Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Ульяновск 

«28» декабря 2020 года                                                                   Дело №А72-9437/2020

Резолютивная часть решения объявлена 21.12.2020 года

Решение изготовлено в полном объеме 28.12.2020 года

Арбитражный суд Ульяновской области в составе судьи Ибетуллова И.Р.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковые заявления общества с ограниченной ответственностью «ТК Мастер-Ком» (ИНН 

<

***>) и ФНС России

к ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих ООО «Виктория» лиц

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Виктория» (ИНН 

<

***>)

при участии в судебном заседании:

от ООО «ТК Мастер-Ком» – до перерыва посредством видеоконференц-связи: ФИО3, паспорт, доверенность; после перерыва: не явились, извещены;

от ФНС России – до перерыва: ФИО4, удостоверение, доверенность; после перерыва: не явились, извещены;

от иных лиц – не явились, извещены;

установил:

06.08.2020 посредством интернет-системы «Мой Арбитр» в Арбитражный суд Ульяновской области поступило исковое заявление общества с ограниченной  ответственностью «ТК Мастер-Ком», в котором истец просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Виктория» на основании решения от 21.08.2019 по делу №А72-9942/2019; взыскать с ФИО2 основной долг - 748 440 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.04.2019 по 18.06.2019 - 10 795,99 руб., расходы по госпошлине – 18 185 руб.

Определением суда от 12.08.2020 исковое заявление принято к производству; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Виктория».

Определением от 05.11.2020 к требованию ООО «ТК Мастер-Ком» о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Виктория» присоединено требование ФНС России в размере 435 004,23 руб., назначено судебное заседание для совместного рассмотрения заявлений ООО «ТК Мастер-Ком» и ФНС России.

Определением суда от 09.11.2020 удовлетворено ходатайство ФНС России о принятии обеспечительных мер; судом приняты обеспечительные меры в рамках дела №А72-9437/2020 в виде наложения ареста на имеющиеся денежные средства и на те, которые будут поступать в будущем в пределах суммы иска на банковских счетах ФИО2 (ИНН 

<

***>), а также запрета Управлению ГИБДД УМВД по Ульяновской области осуществлять любые регистрационные действия в отношении следующего движимого имущества ФИО2 (ИНН 

<

***>): автомобиль Шевроле LACETTI, 2006 г.в., VIN 

<

***>; запрета ФИО2 осуществлять сделки по отчуждению имущества, в том числе в виде уступки и дарения.

В судебном заседании 14.12.2020 был объявлен перерыв до 21.12.2020. После перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании до перерыва представители ООО «ТК Мастер-Ком» и ФНС России требования поддержали.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Согласно статье 156 АПК РФ неявка лиц, участвующих в рассмотрении дела и надлежащим образом уведомленных о месте и времени судебного разбирательства, не является препятствием для рассмотрения спора, дело рассматривается в отсутствие сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, оценив и исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 20.01.2020 в Арбитражный суд Ульяновской области  поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «ТК Мастер-Ком» о признании общества с ограниченной ответственностью «Виктория»  (далее – должник) несостоятельным (банкротом), введении процедуры наблюдения, утверждении в качестве арбитражного управляющего ФИО5 Джигита Борисовича – члена Ассоциации арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 603155, 

<

...>); включении требований заявителя в реестр требований кредиторов в размере 748 440 руб. 00 коп. – основного долга, 10 795 руб. 99 коп. – процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.04.2019 по 18.06.2019 и 18 185 руб. 00 коп. – в возмещение расходов по уплате государственной пошлины в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Виктория».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 23.01.2020 по делу №А72-361/2020 указанное заявление было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области 19.06.2020 г. (резолютивная часть от 16.06.2020) производство по делу №А72-361/2020 прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Как следует из положений пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Воспользовавшись данным правом, ООО «ТК Мастер-Ком» обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с настоящим иском.

После принятия судом к производству искового заявления ООО «ТК Мастер-Ком», истец в порядке ч. 4 статьи 225.14 АПК РФ предложил другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию путем включения соответствующего сообщения в ЕФРСБ (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве) (т.1, л.д.55).

Кроме того, во исполнение определения суда от 12.08.2020 ООО «ТК Мастер-Ком» дополнительно известило УФНС по Ульяновской области; ООО «Мегавольт» (ИНН 

<

***>), ООО «Глобалпромторг» (ИНН 

<

***>), как известных суду кредиторов ООО «Виктория», о возможности присоединиться к заявленным требованиям, путем направления письменного предложения по месту их регистрации. Доказательства соответствующего извещения представлено истцом в материалы дела (т.1, л.д.55).

Заявление кредитора о присоединении к требованию ООО «ТК Мастер-Ком» в рамках настоящего дела поступило только от ФНС России, которое было принято к совместному рассмотрению определением суда от 05.11.2020.

Свои требования в рамках рассматриваемого иска истцы основывают на положениях пунктов 3 и 4 статьи 61.14. Закона о банкротстве.

Наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника истцы со ссылкой на положения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве связывают с действиями ответчика, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов возглавляемого ею юридического лица, а также неисполнением ответчиком как лицом, контролирующим должника, обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд при наличии признаков банкротства.

ООО «ТК Мастер-Ком» считает, что срок на подачу ответчицей заявления о признании ООО «Виктория» банкротом истек 13.05.2019, определяя в качестве даты объективного банкротства должника 12.04.2019 (дата истечения срока осуществления поставки после внесения предоплаты за товар по договору).

В свою очередь, ФНС России в качестве даты объективного банкротства ООО «Виктория» указывает 08.04.2019 (дата решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2019 по делу №А56-10922/2019 о взыскании с ООО «Виктория» в пользу ООО «Мегавольт» задолженности в размере 958 119,29 руб.).

Кроме того, истцы указывают, что в 2018 и 2019 годах ФИО2 с расчетных счетов ООО «Виктория» были списаны денежные средства в свою пользу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в случае, если полное погашение требований кредиторов должника невозможно вследствие действий контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если таким лицом или в пользу этого лица либо в результате одобрения этим лицом совершались одна или несколько сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой следует прибегать после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, кредитор должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиками возражений и представленных в их обоснование доказательств.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 указано, что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Как следует из содержания пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 относительно порядка применения данной нормы и сложившейся практики ее применения, указанные законом основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам представляют собой опровержимые презумпции недостаточности имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующих должника лиц, которые применяются лишь в случае, если таким контролирующим лицом не доказано иное.

Обоснование наличия объективной стороны правонарушения (установление факта признания должника банкротом вследствие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц следует учитывать содержащиеся в Законе о банкротстве презумпции, а именно: презумпция признания банкротом вследствие неправомерных действий/бездействия руководителя должника и презумпция вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд кредитора о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 и статьи 61.11 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться кредитором (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (кредитор). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

Согласно пункту 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 независимо от того, как именно заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд (статьи 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование, и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Пунктом 23 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В обоснование заявленных требований ООО «ТК Мастер-Ком» ссылается на наличие задолженности ООО «Виктория» в общей сумме 777 420 руб. 99 коп., из которых: 748 440 руб. 00 коп. – основной долг, 10 795 руб. 99 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12.04.2019 г. по 18.06.2019 г., 18 185 руб. 00 коп. – расходы по госпошлине, подтвержденной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ульяновской области от 21.08.2019 по делу №А72-9942/2019.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Обязательность судебных актов предусмотрена ч. 1 ст. 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации согласно которой, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Таким образом, субъекты права обязаны учитывать в своей деятельности решение арбитражного суда, выраженное в судебном акте. Обязательность судебного акта возникает после вступления судебного акта в законную силу и сохраняет значение до момента отмены судебного акта в установленном законом порядке.

Требования ФНС России основаны на задолженности ООО «Виктория» по обязательным платежам в 435 004 руб. 23 коп., в том числе 387 288 руб. 00 коп. – основной долг, 35 527 руб. 23 коп. – пени, 12 189 руб. 00 коп. – штрафы.

В отношении указанной суммы в материалах дела имеются надлежащие доказательства наличия (документального подтверждения образования) долга, доказательства соблюдения налоговым органом предусмотренной действующим законодательством процедуры выставления должнику требования об уплате обязательных платежей в бюджет, содержащего данные о размере задолженности, основаниях и моменте ее возникновения (ст.69 НК РФ), а также доказательства соблюдения сроков принудительного взыскания задолженности.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Виктория» (ИНН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 01.02.2016 г.

Единственным участником и руководителем ООО «Виктория» с момента создания и по настоящее время является ФИО2.

Таким образом, с учетом приведенных норм права суд признает заявленного истцами для привлечения к субсидиарной ответственности лица (ФИО2) контролирующим должника лицом.

Согласно адресной справке, представленной в материалы дела во исполнение определения суда от 09.09.2020 (т.1, л.д. 50), ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., снята с регистрационного учета по последнему известному суду адресу проживания (

<

...>) 27.06.2019 «по решению суда».

В качестве одного из оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности кредиторы указывают неисполнение ею как лицом, контролирующим должника, обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд при наличии признаков банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Как уже указывалось, ООО «ТК Мастер-Ком» считает, что срок на подачу ответчицей заявления о признании ООО «Виктория» истек 13.05.2019, определяя при этом в качестве даты объективного банкротства должника 12.04.2019 (дата истечения срока осуществления поставки после вменения предоплаты за товар по договору).

В свою очередь, ФНС России в качестве даты объективного банкротства ООО «Виктория» указывает 08.04.2019 (дата решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.04.2019 по делу №А56-10922/2019 о взыскании с ООО «Виктория» в пользу ООО «Мегавольт» задолженности в размере 958 119,29 руб.).

Вместе с тем, наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором не может рассматриваться как безусловное основание необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3)).

В бухгалтерской отчетности ООО «Виктория» отражены следующие показатели финансово-хозяйственной деятельности:

– по итогам отчетного периода 2016 года у Общества имелись активы на общую сумму 1 057 тыс. руб., в том числе: запасы на сумму 51 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 996 тыс. руб., прочие оборотные активы на сумму 10 тыс. руб.; общая кредиторская задолженность составляла 42 тыс. руб.;

– по итогам отчетного периода 2017 года у Общества имелись активы на общую сумму 1 079 тыс. руб., в том числе: дебиторская задолженность в размере 993 тыс. руб., прочие оборотные активы на сумму 86 тыс. руб.; общая кредиторская задолженность составляла 45 тыс. руб.;

– по итогам отчетного периода 2018 года активы Общества в общей сумме составили 4 849 тыс. руб., в том числе: запасы на сумму 4 420 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 252 тыс. руб., прочие оборотные активы на сумму 177 тыс. руб.; общая кредиторская задолженность составляла 3 810 тыс. руб.

Бухгалтерский баланс ООО «Виктория» за 2019 год в материалы дела не представлен.

Доказательств недостоверности вышеуказанных сведений бухгалтерской отчетности ООО «Виктория» либо наличия основания для сомнений в их достоверности материалы дела не содержат, истцами также не опровергнуты.

Из приведенной динамики показателей финансово-хозяйственной деятельности следует, что на всем протяжении такой деятельности вплоть до итогов отчетного периода 2018 года в соотношении активов и кредиторской задолженности у ООО «Виктория» не возникли признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности.

С учетом изложенного, суд не соглашается с доводами истцов о возникновении у ООО «Виктория» признаков объективного банкротства и приходит к выводу о том, что у ФИО2 отсутствовала безусловная обязанность по инициированию процедуры банкротства возглавляемого ею Общества.

Из анализа приведенных данных, отражающих в динамике финансово-хозяйственное состояние ООО «Виктория» в период с 2016 г. по 2018 г. включительно, суд также не усматривает в действиях контролирующих должника лиц признаков вывода активов Общества.

Напротив, на конец 2018 года активы ООО «Виктория» увеличились по сравнению с предыдущими отчетными периодами за счет появления запасов на сумму 4 420 тыс. руб.

Доказательств совершения ответчицей в 2019 году сделок, связанных с отчуждением имущества ООО «Виктория», материалы дела не содержат.

Довод истцов о том, что в 2018 и 2019 годах ФИО2 с расчетных счетов ООО «Виктория» были списаны денежные средства в свою пользу не свидетельствует безусловно о выводе активов. Из приведенных показателей бухгалтерской отчетности ООО «Виктория» следует, что на момент совершения этих перечислений должник обладал иным имуществом и в соотношении активов и пассивов не отвечал признакам недостаточности имущества и неплатежеспособности.

В подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что материалами дела не доказана недобросовестность действий (бездействия) ФИО2, которая могла привести к возникновению в ООО «Виктория» признаков объективного банкротства.

Таким образом, материалами настоящего дела не доказано наличие предусмотренных статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Виктория» перед ООО «ТК Мастер-Ком» и ФНС России.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Из правовой позиции, приведенной в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 25), следует, что применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его личного неимущественного или имущественного права.

В соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, установленных правилами статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, а потому возможна лишь при наличии состава правонарушения (совокупности условий гражданско-правовой ответственности), включающего: вину причинителя вреда; неправомерность или виновность действий (бездействия); размер убытков; причинную связь между неправомерными действиями и наступившими последствиями.

При этом для взыскания убытков необходимо доказать весь указанный фактический состав. Недоказанность одного из элементов правонарушения является основанием к отказу в иске.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о взыскании убытков входят следующие факты: противоправность действий (бездействия) ответчика, факт и размер понесенного заявителем ущерба, причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками.

В данном случае суд не установил оснований для квалификации установленных в отношении ФИО2 обстоятельств в качестве действий, повлекших причинение убытков истцам, подлежащих взысканию с ответчицы по правилам, установленным статьями 15, 393, 1064 ГК РФ.

В соответствии с п. 56 постановления Пленума ВС РФ N 53 от 21.12.2017 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, учредителями и участниками Обществ, лица не могут быть привлечены к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда их действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Коль скоро суд не наделен правом проверки экономической целесообразности принимаемых решений, институт субсидиарной ответственности и (или) взыскания убытков применяется только в случае если данные решения явно и очевидно для всех выходили за пределы разумного предпринимательского риска и любой разумный и добросовестный предприниматель в таких условиях не стал бы совершать сделку на предлагаемых условиях (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2020 N 11АП-12796/2020 по делу N А55-20142/2017).

Доказательства как возникновения у истцов убытков, так и того, что причиной их возникновения являются действия ФИО2 непосредственно по списанию в 2018 и 2019 годах денежных средств в свою пользу, в материалах отсутствует.

В материалы дела не представлено также доказательств совершения ФИО2 указанных действий исключительно с целью причинения ущерба кредиторам ООО «Виктория», в том числе истцам.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности всех элементов состава (совокупности условий) правонарушения, вменяемого ответчику.

Иные доводы и возражения сторон признаны судом не имеющими правового значения для разрешения настоящего спора по существу.

На основании вышеизложенного, суд не находит оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и для взыскания с нее убытков, в связи с чем исковые заявления ООО «ТК Мастер-Ком» и ФНС России следует оставить без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ в части требований ООО «ТК Мастер-Ком» подлежат отнесению на указанное Общество. ФНС России от уплаты госпошлины освобождено.

Руководствуясь статьей 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 167-171, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ООО «ТК Мастер-Ком» и ФНС России о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам Общества с ограниченной ответственностью «Виктория» (ИНН 

<

***>) оставить без удовлетворения.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца с момента его принятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в порядке и сроки, установленные ст.ст. 257-260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья                                                                                                           И.Р.Ибетуллов