ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-45938/2020

Дело № А40-192927/17

г. Москва

01 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 сентября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 октября 2020 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи И.М. Клеандрова, 

судей А.Н. Григорьева, В.С. Гарипова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Юганский 20»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2020 

по делу № А40-192927/17, вынесенное судьей Л.А. Кравчук, 

об отказе в удовлетворении требования ООО «Юганский 20» о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Бурснаб» задолженности в размере 1 852 020 000 рублей,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Бурснаб»

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Бурснаб» -ФИО2 дов от 03.02.2020

от ООО «Юганский 20» - ФИО3 дов от 05.07.2020

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2018 по настоящему делу ООО «Бурснаб» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и открытии конкурсного производства опубликовано конкурсным управляющим 17.02.2018 в газете «Коммерсантъ» № 30. 

В Арбитражный суд города Москвы 22.03.2018 поступило требование кредитора ООО «Юганский 20» о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 1 852 020 000 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2020 во включении требования ООО «Юганский 20» в размере 1 852 020 000 руб. – основного долга в реестр требований кредиторов должника ООО «Бурснаб» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Юганский 20»  обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2020 по делу № А40-192927/17 отменить, признать требование кредитора ООО «Юганский 20» к должнику ООО «Бурснаб» в размере 1 852 020 000 руб. обоснованными и в реестр требований кредиторов.

В судебном заседании представитель апеллянта доводы апелляционной жалобы поддержал. 

Представитель конкурсного управляющего должника возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на их необоснованность.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

В п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413 по смыслу пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения «попадания в реестр» недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

Согласно процессуальным правилам доказывания, приведенным в главе 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявитель-кредитор обязан обосновать правомерность своего требования допустимыми и достоверными доказательствами.

Из материалов дела следует, в обоснование заявленных требований кредитор ссылается на задолженность, образовавшуюся в результате ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору поставки от 03.11.2015 № БС/ДО-1115, обязательства по которому перешли к кредитору по условиям договора цессии от 04.09.2017 № Д/БС-Ц, заключенному между кредитором и третьим лицом в рамках настоящих требований ООО «Дорадо».

Определением суда от 18.02.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Дорадо», которое извещенное надлежащим образом в порядке ст. 121 и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) в судебное заседание не явилось. Требования рассмотрены в порядке ст. 156 АПК РФ.

Как указывает кредитор, 03.11.2015 между ООО «Дорадо» и ООО «Бурснаб» был заключен договор поставки № БС/ДО-1115 (далее также – Договор), по условиям которого должник обязался поставить товар в собственность ООО «Дорадо», а тот в свою очередь его принять и оплатить.

ООО «Дорадо» по условиям Договора перечислило за поставку товара денежные средства в общей сумме 1 852 020 000 руб., что заявителем подтверждается соответствующими платежными поручениями.

При этом должник во исполнение своих обязательств поставку товара не произвел.

Спецификацией от 03.11.2015 № 1 к Договору общая стоимость поставляемого товара составляет 1 852 020 000 руб., срок оплаты по которому был установлен сторонами не позднее 03.05.2016, срок поставки – не позднее 03.11.2016.

Позднее между должником и ООО «Дорадо» заключено дополнительное соглашение от 04.11.2015 № 1 (далее также – Дополнительное соглашение), по условиям которого срок поставки был изменен на 07.08.2017.

Как отмечено выше, в результате заключения договора цессии № Д/БС-Ц от 04.09.2017 (далее также – Договор цессии) право требования к должнику по Договору перешло к кредитору.

Суд первой инстанции, отказывая во включении в реестр требований кредиторов должника, требования ООО «Юганский 20», исходил из непредставления заявителем надлежащих доказательств в обоснование наличия долга.

Суд апелляционной инстанции полагает правомерным вывод Арбитражного суда города Москвы об отсутствии в материалах дела допустимых доказательств наличия у ООО «Юганский 20» задолженности перед заявителем.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При этом при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В подтверждение заявленных требований кредитором в материалы дела представлены копии вышеуказанных Договора и Договора цессии, уведомление о переходе прав требования, спецификации № 1 от 03.11.2015 к Договору и платежные поручения по оплате товара по Договору.

Определениями суда от 21.12.2018, 13.05.2019 и 11.12.2019 кредитору предлагалось представить документы в обоснование заявленных требований, в том числе бухгалтерские балансы за 2017, 2018 годы с отметкой о сдаче в налоговый орган, а также доказательства реальности хозяйственных операций в условиях повышенного стандарта доказывания, доказательства отражающие хозяйственные операции в налоговой и бухгалтерской отчетности, сданной в налоговый орган, включая книги покупок и продаж.

Согласно положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В соответствии со статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда 6 Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В связи с указанным, обязание кредитора представить как подлинники документов, так и дополнительные доказательства полностью соответствует повышенному стандарту доказывания, предусмотренному нормами Закона о банкротстве. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд также пришел к выводу, что заявитель и должник являются заинтересованными лицами и продолжают оставаться таковыми в настоящее время, поэтому при рассмотрении требований заявителя подлежит применению более высокий стандарт доказывания, при котором должны быть не только представлены ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуты сомнения в мнимости долга, сформированного только с противоправной целью искусственного наращивания подконтрольной должнику задолженности. Целью судебной проверки таких требований является исключение у суда любых разумных сомнений в наличии и размере долга.

При рассмотрении требований аффилированного кредитора бремя доказывания распределяется иначе: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором – на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. Сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование к должнику, хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако, при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16- 17647 (1), от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7) и от 26.05.2017 г. № 306-ЭС16-20056 (6)).

Указанное распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально с целью искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся в действительности, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Как указано выше, судом неоднократно откладывалось судебное заседание, с целью представления кредитором вышеуказанных документов, доказывающих реальность хозяйственных операций в условиях повышенного стандарта доказывания.

Вопреки указаниям суда, а также с учетом повышенных стандартов доказывания в рамках дела о банкротстве, кредитором и третьим лицом в материалы дела не представлены доказательства реальной возможности должника поставить указанный в спецификации товар, третьим лицом – принять данный товар, экономической возможности третьего лица осуществить предоплату товара в таком количестве и за такой срок до даты поставки, экономической целесообразности в согласовании покупки товара более чем за год, а с учетом Дополнительного соглашения и Договора цессии более чем за три года до его поставки, экономической и производственной необходимости в товаре, а также доказательства компенсации неисполнения должником своих обязательств по поставке товара в большом объеме.

Как указывает заявитель, необходимость приобретения товара третьим лицом у должника обуславливалась его последующей перепродажей в адрес ООО «НефтеКом», который в свою очередь произвел авансовый платеж на счет ООО «Дорадо» по условиям договора поставки от 25.10.2015 № ДО/НК-1015, заключенного между ООО «Дорадо» и ООО «НефтеКом».

Впоследствии часть денежных средств, полученных от ООО «НефтеКом» третьим лицом была перечислена должнику в счет оплаты по Договору.

Данные обстоятельства позволяют суду сделать вывод о том, что погашение обязательств третьего лица перед должником за счет поступивших средств от ООО «НефтеКом» в отсутствие доказательств наличия иных средств и возможностей третьего лица исполнить свои обязательства перед кредиторами, является лишь транзитным переводом средств без создания       каких-либо экономических и хозяйственных правоотношений.

Проанализировав банковские выписки по расчетным счетам должника и третьего лица, суд также приходит к выводу, что все операции по перечислению денежных средств, совершенные ООО «Дорадо» в пользу должника, совершены внутрибанковскими проводками в ПАО Банк «Югра» и носят исключительно транзитный характер, а денежные средства, поступившие должнику по спорным операциям были списаны с его расчетного счета в один и тот же день со днем совершения операций по оплате третьим лицо мнимого договора поставки, либо на следующий день.

Данный вывод подтверждается также анализом движения денежных средств по счету кредитора, представленным ПАО Банк «ЮГРА» в материалы дела.

Фактически третьим лицом из своего оборота было выведено более 1,8 млрд. руб. на срок более пяти лет без стремления получить какое-либо возмещение.

По Договору срок поставки товара был установлен спустя год, который впоследствии был продлен сторонами Дополнительным соглашением еще на один год, при этом передача прав требований по Договору цессии к должнику от третьего лица в адрес кредитора продлила обязательства поставки товара еще на три года.

Перечисление денежных средств авансом в размере почти 100 % за товар, срок поставки которого наступит спустя длительное время, по мнению суда, не соответствует ни обычаям делового оборота, ни экономической целесообразности – такое поведение не может являться разумным и добросовестным поведением участника сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что учитывая многочисленные банковские проводки без создания фактической деятельности и реальности хозяйственных операций при их осуществлении, суд приходит к выводу, что требование кредитора изначально было основано на мнимом договоре поставки, платежи по которому были совершены третьем лицом лишь для вида с целью создания видимости больших оборотов общества в целях уклонения от уплаты налогов и незаконного вывода (обналичивания) денежных средств.

При указанных обстоятельствах совершенные в рамках договора платежи совершены не в соответствии с согласованными сторонами условиями договора, и, соответственно, не были направлены на оплату товара.

Представленные заявителем в ходе рассмотрения его требований доказательства (оборотно-сальдовая ведомость по счету 58 за январь 2015 – декабрь 2017, акт от 04.09.2017 приема-передачи документов к договору уступки права (цессии) от 04.09.2017 № Д/ЭТИ-Ц, книги покупок и продаж к Договору, бухгалтерская (финансовая) отчетность, балансы и декларации кредитора за 2016-2018 года, договор поставки от 25.10.2015 № ДО/НК-1015) являются лишь промежуточными документами, не отражающими фактическую и конечную возможность третьего лица в приобретении, временном складировании, хранении, а также перевозки и последующей реализации большого количества грузов.

В нарушение положений ст. 65 АПК РФ заявителем и третьим лицом не представлены документы, подтверждающие наличие договорных отношений с транспортными компаниями для осуществления перевозок больших грузов, которые в данном случае необходимы для подтверждения деятельности третьего лица, по перепродаже грузов иным лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Мнимый характер сделки заключается в том, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, но создают видимость таких правоотношений для иных участников гражданского оборота. Совершая сделку для вида, ее стороны правильно оформляют необходимые документы. Однако фактические правоотношения из договора между сторонами мнимой сделки отсутствуют.

Из разъяснений Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017) следует, что для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника – банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Учитывая, что согласно материалам дела надлежащих доказательств в обосновании требования заявителя не представлено, основания для признания обоснованным и включения в реестр требований кредиторов должника заявленного требования у суда отсутствуют.

При этом, заявителем, третьим лицом, а также ООО «НефтеКом» до настоящего времени не предпринималось никаких действий по взысканию образовавшейся задолженности в исковом порядке, претензии должнику также не предъявлялись.

Исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, установив, что представленные доказательства не подтверждают наличие между сторонами реальных обязательственных правоотношений, соответствующих характеру отношений по договору поставки, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о мнимом характере заключенного договора (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требования ООО «Юганский 20».

Доводы апелляционной жалобы по сути выражают несогласие заявителя с правовой позицией суда первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, и не содержат каких-либо фактов или обстоятельств, которые могли бы послужить основанием для изменениям или отмены обжалуемого определения.

Принимая во внимание вышеизложенное, арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное решение и у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для его отмены. 

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10.07.2020 по делу № А40-192927/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Юганский 20» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 И.М. Клеандров 

Судьи:                                                                                                                      А.Н. Григорьев

                                                                                                                      В.С. Гарипов