СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1491/2021(7)-АК

Дело № А60-42179/2020

17 марта 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 17 марта 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего       Герасименко Т.С.,

судей                                               Мухаметдиновой Г.Н., Чепурченко О.Н.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

финансовый управляющий  ФИО2, паспорт,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 14 декабря 2021 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительными (ничтожными) договоров: купли-продажи от 10.07.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5, дарения от 30.07.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО6, купли-продажи автомобиля от 10.02.2021, заключенного между ФИО6 и ФИО7, купли-продажи транспортного средства от 20.03.2021, заключенного между ФИО7 и ФИО8,

вынесенное в рамках дела № А60-42179/2020,

о признании ФИО9 несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, 

 

установил:

24.08.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление Екатеринбургского муниципального унитарного предприятия «Школьно-базовая столовая №11» о признании ФИО9 несостоятельным (банкротом), определением от 07.09.2020 принято, возбуждено производство по делу. 

Определением суда от 04.11.2020 в отношении ФИО9 (далее - должник) введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3, являющаяся членом Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». 

В арбитражный суд 30.03.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной.

С учетом принятого судом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ, финансовый управляющий просит о признании недействительными (ничтожными) следующих договоров: 

- купли-продажи от 10.07.2017, заключенного между ФИО4 и ФИО5, 

- дарения от 30.07.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО6, 

- купли-продажи автомобиля от 10.02.2021, заключенного между ФИО6 и ФИО7, 

- купли-продажи транспортного средства от 20.03.2021, заключенного между ФИО7 и ФИО8.

Также просит применить последствия недействительности сделки в виде обязания возвратить в конкурсную массу ФИО9 транспортное средство Ягуар X ТУРЕ, VEST SAJAE51S48YJ29456, 2007 года выпуска.

В порядке ст. 46 АПК РФ ФИО7, ФИО8 привлечены в качестве соответчиков.

В качестве правового основания своих требований управляющим указаны положения ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.12.2021 (резолютивная часть от 08.12.2021) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, просит судебный акт  отменить и принять новый о признании названных выше сделок недействительными и о применении последствий недействительности сделок в виде возврата недвижимого имущества в конкурсную массу, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам по делу.

По мнению управляющего, сделки договор купли-продажи от 1.07.217 и договор дарения от 30.07.2018, заключённые внутри семьи, являются ничтожными, ввиду того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у ФИО5  на момент совершении сделки финансовой возможности произвести оплату в размере 300 000 руб., из выписки по его расчетному счету не следует, что какой-либо платеж произведен по спорной сделке, сделка является безвозмездной. Полагает, что карточные переводы, на которые ссылается ФИО4, не свидетельствуют о расчетах по договору купли-продажи автомобиля, являются внутрисемейным движением денежных средств по счетам с последующим их снятием в виде наличных. Отмечает, что  штраф за должника его супругой был оплачен из других средств.  Указывает, что у всех членов семьи отсутствовал доход для оплаты по спорной сделке, источник происхождения денежных средств не раскрыт. Полагает, что отсутствием целесообразности сделки купли-продажи автомобиля от супруги должника в пользу зятя является и то, что затем он был подарен дочери должника – ФИО6, и использовался должником до 2020 года включительно. Так в период с 2018 по 2021 в полисах ОСАГО ФИО9 числился в качестве лица, допущенного к управлению спорным автомобилем, оплата за техническое обслуживание производилась также должником. Апеллянт также считает последующие сделки по продаже автомобиля также недействительными. Отмечает, что поведение ФИО7 не соответствовало поведению добросовестного лица. Так непонятно почему он приобрел автомобиль за 500 000 руб., и в этот же день отчудил его за 250 000 руб., затем расторг сделку в связи с продажей иному лицу. Также ссылается на то, что доказательств расчетов по цепочке сделок ФИО6 – ФИО7 – ФИО8 ни одним из участников сделки не представлено. Также считает, что стоимость спорного автомобиля была занижена, в феврале 2021 года его стоимость составляла 487 000 руб.

Письменные отзывы на жалобу не поступили.

В судебном заседании финансовый управляющий доводы апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 31.07.1992 по18.09.2020 должник – ФИО9 состоял в браке с ФИО4.

Из полученного финансовым управляющим ответа ГИБДД установлено, что в период с 30.08.2012 супруге должника на праве собственности принадлежало транспортное средство -  Ягуар Х ТУРЕ, 2007 г.в. (далее – спорное транспортное средство).

Поскольку имущество приобретено во время брака, оно является совместно нажитым.

10.07.2017 между ФИО4 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи №1 транспортного средства -  Ягуар Х ТУРЕ, 2007 г.в. по цене 300 000 руб.

Согласно свидетельству о государственной регистрации расторжении брака, ФИО5 состоял в браке с дочерью должника ФИО6 (брак расторгнут 13.11.2020).

30.07.2018 ФИО5 по договору дарения передает в собственность спорное транспортное средство ФИО6, являющейся на тот момент его супругой.

10.02.2021 ФИО6 по договору купли-продажи передала спорное транспортное средство ФИО7 Стоимость автомобиля 500 000 руб.

ФИО7 по договору купли-продажи продал спорное транспортное средство от 10.02.2021 ФИО10 Стоимость транспортного средства  250 000  руб. Договор расторгнут.

20.03.2021 по договору купли-продажи ФИО7 продал спорное транспортное средство ФИО8 по цене 250 000 руб.

Ссылаясь на то, что названные выше сделки являются единой сделкой направленной на сокрытие имущества с целью недопущения его изъятия в преддверии вынесения решения Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 03.10.2017 по делу №2-3613/2017 о взыскании в том числе с должника 56 330 936,26 руб., отмечая, что сделки являются мнимыми, поскольку должник в период с 2018 по 2021 пользовался транспортным средством, был включен в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, в 2020 году оплачивал техническое обслуживание автомобиля, по ним отсутствует встречное предоставление, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции пришел к выводу  о том,  что материалами дела не подтверждается совокупность признаков, необходимая для признания сделки недействительной.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения)  судебного акта в обжалуемой части.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном  встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, изложенных в пункте 8 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –Постановление № 63), для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

При разграничении пунктов 1 и 2 статьи 61.2 закона о банкротстве необходимо учитывать следующее: если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления № 63).  

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо доказать, что оспариваемая сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)  или после принятия указанного заявления, а также факт неравноценности встречного исполнения обязательств по спорной сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) разъяснил, что пункте 2 статье 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзаца 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 07.09.2020, первая сделка с имуществом должника совершена10.07.2017, то есть за периоды подозрительности, установленные п.п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий полагает, что оспариваемые сделки являются безвозмездными и оформлены лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.  

Судом первой инстанции установлено, что транспортное средство Ягуар X ТУРЕ, VEST SAJAE51S48YJ29456, 2007 года выпуска, в период с 06.09.2012 по 15.07.2017 принадлежал  супруге должника ФИО4

ФИО4 в отзыве указывает, что данный автомобиль ею приобретен ранее у ЗАО «Автоцентр», представлен в материалы дела договор от 31.07.2007, согласно которому ФИО4 приобрела транспортное средство стоимостью 1 189 000 руб.

10.07.2017  ФИО4 транспортное средство продала по договору купли-продажи №1  ФИО5 за 300 000 руб. 

В договоре содержатся подписи сторон, в подтверждение, что денежные средства за автомобиль переданы, ФИО4 деньги получила. 

Согласно свидетельству о государственной регистрации расторжении брака, ФИО5 состоял в браке с дочерью должника ФИО6 (брак расторгнут 13.11.2020). 

30.07.2018 ФИО5 по договору дарения передает в собственность транспортное средство ФИО6 (супруга).

Из материалов дела следует, что основания для установления задолженности ФИО9 перед кредитором ЕМУП «Школьно-базовая столовая № 11» на сумму 56 330 939,26 руб., установлены вступившим в законную силу решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2017 по делу № 2-3613/2017, которым удовлетворены исковые требования прокурора Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга в интересах МО «город Екатеринбург» в лице ЕМУП «Школьно-базовая столовая № 11» к ФИО11, ФИО12, ФИО9, ФИО13 о солидарном возмещении материального ущерба, причиненного преступлением. 

Совершение преступления подтверждается вступившим в законную силу приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 20.02.2017 в рамках которого установлено, что ФИО9 организовано совершение растраты, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения организованной группой, в особо крупном размере (стр. 2 приговора суда) на общую сумму 56 330 939,26 руб. (стр. 11 приговора суда), которыми участники организованной группы распорядились по своему усмотрению (стр. 12 приговора суда).

Как следует из приговора суда, хищение наличных денежных средств организованной группой во главе с ФИО9, происходило в период с 01.11.2011 по 01.08.2013.

Согласно постановлению Орджоникидзевского районного суда от 03.10.2016 по делу № 1-387/16, 19.02.2014 выделено в отдельное производство уголовное дело в отношении обвиняемых ФИО9, ФИО14 по факту хищения денежных средств ЕМУП «КП «Аленушка» в особо крупном размере. 

27 января 2015 года ФИО9 объявлен в международный розыск; 08.05.2015 Свердловским областным судом ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; 23.12.2015 на территории Республики Болгария ФИО9 был задержан и 25.02.2016 экстрадирован на территорию РФ (стр. 2 Постановления).

Поскольку спорный автомобиль был приобретен супругой должника в 2007 году, то есть задолго до указанных в приговоре событий, прийти к выводу о том, что он был приобретен на денежные средства, добытые преступным путем не возможно.

На момент совершения спорной сделки 10.07.2017 в отношении должника не имелось вступивших в законную силу судебных актов о взыскании с него задолженности.

При этом должник до 2019 года отбывал наказание в виде лишения свободы, в связи с чем, не мог пользоваться данным автомобилем.

То обстоятельство, что должник был вписан в страховку, в 2020 году произвел оплату стоимости технического обслуживания, не свидетельствует о том, что автомобиль из собственности супруги должника не выбывал, использовался самим должником.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание пояснения ФИО4 о том, что они с 2012 года совместно с должником не проживают, у него имеется другая семья, где в 2013 году родился сын.

В материалы дела также представлена карточка учета транспортного средства из органов ГИБДД, подтверждающая переход права собственности от ФИО15 к ФИО5

Также не нашли своего подтверждения и доводы финансового управляющего об отсутствии оплаты за спорный автомобиль.

Так из материалов дела следует, что денежные средства с расчетного счета ФИО5 в размере 300 000 руб., поступили на счет ФИО4 14.08.2017.

Затем ФИО4 произвела снятие денежных средств в указанном размере с карточного счета в Сбербанке в течение нескольких дней с даты их зачисления: 100 000 руб. - 17.08.2017г. и 200 000 руб. - 18.08.2017г.

То обстоятельство, что в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у ФИО5  приобрести спорное транспортное средства, правого значения в рассматриваемом случае не имеют.

Денежные средства на счет ФИО5 были переведены с расчетного счета его жены ФИО6 30.05.2017 в размере 350 000 руб., 10.07.2017 – 15 000 руб.

В действительности переводы между ФИО5 и ФИО6 являются внутрисемейными, вместе с тем, денежные средства на счет ФИО4 в счет оплаты автомобиля фактически поступили. Доказательств того, что данные денежные средства являлись средствами ФИО4 или должника, либо ФИО4 ранее перечисляла своей дочери – ФИО6 или ее мужу – ФИО5 денежные средства в указанном размере, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

То обстоятельство, что в договоре зафиксирован факт передачи наличных денежных средств не опровергает факт расчетов по договору в период, сопоставимый с периодом заключения договора, путем перевода денежных средств на расчетный счет супруги должника.

Также суд первой инстанции правомерно принял во внимание то, обстоятельство, что данные денежные средства были необходимы ФИО4 для уплаты штрафа за должника в размере 800 000 руб. Из материалов дела следует, что штраф был оплачен 17 и 18 августа 2018 года, что соответствует датам перечисления и снятия денежных средств со счета ФИО4

При таких обстоятельствах, доводы финансового управляющего об отсутствии встречного предоставления по договору купли-продажи от 10.07.2017 являются несостоятельными.

Ссылка финансового управляющего о продаже имущества по заниженной цене правомерно отклонена судом первой инстанции.

Представленный финансовым управляющим ответ ООО «Астра», подготовленный на запрос финансового управляющего, от 17.08.2021, в котором указано, что рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 10.07.2017 составляет 480 000 руб., расчет произведен по данным Сборника IV Российский авторынок №7 (127) июль 2017, ООО «Прайс-Н», в письме также содержится расчет стоимости автомобиля, достоверным и достаточным доказательством, подтверждающим продажу имущества по заниженной цене не является.

В свою очередь ФИО6 представлен отчет №1086-21/М-1 ООО «Консалтинг Групп» об определении рыночной стоимости колесного транспортного средства легкового автомобиля Ягуар X ТУРЕ, VEST SAJAE51S48YJ29456, 2007 года выпуска. Оценка проведена по состоянию на 10.08.2017 (на дату договора купли-продажи). В результате расчетов, стоимость транспортного средства составила Ягуар X ТУРЕ, легковой автомобиль, седан, 2007 года выпуска, двигатель: бензиновый, АКП, передний привод, на дату оценки – 273 300 руб. 

Проведя сравнительный анализ, оценщик указал, что стоимость автомобилей составляет от 410 000 руб. до 480 000 руб. Оценка рыночной стоимости объекта оценки проводилась только сравнительным подходом, рыночная стоимость объекта оценки принимается равной стоимости по сравнительному подходу. Также оценщиком проведена корректировка средней цены КТС в зависимости от условий его эксплуатации, в расчете стоимости учтены затраты на восстановительный ремонт КТС. 

При проведении оценки осмотр транспортного средства не проводился, информация о количественных и качественных характеристиках объекта оценки предоставлена заказчиком. В рамках отчета проводился анализ объявлений о продаже бывших в употреблении транспортных средств.

Исходя из анализа представленных в материалы дела доказательств в их совокупности суд первой инстанции, при определении рыночной стоимости автомобиля на момент его продажи принял во внимание отчет №1086-21/М-1 ООО «Консалтинг Групп», ввиду того, что оценщиком подтверждена вся информация, существенным образом влияющая на стоимость объекта исследования, выводы основаны на всестороннем исследовании, проведенном объективно, в пределах соответствующей специальности, и в полном объеме, в результате анализа отчета оценщика существенных нарушений, исправлений которые могут повлиять на итоговую стоимость, не выявлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО5 является добросовестным приобретателем, приобрел транспортное средство по возмездной сделке, на рыночных условиях, что исключает квалификацию его действий как недобросовестных.

Поскольку полученные от продажи автомобиля денежные средства были направлены на оплату штрафа за должника, невозможно прийти к выводу о том, что целью сделки являлось сокрытие имущества в целях уклонения  взыскания на него.

Совершенный между супругами ФИО5 и ФИО6 договор дарения от 30.07.2018 нельзя признать мнимым или притворным. 

Как верно отмечено судом первой инстанции,  аффилированность лиц, участвующих в совершении спорных сделок не свидетельствует о наличии при их совершении признака злоупотребления правом, поскольку само по себе наличие между сторонами определенных связей, не может указывать на безусловный факт злоупотребления сторонами договоров своими правами.

ФИО5 был вправе распорядиться принадлежащим ему имуществом как собственник по собственному усмотрению. Тот факт, что имущество было подарено супруге, может быть также обусловлен тем, что денежные средства на приобретение автомобиля были предоставлены ФИО5 именно ей.

Какого-либо недобросовестного поведения в действиях ФИО5 и ФИО6 не усматривается.

Как было указано выше, 10.02.2021 ФИО6 по договору купли-продажи передала спорное транспортное средство ФИО7 Стоимость автомобиля 500 000 руб.

ФИО7 по договору купли-продажи продал спорное транспортное средство от 10.02.2021 ФИО10 Стоимость транспортного средства  250 000  руб. Договор расторгнут.

20.03.2021 по договору купли-продажи ФИО7 продал спорное транспортное средство ФИО8 по цене 250 000 руб.

Финансовый управляющий указывает на отсутствие целесообразности в действиях ФИО7, отсутствие доказательств оплаты и  наличие финансовой возможности произвести оплату по сделкам.

Вместе с тем, к выводу о том, что названные сделки являются взаимосвязанными и последующие приобретатели имущества являются недобросовестными, прийти не возможно в силу следующего.

Действующее законодательство критериев взаимосвязанности сделок не устанавливает, однако исходя из сложившейся судебной практики совокупность таких признаков, как преследование единой цели при заключении сделок, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, совершение сделок одновременно или в течение непродолжительного времени, единый субъектный состав либо взаимозависимость лиц, может служить основанием для квалификации сделок как взаимосвязанных. 

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним было зарегистрировано не за отчуждателем или в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества. Кроме того, собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО7 как покупатель должен был предположить, что он приобретает имущество, на которое был наложен арест, что предыдущий собственник имущества имел признаки неплатежеспособности.

Доказательств того, что ФИО7, ФИО8 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику или членам его семьи, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Из представленных сведений из МВД России по г. Екатеринбурга следует, что страхователь в отношении автомобиля с 10.02.2021 по 09.05.2021 является ФИО7 (страховой полис группы страховых компаний «Югория»). В ПТС содержится сведение о собственнике: ФИО7 на основании договора от 10.02.2021.

ФИО6 представлен отчет №1086-21/М-2 ООО «Консалтинг Групп» об определении рыночной стоимости колесного транспортного средства легкового автомобиля Ягуар X ТУРЕ, VEST SAJAE51S48YJ29456, 2007 года выпуска. Оценка проведена по состоянию на 09.02.2021 (на дату последующей продажи транспортного средства от ФИО7 к ФИО10). Рыночная стоимость транспортного средства составляет 186 700 руб.

Таким образом, последующее отчуждение транспортного средства ФИО8 произведено по рыночной цене. 

Доказательств того, что ФИО8 не пользуется спорным имуществом, не несет бремя его содержания, заключая оспариваемую сделку, имел иную цель, в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, ФИО7, ФИО8 являются добросовестными приобретателями имущества, не знали и не могли знать о наличии недобросовестной цели сделки. У суда первой инстанции не было оснований квалифицировать оспариваемые сделки в качестве единой.

Ссылки финансового управляющего на нецелесообразность действий ФИО7 по покупке автомобиля за 500 000 руб. и в тот же день его продаже за 250 000 руб., а также на отсутствие в деле доказательств оплат по договорам, с учетом фактических обстоятельств дела правового значения не имеют, поскольку финансовым управляющим не доказано, что оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, направленными на вывод ликвидного имущества должника.

Таким образом, в удовлетворении требований о признании спорных договоров недействительными, судом первой инстанции отказано правомерно.

Доводы, приведенные заявителями апелляционных жалоб, являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленные по делу обстоятельства не опровергают, в связи с чем, основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения суда, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции также не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями  110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 14 декабря 2021 года по делу № А60-42179/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ФИО9 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.С. Герасименко 

 

Судьи

 

Г.Н. Мухаметдинова 

 

 

О.Н. Чепурченко