И М Е Н Е М  Р О С С И Й С К О Й  Ф Е Д Е Р А Ц И И

Р Е Ш Е Н И Е

22.01.2018 г.Дело № А40-187222/17-15-1666

Резолютивная часть решения объявлена  «16» января 2018 года. 

Решение в полном объеме изготовлено «22» января 2018 года.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:                                                  

Председательствующего судьи Ведерникова М.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Зайченко О.И.,   

рассмотрел в открытом судебном заседании дело 

по иску АО «Инфосистемы Джет» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 12.08.2002г., 107143, 

<

...>)

к ЗАО «НПК «ВТ и СС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 22.01.2003г., 127083, 

<

...>, СТР.1, ОФИС 54)

о взыскании задолженности и неустойки

по встречному иску ЗАО «НПК «ВТ и СС» к АО «Инфосистемы Джет» о взыскании денежных средств

и приложенные к исковому заявлению документы,

при участии представителей сторон:

от заявителя: ФИО2 по дов. б/н от 10.10.2017

от ответчика: ФИО3 по дов. №47/2017 от 18.04.2017

УСТАНОВИЛ:

АО «Инфосистемы Джет» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ЗАО «НПК «ВТ и СС» о взыскании задолженности в размере 11 003 826,47 руб., пени за просрочку исполнения обязательства по оплате за период с 31.10.2015г. по 29.09.2017г. в размере 2 299 708,03 руб. с продолжением начисления пени с 17.01.2018 до момента погашения задолженности из расчета 1/300 действующей на день выплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ от суммы задолженности, составляющей 11 003 826,47 руб., за каждый день просрочки исполнения обязательства (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Наряду с изложенным, в ходе судебного разбирательства по делу, ЗАО «НПК «ВТ и СС» было заявлено встречное исковое заявление о взыскании с АО «Инфосистемы Джет» 2 890 032,76 руб. договорной неустойки (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

В соответствии с требованиями ст. 132 АПК РФ ответчик до принятия арбитражным судом первой инстанции судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, вправе предъявить истцу встречный иск для рассмотрения его совместно с первоначальным иском. Предъявление встречного иска осуществляется по общим правилам предъявления исков. Встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

На основании изложенного, учитывая, что требования основаны на положениях Сублицензионного договора от 4.09.2014 г. № 1416187345431010418001146/Ц-63/2014, встречный иск принят судом к рассмотрению совместно с первоначальными исковыми требованиями.

Непосредственно исследовав все представленные по делу доказательства, заслушав пояснения представителей сторон в судебном заседании, суд пришел к выводу об обоснованности требований, заявленных в рамках первоначального искового заявления, и частичной обоснованности требований заявленных в рамках встречного иска, в силу следующих обстоятельств.

Применительно к требованиям, заявленным в рамках первоначального искового заявления, судом установлено следующее.

Между Закрытым акционерным обществом «Инфосистемы Джет» (далее «Истец» по первоначальному иску) и ЗАО «НПК «ВТ и СС» был заключен Сублицензионный договор от 4.09.2014 г. № Ц-63/2014 (далее - «Договор») на сумму 36 679 421,56 руб. (Тридцать шесть миллионов шестьсот семьдесят девять тысяч четыреста двадцать один рубль и 56 копеек) без НДС на основании п.п.26 п. 2 статьи 149 НК РФ (Приложение №1 к Иску).

Дополнительным соглашением № 3 от 22.12.2015 г. (Приложение №4 к Иску) номер Договора был изменен на 1416187345431010418001146/Ц-63/2014.

В соответствии с абзацем вторым п. 1.1. Договора Истец по первоначальному иску (Сублицензиар) предоставляет Сублицензиату (Ответчику) права на использование программного обеспечения на условиях простой (неисключительной) лицензии, а Сублицензиат (Ответчик по первоначальному иску) обязуется принять и оплатить, указанные права на условиях установленных договором. Программное обеспечение, права на которое передаются Сублицензиату (Ответчику) указано в спецификации (приложение № 1 к Договору) в редакции Дополнительного соглашения № 2 от 01.07.2015 г. к Договору.

Согласно п. 4.3. Договора Истец по первоначальному иску выполнил обязанность по передаче прав на использование программного обеспечения, на условиях простой (неисключительной) лицензии, о чем 07.08.2015 г. между Сублицензиаром (Истцом) и Сублицензиатом (Ответчиком) были подписаны акты приема-передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения по Договору: Акт № 1 на сумму 23 644 342,75 рублей, Акт № 2 на сумму 7 052 659,43 рублей, Акт на сумму 5 982 419,38 рублей.

Согласно п. 6.6.2. Договора Письмом от 07.08.2015 № 2202/1 Истец по первоначальному иску в адрес Ответчика отправил следующие документы: Удостоверение 504 ВП МО РФ № 504/254/2015 от 07.08.15 на 2-х листах, в 2-х экземплярах; Заключение 504 ВП МО РФ на отчетную калькуляцию на 4-х листах, в 2-х экземплярах; Отчетная калькуляция по Договору на 7-ми листах, в 1-ом экземпляре; Копии первичных документов на 10-ти листах, в 1-м экземпляре; Акт №1 от 07.08.2015 г. приема - передачи неисключительного права на использование программного обеспечения на 1 листе, в 2-х экземплярах; Акт №2 от 07.08.2015 г. приема - передачи неисключительного права на использование программного обеспечения на 1 листе, в 2-х экземплярах; Акт №3 от 07.08.2015 г. приема - передачи неисключительного права на использование программного обеспечения на 1 листе, в 2-х экземплярах; Счета-фактуры №2211, 2212, 2213, от 07.08.2015 г. на 3 листах, в 1-м экземпляре; Счет №4259/15-25 от 07.08.2015 г. на 1 листе, в 2-х экземплярах; Протокол цены на поставку программного обеспечения к Сублицензионному договору от «04» сентября 2014 г. № 1416187345431010418001146/Ц-63/2014 на 2-х листах, в 2-х экземплярах.

Письмом от 16.09.2015 г. Исх. №15-951-1Ответчик по первоначальному иску направил в адрес Истца подписанный протокол цены на поставку программного обеспечения к Сублицензионному договору от «04» сентября 2014 г. № 1416187345431010418001146/Ц-63/2014 1 экз. на 2 л. и подписанные акты приема-передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения.

В соответствии с п.п. 6.4.1. и 6.4.2. Договора Ответчик по первоначальному иску обязан произвести оплату 70% вознаграждения в течение 20 банковских дней с момента подписания Договора, и осуществить окончательный расчет за предоставленные права на использование программного обеспечения в течение 60 банковских дней после подписания сторонами акта приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение.

Платежным поручением от 25.09.2014 года № 228 Ответчик произвел авансовый платеж в размере 70% процентов вознаграждения, а именно в размере 25 675 595,09 рублей.

Однако, окончательный расчет по Договору Ответчик по первоначальному иску не произвел.

Пунктом 6.2. Договора предусмотрено условие об ориентировочной цене. Перевод цены в твердую фиксированную производится согласно условий ст. 6 Договора. Твердая фиксированная цена оформляется протоколом согласования твердой фиксированной цены, являющимся неотъемлемой частью Договора, который составляется на основании заключения на проект цены ВП - 504 военного представительства МО РФ (п. 6.3. Договора).

В Протоколе цены на поставку программного обеспечения к Сублицензионному договору от «04» сентября 2014 г. № 1416187345431010418001146/Ц-63/2014 Истец по первоначальному иску и Ответчик согласовали фиксированную цену Договора в размере 36 679 421,56 руб.

Таким образом, окончательный платеж составляет сумму 11 003 826,47 руб. (36 679 421,56 руб.-25 675 595,09 руб.).

Как установлено в ходе судебного разбирательства по делу, 30.12.2016 г. Министерством обороны Российской Федерации (Государственный заказчик) было принято решение о расторжении государственного контракта, составной частью которого являлась обязанность ответчика по использованию исключительных прав, переданных на основании спорного лицензионного договора,  что подтверждается письмом Начальника 2 отдела 504 военного представительства МО РФ от 30.06.2017 г. № 504/20/186, письмом ЗАО «ВТ и СС» от 23.05.2017 г. № 17-429-1 на претензию Истца.

Согласно п.п. 3.2.1. и 6.5. Договора оплата вознаграждения производится при условии поступления денежных средств от Головного заказчика. Между тем, условие об оплате ответчиком вознаграждения, поставленное в зависимость от получения денег от третьего лица, противоречит закону.

В силу прямого указания статей 1 и 2 ГК РФ, гражданское законодательство, регулируя имущественные и личные неимущественные отношения, основывается на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, которые приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (статья 10 ГК РФ), как и возмездный характер коммерческой деятельности (пункт 4 части 1 статьи 575 ГК РФ). Бесплатное использование участником гражданского оборота в своей хозяйственной деятельности принадлежащего другому лицу (чужого) имущества законодательством не допускается, как противоречащее гражданско-правовым принципам.

Согласно п.п. 1 и 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом.

Вместе с тем свобода договора не является безграничной и не исключает разумности и справедливости его условий и не должна противоречить императивным нормам гражданского законодательства.

Согласно ст. 190 ГК РФ установленный законом, иными правовым актами, сделкой или назначенный судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Положения п.п. 3.2.1. и 6.5. Договора не соответствует статье 190 ГК РФ, а именно начало течения срока оплаты вознаграждения за предоставленные права на использование программного обеспечения поставлено в зависимость от наступления события, которое не обладает признаком неизбежности наступления (поступление денежных средств от Головного заказчика), поскольку напрямую зависит от воли и действий третьего лица.

При таких обстоятельствах изложенное в п.п. 3.2.1. и 6.5. не соответствует положениям ст. 190 ГК РФ и не может считаться условием о сроке. При этом данные обстоятельства не освобождают Ответчика от обязанности произвести оплату вознаграждения в соответствии с разумным сроком в порядке пункта 6.4.2. Договора (60 дней банковских дней после подписания сторонами акта приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение).

Кроме того, согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент заключения договора), если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения или период времени, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, любой момент в пределах такого периода.

Содержащееся в Договоре условие об оплате вознаграждения, связанное условием поступления денежных средств от Головного заказчика, на момент заключения договора изначально обладало признаками несправедливых договорных условий и существенным образом нарушало баланс интересов сторон.

Очевидно, что воля сторон при заключении рассматриваемого Договора не была направлена на заключение сделки на безвозмездной основе, при этом стороны определенным образом оговорили лишь временные условия перечисления денежных средств в оплату переданных неисключительных прав на программное обеспечение (60 дней банковских дней после подписания сторонами акта приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение).

Если условие не наступает, и для участников отношений очевидно, что оно не наступит в течение разумного срока (например, при условии договора об оплате выполненных работ после перечисления средств от головного исполнителя, фактической передаче результата выполненных работ последнему и отсутствии оплаты с его стороны), срок исполнения обязательства, как это предусмотрено условиями п.п. 3.2.1. и 6.5. Договора, приобретает неопределенный характер.

Истец по первоначальному иску письмами от 27.11.2015 № 3823  просил Ответчика проинформировать о сроках оплаты.

Ответчик по первоначальному иску в своем письме от 26.04.2016 г. № 16-297-1 сообщал о том, что сможет произвести оплату только после получения денежных средств от Государственного заказчика по Государственному контракту.

При рассмотрении настоящего дела, суд учитывает правовую позицию, изложенную в вопросе 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2017) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017), согласно которой по общему правилу установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить (ст. 190 ГК РФ).

Вместе с тем, согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

Подобным же образом, в силу ст. 327.1 ГК РФ, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Таким образом, само по себе не противоречит указанным нормам условие договора о том, что срок оплаты выполненных обязательств исчисляется с момента сдачи генеральным подрядчиком результата этих работ заказчику по договору или с момента получения генеральным подрядчиком оплаты от заказчика.

При этом следует учитывать разъяснения, содержащиеся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» о защите прав стороны обязательства, начало течения срока исполнения которого обусловлено наступлением определенных обстоятельств, предусмотренных договором.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» указано, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 или 406 ГК РФ).

В судебном разбирательстве ответчик по первоначальному иску заявил, что претензионной работы с головным заказчиком (ОАО «РТИ»), об оплате выполненных работ не вел, таким образом, в нарушение условий договора и положений гражданского законодательства, ответчик уклонился от оплаты выполненных обязательств, мотивируя это действиями головного заказчика, с которыми у лицензиара гражданско-правовые отношения отсутствуют.

Доказательств направления в адрес истца мотивированного отказа от приемки лицензионных обязательств, ответчик в материалы дела не представил. 

Таким образом, учитывая конкретные обстоятельства спора, а именно, что 30.12.2016 г. Министерством обороны Российской Федерации (Государственный заказчик) принято решение о расторжении государственного контракту и согласно письму ЗАО «НПК «ВТ и СС» от 23.05.2017 г. № 17-429-1, письму ОАО «РТИ» от 06.04.2017 № 455/1/рти, указанию заместителя Министра обороны РФ от 06.04.2017 г. № 248/1/2031 создана межведомственная комиссия, которой поручено провести анализ всех затрат на инвентаризацию материальных средств, что, по мнению Истца по первоначальному иску, не может рассматриваться как неизбежное в течении разумного срока, и как следствие, срок исполнения обязательства Ответчика по оплате переданных неисключительных прав на использование программного обеспечения согласно п.п. 3.2.1. и 6.5. Договора не может быть признан установленным.

С учетом вышеизложенного, последним днем оплаты вознаграждения за передачу неисключительных прав на использование программного обеспечения является 30.10.2015 г.

На основании изложенного, истец по первоначальному иску просит взыскать задолженность в размере 11 003 826,47 рублей.

В соответствии с п. 1, 5 ст. 1235 ГК РФ, по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату. По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

В соответствии с положениями ст.ст. 307-310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Суд в отсутствии доказательств оплаты задолженности ответчиком по спорному договору, удовлетворяет требование истца о взыскании основного долга в размере 11 003 826,47 рублей.

Статьей 329 ГК РФ предусмотрены способы обеспечения исполнения обязательств, в том числе такой способ, как неустойка. 

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

Согласно п. 7.10.1. Договора в случае несвоевременной оплаты вознаграждения за предоставление неисключительных прав на использование программного обеспечения Истец вправе требовать от Ответчика выплату пени из расчета 1/300 действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования ЦБ РФ за каждый день просрочки.

Мотивируя первоначальные исковые требования в указанной части, истец указал, что просрочка Ответчика  составила 809 дней (период с 31.10.2015 по 16.01.2018).

В связи с тем, что ответчик нарушил сроки оплаты по лицензионному договору, истец просит взыскать с ответчика сумму неустойки за просрочку исполнения обязательства в размере 2 299 708,03 руб. за период с 31.10.2015 по 16.01.2018г. с учетом положений п. 7.10.1. договора.

Расчет суммы неустойки судом проверен и признан обоснованным, и суд не усматривает наличие оснований для применения ст. 333 ГК РФ.

Таким образом, суд считает требования истца правомерными и подлежащими  удовлетворению, а сумма долга и договорной неустойки, подлежит принудительному взысканию с  ответчика в пользу истца, так как от него не поступили документы в суд, подтверждающие оплату долга и так как односторонний отказ от исполнения обязательств, в данном случае денежных, противоречит  ст. ст.  309, 310 ГК РФ.

Кроме этого, в соответствии с разъяснениями ВС РФ в соответствующей части, также подлежит удовлетворению требования истца в части взыскания неустойки, начисленной на сумму основного долга 11 003 826 руб. 47 коп. за период с 17.01.2018г. по день фактической оплаты.

На основании вышеизложенного, суд считает требования истца по первоначальному иску правомерными и подлежащими  удовлетворению в полном объеме, задолженность подлежит принудительному взысканию с ответчика в пользу истца, так как от него не поступили документы в суд, подтверждающие ее оплату и так как односторонний отказ от исполнения обязательств, в данном случае денежных, противоречит  ст. ст.  309, 310 ГК РФ.

Наряду с изложенным, суд признает частично обоснованными требования  ЗАО «НПК «ВТ и СС», заявленные последним в рамках встречного искового заявления, в связи с чем, удовлетворяет требования в части взыскания с АО «Инфосистемы Джет»  435 873 руб. 79 коп. договорной неустойки по следующим основаниям.

Мотивируя встречные исковые требования, истец пояснил, что в соответствии с пп. 3.1.1 Договора Сублицензиар обязался в установленный Договором срок предоставить (передать) Сублицензиату право использования программного обеспечения, а Сублицензиат, в свою очередь, обязался своевременно выплатить вознаграждение за предоставление (передачу) неисключительных прав на использование программного обеспечения в порядке и в сроки, установленные Договором (пп. 3.2.1. Договора).

При этом в п. 4.2. Договора были установлены сроки передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения по Договору - в течении 30 календарных дней с момента подписания Договора (т.е. 06.10.2014 г.).

Во исполнение принятых на себя обязательств (пп. 6.4.1. Договора) Сублицензиат перечислил Сублицензиару 70 % вознаграждения, установленного п. 6.1. Договора, в размере 25 675 595 (Двадцать пять миллионов шестьсот семьдесят пять тысяч пятьсот девяносто пять) рублей 09 копеек, что подтверждается платёжным поручением от 25.09.2014 г. № 2228.

В соответствии с п. 4.1. Договора моментом предоставления (передачи) Сублицензиату неисключительных прав на использование программного обеспечения, предоставляемых Договором, является подписание Сторонами Акта приема-передачи неисключительных прав на программное обеспечение.

При этом, как пояснил истец по встречному иску, Сублицензиар выполнил свои обязательства по передаче Сублицензиату неисключительных прав на использование программного обеспечения по Договору с нарушением срока. Так, Акты приема-передачи неисключительного права на использование программного обеспечения по Договору были подписаны Сторонами лишь «07» августа 2015 года, следовательно, Исполнитель допустил просрочку передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения по Договору на 305 (триста пять) дней (с 07.10.2014 г. по 07.08.2015 г.).

В соответствии с пп. 7.9.1. Договора в случае несвоевременной передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения в соответствии с условиями Договора, за исключением несвоевременной передачи прав в связи с невыполнением Сублицензиатом своих обязанностей, указанных в пп. 6.4.1. Договора (перечисление Сублицензиару 70 % вознаграждения, установленного п. 6.1. Договора), Сублицензиат вправе требовать от Сублицензиара выплатить Сублицензиату пени из расчёта одной трёхсотой действующей на день уплаты неустойки ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации за каждый день просрочки.

Таким образом, как пояснил истец по встречному иску, неустойка (пени) за нарушение сроков предоставления (передачи) неисключительных прав на использование программного обеспечения по Договору составляет: 36 679 421,56 * 8,25% * 1/300 *305 = 3 076 486,48 рублей, где: 36 679 421,56 рублей - размер вознаграждения за передаваемые неисключительные права на использование программного обеспечения, НДС не облагается (в соответствии с Актами приёма-передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения от 07.08.2015 г.); 8,25% - действующая ставка рефинансирования Банка России (по состоянию на 09.11.2017 г.); 305 - количество дней просрочки обязательства (период с 07.10.2014 г. по 07.08.2015 г.). Итого: размер неустойки за просрочку выполнения обязательств Сублицензиара по Договору составляет 3 076 486 (три миллиона семьдесят шесть тысяч четыреста восемьдесят шесть) рублей 48 копеек.

На основании изложенного, истец по встречному иску заявил соответствующие требования в порядке ст. 132 АПК РФ.

Непосредственно исследовав все представленные по делу доказательства, суд пришел к выводу о частичной обоснованности встречных исковых требований, в силу следующих обстоятельств.

Как установлено в ходе судебного разбирательства по делу, в рамках встречных исковых требований, истцом не верно исчислен период просрочки исполнения, а именно, не верно указана дата передачи прав.

Так, по Договору Ответчик по встречному иску передал Истцу права на программное обеспечение 21.11.2014г., что подтверждается подписанным Истцом и Ответчиком Актом б/н приема-передачи неисключительных прав на использование программного обеспечения по Сублицензионному договору от 04.09.2014г. №Ц-63/2014.

Факт обладания (закупки) Ответчиком по встречному иску соответствующими лицензионными правами на программное обеспечение с целью последующей передачи Истцу подтверждается следующими документами: Акт №ИД-14 от 27.10.2014г., счет №ИД-14 от 03.10.2014г., Лицензионный договор №ОЕМ-2 от 01.08.2008г., п/п №5969 от 23.10.2014г.; Акт приема-передачи неисключительных прав на использование результатов интеллектуальной деятельности №20140930-1 от 30.09.2014г., счет№20140930 от 30.09.2014г., п/п №5434 от 06.10.2014г., партнерский сублицензионный договор №20091215-2 от 15.12.2009г.; Акт приема-передачи ЖПЛ-0020/01Н1616604 от 17.10.2014г.; заказ от 07.10.2014г., п/п№6561 от 14.11.2014г., Акт приема-передачи №ШЛ-0020/01Н1616598 от 17.10.2014г., заказ от 07.10.2014г., п/п №6562 от 14.11.2014г., лицензионный договор№ШЛ-0020 от 16.10.2012г., счет №01лн0009167 от 07.10.2014г., счет№01лн0009173 от 07.10.2014г.

Таким образом, просрочка исполнения Ответчиком обязательств по Договору по передаче лицензионных прав составила 46 дней (период с 07.10.2014г. по 21.11.2014г.), а не 305 дней, как указывает Истец по встречному иску. 

На основании вышеизложенного, суд, произведя самостоятельный расчет применительно к установленному периоду начисления неустойки, приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию неустойка в размере 435 873,79 рублей (36 679 421,56 * 7,75% * 1/300 *46).

При таких обстоятельствах, суд считает требования истца по встречному иску  правомерными и подлежащими  удовлетворению в установленной части.

Кроме того, принимая во внимание, что удовлетворенные судом иски являются однородными, судом установлена обоюдная задолженность, а сами требования направлены к зачету друг друга, суд, в соответствии с нормами ст. 132, 170 АПК РФ, производит зачет встречных однородных требований, заявленных сторонами в рамках первоначального и встречного искового заявления в настоящем деле, применительно к сумме основного долга, договорной неустойки и расходов по уплате госпошлины.

Пункт 5 ст. 170 АПК РФ устанавливает, что при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ, относятся на сторон пропорционально размера удовлетворенных требований.

При таких обстоятельствах, на основании ст.ст.  8, 12, 15, 307, 309, 310, 329, 330, 333, 702, 706, 711, 721 ГК РФ и ст.ст. 4, 65, 75, 110, 121, 123, 132, 156, 167-171, 175 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Первоначальные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ЗАО «НПК «ВТ и СС» в пользу АО «Инфосистемы Джет» 11 003 826 руб. 47 коп. задолженности, 2 299 708 руб. 03 коп. пени, пени начисленные на сумму основного долга 11 003 826 руб. 47 коп. за период с 17.01.2018г. по день фактической оплаты, а также 88 931 руб. 00 коп. госпошлины по иску.

Исковые требования по встречному иску удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Инфосистемы Джет» в пользу ЗАО «НПК «ВТ и СС» 435 873 руб. 79 коп. договорной неустойки, а также 11 717 руб. 00 коп. госпошлины по встречному иску.

В удовлетворении остальной части исковых требований по встречному иску отказать.

В порядке п.5 ст. 170 АПК РФ произвести зачет встречных требований, итого.

Взыскать с ЗАО «НПК «ВТ и СС» в пользу АО «Инфосистемы Джет» 11 003 826 руб. 47 коп. задолженности, 1 863 834 руб. 24 коп. пени, пени начисленные на сумму основного долга 11 003 826 руб. 47 коп. за период с 17.01.2018г. по день фактической оплаты, а также 77 214 руб. 00 коп. госпошлины по иску.

Взыскать с ЗАО «НПК «ВТ и СС» в доход Федерального бюджета РФ 587 руб. 00 коп. госпошлины по иску.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятом арбитражном апелляционном суде. 

СудьяМ.А. Ведерников.