ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-47889/2020

город Ростов-на-Дону

29 декабря 2022 года

15АП-21257/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 декабря 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Деминой Я.А.,

судей Долговой М.Ю., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ООО ПСФ "Инициатива": представителя ФИО2 по доверенности от  09.01.2022,

посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от конкурсного управляющего ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" ФИО3: представителей ФИО4 по доверенности от 24.02.2022, ФИО5 по доверенности от 05.10.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2022 по делу № А32-47889/2020 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок к обществу с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива"                      в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой"                  (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>);

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой" (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий ФИО3 с заявлением признании недействительным договора купли-продажи от 30.10.2015 № 01 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО ПСФ "Инициатива" 26 970 000,00 рублей; договора аренды сваебойного оборудования гидромолота S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER) от 15.01.2016 № 03 с ежемесячной арендной платой 6 710 132,00 рублей и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО ПСФ "Инициатива" 73 479 453,53 рублей (с учетом уточнений).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2022 по делу № А32-47889/2020 признаны недействительными взаимосвязанные сделки по отчуждению следующего движимого имущества должника: сваебойное оборудование гидромолот S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER), оформленные договорами купли-продажи от 30.10.2015 № 01 и договором аренды от 15.01.2016 № 03, заключенные ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" и ООО ПСФ "Инициатива". Применены последствия недействительности сделки. Взысканы с ООО ПСФ "Инициатива" в конкурсную массу ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" денежные средства в размере 100 449 453,53 рублей. Восстановлено право требования ООО ПСФ "Инициатива" к ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" в размере 1 000 000,00 рублей. Взыскано с         ООО ПСФ "Инициатива" в доход федерального бюджета Российской Федерации          6 000 рублей расходов по уплате госпошлины.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество с ограниченной ответственностью ПСФ "Инициатива" в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжаловало определение от 02.11.2022, просило его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судебный акт вынесен с нарушением норм материального права и при неверном установлении фактических обстоятельств дела. Действия сторон по заключении сделок не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в связи с чем, не могли быть признаны ничтожными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

От конкурсного управляющего ООО Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой" ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

От ИП ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Представитель ООО ПСФ "Инициатива" поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Представители конкурсного управляющего ООО Проектно-строительная фирма "Спецфундаментстрой" ФИО3 поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просили определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу -  без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ИФНС по городу-курорту Геленджику Краснодарского края обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.02.2021 ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в официальном источнике - 13.02.2021.

В ходе проведения процедуры управляющим установлено, что 30.10.2015 между ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" (продавец) и ООО ПСФ "Инициатива" (покупатель) заключен договор № 01 купли-продажи оборудования.

Согласно пункту 1.1 договора предметом настоящего договора является купля-продажа сваебойного оборудования гидромолота S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER) в соответствии со спецификацией № 1, являющейся неотъемлемой частью настоящего договора, которое продавец в соответствии с условиями договора обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель обязуется принять и оплатить оборудование в порядке и на условиях, установленных договором.

Пунктом 2.1 договора установлено, что стоимость оборудования по настоящему договору 1 000 000,00 рублей (в том числе НДС 18% - 152 542,37 рублей). Указанная стоимость является окончательной и изменению не подлежит.

Оплата произведена по платежному поручению от 29.08.2016 № 65 (том 1 л.д. 61).

15.01.2016 между ООО ПСФ "Инициатива" (арендодатель) и ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" (арендатор) заключен договор № 03 аренды оборудования.

Согласно пункту 1.2 договора арендодатель обязуется предоставить во временное пользование, а арендатор - принять и оплатить пользование и своевременно возвратить в исправленном состоянии с учетом нормального износа следующего оборудования: сваебойного оборудования гидромолота S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER).

В соответствии с пунктом 3.1 договора размере арендной платы за каждый полный месяц аренды составляет 6 710 132,00 рублей.

Моментом начала начисления арендной платы является момент подписания сторонами акта передачи оборудования арендатору. Моментом окончания начисления арендной платы является момент подписания сторонами акта возврата оборудования арендодателю (пункт 3.3 договора).

На основании акта приема-передачи оборудования от 16.01.2016 оборудование было передано арендатору (том 1л.д. 73)..

Расходы по аренде спорного оборудования составили 73 479 453,53 рублей.

Полагая, что цепочка оспариваемых договоров совершена с целью причинения вреда кредиторам должника в период его неплатежеспособности в пользу аффилированного лица, конкурсный управляющий должником обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными применительно к положениям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Правонарушение, состоящее в совершении сделки во вред имущественным правам кредиторов, является частным случаем злоупотребления правом, а положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве – специальными нормами по отношению к статье 10 Гражданского кодекса. Применение статей 10 и 168 Гражданского кодекса для признания сделки недействительной при наличии специального регулирования носит субсидиарный (вспомогательный) характер.

Согласно правовому подходу, изложенному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15- 20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 именно наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, позволяет обратиться с заявлением о признании ее недействительной в пределах трехлетнего срока исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса).

Следует отметить, что судебные акты Верховного Суда Российской Федерации не содержат разъяснений, указывающих, какие именно пороки выходят за пределы состава подозрительных сделок. Учитывая, что неотъемлемым элементом сделки, совершенной при злоупотреблении правом, является причинение вреда другому лицу (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса), который в любом случае выражается в умалении имущественного блага, представляется разумным разграничивать составы недействительных сделок исходя из умысла их участников – той цели, которую они преследовали своими действиями.

Иной подход, при котором причинение имущественного вреда другим лицам, не являющимся стороной совершенной сделки (которые являлись кредиторами должника к моменту ее совершения, либо стали таковыми ввиду умаления их имущественных благ), является самостоятельным и достаточным основанием для квалификации такой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следует признать неверным. Такой подход фактически блокирует возможность применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса, поглощая состав сделки, совершенной при злоупотреблении правом, специальной нормой права.

Наличие в Законе банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, как ничтожную в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума N 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума N 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Возможность оспаривания сделки, состоящей из цепочки взаимосвязанных последовательных сделок, предусмотрена п. 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 №126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения". Верховный суд в Определении от 23 июня 2016 г. № 307-ЭС14-8084 по делу №А56-15410/2011 подтвердил наличие такого механизма, как оспаривание последовательно совершенных сделок.

В соответствии с абзацем 3 пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне.

Таким образом, в случае признания недействительной цепочки взаимосвязанных сделок заявление об оспаривании сделки предъявляется ко всем участникам цепочки сделок.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25)).

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021) сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции при рассмотрении заявленных требований установил, что оспариваемый договор заключен между аффилированными лицами.

ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" и ООО ПСФ "Инициатива" зарегистрированы по одному юридическому адресу (353465, 

<

...> "а").

ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" и ООО ПСФ "Инициатива" имеют одних и тех же контролирующих лиц.

ООО ПСФ "Инициатива" – единоличный исполнительный орган с 29.11.2018 по настоящее время ФИО7, с 12.07.2017 по 29.11.2018 – ФИО8, единственный учредитель с даты создания юридического лица по 22.07.2019 ФИО7, с 22.07.2019 по настоящее время ФИО9 (супруга).

ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" – единоличный исполнительный орган с 28.10.2015 по 05.07.2018 ФИО7, учредитель с долей более 50% с 28.10.2015 по 06.12.2018 ФИО7, в число учредителей в период времени с даты основания компании по 15.01.2019 также входила ФИО8.

Таким образом, ООО ПСФ "Инициатива" и ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" являются аффилированными обществами, и имели на дату совершения сделки и после этого одних и тех же контролирующих должника лиц.

Возражая против данного вывода суда первой инстанции, апеллянт указывает на то, что судом неправильно установлены фактические обстоятельства дела, ссылаясь на следующее: ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" и ООО ПСФ "Инициатива", фактически принадлежат ФИО10, причём последнее принадлежит ему полностью. 28.10.2015 ФИО10 назначает на должность директора ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" ФИО7

При указанных обстоятельствах, неправильное установление судом первой инстанции фактических обстоятельств, в отношении контролирующих лиц должника, не привело к неправильному установлению аффилированности сторон, учитывая, что стороны являются заинтересованными в силу статьи 19 Закона о банкротстве через ФИО10 на момент заключения оспариваемых сделок.

Кроме того, факт аффилированности участников сделок подтверждается также иными судебными актами по настоящему делу (постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021 по делу № А32-47889/2020, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 13.04.2022 по делу № А32-47889/2020).

Судом первой инстанции установлено, что у должника в собственности имелось специальное оборудование – гидромолот S-280 IHC HYDROHAMMER, стоимость которого согласно отчету об оценке рыночной стоимости сваебойного оборудования гидромолота S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER) от 17.03.2022 № 58/22 по состоянию на 30.10.2015 составляла 26 970 000 рублей.

ООО "СГМ-Мост" (подрядчик) и ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" (субподрядчик) заключили договор субподряда от 24.11.2015 № СГМ/15-31, согласно которому должник обязался выполнить комплекс работ по погружению наклонных свай из труб (работы выполнялись в рамках строительства Керченского моста).

Должнику для выполнения подрядных работ было необходимо сваебойное оборудование гидромолот S-280 IHC HYDROHAMMER (PILEDRIVING EQUIPMENT S-280 IHC HYDROHAMMER). Имея договорные обязательства по подрядным работам, в рамках которых должнику необходимо спорное специальное оборудование, он реализовывал его своему заинтересованному лицу по заниженной стоимости – 1 000 000 рублей (рыночная стоимость – 26 970 000 рублей).

Таким образом, оборудование, ранее находившееся в собственности должника, в октябре 2015 года реализовано за 1 000 000 руб. ООО ПСФ "Инициатива" по договору купли-продажи от 30.10.2015, а через три с половиной месяца с 15.01.2016 передано в пользование вновь должнику на условиях аренды с размером ежемесячной платы 6 710 132,00 рублей, что, по мнению судебной коллегии, свидетельствует о выводе  ликвидного актива должника в пользу аффилированного лица.

Ответчик после окончания срока действия договора аренды спорного имущества реализовал гидромолот ООО "ХевиМашинери" по договору купли-продажи от 04.05.2017 за 15 000 000,00 рублей (после проведения субподрядных работ по договору от 24.11.2015 № СГМ/15-31), что подтверждается представленными в материалы спора договором купли-продажи от 04.05.2017, заключенным ответчиком и ООО "ХевиМашинери"; платежными поручением от 10.05.2017 № 2; справкой ответчика, согласно которой он реализовал спорное имущество 11.05.2017 ООО "ХевиМашинери".

Кроме того, исследуя обстоятельства оплаты по оспариваемому договору купли-продажи от 30.10.2015 № 01, судом также установлено, что должник перечислил 12.05.2016 арендную плату ответчику в размере 16 775 330 рублей, оплата по договору купли-продажи от 30.10.2015 в размере 1 000 000,00 рублей осуществлена ответчиком только 29.08.2016 (почти через год после заключения договора купли-продажи).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что оплата по договору купли-продажи от 30.10.2015 осуществлена ответчиком из денежных средств должника, которые перечислены ответчику в рамках договора аренды от 15.01.2016.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что спорные хозяйственные операции легли в основу налоговой проверки деятельности должника.

Решением Инспекции Федеральной налоговой службы по городу-курорту Геленджику Краснодарского края от 20.06.2018 № 6 должнику доначислен налог на прибыль, в том числе по эпизоду, связанному с арендой сваебойного оборудования Гидромолот S-280 IHC HYDROHAMMER.

В решении уполномоченного органа сделаны выводы о том, что, заключая договор аренды, должник преследовал цель по получению необоснованной налоговой выгоды в связи с завышением расходов, уменьшающих доход и занижения суммы налога на прибыль по итогам 2016 года в результате установления завышенной цены сделки по договору аренды.

В последующем приговором Геленджикского городского суда Краснодарского края от 09.07.2019 № 1-285/19 руководитель должника и учредитель ответчика ФИО7 привлечен к уголовной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 199.2 УК РФ.

В результате проведенного инспекцией анализа операций по счетам ООО ПСФ "Инициатива" в банке установлено, что денежные средства в размере 50 255 827 рублей, полученные от должника за аренду спорного имущества, в день зачисления сразу же перечислялись на счета ФИО10 и ЗАО "Геленджикский Дельфинарий" с комментариями "возврат займа ФИО10", который выступал учредителем общества, ЗАО "Геленджикский Дельфинарий", ООО ПСФ "Инициатива".

Уполномоченный орган произвел доначисление налога на прибыль организаций в связи с получением должником необоснованной налоговой выгоды в результате увеличения расходов, связанных с арендой оборудования у взаимозависимой организации - ООО "ПСФ Инициатива" по договору аренды оборудования от 15.01.2016 № 03 (размер ежемесячной арендной платы составляет 6 710 132,00 рублей). Инспекция полагала, что действия сторон сделки носили согласованный характер, не имели реальной деловой цели и направлены на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль организаций за счет необоснованной налоговой выгоды.

Согласно налоговому учету у должника по указанной операции отражены 77 166 518,00 рублей начисленных расходов по аренде оборудования, что уменьшило сумму исчисленного за 2016 год налога на прибыль организаций по ставке 20% на 15 433 303,00 рублей.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда российской Федерации от 20.08.2020 № 309-ЭС20-2354 (1,2) по делу № А50-23227/2018 изложена правовая позиция, согласно которой при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел.

В постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020 по делу № А32-38841/2018, оставленном в силе постановлениемАрбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.08.2020, которымипроверялась законность решения налогового органа, сделаны следующиевыводы.

"Действуя по своей воле и в своем интересе, общество, будучи субъектом предпринимательской деятельности, не обосновало суду разумную экономическую цель продажи своего же оборудования по стоимости 6,7 раза ниже стоимости месячной арендной платы, при этом расходы по аренде этого же оборудования за 2016 год составили 77 166 518 рублей, то есть условия данной сделки для налогоплательщика явно убыточные. Изначально при заключении договора купли-продажи, а затем договора аренды своего же оборудования отсутствовала деловая цель, характеризующую предпринимательскую деятельность. Понесенные расходы по аренде спорного оборудования не соответствуют предпринимательской деятельности.

Таким образом, налоговым органом верно установлена: взаимозависимость заявителя и ООО ПСФ "Инициатива", подконтрольность действия между взаимозависимыми лицами с целью получения налоговой выгоды, понесенные расходы (затраты) не соответствуют предпринимательской деятельности, понесены вне связи с осуществлением реальной предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апелляционной жалобы и приходит к выводу, что результаты проверки инспекции в отношении общества, в их совокупности и взаимосвязи, свидетельствуют о необоснованном завышении расходов на оплату арендных платежей и подтверждают создание обществом искусственного документооборота (договора аренды оборудования от 15.01.2016 № 03), в отсутствие реальной деловой цели с целью получения необоснованной налоговой выгоды".

В соответствии с пунктом 13 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Таким образом, в рамках налоговой проверки деятельности должника установлены недобросовестные действия ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" и       ООО ПСФ "Инициатива" при заключении оспариваемых сделок.

Из совокупности представленных доказательств усматривается, что стороны оспариваемых сделок имели целью создание видимости законности отчуждения спорного имущества и добросовестности приобретения его для ООО "ПСФ Инициатива", которое передало данное имущество должнику в аренду по завышенной стоимости. В результате оспариваемых операций должник лишился ликвидного имущества по заниженной стоимости; произвел значительную оплату арендных платежей заинтересованному лицу за пользование своим же имуществом, чем причинил ущерб конкурсной массе должника; указанные хозяйственные операции со стороны должника и ответчика осуществлены под руководством единых руководителей ФИО10 и ФИО7; данные хозяйственные операции, в том числе являлись схемой по оптимизации налогообложения должника (цель - завышение расходов и уменьшение доходов должника).

Впоследствии имущество, являющееся предметом спорных сделок и купленное у должника за 1 млн. рублей, продано ответчиком за 15 млн. рублей ООО "ХевиМашинери" (после эксплуатации гидромолота при работах по погружению наклонных свай из труб).

Действия сторон сделки носили согласованный характер, не имели реальной деловой цели и направлены на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль организаций за счет необоснованной налоговой выгоды. Должник и ответчик, заключая оспариваемые сделки, допустили осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу в обход закона с противоправной целью. Денежные средства в размере 50 255 827 рублей, перечисленные с расчетного счета должника в пользу ответчика, сразу же перечислялись на счета ФИО10 и ЗАО "Геленджикский Дельфинарий" с комментариями "возврат займа ФИО10", который выступал учредителем должника. В результате заключения оспариваемых договоров причинен ущерб бюджету Российской Федерации; выведено имущество из конкурсной массы должника; причинен значительный материальный ущерб кредиторам должника.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

В данной части судом правомерно отмечено следующее.

Из решения Инспекции Федеральной налоговой службы по городу-курорту Геленджику Краснодарского края от 20.06.2018 № 6 следует, что проверка проводилась за период с 01.01.2014 по 31.12.2016. Проверка начата 29.05.2017 и окончена 22.12.2017. В полном объеме решение налогового органа изготовлено 20.06.2018.

ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" обжаловало решение инспекции от 20.06.2018 № 6 в Управление ФНС России по Краснодарскому краю, в соответствии с решением от 06.11.2018 № 24-12-1963 которой в удовлетворении жалобы отказано.

В дальнейшем решение налогового органа обжаловано в судебном порядке.

Судебный спор по делу № А32-38841/2018 о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по городу-курорту Геленджику Краснодарского края от 20.06.2018 № 6 находился на рассмотрении арбитражного суда с 20.09.2018 по 22.08.2020.

03.11.2020 уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Учитывая указанные временные затраты уполномоченного органа для доказывания размера задолженности должника перед бюджетом (с 29.05.2017 по 22.08.2020) обжалование оспариваемых сделок, совершенных 30.10.2015 и 15.01.2016, не представлялось возможным в течение трехлетнего периода с даты принятия заявления о признании должника банкротом (06.11.2020). С даты налоговой проверки до вынесения решения инспекции прошел один год; спор об обжаловании решения налогового органа находился в арбитражном суде два года.

Должник и ответчик осуществляли все возможные действия, направленные на сокрытие действительного смысла заключения оспариваемых договоров; применяли все возможные процессуальные механизмы по обжалованию решения уполномоченного органа, что привело к затягиванию сроков возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

09.11.2020 на основании заявления уполномоченного органа, основанного на его решении от 20.06.2018 № 6, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве); требование налогового органа в размере 14 101 019,92 рублей включено в реестр требований кредиторов должника.

Рассматриваемые действия должника и ответчика, как правомерно отмечено судом первой инстанции, выходят за пределы дефектов подозрительных сделок, что, в том числе подтверждается обстоятельствами, установленными в решении Инспекции Федеральной налоговой службы по городу-курорту Геленджику Краснодарского края от 20.06.2018 № 6 и постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020 по делу № А32-38841/2018.

В рамках рассматриваемого спора суд констатирует тот факт, что квалификация оспариваемых сделок в качестве ничтожных не является обходом правила о сроке исковой давности по оспоримым сделкам. Стороны, при заключении оспариваемых договоров купли-продажи и аренды, намеревались реализовать противоправный интерес в сфере налогообложения Российской Федерации. Указанное обстоятельство подтверждается приговором Геленджикского городского суда КК от 09.07.2019 № 1-285/19, вынесенного в отношении руководителя должника и учредителя ответчика ФИО7, который привлечен к уголовной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 199.2 УК РФ (сокрытие денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов, сборов, страховых взносов).

Сделки признаются взаимосвязанными, если их сторонами являются взаимозависимые лица, объекты сделок объединены в единый производственный комплекс, влекут отчуждение основных активов общества и результатом совершения сделок является консолидация имущества в собственности одного лица (группы аффилированных лиц) (постановление Президиума ВАС РФ от 22.09.2009 № 6172/09 по делу № А54-836/2008-С15).

Суд первой инстанции, оценив доводы конкурсного управляющего о том, что договоры купли-продажи от 30.10.2015 № 01 и аренды от 15.01.2016 № 03 являются цепочкой сделок, направленных на вывод имущества из конкурсной массы должника, пришел к обоснованному выводу о том, что должник и ООО ПСФ "Инициатива", являющиеся заинтересованными лицами, заключили цепочку последовательных договоров, в результате чего из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, за счет которого возможно было погасить требования кредиторов должника. Оспариваемые хозяйственные операции не соответствуют предпринимательской  деятельности, понесены вне связи с осуществлением реальной предпринимательской деятельности. Кроме того, в результате оспариваемых сделок на ответчика, являющегося заинтересованным лицом по отношению к должнику, выведены значительные денежные средства ООО ПСФ "Спецфундаментстрой".

Оспариваемые последовательно совершенные заинтересованными лицами сделки, фактически являются единой сделкой, направленной на создание видимости отчуждения имущества должника с последующим возложением на должника бремени несения арендной платы за пользование своим же имуществом.

При таких обстоятельствах, судом сделан правильный вывод, что оспариваемые сделки нарушили права неопределенного круга лиц, путем сокрытия налогооблагаемого дохода (статья 10 Гражданского кодекса) и были совершены в обход требований закона (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса), что в совокупности позволяет признать их недействительными по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ (аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2020 № Ф08-5867/2020 по делу № А32-18004/2010).

Кроме того, возможность признания цепочки сделок, оформленной договором купли-продажи и аренды, недействительными по статьям 10, 168 ГК РФ подтверждается судебной практикой (определение ВАС РФ от 03.12.2012 № ВАС-15836/12 по делу № А32-47188/2009-8/746-Б/46-С, постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.12.2021 № Ф03-6209/2021 по делу № А73-2674/2019).

Судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ответчика о том, что в материалы спора не представлены доказательства наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие возможность ее оспаривания по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса РФ.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях сторон осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее совершивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие заинтересованные лица. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

В рамках настоящего спора ответчик не отрицал факт пороков в заключении оспариваемого договора купли-продажи. Суд пришел к выводу о том, что должник и ответчик заключили цепочку последовательных договоров (купли-продажи и аренды) при злоупотреблении своими правами в целях оптимизации налогообложения, что привело к причинению ущерба неопределенному кругу лиц. Разумная экономическая цель совершения указанных сделок не доказана.

Учитывая изложенные обстоятельства, положения пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о злоупотреблении правом сторонами при совершении оспариваемых сделок.

Правовые выводы суда соответствуют разъяснениям, данным в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", а также в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федарации".

Судебной практикой подтверждаются выводы суда о том, что сделки, направленные на оптимизацию налоговой базы в сфере налогообложения, могут быть признаны ничтожными по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.04.2022 № Ф05-5605/2018 по делу № А40-31909/2017, определение Верховного Суда РФ от 04.08.2022 № 305-ЭС18-11805(3) по делу № А40-31909/2017).

Кроме того, судом первой инстанции правомерно отклонены доводы ответчика о пропуске срока давности по заявленным требованиям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Для целей оспаривания сделки по общим основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом российской Федерации конкурсный управляющий представляет интересы конкурсной массы и кредиторов должника, а не непосредственно интересы самого должника. Следовательно, субъективный срок исковой давности исчисляется с момента, когда конкурсный управляющий знал или должен был узнать о ничтожной сделке. Данная позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2021 № 304-ЭС18-4037 (9) по делу № А45-7621/2015 и закреплена в судебной практике.

В настоящем деле должник признан банкротом решением от 02.02.2021. Таким образом, срок для оспаривания сделок не мог начаться ранее 02.02.2021 и не истек на 12.03.2021 (дата подачи заявления посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр").

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суд установил, что спорное сваебойное оборудование в настоящее время выбыло из собственности ответчика. Таким образом, правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО ПСФ "Инициатива" в пользу должника рыночную стоимость спорного имущества в размере 26 970 000 рублей и 73 479 453,53 арендной платы, которую должник оплатил ответчику; восстановлении обязательства должника перед ООО ПСФ "Инициатива" в размере 1 млн. рублей, который оплачен должнику по договору купли-продажи от 30.10.2015 № 01.

Определяя сумму денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика в конкурсную массу в части стоимости спорного имущества, суд руководствовался данными, изложенными в отчете эксперта об определении рыночной стоимости спорного имущества и выпиской по расчетному счету должника, представленному в материалы спора конкурсным управляющим.

Исследовав и оценив экспертное заключение,  проведенное ООО "Городская экспертиза", судебная коллегия приходит к выводу о том, что экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержит.

В материалах дела отсутствуют и лицами, участвующими в деле, не представлены доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, и о том, что заключение эксперта содержит недостоверные выводы, а также о том, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или о неправильном проведении исследования, лицами, участвующими в деле, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом правомерно отклонены доводы ответчика о том, что спорное имущество находилось в неисправном состоянии, учитывая, что договор купли-продажи от 30.10.2015 № 01 не содержит положений, согласно которым стороны зафиксировали в нем какие-либо неисправности Гидромолота S-280 IHC HYDROHAMMER.

Кроме того, указанные доводы уже были предметом рассмотрения в рамках дела № А32-38841/2018. Суд апелляционной инстанции в рамках указанного дела в постановлении от 29.05.2020 сделал следующие выводы.

"Согласно представленной ООО ПСФ "Инициатива" оборотно-сальдовой ведомости по банковскому счету 01 "основные средства" стоимость гидромолота на 01.01.2016 составила 1 000 000 руб., на 31.12.2016 - не изменилась и составила также 1 000 000 руб.

Таким образом, капитальных вложений, приводящих к увеличению стоимости гидромолота перед сдачей его в аренду 16.01.2016 и в течение 2016 года, арендодателем ООО ПСФ "Инициатива" не производилось, при этом должник брал его в аренду и эксплуатировал. Следовательно, представленные сведения относительно неисправности оборудования не соответствуют действительности. Доказательств, подтверждающих обратное, не представлено".

Довод апелляционной жалобы о том, что действия сторон по заключении сделок не выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в связи с чем, не могли быть признаны ничтожными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Ответчик указывает на то обстоятельство, что выход оспариваемых сделок за пределы сроков подозрительности произошел по причине бездействия кредиторов.

Безусловно, правом обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо пользоваться своевременно. Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что обращению уполномоченного органа в суд с заявлением о признании ООО ПСФ "Спецфундаментстрой" обоснованно предшествовало разбирательство по делу А32-38841/2018, связанное с оспариванием решения о доначислении налогов и инициированное должником. После вступления в силу итогового судебного акта уполномоченный орган без промедления обратился в Арбитражный суд.

Кроме этого, ответчик безосновательно, но намеренно упускает тот факт, что заявление о признании себя несостоятельным должно быть подано самим юридическим лицом не позднее чем через месяц с даты возникновения обстоятельств, свидетельствующих о его банкротном состоянии (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Ответчик подтверждает, что к моменту совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества (п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, невозбуждение дела о банкротстве, а точнее негативные последствия, связанные с "несвоевременным" его возбуждением, должны лежать не на кредиторе (в данном случае ФНС), обращение которого стало возможным после вступления силу соответствующего судебного акта, а на должнике, который использует все средства, в том числе и такое, как необращение с заявлением о собственном банкротстве, в целях ухудшения положения кредиторов при рассмотрении будущих обособленных споров о признании сделок недействительными.

Более того, в данном случае негативные последствия выхода за пределы срока подозрительности должны быть возложены непосредственно на ответчика, который имел возможность влиять на поведение и действия должника, будучи участником корпоративной группы. Естественно, обращение с заявлением о своем банкротстве не находится в интересах ни самого должника, ни ответчика в условиях совершения подобных сделок. В этом смысле, действия ответчика, прямо или косвенно влияющего на период подозрительности, следует расценивать как обход норм закона о сроках, в данном случае – специальных, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве. Безотносительно иным обстоятельствам, обход закона о сроках является тем же самым злоупотреблением правом, в связи с чем лицо ограничивается в судебной защите.

Поведение ответчика, направленное на формализацию процесса и крайнюю определенность разграничения пороков сделок по общим и специальным основаниям, исключая первые по принципу "поглощаются специальными", сославшись, но применив те самые просроченные специальные нормы, выглядит очередной открытой попыткой злоупотребить гражданскими правами в целях избежания материальной ответственности. Является абсолютно очевидным тот факт, что ответчик осознает недействительность сделок и ведет себя недобросовестно.

При указанных обстоятельствах, нормы материального права применены судом первой инстанции правильно.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут служить основанием для отмены обжалованного судебного акта, поскольку не опровергают сделанных судом выводов и направлены по существу на переоценку доказательств и обстоятельств, установленных судом первой инстанций.

Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела или иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 02.11.2022  по делу№ А32-47889/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Я.А. Демина

 

Судьи                                                                                             М.Ю. Долгова

 

ФИО11