231/2018-15360(4) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А79-8038/2014  16 августа 2018 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 14.08.2018. Постановление в полном объеме изготовлено 16.08.2018. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Елисеевой Е.В., судей Прытковой В.П., Трубниковой Е.Ю. 

при участии  

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Строительно-монтажное управление «Каркас-Ч» Францова Андрея Александровича,  

Ижогина Георгия Николаевича (паспорт гражданина Российской Федерации),  Пьянзина Александра Кузьмича (паспорт гражданина Российской Федерации)  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Строительно-монтажное управление «Каркас-Ч» Францова Андрея Александровича  

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 20.10.2017,  принятое судьей Андреевой С.В., и  

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018,  принятое судьями Кириловой Е.А., Захаровой Т.А., Протасовым Ю.В.,  

по делу № А79-8038/2014 

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление «Каркас-Ч» (ИНН: 2130027328, ОГРН: 1072130015165) Францова Андрея Александровича о привлечении в солидарном порядке Шембакова Владимира Александровича, Пьянзина Александра Кузьмича и Ижогина Георгия Николаевича 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Строительно-монтажное управление «Каркас-Ч» (далее – Управление;  должник) конкурсный управляющий должника Францов Андрей Александрович обратился  в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением, уточненным в  

порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о  привлечении в солидарном порядке учредителя Управления Шембакова Владимира  Александровича, учредителя и бывшего генерального директора Пьянзина Александра  Кузьмича и бывшего генерального директора Ижогина Георгия Николаевича к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 87 159 623 рублей  31 копейки.  

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях статьи 9 и пунктов 2  и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), действовавшей в спорный период, и  мотивировано неисполнением руководителями Управления в установленный законом срок  обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника  несостоятельным (банкротом) при обнаружении признаков его неплатежеспособности;  совершением учредителем и руководителями сделок, причинивших существенный вред  имущественным правам кредиторов; непередачей конкурсному управляющему  бухгалтерских документов должника и ненадлежащим ведением бухгалтерского учета,  повлекшими невозможность формирования конкурсной массы и взыскания дебиторской  задолженности.  

Суд первой инстанции определением от 20.10.2017, оставленным без изменения  постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018, удовлетворил  требования конкурсного управляющего частично: привлек бывшего руководителя  Управления Ижогина Г.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и взыскал с Ижогина Г.Н. в пользу  Управления 294 166 рублей 56 копеек, отказав в удовлетворении остальной части  заявленных требований.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий  должника обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой,  в которой просит отменить определение от 20.10.2017 и постановление от 13.04.2018 и  принять по спору новый судебный акт о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности в заявленном размере.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное  применение судами норм материального права, неполное выяснение обстоятельств,  имеющих значение для дела, и несоответствие выводов судов фактическим  обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.  

Как полагает заявитель жалобы, сведения о дебиторской задолженности, указанные  в бухгалтерском балансе Управления, не соответствуют данным документов  бухгалтерского учета должника; в представленной в налоговый орган годовой  бухгалтерской (финансовой) отчетности зафиксировано равенство актива и пассива  баланса, тогда как в периоды с 01.04.2013 по 01.10.2013 и с 01.04.2014 по 01.10.2014 актив  существенно отличался от пассива, что свидетельствует о недостоверности и  преднамеренном искажении бухгалтерской (финансовой) отчетности, сокрытии фактов  хозяйственной деятельности или данных бухгалтерского учета руководством должника.  Конкурсный управляющий выявил дебиторскую задолженность Управления в сумме  69 880 753 рублей 55 копеек, взысканием которой органы управления должника не  занимались, в результате Управлению причинен ущерб в указанном размере. В период  осуществления Пьянзиным А.К. полномочий единоличного исполнительного органа  Управление заключило договоры займа с аффилированными лицами; некоторые договоры  содержат условия о предоставлении займов под 8,25 процента годовых, по ряду договоров  предоставлялись беспроцентные займы, что не соответствует цели деятельности  хозяйствующего субъекта – извлечению прибыли; обязательства по возврату заемных  денежных средств по отдельным договорам не исполнены. При этом должник является  

строительным предприятием, и предоставление займов на постоянной основе не относится  к предмету его уставной деятельности. В период с 01.01.2014 по 31.12.2014 Управление не  осуществляло производственно-хозяйственную деятельность, однако работникам  должника и наемным работникам продолжала начисляться заработная плата, в результате  чего сумма списанных со счета должника денежных средств составила 4 129 775 рублей 35  копеек.  

Заявитель жалобы указывает на возникновение у Управления по состоянию на  07.05.2013 непогашенной в течение трех месяцев задолженности по оплате товара,  приобретенного по договору поставки от 30.04.2013 № 1-П/2013, заключенному с  продавцом – обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-девелоперская  компания «РОСТ» (далее – Девелоперская компания), в размере свыше 100 000 рублей, в  связи с чем в период с 07.08.2013 по 07.09.2013 Пьянзин А.К., как руководитель должника,  обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании Управления  несостоятельным (банкротом). Кроме того, по состоянию на 05.08.2013 у должника  (заказчика) образовалась задолженность в размере 1 977 800 рублей в результате  неисполнения обязательств по оплате работ, выполненных подрядчиком – ООО  «СервисКранАвтоТрейд» по договору подряда от 16.05.2012 № 29-п; основанием для  расторжения договора подряда с 25.07.2013 послужило прекращение финансирования  работ. Между тем Ижогин Г.Н., являвшийся с 07.10.2013 по 17.04.2015 генеральным  директором Управления, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности и  недостаточности имущества, не обратился в суд с заявлением о признании должника  банкротом. Конкурсный управляющий считает, что суды неправомерно определили иную  дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности и при определении  размера субсидиарной ответственности Ижогина Г.Н. в нарушение статьи 10 Закона о  банкротстве ограничились лишь суммой кредиторской задолженности Управления,  возникшей до даты возбуждения дела о банкротстве, не приняв во внимание  задолженность по текущим платежам.  

По мнению заявителя жалобы, суды не дали надлежащей правовой оценки анализу  финансово-экономического состояния должника, в котором изложены факты искажения  его бухгалтерского учета; протоколу совместного заседания учредителя Управления  Шембакова В.А., генерального директора должника Ижогина Г.Н., его главного  бухгалтера Федотова Д.Ю. и директора ООО «КАФ «ЭКаудит» Андреевой Л.А. от  07.03.2014 и кадровой документации, свидетельствующим о фактическом руководстве  Управлением Шембаковым В.А.; не исследовали вопрос о передаче конкурсному  управляющему первичных и иных бухгалтерских документов должника по актам приема- передачи от 20.05.2015 не в полном объеме.  

Пьянзин А.К. в письменном отзыве на кассационную жалобу возразил относительно  приведенных в ней доводов.  

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судебное заседание проведено с использованием систем  видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области.  

В судебном заседании конкурсный управляющий должника Францов А.А.  поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; Ижогин Г.Н. и Пьянзин А.К.  отклонили доводы заявителя жалобы.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное  заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их  отсутствие.  

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от  20.10.2017 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018  проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в  статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов,  изложенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав конкурсного  управляющего должника, Ижогина Г.Н. и Пьянзина А.К., суд округа не нашел правовых  оснований для отмены обжалованных судебных актов.  

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Чувашской Республики –  Чувашии определением от 17.10.2014 возбудил производство по делу о несостоятельности  (банкротстве) Управления по заявлению ООО «СервисКранАвтоТрейд»; определением от  17.12.2014 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 10.04.2015  признал Управление несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества  конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим Францова А.А.  

Посчитав, что бывшие руководители Управления Пьянзин А.К. и Ижогин Г.Н. не  исполнили в установленный законом срок обязанность по подаче в арбитражный суд  заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) при обнаружении  признаков его неплатежеспособности, руководители должника и его учредитель  Шембаков В.А. совершали сделки, причинившие существенный вред имущественным  правам кредиторов, не передали конкурсному управляющему в полном объеме  бухгалтерскую документацию должника и ненадлежащим образом вели бухгалтерский  учет, конкурсный управляющий Францов А.А. обратился в суд с заявлением о  привлечении указанных лиц в солидарном порядке к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника.  

Размер субсидиарной ответственности определен конкурсным управляющим исходя  из суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника,  а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований  кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине  недостаточности имущества должника.  

С момента создания Управления его учредителями являлись Шембаков В.А. и  Пьянзин А.К., функции единоличного исполнительного органа (генерального директора)  Управления в период с 07.09.2007 по 25.09.2013 осуществлял Пьянзин А.К., с 26.09.2013  по 09.04.2015 – Ижогин Г.Н. Следовательно, в силу статьи 2 Закона о банкротстве в  указанный период Шембаков В.А., Пьянзин А.К. и Ижогин Г.Н. являлись  контролирующими должника лицами.  

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности установлены в статье 10 Закона о банкротстве, действовавшей в спорный  период.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации  об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о  банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2  «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в  

редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.  

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности до 01.07.2017, поэтому к  спорным правоотношениям применима статья 10 Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, действовавшей в период возникновения  спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением  должника в арбитражный суд в случае, если:  

– удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит  к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по  уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими  кредиторами;  

– органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными  документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об  обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

– органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного  предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;  

– обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает  невозможной хозяйственную деятельность должника;  

– должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества;  

– в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве. 

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2  статьи 9 Закона о банкротстве).  

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 закона,  влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам  последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2  статьи 9 Закона о банкротстве.  

В обоснование довода о необходимости привлечения контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что по состоянию  на 07.05.2013 у Управления имелись признаки неплатежеспособности, поэтому  генеральный директор Управления Пьянзин А.К. в период с 07.08.2013 по 07.09.2013  обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным  (банкротом); по состоянию на 05.08.2013 должник обладал признаками  неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем Ижогин Г.Н.,  являвшийся в период с 07.10.2013 по 17.04.2015 генеральным директором Управления,  обязан был обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества  понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя,  уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности  

по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой  под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным,  влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых  образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений,  так и публичные интересы государства. Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10  Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между  неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными  последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности  удовлетворения возросшей задолженности.  

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к  ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит  установление следующих обстоятельств:  

– возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; – момент возникновения данного условия; 

– факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение  месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

– объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.  

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что  обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики  должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в  пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно  ссылается как на основание своих требований и возражений.  

Суды первой и апелляционной инстанций на основании имеющихся в материалах  дела доказательств установили, что в спорный период Управление вело хозяйственную  деятельность, в том числе по поиску заказчиков на проведение подрядных работ;  осуществляло частичные расчеты с кредиторами; доказательства, с достаточной степенью  определенности и достоверности свидетельствующие о моменте, с которого руководитель  должника должен был обратиться с заявлением о признании его банкротом, в дело не  представлены. При этом снижение активов в 2013 году ответчики объясняют погашением  дебиторской задолженности, необходимостью закупки строительных материалов,  списания основных средств и вложения запасов в строительство.  

С учетом изложенного суды пришли к выводу об отсутствии доказательств,  однозначно свидетельствующих о том, что на указанные конкурсным управляющим даты  Управление обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или)  недостаточности имущества по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве, либо доказательств  того, что должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить  ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а  равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве  обстоятельств, являющихся основанием для обращения руководителей юридического лица  в суд с заявлением о признании должника банкротом.  

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными  кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать  признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях  привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за  неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся  

неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности  руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.  

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от  18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над  размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является  свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое  превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий  финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является  основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о  банкротстве.  

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в  суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление  критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и  законных интересов других лиц.  

С учетом изложенного суды обеих инстанций пришли к правильному выводу о  непредставлении конкурсным управляющим доказательств, однозначно  свидетельствующих о том, что у руководителя Управления 07.08.2013 возникла  обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую он не  исполнил, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении требования о привлечении  Пьянзина А.К. к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о  банкротстве.  

Вместе с тем суды установили, что Управляющая компания (заказчик) направила  должнику (подрядчику) уведомления от 25.04.2014 о расторжении двух договоров на  выполнение строительно-монтажных работ от 19.09.2011 в одностороннем порядке с  требованием о возврате в течение 10 дней с даты получения уведомлений об уплате  авансов в сумме 63 265 877 рублей 45 копеек. На дату возникновения у Управления  обязанности по возврату заказчику авансов (10.05.2014), исходя из суммы требований  кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, кредиторская  задолженность Управления составила 82 140 429 рублей 70 копеек и значительно  превысила его активы в размере 69 880 753 рублей 55 копеек. До 10.05.2014 у должника  имелась кредиторская задолженность в сумме 14 143 133 рублей 89 копеек и активы в виде  дебиторской задолженности в сумме 27 997 525 рублей 28 копеек, то есть Управление  стало обладать признаками недостаточности имущества только с 10.05.2014, вследствие  чего обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом  возникла у его руководителя в период с 10.05.2014 по 10.06.2014.  

Суды приняли во внимание, что согласно справке налогового органа за период с  11.06.2014 по 16.10.2014 у Управления образовалась задолженность в сумме  294 166 рублей 56 копеек. Наличия иной кредиторской задолженности, возникшей в  указанный период, а равно доказательств наращивания Пьянзиным А.К. и Ижогиным Г.Н.  в период исполнения обязанностей руководителей Управления задолженности в результате  совершения ими сделок, влекущих возникновение новых обязательств, при отсутствии  расчетов с кредиторами по обязательствам, принятым ранее указанного срока, в материалы  дела не представлено.  

При таких условиях суды пришли к выводу о неисполнении Ижогиным Г.Н. в срок  не позднее 10.06.2014 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании  Управления несостоятельным (банкротом) и о наличии оснований для привлечения его к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 294 166 рублей  56 копеек.  

Суд округа отклонил, как несостоятельный, довод заявителя кассационной жалобы о  неверном расчете судами размера субсидиарной ответственности исходя лишь из суммы  

кредиторской задолженности Управления, возникшей до даты возбуждения дела о  банкротстве, без учета задолженности по текущим платежам.  

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица,  составляющий совокупный размер требований кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований  кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными  по причине недостаточности имущества должника, относится к случаям привлечения  таких лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве, то есть признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие их  действий и (или) бездействия.  

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в  случаях и в срок, установленные в статье 9 Закона о банкротстве, предусматривает иной  порядок исчисления суммы субсидиарной ответственности. Размер субсидиарной  ответственности руководителя исчерпывающе определен в пункте 2 статьи 10 Закона о  банкротстве: руководитель принимает на себя обязательства должника, возникшие после  истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (действовавшем на дату  обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной  ответственности), субсидиарная ответственность по обязательствам должника может быть  возложена при недостаточности имущества должника и ее размер определяется исходя из  разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или  замещения активов организации должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, введенной в действие  Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, размер ответственности за неподачу  (несвоевременную подачу) заявления должника равен размеру обязательств должника (в  том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о  банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания  должника банкротом).  

Таким образом, суды обеих инстанций пришли к правильному выводу о наличии  оснований для привлечения Ижогина Г.Н. к субсидиарной ответственности на основании  пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и взыскании с него 294 166 рублей 56 копеек,  составляющих задолженность Управления, возникшую в период с 11.06.2014 (после  наступления у руководителя обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве  должника) по 16.10.2014 (дату возбуждения дела о банкротстве должника).  

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от  28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты  Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям»  (далее – Закон № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом)  вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в  случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих  должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:  

– причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (абзац 3);  

– документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия  решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об  объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование  которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской  Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно  затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе  формирование и реализация конкурсной массы (абзац 4).  

Положения абзаца 4 пункта 4 названной статьи применяются в отношении лиц, на  которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения  документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности  должника (абзац 5).  

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают  солидарно (абзац 6 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).  

Данные положения внесены в статью 10 Закона о банкротстве Законом № 134-ФЗ,  вступившим в силу 30.06.2013.  

С учетом разъяснений, изложенных в информационном письме Президиума  Высшего Арбитражного Суда от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с  переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», к указанным  конкурсным управляющим действиям Шембакова В.А., Пьянзина А.К. и Ижогина Г.Н.  подлежат применению правила Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной  ответственности в редакции Закона № 134-ФЗ, поскольку названные действия являются  длящимися и продолжались в период действия данного закона.  

В конструкцию пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона   № 134-ФЗ, действовавшей после 30.06.2013) заложена презумпция причинно-следственной  связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и  признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий,  составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению  переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в  частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с  недобросовестным поведением ответчика.  

По правилам абзаца 9 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона   № 134-ФЗ) контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия  которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным  (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало  добросовестно и разумно в интересах должника.  

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53),  по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых  заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания  оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем отсутствие  у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии  документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно  снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве  

на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью  косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у  привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности  погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя  опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно  доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного  управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв  свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле  осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).  

В качестве одного из оснований для привлечения Шембакова В.А., Пьянзина А.К. и  Ижогина Г.Н. к субсидиарной ответственности заявитель указал на причинение ущерба  должнику бездействием органов управления по взысканию дебиторской задолженности,  заключение договоров займа с аффилированными лицами на невыгодных для Управления  условиях и на выплату работникам должника и наемным работникам заработной платы  при неосуществлении им производственно-хозяйственной деятельности.  

Суды первой и апелляционной инстанций, оценив данный довод конкурсного  управляющего, указали, что действия по заключению договоров займа не выходили за  пределы обычного делового оборота и предпринимательского риска Управления;  доказательств того, что учредитель Управления Шембаков В.А. давал указания на  заключение договоров займа с подконтрольными ему юридическими лицами, не  представлено; сделки должника, в том числе по выдаче займов и начислению и выплате в  течение 2014 года работникам заработной платы, не оспаривались; всего выдано займов на  сумму 53 981 549 рублей 59 копеек, возвращено заемщику – 38 956 724 рубля 34 копейки,  в части непогашенных займов имеются судебные акты о взыскании с заемщиков  дебиторской задолженности. Как следует из пояснений ответчиков, данных в судах первой  и апелляционной инстанций, заключение договоров займа было связано с обеспечением  деятельности Управления в сфере строительства и направлено на скорейшее завершение  строительства по договорам подряда, а именно на приобретение заемщиками башенных  кранов, технологического оборудования для производства железобетонных изделий,  дополнительной оснастки и выдачу заработной платы работникам, выполнявшим  проектные работы; именно наличие заинтересованности позволяло быть уверенными в  расходовании заемных денежных средств по назначению и в их возврате, а также получить  в упрощенном порядке допуск и разрешения на строительство в месте расположения  объектов застройки; сроки по взысканию дебиторской задолженности, образовавшейся в  результате выдачи займов, на дату введения в отношении Управления процедуры  банкротства, не истекли; одной из основных задач, поставленных перед Ижогиным Г.Н.  при приеме его на работу в качестве руководителя Управления, являлось восстановление  финансово-хозяйственной деятельности организации.  

Выплата работникам заработной платы и заключение договоров займов в отсутствие  доказательств того, что заключение таких договоров и осуществление выплат привело к  ухудшению финансового положения должника, повлекло причинение существенного  вреда правам кредиторов и что при заключении сделок и совершении выплат ответчики  действовали недобросовестно и неразумно, вопреки интересам Управления, не  свидетельствуют о наличии оснований для привлечения руководителей и учредителей  должника к субсидиарной ответственности.  

Таким образом, вывод судов об отсутствии со стороны Шембакова В.А.,  Пьянзина А.К. и Ижогина Г.Н. действий, направленных на ухудшение финансового  состояния должника и причинение имущественного вреда кредиторам, соответствует  установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также  временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в  течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить  передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных  и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной  обязанности руководитель должника, а также временный управляющий,  административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в  соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых  документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную  информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять  обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности,  принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника,  находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность  перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о  банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему  документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении,  направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут  быть погашены требования кредиторов.  

Ответственность руководителя должника по абзацу 4 пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) возникает при неисполнении им обязанности  по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской  отчетности недостоверной информации, если это повлекло за собой невозможность  формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в  полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.  

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывших руководителей  должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному  управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо  отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать, что отсутствие  документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства или что им приняты все необходимые меры для  исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при  проявлении той степени заботливости и осмотрительности, какие от него требовались.  

В пункте 24 Постановления № 53 разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с  требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду  объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или  наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур  банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть  названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему  документации не привели к существенному затруднению проведения процедур  банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении  документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для  исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той  степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под  существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности,  невозможность определения и идентификации основных активов должника.  

Таким образом, именно на Пьянзина А.К. и Ижогина Г.Н. в силу статей 9 и 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца 4 пункта 4 статьи  10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее  доказанности), в частности, что документы бухгалтерского учета переданы конкурсному  управляющему либо их отсутствие (ненадлежащее ведение) не привело к существенному  затруднению проведения процедур банкротства.  

Как установили суды обеих инстанций, по актам приема-передачи от 20.05.2015  Ижогин Г.Н. передал конкурсному управляющему Францову А.А. бухгалтерские и иные  документы Управления (том 1, листы дела 63 и 64). Конкурсный управляющий не  обращался в арбитражный суд с ходатайством об истребовании у бывшего руководителя  какой-либо иной документации должника. Доказательств наличия у конкурсного  управляющего при надлежащем ведении руководством Управления бухгалтерского учета  и отчетности возможности по формированию конкурсной массы в большем объеме в  материалы дела не представлено.  

Оценив материалы дела и доводы участвующих в деле лиц, суды обеих инстанций  пришли к выводу об отсутствии доказательств намеренного уклонения руководителей от  передачи документации конкурсному управляющему, доказательств ведения  бухгалтерского учета с целью сокрытия существенных фактов хозяйственной деятельности  должника. Суды также учли непредставление конкурсным управляющим доказательств  того, каким образом ненадлежащее ведение бухгалтерского учета повлияло на  формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов.  

При изложенных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о  недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения бывших  руководителей должника к субсидиарной ответственности на основании абзаца 4 пункта 4  статьи 10 Закона о банкротстве.  

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что суды первой и апелляционной  инстанций не отразили в судебных актах результаты оценки отдельных доказательств, не  указали на мотивы, по которым они отклонили его доводы и аргументы, не может быть  принята во внимание.  

То обстоятельство, что в судебных актах не отражены все имеющиеся в деле  доказательства либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их  надлежащей судебной оценки и проверки.  

Иной подход к интерпретации примененных судами нормативных положений и  установленных обстоятельств не свидетельствует об ошибочном толковании и применении  норм права непосредственно к установленным фактическим обстоятельствам, не  подтверждает существенных нарушений норм материального права и норм  процессуального права, повлиявших на исход спора, и не является достаточным  основанием для отмены состоявшихся судебных актов.  

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно,  представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в  обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и  нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом  приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся по правилам части 4 статьи  288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу  кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21  

Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационной жалобой по  данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского  округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 20.10.2017 и  постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2018 по делу   № А79-8038/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного  управляющего общества с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное  управление «Каркас-Ч» Францова Андрея Александровича – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  Е . В . Елисеева 

 Судьи  В.П. Прыткова 

Е.Ю. Трубникова