АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-245/2019

г. Владивосток

25 июля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 июля 2019 года. 

Полный текст решения изготовлен 25 июля 2019 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "ФЭЙ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 08.10.2015) 

к Находкинской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации 26.05.1951)

о признании незаконным решения

при участии в судебном заседании: 

от заявителя - не явился, извещен надлежащим образом;

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 18.12.2018 № 05-30/195, паспорт

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ФЭЙ" (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Находкинской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 02.10.2018 о внесении изменений в декларацию на товары ДТ                         № 10714040/260718/0021645 (далее – спорная ДТ).

Заявитель, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился. В соответствии со статьей 156 АПК РФ, судебное разбирательство проводится в его отсутствие.

В обоснование своих требований общество в заявлении об оспаривании решения таможенного органа указало, что при подаче спорной ДТ и в ходе проведения таможенного контроля таможенной стоимости общество представило таможне документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, в связи с чем полагает, что у таможни отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной таможенной стоимости. Полагает, что таможня необоснованно пришла к выводу о наличии оснований для внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, что повлекло за собой доначисление таможенных платежей по спорной ДТ, чем нарушены права и законные интересы общества в сфере внешнеэкономической деятельности. Просит признать незаконным оспариваемое решение.

Представитель ответчика в судебном заседании не согласился с требованиями заявителя по доводам, изложенным в письменном отзыве и дополнительных пояснениях к нему. Полагает, что декларант в ходе таможенного контроля спорной ДТ не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. В связи с чем, считает, что решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, принято законно и обоснованно. Изложенные обстоятельства, по мнению таможни, свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

При рассмотрении дела суд установил, что в июле 2018 года на таможенную территорию Российской Федерации был ввезен товар, задекларированный по ДТ № 10714040/260718/0021645, таможенная стоимость товара была определена на основании метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В целях подтверждения заявленной таможенной стоимости декларантом представлены документы и сведения, предусмотренные таможенным законодательством, необходимые для таможенного оформления ввезенного товара.

По результатам проведенного контроля заявленной обществом таможенной стоимости, таможенным органом 26.07.2018 запрошены дополнительные документы и сведения.

В ответ на указанный запрос общество письмом от 17.08.2018 представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможенным органом, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

08.09.2018 таможенный орган уведомил общество об отсутствии сведений, позволяющих установить величину денежных средств, фактически уплаченных за товар, а также об отсутствии в распоряжении таможни документов и сведений о качественных характеристиках товара. Однако в ответ на уведомление № 1 от 08.09.2018 декларант дополнительных документов и (или) сведений в таможенный орган не представил.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, поскольку заявленные условия поставки вызывают сомнения в их достоверности и структура таможенной стоимости не может быть подтверждена, 02.10.2018 таможня приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ по товару № 1. 

Полагая, что первоначально представленный пакет документов, а также предоставленные дополнительно испрашиваемые таможней документы подтверждали заявленную таможенную стоимость товаров, определенную по первому методу таможенной стоимости, а решение таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд полагает, что заявленное требование не подлежит удовлетворению по следующим обстоятельствам.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По правилам пункта 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза. 

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: 1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

В обоснование принятия решения от 02.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ таможня указала на низкий уровень таможенной стоимости задекларированного обществом товара № 1 и на наличие признаков ее недостоверности, сославшись на отсутствие документального подтверждения ее определения,  величины и структуры.

Оценивая выводы таможни, положенные в основу принятия оспариваемого решения, суд учитывает следующее.

Подпунктом 15 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС регламентировано, что коммерческими документами, используемыми при осуществлении внешнеторговой деятельности, а также для подтверждения  совершения сделок, связанных  с перемещением товаров через таможенную границу союза являются; счет-фактура (инвойс), спецификации, отгрузочные и упаковочные листы и другие документы, при этом согласно подпункту 48 пункта 1 статьи 2 ТК ЕАЭС транспортными (перевозочными) документами являются документы, подтверждающие наличие договора перевозки товаров и сопровождающие их при такой перевозке (коносамент, накладная, документ, подтверждающий заключение договора транспортной экспедиции, и иные документы).

Судом установлено, что в подтверждение заявленной стоимости общество представило таможне в ходе таможенного контроля контракт от 02.03.2018 №93OT/DD, инвойс от 09.07.2018 № NSC-18070901, коносамент от 16.07.2018 № MCPUMCВ381478 и другие документы в формализованном виде и в виде их копий на бумажном носителе.

Из оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ усматривается, что по итогам сравнительного анализа с использованием информационных ресурсов, баз данных таможенных органов были выявлены значительные расхождения между заявленными в спорной ДТ сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями по идентичным и однородным товарам, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

Так, отклонения по спорным товарам, заявленным в рассматриваемой ДТ составили по ФТС до 56, 74 %, по РТУ до 60,59 %.

На основе информации, полученной с использованием ИСС «Малахит» о средних уровнях цен товаров того же класса или вида, ввозимых иными участниками ВЭД и выявлении отклонения в меньшую сторону заявленного уровня ИТС товаров (долларов США за кг) от среднего уровня ИТС (долларов США за кг) идентичных/однородных товаров, таможенным органом 26.07.2018 у общества запрошены документы и (или) сведения с целью проверки обстоятельств заключения внешнеторговой сделки, исполнения ее сторонами всех необходимых условий по поставке конкретной партии товаров, а также формирование структуры задекларированной таможенной стоимости. 

Выявленные таможней отклонения в меньшую сторону стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом расцениваются судом как значительные, в связи с чем у таможенного органа имелись основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Во исполнение запроса документов и (или) сведений декларант письмом от 17.08.2018 представил таможне письменные пояснения и запрошенные документы, имеющиеся в его распоряжении, указав причины невозможности представить иные документы и сведения.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

Тем не менее как следует из материалов дела при проведении таможенного контроля для определения таможенной стоимости товара, задекларированного в спорной ДТ, метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами неприменим, так как таможенным органом было установлено, что продажа товаров или их цена зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, что является ограничением, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС в силу следующего.

Из оспариваемого решения следует, что одним из оснований для его принятия послужил вывод таможни о непредставлении декларантом документов по оплате товара.

Оценивая данный довод таможенного органа суд установил, что согласно пункту 7 внешнеторгового контракта от 02.03.2018 № 93OT/DD покупатель оплачивает 100 % стоимости товара в течение 60 дней с даты инвойса.

Из материалов дела следует, что инвойс № NSC-18070901 датирован 09.07.2018, в связи с чем, датой оплаты 100 % стоимости товара является 09.09.2018.

Таким образом, учитывая указанные условия контракта, на момент принятия таможенным органом оспариваемого решения о внесении изменений в сведения, указанные в декларации на товары от 02.10.2018 товар подлежал оплате.   

В пункте 3 письма от 17.08.2018 № 17/08, оформленного в ответ на запрос таможенного органа от 26.07.2018 общество пояснило, что платежи за декларируемую партию товара пока не произведены. 

При этом ни в ходе проведения таможенного контроля, ни на дату принятия решения от 02.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, документ, свидетельствующий об оплате спорной партии товара, обществом не представлен, в связи с чем у таможенного органа отсутствовала возможность осуществить проверку фактически оплаченной стоимости товара.

Более того, документы об оплате товара могли быть представлены декларантом в ответ на уведомление таможенного органа от 08.09.2018 № 1, которое было оформлено таможенным органом после получения ответа от 17.08.2018 № 17/08 на решение о проведении дополнительной проверки.

Не представлены такие документы и в материалы дела по запросу суда.

Что касается представленного обществом в материалы дела дополнительного соглашения от 05.09.2018 № 0509/18 к контракту № 93 от 02.03.2018 согласно которого продавец - компания «Anhui Kemfood International Co Ltd» и покупатель - ООО «ФЭЙ» пришли к взаимному соглашению об увеличении сроков оплаты по инвойсу № NSC-18070901 от 09.07.2018 до 545 дней, суд считает необходимым отметить следующее. 

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» было разъяснено, что рассматривая споры о правомерности корректировки таможенной стоимости, произведенной в рамках таможенного контроля до выпуска товаров, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 65 - 69 ТК ТС решение о корректировке принимается таможенным органом в соответствии с тем объемом документов и сведений, которые были им собраны и раскрыты декларантом на данной стадии.

Ввиду того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункты 8, 9 настоящего постановления).

В частности, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости. Представляемые таможенным органом новые доказательства принимаются судом, если обоснованы объективные причины, препятствовавшие их своевременному получению до вынесения решения о корректировке таможенной стоимости.

Из содержания дополнительного соглашения следует, что оно было составлено 05.09.2018, т.е. было в распоряжении декларанта как момент оформления таможней уведомления № 1 от 08.09.2018 о предоставлении дополнительных документов, так и на момент принятия оспариваемого решения (02.10.2018).

В абзаце 3 пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ № 18 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

При этом, декларант, который не только обязан представить запрашиваемые таможенным органом дополнительные документы и сведения, но и вправе доказывать правомерность использования избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность представленных документов и сведений, мог заранее предпринять действия, направленные на представление платежных документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, однако таких действий не совершил.

Поскольку декларантом не представлены пояснения о причинах непредставления указанного документа таможенному органу на этапе контроля таможенной стоимости товара, о чем свидетельствуют имеющиеся в материалах дела документы, суд не признает дополнительное соглашение от 05.09.2018 № 0509/18 в качестве  относимого к делу доказательства, подтверждающего невозможность представления документов об оплате товара как на момент контроля таможенной  стоимости, так и на момент судебного разбирательства по делу.

Учитывая вышеизложенное, непредставление декларантом платежных документов по оплате товара не позволило таможенному органу проверить достоверность заявленных сведений о стоимости сделки и дать оценку правомерности выбранного первого метода определения таможенной стоимости.

Таким образом, приведенный таможенным органом в оспариваемом решении довод по вышеуказанным обстоятельствам о заявлении таможенной стоимости товара по спорной ДТ и предоставление сведений относящихся к ее определению не основанных на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, является обоснованным.

Суд не принимает в качестве доказательства по делу, подтверждающего правомерность применения декларантом первого метода определения таможенной стоимости экспортную декларацию, поскольку отсутствие надлежащим образом оформленного перевода представленной декларантом экспортной декларации не позволяет соотнести указанный документ со спорной поставкой.

В силу абзаца 2 пункта 7 статьи 80 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе потребовать перевод сведений, содержащихся в необходимых для совершения таможенных операций документах, составленных на языке, не являющемся государственным языком государства-члена, таможенному органу которого представляются такие документы.

Обязанность по предоставлению таможенному органу надлежащего перевода составленного на иностранном языке документа возложена на декларанта (подпункт 4 пункта 2 статьи 336 ТК ЕАЭС).

В силу части 5 статьи 75 АПК РФ представляемым в арбитражный суд письменным доказательствам, исполненным полностью или в части на иностранном языке, должны быть приложены их надлежащим образом заверенные переводы на русский язык.

Невыполнение названного требования является нарушением правил о языке при рассмотрении дела, что влечет в соответствии с указанной нормой, а также частью 1 статьи 12 и статьей 68 АПК РФ, признание письменных документов, представленных полностью или в части на иностранном языке, недопустимыми доказательствами.

Доказательств выполнения требований указанных процессуальных норм при подготовке перевода экспортной декларации, в том числе по запросу суда заявитель в материалы дела не представил.

Судом установлено, что представленный в материалы дела перевод экспортной таможенной декларации исполнен путем совершения рукописных надписей на русском языке над переводимым текстом. Кроме того, данный перевод не заверен уполномоченным лицом. 

Таким образом, изложенные обстоятельства указывают на то, что представленная обществом таможенному органу экспортная декларация страны отправления не соответствует требованию пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

При таких обстоятельствах, довод заявителя, что им представлены таможенному органу все имеющиеся у него в силу обычаев делового оборота документы, подтверждающие таможенную стоимость, не принимается во внимание судом, поскольку из анализа именно представленного пакета документов, таможенный орган не усмотрел оснований для того, чтобы согласиться с заявленным методом определения таможенной стоимости.

Исходя из предоставленных в материалы дела доказательств, суд считает необходимым отметить, что со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившая таможенному органу в ходе контрольного мероприятия удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность, в рассматриваемом случае, первого метода определения таможенной стоимости товаров.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора метода по стоимости сделки с возимыми товарами, следовательно, основания для принятия решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ у таможенного органа имелись.

Таким образом, учитывая отсутствие документального подтверждения заявленных сведений о товарах и их таможенной стоимости, а также не устранение декларантом выявленных противоречий и признаков недостоверности заявленных сведений, выразившихся в значительном отклонении таможенной стоимости декларируемых товаров от однородных товаров, суд приходит к выводу, что таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров № 1 по первому методу определения таможенной стоимости.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом. 

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары.

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров.

В случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них (пункт 3 статьи 42 ТК ЕАЭС).

Как следует из статьи 37 ТК ЕАЭС, «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Материалами дела подтверждается, что в целях перерасчета таможенных пошлин, налогов, подлежащих уплате по товару № 1 по спорной ДТ, таможня выбрала шестой метод определения таможенной стоимости товара и, исходя из товарной позиции ввезенного товара, осуществила расчет таможенных платежей на основании соответствующего источника ценовой информации – ДТ № 10702070/130618/0077884.

При этом суд исходит из того, что выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не  контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Проверяя правильность выбора таможней ценовой информации, суд с учетом положений статей 37, 42 ТК ЕАЭС установил, что товар № 1 по спорной ДТ и товар, ввезенный по ДТ № 10702070/130618/0077884 иным участником ВЭД, взятой в качестве источника ценовой информации, являются сопоставимыми по количественным, качественным и функциональным характеристикам, имеют одну страну происхождения и отправления, классифицированы по одному коду ТН ВЭД, а также имеют одинаковые условия поставки товара.

Судом отмечается, что данные ИСС «Малахит» никоим образом не влияют на выбор источника ценовой информации, поскольку указанная программа срабатывает автоматически после регистрации ДТ и показывает отклонение в процентном выражении заявленного уровня ИТС от ИТС аналогичных товаров, которые декларировались в регионе деятельности ФТС и РТУ. Указанная информация оценивается таможенным органом при принятии решения о проведении дополнительной проверки, а также при принятии решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары.

Однако, при непосредственном принятии такого решения таможенным органом при выборе источника ценовой информации анализируется имеющаяся в его распоряжении информация. Так, для поиска ценовой информации в таможенном органе имеется несколько сертифицированных программных средств: ИАС «Мониторинг-Анализ» и ИАС «АСКТС». Указанные программные средства содержат информацию о декларировании товаров только в регионе деятельности ФТС (товары ввозятся только на территорию Российской Федерации). Иной ценовой информацией таможня не располагает.

Пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС также определено, что в целях обоснованного выбора стоимостной основы для определения таможенной стоимости ввозимых товаров, соответствующей статьям 41 и 42 настоящего Кодекса могут быть проведены консультации между таможенным органом и декларантом. В процессе консультаций таможенный орган и декларант могут обмениваться имеющейся у них информацией при условии соблюдения законодательства государств членов о коммерческой тайне.

Реализация права на получение консультации по выбору метода определения таможенной стоимости (абзац 3 пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС) поставлена в зависимость от волеизъявления заинтересованного в этом декларанта, который, не используя предоставленные ему таможенным законодательством инструменты по взаимодействию с таможенными органами, принимает на себя риск реализации последними предусмотренных законом полномочий, в том числе по самостоятельному совершению действий, связанных с проведением таможенных проверок.

Доказательств наличия причин отсутствия объективной возможности инициировать проведение консультаций по выбору источника ценовой информации либо предоставить таможне имеющиеся у него в распоряжении сведения об оформлении товаров с идентичными или однородными характеристиками спорному товару до принятия оспариваемого решения заявитель в материалы дела не представил.

В силу содержащегося в абзаце 2 пункта 11 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункты 8, 9 настоящего постановления).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что действия таможенного органа по выбору источника ценовой информации не противоречат таможенному законодательству.

В силу положений статей 51, 54 ТК ЕАЭС оплата декларантом таможенных платежей, в том числе доначисленных по результатам таможенного контроля таможенной стоимости, является обязанностью декларанта. Таким образом, поскольку у таможни имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, доводы заявителя о нарушении его прав и законных интересов оспариваемым решением суд отклоняет.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Суд считает, что оспариваемое решение таможенного органа не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы общества. 

Таким образом, установив отсутствие совокупности обстоятельств, предусмотренных нормами статей 198, 201 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения требования общества о признании незаконным решения таможни от 02.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/260718/0021645.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения требований заявителя судебные расходы по оплате государственной пошлине относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Отказать обществу с ограниченной ответственностью "ФЭЙ" в удовлетворении требований о признании незаконным решения Находкинской таможни от 02.10.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10714040/260718/0021645, проверенного на соответствие Таможенному кодексу ЕАЭС.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через арбитражный суд Приморского края.

Судья    Беспалова Н.А.