ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-3647/2019

г. Вологда

18 сентября 2024 года

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Кузнецова К.А. и      Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «А3» ФИО1 на определение Арбитражного суда Псковской области от 03 июня 2024 года по делу № А52-3647/2019, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области (далее – суд) от 16.08.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «А3» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 180024, 

<

...>; далее – Общество, должник) по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области.  

Определением суда от 21.11.2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Решением суда от 19.03.2020 (резолютивная часть от 12.03.2020) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО2 

Определением суда от 24.09.2020 (резолютивная часть от 17.09.2020) ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 18.11.2020 (резолютивная часть от 12.11.2020) в данной должности утвержден ФИО3

Определением суда от 22.07.2021 (резолютивная часть от 15.07.2021) ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Общества.

Определением суда от 15.11.2022 (резолютивная часть от 09.11.2022) в данной должности утвержден ФИО1. 

Конкурсный управляющий ФИО1 10.03.2023 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.11 и пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Протокольным определением суда от 17.04.2024 требования в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве выделены в отдельное производство.

Согласно принятому судом уточнению заявленных требований, конкурсный управляющий просил привлечь ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности в размере требований «зареестровых» кредиторов и кредиторов по текущим платежам по основаниям подпункта 1 пункта 2 и подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Определением суда от 03.06.2024 конкурсному управляющему должника отказано в удовлетворении заявленных требований о привлечении                   ФИО4, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов Общества.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 не согласился с принятым определением суда от 03.06.2024 и обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой на указанное определение суда, просил его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Полагает, что суд первой инстанции не установил причины несостоятельности должника, не отразил в судебном акте причины наступления банкротства должника. Ссылается на противоправное поведение ответчиков, в том числе недобросовестное исполнение своих обязанностей, заключение убыточных для должника сделок. По мнению апеллянта, суд первой инстанции не дал должную оценку доводу конкурсного управляющего о переводе ответчиками бизнеса с одного лица (должника) на другие лица, не учел, что данный факт подтвержден судебным актом, не оспорен, не опровергнут ответчиками и имеет преюдициальное значение для спора. Кроме того, ссылается на то, что требование акционерного общества «А7. Капитал» подлежит включению в размер субсидиарной ответственности ответчиков.

ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу возражал против ее удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции находит жалобу не подлежащей удовлетворению. 

Дела о несостоятельности (банкротстве), в силу части 1 статьи 223             АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом, должник создан в результате реорганизации ООО «Лукигазстрой» на основании решения его единственного участника  ФИО5 от 05.10.2016 № 1 путем выделения из него Общества и зарегистрирован в качестве юридического лица 23.01.2017. 

При регистрации Общества единственным участником должника являлась ФИО5 с долей в уставном капитале в размере 10 000 руб.                 (100 %), директором – ФИО4 

В дальнейшем 17.02.2017 на основании решения № 2 единственного участника должника увеличено количество участников Общества и его уставной капитал (до 20 000 руб.): ФИО4 и ФИО4 приняты в состав участников, доля каждого из них определена в размере 25 % номинальной стоимостью 5 000 руб., размер доли ФИО5 изменен на 50 % номинальной стоимостью 10 000 руб. 

Впоследствии решением суда от 16.07.2020 по делу № А52-2919/2018 ФИО4 исключен из состава участников Общества. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного ответчики обоснованно признаны судом контролировавшими должника лицами в указанный период. 

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением от 16.08.2019 по заявлению уполномоченного органа. 

Конкурсный управляющий должника, обращаясь в суд с настоящим требованием, ссылался на то, что ответчики совершали сделки, в результате которых вывели активы должника и получили выгоду, а также на ненадлежащее исполнение своих обязанностей руководителя, который не обеспечил должным образом сохранность имущества должника, не предпринял к этому необходимых и достаточных мер, утратил имущество должника.

Суд первой инстанции признал заявленные требования необоснованными.

Проверив материалы дела, апелляционная коллегия не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом. 

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление                № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В пункте 18 Постановления № 53 разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1      ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

В пункте 19 Постановления № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 16 названного Постановления под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

В соответствии с частью 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В обоснование своей правовой позиции конкурсный управляющий сослался на то, что ФИО5 путем составления фиктивных документов о наличии перед ней задолженности по договору займа от 20.07.2017 получила 4 450 000 руб.; ФИО4 по сфальсифицированным распорядительным документам получил с расчетного счета Общества на личный расчетный счет денежные средства в сумме 1 457 390 руб.; ФИО4 путем составления фиктивных документов о наличии перед ним задолженности по договорам займа от 20.07.2017, 22.09.2017 и 25.09.2017 получил на свой расчетный счет сумму 4 722 677 руб.; ФИО4 путем составления фиктивных документов о наличии перед ним задолженности по договорам займа от 20.07.2017 и 25.09.2017 получил на свой расчетный счет сумму 6 511 263 руб.; ФИО4 по сфальсифицированным распорядительным документам получил с расчетного счета общества на личный расчетный счет денежные средства в сумме 3 199 830 руб.

ФИО4 в результате ненадлежащего исполнения своих обязанностей руководителя, который не обеспечил должным образом сохранность имущества должника, утратил имущество должника стоимостью более 20 000 000 руб.

Кроме того, конкурсный управляющий указывал на вступивший в законную силу судебный акт по делу № А52-2919/2018, которым установлено, что ФИО4 совершались действия, направленные на перевод деятельности должника на подконтрольную ему организацию.

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии в деле достаточных доказательств фальсификации ответчиками документов, а также составления фиктивных документов.

В силу статей 8, 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия и состязательности сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон. 

На основании части 1 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 АПК РФ, а также положений статьи 65 АПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права, в том числе и на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий несовершения им соответствующих процессуальных действий.

Составление обоснованного суждения о причинах возникновения у должника признаков несостоятельности, о роли каждого привлекаемого к субсидиарной ответственности лица в схеме по выводу имущества должника также является долгом заявителя. 

В настоящем споре заявитель не привел конкретные доказательства, которые бы подтверждали его доводы о выводе активов должника; не указал, какие конкретно сделки имеют пороки, предусмотренные гражданским законодательством и Законом о банкротстве, и как каждая из них повлияла на возникновение у должника признаков несостоятельности. 

Также судом верно указано, что ФИО4 уже является ответчиком по спору о взыскании убытков вследствие утраты имущества и данные обстоятельства не могут быть положены в обоснование его вины в настоящем обособленном споре.

Как следует из материалов дела, определением суда от 22.01.2024 признаны полностью погашенными требования реестровых кредиторов: уполномоченного органа, ООО «СЗ «ПсковОблСтрой»,                                      ООО «СанТехПрогрессСервис» (в настоящее время ООО «Инженерный Альянс»), ООО «СТК Прогресс», Ассоциации предприятий энергетической отрасли «КонсалтЭнерго».

Непогашенными остались лишь требования зареестровых кредиторов, из которых долг перед публичным акционерным обществом «Россети Северо-Запад» уступлен ФИО4 на основании договора цессии, а долг перед ООО «РТ-Инвест Транспортные Системы» погашен ФИО4

Вопреки доводам апеллянта, требования зареестрового кредитора                 ООО «А7.Капитал», выкупившего с торгов требования изначально принадлежащие аффилированному с должником лицу – ООО «ЛукиГазСтрой», не могут быть погашены за счет привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Ссылки заявителя на решение суда от 16.07.2020, которым установлено, что ФИО4 учреждено ООО «АЗ» (АЗе) с аналогичным конкурирующим видом деятельности, где он является директором, преюдицию в настоящем споре не образуют. Более того, данные доводы при указанных выше обстоятельствах не имеют определяющего значения для разрешения спора.

С учетом изложенного правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по приведенным в ней доводам не имеется.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены судебного акта не имеется. 

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы с апеллянта подлежит взысканию в федеральный бюджет государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Псковской области от 03 июня                 2024 года по делу № А52-3647/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЗ» ФИО1 – без удовлетворения. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «АЗ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                  Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

Т.Г. Корюкаева

 

Судьи

К.А. Кузнецов

 

О.Г. Писарева