ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-17640/2023

Дело № А40-248272/22

г. Москва

28 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 апреля 2023 года.

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи:                 И.В. Бекетовой,

судей:

Т.Б. Красновой, ФИО1,

при ведении протокола              

секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИФНС России № 29 по г. Москве 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2022 по делу № А40-248272/22 по заявлению ООО "Производственно-коммерческая фирма "Тюменнефтегазстройпроект" (ИНН 

<

***>) 

к Инспекции федеральной налоговой службы № 29 по г. Москве (ИНН 

<

***>) 

о признании незаконным и отмене решения, 

при участии:

от заявителя:

ген. дир. ФИО3 по приказу от 26.05.2022;

ФИО4 по дов. от 20.06.2022;

от заинтересованного лица:

ФИО5 по дов. от 08.06.2022; 

 

У С Т А Н О В И Л:

ООО "Производственно-коммерческая фирма "Тюменнефтегазстройпроект" (далее – заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным решение ИФНС России № 29 по г. Москве о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.05.2022 № 17-10/7554.

Решением суда от 07.02.2023 заявление общества удовлетворено.

С таким решением суда не согласилась инспекция и обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой.  Подавая апелляционную жалобу, налоговый орган не соглашается с выводом суда о том, что что Обществом соблюдены все условия для принятия к вычету сумм НДС в соответствии с положениями статей 169, 171, 172 НК РФ, кроме того выполнены условия, предусмотренные главой 25 НК РФ; для отнесения на расходы сумм затрат по спорным контрагентам, т.е. сделки оформлены надлежащими первичными бухгалтерскими документами, приняты к учету, оказанные спорными контрагентами услуги были осуществлены в реальности и связаны непосредственно с предпринимательской деятельностью Общества, направленной на получение дохода.

В отзыве на апелляционную жалобу общество с доводами апелляционной жалобы не согласилось, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а в удовлетворении апелляционной жалобы – отказать. 

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель инспекции поддержал доводы жалобы, представитель общества поддержал обжалуемое решение суда. 

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены апелляционной инстанцией в порядке ст.ст.266, 268 АПК РФ.

Срок обжалования, установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ, заявителем не пропущен.

Апелляционный суд, выслушав представителей сторон, изучив доводы жалобы и отзыва на неё, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, полагает, что обжалуемое решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка заявителя по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налога на добавленную стоимость с 01.01.2019 по 31.12.2019.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки налоговым органом было вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 16.05.2022 г. № 17-10/7554, которым Обществу была начислена сумма НДС за 2019 г. в размере 26 387 121 рублей, штрафы в размере 5 277 425 рублей, пени в размере 10 734 714 рублей.

Также, как следует из оспариваемого решения, сделки Общества с контрагентами ООО «УДС» ИНН 

<

***> и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ИНН 

<

***> были признаны «фиктивными» на том основании, что сделки с Обществом не были отражены спорными контрагентами в своей бухгалтерской и налоговой отчетности, документы по сделкам не были представлены в ответ на требования налогового органа, реальность оказания услуг со стороны контрагентов не была подтверждена руководителями, ввиду чего заявление Обществом вычетов по НДС по сделкам с указанными контрагентами за 2019 г. признано необоснованным и незаконным.

20.06.2022 г. Общество обратилось с апелляционной жалобой на решение в УФНС России по г. Москве (№ ВХ-180544 от 23.06.2022 г.). 12.07.2022 г., 03.08.2022 г, 19.09.2022 г., 21.10.2022 г. и 28.10.2022 г. Общество представило Дополнения к жалобе.

Решением УФНС России по г. Москве от 01.11.2022 г. № 21-10/129600@ апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с решением Инспекции от 16.05.2022 г. № 17-10/7554, налогоплательщик обратился  в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании его недействительным.

Признавая незаконным и отменяя оспариваемое решение инспекции, суд первой инстанции исходил из того, что сделки Общества с контрагентами ООО «УДС» и ООО «Уралтранссервис» являются реальными, а контрагенты - добросовестными.

В обоснование принятого решения суд указал, что:

1.         Решением Арбитражного суда Тюменской области от 26.10.2022 г. по делу № А70-12663/2022 установлено, что между Обществом и ООО «УДС» ИНН 

<

***>, ООО «УДС» ИНН 

<

***>, ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» были заключены договоры, к каждому из которых были подписаны Приложения о заверении обстоятельств, являющиеся неотъемлемой частью договоров; соответствующие гарантии и заверения были исполнены контрагентами путем оформления первичных-бухгалтерских документов и представления их в адрес Общества, отражения совершенных с Обществом сделок в налоговой отчетности, исчисления и уплаты сумм НДС в бюджет.

Добросовестность контрагентов и исполнение ими предусмотренных договорами гарантий и заверений подтверждаются представленными контрагентами отзывами на исковое заявление Общества с налоговыми декларациями по НДС, книгами покупок и книгами продаж, а также платежными поручениями об уплате НДС в бюджет.

2.         Отсутствие необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода не могла быть получена в силу симметричности заявленных сумм, что подтверждается Книгами продаж спорных контрагентов, представленными самим Обществом и полученными налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля.

Если расходы Общества на оказанные спорными контрагентами услуги и поставленный товар будут исключены из налоговой базы Общества, то спорные контрагенты, руководствуясь принципом симметричной корректировки (пункт 6 статьи 105.3, статья 105.18 НК РФ), обязаны будут исключить данные операции из состава своих доходов по налогу на прибыль и НДС, что повлечет для налогового органа обязанность перерасчета налоговых обязательств спорных контрагентов ООО «УДС» ИНН 

<

***>, ООО «УДС» ИНН 

<

***> в сторону уменьшения.

Принимая во внимание то обстоятельство, что сделки с Обществом в полном объеме отражены спорными контрагентами в совокупности потери для бюджета не возникли и не могли возникнуть между указанными контрагентами первого звена.

3.         Фактическое оказание услуг Обществу было подтверждено самими спорными контрагентами путем представления ответов на требования, выставленных в рамках встречных проверок на основании поручений налогового органа.

4.         До момента проведения выездной налоговой проверки налоговому органу был известен тот факт, что контрагенты ООО «УДС» и ООО «Уралтранссервис» отразили сделки с Обществом в своей налоговой отчетности, в т.ч. в Книгах продаж по НДС.

Указанные Книги продаж были как представлены Обществом в налоговый орган, так и самостоятельно получены налоговым органом в рамках проведения выездной налоговой проверки.

Соответственно, налоговому органу был известен факт уплаты налогов как Обществом, так и спорными контрагентами, и, как следствие, факт отсутствия потерь для бюджета по сделкам Общества с контрагентами.

5.         Руководители спорных контрагентов подтвердили факт оказания услуг обществу путем подписания ответов на требования о представлении документов. Неявка руководителей контрагентов на допрос не может свидетельствовать о нереальности совершенных сделок, т.к. неявка может быть обусловлена объективными причинами, причины неявки свидетелей налоговым органом не исследовались.

6.         Отсутствие сотрудников спорных контрагентов на объектах Заказчиков Общества обусловлено тем фактом, что спорные контрагенты не являлись субподрядчиками Общества, т.к. оказывали услуги самому Обществу, а не его Заказчикам. С учетом изложенного, оказание Обществу услуг осуществлялось в офисах контрагентов, выезд сотрудников контрагентов на месторождения не требовался, ввиду чего их согласование с Заказчиками в качестве субподрядчиков не осуществлялось.

7.         Неосведомленность инженеров СК общества относительно субподрядных организаций и иных контрагентов общества не свидетельствует о нереальности оказания услуг спорными контрагентами, т.к. зоной ответственности инженеров СК являлось выполнение их непосредственных обязанностей по осуществлению ежедневного строительного контроля, и в их полномочия не входили ни систематизация полученных данных (составление сводной отчетности), ни взаимодействие с субподрядчиками или иными контрагентами Общества.

8.         Финансовая подконтрольность спорных контрагентов обществу отсутствует, материалами выездной налоговой проверки не доказана.

9.         Пересечение сотрудников общества и спорных контрагентов не свидетельствует о нереальности сделок, т.к. выбор работодателя и трудовой функции является прерогативой самого работника и не могла быть проконтролирована Обществом.

Более того, налоговый орган не исследовал причины отражения физических лиц в справках 2-НДФЛ и не установил характер отношений, связывающих сотрудников Общества с иными организациями (трудовые или гражданско-правовые отношения).

При этом, одновременная работа по трудовому договору и оказание услуг по гражданско-правовому договору не запрещены законом, также, как и работа по совместительству. Факт того, что физические лица не имели возможности осуществлять трудовую функцию / оказывать услуги в Обществе и в иной организации в одно и то же время, налоговым органом не установлен.

Исследовав в порядке ст. 71 АПК РФ представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что заявленные требования ООО "Производственно-коммерческая фирма "Тюменнефтегазстройпроект" обоснованные и правомерные.

В обоснование заявленных требований заявитель указывает на отсутствие в его действиях нарушения статьи 54.1 НК РФ

Действующими нормами законодательства о налогах и сборах (пункты 1 и 2 статьи 171 Кодекса, пункт 1 статьи 172 Кодекса) предусмотрены условия, при выполнении которых налогоплательщик имеет право на получение вычета по НДС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные налоговые вычеты.

Положениями пункта 2 статьи 171 Кодекса предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении, в частности:

1)         товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса;

2)         товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 2.1, 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории РФ, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию РФ и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 НК РФ и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговый орган в ходе проведения мероприятий налогового контроля оценивает не только формальное соответствие представленных документов установленным требованиям, но и действительное наличие обстоятельств, с которым Кодекс связывает представление права на вычет по НДС и включение в состав расходов затрат, учитываемых при исчислении налога на прибыль организаций.

Налоговые органы в рамках проверок обоснованности полученной налогоплательщиком налоговой экономии руководствуются положениями статьи 54.1 НК РФ, в которой закреплены пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 Кодекса не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса установлено, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1)         основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2)         обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Между тем, перечень обстоятельств, которые по мнению налогового органа свидетельствуют о нереальности финансово-хозяйственных отношений между Обществом и его контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», приведен на стр. 74-75 оспариваемого заявителем решения.

Вместе с тем, суд считает, что материалами дела подтверждено, что Обществом соблюдены все условия для принятия к вычету сумм НДС в соответствии с положениями статей 169, 171, 172 НК РФ, кроме того выполнены условия, предусмотренные главой 25 НК РФ; для отнесения на расходы сумм затрат по спорным контрагентам, т.е. сделки оформлены надлежащими первичными бухгалтерскими документами, приняты к учету, оказанные услуги связаны непосредственно с предпринимательской деятельностью Общества, направленной на получение дохода.

Приведенные налоговым органом на стр. 74-75 оспариваемого решения обстоятельства противоречат позиции заявителя и материалам дела.

Согласно доводам приведенным обществом в заявлении заявитель указывает следующее:

До момента проведения выездной налоговой проверки налоговому органу был известен тот факт, что контрагент ООО «УДС» отразил сделки с Обществом в своей налоговой отчетности, в т.ч. в Книгах продаж по НДС. Указанные Книги продаж были самостоятельно получены налоговым органом в рамках проведения выездной налоговой проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг. (акт налоговой проверки от 28.04.2022 г. № 17-10/8097). Соответственно, налоговому органу был известен факт уплаты налогов как Обществом, так и ООО «УДС», и, как следствие, факт отсутствия потерь для бюджета по сделкам Общества с контрагентом.

Фактическое оказание услуг Обществу было подтверждено контрагентом ООО «УДС» путем представления ответов на требования, выставленные в рамках выездной налоговой проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг., а именно: ответы ООО «УДС» от 03.11.2021 г. № б/н. от 04.04.2022 г. № 9, копии которых представлены Обществом в материалы дела.

Со стороны проверяющих не приняты достаточные меры по допросу генерального директора ООО «УДС» ФИО6

Делая вывод о том, что факт взаимоотношений с Обществом Инспекцией не подтвержден директором ООО «УДС» в связи с его неявкой на допрос, налоговый орган ссылается на направление в адрес МИФНС № 25 по Свердловской области Поручения от 11.11.2019 г. № 85 о проведении допроса свидетеля, на основании которого в адрес ФИО6 была направлена Повестка от 11.11.2019 г. № 2065 о проведении допроса на 25.11.2019 г. Свидетель в назначенное время не явился. При этом, налоговый орган самостоятельно указывает, что повестка была направлена в 2019 г., а в рамках проведения выездной налоговой проверки общества повторная попытка допроса ФИО6 налоговым органом не принималась.

При этом, суд учитывает, что 01.06.2022 г. Обществом был получен ответ от ООО «УДС» на досудебную претензию, в котором ООО «УДС» сообщило, что ФИО6 неоднократно являлся на допрос в налоговый орган и давал показания относительно финансово-хозяйственной деятельности ООО «УДС» и, в частности, сделок с Обществом (Протоколы допроса от 04.06.2020 г. б/н, от 28.01.2021 г. б/н).

Тем самым, ФИО6 не уклонялся от дачи показаний и подтвердил факт взаимоотношений с Обществом. Данное обстоятельство указывает на тот факт, что со стороны налогового органа не приняты все возможные меры по допросу ФИО6 и получения протоколов допроса в налоговом органе по месту учета свидетеля, либо свидетельствует о том, что налоговый орган умышленно не учитывает данные протоколы допросов для создания негативного образа спорных контрагентов Общества.

 Тот факт, что согласно Протокола осмотра от 07.08.2019 г. №1452 помещение по адресу: 

<

...> было закрыто на замок, вывески не обнаружено, не может свидетельствовать о том, что ООО «УДС» по данному адресу деятельность не осуществляло, так на стр. 33 Акта от 20.10.2021 г. № 18-09/18245 налоговым органом была сделана ссылка на Протокол осмотра от 30.05.2019 г. № 367, где зафиксировано расположение 3 компаний по адресу: 

<

...>, в том числе и ООО «УДС», то есть Акт налоговой проверки и оспариваемое Решение содержат противоречивые сведения. 

Довод налогового органа относительно того, что при анализе движения денежных средств по расчетным счетам ООО «УДС» установлено перечисление денежных средств физическим лицам и дальнейший вывод денег со счетов физических лиц с целью обналичивания является надуманным, документально не подтвержденным и не имеет отношения к проверяемому лицу. В ходе проведения проверки налоговым органом не установлено «схемы» кругового движения и обналичивания денежных средств непосредственно должностными лицами Общества, либо перевод в наличную форму средств со счетов Общества с целью их исключения из-под налогового контроля. Ссылка в этой части на особенности операций по расчетному счету ООО «УДС» не связана с расчетами самого Общества. Перечисление денежных средств к проверяемому налогоплательщику через цепочку последующих организаций, физических лиц не доказано, согласованность в действиях Общества и ООО «УДС» не установлена. Налоговый орган не привел доказательств того, что движение денежных средств по расчетному счету ООО «УДС» и других лиц были подконтрольны либо проводилось по поручению руководящего состава Общества. 

На основании внутреннего ИР «АИС Налог-3» налоговым органом проведен анализ дерева связей Общества с контрагентами первого и второго звена, которые по мнению налогового органа отвечают признакам «фирм-однодневок». Однако указанная информация не является доказательством недобросовестности Общества и его контрагентов, т.к. «АИС Налог-3» является внутренним (непубличным) информационным ресурсом, созданным для автоматизации и систематизации процессов   сбора, накопления хранения   и   обработки, определенных сведений об организациях, получаемых налоговыми органами законным путем в ходе выполнения своих функций. Доступа к ИР у Общества не имеется. На стр. 8-13 оспариваемого Решения налоговым органом приведен анализ взаимоотношений ООО «УДС» с его контрагентами ООО «ЭЛЬХОЛЛ» ИНН 

<

***> и ООО «ИНТЕРЭКО» ИНН 

<

***>, при этом не указано, как нарушения ООО «УДС» в отношении отражения операций со своими контрагентами влияют на уплату налогов Обществом, в т.ч. с учетом положений п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Общество не несет ответственности за ненадлежащее исполнение налоговых обязательств своими контрагентами, так как не обладает контрольными полномочиями в отношении них в силу закона, не является взаимозависимым или аффилированным с ними лицом, соответственно не может вмешиваться в финансово-хозяйственную деятельность своих контрагентов и вести контроль за правильностью заполнения налоговой отчетности. 

Позиция налогового органа о том, что расходные операции ООО «УДС» не соотносятся с заявленными видами деятельности контрагента не обоснована, т.к. согласно заявленным кодам ОКВЭД в проверяемый период ООО «УДС» осуществляло в т.ч. такие виды деятельности, как строительство жилых и не жилых зданий (41.20); деятельность автомобильного грузового транспорта (49' 41); предоставление услуг по перевозкам (49.42);т.е. все расходные операции по расчетному счету ООО «УДС» были связаны с его предпринимательской деятельностью.

Кроме того, для оказания консалтинговых услуг по строительному контролю необходимы лишь штат сотрудников, стол, стул и компьютер. Для оказания Обществу услуг со стороны ООО «УДС» привлекались специалисты по гражданско-правовым договорам. Тем самым, у ООО «УДС» имелись все необходимые ресурсы для оказания услуг Обществу, обратного налоговым органом не доказано.

До момента проведения выездной налоговой проверки налоговому органу был известен тот факт, что контрагент ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» отразил сделки с Обществом в своей налоговой отчетности, в т.ч. в Книгах продаж по НДС. Указанные Книги продаж были самостоятельно получены налоговым органом в рамках проведения выездной налоговой проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг. (Акт налоговой проверки от 28.04.2022 г. № 17-10/8097). Соответственно, налоговому органу был известен факт уплаты налогов как Обществом, так и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», и, как следствие, факт отсутствия потерь для бюджета по сделкам Общества с контрагентом.

Оказание услуг Обществу со стороны контрагента ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не могло быть подтверждено в ходе проведения выездной налоговой проверки, т.к. ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» было ликвидировано 21.05.2021 г. по результатам процедуры банкротства (дело № А60-53277/2019). При этом, до момента фактической ликвидации управление ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» осуществлялось конкурсным управляющим ФИО7, ввиду чего бывший руководитель ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не мог руководить деятельностью компании, в т.ч. не иметь доступ к архиву первичных бухгалтерских документов и не мог давать ответы и пояснения от лица компании в налоговый орган. Тем самым, то обстоятельство, что документы по взаимоотношениям с Обществом не были представлены в налоговый орган со стороны ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» само по себе не свидетельствует о нереальности финансово-хозяйственных отношений с контрагентом, т.к. было обусловлено объективными причинами. При этом, налоговый орган не предпринял достаточных мер по допросу бывшего учредителя и генерального директора ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ФИО8

30.03.2022 г. Общество самостоятельно направило в адрес ФИО8 запрос исх. № 079 с просьбой подтвердить наличие у ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в период 2018-2019 гг. материально-технической базы для оказания услуг по перевозке пассажиров и грузов.

В своем ответе от 05.04.2022 г. б/н бывший учредитель и генеральный директор ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ФИО8 подтвердил наличие у ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в период 2018-2019 гг. материально-технической базы для оказания услуг по перевозке пассажиров и грузов в адрес Общества, в т.ч. факт привлечения водителей по гражданско-правовым договоров, а также наличие транспортных средств на праве собственности и праве аренды. Ответ ФИО8 был представлен Обществом совместно с Возражением от 18.04.2022 г. на Дополнение к Акту.

Показания Заказчиков Общества об отсутствии представителей ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» на объектах Заказчиков обусловлено тем, что ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не являлось субподрядчиком Общества, т.к. оказывало транспортные услуги самому Обществу, а не его Заказчикам. С учетом изложенного, транспортные средства и водители ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» находились на объектах Заказчиков как представители самого Общества. То есть для Заказчиков транспортные средства и водители ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» являлись транспортными средствами и водителями самого Общества, ввиду чего не расценивались как отдельная организация, тем более, как субподрядчик.

Показания сотрудников Общества об их неосведомленности относительно финансово-хозяйственных отношений с ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» обусловлено тем, что общение с контрагентами не входит в должностные обязанности допрошенных сотрудников Общества, а является прямой функцией руководящего состава.

При этом, пересечение каких-либо сотрудников Общества с «сотрудниками» ООО «УДС» или ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не свидетельствует об аффилированности или подконтрольности Общества и проверяемых лиц, т.к. налоговым органом не исследована природа пересечения одних и тех же лиц в Справках по форме 2-НДФЛ (на основании трудовых или гражданско-правовых договоров), а также не указано, какие нормы налогового и гражданского законодательства нарушают физические лица, самостоятельно принимающие решение о работе по совместительству, или оказании услуг по гражданско-правовым договорам параллельно своей трудовой деятельности в Обществе.

Все указанные обстоятельства не получили оценку со стороны УФНС России по г. Москве, в результате чего оспариваемое Решение было оставлено без изменения.

Кроме того, УФНС России по г. Москве также было проигнорировано наличие в правовом поле судебного акта Арбитражного суда Тюменской области, которым была установлена добросовестность спорных контрагентов Общества в части исполнения их обязательств по исчислению и уплаты НДС по сделкам с Обществом в государственный бюджет.

Так, Общество обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением об обязании ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» исполнить гарантии и заверения, предусмотренные Приложениями, в т.ч. еще раз подтвердить факт совершения сделок с Обществом и представить в налоговый орган соответствующие первичные бухгалтерские документы (дело № А70-12663/2022).

В рамках судебного урегулирования Обществу от спорных контрагентов были представлены следующие дополнительные доказательства в качестве подтверждения реальности осуществления сделок и отражения сделок с Обществом в своей бухгалтерской и налоговой отчетности: выписки из книг продаж ООО «УДС» за проверяемый период 2019 г. по состоянию на 30.06.2022 г., протоколы допроса бывших сотрудников ООО «УДС» - юриста ФИО9 и заместителя начальника отдела строительного контроля ФИО10. 

Как указывает заявитель, данные сотрудники ООО «УДС» в ходе допросов, проведенных в марте 2021 г., подтвердили, что одним из видов деятельности ООО «УДС» являлось оказание консалтинговых услуг по строительному контролю, а также подтвердили факт оказания услуг Обществу, назвав Общество в качестве заказчика ООО «УДС».

Кроме того, в указанных протоколах допросов зафиксированы показания бывших сотрудников ООО «УДС» относительно места нахождения контрагента, его руководителях, режиме работы, уровне зарплаты и пр. Приведенные показания бывших сотрудников ООО «УДС», а также сам факт наличия в штате ООО «УДС» специалистов на таких должностях как юрист и начальник отдела строительного контроля свидетельствуют о самостоятельном ведении контрагентом своей финансовой деятельности и наличия у контрагента ресурсов, в т.ч. трудовых, для реального оказания Обществу консалтинговых услуг по составлению сводной отчетности по строительному контролю.

Также согласно представленным отзывам на исковое заявление Общества спорные контрагенты в очередной раз подтверждают факт реальности оказания услуг Обществу.

В качестве доказательства исполнения гарантий и заверений в части отражения совершенных с Обществом сделок в своей бухгалтерской и налоговой отчетности, ООО «УДС» представило в суд налоговые декларации за 2018-2019 гг. и оборотно-сальдовую ведомость об оплате суммы исчисленного НДС в государственный бюджет.

Также ООО «УДС» приобщило определение Арбитражного суда Тюменской области от 09.12.2021 г. по делу № А70-9468/2019, которым было утверждено мировое соглашение между кредиторами и ООО «УДС» в рамках процедуры банкротства последнего.

При этом, налоговых органов среди кредиторов ООО «УДС» не было, что свидетельствует об отсутствии у ООО «УДС» задолженности об уплате каких-либо налогов за истекшие периоды.

Представленные ООО «УДС» документы имеют существенное значение для установления обстоятельств по проведенной в отношении Общества выездной налоговой проверки, в т.ч. обстоятельств фактической уплаты спорным контрагентом Общества соответствующих сумм налога в государственный бюджет.

Кроме того, к дополнению к отзыву ООО «УДС» приложило в суд заверенные платежные поручения из банка об оплате сумм НДС за 2018-2019 гг., которые подтверждают тот факт, что ООО «УДС» исполнило свои обязательства, предусмотренные Налоговым кодексом РФ, в действительности отразило сделки с Обществом в своих Книгах продаж, исчислило и уплатило НДС, полученный в составе цены оказанных Обществу услуг.

По результатам рассмотрения искового заявления Арбитражным судом Тюменской области было вынесено решение от 26.10.2022 г. по делу № А70-12663/2022, которым были установлены обстоятельства добросовестности спорных контрагентов Общества и подтверждено исполнение ими гарантий и заверений, предусмотренных заключенными с Обществом договорами.

Так, на согласно данному решению судом установлено следующее. 

- в период с 2018-2019 гг. ООО «УДС» (ИНН 

<

***>) надлежащим образом были оказаны услуги по договорам. Все операции по взаимоотношениям с истцом отражены в книгах продаж за соответствующие периоды, в ИФНС России по г. Тюмени №3 представлены налоговые декларации по НДС с отражением суммы НДС по операциям с истцом, с данных сумм НДС исчислен и уплачен в бюджет.

- в период за 2018-2019 гг. ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» надлежащим образом были оказаны услуги по договору. Как указывает ФИО8, в ходе исполнения договора от ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» оформлялись счета-фактуры, акты сдачи-приемки выполненных услуг и путевые листы. Все необходимые документы, подтверждающие факт оказания услуг, были представлены в адрес ООО «ТНГСП» в ходе исполнения договора от 12.02.2018 № 02-02-2018. Иные первичные бухгалтерские документы, бухгалтерская и налоговая отчетность были переданы в адрес конкурсного управляющего ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ФИО7 в рамках процедуры банкротства (дело № А60-53277/2019), которая была начата 18.10.2019 и закончена 21.05.2021 ликвидацией ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Также, ФИО8 отметил, что в рамках процедуры банкротства ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» он не был привлечен к субсидиарной ответственности в качестве контролирующего лица должника, ввиду чего добросовестность и разумность его действий на посту генерального директора ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не могут быть поставлены под сомнение.

Таким образом,  как обоснованно указывает заявитель, Арбитражный суд Тюменской области в рамках дела № А70-12663/2022 установил юридически значимые обстоятельства того, что между Обществом и его контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» были заключены договоры, к каждому из которых были подписаны Приложения о заверении обстоятельств, являющиеся. неотъемлемой частью договоров; соответствующие гарантии и заверения были исполнены контрагентами путем оформления первичных-бухгалтерских документов и представления их в адрес Общества, отражения совершенных с Обществом сделок в налоговой отчетности, исчисления и уплаты сумм НДС в бюджет.

Добросовестность контрагентов Общества и исполнение ими предусмотренных договорами гарантий и заверений подтверждаются представленными контрагентами в Арбитражный суд Тюменской области отзывами на исковое заявление Общества, а также документами - налоговыми декларациями по НДС с книгами покупок и книгами продаж, а также платежными поручениями об уплате НДС в бюджет.

Кроме того, само участие контрагентов в судебном процессе и активное процессуальное поведение, отстаивание своих интересов и представление доказательств также подтверждает добросовестность контрагентов как реально и самостоятельно действующих юридических лиц.

Вследствие изложенного норма материального права статьи 54.1 НК РФ в отношении сделок Общества с ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не подлежит применению. 

На странице 5 оспариваемого решения Арбитражный суд Тюменской области обратил внимание на положения Гражданского кодекса РФ о свободе договора.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством (ст. 421 ГК РФ).

В силу п. 4. ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Конституционный суд РФ в Постановлении от 24.02.2004 г.. № 3-П отметил, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых руководителями юридических лиц, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса. Следовательно, суды не оценивают экономическую целесообразность управленческих решений, поскольку в силу объективные рискового характера предпринимательской деятельности существуют пределы в возможностях судов выявлять наличие в них деловых просчетов. То же справедливо и для налогового контроля. С учетом изложенного, налоговый орган как третье лицо не вправе влезать в природу гражданских отношений Общества с его контрагентами и по своему усмотрению диктовать способы и форму исполнения договоров, заключенных между сторонами.

Отказывая в удовлетворении требований Общества к спорным контрагентам, суд установил в ходе производства по делу юридически значимые обстоятельства исполнения контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» гарантий и заверений, предусмотренных заключенными с Обществом договорами.

Как обоснованно указывает заявитель, указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что вывод налогового органа об отсутствии у Общества экономического источника для вычета по НДС является предположительным, противоречит фактическим обстоятельствам дела и представленным спорными контрагентами в ходе судебного дела № А70-12663/2022 доказательствам, что в свою очередь свидетельствует о необоснованности и незаконности вынесенного налоговым органом Решения.

Налоговый орган  нарушил п. 3 ст. 54.1 НК РФ, пункт 21 Письма ФНС России от 10.03.2021 г. № БВ-4-7/3060@ и применил норму материального права п. 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ, не подлежащую применению, несмотря на соблюдение Обществом условий статей 168, 171-173 НК РФ, дающих Обществу право на применение налоговых вычетов по сделкам со спорными контрагентами.

Согласно пп. 2 п. 1 ст. 31 НК РФ налоговые органы вправе проводить налоговые проверки в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно п. 4 ст. 89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, если иное не предусмотрено настоящей главой.

Согласно пп. 12 п. 3 ст. 100 НК РФ в акте налоговой проверки, в том числе, указываются документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых.

Из совокупного анализа приведенных норм НК РФ следует, что выездная налоговая проверка проводится в отношении одного налогоплательщика, стоящего на учете в налоговом органе, а по результатам такой проверки выносится акт, в котором должны быть отражены документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, допущенных проверяемым налогоплательщиком.

В рассматриваемом же случае, претензии налогового органа сводятся к финансово-хозяйственной деятельности контрагентов Общества, которым налоговым органом вменяется отсутствие источника для возмещения НДС из бюджета.

При этом, у налогового органа фактически отсутствуют претензии по исчислению и уплате налогов проверяемым лицом - Обществом.

С учетом регулярного проведения камеральных налоговых проверок налоговых деклараций контрагентов Общества по налогу на добавленную стоимость, налоговый орган заведомо знал, что контрагенты Общества заявили налог на добавленную стоимость по сделкам с Обществом в налоговом регистре - Книге продаж.

Несмотря на это, по результатам проверки налоговый орган перекладывает на Общество обязанность по уплате налогов за третьих лиц (далее - спорные контрагенты), нарушая п. 3 ст. 54.1 НК РФ, за ООО «УДС» ИНН 

<

***>, ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ИНН 

<

***>.

10.03.2021 г. ФНС России вынесло письмо № БВ-4-7/3060®, которое было разослано во все территориальные органы для его применения при проведении любых мероприятий налогового контроля.

В пункте 21 Письма от 10.03.2021 г. № 58-4-7/3060(5), ФНС России указала, что в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда РФ, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате налога на добавленную стоимость, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 N 41-П, определения от 16.10.2003 N 329-0, от 10.11.2016 N 2561-0, от 26.11.2018 N 3054-О и др.).

Указанный подход нашел свое закрепление в пункте 3 статьи 54.1 Кодекса. Согласно данной норме при выполнении предусмотренного пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса требования об исполнении обязательств по сделке лицом, являющимся должником по ней, то обстоятельство, что данным лицом допущено нарушение налогового законодательства, не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания неправомерным уменьшения налогоплательщиком налоговой обязанности.

При применении указанных положений необходимо учитывать правовые позиции, выраженные в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 N 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 N 305-ЭС19-16064, согласно которым вступление в отношения с хозяйствующим субъектом, обладающим экономическими ресурсами, достаточными для исполнения сделки самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, обладающими такими ресурсами, дает разумно действующему налогоплательщику - покупателю основания ожидать, что сделка этим контрагентом будет исполнена надлежащим образом, а налоги при ее совершении -уплачены в бюджет. В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом.

Таким образом, негативные последствия неисполнения контрагентом, ведущим экономическую деятельность, обязанности по уплате налога на добавленную стоимость в должном размере могут быть возложены на налогоплательщика в виде отказа ему в праве на применение вычетов сумм данного налога при условии, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик знал о налоговых правонарушениях, допущенных контрагентом (в том числе в результате невыполнения контрагентом требований подпункта 2 пункта 2 статьи 54.1 Кодекса в отношении привлекаемых им поставщиков (субподрядчиков, соисполнителей), и извлекал выгоду из противоправного поведения контрагента за счет причинения ущерба бюджету Российской Федерации. Данный подход основывается на правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2021 N309-3C20-17277.

Налоговым органам следует доказывать, что налогоплательщик знал о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или иной подконтрольности, либо ввиду установления согласованных действий между указанными лицами, направленных на неуплату налога.

Следует также учитывать, что получение выгоды налогоплательщиком может выражаться в установлении цены приобретения товаров (работ, услуг) в размере, который существенно ниже рыночной стоимости.

Однако указанные выше условия в отношении Общества и спорных контрагентов в ходе проведения выездной налоговой проверки не установлены.

Судебная коллегия апелляционной инстанции так же как и суд первой инстанции считает, что Общество и спорные контрагенты не являются взаимозависимыми лицами и не могут влиять на принятие управленческих решений друг друга.

Ввиду изложенного , в настоящем случае, Общество, как контрагент третьего и четвертого звена, не может нести ответственность по сделкам спорных контрагентов с иными лицами, поименованными в Акте налоговой проверки и оспариваемом Решении.

В материалах выездной налоговой проверки имеются выписки по расчетным счетам спорных контрагентов ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Из данных банковских выписок налоговым органом было однозначно установлено, что каждый из контрагентов осуществлял самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность и нес как сопутствующие расходы на аренду, выплату заработной платы, оплату налогов и сборов, так и непосредственные расходы, связанные со своей предпринимательской деятельностью.

Комментируя статью 54.1 НК РФ, ФНС России в письмах от 16.08.2017 г. № СА-4-7/16152@ и от 31.10.2017 г. № ЕД-4-9/22123@ разъяснила, что для ее применения необходимо доказывать не только сам факт наличия в цепочке потенциально «недобросовестного» контрагента, но и умысел проверяемого налогоплательщика, направленный на целенаправленное создание условий для получения необоснованной налоговой выгоды.

О наличии такого умысла могут свидетельствовать:

Во-первых, установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику. В данном случае будет рассматриваться как юридическая,, так и фактическая взаимозависимость.

Конституционный суд РФ в Определении от 25.01.2001 г. №; 138-0 указал, что в налоговых отношениях действует презумпция добросовестности налогоплательщиков, и обязанность доказывания недобросовестности налогоплательщика при перечислении средств в бюджет лежит на налоговом органе.

Из Определения Конституционного суда РФ от 16.10.2003 г. № 329-0 также следует, что налогоплательщик не несет ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления: налогов в бюджет. Возложение негативных последствий неисполнения контрагентами своих налоговых обязанностей на заявителя является неправомерным и противоречит положениям НК РФ.

Как следует из абз. 18 и 19 письма ФНС России от 31.10.2017 г. № ЕД-4-9/22123@, в актах и решениях по результатам налоговых проверок налоговые органы должны указывать обстоятельства, свидетельствующие о возможности влияния проверяемого налогоплательщика (его должностных лиц) на условия и результат экономической деятельности, манипулирования условиями, сроками и порядком осуществления расчетов по сделкам (операциям), искусственного создания условий для использования налоговых преференций.

При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операций), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету.

Согласно пункта 21 Письма ФНС и Определения Верховного суда РФ от12.12.2018г. № 304-КГ18-20034 по делу № А45-5016/2017 для вменения налогоплательщику получения необоснованной налоговой выгоды налоговому органунеобходимо доказать, что Общество имело возможность оказывать влияние нафинансово-хозяйственную деятельность своих контрагентов. К таким доказательствамотносятся единая производственная база, единые номера телефонной связи, руководство компаниями одним и тем же лицом.

Однако Обществом и его спорными контрагентами руководили разные лица, которые не являются ни взаимозависимыми лицами, ни родственниками.

У каждой из компании была своя производственная база, свой штат работников; компании получали свой доход. Компании находились в разных субъектах, ввиду чего не могли управляться одними и теми же лицами.

Опровергающие доказательства в материалах выездной налоговой проверки по данному факту отсутствуют.

Для применения п. 1 ст. 54.1 НК РФ налоговый орган должен доказать, что основной целью заключения Обществом сделок являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии.

Ввиду изложенного, как указывает заявитель, налоговый орган нарушил п. 3 ст.54.1 НК РФ, который устанавливает, что в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Тем самым, налоговым органом было допущено нарушение норм материального права положений п. 2 ст. 54.1. НК РФ, которыми предусмотрены условия, при одновременном соблюдении которых, в случае отсутствия обстоятельств, установленных п. 1 ст. 54.1. НК РФ, налогоплательщик вправе по имевшим место сделкам (операциям) уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ. К таким условиям относятся следующие обстоятельства: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Таким образом, п. 2 ст. 54.1. НК РФ вводятся два требования, соблюдение которых позволит налогоплательщику рассчитывать на получение налоговой выгоды: основной целью совершения сделки не должна быть неуплата налога, т.е. у сделки есть деловая цель, сделка носит экономически обоснованный характер, и сама сделка (операция) исполняется непосредственно заявленным налогоплательщиком контрагентом первого звена, либо лицом, которому обязательство по исполнению сделки передано по договору или в силу закона.

В рассматриваемом случае оба указанных условия соблюдены - сделки Общества со спорными контрагентами носят экономически обоснованный характер и исполнены непосредственными исполнителями по сделкам, что подтверждается подписанными с обеих сторон первичными бухгалтерскими документами (УПД, совмещающими в себе счета-фактуры и акты выполненных работ), актами сдачи-приемки выполненных услуг и иными документами, представленными в ходе проверки, а также ответами контрагентов на Требования, полученными налоговым органом в ходе налоговой проверки.

При этом, как в рамках выездной налоговой проверки, так и к Возражению от 09.11.2021 г. на Акт налоговой проверки от Обществом были представлены Приложения о заверении обстоятельств к договорам, заключенным со спорными контрагентами.

Так, при заключении договоров с контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», в силу статьи 431.2 ГК РФ Общество в письменном виде произвело заверение обстоятельств, которые гарантировали, что:

-           Поставщиком (Исполнителем) уплачиваются все налоги и сборы в соответствии с действующим законодательством РФ, а также ведется и своевременно подается в налоговые и иные государственные органы налоговая, статистическая и иная государственная отчетность несоответствии с действующим законодательством РФ;

-           все Операции Поставщика (Исполнителя) полностью отражены в первичной документации, в бухгалтерской, налоговой, статистической и любой иной отчетности, обязанность по ведению которой возлагается на Поставщика (Исполнителя);

[Поставщик (Исполнитель) гарантирует и обязуется отражать в налоговой отчетности налог на добавленную стоимость (НДС), уплаченный Обществом в составе цены услуг;

Поставщик (Исполнитель) несет ответственность за достоверность сведений, занесенных в книгу продаж по каждой хозяйственной операции, совершенной с Покупателем (Заказчиком);

Поставщик (Исполнитель) представляет Обществу полностью соответствующие действующему законодательству РФ первичные документы, которыми оформляется оказание, а также ежеквартально Исполнитель предоставляет Заказчику книгу продаж со всеми первичными документами.

Таким образом, учитывая заверения Поставщика (Исполнителя) и в целях контроля добросовестного исполнения контрагентами своих обязательств по отражению совершенных с Обществом операций в своем бухгалтерском и налоговом учете, Общество запрашивало у контрагентов книги продаж.

Соответствующие выписки из книг продаж спорных контрагентов были как самостоятельно представлены Обществом, так и установлены ранее налоговым органом в ходе проверки, о чем свидетельствует анализ Книг продаж спорных контрагентов по тексту Решения.

Общество повторно представляло Приложения о заверении с ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» за 2019 г. в качестве приложения к Возражению на Акт от 10.11.2021 г.

Следовательно, налоговому органу были известны юридически значимые факты как отражения спорными контрагентами полученных от Общества доходов в своих книгах продаж, так и отсутствия потерь для бюджета по сделкам между Обществом и ООО «УДС», ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Тем самым, уже на этапе переговоров о заключении договоров Общество отбирало только добросовестных контрагентов, т.к. договоры заключались только при согласии контрагентов на условия сотрудничества.

Предусмотренные негативные последствия за нарушение заверений являются эффективным механизмом для обеспечения добросовестности контрагентов^ и гарантируют реальное исполнение контрагентами принятых себя обязательств под угрозой наложения на них штрафных санкций в судебном порядке.

Имеющиеся в материалах выездной налоговой проверки налоговые регистры - Книги продаж спорных контрагентов за проверяемые периоды, как представленные Обществом, так и самостоятельно полученные налоговым органом, составлены в соответствии с нормами действующего бухгалтерского и налогового учета, в них отражены все совершенные операции с Обществом, ввиду чего у Общества отсутствовали основания сомневаться в факте отражения в налоговых декларациях данных контрагентов по НДС дохода от оказания услуг (поставки товаров) Обществу.

Помимо представленных в ходе налоговой проверки первичных документов и Книг продаж, факт реального совершения сделок между Обществом и спорными контрагентами был подтвержден также иными доказательствами, собранными налоговым органом, в т.ч. свидетельскими показаниями руководителей Общества и спорных контрагентов, а также их сотрудников. Однако налоговый орган умышленно искажает, установленные юридические факты, оспаривая реальность совершенных сделок. Подробный анализ сделок и собранных доказательств в подтверждение их реальности приведен ниже по тексту искового заявления.

Как следует из материалов дела, предметом договоров, заключенных между Обществом и ООО «УДС» являлось оказание услуг, связанных с непосредственной финансово-хозяйственной деятельностью Общества, а именно: оказание комплекса услуг по оставлению отчетности при осуществлении Строительного контроля за соблюдением проектных решений и качествостроительства, обеспечению приемки в эксплуатацию законченных строительством Объектов.

Статьей 53 Градостроительного кодекса РФ установлено, что в процессе строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства в целях проверки соответствия выполняемых работ проектной документации, требованиям технических регламентов, результатам инженерных изысканий, требованиям градостроительного плана земельного участка проводится строительный контроль.

Согласно пункту 3 Положения о порядке проведения строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 г. № 468, строительный контроль проводится лицом, осуществляющим строительство (подрядчиком), а также застройщиком, заказчиком либо организацией, осуществляющей подготовку проектной документации и привлеченной заказчиком (застройщиком) по договору для осуществления строительного контроля (заказчик).

Основной деятельностью Общества является строительный контроль, услуги по осуществлению которого Общество оказывает своим контрагентам-Заказчикам. При этом, условиями заключенных с Заказчиками договоров предусмотрено что Общество, как Исполнитель, вправе оказывать услуги своими силами (с привлечением штатных сотрудников), а также привлекать иных лиц на договорной основе для оказания определенной части услуг.

При этом, у Общества не было необходимости в согласовании спорных контрагентов в качестве субподрядчиков, так как главной целью согласования субподрядных организаций с Заказчиками является обеспечение доступа сотрудников субподрядных организаций непосредственно на нефтяные месторождения, где действует строгая пропускная система.

В случае отсутствия необходимости в посещении нефтяных месторождений субподрядчиками, согласование их с Заказчиками не является обязательным, т.к. такие «субподрядчики» выполняют работу (составляют отчеты) по своему местонахождению на основании ежедневных отчетов инженеров, передаваемых Обществом:.

Таким образом, как указывает заявитель, он самостоятельно осуществляет строительный контроль на объектах заказчика, при этом привлекает на договорной основе иных лиц для оформления результатов входного контроля поступающего оборудования и материалов и строительного контроля. При этом, указанные привлеченные лица не являются субподрядчиками в привычном понимании, т.к. они не выполняют работы на объектах Заказчиков от лица Общества, а оказывают услуги для самого Общества, систематизируя в сводные отчеты информацию, полученную Обществом в результате ежедневного контроля, осуществляемого на месторождениях.

Результаты контроля оформляются в форме отчетов, для составления которых необходим сбор первичной документации по осуществлению входного и строительного контроля в соответствии с техническими особенностями строительства каждого отдельного объекта.

В штат Общества входят специалисты (инженеры СК), осуществляющие непосредственный технический контроль на объектах, но их квалификация, график и условия работы не позволяют составлять сводные отчеты по осуществлению входного и инженеров СК.

При этом заявитель указывает на следующую цепочку составления сводного отчета на примере сводного отчета за август 2019 г., выполненного контрагентом ООО «УДС» ИНН 

<

***> в рамках Договора на оказание консалтинговых услуг по составлению отчетности по ведению строительного контроля от 04.03.2016 г. № 1080.

Сотрудники Общества на месторождениях составляли ежедневные отчеты в которых справочно фиксировали информацию о ходе выполнения строительных работ в рамках осуществления строительного контроля в форме фото-отчетов с краткими пояснениями за каждый день выполнения строительных работ. 

Впоследствии указанные ежедневные отчеты передавались контрагенту, оказывающему консалтинговые услуги (ООО «УДС»), для составления на их основания сводного отчета о проведении работ по строительному контролю за календарный месяц.

Так, в рамках исследуемого Договора от 04.03.2016 г. № КВОконтрагентом  ООО «УДС» была составлена Сводная отчетность по строительному контролю на объекте: «Установка сепарации нефти на ДНС Имилорского + Западно-Имилорсрго месторождения» (1,2 этап), «Опорная база освоения Имилорского + Западно-Имилорского месторождения» (1 этап) за период с 30.07.2019 г. по 29.08.2019 г. в 2 томах.

При этом, как указывает Общество, содержание отчетов спорных контрагентов Общества не повторяет ежедневные отчеты, составленные самим Обществом, а представляет собой систематизированную и структурированную информацию о строительном контроле на объекте Заказчика, представленную в виде таблиц. 

При этом, как указывает Общество, Обращение к контрагентам за консалтинговыми услугами по составлению сводной отчетности было необходимо для контроля и отслеживания наличия актов устранения  предписаний.

Необходимость составления сводной отчетности в целях контроля действий инженеров и выдаваемых ими предписаний продиктована наличием в заключенных с Заказчиками договорах значительных штрафных санкций в отношении Общества, а именно — 10% от стоимости наряд заказа (от 500 000 рублей — до 3 000 000 рублей) за каждый факт нарушения.

Систематизация аналитических материалов, составляемых на основании отчетных материалов с объектов, в целях архивации информации о ходе строительства, о контролируемых объектах, о проделанной работе инженерами на объекте (предписания, замечания, фотоотчеты).

Анализ систематизированных материалов позволяет вносить корректировки в действия инженеров, работающих на объектах, что повышает качество оказываемых услуг, позволяет избежать единичных штрафов от 50 000 рублей -до 500 000 рублей за каждый случай.

На основании аналитической записки, составляемой в рамках оказания консалтинговых услуг, Общество получает информацию о ходе строительно-монтажных работ на объекте, о графиках производства работ, о качестве ведения строительно-монтажных работ, о темпах оформления исполнительной документации; о предложениях по исправлению допущенных несоответствий и ликвидации отставания по строительно-монтажным работам и т.д.

При этом, налоговый орган приходит к выводу о том, что спорные контрагенты не могли оказывать Обществу консалтинговые услуги по составлению сводной отчетности, т.к. не привлекались в качестве субподрядчиков.

В то же время, как было отмечено ранее, Общество не имело необходимости согласовывать контрагента ООО «УДС» в качестве своего субподрядчика, т.к. данный контрагент оказывал Обществу услуги составления сводной отчетности по месту своего нахождения (в офисе), сотрудники контрагента не выезжали на месторождения, ввиду чего не являлись субподрядчиками в прямом смысле.

Данное обстоятельство согласуется с ответами Заказчиков Общества о том, что Общество не привлекало субподрядные организации.

Указанные ответы Заказчиков Общества были собраны налоговым органом в рамках выездной налоговой проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг. и представлены в адрес Общества совместно с Актом налоговой проверки от 28.04.2022 г. № 17-10/8097:

В то же время, из имеющихся в материалах дела ответов Заказчиков Общества также не следует тот факт, что сводная отчетность фактически составлялась инженерами СК самого Общества, т.к. согласно условиям заключенных договоров не предусмотрено представление сведений о сотрудниках, которые фактически осуществляют работы (оказывают услуги).

С учетом изложенного, Общество оформляло ежедневные отчеты по строительному контролю, которые, являясь документами авторства самого Общества, впоследствии передавались в адрес спорного контрагента ООО «УДС», который на их основании составляли сводные отчеты.

При этом, Общество не обязано было запрашивать у Заказчиков разрешения на вывоз документов и информации, принадлежащей Заказчикам, т.к. в адрес ООО «УДС» передавались ежедневные отчеты, которые на момент их составления являлись единоличной интеллектуальной собственностью самого Общества

Как отмечалось ранее, составление сводных отчетов является систематизацией и структуризацией данных самого Общества, а не его Заказчиков напрямую, ввиду чего такая информация может быть передана третьим лицам.

На основании переданных ежедневных отчетов, контрагент ООО «УДС» составлял сводную отчетность по строительному контролю по месту своего местонахождения, ввиду чего не являлись фактическими субподрядчиками, т.к. оказывал услуги не Заказчикам Общества, а самому Обществу.

Фактическое оказание услуг Обществу было подтверждено самим контрагентом ООО «УДС» путем представления ответов на требования, выставленные в рамках выездной налоговой проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг. на основании поручений налогового органа.

Указанные ответы ООО «УДС» были представлены налоговым органом в адрес Общества самостоятельно совместно с Актом налоговой проверки от 28.04.2022 г. № 17-10/8097:

При этом, тот факт, что ответ от 03.11.2021 г. № б/н был дан не генеральным директором общества, конкурным управляющим при этом документы по взаимоотношениям с Обществом были представлены, свидетельствует о том, что услуги от контрагента ООО «УДС» были оказаны Обществу в действительности, т.к. конкурсный управляющий является независимым и незаинтересованным лицом, на действия которого не мог повлиять ни бывший директор ООО «УДС», ни иные третьи лица.

Дополнительно стоит отметить, что в рамках подготовки Возражений на Дополнения к Акту от 20.10.2021 г. № 18-09/18245, Общество в целях самостоятельного получения дополнительных доказательств реального осуществления сделок, 30.03.2022 г. направило в адрес ООО «УДС» запрос исх.№ 077 с просьбой предоставить информацию о наличии в штате ООО «УДС» сотрудников с соответствующей квалификацией, необходимой для оказания услуг Обществу в рамках исполненных Договоров.

В своем ответе от 04.04.2022 г. исх. № 21 ООО «УДС» подтвердило наличие в штате квалифицированных специалистов для оказания консалтинговых услуг по составлению отчетности при осуществлении строительного контроля, а также указало на факт представления первичных бухгалтерских документов по взаимоотношением с Обществом в рамках встречных проверок.

Также 01.06.2022 г. Обществом был получен ответ от ООО «УДС» на досудебную претензию, в котором ООО «УДС» сообщило, что ФИО6 неоднократно являлся на допрос в налоговый орган и давал показания относительно финансово-хозяйственной деятельности ООО «УДС» и, в частности, сделок с Обществом.

Указанное подтверждается приложенными к ответу ООО «УДС» копиями протоколов допроса ФИО6 - Протокол допроса ИФНС России по г. Тюмени № 3 от 04.06.2020 г. б/н, Протокол допроса МИФНС № 25 по Свердловской области от 28.01.2021 г. б/н.

Согласно Протоколам, в ходе допросов ФИО6 дал пояснения по финансово-хозяйственной деятельности ООО «УДС», назвал основных заказчиков в период, в том числе и Общество.

Кроме того, в правовом поле имеется два вступивших в законную силу судебных акта Арбитражного суда г. Москвы по взысканию контрагентом ООО «УДС» задолженности по оказанным Обществу услугам за проверяемые налоговым органом периоды:

ООО «УДС» обратилось с исковым заявлением к Обществу о взыскании денежных средств в размере 12 194 108 руб. 45 коп. из них: задолженность в счет оплаты услуг на основании договора №297 от 15.03.2017г. (Акт №472 от 24.10.2017г., №473 от 24.11.2017г.) в размере 8 433 000 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 22.04.2018 г. по 01.06.2018 г. в размере 19 269 руб.;

задолженность в счет оплаты услуг на основании договора №298 от 04.04.2017г. (Акт №476 от 24.11.2017г.) в размере 1 500 000 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23.05.2018 г. по 01.06.2018 г. в размере 2 979 руб. 45 коп.;

задолженность в счет оплаты услуг на основании договора №296 от 04.04.2017г. (Акт №261 от 18.09.2017г.) в размере 2 205 000 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17.03.2018г. по 01.06.2018г. в размере 33 860 руб.; государственной пошлины в размере 83 971 руб. 00 коп.

На странице 2 оспариваемого  решения суд установил факт заключения Договоров между ООО «УДС» и Обществом, а также привел основные положения заключенных Договоров На странице 3 указанного Решения суд установил: «По договору №297 от 15.03.2017 факт оказания услуг подтверждается следующими актами оказанных услуг №129 от 23.06.2017, №262 от 25.07.2017, №263 от 25.08.2017, №264 от 25.09.l017, №472 от 24.10.2017, №473 от 24.11.2017 на общую сумму 52 628 000 руб.

По договору №298 от 04.04.2017 факт оказания услуг подтверждается следующими актами оказанных услуг №130 от 16.06.2017, №265 от 20.07.2017, №266 от 20.08.2017, №475 от 24.10.2017, №476 от 24.11.2017 на общую сумму 25 747 600 руб.

По договору №296 от 15.06.2017 факт оказания услуг подтверждается следующими актами оказанных услуг №125 от 19.06.2017, №260 от 18.08.2017, №261 от 18.09.2017, №469 от 19.10.2017, №470 от 17.11.2017 на общую сумму 30 688 000 руб.»

На основании изложенного, исковые требования ООО «УДС» к Обществу были удовлетворены в полном объеме.

11.01.2019 г. ООО «УДС» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.03.2019 г. заявление ООО «УДС» было признано обоснованным, в отношении Общества была введена процедура наблюдения. В третью очередь реестра требований кредиторов Общества было включено требование ООО «УДС» в размере 12 278 079 руб. 45 коп.

Впоследствии в реестр требований кредиторов Общества были также включены требования ФИО11 в размере 599 478,43 руб.

15.05.2021 г. между сторонами было достигнуто мировое соглашение, которое было утверждено Арбитражным судом г. Москвы Определением от 25.06.2021 г.

Согласно пункту 1.3.1. мирового соглашения сумму задолженности перед Кредиторами Общество обязуется уплачивать равными платежами ежемесячно не позднее последнего банковского дня соответствующего месяца по 1/8, что составляет 1 435 661,07 руб., в том числе:1 374 971,74 руб. в пользу ООО «УДС»,60 689,33 руб. в пользу ФИО11.

Указанные судебные акты были приложены Обществом к Возражению на Акт от 10.11.2021 г.

Согласно пункту 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Арбитражным судом г. Москвы установлена действительность сделок и реальность финансово-хозяйственных отношений между Обществом и ООО «УДС», в т.ч. реальность заключения Договоров оказания услуг, неисполнение обязательств по оплате которых послужило основанием для обращения ООО «УДС» в суд с заявлением о взыскании с Общества задолженности, а впоследствии - о признании Общества банкротом.

Таким образом, как указывает Общество, самостоятельно полученные налоговым органом в ходе проведения тематической выездной проверки Общества по НДС за 2019 г. и комплексной выездной проверки Общества по всем налогам за 2018-2020 гг. письменные доказательства свидетельствуют о том, что контрагент ООО «УДС» надлежащим образом подтвердил реальность сделки с Обществом, в т.ч. путем представления первичных бухгалтерских документов, оформленным по сделкам, что подтверждает реальность понесенных Обществом расходов на оплату услуг ООО «УДС», а также право Общества на получение налоговых вычетов по НДС на основании счетов-фактур, выставленных спорным контрагентом по результатам оказания услуг Обществу.

При этом, факт оказания спорным контрагентом услуг непосредственно Обществу без статуса субподрядчика, согласованного с Заказчиками Общества, не свидетельствует о том, что сводная отчетность по строительному контролю фактически не составлялась, или что такая сводная отчетность была составлена не ООО «УДС», а иными Лицами (в т.ч. самим Обществом).

При этом, как указывает Общество, составление инженерами Общества именно ежедневной, а не сводной отчетности, а также их непричастность к каким-либо субподрядным организациям или к контрагенту ООО «УДС» были подтверждены самими инженерами Общества в ходе допросов.

Вместе, с тем, относительно Протоколов допроса свидетелей, полученных в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении Общества, Общество указываетследующее.  .

28.03.2022 г. Обществом было получено Дополнение к Акту налоговой проверки от 23.03.2022 г.№ 18-09/19.

Согласно пункту 6 статьи 101 НК РФ решение о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля выносится налоговым органом в случае необходимости получения дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых.

В решении о назначении дополнительных мероприятий налогового контроля излагаются обстоятельства, вызвавшие необходимость проведения таких дополнительных мероприятий, указываются срок и конкретная форма их проведения.

В качестве дополнительных мероприятий налогового контроля может проводиться истребование документов в соответствии со статьями 93 и 93.1 настоящего Кодекса, допрос свидетеля, проведение экспертизы.

Согласно пункту 6.1 статьи 101 НК РФ в дополнении к акту налоговой проверки фиксируются: начало и окончание дополнительных мероприятий налогового контроля, сведения о мероприятиях налогового контроля, проведенных при осуществлении дополнительных мероприятий налогового контроля, а также полученные дополнительные доказательства для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых, выводы и предложения проверяющих по устранению выявленных нарушений и ссылки на статьи настоящего Кодекса в случае, если настоящим Кодексом предусмотрена ответственность за эти нарушения законодательства о налогах и сборах.

Дополнение к акту налоговой проверки должно быть составлено и подписано должностными лицами налогового органа, проводящими дополнительные мероприятия налогового контроля, в течение пятнадцати дней со дня окончания таких мероприятий.

Дополнение к акту налоговой проверки с приложением материалов, полученных в результате проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, в течение пяти дней с даты этого дополнения должно быть вручено лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителю), под расписку или передано иным способом, свидетельствующим о дате его получения указанным лицом (его представителем), если иное не предусмотрено настоящим пунктом.

Из приведенных норм материального права однозначно следует, что дополнительные мероприятия налогового контроля проводятся в целях получения дополнительных доказательств совершения нарушений законодательства о налогах и сборах и данные дополнительные доказательства должны быть приложены к дополнению к акту, составленному по результатам дополнительных мероприятий.

Согласно решению от 01.02.2022 г. № 18-10/12доп и дополнению к Акту от 23.03.2022 г. № 18-09/19, дополнительные мероприятия налогового контроля в отношении Общества проводились в срок с 01.02.2021 г. по 01.03.2021 г.

При этом, список на странице 1-9 Дополнения к Акту содержит указание на то, что дополнительные мероприятия налогового контроля, проведенные налоговым органом за пределами срока для их проведения.

Отмечено что Дополнение к Акту датировано 23.03.2022 г., при этом на стр. 9 указаны Поручения об истребовании документов (информации), датированные 25.03.2022 г.

То есть, в Дополнении к Акту содержатся ссылки на Поручения, которые были изготовлены и направлены после его составления. Указанное свидетельствует о том, что фактически Дополнение к Акту составлено не 23.03.2022 г., а в более позднюю дату.

В пункте 27 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 г. N 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» отмечено, что из взаимосвязанного толкования положений статей 88, 89, 93, 93.1 (пункты 1 и 1.1) и 101 НК РФ следует, что истребование у налогоплательщика, его контрагентов или иных лиц (в том числе государственных органов) документов, касающихся деятельности налогоплательщика, допускается лишь в период проведения в отношении этого налогоплательщика налоговой проверки либо дополнительных мероприятий налогового контроля.

В связи с этим судам следует исходить из того, что требование о представлении необходимых документов может быть направлено налоговым органом указанным лицам только в пределах сроков, предусмотренных соответственно пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89 и пунктом 6 статьи 101 Кодекса.

Поэтому, принимая во внимание положения пункта 4 статьи 101 НК РФ, согласно которым при рассмотрении материалов налоговой проверки не допускается использование доказательств, полученных с нарушением НК РФ, доказательства, истребованные налоговым органом после истечения указанных сроков, не могут быть учтены налоговым органом при рассмотрении материалов налоговой проверки.

Выездная налоговая проверка в отношении Общества проводилась с 25.12.2020 г. и была окончена 20.08.2021 г., что подтверждается Справкой о проведенной выездной налоговой проверке от 20.08.2021 г. № 18-09/55.

При этом, Дополнение к Акту построено на доказательствах, полученных после 20.08.2021 г., т.е. после окончания выездной налоговой проверки, что самостоятельно подтверждает налоговый орган на стр. 10 Акта:

«В рамках проведения дополнительных мероприятий Инспекцией получен ответ по направленному поручению № 18-05/22517 от 15.12.2021 в ИФНС по г. Мытищи Московской области по взаимоотношениям с ООО «Леруа Мерлен Восток» и ООО « Урал ТрансСервис»»

Таким образом, как обоснованно указывает Общество, налоговый орган искажает юридически значимые обстоятельства дела, так как указанный выше ответ от ООО «Леруа Мерлен Восток» был представлен в ответ на поручение, направленное в декабре 2021 г., т.е. в промежуток между окончанием налоговой проверки (20.08.2021 г.) и принятием решения о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля (01.02.2022 г.).

Кроме того, как обоснованно указывает Общество, далее по тексту дополнения к акту налоговый орган ссылается на допросы свидетелей, которые были получены за рамками проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, а именно:

(стр. 13-15): Протокол допроса свидетеля ФИО12 от 16.03.2021 г. б/н, (стр. 16-17): Протокол допроса свидетеля ФИО13 от 13.05.2021 г. № 426, (стр. 17-19): Протокол допроса свидетеля ФИО14 от 03.08.2021 г. № 563, (стр. 19-20): Протокол допроса свидетеля ФИО14 от 31.05.202;1 г. № 465, (стр. 21г22): Протокол допроса свидетеля ФИО15 от 27.05.202i г. № 456, (стр. 22-24): Протокол допроса свидетеля ФИО16. от 14.05.2021 г. № 430. Указанные Протоколы допроса не были упомянуты в тексте Акта налоговой проверки и приложены к нему в качестве доказательств, подтверждающих совершение Обществом налогового правонарушения.

При этом, как  указывает Общество, данные Протоколы допроса не могли лечь в основу дополнения к акту, так как получены в марте и мае 2021 г., т.е. за рамками дополнительных мероприятий налогового контроля (01.02.2022 г. - 01.03.2022 г.).

Указанные Протоколы допроса приложены налоговым органом к Дополнению к Акту наряду с Протоколом допроса свидетеля ФИО17 от 14.03.2021 г. б/н, что противоречит пункту 6.1 статьи 101 НК РФ, т.к. данные Протоколы допроса не являются материалами, полученными в рамках проведения дополнительных мероприятий налогового контроля.

С учетом изложенного, как указывает Общество, материалы, на которых налоговый орган основывает свое Дополнение к Акту - ответ ООО «Леруа Мерлен Восток» и Протоколы допроса ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 -подлежали Исключению из материалов налоговой проверки в отношении Общества, в связи с чем Обществом в адрес налогового органа было направлено Ходатайство об исключении документов из материалов выездной налоговой проверки от 06.04.2022 г.   

Однако отдельный ответ на Ходатайство Общества от налогового органа так и не поступил.

С учетом изложенного, как указывает Общество, указанные выше документы (ответ от ООО «Леруа Мерлен Восток» и протоколы допросов) не могут быть учтены в качестве доказательств, т.к. их исключение из материалов налоговой проверки в связи с нарушением порядка их получения, презюмируется.

При этом, низкая осведомленность инженеров СК Общества относительно реального характера оказания Заказчикам строительного контроля и фактической формы оказания услуг подтверждается ответами инженеров на 19 вопрос, заданный в ходе допросов, относительно осуществления авторского надзора Обществом.

Часть инженеров СК однозначно заявили, что авторский надзор осуществлялся, однако не смогли пояснить, кем конкретно. При этом, иные инженеры СК, наоборот, пояснили, что авторский надзор не осуществлялся, или что им не известно о его осуществлении.

Фактически же при оказании Обществом услуг строительного контроля Заказчикам отдельная процедура авторского надзора не осуществлялась.

В соответствии с частью 1 статьи 53 Градостроительного кодекса РФ проверкасоответствия выполняемых работ проектной документации является одной из составляющей строительного контроля.

Проведение указанных работ является в силу статьи 53 Градостроительного кодекса РФ обязательным, тогда как привлечение лица, осуществляющего подготовку проектной документации, для проверки соответствия выполняемых работ проектной документации (авторский надзор), согласно части 2 статьи 53 Градостроительного кодекса РФ осуществляется по инициативе застройщика или технического заказчика.

Положениями градостроительного законодательства установлено, что осуществление строительного контроля при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте обязательное, а проведение авторского надзора возможно только в том случае, если в проектной документации имеется архитектурная часть.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 39 и частью 1 статьи 41 Федерального закона от 30.12.2009 г. N 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» строительный контроль является обязательной формой оценки соответствия зданий и сооружений, а также связанных со зданиями и с сооружениями процессов проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки и утилизации (сноса), а авторский надзор - добровольной.

Таким образом, как обоснованно указывает Общество, показания инженеров СК Общества о проведении на объектах авторского надзора, не соответствующие действительности, свидетельствуют о том, что зоной ответственности инженеров СК являлось выполнение их непосредственных обязанностей по осуществлению ежедневного строительного контроля, и в их полномочия не входили ни систематизация полученных данных (составление сводной отчетности), ни взаимодействие с субподрядчиками или иными контрагентами Общества.

При этом, как указывает Общество, низкая осведомленность инженеров СК относительно контрагентов и субподрядчиков Общества подтверждается тем фактом, что в качестве «субподрядчиков» некоторые из допрошенных инженеров называют организации, которые фактически в качестве субподрядчиков Общества никогда не согласовывались (ООО «Глостер», ООО «НГС», ООО «Аргос Кедр», ООО «Крокус ХМ»).

При этом, инженер СК ФИО18 (Протокол допроса от 25.11.2021 г. б/н) пояснил, что данные субподрядчики оказывали услуги для ПАО «Роснефть», а не для Общества, из чего следует вывод, что иные инженеры в качестве субподрядных организаций также называли субподрядчиков Заказчиков Общества.

Таким образом, как указывает Общество, все инженеры Общества подтвердили, что в их должностные обязанности входил контроль качества строительных работ непосредственно на местах оказания услуг Заказчикам, а составление сводной отчетности, инженерами не осуществлялось.

При таких условиях реальное оказание спорным контрагентом ООО «УДС» консалтинговых услуг по составлению сводной отчетности не может ставиться под сомнение, так как иные лица, которые могли бы составить сводную отчетность вместо спорного контрагента, налоговым органом не установлены.

Также налоговым органом не были допрошены сотрудники ООО «УДС», как и не исследован вопрос о привлечении контрагентом лиц по гражданско-правовым договорам, ввиду чего факт отсутствия у ООО «УДС» квалифицированных специалистов, чья компетенция; позволяет изготовить сводные отчеты по строительному контролю, налоговым органом не установлен.

Тем самым, как указывает Общество, свидетельские показания инженеров Общества, ответы Заказчиков Общества и самого ООО «УДС», свидетельские показания руководителя ООО «УДС» ФИО6, подтверждают факт реального оказания консалтинговых услуг по составлению отчетности от ООО «УДС» в адрес Общества.

Заключение Договоров с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» было также продиктовано производственной необходимостью и связано с осуществлением Обществом своей финансово-хозяйственной деятельности, т.к. Общество оказывает услуги контрагентам на разных строительных площадках, территориально удаленных друг от друга, ввиду чего нуждается в транспортных услугах по перевозке пассажиров и грузов.

Оказанные Обществу услуги ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» отразило в своей бухгалтерской и налоговой отчетности, что подтверждается прикладываемыми выписками из Книг продаж ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» за 2018-2020 гг., которые были представлены Обществу по запросу в соответствии с условиями заключенного Договора.

Реальность оказания Обществу услуг контрагентом ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не может ставиться под сомнение, т.к. исполнение заключенного Договора подтверждено полным пакетом первичных бухгалтерских документов, а на момент заключения и исполнения Договора ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» являлось действующей организацией, что подтверждается данными из открытых источников.

Тем самым, как обоснованно указывает Общество, фактическое исключение юридического лица ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» из ЕГРЮЛ 21.05.2021 г. по результатам окончания в отношении него процедуры банкротства само по себе не может свидетельствовать о нереальности оказания контрагентом ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» транспортных услуг Обществу в проверяемом выездной налоговой проверкой периоде.

Так, согласно данным сервиса «Прозрачный бизнес», ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» создано 22.01.2018 г. и стояло на учете в МИФНС № 25 по Свердловской области. Среднесписочная численность работников ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» по состоянию на 2018 г. составляла 3 человека, по состоянию на 2019 г. - 2 человека.

На момент заключения и исполнения Договора с ООО « УРАЛТРАНССЕРВИС», данная компания являлась действующей организацией и не имела признаков фирмы-однодневки. По состоянию на 2019 г. сведения о непредставлении ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» налоговой отчетности отсутствуют. При этом, ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» имело задолженность только по уплате налога на доходы физических лиц и страховых взносов, что лишний раз подтверждает наличие у компании сотрудников. В то же время, задолженности по иным налогам и сборам, в т.ч. НДС, ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не имело. По данным за 2018 г. сумма доходов компании составила 75 766 000 рублей, за 2019 г. - 86 103 000 рублей.

Таким образом, как обоснованно указывает Общество, на момент заключения договоров с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» Общество не могло заранее предположить, что в 2021 г. совершенные с данным контрагентом сделки будут поставлены под сомнение, т.к. ООО « УРАЛТРАНССЕРВИС» являлось самостоятельным и реально действующим юридическим лицом, со своей собственной материально-технической базой, которое исправно представляло налоговую отчетность и своевременно исполняло обязательства по уплате обязательных платежей.

Указанные обстоятельства подтверждаются данными картотеки арбитражных дел, из которой следует, что ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» являлось участником судебных в рамках   которых   разрешались споры   как   с контрагентами «УРАЛТРАНССЕРВИС», так и с государственными органами

В частности, ГУ Управление Пенсионного фонда РФ в Чкаловском районе г. Екатеринбурга Свердловской области обращалось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлениями о выдаче судебных приказов, однако данные заявления были возвращены по разным основаниям.

Кроме того, с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» была взыскана задолженность перед контрагентом ООО «Регионстроймонтаж», которая впоследствии явилась основанием для банкротства ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Также, как следует из материалов дела, ООО «Регионстроймонтаж» обратилось с исковым заявлением к ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» о взыскании задолженности по договору аренды автомобилей без экипажа от 16.02.2018 № 2018/48 в размере 3 180 517 рублей 81 копейки основного долга.

Как следует из решения Арбитражного суда Тюменской области от 19.03.2019 по делу № А70-1787/2019 суд установил, что фактические обстоятельства дела свидетельствуют о том, 16.02.2018 между ООО «Уралтранссервис» (Арендатор) и ООО «Регионстроймонтаж» (Арендодатель) заключен договор № 2018/48 аренды автомобилей без экипажа (далее - договор, в редакции дополнительных соглашений от 01.03:2018, № 1 от 27.04.2018, № 2 от 27.07.2018, № 3 от 24.08.2018), по условиям которого арендодатель передает во временное пользование арендатору принадлежащие арендодателю на праве собственности автомобили, согласно приложению №3 к Договору».

На странице 4 указанного решения указано, что судом установлено, материалами дела подтверждается, что спорные транспортные средства были преданы ответчику, что подтверждается подписанными между сторонами документами, между тем задолженность по арендной плате в размере 1 500 517 руб. 81 коп. не погашена, доказательств обратного в материалы дела не представлено, факт наличия задолженности ответчиком не оспорен».

На основании изложенного, исковые требования ООО «Регионстроймонтаж» к ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» были удовлетворены в полном объеме.

09.09.2019 г. в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ООО «Регионстроймонтаж» о признании ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» несостоятельным (банкротом). Решением арбитражного суда от 25.10.2019 ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемым должником, в отношении должника открыто конкурсное производство сроком до 26.02.2020.

Согласно решению Арбитражного суда Свердловской области от 11.08.2020 г. по делу А60-53277/2019 суд установил, что собранием кредиторов ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», состоявшимся 26.06.2020, утвержден отчет конкурсного управляющего должника и принято решение об обращении в суд с ходатайством о завершении процедуры конкурсного Производства. Дебиторская задолженность, выявленная в ходе конкурсного производства и включенная в конкурсную массу должника взыскана. Иное имущество у должника отсутствует».

С учетом изложенного, как указывает Общество, конкурсное производство в отношении ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» было прекращено, что послужило основанием для внесения к ЕГРЮЛ записи о ликвидации юридического лица.

Согласно п. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Таким образом, Арбитражным судом Тюменской области и Арбитражным судом Свердловской области установлена реальность финансово-хозяйственной деятельности ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» как самостоятельно действующего юридического лица с собственной материально-технической базой в виде арендованных транспортных средств. Задолженность ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» перед его контрагентом ООО «Регионстроймонтаж» послужила основанием для обращения последнего в суд с заявлением о взыскании с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» задолженности, а впоследствии -о признании Общества банкротом. При этом, ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» было ликвидировано именно в результате банкротства, а не по решению налогового органа в виду отсутствия  ведения  хозяйственной деятельности, что лишний раз подтверждает добросовестность контрагента.

В рассматриваемом случае налоговому органу необходимо было исследовать факт наличия у ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» транспортных средств на праве собственности или на праве аренды, факт закупа ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ГСМ и привлечения водителей к оказанию транспортных услуг на основании трудовых или гражданско-правовых договоров.

Из представленных Обществом в налоговый орган Актов сдачи-приемки услуг налоговому органу была известна информация о том, какие транспортные средства использовались ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» для оказания транспортных услуг (суказанием гос. регистрационных номеров), а также указано непосредственное место оказания услуг (конкретные месторождения), стоимость 1 машино-дня без НДС и общая стоимость оказанных услуг за месяц.

Располагая информацией о гос. регистрационных номерах транспортных средств налоговый Орган мог установить их владельцев и провести их допросы на предмет сдачи данных транспортных средств в аренду ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Вместо этого налоговый орган ограничился формальным анализом налоговой отчетности ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», за ошибки и противоречия в которой может нести ответственность только то лицо, которое представило данную отчетность, но никак не Общество.

На стр. 35-38 акта проверки от 20.10.2021 г. № 18-09/18245 налоговый орган приводит список 178 физических лиц, «которые в один период времени получали доход в ООО «ТНГСП» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Имена физических лиц налоговый орган берет из справок 2-НДФЛ, представленных Обществом и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», при этом, не исследует существо правоотношений между данными физическими и юридическими лицами (трудовые или гражданско-правовые отношения), а также не вызывает данных физических лиц на допрос для дачи пояснений.

Таким образом, как  указывает Общество, тот факт, что одни и те же лица получали доход по трудовым/гражданско-правовым договорам с Обществом и с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не свидетельствует о том, что данные лица не выполняли те трудовые функции или не оказывали те услуги, за которые ими был получен доход.

Работа по совместительству, в т.ч. работа по гражданско-правовому договору параллельна с работой по трудовому договору, не запрещена Гражданским кодексом РФ, а факт отражения ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» лиц, предположительно привлеченных по гражданско-правовым договорам, в справках 2-НДФЛ, наоборот подтверждает добросовестность данного контрагента в исчислении и уплате налогов.

ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» оказывало Обществу транспортные услуги по аренде транспортных средств с экипажем. При этом, поиск работников на месторождения, расположенные в удаленных районах Крайнего Севера, вызывает большие трудности, особенно поиск водителей, чья занятость составляет несколько часов в сутки. Данные обстоятельства делают оптимальным решение о привлечении в качестве водителей по гражданско-правовым договорам лиц по совместительству, из числа тех, кто уже работает на месторождениях.

Указание налогового органа на то, что ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не согласовывалась Обществом с Заказчиками в качестве субподрядчика, не свидетельствует о нереальности оказания услуг контрагентом.

Как отмечалось ранее, главной целью согласования субподрядных организаций с Заказчиками является обеспечение доступа сотрудников субподрядных организаций непосредственно на нефтяные месторождения, где действует строгая пропускная система.

Соответственно, как указывает Общество,  дополнительное согласование ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в качестве субподрядной организации не требовалось, т.к. ООО «УРАЛТРАЙССЕРВИС» оказывало транспортные услуги не для Заказчиков, а для самого Общества, преимущественно перевозя сотрудников Общества и оборудование.

При этом, как указывает Общество, факт приобретения транспортных средств контрагентом ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» у самого Общества, установленный на стр. 39-40 акта проверки от 20.10.2021 т. № 18-09/18245, не свидетельствует о том, что транспортные средства не были в действительности переданы от Общества в адрес ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», и что впоследствии данные транспортные средства не использовались ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» для оказания услуг Обществу.

При этом, тот факт, что ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» не согласовывался Обществом с Заказчиками в качестве субподрядчиков, объясняется тем, что: на многих объектах Заказчиков не было строгой пропускной системы, а на тех месторождениях, где она была, транспорт ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» значился в пропусках в; качестве транспорта Общества, т.к. ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» оказывал транспортные услуги для нужд самого Общества, а не для нужд основного Заказчика.

Особенности пропускной системы на объектах Заказчиков подтверждаются свидетельскими показаниями водителя Общества и ответами самих Заказчиков.

При этом, ответы Заказчиков Общества и представленные ими документы подтверждают фактическое присутствие на объектах Заказчиков транспорта Общества, который фактически являлся транспортом контрагента ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», который не был заявлен Обществом в качестве субподрядчика, т.к. оказывал услуги самому Обществу, а не его Заказчикам.

При этом тот факт,что ООО «Регионстроймонтаж», у которого ООО«УРАЛТРАрйССЕРВИС» арендовало транспортные средства, самостоятельно оказывалотранспортные услуги Обществу и было привлечено в качестве субподрядчика на объектыООО «ЛУКОЙЛ - Западная Сибирь», не свидетельствует о нереальности арендных  отношений между ООО «Регионстроймонтаж» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», особеннос учетом наличия судебных актов, указанных выше, которые подтверждают арендныеотношения и не могут быть поставлены под сомнение.

Пересечение транспортных средств ООО «Регионстроймонтаж»; на объектахООО «ЛУКОЙЛ - Западная Сибирь» и транспортных средств ООО «УРАЛТРАЙССЕРВИС» на объектах  иных Заказчиков Общества налоговыморганом не установлено.

Налоговый орган обязан в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало, бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом, а также обязан доказать наличие оснований для применения ст. 54.1 НК РФ (нереальность оказания услуг и неуплата налогов налогоплательщиком), вследствие чего обосновать потери для бюджета в сделках между Обществом и спорными контрагентами ООО «УДС» и ООО«УРАЛТРАНССЕРВИС». 

В качестве основания для произведения Обществу доначислений налоговый орган приводит доводы о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды.

Данный вывод не выдерживает критики, поскольку с учетом применения  как Обществом, так и спорными контрагентами общего режима налогообложения, нахождения данных организаций в одной юрисдикции, отражением Обществом и спорными контрагентами доходов по налогу на прибыль и оборотов по реализации по ЙДС, налоговая выгода не могла быть получена в силу симметричности заявленных сумм, что подтверждается Книгами продаж спорных контрагентов, представленными самим Обществом и полученными налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля.

Обратного налоговым органом не доказано, а в материалах налоговой проверки отсутствуют данные о том, что спорные контрагента не отразили доходы, полученное от Общества.

Если расходы Общества на оказанные спорными контрагентами услуги будут исключены из налоговой базы Общества, то спорные контрагенты, руководствуясь принципом симметричной корректировки (пункт 6 статьи 105.3, статья 105.18 НК РФ), обязаны будут исключить данные операции из состава своих доходов по налогу на прибыль и НДС.

Вместе с тем Общество обязано будет предъявить перечисленные ранее спорным контрагентам суммы денежных средств ко взысканию, в связи с чем у Общества возникнет дебиторская задолженность по отношению к контрагентам ООО «УДС» ИНН 

<

***> и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ИНН 

<

***>, которая будет заявлена Обществом в уточненных налоговых декларациях.

При этом, указанная дебиторская задолженность будет являться безнадежной ко взысканию, ввиду чего будет списана Обществом в расходы на основании статей 265, 266 НК РФ.

Так, согласно п. 2 ст. 266 НК РФ безнадежными долгами (долгами, нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым в соответствии с гражданским законодательством обязательство прекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа или ликвидации организации, за исключением задолженности по договору кредита (займа) в пределах обязательства кредитора перед внешним участником по соглашению о финансировании участия в кредите (займе).

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет 3 года.

Соответственно, как указывает Общество, с учетом проверяемого периода 2019 г. на момент вступления Решения выездной налоговой проверки в законную силу (с учетом обжалования Решения в судебном порядке) у Общества истечет срок давности для взыскания дебиторской задолженности с контрагента ООО «УДС» ИНН 

<

***>.

При этом, как указывает Общество, дебиторская задолженность контрагента ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» ИНН 

<

***> J;3693 уже в настоящее время является безнадежной ко взысканию ввиду ликвидации контрагента 21.05.2021 г.

На основании пп. 2 п. 2 ст. 265 НК РФ в целях исчисления налога на прибыль к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности суммы безнадежных долгов, а в; Случае, если налогоплательщик принял решение о создании резерва по сомнительным долгам, - суммы безнадежных долгов, не покрытые за счет средств резерва.

При этом, согласно позиции Минфина РФ, налогоплательщик вправе признать безнадежной и в установленном порядке осуществить списание дебиторской задолженности в целях налога на прибыль (всю сумму), включая сумму налога на добавленную стоимость (Письмо Минфина РФ от 11.06.2013 г. N 03-03-06/1/21726, от 21.10.2008 г. N 03-03-06/1/596).

Соответственно, Общество вправе учесть перечисленные спорным контрагентам суммы денежных средств в составе своих расходов в качестве дебиторской задолженности, безнадежной ко взысканию.

Таким образом, как указывает Общество, в силу принципа симметричной корректировки у Общества не возникнет обязательств по уплате сумм налога на прибыль по спорным сделкам, при этом контрагенты Общества также смогут осуществить свое право на возврат уплаченного по сделкам НДС, который они заявили в своих книгах продаж за соответствующие периоды.

Принимая во внимание то обстоятельство, что сделки с Обществом в полном объеме отражены спорными контрагентами в совокупности потери для бюджета не возникли и не могли возникнуть между указанными контрагентами первого звена.

При этом, в силу нормы материального п. 3 ст. 54.1 НК РФ, налоговый орган не может в рамках выездной налоговой проверки Общества исследовать сделки контрагентов второго и третьего звена и предъявлять к ним претензии в соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ.

На необходимость анализа вопроса о том, возникли ли потери для бюджета при обвинении в получении необоснованной налоговой выгоды, неоднократно обращал внимание Высший Арбитражный Суд РФ (постановления Президиума от 04.03.2008 г. № 13797/07, от;09.09.2008 г. №4191/07, от 28.10.2008 г. № 6272/08, 6273/08, от 10.03.2009 г. № 9024/08, 9821/08, от 10.02.2009 г. № 8337/08, от 06.04.2010 г. № 17036/09).

Данный подход также подтвержден Верховным Судом РФ в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 15.06.2017 г. № 305-КГ16-199227.

Кроме того, суд учитывает, что Верховный суд РФ в Определении от 15.12.2021 г. № 305-ЭС21-18005 по делу № А40-131167/2020 указал следующее.

Исходя из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление Пленума № 53), при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды (пункт 2). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операций, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реал$ной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4).

Данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 г. № 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1 НК РФ, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во- |внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от^' наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Таким образом, по общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической': деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» компании), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

В то же время, как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 1J7.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-0 и др.),: налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 г. № 544-0).  

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, также указано в пункте 7 постановления Пленума № 53.

Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием «технических» компаний это означает, что возможность применения «налоговой реконструкции», в том числе в условиях действия статьи 54.1 Налогового кодекса, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из «теневого» (необлагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981).

Принимая во внимание изложенное, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения.

Как указывает Общество, если в цепочку поставки товаров включены «технические» компании, и в распоряжении налогового органа имеются сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную «техническими» компаниями.

Аналогичный подход к разрешению споров о получении необоснованной налоговой выгоды за счет встраивания «технических» компаний в цепочку поставки товаров ранее был поддержан Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 27.09.2018 г. № 305-КГ18-7133, от 04.03.2015 г. № 302-КГ14-3432 и сохраняет свою актуальность, поскольку в силу пункта 3 статьи 54.1 Налогового кодекса подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В рамках выездной налоговой проверки с учетом представленных Обществом и его спорными контрагентами документов установлено, что в действительности приобретенные Обществом услуги и товар оказывались (поставлялись) спорными контрагентами, с которыми были заключены соответствующие договоры.

Как указывает Общество, в распоряжении налогового органа имелись все сведения о фактической цене сделок, в т.ч. о размере НДС, уплаченного Обществом в составе цены договоров, также как и сведения о том, что Общество и спорные контрагенты добросовестно отразили совершенные сделки в своей бухгалтерской и налоговой отчетности, а спорные контрагенты своевременно и в полном объеме исчислили НДС в бюджет.

Таким образом, как указывает Общество, у налогового органа имелись книги продаж спорных контрагентов с заявленным НДС в части доходов, полученных от Общества. Следовательно, налоговый орган умышленно вменяет Обществу недоимку по НДС, т.к. понимает что в данном случае какие-либо потери для бюджета отсутствуют, что приводит произвольному завышению сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки.

Из Постановления Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 г. N 3fl -П, Определения Верховного Суда РФ от 28.05.2020 г. № 305-ЭС19-|6064 по делу № А40-23565/201, Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V. 1 и статьи 269 НК РФ (утв. Президиумом Верховного суда РФ 16.02.2017 г.) и Определения Конституционного Суда РФ от!04.07.2017 г. № 1440 следует, что согласно Конституции РФ каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (статья 57).

В силу указанного конституционного требования налоговая обязанность должна, среди прочего, пониматься как обязанность платить налоги в размере не большем, чем это установлено законом, в котором определены все существенные элементы налогового обязательства, включая объект налогообложения, налоговую базу, порядок исчисления и уплаты налога, а механизм налогообложения должен обеспечивать полноту и своевременность их взимания с обязанных лиц и одновременно правомерность деятельности уполномоченных органов и должностных лиц, связанной с изъятием средств налогообложения. Именно соблюдение конституционных предписаний относительно формальной определенности и полноты элементов налогового обязательства при формировании структуры налога и учет объективных характеристик экономико-правового содержания налога обеспечивают эффективность налогообложения и реальность его целей и позволяют налогоплательщикам своевременно уплатить налог, а налоговым органам -осуществлять контроль за действиями налогоплательщиков по уплате налоговых сумм в бюджет (постановления Конституционного Суда РФ от 10.07.2017 г, N 19-П, от 21.12.2018 г. N 47-П, от 06.06.2019 г. N 22-П и др.).

При этом, как следует из ряда решений Конституционного Суда РФ, налоги устанавливаются законодателем в соответствии с сущностью каждого из них и как элементы единой налоговой системы, параметры и условия функционирования которой применительно к каждому налогоплательщику определяются объективными закономерностями и требованиями, включая их экономическую обоснованность и недопустимость произвольного установления (постановления от 10.07.2017 г. N 19-П, от 31.05.2018 г. N 22-П, от 06.06.2019 г. N 22-П и др.).

Формируя структуру налоговой системы Российской Федерации, федеральный законодатель при установлении конкретного налога самостоятельно выбирает и определяет обусловленные экономическими характеристиками этого налога параметры его элементов, в том числе состав налогоплательщиков и объектов налогообложения, виды налоговых ставок, продолжительность налогового периода, стоимостные и (или) количественные показатели, необходимые для определения налоговой базы, а также порядок исчисления налога, обеспечивающий расчет суммы налога, подлежащей уплате в бюджет (Постановление Конституционного Суда РФ от 28.11.2017 г. N 34-П, определения Конституционного Суда РФ от 08.04.2004 г. N 169-0, от 05.03.2009 г. N 468-0-0 и др.).

Устанавливая в соответствии с Конституцией РФ основные начала (принципы) законодательства о налогах и сборах, федеральный законодатель в статье 3 НК РФ указал, что законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения; при установлении налогов учитывается фактическая способность налогоплательщика к уплате налога (пункт 1); налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными; недопустимы налоги и сборы, препятствующие реализации гражданами своих конституционных прав (пункт 3).

По своей экономико-правовой природе налог на добавленную стоимость является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг (постановления Конституционного Суда РФ от 28.03.2000 г. N 5-П, от 03.06.2014 г. N 17-П, от 10.07.2017 г. N 19-П, от 28.11.2017 г. N 34-П и др.).

В процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) расходы поставщика по уплате налога в бюджет фактически перекладываются на покупателя, который, осуществляя, в свою очередь, реализацию полученного товара как поставщик, также получает компенсацию, но уже от последующего покупателя. Цепь переложения налога завершается тогда, когда имеет место реализация товаров (работ, услуги) их потребителю, который и несет фактическое налоговое бремя налога на добавленную стоимость. С этой целью законодателем предусмотрен механизм определения суммы налога к уплате с учетом налоговых вычетов (суммы налога, перечисленные налогоплательщиком своим поставщикам товаров (работ, услуг), которые уменьшают его налоговую базу по налогу на добавленную стоимость (статья 171 НК РФ).

В соответствии с нормами материального права статей 168, 171-173 НК РФ право Общества на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (поставщиками) своей обязанности по уплате НДС, т.к. Общество в полной мере уплатило НДС, включенный в стоимость услуг, оказание которых связано с непосредственным осуществлением Обществом своей предпринимательской деятельности.

10.03.2021 г. ФНС России вынесло Письмо от 10.03.2021 г. № БВ-4-7/3060@, которое было разослано во все территориальные органы для его применения при проведении любых мероприятий налогового контроля.

Как указал Верховный Суд РФ в Определении от 14.05.2020 г. N 307-ЭС19-27597, с учетом природы НДС как косвенного налога, предполагающей переложение бремени его уплаты с участвующих в товародвижении хозяйствующих субъектов на потребителей, в силу пунктов 1 и 2 статьи 171 НК РФ налогоплательщик при осуществлении облагаемых НДС операций имеет право уменьшить общую сумму исчисленного налога на установленные данной статьей налоговые вычеты - суммы налога, предъявленные ему при приобретении товаров (работ, услуг) и имущественных прав для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (пункт 1 статьи 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173 НК РФ).

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда РФ от 04.11.2004 г. N 324-0.

Как того требует пункт 19 Письма ФНС России от 10.03.2021 г. № БВ-4-7/3060Общество привело доказательства, свидетельствующие о том, что поведение налогоплательщика отвечало стандарту разумного поведения участника оборота, ожидаемого в сходных обстоятельствах, и коммерческой осмотрительности, в силу чего налогоплательщик не знал и не должен был знать об обстоятельствах, характеризующих контрагента как "техническую" компанию и свидетельствующих о невозможности исполнении обязательств данным контрагентом.

Письмом ФНС России от 06.04.2021 г. N БВ-4-7/4549@ в территориальные налоговые органы был направлен Обзор правовых позиций, отраженных в судебных актах Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, принятых в первом квартале 2021 года по вопросам налогообложения.

В пункте 3 указанного Обзора отмечено, что для доказывания получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговый орган должен опровергнуть фактическое получение налогоплательщиком товаров и работ на спорную сумму. Отсутствие доказательств приобретения товаров и услуг не в; тех объемах, которые заявлены налогоплательщиком при применении вычетов по налогу на добавленную стоимость, свидетельствует о недостаточности доказательственной базы формального документооборота.

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость налогоплательщиком - покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 N 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 N 305-ЭС19-16064, пункт 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

Налоговый орган должен установить обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) налога налогоплательщиком в части стоимости товаров и услуг, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем этих организаций стоял вывод денежных средств по фиктивным документам, а не реальная экономическая деятельность.

В сложившейся ситуации при рассмотрении вопроса о том, могут ли негативные последствия неуплаты налога на добавленную стоимость "техническими" компаниями быть возложены на налогоплательщика - покупателя, в частности, имеет значение установление факта причастности налогоплательщика к нарушениям, допущенным в процессе обращения товаров (работ, услуг), то есть направленность действий налогоплательщика на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты налога совместно с лицами, не осуществлявшими реальной экономической деятельности, а равно информированность налогоплательщика о допущенных этими лицами нарушениях.

При установлении названных обстоятельств само по себе реальное исполнение операций по реализации товаров (работ, услуг) непосредственным контрагентом налогоплательщика ("контрагентом первого звена") не позволяет налогоплательщику -покупателю претендовать на получение налоговой выгоды в отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога.

Вышеназванный подход, выработанный в судебной практике, по существу, не был изменен федеральным законодателем, определившим пределы осуществления прав налогоплательщиками в статье 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (введена Федеральным законом от 18.07.2017 N 163-ФЗ), по смыслу пункта 1 которой налогоплательщик отвечает за искажения сведений о фактах хозяйственных деятельности (совокупности таких фактов), в которых он участвовал.

Следовательно, как и ранее, в условиях действующего в настоящее время законодательного регулирования исключается возможность применения налоговых вычетов по Налогу на добавленную стоимость полностью или в соответствующей части в ситуациях, ;когда налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты налога на добавленную стоимость в процессе обращения товаров (работ, услуг).

Приведенные юридически значимые обстоятельства оказания спорными контрагентами услуг Обществу свидетельствуют о несостоятельности претензий налогового органа и недоказанности оснований для применения нормы материального права статьи 54.1 НК РФ.

При этом, отсутствие спорных контрагентов на юридических адресах и недочеты в оформлении бухгалтерской и налоговой отчетности (представление корректировочных налоговых деклараций, замена контрагентов и пр.) не свидетельствует о том, что спорные контрагенты не оказывали или не могли оказывать услуги Обществу в рамках заключенных договоров;

Приведенные факты нарушений могут быть предъявлены самим спорным контрагентам в рамках проведения отдельных налоговых проверок, но при этом в силу п. 3 ст. 54.1 НК РФ не могут оказывать негативное влияние на Общество и свидетельствовать о нереальности финансово-хозяйственных отношений с контрагентами.

Из совокупности норм материального права статей 31, 89, 100 НК РФ следует, что выездная налоговая проверка проводится в отношении одного налогоплательщика, стоящего на учете в налоговом органе, а по результатам такой проверки выносится акт, в котором должны быть отражены документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, допущенных проверяемым налогоплательщиком.

В рассматриваемом же случае, претензии налогового органа сводятся к финансово-хозяйственной деятельности контрагентов Общества, которым налоговым органом вменяется отсутствие источника для возмещения НДС из бюджета.

В частности, на стр. 8-16 оспариваемого Решения налоговый орган приводит претензии относительно «разрывов» между ООО «УДС» и его контрагентом ООО «ИНТЕРЭКО» ИНН 

<

***>, ООО «ИНТЕРЭКО» и его контрагентом «ЭЛЬХОЛЛ» ИНН 

<

***>, а на стр. 26-30 оспариваемого Решения - относительно «разрывов» между ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» и ООО «ВИРУД» ИНН 

<

***>.

Вместе с тем, ни в своем Решении, ни в ходе предварительных судебных заседаний налоговый   орган   не   указал   какая   норма   Налогового   кодекса   РФ   нарушаетсясуществованием «разрывов» между спорными контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» и их контрагентами, с которыми Общество не имело финансово-хозяйственных взаимоотношений.

Как указывает заявитель, налоговым органом не обосновано, о каких именно налоговых правонарушениях Общества свидетельствуют данные из программного комплекса «АСК НДС-2», и как указанные данные подтверждают неисполнение Обществом своих налоговых обязательств.

Все претензии налогового органа сводятся к ведению учета спорными контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», при этом у налогового органа отсутствуют претензии по исчислению и уплате налогов проверяемым липом  - Обществом.

В частности, в отношении ООО «УДС» на стр. 8 оспариваемого Решения налоговый орган указывает, что Общество является приобретателем услуг по следующей «цепочке»: ООО «ЭЛЬХОЛЛ» ИНН 

<

***> - ООО «ИНТЕРЭКО» ИНН 

<

***> - ООО «УДС» -  Общество.

Налоговый орган исследует разрывы между ООО «ИНТЕРЭКО» и ООО «ЭЛЬХОЛЛ» только за 1 квартал 2019 г., при этом утверждение налогового органа об отражении контрагентом ООО «УДС» сомнительного контрагента ООО «ИНТЕРЭКО» в своей Книге покупок не соответствует действительности.

Из анализа Книги покупок ООО «УДС» за 1 квартал 2019 г. следует, что все операции с сомнительным контрагентом ООО «ИНТЕРЭКО» были аннулированы ООО «УДС», ввиду чего ООО «УДС» исполнило свои обязательства по уплате НДС в бюджет без учета финансово-хозяйственных операций, к которым были предъявлены претензии налогового органа.

Кроме того, как указывает заявитель, на момент проведения выездной налоговой проверки в отношении Общества ООО «ИНТЕРЭКО» и ООО «ЭЛЬХОЛЛ» уже были ликвидированы (ООО «ИНТЕРЭКО» ликвидировано 29.04.2020 г., ООО «ЭЛЬХОЛЛ» - 28.05.2020 г.), ввиду чего налоговый орган не имел возможности истребовать какие-либо документы и информацию у указанных организаций.

С учетом изложенного, как указывает заявитель, фактическое существование «цепочки» с участием ООО «ИНТЕРЭКО» и ООО «ЭЛЬХОЛЛ» налоговым органом не подтверждено.

Анализ банковских выписок спорных контрагентов ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» показывает, что расчеты между Обществом и спорными контрагентами были односторонними - от Общества в адрес спорных контрагентов за оказанные Обществу услуги. Обратных транзакций, возврата перечисленных денежных средств и «обналичивания» денежных средств в адрес Общества из банковских выписок не усматривается.

Из выписки ООО «УДС» за 2019 г. следует, что ООО «УДС» были совершены расходные операции на общую сумму 4 002 047 640 рублей, при этом приход денежных средств составил 3 999 596 694 рублей.

Реализация услуг от ООО «УДС» в адрес Общества в 2019 г. составила 144 958 126 рублей (стр. 15-16 оспариваемого Решения) или 3,6 % от общего числа полученных денежных средств по банковской выписке.

Из сервиса ФНС России «Прозрачный бизнес» следует, что расходы ООО «УДС» по данным бухгалтерского и налогового учета за 2019 г. составили 1 477 191 000 рублей, доходы - 1 477 528 000 рублей.

С учетом данных сведений полученные ООО «УДС» от Общества денежные средства за 2019 г. составили 9,8 % от общей суммы дохода.

Из выписки ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» за 2019 г. следует, что ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» были совершены расходные операции на общую сумму 53 798 322,12 рублей, при этом приход денежных средств составил 53 446 072,57 рублей.

Реализация услуг от ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в адрес Общества в 2019 г. составила 18 772 846 рублей (стр. 29-30 оспариваемого решения) или 21,8 % от общего числа полученных денежных средств по данной выписке.

Иными банковскими выписками ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» Общество не располагает, однако из сервиса ФНС России «Прозрачный бизнес» следует, что расходы ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» по данным бухгалтерского и налогового учета за 2019 г. составили 116 637 000 рублей, доходы - 86 103 000 рублей.

С учетом данных сведений полученные ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» от Общества денежные средства за 2019 г. составили 16,1 % от общей суммы дохода.

Тем самым, как указывает заявитель, полученные спорными контрагентами от Общества денежные средства за 2019 г. (доход) составляют незначительный процент от общего числа денежных средств, полученных за отчетный период от иных контрагентов (покупателей ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС»), что не позволяет сделать вывод о получении необоснованной налоговой выгоды каким-либо из участников сделки.

При этом, как указывает заявитель, налоговый орган не приводит доказательств в подтверждение транзакций по «выводу» денежных средств контрагентами ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в адрес третьих лиц, кроме того, налоговый орган не представил доказательств, что «выводу» подверглись именно те денежные средства, которые были оплачены Обществом, т.к. доля денежных средств Общества в совокупном размере доходов ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» составляет 9,8 % и 21,8 % соответственно.

Доля денежных средств Общества в составе денежных средств, которые были перечислены от ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в адрес контрагентов (расходная часть) составляет 3,6 % от расходной части ООО «УДС» и 16,1 % от расходной части ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС».

Основной деятельностью Общества является строительный контроль, услуги по осуществлению которого Общество оказывает своим контрагентам-Заказчикам. При этом, условиями заключенных с Заказчиками договоров предусмотрено, что Общество, как Исполнитель, вправе оказывать услуги своими силами (с привлечением штатных сотрудников), а также привлекать иных лиц на договорной основе для оказания определенной части услуг.

У Общества не было необходимости в согласовании спорных контрагентов ООО «УДС» и ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС» в качестве субподрядчиков (субисполнителей), так как главной целью согласования субподрядных организаций с Заказчиками является обеспечение доступа сотрудников субподрядных организаций непосредственно на нефтяные месторождения, где действует строгая пропускная система.

Данное обстоятельство следует из заключенных с Заказчиками договоров. Для примера проанализируем стандартный договор оказания услуг строительного контроля, заключенный Обществом со всеми организациями «Роснефть».

Из пункта 5.1.11 и раздела 12 стандартного договора следует, что субисполнитель привлекается для оказания услуг строительного контроля Заказчику вместо Общества, ввиду чего привлечение субисполнителя предполагает нахождение персонала субисполнителя на строительной площадке. 

Как указывает заявитель, в рассматриваемом случае Общество самостоятельно осуществляет строительный контроль на объектах Заказчиков, при этом привлекает на договорной основе иных лиц для оформления результатов строительного контроля.

При этом, указанные привлеченные лица не являются субподрядчиками (субисполнителями) в привычном понимании, т.к. они не выполняют работы на объектах Заказчиков от лица Общества, а оказывают услуги для самого Общества, систематизируя в сводные отчеты информацию, полученную Обществом в результате ежедневного контроля, осуществляемого на месторождениях.

То же справедливо и для контрагента ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», оказывавшего Обществу транспортные услуги по аренде транспортных средств.

Согласно условиям стандартного договора, Общество самостоятельно осуществляет транспортировку своих сотрудников и оборудования как до строительных объектов, так и на самих объектах: 

Для указанных целей Обществом был заключен договор с ООО «УРАЛТРАНССЕРВИС», которое оказывало транспортные услуги самому Обществу, а не его Заказчикам, ввиду чего также не должно было согласовываться с Заказчиками в качестве субподрядчика (субисполнителя).

При этом, как указывает Общество, заказчики Общества ООО «АРГОС», ООО «АРКТИК СПГ 2», АО «АРКТИКГАЗ», ООО «ЗАПСИБНЕФТЕХИМ», ООО «ЛУКОЙЛ - Западная Сибирь», ООО «НОВАТЭК-МУРМАНСК», ООО «НОВАТЭК-ТАРКОСАЛЕНЕФТЕГАЗ», АО «РН-НЯГАНЬНЕФТЕГАЗ», ООО «РН-ПУРНЕФТЕГАЗ», АО «САМОТЛОРНЕФТЕГАЗ», АО «ТЮМЕННЕФТЕГАЗ», ООО «ЯРГЕО» однозначно пояснили, что привлечение субподрядных организаций для оказания услуг Обществом не согласовывалось.

Довод налогового органа о запрете Заказчиков на передачу исполнительной документации Обществом третьим лицам не свидетельствует о нереальности оказания услуг по составлению сводной отчетности контрагентом ООО «УДС».

При этом суд учитывает, что сотрудники Общества на месторождениях составляли  ежедневные отчеты в которыхсправочно фиксировали информацию о ходе выполнения строительных работ в рамкахосуществления строительного контроля в форме фото-отчетов с краткими пояснениямиза каждый день выполнения строительных работ.

Впоследствии указанные фото-отчеты передавались ООО «УДС» для составления на их основании сводного отчета о проведении работ по строительному контролю за календарный месяц.

Передаваемые в адрес ООО «УДС» фото-отчеты не являлись конфиденциальными документами Заказчика и не охранялись режимом коммерческой тайны, т.к. являлись авторством Общества, ввиду чего могли быть переданы третьим лицам. Непосредственная исполнительная документация Заказчика (проектная документация, чертежи, схемы, таблицы и пр.) в адрес ООО «УДС» не передавалась.

Тем самым, Общество не обязано было запрашивать у Заказчиков разрешения на вывоз документов и информации, принадлежащей Заказчикам, т.к. в адрес ООО «УДС» передавались ежедневные отчеты, которые на момент их составления являлись единоличной интеллектуальной собственностью самого Общества.

Кроме того, отдельно стоит отметить, что в оспариваемом Решении налоговый орган не предъявляет претензии относительно нарушения Обществом режима конфиденциальности по договорам с Заказчиками.

Если бы Обществом действительно были нарушены положения о конфиденциальности, Заказчики Общества давно предъявили бы Обществу претензии и подвергли Общество штрафным санкциям, чего фактически сделано не было.

Как отмечалось ранее, составление сводных отчетов является систематизацией и структуризацией данных самого Общества, а не его Заказчиков напрямую, ввиду чего такая информация может быть передана третьим лицам.

Факт передачи Обществом конфиденциальной информации Заказчиков, охраняемой режимом коммерческой тайны, в адрес контрагента ООО «УДС» налоговым органом не установлен.

Более того, налоговым органом не установлено, кто именно был ответственен за передачу информации как в адрес ООО «УДС», так и в адрес Заказчиков. Соответствующие лица не допрошены.

Всю первичную документацию по договорам, представляемую в адрес Заказчиков, в т.ч. отчеты строительного контроля и акты оказанных услуг подписывали либо руководители Общества, либо ведущие инженеры строительного контроля, например:

по договору с ПАО «НК «Роснефть» в лице технического заказчика ООО «РН-Юганскнефтегаз» - ведущий инженер СТН ФИО19,

по договору с ООО «РН-Няганьнефтегаз» - ведущий инженер СТН ФИО20, ведущий инженер СТН ФИО21,

-           по договору с АО «Самотлорнефтегаз» - ведущий инженер СТН ФИО22

Тем самым, налоговому органу были известны конкретные лица, ответственные за подписание документов и передачу их Заказчикам, однако ни одно из этих лиц не было допрошено в ходе проведения выездной налоговой проверки.

Налоговый орган, наоборот, допрашивал рядовых инженеров строительного контроля, которые выполняли работу непосредственно на месторождениях и не контактировали ни с Заказчиками, ни с иными контрагентами Общества.

Учитывая изложенное и принимая во внимание иные материалы дела и доводы, суд соглашается с заявителем и считает, что оспариваемое решение Инспекции противоречит нормам законодательства и материалам дела, а также нарушает права заявителя в предпринимательской сфере, поскольку оспариваемое решение повлекло за собой необоснованное привлечение Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения и наложение на Общество штрафа, что нарушает права и законные интересы заявителя в сфере внешнеэкономической деятельности.

Следовательно, непризнание оспариваемого решения незаконным будет препятствовать восстановлению нарушенных прав Общества.

Судом проверены и оценены все доводы ответчика изложенные им письменно и озвученные в судебном заседании, но отклонены как противоречащие материалам дела, основанные на предположениях и неверном толковании норм права. Так суд отмечает, что проверка налоговым органом проведена не полно, инженеры отвечавшие за сдачу отчетов не допрашивались, показания руководителей обществ не получены, а доводы общества не проверены и отклонены без получения доказательств их необоснованности. 

Однако обязанность доказывания законности оспариваемого решения в силу норм гл. 24 АПК РФ по делам данной категории возложены на ответчика, который достаточных доказательств законности и обоснованности оспариваемого решения суду не представил.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции считает правомерным выводы суда первой инстанции о признании заявленных требований подлежащими удовлетворению.   

Изложенное позволяет апелляционному суду прийти к выводу, что инспекция во исполнение положений ч. 1 ст. 9, ч. 1 ст. 65, ч. 5 ст. 200 АПК РФ с учетом фактических обстоятельств рассматриваемого дела не доказана правомерность принятого в отношении общества оспариваемого решения.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что требования ООО "Производственно-коммерческая фирма "Тюменнефтегазстройпроект" подлежат удовлетворению ввиду наличия оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 201 АПК РФ.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, связанные с иной оценкой доказательств и иным толкованием норм материального права, не опровергают правильные выводы суда.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы уже были предметом судебного разбирательства в суде первой инстанции, им была дана соответствующая правовая оценка, и оснований для переоценки выводов суда не имеется.

Учитывая изложенное, арбитражный апелляционный суд считает обжалуемое решение суда первой инстанции законным и обоснованным, принятым по представленному и рассмотренному заявлению, с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2022 по делу № А40-248272/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                                              И.В. Бекетова

 

Судьи:                                                                                                                       Т.Б. Краснова

 

                                                                                                                                  ФИО1

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.