ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-50345/21

04 июля    2022 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня   2022 года

Полный текст постановления изготовлен 04 июля    2022 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей  Каденковой Е.Г., Коваля А.В.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. от 02.03.2022г., ФИО2, дов. от 02.03.2022г., ФИО3, дов. от 02.03.2022г.;

от ответчика: ФИО4, дов. №Д-379 от 31.03.2022г., ФИО5, дов. №Д-378 от 31.03.2022г.;

от третьих лиц: 1. ООО «А-Проект.К» - ФИО6, дов. №533 от 22.04.2022г.;

2. ООО «Крост-Д» - никто не явился, извещено,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью "ГЛОБАЛ ЭМ"

на постановление от 17 марта 2022 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску Общества с ограниченной ответственностью "ГЛОБАЛ ЭМ" 

 к Акционерному обществу «Особая экономическая зона «Зеленоград» (ранее АО «Технополис «Москва») 

третьи лица: 1: ООО "КРОСТ-Д" 2: ООО "А-ПРОЕКТ.К",

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Глобал ЭМ» обратилось с исковым заявлением к АО «Технополис «Москва» о взыскании 77.492.491 руб. 66 коп. задолженности по III-IV этапам договора № 0800500002019000001 от 06.05.2019 на выполнение работ по разработке проектной документации. В свою очередь,  АО «Технополис «Москва»  в порядке статьи 132 АПК РФ было  подано встречное исковое заявление к ООО «Глобал ЭМ» о взыскании убытков в связи с оплатой услуг по прохождению государственной экспертизы в размере 6.674.490 руб. 74 коп.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 декабря 2021 года  первоначальный иск был удовлетворен в полном объеме, а в  удовлетворении встречного иска было отказано (т.18, л.д. 46-51).

Определением  Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 марта 2022 года АО «Технополис «Москва» было заменено на правопреемника  в лице АО «Особая экономическая зона «Зеленоград» в порядке процессуального правопреемства (т.19, л.д. 152-153).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2022 года указанное решение было  изменено: в удовлетворении первоначального и встречного исков было  отказано; кроме того, с ООО "ГЛОБАЛ ЭМ" в пользу АО «Особая экономическая зона «Зеленоград» была взыскана государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3.000 руб. (т.19, л.д. 173-180).

Не согласившись с принятым постановлением, истец обратился с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права,- ст.ст. 15, 309, 310, 401, 425, 431, 702, 711, 716, 720, 729,  753, 758, 762 ГК РФ,  положений ФЗ от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе»,   ст. 65,  67, 68, 71 АПК РФ, а также на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просил обжалуемое постановление в части отказа в удовлетворении первоначального иска отменить, в указанной части оставить в силе решение, в остальной части постановление апелляционной инстанции оставить без изменений.

В заседании суда кассационной инстанции представители истца поддержали доводы жалобы в полном объеме.

Представители ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражали, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

ООО «А-Проект.К» против доводов кассационной жалобы возражало, в том числе и по мотивам, изложенным в отзыве.

             ООО «Крост-Д», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в его отсутствие. При этом от  ООО «Крост-Д» поступило ходатайство об участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), в удовлетворении которого было отказано, поскольку не имелась техническая возможность ввиду позднего поступления ходатайства в суд  по электронной почте  - 28.06.2022 в 10:25, в связи  с чем  отсутствуют  основания, препятствующие рассмотрению кассационной жалобы в отсутствие ООО «Крост-Д», так как лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

            Кроме того,  суд удовлетворил ходатайство представителя  АО «Особая экономическая зона «Зеленоград» - ФИО7 об участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания), согласовав в административном интерфейсе информационной системы «Мой Арбитр» возможность участия в судебном онлайн-заседании.  Однако, в указанную дату и время заседания данный представитель истца  на связь не вышел,  что, в свою очередь,  не  препятствует рассмотрению кассационной жалобы в его отсутствие, поскольку в судебное заседание явились иные полномочные представители данной организации. 

            Более того, суд кассационной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ответчика об отложении судебного заседания по рассмотрению кассационной жалобы, обоснованного невозможностью присутствия в судебном заседании  представителя - ФИО7, поскольку отсутствуют основания, предусмотренные статьей 158 АПК РФ, для отложения судебного разбирательства, так как необходимые объяснения в рамках настоящего дела могут быть предоставлены его  явившимися представителями,  в связи с чем не имеется препятствий для рассмотрения кассационной жалобы с учетом требований статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Изучив материалы дела, а также доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к заключению, что постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене, а решение суда первой инстанции как законное и обоснованное – оставлению без изменения в силу нижеследующего.

Как видно из материалов дела, между истцом и ответчиком на основании результатов определения подрядчика по результатам закупочной процедуры в соответствии со ст. 70 Закона о контрактной системе № 44-ФЗ был заключен контракт  № 0800500002019000001 от 06.05.2019, согласно которому подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по разработке проектной документации для объектов капитального строительства проекта «Промышленная зона «Руднево» (ПЗ «Руднево») в объеме, установленном в техническом задании (приложение №1 к контракту), а заказчик обязался принять результат выполненных работ и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом.

В обоснование первоначальных исковых требований истец сослался на то, что работы по III и IV этапам были выполнены подрядчиком в предусмотренный контрактом и ТЗ срок выполнения работ, однако, ответчик от приемки результатов работ уклонился,  при этом мотивированный отказ от принятия результата работ не предоставил и не оплатил полученные и используемые результаты работ, хотя в настоящий момент ответчик использует переданный ему результат работ, что означает их безусловную потребительскую ценность для заказчика. По мнению истца, задолженность заказчика перед подрядчиком составляет 77.492.491,66 руб., в том числе за выполненные работы по III этапу контракта – 11.066.323,03 руб., за выполненные работы по IV этапу контракта – 66.426.168,63 руб.

 Ответчик, в свою очередь, указал, что работы по III и IV этапам были выполнены за пределами срока действия контракта (31.12.2019) и по указанной причине оплате не подлежат, кроме того, результат работ заказчиком получен не был и не используется. Более того, в рамках встречного искового заявления заказчик утверждает, что в рамках выполнения III этапа контракта понес издержки на оплату услуг Мосгосэкспертизы по проведению экспертизы проектной документации и предоставлению положительного заключения на сумму 6.674.490 руб. 74 коп., которые в соответствии с условиями контракта должны были быть оплачены подрядчиком.

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с первоначальным и встречными исками. При этом, удовлетворяя первоначальный иск в полном объеме и отказывая в  удовлетворении встречного иска, суд первой инстанции исходил из того, что работы по III и IV этапам контракта были выполнены истцом в предусмотренный контрактом и ТЗ срок выполнения работ, однако, ответчик от приемки результатов работ уклонился, мотивированный отказ от принятия результата работ не предоставил и не оплатил полученные и используемые им результаты работ, в связи  с чем с ответчика была взыскана  задолженность по III-IV этапам  в размер  77.492.491 руб. 66 коп. 

Одновременно суд  в решении отказал в удовлетворении встречных исковых требований, обосновав, что оплата экспертизы в цену контракта не входит, в связи с чем она была отнесена на заказчика, и, следовательно, уплаченная им в пользу «Мосгосэкпертизы» сумма убытками не является и взысканию с подрядчика не подлежит.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, изменяя решение суда первой инстанции  и отказывая в  удовлетворении первоначального и встречного исков, исходил из нижеследующего.

Так, 18.02.2020 ответчиком в адрес истца было направлено письмо исх. № ТМ/355/201, в котором указано на отсутствие намерений ответчика осуществлять приемку работ по IV этапу контракта. Аналогичные письма были направлены ответчиком 17.06.2020 (исх. № ТМ/1815/20 от 17.06.20202) в ответ на предложение истца принять работы по III этапу (исх. № С-129 от 09.06.20203) и 06.07.2020 (исх. № ТМ/1941/204) в ответ на предложение истца принять работы по IV этапу (исх. № С-139 от 03.07.20205). При этом содержание писем исх. № ТМ/087/20 от 16.01.2020 и ТМ/588/20 от 28.02.2020  не может  быть оценено  как продолжение исполнения контракта, поскольку  однозначных формулировок они не содержали  и в равной степени могут быть истолкованы как действия сторон по исполнению гарантийных обязательств, а именно устранения недостатков работ по I и II этапам контракта (разработанная проектная документация содержала множество недостатков, выявленных на стадии прохождения экспертизы, что подтверждается скриншотами электронной переписки с Мосгосэкспертизой, представленной истцом в материалы дела. Истец является профессиональным участником рынка в области проектирования и строительства, заключил контракт с ответчиком путем проведения конкурентной закупочной процедуры в соответствии с требованиями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Истец не мог не знать о положениях Федерального закона от 05.04.2013 № 44- ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», запрещающих изменение условий контракта, за исключением случаев, предусмотренных ст. 95 данного закона. При этом данной нормой не предусмотрена возможность изменения срока действия контракта. 

Таким образом, апелляционный суд посчитал, что поведение истца, направленное на продолжение исполнения контракта, несмотря на письма ответчика, указывающие на невозможность приемки работ, положение п. 12.1 контракта о том, что «...Истечение срока действия контракта влечет прекращение обязательств по контракту (за исключением гарантийных обязательств и обязательств заказчика по оплате работ, выполненных в течение срока действия контракта)...», положение ст. 425 Гражданского кодекса о том, что договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору, а также особенностей специальных норм Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», отклоняется от стандартного поведения организации-подрядчика и свидетельствует о злоупотреблении правом, в нарушение ст. 10 Гражданского кодекса РФ. 

Кроме того, апелляционной суд указал, что поскольку п. 12.1 контракта предусмотрено, что обязательства сторон после 31.12.2019 прекращают свое действие, то  у ответчика (заказчика) отсутствовала обязанность по приемке и оплате работ, выполненных после истечения срока действия контракта. При этом  выполнение работ по III этапу к моменту истечения срока действия договора было завершено только в части - получено положительное заключение о проведении публичного технологического и ценового аудита проектной документации, положительное заключение государственной экспертизы проектно-сметной документации было получено только 02.06.2020.

Помимо указанного, письмом исх. № Г-66 от 28.02.20201 истец предпринял попытку передать ответчику результат работ по III и IV этапам. При получении данного письма ответчик сделал отметку «Документация не может быть принята в связи с отсутствием исполнения по третьему этапу контракта. ФИО8.». Отказ подтвержден письмом ответчика исх. № ТМ/594/20 от 02.03.20202 и обоснован неполным выполнением III этапа - не получено положительное заключение экспертизы и, соответственно, непригодностью результата по IV этапу - рабочая документация разработана на основе проекта, не прошедшего экспертизу, не имеет потребительской ценности для заказчика и не может быть применена в строительстве. Апелляционный суд отметил, что попытка осуществить сдачу работ, которые не  были выполнены в полном объеме, могла быть предпринята подрядчиком в рамках обычных стандартов поведения в данной отрасли исключительно в ситуации, когда подрядчик осознает, что действует в условиях прекращенного договора подряда, и желает получить от заказчика компенсацию произведенных до момента прекращения договора затрат. В дальнейшем истец предпринял попытку сдать выполненные работы 03.07.2020, направив документацию письмом исх. № С-139. Ответчик работы не принял в связи с окончанием срока действия контракта, о чем на письме были  сделаны соответствующие надписи: «Пакет документов согласно накладной № 4 от 03.07.2020 г. не принят на основании окончания срока действия договора. ФИО8.» (работник АО «Технополис «Москва» и «Документацию забрал в объеме согласно накладной № 4 от 03.07.2020. Ломачевский. 03.07.2020» (работник ООО «ГЭМ»). 

Таким образом,  суд в обжалуемым постановлении посчитал, что срок действия контракта истек 31.12.2019 года, и  с учетом вышеназванных обстоятельств  после этой даты у ответчика отсутствовала обязанность по приемке и оплате работ, а поэтому пришёл к выводу  о том, что результат работ не передан заказчику. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции указал  о том, что  ответчик не использовал результат работ по III и IV этапам работ при реализации строительно-монтажных работ на объектах капитального строительства «Промышленная зона «Руднево» (ПЗ «Руднево»), поскольку  переписка сторон явно свидетельствует, что ответчик не получал в свое пользование рабочую документацию, при этом свидетельские показания по делу, по мнению апелляционного суда, не могут являться надлежащим  обоснованием доводов истца. 

Также апелляционный суд отметил, что заключение специалиста Автономной некоммерческой организации «УГМ-С» № 2019-0063 от 01.11.2011, представленное истцом и отвергающее позицию ответчика и третьего лица о том, что объем работ по контракту, заключенному между сторонами, в части IV этапа совпадает с объемом работ по договору подряда № 20260 от 09.11.2020, заключенному между истцом и третьим лицом ООО «А-Проект.К» не может считаться относимым и допустимым доказательством по делу, в том числе, поскольку   такой вид доказательства как заключение специалиста не предусмотрен процессуальным законодательством, при  этом истцом не была обоснована невозможность представления суду данного доказательства заблаговременно, в связи  с чем лица, участвующие в деле, были лишены возможности ознакомления с данным доказательством и предоставления собственной позиции в отношении него, а ходатайств о проведении судебной экспертизы по данному вопросу истцом в ходе судебного разбирательства не заявлялось

Кроме того, апелляционный суд посчитал, что в данном случае из материалов дела  не усматривается, что  невозможность завершения выполнения работ в рамках срока действия контракта не является результатом просрочки подрядчика (возникла не по его вине).

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усмотрел  оснований для удовлетворения исковых требований по первоначальному иску.

 Кроме того, поскольку оплата экспертизы в цену контракта не входит, в связи с чем отнесена на заказчика, то, следовательно, уплаченная им в пользу «Мосгосэкпертизы» сумма убытками не является и взысканию с подрядчика не подлежит, а поэтому  требования по встречному иску также оставлены без удовлетворения в обжалуемом постановлении.

Однако, кассационная инстанция  не может в настоящее время согласиться с указанным постановлением по следующим основаниям.

Так, в соответствии со ст. 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Согласно ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. В ст.ст.309-310 ГК РФ установлено, что принятые обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и договора, при этом односторонний отказ от исполнения договора или одностороннее изменение его условий не допускаются. Согласно статье 758 ГК РФ, по договору подряда на выполнение проектных работ подрядчик (проектировщик) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат. В силу пункта 2 статьи 702 ГК РФ, к договору на выполнение проектных работ применяются положения, предусмотренные параграфом 1 Главы 37 ГК РФ, если иное не установлено правилами ГК РФ. В соответствии с пунктом 1 статьи 720 ГК РФ, заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Как установлено ст. 729 ГК РФ, в случае прекращения договора подряда по основаниям, предусмотренным законом или договором, до приемки заказчиком результата работы, выполненной подрядчиком (п. 1 ст. 720 Гражданского кодекса РФ), заказчик вправе требовать передачи ему результата незавершенной работы с компенсацией подрядчику произведенных затрат. Согласно статье 762 ГК РФ, по договору подряда на выполнение проектных работ заказчик обязан уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ; оказывать содействие подрядчику в выполнении проектных и изыскательских работ в объеме и на условиях, предусмотренных в договоре; участвовать вместе с подрядчиком в согласовании готовой технической документации с соответствующими государственными органами и органами местного самоуправления. В силу пункта 1 статьи 711 ГК РФ, пункта 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 № 51, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику. Согласно пункту 4, 6 статьи 753 ГК РФ и разъяснениям пункта 14 Информационного письма № 51, односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными. Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ только в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.  В соответствии со ст.401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. В соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность,  если  не  докажет,  что  надлежащее  исполнение  оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. Согласно ст. 425 ГК РФ, договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. Стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений.  Законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства. Окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, кассационная инстанция  находит, что при принятии обжалуемого постановления апелляционным судом указанные выше нормы права были соблюдены не в полном объеме. 

Так, кассационная инстанция находит ошибочным вывод апелляционного суда об отсутствии оснований  для оплаты долга по спорным этапам, поскольку данный вывод противоречит как условиям договора, обстоятельствам спора,  так и  положениям статей 309, 310, 401, 425, 431, 702, 711, 716, 720, 729,  753, 758, 762 ГК РФ, ибо  суд первой инстанции дал в своем решении правильную и всестороннюю юридическую оценку данному доводу, с которой в силу ее объективности и обоснованности коллегия   не может в настоящее время не согласиться. 

В частности, является необоснованным  вывод суда апелляционной инстанции о том, что срок действия контракта истек 31.12.2019 года, и что после этой даты у ответчика отсутствовала обязанность по приемке и оплате работ. Кроме того, в  нарушение ст. 711, 753, 762 ГК РФ,  апелляционный суд  пришел к ошибочному выводу, что результат работ не был  передан заказчику, и, как следствие, к ошибочному выводу об отсутствии у ответчика обязанности по приемке и оплате работ. Более того,  является необоснованном и вывод суда апелляционной инстанции   о неиспользовании заказчиком результата работ

В подтверждение названного вывода кассационная инстанция  считает необходимым указать следующее.

Так, на основании результатов определения подрядчика по результатам закупочной процедуры в соответствии со ст. 70 Закона о контрактной системе № 44-ФЗ  между сторонами был заключен контракт  № 0800500002019000001 от 06.05.2019, согласно которому подрядчик обязался по заданию заказчика выполнить работы по разработке проектной документации для объектов капитального строительства проекта «Промышленная зона «Руднево» (ПЗ «Руднево») в объеме, установленном в техническом задании (приложение №1 к контракту), а заказчик обязался принять результат выполненных работ и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом. Как указано в п. 3.1. контракта, сроки выполнения работ по контракту  были установлены в соответствии с техническим заданием и составляют 225 календарных дней с даты подписания контракта сторонами. Сторонами в техническом задании (п. 21), графике выполнения работ (приложение № 3 к контракту), графике оплаты (приложение № 7 к ТЗ), стоимости работ по разделам проекта (приложение № 8 к ТЗ)  было согласовано поэтапное выполнение работ, содержание, срок и стоимость каждого этапа (с учетом дополнительного соглашения № 1 к контракту). В соответствии с п. 2.6.2. контракта, заказчик поэтапно оплачивает выполненные работы на основании надлежаще оформленного и подписанного обеими сторонами акта сдачи-приемки выполненных работ по соответствующему этапу. Работы по I этапу контракта были выполнены подрядчиком в срок - 30 календарных дней с даты подписания контракта и в полном объеме. Работы  были приняты заказчиком без замечаний, что подтверждается подписанным сторонами актом № 1 сдачи-приемки выполненных работ от 05.06.2019, и оплачены в полном объеме. Работы по II этапу контракта были  выполнены подрядчиком в срок - 47 календарных дней с даты завершения работ по I этапу, приняты им без претензий к сроку, объему и качеству, что подтверждается подписанным сторонами актом № 2 сдачи-приемки выполненных работ от 13.10.2019, и оплачены в полном объеме. На указанном этапе выполнялись также дополнительные работы, оформленные дополнительным соглашением № 1 от 01.10.2019 к контракту. 

При этом  следует указать и тот факт, что результат работ по этапам III и IV также получен и  используется ответчиком, что подтверждается нижеследующим.

 Так, суд первой инстанции, по мнению коллегии, верно указал, что в рамках 1 подэтапа III этапа контракта подрядчиком 13.12.2019 были  получены положительные заключения ГАУ «Мосгосэкспертиза» о проведении технологического и ценового аудита разработанной подрядчиком проектной документации, которые были переданы заказчику, что подтверждено письмом исх. № С-479/12-19 от 18.12.2019. В рамках 2 подэтапа III этапа контракта положительные заключения экспертизы проектной документации были получены подрядчиком 01.06.2020 и 02.06.2020, что подтверждено исх. № С-129 от 09.06.2020. Результат работ в виде комплекта разработанной подрядчиком проектной документации стадии «П», получивший положительное заключение ГАУ «Мосгосэкспертиза»,  был передан заказчику по накладной № 3 от 09.06.2020, вместе с подписанным подрядчиком актом № 3 сдачи-приемки выполненных работ по III этапу контракта на сумму 11.066.323,03 руб. Результат IV этапа контракта (разработка подрядчиком проектной документации стадии «Р» (Рабочая документация) и оформление паспортов зданий) подрядчик предъявил к приемке 03.07.2020, что подтверждается накладной № 4 от 03.07.2020, актом № 4 сдачи-приемки выполненных работ, письмом исх. № С-139 от 03.07.2020, а также почтовыми отправлениями. Частично результат IV этапа истец сдал заказчику досрочно по накладной 1.1. от 04.02.2020. Полный комплект рабочей документации был  получен заказчиком по накладной № 3 от 28.02.2020, о чем свидетельствует отметка ответственного сотрудника заказчика на документе, несмотря на формальный отказ от оформления приемки (исх. № Г-66 от 28.02.2020). Согласно п. 4.1., 4.2. контракта, подрядчик в срок не позднее 10 рабочих дней после завершения этапа выполнения работ представляет заказчику комплект отчетной документации, предусмотренной ТЗ, и подписанный им акт сдачи-приемки. Заказчик  осуществляет приемку не позднее 5 рабочих дней после получения от подрядчика указанных выше документов и направляет заказным письмом с уведомлением, либо отдает нарочно подрядчику подписанный заказчиком 1 экземпляр акта сдачи-приемки либо запрос о предоставлении разъяснений касательно результатов выполненных работ, или мотивированный отказ от принятия результатов работ, или акт с перечнем выявленных недостатков, необходимых доработок и сроком их устранения. Заказчик отказался принимать работы по III и IV этапам и акты сдачи-приемки работ № 3 и № 4 не подписал. При этом возражения или претензий к качеству или результату работ ответчик не предъявил, запросов о предоставлении разъяснений касательно результатов выполненных работ не направлял, мотивированного отказа от принятия, равно как и акта с перечнем выявленных недостатков не представил. 

Кроме того, суд в решении верно отметил, что  приказами № 157-ПР, 158-ПР, 159-ПР от 02.06.2020, заказчик утвердил разработанную подрядчиком проектную документацию на основании положительного заключения государственной экспертизы. На основании разработанной подрядчиком проектной документации, заказчиком были получены разрешения на строительство: от 21.07.2020 г. № 77-139000-019012- 2020; от 24.07.2020 г. № 77-139000-019018-2020; от 24.07.2020 г. № 77-139000-019019- 2020. 07.08.2020 Заказчиком был объявлен электронный аукцион на выполнение подрядных работ по строительству объектов капитального строительства «Промышленная зона «Руднево» (ПЗ «Руднево»), размещенный на торговой площадке АО «ЕЭТП» etp.roseltorg.ru и официальном сайте zakupki.gov.ru, закупка № 0800500002020000002. Победителем  был признан ООО «КРОСТ-Д» (заключен договор № 0800500002020000002 от 14.10.2020). Заказчиком в состав аукционной документации был  включен полный комплект проектной документации на имущественные комплексы № 1, № 2, № 3 ПЗ «Руднево» с логотипом истца, а также полученные истцом положительные заключения «Мосгосэкспертизы» от 01.06.2020 № 77-1-1-3-021397-2020, от 01.06.2020 № 77-1-1-3-021569-2020, от 02.06.2020 № 77-1-1-3-021730-2020.

 При этом ответчиком в материалы дела  представлено письмо № ТМ-И-519/21 от 18.03.2021, в котором ответчик сообщает, что при реализации договора с ООО «КРОСТ-Д» «используется проектная документация, подготовленная ранее ООО «ГЭМ» в рамках заключенного с АО «Технополис Москва» Контракта». ООО «КРОСТД» в письме № ОВ-001 01-08/418 от 29.03.2021 подтверждает, что подготовленная ООО «Глобал-Эм» и получившая положительное заключение «Мосгосэкспертизы» проектная документация была ему передана заказчиком в качестве исходных данных в соответствии с п. 2.4 технического задания к договору. В соответствии с техническим заданием (п. 1.5) к договору, между ответчиком и ООО «КРОСТ-Д» объем работ  был определен условиями контракта и проектной документации, разработанной ООО «ГЭМ» и получившей положительное заключение «Мосгосэкспертизы» - перечень разделов проектной документации приобщен в качестве Приложения № 1 к ТЗ. 

Вместе с тем, относительно использования заказчиком результата работ по IV этапу контракта (рабочая документация) суд первой инстанции  верно указал следующее. Так, заказчиком и ООО «КРОСТ-Д» 14.10.2020 был заключен договор на выполнение подрядных работ по строительству объектов капитального строительства «Промышленная зона «Руднево» (ПЗ «Руднево»). Как утверждают стороны, ООО «КРОСТ-Д» впоследствии заключил договор на разработку рабочей документации ПЗ «Руднево» с ООО «А-Проект.К», который, в свою очередь, заключил договор с аналогичным предметом с истцом.  Однако, ООО «КРОСТ-Д» договор с заказчиком в части разработки РД не исполнены, доказательств обратного в материалы дела не было  представлено. По договору от 14.10.2020 между АО «Технополис «Москва» и ООО «КРОСТ-Д» (п. 4.3.1) срок выполнения работ составляет 3 месяца с даты заключения контракта. Следовательно, рабочая документация должна была быть сдана подрядчиком не позднее 14.01.2021 в соответствии с требованиями договора к порядку сдачи-приемки работ. В соответствии с договором подряда от 09.11.2020 № 20260, заключенным между ООО «А-Проект.К» и ООО «Глобал Эм», срок выполнения работ по разработке рабочей документации составляет 30 календарных дней с даты заключения договора, то есть она должна была быть передана не позднее 09.12.2020, и, следовательно, рабочая документация находилась в 2020 году на стадии разработки и не могла появиться на объекте ПЗ «Руднево» ранее 14.01.2021. 

28.04.2021 ООО «А-Проект.К» и ООО «Глобал Эм» расторгли договор от 09.11.2020 на разработку РД, при этом редактируемый формат РД истцом не был передан в связи с отсутствием финансирования от ООО «А-Проект.К». ООО «А-Проект.К» вместо договора с ООО «Глобал ЭМ» были заключены два других договора с субподрядчиками, а именно: договор от 31.05.2021 с ООО «ИнжКомПроект» на разработку рабочей документации в объеме, предусмотренном ТЗ, со сроком сдачи работ в течение 30 дней, то есть до 31.06.2021, и договор от 24.05.2021 с ООО «Бюро 22» со сроком сдачи работ до 30.08.2021 согласно графику выполнения работ. Следовательно, вплоть до конца августа договоры, заключенные АО «Технополис «Москва» и ООО «КРОСТ-Д» в целях разработки РД исполнены не были: документация по акту заказчику строительства не передана, доказательства обратного в материалы дела не представлены. 

Одновременно суд первой инстанции верно установил, что строительство в ПЗ «Руднево» осуществлялась на протяжении года в отсутствие РД, разработанной ООО «КРОСТ-Д» и его подрядчиками. Строительство всех трех имущественных корпусов ПЗ «Руднево» было начато осенью 2020 г. Кроме того, из ответа Комитета государственного строительного надзора города Москвы (Мосгосстройнадзор)  от 23.08.2021 № 09-3384/21-(3)-1  следует, что  «извещения о начале строительства зданий имущественных комплексов № 1, № 2, № 3 направлены в Мосгосстройнадзор 11.11.2020…по состоянию на февраль 2021 работы производились на участках имущественных комплексов № 1 (устройство свайного поля, монолитные работы по устройству фундаментной плиты), № 2 (к строительно-монтажным работам не приступали), № 3 (устройство несущих металлоконструкций, устройство монолитных железобетонных конструкций надземной части). По состоянию на август 2021 работы производились на участках имущественных комплексов № 1 (устройство свайного поля, устройство монолитных железобетонных конструкций надземной части, монтаж несущих металлоконструкций), № 2 (устройство монолитных железобетонных конструкций надземной части, перекладка наружных инженерных сетей), № 3 (монтаж навесных фасадных панелей, каменная кладка)». К ответу также были приложены извещения о начале строительства, реконструкции объекта капитального строительства на все три объекта (имущественных комплекса), из которых следует, что застройщик (технический заказчик) направил указанные извещения с Мосгосстройнадзор 11.11.2020. При этом в тексте извещений в отношении имущественных корпусов № 2, № 3 в качестве даты начала строительства (реконструкции) указано: 24.07.2020. О том, что строительство активно ведется,  свидетельствуют также программы проведения проверок по каждому из имущественных комплексов, также переданные по указанному адвокатскому запросу. Между тем, рабочая документация – это те чертежи и текстовой материал, который используется непосредственно на стройке (документация стадии «Проектная документация (ПД)» является основой для разработки рабочей документации). В отсутствие РД непосредственное осуществление строительно-монтажных работ не представляется возможным. В соответствии с нормативными требованиями п. 5.4. СП 48.13330.2011 «Организация строительства» при осуществлении строительства на основании договора застройщик (заказчик) передает лицу, осуществляющему строительство, утвержденную им проектную документацию, а также рабочую документацию на весь объект или на определенные этапы работ в двух экземплярах на электронном и бумажном носителях. Проектная и рабочая документация должна быть допущена к производству работ застройщиком (заказчиком) с подписью ответственного лица путем простановки штампа на каждом листе. Состав и содержание разделов проектной документации (включая проект организации строительства), передаваемой лицу, осуществляющему строительство, должны соответствовать требованиям, установленным Правительством. 

Таким образом, с учетом вышеназванных обстоятельств суд первой инстанции в решении пришел к верному выводу о том, что строительные работы по возведению имущественных комплексов осуществлялись с июля/ноября 2020 г. в отсутствие РД, которая была бы допущена к производству работ заказчиком (АО «Технополис «Москва») по договору с генеральным подрядчиком (ООО «КРОСТ-Д»). Единственный существующий бумажный экземпляр РД, на основании которого могло вестись строительство, был передан ООО «Глобал ЭМ» в адрес АО «Технополис «Москва» в феврале-июле 2020 г. 

Кроме того, суд первой инстанции верно отметил, что рабочая документация, разработанная истцом в рамках контракта с ответчиком, не идентична рабочей документации, разработанной истцом по договору с третьим лицом, так как исходя из предмета договоров и технических заданий к ним, по второму договору истец существенного переработал и усовершенствовал рабочую документацию для строительства объектов капитального строительства ПЗ «Руднево» в связи с требованиями нового заказчика, что подтверждается, в том числе, заключением специалиста Автономной некоммерческой организации «УГМ-С» № 2019-0063 от 01.11.2021, представленным истцом в материалы дела. При этом  выводы специалиста ответчиком и третьими лицами не  были опровергнуты, в связи  с чем данное  заключение специалиста было  оценено судом по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и во взаимной связи с иными доказательствами, в связи с чем суд пришел к  правильному выводу о том, что результаты работ по договорам не задваиваются. 

Помимо этого, письмом № ТМ/1815/20 от 17.06.2020 ответчик отказался от оплаты работ по III и IV этапам контракта, сославшись на то, что срок действия контракта, указанный в п.12.1 контракта – 31.12.2019 года, истек, а работы выполнены за пределами срока договора. При этом в соответствии с приложением № 3 к контракту, общий срок выполнения работ по контракту составляет 225 дней. Сроки выполнения каждого последующего этапа определены периодом времени, исчисляемым с даты завершения предыдущего этапа. Заказчик смешивает понятие срок выполнения работ и срок действия договора, поскольку указание в договоре срока действия самого договора (даты вступления в силу и окончания его действия) не является согласованием начального и конечного сроков выполнения работы. Срок действия контракта определяется периодом времени, необходимым для выполнения работ и именно по истечении 225 календарных дней, на протяжении которых подрядчик выполнял работы по контракту, срок действия контракта может считаться прекращенным. I и II этапы работ по контракту были выполнены подрядчиком в течение предусмотренных контрактом промежуточных сроков и приняты заказчиком (30 дней для I Этапа и 47 – для II Этапа). III этап работ по контакту был выполнен подрядчиком за 112 календарных дней (с 13.10.2019 по 09.06.2020) с даты завершения работ по II этапу. В указанный срок выполнения работ истец не включает периоды приостановления работ, допущенные не по вине истца: 67 календарных дней неоплаты государственной экспертизы заказчиком, и 61 календарный день срок превышения производства экспертизы. IV этап работ по контракту  был выполнен подрядчиком за 24 календарных дня (вместо предусмотренных 50 дней) (с 09.06.2020 по 03.07.2020) с даты выполнения работ по III этапу контракта. 

Таким образом, всего работы по контракту были выполнены подрядчиком за 213 календарных дней, что на 12 дней меньше предусмотренных планом-графиком работ 225 дней на выполнение работ по контракту, и, следовательно, истец выполнил работы по контракту в пределах предусмотренных сроков выполнения работ.

 Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 716 ГК РФ и п. 5.4.5. контракта, подрядчик обязан приостановить выполнение работ в случае обнаружения не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые могут оказать влияние на годность и прочность результатов выполняемых работ или создать невозможность их завершения в установленный контрактом срок, и сообщить об этом заказчику немедленно после приостановления выполнения работ.  В процессе выполнения работ по II этапу возникли не зависящие от подрядчика обстоятельства, которые создали невозможность завершения работ по II этапу в установленный контрактом срок, о чем подрядчик уведомлял заказчика письмами: исх. № 188/05-19 от 15.05.2019, исх. № 210.1/06-19 от 03.06.2019, исх. № 2354/06-19 от 25.06.2019, исх. № 289-01/08-19 от 29.08.2019. В связи с указанными подрядчиком обстоятельствами заказчик дважды принимал решение о приостановке работ, что ответчиком не оспаривается: с 01.07.2019 по 22.08.2019 на 52 дня ввиду необходимости проведения дополнительной топографической съемки земельных участков, что подтверждается письмом заказчика № ТМ/5356-2/19 от 28.06.2019; с 30.08.2019 по 30.09.2019 на 31 день в целях получения заказчиком технических условий от АО «Мосводоканал» и передачи их подрядчику, что подтверждается письмом заказчика № ТМ/5961-1/19 от 30.08.2019. Приостановка выполнения этапа II на 83 дня, которая не могла быть учтена при расчете срока выполнения этапа подрядчиком, повлекла сдвиг общего календарного срока выполнения работ и сделала физически и арифметически невозможным сдачу работ до срока истечения действия контракта (31.12.2019). 

Об указанном факте подрядчик заказчика уведомил – исх. № 296/09-2019 от 04.09.2019, исх. № 374/12-19 от 05.12.2019. При этом  неисполнение заказчиком своей обязанности по оплате услуг Мосгосэкспертизы в течение 67 дней является просрочкой кредитора, ибо  на указанный период работы по III этапу контракта были законно приостановлены. Кроме того, срок экспертизы, проводимой «Мосгосэкспертизой», был превышен на 61 календарный день ввиду не зависящих от подрядчика обстоятельств. Согласно пунктам 3.1., 3.2. договоров с «Мосгосэкспертизой», срок проведения государственной экспертизы не должен превышать 45 календарных дней, и может быть продлен, но не более чем на 20 рабочих дней. Между тем, срок проведения экспертизы по факту составил 106 дней (на 61 день больше предусмотренного срока) в связи с обстоятельствами непреодолимой силы в виде введения карантинных мер, связанных с распространением новой коронавирусной инфекции, совпавшими с моментом проведения экспертизы. На территории города Москвы распространение коронавируса COVID-19 признано обстоятельством непреодолимой силы согласно Указу Мэра Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ. Кроме того, срок производства экспертизы был продлен по инициативе заказчика на основании заявления сроком на 20 дней, что подтверждается соглашениями № 2 к договорам возмездного оказания услуг № Г/788 от 11.12.2019, № Г/784 от 11.12.2019, № Г/786. Превышение срока проведения экспертизы проектной документации является не зависящим от подрядчика обстоятельством, увеличившим срок выполнения III этапа контракта на 61 день. 

Таким образом,  суд в решении верно установил, что приостановка работ по контракту на II этапе составила 83 дня; на III этапе - 67 дней из-за задержки в оплате экспертизы, срок выполнения экспертизы превышен на 61 день, итого – 211 дней, в течение которых работы по контракту не могли исполняться подрядчиком по не зависящим от него обстоятельствам. 

Более того, заказчик после 31.12.2019 осуществлял предусмотренные статьями 758, 762 ГК РФ обязанности, направленные на исполнение контракта: 31.12.2019 заказчик заключил договоры на проведение экспертизы проектной документации с ГАУ «Мосгосэкспертиза» (извещения № 31908733568, 31908733515); с 16.01.2020 заказчик проводил с подрядчиком рабочие совещания по вопросам прохождения экспертизы, что подтверждается письмами заказчика № ТМ/087/20 от 16.01.2020, ТМ/588/20 от 28.02.2020; 17.02.2020 заказчик произвел оплату экспертизы, что подтверждается сведениями, доступными на сайте государственных закупок, письмом исх. № Г-47 от 17.02.2020; вплоть до мая 2020 года заказчик оказывал содействие в выполнении этапа, направляя истцу исходные данные и материалы для проектирования, в том числе сведения о земельных участках, технические условия, сметы на инженерно- геодезические, геологические и экологические изыскания, необходимые для прохождения госэкспертизы проектной документации и отработки замечаний экспертов, 02.06.2020 заказчик в связи с получением положительного заключения государственной экспертизы проектно-сметной документации утвердил разработанную подрядчиком проектную документацию, что подтверждается приказами № 157-ПР, 158-ПР, 159-ПР от 02.06.2020. 

На основании изложенного суд первой инстанции, по мнению коллегии,   верно установил, что  действия заказчика прямо свидетельствовали о том, что он заинтересован в продолжении работ, в связи  с чем с учетом действительной воли сторон лишь формальное истечение срока действия контракта не повлекло прекращение обязательств по нему. При этом поведение заказчика за пределами действия срока контракта сформировало у подрядчика разумные ожидания в отношении действительности взаимных обязательств между сторонами по этапам III, IV контракта, отрицание которых расходится с принципами добросовестности и правовой определенности (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ), а также принципом эстоппель, согласно которому сторона утрачивает право на возражение в отношении каких-либо юридических фактов, если ее предшествующее поведение давало основание другим лицам полагаться на существование данных обстоятельств (пункт 5 статьи 166 ГК РФ). 

На основании вышеизложенного, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу об удовлетворении первоначального искового заявления в полном объеме, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия, поскольку  работы были выполнены и сданы истцом в установленные контрактом сроки, результат выполненных подрядчиком работ находится у заказчика  и используется ответчиком, при этом  у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ, в связи  чем последний обязан  оплатить,  при этом нарушение подрядчиком установленного контрактом срока выполнения работ (если такое имело место) не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что строительство ПЗ «Руднево» ведется по разработанной ООО «ГЭМ» рабочей документации.

Таким образом, судом первой инстанции было верно установлено, что работы по III и IV этапам контракта были выполнены истцом в предусмотренный срок, приняты и используются ответчиком, и, следовательно, подлежат оплате.

Кроме того, относительно встречного иска  суд  в решении верно  отказал в удовлетворении его  требований, так как из материалов дела видно, что  оплата экспертизы в цену контракта не входит, в связи с чем отнесена на заказчика, и, следовательно, уплаченная им в пользу «Мосгосэкпертизы» сумма убытками не является и взысканию с подрядчика не подлежит.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что в данном случае  суд первой инстанции с учётом характера спорных правоотношений и условий толкования контракта правомерно посчитал требования  истца по первоначальному иску   законными и обоснованными, поскольку с учетом вышеназванных обстоятельств ответчик обязан  оплатить   выполненные и сданные  работы, в связи  с чем вывод апелляционной инстанции об отсутствии оснований для таковой  оплаты является ошибочным,  тем более, что совокупность представленных  в материалы дела доказательств подтверждает обязанность ответчика по приемке и оплате работ по спорным этапам.

При таких обстоятельствах вышеназванные выводы суда апелляционной инстанции об изменении решения первой инстанции в указанной части  суда нельзя признать законными и обоснованными, а потому оно подлежит отмене. В то же самое время, принимая во внимание тот факт, что при рассмотрении заявленного иска по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, то кассационная инстанция  находит правомерным, не передавая дело на новое рассмотрение, оставить решение суда первой инстанции по настоящему делу без изменения. Следовательно, учитывая вышеизложенное, обжалуемое постановление подлежит отмене, а решение суда первой инстанции как законное и обоснованное – оставлению без изменения. Что же касается утверждения суда первой инстанции о том, что правомерность заявленных требований  якобы подтверждается, в том числе показаниями свидетеля  ФИО9, которые были взяты и  оформлены нотариусом, то с ними нельзя согласиться,  поскольку они были взяты в нарушение ст.ст.  80, 102, 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, о чем справедливо было указано в постановлении апелляционным судом, а поэтому показания этого лица нельзя признать надлежащими и допустимыми доказательствами. В то же время, данный вывод суда первой инстанции не привел  его к принятию незаконного и необоснованного  решения по делу.

Кроме того, поскольку кассационная жалоба  была удовлетворена, то  с АО «Особая экономическая зона «Зеленоград» в пользу ООО «Глобал ЭМ» подлежат взысканию расходы по уплате кассационной жалобы  в размере 3.000 руб.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2022 года по делу № А40-50345/21 – отменить.

 Решение Арбитражного суда города Москвы от 17 декабря 2021 года по делу №А40-50345/21  - оставить без изменения.

Взыскать с АО «Особая экономическая зона «Зеленоград» в пользу ООО «Глобал ЭМ» судебные расходы за подачу кассационной жалобы в размере 3.000(три тысячи) руб.

 

Председательствующий судья                                   А.И. Стрельников

 

         Судьи:                                                                               Е.Г. Каденкова 

 

       А.В.  Коваль