АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  

НИЖЕГОРОДСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-41377/2019

г. Нижний Новгород                                                                    «17» марта 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2020 года

Решение в полном объеме изготовлено 17 марта 2020 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Логуновой Натальи Александровны (шифр 15-799),

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Годухиным А.Е., рассмотрев в судебном заседании дело по иску открытого акционерного общества "Рикор Электроникс" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Арзамас Нижегородской области, 

к ответчику: обществу с ограниченной ответственностью "Иком" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Н.Новгород, 

при участии в деле ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ ТОРГОВЫЙ ДОМ "ЗАРЕЧНЫЙ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), НИЖЕГОРОДСКАЯ ОБЛАСТЬ, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,

о взыскании 180 000 руб. 00 коп.

при участии в судебном заседании: 

от истца: ФИО1, представитель по доверенности от 10.01.2020; ФИО2, представитель по доверенностям от 10.01.2020;

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 10.03.2020;

от третьего лица: представитель не явился; 

в судебном заседании ведется протоколирование с использованием средств аудиозаписи,

Установил:

открытое акционерное общество "Рикор Электроникс"  (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Иком" (далее - ответчик) о взыскании с учетом уточнений 180 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 289416, а также 670 руб. 00 коп. расходов по приобретению спорного товара, 112 руб. 00 коп. почтовых расходов и 10 000 руб. 00 коп. расходов за проведение экспертного исследования, при участии в деле ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ ТОРГОВЫЙ ДОМ "ЗАРЕЧНЫЙ" в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 03.10.2019 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 06.12.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Третье лицо явку своего представителя в судебное заедание не обеспечило.

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводится в отсутствие указанного лица

В судебном заседании осуществлен просмотр видеозаписи покупки спорного товара.

Истцом в судебном заседании на обозрение суда и лиц, участвующих в деле, предоставлен оригинальный товар (кран управления отопителем), произведенным истцом и на упаковке с которым нанесен товарный знак по свидетельству № 289416.

После обозрения судом и лицами, участвующими в деле, указанный товар возвращен истцу, что отражено в протоколе судебного заседания.

Третьим лицом предоставлен письменный отзыв на исковое заявление.

В судебном заседании истец просит удовлетворить исковые требования.

Ответчик в судебном заседании просит отказать в удовлетворении иска по основаниям, изложенным в отзыве на иск.

Рассмотрев материалы дела суд установил следующее.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, и установлено судом,  истец является правообладателем товарного знака, зарегистрированного по свидетельству № 289416 в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 23.05.2005, приоритет товарного знака с 22.07.2004, срок действия регистрации истекает 22.07.2024.

Товарный знак по свидетельству № 289416 зарегистрирован в отношении товаров/услуг: 07 класса МКТУ – краны (части машин); муфты сцепления; части ременных и цепных передач (натяжные ролики, механизмы натяжения, успокоители), включенные в 7 класс; 09 класса МКТУ – жгуты проводов; колодки для электрических соединений; выключатели закрытые; резистивные датчики; 12 класса МКТУ – колеса зубчатые для наземных транспортных средств; 20 класса МКТУ – пробки (заглушки) пластмассовые.

07.12.2016 в торговой точке ответчика (по адресу: 

<

...> ВЛКСМ, д. 47 (магазин "Автозапчасти")) предлагался к продаже и был продан товар (кран управления отопителем), размещенное обозначение на упаковке с которым сходно до степени смешения с зарегистрированными товарным знаком по свидетельству № 289416.

В подтверждение факта покупки указанного товара у ответчика в материалы дела представлен оригинал товарного от 07.12.2016, в котором содержатся сведения о продавце (ОГРН ответчика; оттиск печати ответчика; подпись продавца), указан товар, приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара. 

В подтверждение заключения сделки розничной купли-продажи были выданы: чек, в котором содержится дата заключения договора розничной купли - продажи, сведения об уплаченной за товары денежной сумме, а также сведения о наименовании продавца, ОГРН продавца, совпадающий с данными, указанными в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика, а также иные сведения.

Кроме того, истцом на основании статьей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъёмка, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, а кроме того подтверждает, что представленный товар приобретен у ответчика по представленному чеку. 

По смыслу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации товарный, кассовый чек является документом, подтверждающим факт заключения договора розничной купли-продажи. 

Представленный чек подтверждает в соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации заключение договора купли-продажи между сторонами спора. 

Таким образом, между ответчиком и покупателем заключен договор розничной купли-продажи товара.

По мнению истца, ответчиком при реализации данного товара нарушены его исключительные право на товарный знак по свидетельству № 289416.

Истец направил ответчику досудебную претензию с требованием о выплате компенсации полагая, что ответчик нарушил его исключительные права.

Однако, ответчиком требование претензии не исполнено, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела суд усматривает основания для удовлетворения исковых требований в силу следующего.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются: произведения науки, литературы и искусства; программы для электронных вычислительных машин (программы для ЭВМ); базы данных; исполнения; фонограммы; сообщение в эфир или по кабелю радио- или телепередач (вещание организаций эфирного или кабельного вещания); изобретения; полезные модели; промышленные образцы; селекционные достижения; топологии интегральных микросхем; секреты производства (ноу-хау); фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации . Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Частью 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.  Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых, товарный знак зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг,  в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3)  на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Права истца на товарный знак № 289416 подтверждено соответствующим свидетельством.

Таким образом, вышеуказанный товарный знак имеет правовую охрану. При этом нарушение исключительных прав правообладателя на товарный знак создают для ответчика самостоятельное правовое негативные последствия.

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Суд обращает внимание, что угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков (рисунков) с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков (рисунков) в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков (рисунков) достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (рисунков) в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

С учетом даты приоритета спорного товарного знака (22.07.2004) законодательством, применимым для оценки его охраноспособности, является Гражданский кодекс российской Федерации и Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденные приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 05.03.2003 N 32 (далее - Правила N 32), а также Методические рекомендации по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197.

Согласно пункту 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания (утверждены Приказом Роспатента от 05.03.2003 № 32), при проверке на тождество и сходство осуществляются следующие действия: проводится поиск тождественных и сходных обозначений; определяется степень сходства заявленного и выявленных при проведении поиска обозначений; определяется однородность заявленных товаров товарам, для которых зарегистрированы (заявлены) выявленные тождественные или сходные товарные знаки (обозначения).

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство изобразительных и объемных обозначений согласно пункту 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197 определяется на основании следующих признаков: внешняя форма, наличие или отсутствие симметрии, смысловое значение, вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.), сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Сказанное проиллюстрировано примерами в отношении изобразительных обозначений, которые могут быть отнесены к сходным до степени смешения (пункт 5.2.1. Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных Приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197).

Согласно пунктам 5.2.1, 5.2.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31 декабря 2009 года № 197, при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

В судебном заседании осуществлено непосредственное исследование спорного товара (кран управления отопителем), реализованного ответчиком, а также упаковки, в которой данный товар размещен. 

Судом установлено, что на упаковке со спорным товаром имеется изображение в виде обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 289416. При визуальном сравнении обозначения, исключительное право на которое принадлежат истцу, с реализованным ответчиком товаром (изображением на упаковке), установлено их визуальное сходство: тождественность графического изображения, внешняя форма, сочетания цветов и тонов, расположение отдельных частей изображений совпадает.

При этом суд обращает особе внимание, что вопрос о сходстве до степени смешения товарного знака, принадлежащего истцу, с обозначением, размещенным на упаковке спорного товара, является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Вместе с тем сами краны управления отопителем являются технически сложными устройствами и вопрос о соответствии одного устройства установленным заводом-изготовителем или правообладателем требованиям, к таким устройствам, может быть разрешен с учетом позиции эксперта, выраженной в соответствующем исследовании. Такое исследование необходимо для подтверждения факта того, что устройство произведено правообладателем или с его согласия и является контрафактным.

В качестве доказательства того факта, что ответчиком реализован контрафактный товар истцом предоставлено заключение № 3327-2018 от 18.12.2018.

В данном заключении экспертом исследовалась не только упаковка с товаром, но и сам товар (кран управления отопителем). При этом указанный кран управления отопителем сопоставлен с оригинальным краном управлениям отопителем, производимым истцом или с согласия истца. В ходе исследования экспертом установлено следующее: колодка жгута на оригинальной продукции выполнена из пластмассы белого цвета, тогда как у предоставленного изделия используется пластмасса черного цвета; провода жгута на предоставленной продукции имеют неправильный цветовой порядок, у оригинального изделия первый провод всегда белый; реле, используемое на плате, предоставленной продукции в оригинальном изделии не применяется; пайка проводов к плате не соответствует оригинальной; упаковка предоставленной продукции отличается по информации на ней и общему оформлению; на упаковке предоставленной продукции отсутствует штамп ОТК и дата выпуска изделия.

В заключении № 3327-2018 от 18.12.2018 также указано, что предоставленная продукция содержит технические признаки контрафактности. Предоставленная для исследования продукция в упаковке не изготовлена открытым акционерным обществом "Рикор Электроникс".

Доказательств передачи ответчику прав на данный товарный знак суду не представлено.

Факт приобретения в торговой точке ответчика товара, с обозначением, имитирующим товарный знак истца, подтверждается материалами дела, в том числе чеком и видеозаписью закупки, а также приобщенным к материалам дела, в качестве вещественного доказательства, приобретенным товаром.

При этом распространение экземпляров произведения является самостоятельным имущественным правом правообладателя, поэтому нарушением авторских прав является любое распространение без разрешения правообладателя (подпункт 2 пункт 2 статьи 1270 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Представленный ответчиком в торговой точке товар введен в оборот без разрешения правообладателя, и в соответствии с частью 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является контрафактным, поскольку в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными. 

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что требования истца к ответчику о выплате компенсации за нарушение исключительных прав обоснованы.

Вместе с тем ответчик полагает, что из видеозаписи покупки спорного товара видно, что данный товар не всегда находился в поле зрения видеокамеры и в момент выбытия товара из кадра истец мог подменить его на другое устройство.

В отношении данного довода суд отмечает следующее.

Доводы ответчика о подмене товара носят предположительный характер и не подтверждены какими-либо доказательствами. То обстоятельство, что спорный товар на некоторое время выбывал из поле зрения видеокамеры не свидетельствует о подмене товара. Видеозаписью, предоставленной в материалы дела, подтверждается факт того, что истцом в суд предоставлен именно тот товар, в отношении которого выдан товарный чек от 07.12.2016. Видеозапись реализации товара воспроизводит момент совершения покупки спорного товара, изготовления и выдачи товарного чека, осмотр товара. Из видеозаписи покупки спорного товара следует, что ответчиком покупателю выдан именно тот товарный чек и именно тот товар, которые предоставлены истцом в материалы дела. Характеристики предоставленного в материалы дела товара (цвет, размеры и т.д.) соответствуют тем, что зафиксированы в момент продажи ответчиком товара покупателю 07.12.2016. 

В отзыве на исковое заявление ответчик также указывает, что спорный товар изначально приобретен обществом с ограниченной ответственностью торговый дом "ЗАРЕЧНЫЙ" у истца на основании договора № Г03/2008-12 от 31.01.2008, заключенного между истцом (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью торговый дом "ЗАРЕЧНЫЙ" (покупатель). В дальнейшем указанный товар приобретен ответчиком у общества с ограниченной ответственностью торговый дом "ЗАРЕЧНЫЙ" на основании договора поставки товара № 037-П/2015 от 26.01.2015, заключенного между ответчиком (покупатель) и обществом с ограниченной ответственностью торговый дом "ЗАРЕЧНЫЙ" (поставщик). Ответчик полагает, что спорный товар не является контрафактным и введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно Правообладателем. 

Третье лицо в предоставленном отзыве на исковое заявление указывает, что товар с использованием спорного товарного знака поставлен правообладателем товарного знака открытым акционерным обществом "Рикор Электроникс", с которым у третьего лица заключен договор поставки. Третье лицо в отзыве отмечает, что документы по приходу и реализации данного товара не сохранились. Товар введен в гражданский оборот на территории России непосредственно правообладателем.

В отношении указанных доводов суд отмечает следующее.

Статьей 1272 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если оригинал или экземпляры произведения правомерно введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации путем их продажи или иного отчуждения, дальнейшее распространение оригинала или экземпляров произведения допускается без согласия правообладателя и без выплаты ему вознаграждения, за исключением случая, предусмотренного статьей 1293 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 96 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" исчерпание исключительного права на произведение представляет собой один из случаев свободного использования произведения - исключение из общего правила о том, что любые действия по использованию произведения могут осуществляться только правообладателем или с его согласия (пункты 1 и 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации), и применяется лишь в случаях, прямо установленных статьей 1272 Гражданского кодекса Российской Федерации. Исчерпание права происходит только в отношении конкретного оригинала или конкретных экземпляров произведения, правомерно введенных в гражданский оборот на территории Российской Федерации. Распространение контрафактных экземпляров произведений статьей 1272 Гражданского кодекса Российской Федерации не охватывается и в любом случае образует нарушение исключительного права на произведение независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц.

Исходя из смысла из пункта 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что действия по нарушению исключительных прав истца могут совершаться последовательно разными лицами и разными способами. Так, например, выпуск товара может осуществляться одним лицом, а оптовая реализация или розничная продажа контрафактной продукции уже другими лицами. 

Взаимоотношения ответчика и третьего лица в данном случае относятся к оптовой реализации товара, которая совершена профессиональными участниками предпринимательской деятельности, а взаимоотношения между ответчиком и конечным потребителем относятся к розничной продаже товара. 

С учетом изложенного суд отклоняет довод ответчика о том, что приобретение спорного товара ответчиком у третьего лица свидетельствует о правомерности использования товарного знака, принадлежащего истцу, поскольку данное обстоятельство не исключает необходимости доказывания ответчиком факта получения согласия правообладателя на использование спорного товарного знака при реализации такого товара. Доказательств, что третьим лицом спорный товар введен в гражданский оборот с согласия истца в материалы дела не предоставлено. 

Наличие между истцом и ответчиком договора № Г03/2008-12 от 31.01.2008 не свидетельствует о правомерности введения в гражданский оборот именно спорного экземпляра товара. Для подтверждения факта законности введения в гражданский оборот спорного товара в материалы дела должны быть предоставлены товаросопроводительные документы (товарные накладные и т.д.), подтверждающие факт передачи истцом третьему лицу спорного товара. Однако, такие документы в материалы дела не предоставлены. При этом  третье лицо в отзыве на иск указывает, что документы по приходу и реализации товара у него не сохранились. Следовательно, факт передачи истцом третьему лицу именно спорного товара не доказан. Поэтому наличие товаросопроводительных документов, подтверждающих факт передачи товара третьим лицом ответчику не имеет существенного значения для разрешения настоящего дела, поскольку третье лицо факт правомерности введения спорного товара в гражданский оборот не доказало.

Дополнительно суд обращает внимание, что действующее законодательство не устанавливает презумпцию правомерности использования исключительных прав при оптовой закупке товара одним лицом у другого лица. Ответчик при приобретении у оптового продавца товаров, содержащих исключительные права третьих лиц, должен удостоверится, что такие товары введены в гражданский оборот законно и с согласия правообладателя. Однако, ответчик осуществляя в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательскую деятельность на свой страх и риск не предпринял надлежащих мер по установлению данных обстоятельств. То обстоятельство, что третье лицо осуществляет оптовую продажу товаров не снимает с закупщиков у него товаров обязательств по проверки правомерности их продажи конечным потребителям. 

Ответчик имея возможность осуществить проверку законности ввода в гражданский оборот спорного товара соответствующих действий для такой проверки не предпринял. В связи с чем именно ответчик несет негативные последствия своего бездействия.

В отзыве на иск ответчик также указывает, что заключение № 3327-2018 от 18.12.2018 не является доказательством контрафатности товара. Ответчик полагает, что у него нет оснований доверять заключению эксперта ФИО4, так как данный эксперт является заинтересованным лицом, а именно имея среднее специальное образование, получил сертификат о том, что прослушал курс "Отличительные черты контрафактной продукции ОАО "Рикор Электроникс" и на основании сертификата, выданного истцом, осуществляет экспертизы.

В отношении указанных доводов суд отмечает следующее.

Доводы ответчика о заинтересованности эксперта ФИО4 в исходе настоящего дела носят предположительный характер. То обстоятельство, что данный эксперт проходил определенные курсы подготовки у истца не свидетельствует, что эксперт ФИО4 не может давать заключений относительно технических характеристик продукции, производимой третьими лицами. При этом ответчик, опровергая доводы, изложенные в заключении № 3327-2018 от 18.12.2018, не предоставил своего заключения, подтверждающего, что спорный товар не является контрафактным. Более того, ответчиком ходатайства о проведении судебной экспертизы не заявлено.

Также суд обращает внимание, что при визуальном осмотре проданного ответчиком товара (кран управления отопителем) и сравнении данного товара с оригинальной продукцией истца доводы эксперта ФИО4 находят свое подтверждение.

В отзыве на иск ответчик также указывает, что иск подписан неуполномоченным лицом. Иск подписан представителем по доверенности ФИО1, на которого не представлена ни доверенности, ни документ о высшем юридическом образовании. В связи с чем ответчик считает, что иск, подписанный ненадлежащим лицом, в отсутствие полномочий.

В отношении указанного довода суд отмечает следующее.

Положения о лицах, которые имеют право на подписание искового заявления, а также вопросы представительства в арбитражном процессе регулируются главой 6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (статьи 59-63).

В соответствии со статьей 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представителями граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, и организаций могут выступать в арбитражном суде адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо ученую степень по юридической специальности. 

В силу статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочия руководителей организаций, действующих от имени организаций в пределах полномочий, предусмотренных федеральным законом, иным нормативным правовым актом или учредительными документами, подтверждаются представляемыми ими суду документами, удостоверяющими их статус и факт наделения их полномочиями. Полномочия законных представителей подтверждаются представленными суду документами, удостоверяющими их статус и полномочия. Полномочия адвоката на ведение дела в арбитражном суде удостоверяются в соответствии с федеральным законом. Иные оказывающие юридическую помощь лица представляют суду документы о высшем юридическом образовании или об ученой степени по юридической специальности, а также документы, удостоверяющие их полномочия. Полномочия на ведение дела в арбитражном суде должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с федеральным законом, а в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации или федеральным законом, в ином документе. Полномочия представителя также могут быть выражены в заявлении представляемого, сделанном в судебном заседании, на что указывается в протоколе судебного заседания.

В соответствии со статьей 62 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в доверенности, выданной представляемым лицом, или ином документе должно быть специально оговорено право представителя на подписание искового заявления и отзыва на исковое заявление, заявления об обеспечении иска, передачу дела в третейский суд, полный или частичный отказ от исковых требований и признание иска, изменение основания или предмета иска, заключение мирового соглашения и соглашения по фактическим обстоятельствам, передачу своих полномочий представителя другому лицу (передоверие), а также право на подписание заявления о пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, обжалование судебного акта арбитражного суда, получение присужденных денежных средств или иного имущества.

Исковое заявление по настоящему делу подано в суд после 01.10.2019. Иск от имени истца подписан представителем ФИО1, действующим на основании доверенности от 29.12.2018, выданной истцом. При этом в данной доверенности специально оговорено право ФИО1 на подписание искового заявления. Факт наличия у данного лица высшего юридического образования подтверждается дипломом № 11938. 

Таким образом, исковое заявление в рамках настоящего дела подписано уполномоченным лицом.

Доводы ответчика, что товарный чек и видеозапись покупки спорного товара не предоставлены в материалы дела отклоняются судом, поскольку указанные доказательства предоставлены в материалы дела.

В рассматриваемом случае истцом избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно подпункту 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Суд обращает внимание, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Аналогичное положение о том, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации, закреплено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Соответственно, при избранном истцом виде компенсации и учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом вид компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель, и определение конкретного размера компенсации исходя из этой цены с учетом установленного нарушения. При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования произведения тем способом, который использовал нарушитель, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с расчетом размера компенсации, представленным истцом, могут основываться на оспаривании заявленной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения, и с учетом части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должны подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими такое несогласие.

Как следует из разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, снижение размера компенсации, исчисленного исходя из двукратной стоимости контрафактных экземпляров (товаров) или двукратного размера стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

В соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Пунктом 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" определено, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ) (пункт 62 Постановления от 23.04.2019 № 10).

Для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации. Названные доказательства оцениваются судом по правилам об оценке доказательств и не имеют преимущества перед другими доказательствами.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В обоснование стоимости права использования товарного знака истцом представлен лицензионный договор о предоставлении неисключительных прав на использование объекта интеллектуальной собственности от 01.10.2016, согласно которому ОАО «Рикор Электроникс» (лицензиар) за вознаграждение предоставило обществу «Техносфера» (лицензиату) право на использование на неисключительной основе на территории Российской Федерации товарного знака (знака обслуживания) по свидетельству № 289416 в отношении всех товаров, включенных в 07, 09, 12, 20 классы МКТУ.

В соответствии с пунктом 4.1 данного договора лицензиат за получение неисключительного права использования объекта интеллектуальной собственности обязался выплатить лицензиару фиксированное вознаграждение в размере 90 000 рублей не зависимо от срока и количества фактом использования объекта интеллектуальной собственности.

По мнению истца, сумма аванса, указанная в пункте 4.3 данного договора, является невозвратной, а поэтому минимальной платой, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведений при производстве кондитерской продукции. В связи с чем суд обращает внимание, что не имеет значение в каком объеме лицензиат пользовался предоставленными ему правами. Вне зависимости от объемов использования подлежащая выплате минимальная сумма аванса не будет подлежать возврату лицензиатом лицензиару.

В свою очередь, ответчиком при рассмотрении настоящего дела заявлено о снижении размера компенсации, в том числе в связи с неверным ее расчетом с учетом условий указанного истцом лицензионного договора.

Требуя снижения размера компенсации, и не соглашаясь с суммой, определенной истцом, ответчик должен был представить суду доказательства, свидетельствующие о том, что при сравнимых обстоятельствах взимается иная сумма компенсации.

Из материалов дела не усматривается, что ответчиком в подтверждение довода о необоснованности размера компенсации, рассчитанной истцом, представлялись какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения истца.

Доводы ответчика, в которых он не соглашается с суммой компенсации истца, не свидетельствуют о том, что стоимость права использования произведения, указанная истцом завышена.

Доводы ответчика о том, что им реализовано незначительное количество продукции на небольшую сумму отклоняется судом, поскольку в указанном случае для взыскания с ответчика компенсации достаточно самого факта предложения к продаже товара, на котором нанесены изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим истцу.

Также суд обращает внимание, что при определении двукратной стоимости права использования произведения не принимается во внимание количество дней такого использования лицом, которому истцом такое право предоставлено, и количество дней использования ответчиком произведений истца. В данном случае при определении размера компенсации следует исходит от размера невозвратного аванса, который составляет не менее 90 000 руб. 00 коп., поскольку указанная сумма является минимальной и будет уплачена лицензиатом вне зависимости от времени и объема использования лицензии. 

Поскольку соответствующих доказательств, обосновывающих иной размер компенсации, рассчитанной исходя из двукратной стоимости права использования произведения, ответчиком не представлено (лицензионные договоры и иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения), механизмами доказывания, предусмотренными арбитражным процессуальным законодательством, ответчик также не воспользовался (не ходатайствовал о назначении экспертизы по оценке стоимости права использования произведения, принадлежащего истцу), исходя из распределения бремени доказывания и отсутствия доказательств, подтверждающих обоснованность размера компенсации в ином размере, суд пришел к выводу о том, что исковые требования истца заявлены обоснованно.

Двукратный размер стоимости права, установленный пунктом 3 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, является одновременно и минимальным, и максимальным размером компенсации, предусмотренным законом.

В данном случае сумма компенсации составляет 90 000 рублей, заявлена истцом исходя из условий лицензионного договора, в котором определен минимальный размер вознаграждения.

Остальные доводы ответчика о необходимости снижения размера компенсации отклоняются судом. Доводы ответчика, что им реализован небольшой объем товара товарным знаком, исключительное право на который принадлежат истцу, не является основанием для снижения размера компенсации.

При этом суд первой инстанции не усматривает в рамках настоящего дела правовых оснований для снижения заявленного размера компенсации за нарушение исключительного права на принадлежащее истцу произведения, поскольку в данном случае отсутствует основания, являющиеся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, данными в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 N 28-П, основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, возможно лишь при наличии соответствующего ходатайства ответчика и должно быть мотивировано судом, а также обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В данном случае действиями ответчика нарушено исключительное право лишь на один объект исключительных прав, в связи с чем при разрешении настоящего спора неприменимы правовые подходы, приведенные в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П.

Более того, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: - убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; - правонарушение совершено ответчиком впервые; - использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. При этом отсутствие одного из указанных критериев является основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о снижении размера компенсации ниже низшего предела. 

Однако, ответчиком не предоставлено доказательств, подтверждающих наличие всех элементов, необходимых для снижения размера компенсации. Ответчиком не предоставлено доказательств, что размер подлежащей выплате компенсации даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков. Исходя из существа отношений, возникновение на стороне истца убытков в результате незаконного использования товарного знака предполагается. 

На основании изложенного с ответчика в пользу истца взыскивается 180 000 руб. 00 коп. компенсации.

Расходы по государственной пошлине в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика.

Госпошлина в сумме 2 000 руб. 00 коп. взыскивается с ответчика в пользу истца.

Госпошлина в сумме 4 400 руб. 00 коп. взыскивается с истца в доход федерального бюджета.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика 112 руб. 00 коп. почтовых расходов и 670 руб. 00 коп. стоимость контрафактного товара.

В качестве доказательств произведенных расходов по приобретению спорного товара истцом представлен чек от 07.12.2016 на сумму 670 руб. 00 коп.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

На основании изложенного с ответчика в пользу истца взыскивается 670 руб. 00 коп. стоимости контрафактного товара.

Несение почтовых расходов в размере 112 руб. 00 коп. подтверждается чеками от 17.08.2019 и от 30.09.2019. Следовательно, с ответчика в пользу истца взыскивается 112 руб. 00 коп. почтовых расходов.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 10 000 руб. 00 коп. расходов на проведение экспертизы, в обоснование которого представлены: заключение № 3327-2018 от 18.12.2018, договор поручения № 201 от 18.12.2018, заключенный между истцом (заказчик) и экспертом ФИО4, акт приема-передачи № 201 от 18.12.2018, расходный кассовый ордер № 201 от 18.12.2018.

Ответчик возражает против удовлетворения данного требования.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановления N 1) следует, что под судебными расходами понимаются денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном 9 АПК РФ, в состав которых входит государственная пошлина, а также издержки, связанные с рассмотрением дела. Главный принцип возмещения судебных расходов состоит в том, что лицо, в пользу которого принят судебный акт по рассматриваемому делу, вправе требовать их возмещения с другой стороны по делу. Перечень судебных издержек, предусмотренный процессуальным законодательством, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Таким образом, требование о взыскании 10 000 руб. 00 коп. расходов на проведение экспертизы заявлено обоснованно 

Вместе с тем, как судом отмечалось ранее вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы (пункт 13 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122). При этом суд обращает особе внимание, что вопрос о сходстве до степени смешения товарного знака, принадлежащего истцу, с обозначением, размещенным на упаковке спорного товара, является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Однако, сами краны управления отопителем являются технически сложными устройствами и вопрос о соответствии одного устройства установленным заводом-изготовителем или правообладателем требованиям, к таким устройствам, может быть разрешен с учетом позиции эксперта, выраженной в соответствующем исследовании. 

С учетом изложенного,  расходы в сумме 10 000 руб. 00 коп., понесенные истцом в связи с проведением экспертизы, относятся на ответчика и взыскиваются в пользу истца.

После вступления решения суда в законную силу контрафактный товар - - кран управления отопителем подлежит уничтожению.

Руководствуясь статьями 110,  167 — 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИКОМ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ГОРОД НИЖНИЙ НОВГОРОД в пользу ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "РИКОР ЭЛЕКТРОНИКС" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), НИЖЕГОРОДСКАЯ ОБЛАСТЬ, ГОРОД АРЗАМАС 180 000руб. 00коп. компенсации, а также 670руб. 00коп. стоимость товара, 112руб. 00коп. почтовые расходы, 10 000руб. 00коп. расходы на проведение экспертного исследования и 2 000руб. 00коп. расходов по госпошлине.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИКОМ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ГОРОД НИЖНИЙ НОВГОРОД в доход федерального бюджета 4 400руб. 00коп. госпошлины.

Исполнительный лист на взыскание компенсации и судебных расходов (издержек) выдается после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Исполнительный лист на взыскание на взыскание в федеральный бюджет госпошлины выдается после вступления решения в законную силу.

После вступления решения в законную силу контрафактный товар - кран управления отопителем, подлежит уничтожению.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда  или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Судья                 Логунова Н.А.