ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-23138/2023

Дело № А41-101720/17

06 декабря 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  04 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 декабря 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Семикина Д.С., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ЗАО «Экопродукт» ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 28.11.2023;

от ФГАУ «Оздоровительный Комплекс «Рублёво-Успенский» - ФИО4 по доверенности от 09.01.2023;

от Управления делами Президента Российской Федерации – ФИО5 по доверенности от 23.12.2022;

от АО «Согласие» - ФИО6 по доверенности от 03.02.2022,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ЗАО «Экопродукт» на определение Арбитражного суда Московской области от 09 октября 2023 года по делу №А41-101720/17, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 12.12.2018 г. ЗАО «Экопродукт» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член САУ «СРО «ДЕЛО» ФИО2.

Сообщение об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №237 от 22.12.2018 г.

06.11.2020 г. АО «Согласие» обратилось с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» в размере 190 106 817,65 руб. 

19.11.2020 г. с аналогичным заявлением обратился конкурсный управляющий должником.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 октября 2023 года в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ЗАО «Экопродукт» ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ЗАО «Экопродукт» ФИО2 и АО «Согласие» поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемое определение отменить.

Представители ФГАУ «Оздоровительный Комплекс «Рублёво-Успенский» и Управления делами Президента Российской Федерации возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Заявители  по смыслу положений Закона о банкротстве относит ФГАУ «ОК «Рублёво-Успенский» к лицу, фактически осуществлявшему контроль за хозяйственной деятельностью должника, в связи с прямой зависимостью последнего от ответчика. 

Кредитор указал, что объективное банкротство ЗАО «Экопродукт» наступило после расторжения договоров аренды и изъятия имущественного комплекса, наличие препятствий в проведении капитального ремонта и в осуществлении мероприятий восстановительного характера по мировому соглашению, заключенному в рамках дела №А41-41259/2013. 

Таким образом, хозяйственная деятельности ЗАО «Экопродукт» и, в конечном счете, банкротство должника является следствием действий собственника (уполномоченного им лица) ФГАУ «ОК «Рублёво-Успенский» по воспрепятствованию деятельности в период с 2011-2016 гг. В результате такого недобросовестного поведения (ст. 10 ГК РФ) у должника было изъято имущество, являющееся единственно возможным для веления хозяйственной деятельности и извлечения прибыли. 

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308- ЭС17-6757 (2, 3) по делу № А22-941/2006). 

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 29.06.2015 № 154- ФЗ, № 186-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ внесены изменения. 

С 30.07.2017 вступил в силу Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), которым статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и введена в действие глава III.2, предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. 

Согласно пунктам 3, 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона № 266-ФЗ. 

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, обоснованно исходил из следующего.

Определение понятия «контролирующее должника лицо» дано в абзацах 34 статьи 2 и статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которому контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника можем достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков заявитель обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Судом установлено, что ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» и его руководитель не находятся в отношении родства или свойства с руководителями и акционерами должника, не имели полномочий совершать сделки от имени должника, не замещали должности должника, не осуществляли принуждения руководителя должника или членов органа управления должника на совершение сделок, не извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ. 

Так, ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» не является контролирующим должника лицом ни по смыслу статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), ни по смыслу статьи 61.10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ). 

Заявители в обоснование своих доводов сослались на несправедливые условия договора, переписку между ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» и должником за период с 2010 по 2014 годы и указывают на взаимоотношения ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» и должника в период действия договоров аренды 27.01.2010 г. № АН-01/2010 и от 13.06.2011 г. № АН-08/2-11.

Судом первой инстанции отмечено, что органы управления должника, который являлся арендатором в правоотношениях с ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский», не были лишены возможности принимать самостоятельные хозяйственные решения, в том числе по расторжению договоров аренды при ненадлежащем исполнению своих обязанностей арендодателем. 

Вместе с тем, таких решений органами управления ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» не принято, в ходе судебных разбирательств должник последовательно занимал правовую позицию, направленную на сохранение действия договоров. 

Суд первой инстанции обоснованно отклонил ссылку заявителя на строительно-техническую экспертизу, проведенную в рамках дела №А41-74856/2017, поскольку ни одна их приведенных экспертиз, при рассмотрении указанного дела в суде кассационной инстанции, не была признана полной и достоверной. 

В ходе рассмотрения заявлений ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» было заявление о пропуске срока исковой давности. 

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (Определение ВС РФ от 06.08.2018 по делу № 308-ЭС17-6757 (2, 3)). 

С учетом положений п.1 ст. 4, ст. 200 ГК РФ, поскольку институт срока исковой давности и правила его исчисления устанавливаются нормами материального права, подлежат применению положения законодательства, действовавшие в момент возникновения соответствующего правоотношения. 

Поскольку заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности подано 06.11.2020 г. и 19.11.2020 г., а вменяемые деяния приходятся на более ранний период (до 2017 г.) следовательно, надлежит руководствоваться процессуальными нормами права в редакции Закона о банкротства, после внесения изменений Федеральным законом от 29.07.2017 г. №266-ФЗ, в то время как материальные нормы права следует применять в редакции, действующей на дату совершения правонарушения, вменяемых каждому из ответчиков (т.е. в редакции Закона о банкротстве, предусматривающей ст. 10 Закона о банкротстве). 

ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский» ссылается на необходимость исчисления срока исковой давности с даты расторжения договоров аренды (25.05.2016 г.). 

Вменяемые конкурсным управляющим должником и кредитором правонарушения приходятся на период с 2010-2016 гг. 

С учетом положений п. 1 ст. 197 ГК РФ, специальный срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, равный одному году, установлен абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.06.2013 г. №134-ФЗ. 

Данная применяемая норма содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: 

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным п. 1 ст. 200 ГК РФ; 

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом. 

С учетом правового подхода, выработанного судебной практикой (п. 21 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2018) (утв. Президиумом ВС РФ от 04.07.2018 г.) срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), о неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. 

Таким образом, лицо считается осведомленным о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, если оно осведомлено о всей совокупности обстоятельств, осведомленность должна иметь место не просто о наличии действий (бездействия), но и о том, что такие деяния являются неправомерными и причинили вред кредиторам. 

При таких обстоятельствах, для целей исчисления срока исковой давности установление момента осведомленности лица о самом факте совершения действий (бездействия) не является достаточным, поскольку, с учетом характера обособленного спора, необходимо также определить момент осведомленности лица о неправомерности деяний, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов, образуемый на основании совокупности согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированных на основании поведения субъектов. 

При этом, в любом случае, течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть даты оглашения резолютивной части о признании должника банкротом. 

Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Конкурсный управляющий и кредитор указали, что основания для привлечения к субсидиарной ответственности стали им известны в хода рассмотрения дела №А41-74856/17, так как получены документы и переписка должника с ФГАУ «ОК «Рублево-Успенский», при этом первый судебный акт по существу спора был вынесен 26.02.2020 г. (решение суда первой инстанции). 

Резолютивная часть решения о признании ЗАО «ЭКОПРОДУКТ» несостоятельным (банкротом) и об открытии процедуры конкурсного производства оглашена 06.12.2018 г., в то время как заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поданы в ноябре 2020г., то есть в пределах как однолетнего субъективного, так и в пределах трехлетнего объективного срока исковой давности, установленного абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона от 28.06.2013 г. №134-ФЗ). 

Таким образом, заявление о пропуске конкурсным управляющим и кредитором срока исковой давности для обращения в суд с настоящими требованиями было обоснованно отклонено судом первой инстанции.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным способом защиты нарушенных прав кредиторов и может быть применена в исключительных случаях.

Заявителями в нарушение требований ст. 65 АПК РФ, не раскрыты условия привлечения к гражданско-правовой ответственности ФГАУ «Оздоровительный комплекс» «Рублёво- Успенский» Управления делами Президента Российской Федерации, не приведены доказательства, свидетельствующие о выходе за пределы обычного предпринимательского риска, что является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Так, установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанцией, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия оснований для  привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, с которым судебная коллегия суда апелляционной инстанции соглашается.

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 09 октября 2023 года по делу № А41-101720/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

Судьи:

 

Д.С. Семикин

А.В. Терешин