АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40- 95754/21-3-680

г. Москва

26 апреля 2023 г.

Резолютивная часть объявлена 07 апреля 2023 г. Дата изготовления решения в полном объеме 26 апреля 2023 г. 

Арбитражный суд Москвы в составе судьи Федоточкина А.А.,  

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании дело по иску 

Общества с ограниченной ответственностью "Компания траст" (665824, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>,  Дата присвоения ОГРН: 11.05.2010, ИНН: 

<

***>)  

к Страховому акционерному обществу "ВСК" (121552, Москва город, Островная улица,  4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 04.09.2002, ИНН: 

<

***>)  

о взыскании ущерба в размере 203 163 руб. 14 коп., При участии: От истца: не явился, извещён. От ответчика: ФИО2 дов. от 11.01.2023г. диплом. 

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью "Компания Траст" обратилось в  Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к Страховому акционерному  обществу "ВСК" о взыскании ущерба в размере 203 163 руб. 14 коп.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2021 (мотивированное  решение изготовлено 02.08.2021 г.) требования истца были удовлетворены, суд взыскал  с Страхового акционерного общества "ВСК" (121552, Москва город, Островная улица,  4, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 04.09.2002, ИНН: 

<

***>) в  пользу Общества с ограниченной ответственностью "Компания траст" (665824,  

<

...>, ОГРН:  

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 11.05.2010, ИНН: 

<

***>) ущерб в  размере 203 163 (Двести три тысячи сто шестьдесят три) руб. 14 коп., расходы по  уплате госпошлины в размере 7 063 (Семь тысяч шестьдесят три) руб.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2021,  Решение Арбитражного суда города Москвы 02 августа 2021 года по делу № А4095754/21 отменено, в удовлетворении иска отказано, взыскано с ООО "Компания  

Траст" в пользу Страхового акционерного общества "ВСК" 3 000 (Три тысячи) рублей  госпошлины.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 28 февраля 2022 г.  Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08 ноября 2021 года по  делу № А40-95754/2021 отменено, решение Арбитражного суда города Москвы от  02.08.2021 оставлено в силе, взыскано со Страхового акционерного общества «ВСК» в  пользу Общества с ограниченной ответственностью «Компания Траст» судебные  расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб. за рассмотрение кассационной  жалобы  

Страховое акционерное общество "ВСК" обратилось в Верховный суд  Российской Федерации с кассационной жалобой на решение Арбитражного суда города  Москвы от 02.08.2021 по делу № А40-95754/2021 и постановление Арбитражного суда  Московского округа от 28.02.2022 по тому же делу, в которой, ссылаясь на  существенное нарушение норм материального права, просит их отменить.  

Определением Верховного суда Российской Федерации от 30 сентября 2022 г. №  305-ЭС22-9756 решение Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2021 по делу №  А40-95754/2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  08.11.2021 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.02.2022 по  тому же делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

Определением Верховного суда Российской Федерации от 30 сентября 2022 г.,  суд указал, что " Между тем ни одной из судебных инстанций не дана оценка доводу  страхового общества о том, что общество «Траст» не является выгооприобретателем…  

В заявлении на страхование ФИО3 согласился с тем, что при  наступлении страхового случая выгодоприобретателем по договору страхования будет  банк.  

Положения о порядке замены выгодоприобретателя, указанные в статье 956  Гражданского кодекса Российской Федерации, имеют приоритетное значение по  отношению к общим положениям главы 24 Кодекса.  

С учетом названных правовых норм судам следует установить, перешли ли к  обществу «Траст» от банка права выгодоприобретателя в соответствии с заявлением  ФИО3 на страхование от 07.12.2011.  

Кроме того, следует дать оценку доводу страхового общества о  злоупотреблении обществом «Траст» своими правами, поскольку после заключения  договора цессии от 22.09.2015 общество до мая 2021 года не предпринимало никаких  действий для защиты своих гражданских прав...  

Судебная коллегия полагает, что судам следует дать оценку добросовестности  поведения общества «Траст», установить, какие объективные обстоятельства явились  причиной длительного получения информации о смерти должника, исследовать  доказательства, подтверждающие доводы общества.".  

В судебное заседание не явились представители истца. Определение суда о  времени и месте проведения судебного заседания, направленное истцу по  юридическому адресу, согласно выписке из ЕГРЮЛ, получено адресатом 20.02.2023 г.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 54 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ) юридическое лицо несет риск последствий неполучения  юридически значимых сообщений (ст. 165.1), доставленных по адресу, указанному в  едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по  указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по  адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются  полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу.  

В силу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или  иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает  

гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие  последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его  представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно  поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам,  зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.  

В соответствии с частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – АПК РФ) (в редакции Федерального закона от  27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о принятии искового заявления, о времени и месте  судебного заседания опубликована на сайте http://www.msk.arbitr.ru.  

Частью 6 статьи 121 АПК РФ установлено, что лица, участвующие в деле, после  получения определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении  производства по делу самостоятельно предпринимают меры по получению  информации о движении дела с использованием любых источников такой информации  и любых средств связи.  

Согласно части 1 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, и иные  участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если  к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия  арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о  принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении  производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим  Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле,  информации о начавшемся судебном процессе.  

При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных  последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела,  если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом  извещены о начавшемся процессе.  

Учитывая изложенное, суд считает истца извещенным надлежащим образом о  времени и месте рассмотрения дела, на основании п. 2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ, в связи с  чем, в соответствии с ч. 3 ст. 156 АПК РФ, считает возможным провести судебное  заседание в отсутствие представителей истца.  

Определением от 22 декабря 2022г. направлен запрос в Ангарский РОСП  (665835, 

<

...>) в отношении должника  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., для представления сведений  возбужденных на основании судебного приказа № 2307/2013 от 18.09.2013г. о  взыскании в пользу взыскателя Открытого акционерного общества Сбербанк России с  должника ФИО3.  

Определением от 16 марта 2023 г. направлен повторный запрос в Ангарский  РОСП (665835, 

<

...>) в отношении  предоставлений сведений исполнительного производства в отношении должника  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., возбужденные на основании  судебного приказа № 2307/2013 от 18.09.2013г. о взыскании в пользу взыскателя  Открытого акционерного общества Сбербанк России с должника ФИО3.  

В ответ на запрос из Ангарского районного отдела судебных приставов  поступила копия исполнительного производства № 74752/19/38002-ИП.  

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения требований по  доводам отзыва и пояснений.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства,  заслушав представителя ответчика, принимая во внимание Определение Верховного  суда Российской Федерации от 30 сентября 2022 г. по указанному делу, суд пришел к  следующим выводам.  

Из материалов дела следует, 22.09.2015 между ПАО «Сбербанк России» (далее  – Банк) и ООО «Компания Траст» заключен договор уступки прав (требований) №  64/40 (далее –договор цессии), на основании которого ПАО «Сбербанк России»  передало ООО «Компания Траст» права требования по просроченным кредитам  физических лиц, в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 07.12.2011  заключенному между ФИО3 и ПАО «Сбербанк России»  (далее по тексту – Банк).  

Согласно договору ПАО «Сбербанк России» передало ООО «ТРАСТ» права  требования по просроченным кредитам физических лиц, в том числе по кредитному  договору № 

<

***> от 07.12.2011 г., заключенному между ФИО3 и ПАО  «Сбербанк России».  

По условиям кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере  211 880 руб. 00 коп. под 17,0 % годовых, сроком на 36 месяцев.  

В соответствии с п.1.1., договора цессии Банк передал ООО «Компания Траст»  права (требования) по кредитным обязательствам (кредитных договоров) физических  лиц, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований);  права, обеспечивающие исполнение обязательств, вытекающих из кредитных  договоров.  

Истец указывает, что на основании Акта приема-передачи прав (требований) к  Договору уступки прав (требований), следует, что к ООО «Компания Траст» перешло  право требования исполнения ФИО3 кредитных обязательств по договору в  размере 203 163 руб. 14 коп.  

Как указывает истец, вместе с кредитным договором истцу передано заявление  на страхование от 07.12.2011 г. (день заключения кредитного договора) подписанное  ФИО3 в котором выражено согласие быть застрахованным лицом по  Договору страхования от несчастных случаев и болезней заемщика ОАО «Сбербанк  России» в соответствии с «Условиями участия в Программе коллективного  добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО «Сбербанк России», в  связи с чем просила включить его в список застрахованных лиц. Страховщик – САО  «ВСК».  

Согласно заявлению на страхование сумма страховой премии (платы за  подключение к Программе страхования) в размере 11 880,00 руб. за весь период  кредитования включена в сумму выдаваемого кредита. Следовательно, срок  страхования – 36 месяцев, страховая сумма – 211 880 руб. 00 коп.  

Истец поясняет, что Договор страхования был заключен заемщиком  ФИО3 именно в связи с заключением кредитного договора, то есть был  сопутствующим при заключении кредитного договора, что свидетельствует о  взаимосвязи указанных договоров. Со своей стороны Страховщик заключая договор  страхования подтвердил, что страхование производилось в рамках «Страхование от  несчастных случаев и болезней, заемщика (ФИО3 ) ПАО «Сбербанк  России» в соответствии с Условиями участия в Программе коллективного  добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ПАО «Сбербанк России»  включением ФИО3 в список застрахованных лиц, а так же указанием в  качестве выгодоприобретателя по данному договору при наступлении страхового  случая Банк.  

Таким образом, как указывает истец, заемщик ФИО3 в данном случае  заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения  своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора № 

<

***> от 07.12.2011 г.  ПАО «Сбербанк России».  

Истец указывает, что после уступки прав требования ООО «ТРАСТ» стало  известно о смерти ФИО3, которая наступила в период договора страхования  – 08.02.2013 г., в доказательство чего представлен ответ № 1668631819 от 09.05.2020  

службы ЗАГС Иркутской области, справка о смерти № А-00940 выданная отделом  ЗАГС по Ангарскому району и г. Ангарску Иркутской области от 06.02.2021г. Из  содержания справки о смерти следует, что Застрахованный умер по причине болезни.  

Истец поясняет, что из содержания заявления на страхование следует, что  Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица)  выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по  кредитному договору, но не более страховой суммы.  

Как указывает истец, страховая сумма составляет – 211 880 руб. 00 коп., сумма  задолженности ФИО3 по кредитному договору составила размере 203 163,14  руб., сумма задолженности по кредитному договору составляет 203 163,14 руб. ,  следовательно, сумма страховой выплаты по мнению истца составила 203 163,14 руб.  

В целях соблюдения претензионного порядка истцом было направлено  уведомление № 5766 от 18.02.2021 г. о наступлении страхового случая по факту смерти  ФИО3 Претензионные требования истца не были удовлетворены, что  явилось основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд учитывает следующее.  

Исковые требования истца основаны на том, что между ООО Компания траст и  ПАО «Сбербанк России» заключен договор уступки прав (требований) № 64/40 от  22.09.2015 г., согласно которому - ПАО «Сбербанк России» передал ООО Компания  траст права требования по просроченным кредитам физических лиц, в том числе по  кредитному договору № 

<

***> от 07.12.2011 г., заключенного между ФИО3  и ПАО «Сбербанк России». ФИО3 на основании заявления на страхование от  07.12.2011 г. согласился быть застрахованным по Договору страхования от несчастных  случаев и болезней заемщика и присоединился к Соглашению об условиях и порядке  страхования № 254 от 31.08.2009 г., заключенному между САО «ВСК» и ПАО  «Сбербанк России» (далее Соглашение о страховании).  

По смыслу п. 1 ст. 384 ГК РФ права, обеспечивающие исполнение обязательства,  переходят только «если иное не предусмотрено законом или договором», а п. 1 ст. 388  ГК РФ установлено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу  (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.  

Согласно п. 2 ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор  личного страхования считается заключенным в пользу застрахованного лица, если в  договоре не названо в качестве выгодоприобретателя другое лицо. В случае смерти  лица, застрахованного по договору, в котором не назван иной выгодоприобретатель,  выгодоприобретателями признаются наследники застрахованного лица. Договор  личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным лицом, в том  числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя, может быть  заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица.  

В Заявлении на страхование от 07.12.2011 г. ФИО3 согласился с тем,  что при наступлении страхового случая выгодоприобретателем по договору  страхования будет являться ПАО «Сбербанк России».  

В силу ст. 956 ГК РФ страхователь вправе заменить выгодоприобретателя,  названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом  страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования,  назначенного с согласия застрахованного лица (пункт 2 статьи 934), допускается лишь  с согласия этого лица.  

Из совокупного толкования указанных норм следует, что специальными  императивными нормами ст.ст. 934, 956 ГК РФ предусмотрена возможность замены  выгодоприобретателя по договору личного страхования только с согласия  застрахованного лица с письменным уведомлением Страховщика. Следовательно,  поскольку имеется, предусмотренный законом запрет на замену  Выгодоприобретателя, то права Выгодоприобретателя по Договору страхования при  

отсутствии письменного согласия застрахованного не переходят к Истцу в силу п. 1 ст.  384, п. 1 ст. 388 ГК РФ несмотря на заключённый договор уступки прав требований.  Данное обстоятельство никак не зависит от факта оспаривания договора договор  уступки прав (требований) застрахованным лицом. Более того, застрахованное лицо не  имеет оснований для оспаривания договор уступки прав (требований) т.к. право  кредитора уступить права непосредственно предусмотрено в кредитном договоре.  

Кроме того, застрахованное лицо либо его наследники должны быть привлечены  к участию деле судом, должна быть установлена позиция данных лиц, ввиду того, что  их права и обязанности затрагиваются в случае принятия судебного акта.  

Уведомление Страхователя о замене Выгодоприобретателя в адрес САО «ВСК»  о замене выгодоприобретателя не поступало. Согласие ФИО3 (его  наследников) на замену Выгодоприобретателя и письменное уведомление в адрес САО  «ВСК» - отсутствует в материалах дела.  

Таким образом, Истец не является Выгодоприобретателем по договору  страхования.  

В соответствии с со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и  юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение  гражданских прав и обязанностей.  

В силу п. 4 ст. 157.1. ГК РФ молчание не считается согласием на совершение  сделки, за исключением случаев, установленных законом.  

Таким образом, согласие застрахованного, является сделкой, при отсутствии  которой исключается возникновение и прекращение права Выгодоприобретателя по  договору страхования.  

Согласно п. 3.2. Договора уступки прав (требований) цессионарий принял на  себя все риски, связанные с возможным отсутствием прямо выраженного согласия  Должников по кредитным договорам на уступку права.  

Таким образом, замена выгодоприобретателя по договору страхования, т.е. лица,  имеющего право на получение страховой выплаты, в рассматриваемом деле не  произошла.  

К аналогичным выводам неоднократно приходил Девятый арбитражный  апелляционный суд (дела № А40-124740/2017 (09АП-53633/2017), № А40-115192/2017  (09АП-69062/2017), № А40-89889/2017 (09АП-46164/2017), № А40-71583/2017 (09АП- 4764/2018), № А40-53926/2017 (09АП-54015/2017), а также Арбитражный суд  Московского Округа в постановлении от 17.11.2017г. по делу № А40-56610/2017.  

Кроме того данной правовой позиции придерживается и Верховный суд  Российской Федерации, который Определением от 20.09.2019 N 305-ЭС19-12109 по  делу N А40-66287/2018 постановил, что выводы судов нижестоящих инстанций о  неприобретении обществом прав выгодоприобретателя из договора страхования  является правильным. ПАО «Сбербанк России» не передавало право требования  страховой выплаты Истцу.  

Страхование заемщиков ПАО «Сбербанк России» осуществлялось САО «ВСК»  по коллективной схеме на основании Соглашения об условиях и порядке страхования №  254 от 31.08.2009г.  

Согласно Соглашению, Страхователем по договору страхования является ОАО  «Сбербанк России», Страховщиком выступает СОАО «ВСК».  

В соответствии с п. 2.1. Соглашения оно устанавливает условия и порядок  заключения Договоров страхования, а также взаимные обязательства Сторон при их  заключении, равно как и определяет взаимоотношения Сторон по вопросам  урегулирования Страховых событий, осуществления Страховщиком страховых выплат.  

В силу п. 3.3.5. Соглашения Выгодоприобретателем в рамках Договора  страхования является Страхователь (ОАО «Сбербанк России») в отношении всех  

страховых событий, указанных в п. 3.3.3. настоящего Соглашения и признанных  Страховыми случаями.  

Согласно Договору уступки прав (требований) № 64/40 от 22.09.2015 г. ПАО  «Сбербанк России» уступило ООО Компания траст права требования по просроченным  кредитным договорам, по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств  заемщиков и заключенным Банком и заемщиками, поручителями.  

Однако, право получателя страховой выплаты, предусмотренное Соглашением  об условиях и порядке страхования № 254 от 31.08.2009г., заключенному ПАО  «Сбербанк России» и САО «ВСК», в рамках Договора уступки прав (требований)   № 64/40 от 22.15.2015 г. не передавалось ООО Компания траст.  

Данный довод также нашел свое отражение в определении Верховного суда  Российской Федерации от 20.09.2019 № 305-ЭС19-12109 по делу № А40-66287/2018.  

Относительно довода Истца о том, что в соответствии с договором цессии  Обществу перешло право требования выплаты страхового возмещения по  наступившему страховому случаю суд отмечает следующее.  

Особенностью личного страхования является то, что страхуются специфические  страховые интересы страхователя, тесно связанные с его личностью.  

Истец говорит о «трансформации» обязательств страховщика, вследствие чего  предметом обязательства является не услуга по несению риска, а деньги. Право  требования задолженности за несвоевременное исполнение обязательства ФИО3 по кредитному договору у Общества появилось в результате заключения Договора  цессии. Ответчик же в соответствии с условиями страхования обязан произвести  выплату в связи с наступлением страхового случая, а не в результате ненадлежащего  исполнения Застрахованным лицом обязательств по кредитному договору.  

При этом, суд не может согласиться с доводом истца относительно того, что  уступка требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места,  поскольку выгодоприобретателем уступлены не права по договору личного  страхования, указанные в ст. 956 ГК РФ, а наступившие после наступления страхового  случая право требования выплаты денежной суммы - задолженности в рамках этого  договора, ввиду следующего: а) Страховым случаем является причинение вреда жизни  или здоровью названного в договоре застрахованного лица, достижения им  определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного  договором события (страхового случая); б) застрахованным лицом может быть только  физическое лицо. Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу  которого заключен договор; в Существует специфический страховой интерес, который  должно иметь застрахованное лицо (в частности, интерес в получении страховой  суммы при смерти или повреждении здоровья); г) Предметом страховой защиты при  личном страховании являются жизнь и здоровье, которые не имеют денежной оценки, и  поэтому страховая сумма в договорах личного страхования определяется по общему  правилу по соглашению сторон; д) На гражданина не может быть возложена  обязанность страховать собственную жизнь или здоровье, однако такая обязанность  может быть возложена законом на третьих лиц; е) Разновидности личного страхования  законодательно не установлены. Однако на практике заключаются разные виды таких  договоров. Наиболее распространенными видами личного страхования являются  страхование жизни, страхование от несчастных случаев и болезней, медицинское  страхование. Согласно п. 1 ст. 4 Закона об организации страхового дела в Российской  Федерации объектами личного страхования могут быть имущественные интересы,  связанные: с дожитием граждан до определенного возраста или срока, со смертью, с  наступлением иных событий в жизни граждан (страхование жизни); с причинением  вреда жизни, здоровью граждан, оказанием им медицинских услуг (страхование от  несчастных случаев и болезней, медицинское страхование).  

Таким образом, особенностью личного страхования является то, что страхуются  специфические страховые интересы страхователя, тесно связанные с его личностью.  

Это реальный, двусторонне обязывающий, возмездный договор. Причем его  возмездность сохраняется и в том случае, когда страховой случай не наступил,  поскольку договор заключается в расчете на встречное предоставление со стороны  страховщика.  

При заключении договора личного страхования страховая выплата призвана по  возможности смягчить страхователю (застрахованному лицу) негативные последствия  страхового случая, приведшего к ухудшению его материального положения в силу  необходимости затрат на лечение, уменьшения доходов вследствие снижения  трудоспособности, смерти застрахованного и т.п. При этом виде страхования страховая  выплата носит компенсационный характер. Эта выплата призвана компенсировать  страхователю, застрахованному лицу тот вред, который причинен страховым случаем.  

Порядок назначения и замены выгодоприобретателя предусмотрен в п. 8.1.2  Раздела 8 Правил страхования.  

ФИО3 на основании заявления на страхование от 07.12.2011 г.  согласился быть застрахованным по Договору страхования от несчастных случаев и  болезней заемщика и присоединился к Соглашению об условиях и порядке страхования   № 254 от 31.08.2009 г., заключенному между САО «ВСК» и ПАО «Сбербанк России»  (далее Соглашение о страховании).  

Договоры страхования заключаются на основании условий, изложенных в  настоящем Соглашении, Правил добровольного страхования граждан от несчастных  случаев и болезней № 83 от 26.11.2010г. Правила страхования являются неотъемлемой  частью настоящего Соглашения и каждого из Договоров страхования.  

В соответствии с условиями страхования Выгодоприобретателем является  Страхователь (Банк) в отношении всех страховых событий, указанных в Соглашении и  дополнительного соглашении от 31.08.2010г (п. 3.3.5, 3.4.5 Соглашения).  

При этом, порядок назначение и замены выгодоприобретателя, предусмотрен  только в п. 8.1.2 Раздела 8 Правил страхования, а именно, указано следующее: «В  период действия Договора страхования Страхователь имеет право назначить или  заменить Выгодоприобретателя, названного в Договоре страхования другим лицом,  письменно уведомив об этом Страховщика (с согласия Застрахованного лица.).  

Таким образом, исходя из буквального толкования условий страхования,  Страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре  страхования, другим лицом, с соблюдением одновременно двух условий: письменно  уведомив об этом страховщика; с согласия Застрахованного лица.  

Данное условие согласуется с положениями ст. 956 ГК РФ.  

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2022 г.  Российской Федерации по делу № А40-95754/2021 установлено, что положения о  порядке замены выгодоприобретателя, указанные в статье 956 Гражданского кодекса  Российской Федерации, имеют приоритетное значение по отношению к общим  положениям главы 24 Кодекса.  

Из указанных норм следует, что объектом страхования от несчастных случаев и  болезней являются имущественные интересы застрахованного лица, для которого, по  логике закона, личность выгодоприобретателя имеет существенное значение, в связи с  чем, порядок его назначения или замены предусматривает письменное согласие  застрахованного на подобные действия.  

Суд отмечает, что у Страховщика имеется только одно согласие  Застрахованного, в котором ФИО3 согласился с тем, что при наступлении  страхового случая выгодоприобретателем по договору страхования будет являться  ПАО «Сбербанк России».  

Согласие ФИО3 (его наследников) на замену Выгодоприобретателя на  Истца до сих пор стороной не представлено.  

Следовательно, права Выгодоприобретателя по Договору страхования при  отсутствии письменного согласия застрахованного не переходят к Истцу в силу п. 1 ст.  384, п. 1 ст. 388 ГК РФ несмотря на заключённый договор уступки прав требований.  

Относительно довода Истца о том, что Страховым обществом не оспорена  сделка о передаче требования ООО «Компании Траст».  

Заявляя о том, что Страховщиком не был оспорен договор уступки прав  (требований) № 64/40 от 22.09.2015г., заключенный между Истцом и Банком, Истец,  исходя из условий Договора, может говорить лишь об уступке прав требования по  кредитным договорам и договорам их обеспечивающим. Вместе с тем, обязательства,  возникшие из Соглашения о об условия и порядке страхования, в рамках договора  цессии не передавались.  

Страховщик не является стороной по тем, договорам, которые были  переуступлены Истцу. Страховщику не было сообщено о переуступке прав требования  по договорам, по которым он является стороной, что бы он имел возможность оспорить  правомерность заключения таких договоров.  

В данном случае оспаривание либо не оспаривание сделки по передаче  требования Истцу не имеет никакого юридического значения, поскольку указанная  сделка не связана с договорными правоотношениями, по которыми САО «ВСК»  является стороной.  

Относительно доводов Истца о предпринятых мерах на протяжении 8 лет по  взысканию задолженности, в отсутствии информации о смерти должника и  невозможности получить данную информацию ранее, суд отмечает следующее.  

Имеет место злоупотребление со стороны Истца, выраженное в длительном  необращении за страховым возмещением и пропуске срока исковой давности.  

В обоснование доводов об имеющемся злоупотреблении со стороны Истца,  выраженное в длительном необращении за страховым возмещением на протяжении 8  лет, Ответчик обращает внимание суда на то, что Общество по сути ссылается на  ненадлежащую работу Службы судебных приставов, что не имеет никакого  юридического значения для течения сроков обращения, указанных в Соглашении и не  подтверждает уважительность бездействия самого Общества, в частности: Общество  говорит о том, что добросовестно пыталось в установленном законом порядке взыскать  денежные средства с должника. На основании судебного приказа 2-2307/13 от  18.09.2013г о взыскании с заемщика просроченной задолженности по кредитному  договору судебным приставом-исполнителем в 2014 году было возбуждено  исполнительное производство 70911/14/38002-ИП. Однако в 2018 году это  исполнительное производство было окончено в связи с невозможностью установить  местонахождение должника и его имущества.  

Не имея информации о смерти должника, общество «Траст» пыталось через  службу судебных приставов получить исполнение по кредитному договору. Также,  утверждало, что через службу судебных приставов пыталось выяснить сведения о  судьбе должника (возможной его смерти).  

Между тем никаких доказательств, подтверждающих эти доводы, обществом не  представлено, равно как не представлено доказательств, что Истец предпринимал  усилия к получению информации по должнику путем подачи заявлений судебному  приставу-исполнителю о направлении ФССП запросов в органы ЗАГС подтверждения  информации о том, что должник жив.  

Определением от 22 декабря 2022г. направлен запрос в Ангарский РОСП  (665835, 

<

...>) в отношении должника  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., для представления сведений  возбужденных на основании судебного приказа № 2307/2013 от 18.09.2013г. о  

взыскании в пользу взыскателя Открытого акционерного общества Сбербанк России с  должника ФИО3.  

Определением от 16 марта 2023 г. направлен повторный запрос в Ангарский  РОСП (665835, 

<

...>) в отношении  предоставлений сведений исполнительного производства в отношении должника  ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., возбужденные на основании  судебного приказа № 2307/2013 от 18.09.2013г. о взыскании в пользу взыскателя  Открытого акционерного общества Сбербанк России с должника ФИО3.  

В ответ на запрос из Ангарского районного отдела судебных приставов  поступила копия исполнительного производства № 74752/19/38002-ИП, из которой не  усматривается Документов, подтверждающих доводы Истца документально.  

Как указывает сам Истец первое исполнительное производство в отношении  ФИО3 было возбуждено в 2014 г., а прекращено в 2018 г., о котором Истец  знал, и «прилагал усилия» по получению исполнения. Договор цессии заключен в 2015  г. Основанием для прекращения исполнительного производство явился п. 3 ч. 1 ст. 46  Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "Об исполнительном  производстве" (невозможно установить местонахождение должника, его имущества  либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных  ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных  кредитных организациях).  

При этом, адрес регистрации застрахованного лица в г. Ангарске указан в  заявлении на страхование от 07.12.2011 г., имевшемуся у Истца. Более того, адрес  регистрации застрахованного лица в обязательном порядке указан в Кредитном  договоре, также в кредитном договоре имеются данные паспорта, что дает основание  сделать вывод о том, что местонахождения должника и его имущества было известно  изначально, достоверно и подлежало установлению.  

Как усматривается из справки о смерти № А-00940 от 06.02.2021 г., смерть  ФИО3 наступила 08.02.2013 г. по причине «микронодулярного цирроза  печени», т.е. в результате заболевания, а не вы результате, например, признания  гражданина умершим. Таким образом информация о смерти заемщика имелась в  компетентных органах сразу после наступления смерти, и в случае надлежащей работы  судебного пристава-исполнителя была бы известна незамедлительно после  возбуждения производства в 2014 г., а не спустя 7 лет.  

То есть прекращение исполнительного производства по указанному основанию  не вызвало вопросов у Истца вплоть до 2021 г.  

Также у Истца отсутствовали претензии к работе по исполнительному  производству на протяжении всех этих лет, при условии, наличия официальных и  достоверных данных о месте регистрации должника и его паспортных данных:  подтверждение обращений Истца с жалобами на действия судебного пристава- исполнителя, датированных с 2015 г. в материалы дела не представлено.  

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств,  препятствующих получению информации о смерти застрахованного лица, как со  стороны судебного-пристава исполнителя, так и со стороны истца ранее 2021г.  

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и  при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений  должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из  своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена  недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых  

исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление  правом в иных формах.  

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при  осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей  предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.  

Установление судом злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие  мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от  недобросовестного поведения другой стороны и является самостоятельным основанием  для отказа в удовлетворении предъявленных требований.  

Сделка признается недействительной по основаниям, предусмотренным  законом, однако, Истец не приводит соответствующих оснований в иске.  

Пунктом 2 ст. 1 ГК РФ закреплено, что Граждане (физические лица) и  юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и  в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе  договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий  договора. Согласно п.1 ст.9 ГК РФ, граждане по своему усмотрению осуществляют  принадлежащие им гражданские права. В случаях, когда закон ставит защиту  гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и  добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских  правоотношений предполагается (п.5 ст. 10 ГК РФ).  

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении  договора.  

В силу п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для  сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным  нормам), действующим в момент его заключения.  

В соответствии с п.3. ст. 3 Закона РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации  страхового дела в Российской Федерации», добровольное страхование осуществляется  на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие  условия и порядок его осуществления. Правила страхования принимаются и  утверждаются страховщиком или объединением страховщиков самостоятельно в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом и  федеральными законами и содержат положения о субъектах страхования, об объектах  страхования, о страховых случаях, о страховых рисках, о порядке определения  страховой суммы, страхового тарифа, страховой премии (страховых взносов), о  порядке заключения, исполнения и прекращения договоров страхования, о правах и об  обязанностях сторон, об определении размера убытков или ущерба, о порядке  определения страховой выплаты, о сроке осуществления страховой выплаты, а также  исчерпывающий перечень оснований отказа в страховой выплате и иные положения.  

В силу положений статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации  условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в  стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или  утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах  страхования) (пункт 1).  

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст  договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя  (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на  применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором  (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В  последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил  страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2).  

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между  сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем  существенным условиям договора.  

П. 2 ст. 940 ГК РФ предусматривает, что согласие страхователя заключить  договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от  страховщика, подписанного последним страхового полиса.  

При заключении договора страхования страхователь и страховщик могут  договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования  и о дополнении правил (пункт 3).  

Таким образом, поскольку применение правил страхования зависит от воли  сторон договора, последние вправе изменить любые положения правил страхования,  дополнив их.  

Такие изменения допускаются, если изменение, отмена или дополнение правил  страхования согласованы сторонами как в договоре страхования (полисе), так и  Правилах страхования.  

Как следует из п. 14 Постановления Пленума ВС РФ № 20 для установления  содержания договора страхования следует принимать во внимание содержание  заявления страхователя, страхового полиса, а также правила страхования, на основании  которых заключен договор.  

Правила страхования прошли проверку в надзорном органе, нарушение пункт  Правил не выявлено.  

Между тем, заключенный договор цессии не ставит Общество на место  Страхователя в целом по Соглашению, заключенному с Ответчиком, и не заменяет  Страхователя на ООО «Компанию ТРАСТ», а значит Истец не является стороной  Соглашения, в связи с чем, не вправе оспаривать условия/Правила, на которых  заключено Соглашение.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 934 Гражданского кодекса Российской  Федерации договор личного страхования считается заключенным в пользу  застрахованного лица, если в договоре не названо в качестве выгодоприобретателя  другое лицо. В случае смерти лица, застрахованного по договору, в котором не назван  иной выгодоприобретатель, выгодоприобретателями признаются наследники  застрахованного лица.  

Договор личного страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным  лицом, в том числе в пользу не являющегося застрахованным лицом страхователя,  может быть заключен лишь с письменного согласия застрахованного лица. При  отсутствии такого согласия договор может быть признан недействительным по иску  застрахованного лица, а в случае смерти этого лица по иску его наследников.  

Согласно статье 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь  вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим  лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по  договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица,  допускается лишь с согласия этого лица.  

В заявлении на страхование заемщик согласился с тем, что при наступлении  страхового случая выгодоприобретателем по договору страхования будет банк.  

Положения о порядке замены выгодоприобретателя, указанные в статье 956  Гражданского кодекса Российской Федерации, имеют приоритетное значение по  отношению к общим положениям главы 24 Кодекса.  

Таким образом, суд приходит к выводу, что доказательств перехода прав  выгодоприобретателя в соответствии с заявлением на страхование в материалы дела не  представлено.  

Аналогичной правовой позиции придерживается и Верховный Суд Российской  Федерации в Определении от 30.09.2022 № 305-ЭС22-9756 по делу № А40-95754/2021.  

Пунктом 1 статьи 961 ГК РФ установлено, что страхователь по договору  имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении  страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика  или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ  уведомления, оно должно быть сделано в условленный срок и указанным в договоре  способом. Такая же обязанность лежит на выгодоприобретателе, которому известно о  заключении договора страхования в его пользу, если он намерен воспользоваться  правом на страховое  

В соответствии со ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются  полученные в предусмотренном АПК РФ и другими Федеральными законами порядке  сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или  отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования или возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного  рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные  доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания  свидетелей, аудио-видеозаписи, иные документы и материалы.  

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

В соответствии со ст. 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным  судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что  содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.  

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии  оценки доказательств, подтверждающих факты наличия тех или иных обстоятельств.  

Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает  свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и  достаточными.  

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК  РФ.  

В соответствии с указанной статьей обстоятельства дела, которые согласно  закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут  подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.  

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого  количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора.  

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не  признавать требования участвующего в деле лица обоснованными (доказанными).  

В результате исследования и оценки имеющихся в деле доказательств  арбитражный суд пришел к выводу о необоснованности и документальной  неподтвержденности заявленного истцом искового требования к ответчику о взыскании  ущерба в размере 203 163 руб. 14 коп..  

Таким образом, с учетом изложенного, суд пришел к выводу об отсутствии  правовых оснований для удовлетворения исковых требований.  

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, расходы по госпошлине подлежат  отнесению на истца.  

На основании ст. ст. 8-12, 15 ГК РФ, ст. ст. 4, 9, 65, 110, 123, 156, 167-171, 176  АПК РФ, суд  

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований – отказать. 

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его изготовления в  полном объеме в Девятый арбитражный апелляционный суд.  

Судья А.А. Федоточкин