; ФИО21; ФИО22; ФИО23; ФИО24; ФИО13; ФИО11; индивидуального предпринимателя ФИО14; общества «Прометей»; общества «ОЖК»; общества «Лев».

В обоснование требований к ФИО5 конкурсный управляющий указывал на то, что являясь руководителем должника с 13.05.2016 по 14.10.2020, он не предпринимал меры к погашению образовавшейся задолженности перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов; совершена сделка, которая ухудшила финансовое положение должника - договор уступки права (требования) от 01.10.2018 между должником и общества «Продукт-Лэнд». При заключении договора стороны осознавали, что передаваемая дебиторская задолженность неликвидна, а у должника отсутствуют активы для оплаты приобретения этого права требования. ФИО5 не предпринималось мер по получению денежных средств ни с основного должника общества с ограниченной ответственностью «Бест-продукты питания», ни с поручителей по приобретенным правам требований; не предпринял мер ко взысканию с общества «Продукт-Лэнд», общества «ЗБН Бест Ботлинг» денежных средств в общем размере 465 014 801 руб., которые ранее были перечислены в их адрес в отсутствие встречного предоставления; ФИО5 совершил сделки, признанные в рамках дела о банкротстве недействительными по статьям 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. Сумма денежных средств, взысканная в пользу должника, и непогашенная по состоянию на 01.08.2024, составляет 30 813 360 руб. 24 коп., что является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Также постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2021 определение суда от 14.04.2021 отменено в части отказа в возложении на ФИО5 обязанности по передаче конкурсному управляющему электронной базы данных, в которой велся бухгалтерский учет должника; на ФИО5 возложена обязанность по передаче конкурсному управляющему указанной электронной базы. Электронная база данных, в которой велся бухгалтерский учет должника, до настоящего времени бывшим директором не передана, что является основанием для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности в порядке подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Как указывал заявитель, ФИО5 признает, что был обязан подать заявление о несостоятельности в срок не позднее 29.04.2019, начиная с 30.04.2019 срок на подачу считается пропущенным, чего не было сделано, в связи с чем, на него возлагается ответственность на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В вину ФИО7, являющейся единственным участником должника с 14.10.2014 по настоящее время, конкурсный управляющий ставил совершение в период ее участия сделок: договор уступки права (требования) от 01.10.2018 с общества «Продукт-Лэнд», перечисление полученных в кредит денежных средств в адрес обществ «ЗБН Бест Ботлинг» и «Продукт-Ленд» в общем размере 465 014 801 руб. Также ФИО7 не была исполнена обязанность по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника в течение 10 календарных дней. ФИО19, являвшаяся директором должника до 13.05.2016, по мнению конкурсного управляющего, отвечает в порядке пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве за перечисление в адрес обществ «ЗБН Бест Ботлинг» и «Продукт-Ленд» денежных средств в общем размере 465 014 801 руб. в отсутствие встречного предоставления.

Конкурсный кредитор фирма Цион ГмбХ просила привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО7, общество «Банк Зенит» и общество «РНГО».

В обоснование требований к обществу «Банк Зенит» кредитор ссылался на заключение им с должником и последующего исполнения договора №16/049/Продовольственная компания об открытии кредитной линии на сумму 465 000 000 руб., в результате чего Банком была создана схема по незаконному выводу из имущественной массы должника суммы предоставленного кредита в размере 465 000 000 руб. сразу же после его выдачи; Банком как мажоритарным кредитором создана модель контроля за должником, которая путем в т.ч. предоставления ему постоянных отсрочек погашения основного долга и процентов по кредитному договору (всего 15 отсрочек), составлявшими существенную часть обязательств должника, позволяла искусственно регулировать финансовые показатели последнего, осуществлять тем самым его компенсационное финансирование, что само по себе характерно только для контролирующих должника лиц; о подконтрольности должника Банку свидетельствует получение выгоды от сделок (транзитное движение денежных средств) в виду замены неплатежеспособного должника на платежеспособное лицо; результатом действий Банка по изъятию из имущественной массы должника 465 000 000 руб. стала невозможность удовлетворить требования кредиторов.

Обстоятельствами ответственности общества «РНГО» фирма  Цион ГмбХ считала участие данного общества в схеме Банка по обогащению за счет должника, что следует из их аффилированности, в том числе, посредством введения в отношении должника подконтрольной процедуры. 

В части требований к ФИО5 и ФИО7 фирмой Цион ГмбХ отказ от требований не заявлен, но полагает, что с учетом доказательств по делу, обобщенного результата оспаривания сделок, какой-либо существенный вред должнику и имущественным правам кредиторов их действиями не причинен.

Конкурсным кредитором обществом «РНГО» заявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО7, ФИО13, ФИО11, ФИО14, обществ с ограниченной ответственностью «Прометей», «Продукт-Ленд», «ОЖК», «Лев», «Чистогорье», ФИО17, ФИО18, ФИО27, ФИО28, ФИО23, ФИО26, ФИО25 и общества «Аквабаланс».

Основанием для привлечения к ответственности заявленных лиц кредитор называет совершение сделок против интересов должника, а именно, кредитного договора 

<

***>/Продовольственная компания об открытии кредитной линии от 26.08.2014 с обществом «Банк Зенит» для последующего перевода долга общества «Бест-Продукты питания» на общество «Продовольственная компания» посредством созданной в группе предприятий Бест через ее участников – общества «ЗБН Бест-Ботлинг», «Бест-Продукты питания», «Продовольственная компания» и «Продукт-Ленд» транзитной схемы банковских операций, позволившей бенефициарам данной группы осуществить перевод кредитных обязательств одного участника группы – общества «Бест-Продукты питания» на другого участника группы – общество «Продовольственная компания» в отсутствие реального вливания кредитных денежных средств в финансово-хозяйственную деятельность последнего. При этом, погашение долга производилось не должником – обществом «Бест-Продукты питания», а обществом «Продукт-Ленд» как поручителем и также обязанным погасить долг лицом (солидарным должником).

Именно в период осуществления траншей внутри группы, 06.10.2014, участники общества «Продовольственная компания» ФИО17, ФИО27, ФИО28 отчуждают свои доли ФИО7, чему не дано каких-либо объяснений. При этом ФИО17, ФИО27, ФИО28 продолжают оставаться поручителями по кредитным обязательствам внутри группы компаний. Кредитор полагает, что действующий участник общества является номинальным, фактическим бенефициаром является ФИО17

Кредитор указывал на то, что в течение 5 лет должник исполнял обязательства по погашению кредита, однако во 2 полугодии 2018 года по неизвестным кредитору причинам участником, директором и бенефициарами Группы Бест принимается решение о прекращении исполнения обязательств должника по кредитному договору.

В 2018-2019 годах бенефициарами Группы компаний Бест была реализована схема по оставлению на заемщике, входящем в Группу Бест, долга независимого кредитора – общества «Банк Зенит» (общество «РНГО») с целью списания его в банкротстве, в связи с переводом оптовой торговли продуктами питания на иное юридическое лицо, входящее в Группу компаний Бест – общество «Продкомпания». А именно, вместо должника – общества «Продовольственная компания» основной торговой организацией Группы компаний «Бест» является общество «Продкомпания», мажоритарным участником которой с 18.06.2019 года согласно данным ЕГРЮЛ является ФИО17 – сын ФИО17.

С 05.12.2015 участником общества «Продкомпания» также является общество «Аквабаланс», входящее в Группу компаний «Бест». Единственным участником общества «Аквабаланс» является с 20.04.2018 ФИО25, который также является конечным бенефициаром от перевода деятельности с должника на общество «Продкомпания». ФИО25 является сыном ФИО28, бывшего участника должника, сохранившего контроль над Группой компаний «Бест». Таким образом, бенефициары Группы компаний «Бест» оформили доли в действующих компаниях Группы компаний «Бест» на сыновей, имеются все основания полагать, что фактическое управление Группой было продолжено именно ФИО17 и ФИО28

Общество «РНГО» полагало, что именно реализация указанной схемы и перевод бизнеса явились причиной снижения оборотов деятельности должника, начиная с 2018 года, в результате которого должник – общество «Продовольственная компания» стал неплатежеспособным.

Фактически в корпоративной Группе Бест была реализована бизнес-модель, предполагающая определение торговой компании, наращивание объемов ее хозяйственной деятельности, достигающееся в т.ч. в связи с работой с компаниями Группы Бест, получение кредитов в Банках, последующее снижение оборотов деятельности торговой компании, введение банкротства торговой компании.

Причиной банкротства общества «Продовольственная компания», по мнению заявителя, являются умышленные действия бенефициаров Группы компаний Бест – ФИО17, ФИО28, ФИО27 и ФИО13, и их аффилированных лиц по изменению структуры осуществления предпринимательской деятельности Группы компаний Бест в связи с желанием не исполнять обязательства по выплате кредита обществу «Банк Зенит», а именно: 

– умышленное снижение оборотов деятельности должника; 

– умышленная неоплата дебиторской задолженности в адрес дожника компаниями Группы Бест, подконтрольными ФИО17, ФИО28, ФИО30, которая тоже способствовала снижению оборотов деятельности должника; 

– умышленное прекращение исполнения обязательств по кредитному договору с общества «Банк Зенит» (специальное допущение просрочки по внесению очередных платежей при наличии денежных средств, достаточных для осуществления платежей в даты); 

– перевод деятельности по оптовой торговле продуктами питания в Группе компаний на компанию, которая была определена в составе Группы как новая торговая компания – общества с ограниченной ответственностью «Уралсклад» со специальной сменой наименования на общество «Продкомпания»; 

– заключение сделки с обществом «Продукт-Ленд» – договор уступки прав требования 01.10.2018, в связи с которой появился аффилированный кредитор, «просудивший» свое требование и имевший намерение инициировать банкротство общества «Продовольственная компания», разместил соответствующую публикацию на Федресурс.ру.

ФИО13, по мнению заявителя, также является конечным бенефициаром Группы Бест как участник мажоритарного и залогового кредитора общества «Прометей», владеющего правами залога на недвижимое имущество группы Бест, которое находится в настоящее время в ее пользовании, и с использованием которого и осуществляется деятельность всей Группы.

Снижению оборотов должника не дано разумных объяснений, подготовка к переводу деятельности с должника на другое юридическое лицо – общество «Продкомпания» началась еще в 2018 году. В дальнейшем в течение первой половины 2019 года идет снижение оборотов должника и увеличение оборотов общества «Продкомпания», причем в размере, соответствующем размеру снижения оборотов должника.

Должник при осуществлении оптовой торговли продуктами питания являлся также торговым домом производителя безалкогольных напитков Группы компаний Бест – общества «Чистогорье». В настоящее время торговым домом общества «Чистогорье» является общество «Продкомпания», что подтверждает перевод деятельности должника на иного члена ГК.

Из анализа книг продаж за 2018-2021 годы следует, что до второго квартала 2019 года значительный объем реализации продукции общества «Чистогорье» осуществлялся через должника. Со второго квартала 2019 года начинается резкое снижение объема реализации продукции в адрес должника с одновременным началом реализации продукции в адрес общества «Продкомпания». 

По мнению кредитора, каких-либо объективных причин для прекращения работы общества «Чистогорье» с должником в 2019 году не имелось.

До 22.10.2018 общество «Продкомпания» называлась обществом «Уралсклад». Использование аналогичного наименования с должником однозначно свидетельствует о желании продолжить на новом юридическом лице ту же самую предпринимательскую деятельность, которой занималось предыдущее юридическое лицо.

С 08.11.2018 в ЕГРЮЛ вносятся изменения в виды деятельности общества «Продкомпания», именно смена «63.12 Хранение и складирование» на «46.39 Торговля оптовая специализированная пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями».

Общество «Продкомпания» с 2019 года осуществляет именно ту торговую деятельность, которую осуществлял должник, и работает именно с теми контрагентами (поставщиками и покупателями), с которыми работал должник.

В третьем квартале 2019 года на тендер общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Екатеринбург» (далее – общество «Газпром Трансгаз Екатеринбург»), где победителем предшествующего тендера являлся должник, на сумму около 50 млн. руб. на новый период поставки заявку подает не должник, а общество «Продкомпания».

Перевод деятельности должника, по мнению заявителя, подтверждается переводом ведущих сотрудников должника в обществе «Продкомпания», совпадением места нахождения должника и общества «Продкомпания», используемых IP-адресов. общество «Продкомпания» в материалы дела не представило надлежащие доказательства, подтверждающие получение финансирование от кредитных организаций.

В настоящее время Группа Бест успешно функционирует и имеет миллиардные обороты, сохранило все свои активы в виде недвижимого имущества во владении Группы Бест.

Общество «Продкомпания» на протяжении всего периода 2018-2021 гг. развивалась постепенно и не демонстрировала каких-либо значительных показателей прибыли.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из недоказанности заявителями оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Выводы судов в части отказа в удовлетворении требований фирмы Цион Гмбх о привлечении к субсидиарной ответственности обществ «Банк Зенит» и «РНГО» заявителями кассационных жалоб не оспариваются и судом кассационной инстанции не проверяются.

Изучив доводы кассационной жалобы и возражения на них, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона  о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума № 53, если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий и общество «РНГО» указывают на наличие оснований для привлечения обществ «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг» к субсидиарной ответственности в порядке подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве в связи с совершенными должником в период с 08.09.2014 по 22.12.2014 перечислениями денежных средств в сумме 465 014 801 руб. в адрес общества «Продукт-Ленд» как прямо, так и через общество «ЗБН Бест Ботлинг», в отсутствие встречного предоставления со стороны получателей. По тем же основаниям, по мнению заявителей, привлечению к ответственности подлежат ФИО22 – директор и единственный участник общества «Продукт-Ленд», ФИО21 – директор и участник (с 14.05.2014 по 17.01.2016), ФИО23 – единственный участник общества «ЗБН Бест Ботлинг» (с 13.06.2019 по настоящее время), ФИО24 – участник общества «ЗБН Бест Ботлинг» (с 18.01.2016 по 12.06.2019).

Из материалов дела усматривается, что 21.03.2013 между обществом «Бест-Продукты питания» и обществом «Банк Зенит» заключен договор № 16/034 об открытии кредитной линии (возобновляемая линия), по которому заемщику перечислены денежные средства в сумме 9 000 000 долларов США. 

В целях обеспечения исполнения обязательств общества «Бест-Продукты питания» между банком и обществом «Продукт-Ленд» 08.09.2014 заключен договор поручительства.

Впоследствии между обществом «Продовольственная компания» и обществом «Банк Зенит» 26.08.2014 заключен договор 

<

***> об открытии кредитной линии на сумму 465 000 000 руб.

Судами установлено и из представленных в материалы дела банковских выписок и сведений о движении денежных средств по счетам следует, что с 08.09.2014 началась выдача обществом «Банк Зенит» траншей в пользу общества «Продовольственная компания» в общей сумме 465 000 000 руб. и одновременно началось погашение обязательств обществом «Продукт-Ленд» как поручителем по кредитному обязательству общества «Бест-Продукты питания» перед банком. В результате чего в период с 08.09.2014 по 28.01.2015 общество «Продукт-Ленд» приобрело валюту в сумме 9 606 844,28 долларов США и на указанную сумму осуществило платежи в пользу общества «Банк Зенит». 

Таким образом, общество «Продукт-Ленд» во исполнение обязательств по договору поручительства от 08.09.2014 произвело вместо заемщика – общества «Бест-Продукты питания», погашение задолженности по договору от 21.03.2013 № 16/034 и уплатило проценты.

В постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 07.02.2024 по настоящему делу, вынесенному по результатам рассмотрения заявления о признании недействительными договора об открытии кредитной линии (невозобновляемая линия) от 26.08.2014 

<

***>, заключенного между обществам «Банк Зенит» и «Продовольственная компания», и сделок по перечислению денежных средств, установлено, что движение денежных средств по расчетным счетам в пределах одной группы лиц (обществ «Продовольственная компания», «ЗБН Бест Ботлинг», «Продукт-Ленд») в период с 01.09.2014 по 28.01.2015 имеет признаки транзитных операций (списание денежных средств со счетов производилось в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления, списания денежные средств проводились регулярно и в течение периода с 08.09.2014 по 28.01.2015). В группе предприятий Бест через ее участников – общества «ЗБН Бест Ботлинг», «Бест-Продукты питания», «Продовольственная компания» и «Продукт-Ленд» была создана транзитная схема банковских операций, позволившая бенефициарам данной группы осуществить перевод кредитных обязательств одного участника группы – общества «Бест-Продукты питания» на другого – общество «Продовольственная компания» в отсутствие реального вливания кредитных денежных средств в финансово-хозяйственную деятельность последнего. Вместе с тем из этих обстоятельств не следует, что другая сторона сделки – общество «Банк Зенит» также имело такие намерения.

Вместе с тем добросовестность в распоряжении обществом «Продовольственная компания» денежными средствами в сумме 465 млн. руб. подтверждена определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.08.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2024. Суды при рассмотрении данного спора исходили из того, что привативный перевод долга внутри одной группы объясняется внутригрупповыми отношениями и сам по себе не свидетельствует о допущенном злоупотреблении. Оспариваемые перечисления произошли более чем за пять лет до возбуждения настоящего дела о банкротстве и касались перераспределения долгового бремени внутри группы компаний. Такие действия могут, в частности, совершаться в целях реализации плана выхода группы из кризисной ситуации. 

Кроме того, судами принято во внимание, что заключение кредитного договора не привело к ухудшению финансового состояния общества «Продовольственная компания» и появлению у него признаков банкротства.

Обстоятельства периодов финансовой устойчивости должника неоднократно являлись предметом исследования со стороны судов в различных спорах.

Так, в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2023 по настоящему делу установлено, что выручка должника по состоянию на 30.06.2014 составила 436,9 млн. руб., прибыль от продаж составила 8 млн. руб. (рентабельность продаж 1,8 %.). Учитывая положительную динамику выручки, оборотный капитал заемщика, банк и заемщик объективно могли рассчитывать на объем выручки по итогам 2014 года на уровне не менее 1 млрд. руб. и прибыли от продаж на уровне 18-20 млн. руб., что более чем достаточно для своевременного обслуживания кредита в 2014 году. При этом итоги 2014 года подтвердили данные ожидания: выручка за 2014 год составила 1191,5 млн. руб., прибыль от продаж составила 22,6 млн. руб. (рентабельность продаж 1,9 %.), проценты к уплате составили 5,8 млн. руб. Таким образом, прибыли от продаж (операционной прибыли) общества «Продовольственная компания» хватало на уплату процентов, в 2014-2015 годах должник не испытывал ухудшения своего финансового состояния. Напротив, общество «Продовольственная компания» в 2014-2015 году имело увеличение объема продаж, увеличение рентабельности ведения бизнеса. Все платежи в рамках принятых на себя кредитных обязательств, а также перед иными контрагентами сделаны должником за счет собственной текущей хозяйственной деятельности.

Судебными актами по настоящему делу установлено отсутствие признаков неплатежеспособности у должника вплоть до апреля 2019 года (постановления суда округа от 14.02.2022, 17.02.2022, 25.07.2022, 29.07.2022, 31.08.2022; постановления апелляционного суда от 21.10.2021, 15.04.2022).

Анализируя причины банкротства должника, суды приняли во внимание, что в целях оспаривания денежных операций общества «Продовольственная компания» за период 2017-2019 г. на сумму 775 638 518 руб. конкурсным управляющим совместно с обществом «РНГО» инициировано 76 обособленных споров в отношении 76 контрагентов, по результатам рассмотрения которых было подтверждено, что операции на сумму 720 220 443 руб., что составляет 93% от всех оспариваемых денежных операций, являются полностью законными и осуществлены в рамках обычной хозяйственной деятельности общества «Продовольственная компания», остальные 7% в основном составляют сделки, которые были оспорены по статье 61.3 Закона о банкротстве, то есть, не связаны с недобросовестными действиями по выводу активов.

Судами установлено, что истиной причиной банкротства должника стал результат резкого снижения поставок в пользу основного покупателя – общества с ограниченной ответственностью «Газпром Трансгаз Екатеринбург», в связи с чем руководителем было принято решение о снижении объема закупки товара, что привело к снижению оборотов деятельности должника, просрочке исполнения обязательств перед обществом «Банк Зенит» и одномоментному истребованию банком всей задолженности у должника. Так, по итогам проведенных в 2018 году торгов на поставку товаров общество «Продовольственная компания» было признано победителем. Однако Управлением Федеральной антимонопольной службы по Свердловской области по жалобе второго участника торгов установлено нарушение требований законодательства о закупках и выдано предписание об устранении нарушений путем отмены составленных в ходе проведения закупки протоколов, внесения изменений в документацию, продления срока подачи заявок и завершении процедуры торгов. Должник обратился в арбитражный суд с иском об оспаривании данного решения антимонопольного органа (дело № А60-8489/2019), судебное разбирательство по которому завершились только в августе 2019 г., до указанного времени должник был лишен возможности осуществлять реализацию товаров своему основному клиенту. После завершения рассмотрения спора должник возобновил поставки обществу с ограниченной ответственностью «Газпром-Трансгаз Екатеринбург» на основании договора, заключенного на торгах. Таким образом, в 2019 году выручка должника резко уменьшилась на 260 млн. руб.: с 397 963 тыс. руб. в 2018 году до 130 960 тыс. руб. в 2019 году. 

Вместе с тем судами принято во внимание принятие должником мер по выходу из кризисной ситуации.

Так, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2022 при рассмотрении спора о признании недействительной сделки должника по перечислению обществу «ОЖК» денежных средств на сумму 28 714 410 руб. 22 коп. установлено, что значительная часть товарных запасов должника была реализована, что позволило существенным образом минимизировать потери товара вследствие истечения сроков годности, хранения и реализации, при этом должник надлежащим образом выполнил свои обязательства перед покупателями, что позволило избежать начисления штрафов за непоставку (недопоставку) товаров; вся задолженность перед работниками, бюджетом и внебюджетными фондами, начисленная до даты введения в отношении должника конкурсного производства, была погашена. Тем самым бывший руководитель добился минимизации имущественных потерь, а также уменьшения требований, включенных в реестр, в связи с отсутствием обязательств перед покупателями, поставщиками, работниками и бюджетом.

Кроме того, установлено, что бывшим руководителем должника ФИО5 был разработан бизнес-план на период 2020-2027 годы, предусматривающий расширение клиентской базы, наращивание объемов реализуемой продукции, рост выручки и рентабельности бизнеса, что позволило бы обеспечить как продолжение текущей хозяйственной деятельности должника, так и исполнение обязательств перед обществом «Банк Зенит». О нацеленности на санацию должника и продолжение ведения бизнеса свидетельствует тот факт, что даже после обращения с заявлением о его несостоятельности должник не прекратил хозяйственную деятельность, продолжив исполнение своих обязательств перед поставщиками и покупателями, в частности, должником были в полном объеме исполнены обязательства по договорам поставки товаров, заключенным с обществом «Газпром Трансгаз Екатеринбург» и торговой сетью «Магнит», что в свою очередь свидетельствует о надлежащем исполнении должником обязательств перед поставщиками, у которых приобретался товар, впоследствии поставляемый вышеуказанным покупателям. Так, в период с 20.09.2019 по 30.09.2020 общество «Продовольственная компания» продолжало производить закуп продукции с целью его дальнейшей поставки. 

Более того, о продолжении хозяйственной деятельности свидетельствует также то обстоятельство, что в апреле 2020 г., когда в отношении должника уже было возбуждено дело о несостоятельности, общество осуществило поставку крупы в торговую сеть «Магнит» на общую сумму 5 558 641 руб. 35 коп.: 02.04.2020 – на сумму 1 580 981 руб. 82 коп., 04.04.2020 – на  сумму 671 877 руб. 82 коп., 17.04.2020 – на сумму 1 716 654 руб. 55 коп., 02.04.2020 – на сумму 1 589 127 руб. 27 коп. 

Также в определении Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2022 по настоящему делу дана оценка хозяйственным отношениям по факту приобретения линии розлива у индивидуального предпринимателя ФИО31 Судом установлено, что в связи с тем, что объемы продукции, которые поставлял должнику поставщик общество «Чистогорье», не покрывали потребности должника, должник принял решение самостоятельно организовать розлив воды в пятилитровые бутыли, поскольку это, с одной стороны, достаточно несложный с технической и организационной точки зрения производственный процесс, а с другой стороны – данная продукция пользуется высоким спросом на рынке и обеспечивает приемлемый уровень маржинальности. Реализуя указанное управленческое решение, должник заключил с индивидуальным предпринимателем ФИО31 договор поставки от 01.07.2019 № 3501, по которому последний обязался поставить в адрес должника линию по розливу воды в пятилитровой таре. По акту приема-передачи от 05.07.2019 вышеуказанная линия принята должником.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.07.2023 по настоящему делу установлено, что после апреля 2019 г. между обществами «Продовольственная компания» и «Банк Зенит» (совместно с обществом «РНГО») начались переговоры о возможности реструктуризации существующего долга. Указанные переговоры продолжались вплоть до февраля 2020 года. Факт наличия и проведения переговоров между должником и кредитором подтверждается тем обстоятельством, что общество «Банк Зенит», имея право требования к обществу «Продовольственная компания» в сумму более 525 млн. руб., в течение практически одного года не предъявляли к нему исковых заявлений, не налагали арестов на его денежные средства или иное имущество. Более того, заявление о намерении подать на банкротство было подано со стороны общества «РНГО» только 13.02.2020, а само заявление в марте 2020 года. Такое поведение кредитора могло быть вызвано исключительно фактом существования между ним и должником попыток урегулирования вопросов в досудебном порядке. Таким образом, общество «Продовольственная компания» продолжало активную хозяйственную деятельность по основному направлению деятельности с целью поддержания финансовой устойчивости компании, в том числе, в целях дальнейшего погашения требований общества «Банк Зенит» после достижения договоренностей о новом графике реструктуризации.

В этой связи суды также обоснованно отметили, что публикация обществом «РНГО» сообщения о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным повлекла компрометацию деловой репутации должника и ограничила его возможности по заключению договоров с поставщиками и покупателями товаров, а равно по продолжению приобретения и поставки товаров по уже заключенным договорам. Поскольку в заявке на участие в запросе предложений должны быть представлены сведения о деловой репутации участника, в частности об участии в арбитражных разбирательствах и наличии возможности банкротства, после названной публикации должник мог исполнять лишь уже заключенный с обществом «Газпром-Трансгаз Екатеринбург» контракт, но не мог участвовать в торгах и заключать новые контракты на поставку продукции. Кроме того, данная публикация осложнила сотрудничество и с поставщиками, ввиду того, что регламент заключения договоров у многих поставщиков включает в себя проверку контрагента на платежеспособность, при этом наличие специальных ресурсов проверки контрагентов позволяет немедленно обнаружить факт публикации сообщения, после чего поставщик помещает потенциального покупателя в «черный список» с полным запретом на отгрузку товаров.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что на протяжении пяти лет должник имел устойчивое финансовое состояние, в результате заключения договора об открытии кредитной линии и перечисления денежных средств обществам «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг» не утратил возможность осуществления хозяйственной деятельности и продолжал исполнять обязательства перед кредиторами, учитывая, что признаки неплатежеспособности должника возникли по истечении более четырех лет после исполнения указанных сделок, при этом общества «ЗБН Бест Ботлинг» и «Продукт-Ленд» не были конечными получателями денежных средств и не обогатились за их счет, исходя из реальности заключения и исполнения сделок, не усмотрев оснований для вывода о том, что данные сделки могли стать причиной несостоятельности должника, суды правомерно отказали в удовлетворении требований, предъявленных к обществам «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг».

По указанным основаниям учитывая вышеприведенные причины банкротства должника, а также последующее ведение должником хозяйственной деятельности и продолжение исполнения обязательств перед контрагентами, суды также правомерно отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО7 в связи с совершением сделки – договора уступки права (требования) от 01.10.2018 с обществом «Продукт-Лэнд».

Судом апелляционной инстанции обоснованно отклонены возражения конкурсного управляющего относительно того, что ФИО5, ФИО19 и ФИО7 не предпринимались меры по истребованию у обществ «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг» денежных средств в сумме 465 014 801 руб. Учитывая, что при проведении анализа переданной конкурсному управляющему бухгалтерской и иной финансовой документации наличие такой дебиторской задолженности обнаружено не было, бухгалтерский учет должника не содержал сведений о наличии у обществ «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг» задолженности перед должником, арбитражные управляющие ФИО16, ФИО32 и ФИО1 также не выявили данную задолженность, оснований для принятия мер по взысканию задолженности с обществ «Продукт-Ленд» и «ЗБН Бест Ботлинг» не имелось.

Отклоняя доводы о безвозмездности произведенных платежей, суды верно отметили, что, судебная практика исходит из того, что, разрешая вопрос о получении новым должником встречного предоставления при привативном переводе долга (когда первоначальный должник, как в рассматриваемой ситуации, выбывает из обязательства), необходимо исходить из презумпции возмездности гражданско-правовых договоров (пункт 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации) и действительности соответствующей сделки в отсутствие в ней условий о получении новым должником каких-либо имущественных выгод, в том числе оплаты за принятие долга на себя. Если при привативном переводе долга отсутствует денежное предоставление со стороны первоначального должника и не доказано намерение нового должника одарить первоначального, презюмируются иные, не связанные с денежными, основания возмездности подобной сделки. В частности, такая возмездность, как правило, вытекает из внутригрупповых отношений первоначального и нового должников, в связи с чем, в подобной ситуации не применяются правила пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации об определении цены в денежном выражении (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.03.2018). При аффилированности первоначальных и нового должников, получивших финансирование из внешних источников, оспариваемая сделка преследовала цель реструктуризации задолженности внутри группы лиц. Результатом данных сделок стало погашение просроченной задолженности перед банком иного члена группы компаний. Должник действовал добросовестно, в интересах группы компаний и кредитора, без намерения вывода активов, имел намерение к погашению обязательств перед банком.

Также в обоснование рассматриваемых требований конкурсный управляющий указывает на неисполнение ФИО5 и ФИО7 обязанности по принятию решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. По мнению управляющего, объективное банкротство наступило 01.06.2017, в связи с чем размер субсидиарной ответственности определяется исходя из размера требований, возникших за период с 04.08.2017 по 20.03.2020.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно статье 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Вместе с тем, как указано ранее, в рамках рассмотрения обособленных споров по настоящему делу судами был установлен факт отсутствия у общества «Продовольственная компания» признаков неплатежеспособности в 2017 году.

Установив, что объективное банкротство должника возникло в апреле 2019 г., соответственно ФИО7 и ФИО5 обязаны были инициировать процедуру банкротства должника не позднее 31.05.2019, принимая во внимание принятие должником мер по санации должника в соответствии с разработанным бизнес-планом, учитывая отсутствие у должника новых обязательств перед независимыми кредиторами после даты объективного банкротства, суды обоснованно не усмотрели оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

В обоснование рассматриваемых требований также указано на неисполнение бывшим директором должника ФИО5 обязанности по передаче конкурсному управляющему электронной базы данных, в которой велся бухгалтерский учет должника. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 24 постановления Пленума № 53, при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В рассматриваемом случае надлежащее исполнение обязанности по передаче товарно-материальных ценностей и документации должника установлено принятыми в рамках настоящего дела судебными актами, в частности определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.04.2021, постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2020, от 21.08.2021 и Арбитражного суда Уральского округа от 05.10.2021.

Оценив представленные в материалы дела доказательства и установив, что последний акт приема-передачи бухгалтерских документов должника датирован 18.11.2022, по данному акту ФИО5 окончательно переданы все имеющиеся у него документы должника, после чего конкурсный управляющий не предпринимал каких-либо дополнительных мер по истребованию бухгалтерских документов и имущества должника, учитывая также, что в ходе рассмотрения спора не приведено обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ответчика и сокрытия им документов должника, отсутствие которых не позволило сформировать конкурсную массу и произвести расчеты с кредиторами, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности за неисполнение им обязанности по передаче документации должника.

Кроме того, обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, общество «РНГО» указало на осуществление перевода деятельности должника на общество «Продкомпания». В обоснование заявленных требований в данной части заявитель указал на перевод ведущих сотрудников должника в общество «Продкомпания», совпадение места нахождения должника и общества «Продкомпания», используемых IP-адресов, смену наименования с «Уралсклад» на «Продкомпания»; с 2019 года общество «Продкомпания» осуществляет именно ту торговую деятельность, которую осуществлял должник, и работает именно с теми контрагентами, с которыми работал должник (в частности общества «Чистогорье», «Газпром Трансгаз Екатеринбург»). По мнению общества «РНГО», бенефициарами Группы компаний Бест в 2018-2019 годах была реализована схема по оставлению на обществе «Продовольственная компания» долга независимого кредитора – общества «Банк Зенит» с целью списания его в банкротстве и переводу оптовой торговли продуктами питания на иное юридическое лицо – общество «Продкомпания», в результате чего начиная с 2018 года происходит снижение оборотов деятельности должника и наступает неплатежеспособность общества «Продовольственная компания».

Заявитель отмечает, что перевод деятельности должника осуществлен под контролем и по указанию бенефициара Группы Бест, лица, контролирующего должника, – ФИО17, при этом  мажоритарным участником общества «Продкомпания» является ФИО17, его сын. Также с 05.12.2015 участником общества «Продкомпания» является общество «Аквабаланс», единственным участником которого является с 20.04.2018 ФИО25, который также является конечным бенефициаром от перевода деятельности с должника на общество «Продкомпания»; ФИО25 является сыном ФИО28, бывшего участника должника, сохранившего контроль над Группой компаний Бест. 

В ходе рассмотрения настоящего спора судами установлено, что общество «Продкомпания» было зарегистрировано 28.12.2005 (почти за 15 лет до момента возбуждения настоящего дела), а должник – 02.06.2006. 

Общество «Продкомпания» до 2018 г. имело наименование «Уралсклад», основным видом деятельности являлась деятельность по складированию и хранению. В октябре 2018 директором общества «Уралсклад» назначен ФИО33, произошла смена наименования общества.

Состав органов управления должника и общества «Продкомпания» не совпадает. Единственным участником должника является ФИО7, бывшим единоличным исполнительным органом – ФИО5 В спорный период (2018 - 2019) мажоритарным участником общества «Продкомпания» являются ФИО34 (10/11 уставного капитала), единоличным исполнительным органом – ФИО33 При этом аффилированность обществ «Продкомпания» и «Продовольственная компания» в ходе рассмотрения дела о банкротстве и настоящего обособленного спора не установлена.

Общество «Продовольственная компания» зарегистрировано по адресу: 

<

...>, а общество «Продкомпания» – по адресу: 

<

...>.

Отклоняя ссылки на совпадение IP-адресов должника и общества «Продкомпания» суды отметили, что данное обстоятельство обусловлено обслуживанием одним провайдером офисов обеих компаний; адрес является публичным (внешним), используется для выхода в сеть интернет и не принадлежит стационарным компьютерам; это адрес прокси-сервера, через который в интернет выходят множество устройств (имеется свободный доступ для арендаторов и посетителей к гостевому Wi-Fi).

По результатам сопоставления сведений, содержащихся в справке Социального Фонда России от 28.02.2024 № АК-66-15/23481 о застрахованных лицах должника за период с 2018 по 2021 г.г. и отчетности общества «Продкомпания» по форме ОДВ-1 за тот же период,  судами установлено, что из всего количества работников совпадают только три человека, при этом переход их на работу от должника в общество «Продкомпания» был разделен существенным промежутком времени и не был взаимообусловлен.

По результатам анализа открытых расчетных счетов судами установлено, что у должника и общества «Продкомпания» совпадает только один банк – акционерное общество «Альфа-Банк». При этом судами принято во внимание, что акционерное общество «Альфа-Банк» - это крупный федеральный банк и многие юридические лица имеют счета в нем, что не дает оснований делать вывод о наличии связи между указанными лицами исключительно с данным обстоятельством.

Согласно представленным в материалы дела ответам банков, распоряжаться счетами компании в период 2018-2021 г.г. мог только единоличный исполнительный орган в лице директора – ФИО33

Также судами установлено, что у общества «Продкомпания» ключевым покупателем товаров является федеральная сеть «Пятерочка» в лице общества с ограниченной ответственностью «КопейкаМосква», с которой должник не работал, ключевым тендерным клиентом является общество с ограниченной ответственностью «Газпром питание», а клиентом должника, как ранее указано, являлось общество «Газпром Трансгаз Екатеринбург». Анализ клиентской базы должника и общества «Продкомпания», свидетельствует об отсутствии перехода «портфеля», процент совпадения покупателей составил всего 36% лиц, что является естественным в условиях продовольственной розничной торговли, где сформировался основной контингент участников.

В отношении контрагента «Чистогорье» судами установлено, что обороты данного лица с обществом «Продкомпания» сохранялись всегда на одном и том же изначальном уровне – около 20 млн. руб. в квартал. Снижение объемов отгрузки общества «Чистогорье» в адрес должника фиксируется только с третьего квартала 2019 года, что, как указано ранее,  связано с опубликованием обществом «РНГО» сообщения о намерении обратиться с заявлением о банкротстве должника, что заставило многих контрагентов, и в том числе общество «Чистогорье», опасаться продолжения отношений с обществом «Продовольственная компания».

Более того, оценка взаимоотношениям общества «Продкомпания» и должника дана в рамках отдельного обособленного спора по оспариванию сделок, заключенных между ними, по результатам которого суды трех инстанций пришли к выводу об обычном предпринимательском характере взаимоотношений сторон, наличии встречного взаимного предоставления, отсутствии вреда совершением оспариваемых сделок (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.04.2022 № Ф09-743/21).

С учетом вышеизложенного, исходя из того, что перевод бизнеса предполагает массовый перевод работников, а также перевод клиентов и ресурсов, однако соответствующие обстоятельства в ходе рассмотрения спора не нашли своего подтверждения, принимая во внимание также принятие должником в соответствующий период вышеуказанных мер по выходу из кризисной ситуации и сохранению бизнеса, что в свою очередь входит в противоречие с принятием управленческого решения по переводу бизнеса должника, суды обоснованно отклонили доводы общества «РНГО» о переводе бизнеса должника на общество «Продкомпания» и отказали в удовлетворении требований в соответствующей части.

Рассматривая требования к ФИО17, ФИО5, ФИО7, обществам «Продукт-Ленд» и «Продкомпания», суды проанализировали приводимые конкурсным управляющим платежи и констатировали, что практически все они были оспорены по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве. 

Как указано ранее, поданы заявления об оспаривании 77 сделок должника на общую сумму 775 638 518 руб., а также заявление о взыскании убытков, причиненных утратой предмета залога (товаров в обороте) на сумму 300 000 000 руб. При этом балансовая стоимость активов должника согласно анализу финансового состояния по состоянию на 01.01.2020 составляла 1 090 383 000 руб. Таким образом, ревизии были подвергнуты сделки должника на сумму, сопоставимую с валютой баланса должника, что позволяет вести речь о сплошном характере такой ревизии, а, следовательно, о полном раскрытии перед судом и лицами, участвующими в деле, обстоятельств ведения должником предпринимательской деятельности, о его контрагентах, коммерческих и иных условиях заключаемых договоров и порядке их исполнения и т.д.

По результатам исследования обстоятельств оспариваемых сделок установлено, что должник вел реальную хозяйственную деятельность по профилю, указанному в ЕГРЮЛ, – торговля оптовая пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями (код ОКВЭД 46.3). Ведение должником хозяйственной деятельности соответствовало общепринятым правилам ведения такого рода бизнеса, каких-либо отклонений, свидетельствующих о злоупотреблениях, выявлено не было (например, завышения закупочных цен, занижения отпускных цен, предоставление иных нерыночных условий контрагентам). В связи с указанными обстоятельствами судами было установлено, что 97% оспоренных сделок не повлекли наступления убытков на стороне должника.

Судами принято во внимание, что сделки, признанные недействительными по признаку оказания предпочтения (статьи 61.3 Закона о банкротстве), вообще не оказывают негативного влияния на баланс должника, поскольку в результате совершения преференциальных сделок страдают интересы кредиторов, не получивших удовлетворение, а должник при этом получает встречное равноценное представление, в связи с чем, стоимость выбывших активов должника равняется стоимости полученных от кредитора, которому было оказано предпочтение, имущества (работ, услуг), по причине чего не происходит уменьшение имущественной массы должника.

Соотношение же сделок, признанных судом недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, с валютой баланса должника, указывает на еще меньшую значимость таких сделок в финансовом положении должника – 2,8% (30 353 608,52 / 1 090 383 000 х 100%).

Таким образом, учитывая, что все сделки, на которые указывают заявители, не были направлены на вывод активов должника или причинения какого-либо иного ущерба, не изменили структуру имущества общества «Продовольственная компания» таким образом, что должник перешел в банкротство, принимая во внимание недоказанность наличия в действиях ответчиков признаков недобросовестного поведения, суды правомерно указали на отсутствие оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В отношении требований, предъявленных к обществам «ОЖК», «Чистогорье», «Аквабаланс» и «Прометей» судами также сделаны выводы об отсутствии презумпций, установленных пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

При этом суды обоснованно исходили из того, что взаимоотношения должника с указанными лицами относились к обычной хозяйственной деятельности, произведенное должником предоставление обусловлено исключительно исполнением гражданско-правовых обязательств и не направлено на причинение вреда должнику или его кредиторам, уменьшения имущества должника не происходило, признаков злоупотребления правом не установлено, ответчики не извлекали какой-либо необоснованной выгоды от взаимодействия с должником, факт участия их в хозяйственной деятельности должника не подтвержден.

Указанные обстоятельства подтверждены принятыми по настоящему делу судебными актами: определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.11.2022, постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2024, Арбитражного суда Уральского округа от 16.02.2023. 

В отношении иных ответчиков судами установлено, что поскольку из обстоятельств настоящего дела о банкротстве следует, что общества «Продовольственная компания», «Продукт-Ленд», «ЗБН Бест Ботлинг», «Аквабаланс», «Прометей», «ОЖК», «Чистогорье» входят в Группу компаний Бест, следовательно, участники и единоличные исполнительные органы соответствующих обществ также являются аффилированными лицами: ФИО21 – директор и единственный участник общества «Продукт-Ленд», ФИО22 – директор и участник (с 14.05.2014 по 17.01.2016) общества «ЗБН Бест Ботлинг», ФИО23 – единственный участник общества «ЗБН Бест Ботлинг» с 13.06.2019 по настоящее время, участник (25%) общества «Чистогорье», ФИО24 – участник общества «ЗБН Бест Ботлинг» в период с 18.01.2016 по 12.06.2019, ФИО18 – единственный участник и директор общества «ОЖК», ФИО26 – участник общества «Чистогорье» (75%).

Вместе с тем суды верно исходили из того, что сама по себе аффилированность лиц не является основанием для привлечения их к какой-либо ответственности. Учитывая результаты рассмотрения обособленных споров по оспариванию сделок должника, принимая во внимание, что  заявителями не приведено конкретных обстоятельств, которые вменяются соответствующим участникам и руководителям обществ, оснований для привлечения названных ответчиков к субсидиарной ответственности правомерно не установлено судами.

Также судами обоснованно сделан вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности общества «Лев», ФИО11, ФИО13, ФИО14, ФИО20, поскольку указанные лица не являются учредителями (участниками) и не занимали руководящие должности в обществе, материалами дела не подтверждено, что в порядке фактического контроля ими осуществлялось руководство деятельностью должника или получена необоснованная выгода от сделок с должником.

Выводы об отсутствии подконтрольности должника ФИО11 и обществу «Лев», отсутствии аффилированности указанных лиц по отношению к должнику (в том числе фактической) содержатся в определении Арбитражного суда Свердловской области от 22.11.2021 по настоящему делу, оставленному без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций. Суды признали совершенные должником перечисления денежных средств в пользу общества «Лев» в сумме 2 129 968,36 руб. соответствующими действующему законодательству и условиям договорных отношений сторон.

Судами принято во внимание, что общество «Лев» действительно являлось участником общества «Бест Маркет» в период с 2009 г. по 2012 г. Однако в декабре 2012 г. общество «Лев» вышло из состава участников общества «Бест Маркет», по состоянию на 01.04.2013 принадлежавшая ранее обществу «Лев» доля в размере 50 % находится на балансе самого общества «Бест Маркет». 

Как пояснил ФИО11, он является участником (владельцем) следующих обществ, входящих в группу компаний «Кировский»: «Лев» (с долей участия 99,5%), ТП «Кировский» (с долей участия 84,6%), Супермаркет «Кировский» (с долей участия 98,6%), «Армаг» (с долей участия 99%), «Маркет» (с долей участия 100%), «Продтовары» (с долей участия 80,1%). При этом доказательств того, что указанные общества входят в Группу компаний Бест, равно как и свидетельствующих о совершении  ФИО11 или подконтрольными ему организациями сделок, изменивших экономическую и (или) юридическую судьбу должника, либо совершения таких сделок под давлением ФИО11 или подконтрольного ему общества «Лев» не представлено.

На основании вышеизложенного по результатам исследования и оценки материалов дела и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, суды пришли к правомерному выводу о недоказанности в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ввиду чего правомерно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего и общества «РНГО».

Доводы общества «РНГО» о нарушении судом апелляционной инстанции положений части 5 статьи 18 АПК РФ, выразившемся в том, что после замены судьи разбирательство не было произведено с самого начала, подлежат отклонению судом округа как не соответствующие материалам дела. В данном случае протокол судебного заседания содержит указание на объявление судом о замене судьи, а также на то, что участвующим в деле лицам разъяснены права и обязанности, отводов составу суда не заявлено. Какие-либо возражения представителей участвующих в деле лиц против хода судебного заседания в протоколе судебного заседания не зафиксированы. При этом замечания на протокол судебного заседания не подавались.

Также подлежат отклонению ссылки общества «РНГО» на необоснованный отказ судов в удовлетворении ходатайств общества «РНГО» об истребовании доказательств и вызове свидетеля. По смыслу статей 66, 88 АПК РФ удовлетворение данных ходатайства является правом, а не обязанностью арбитражного суда, которым он может воспользоваться в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора. Отклоняя заявленные ходатайства, суд правомерно исходил из совокупности имеющихся в деле доказательств, доводов и возражений участников процесса (статья 68 АПК РФ).

Вопреки доводам общества «РНГО» у судов также не имелось предусмотренных статьей 143 АПК РФ оснований для приостановления производства по настоящему спору до рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора уступки прав требования от 01.10.2018. Из положений пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ следует, что обязанность суда приостановить производство по делу связана с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу. В рассматриваемом случае судами не установлено объективной невозможности рассмотрения настоящего спора до разрешения другого спора.

Приведенные в кассационных жалобах конкурсного управляющего и общества «РНГО» доводы, сводящиеся к несогласию с выводами судов об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по существу, не затрагивают вопросов правильности применения судами при рассмотрения норм материального права, а выражают несогласие заявителя жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств, что не может быть положено в основу отмены принятых по делу судебных актов по результатам кассационного  производства.

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 АПК РФ, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

В связи с тем, что конкурсному управляющему общества «Продовольственная компания» при принятии жалобы к производству представлена отсрочка по уплате государственной пошлины, государственная пошлина в размере 50 000 руб. подлежит взысканию с общества «Продовольственная компания» в доход федерального бюджета на основании подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2024 по делу № А60-10035/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «РНГО» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Продовольственная компания» в доход федерального бюджета 50 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                             О.Г. Кочетова 

Судьи                                                                          О.Н. Новикова 

                                                                                      Н.А. Артемьева