ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3959/2019

г. Челябинск

27 мая 2019 года

Дело № А47-11973/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 22 мая 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Матвеевой С.В., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Амелия» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 14.02.2019 по делу № А47-11973/2017 (ФИО3).

 

Общество с ограниченной ответственностью «РРК-Энерго» 27.09.2017 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Амелия» (далее – ООО «Амелия», должник).

Определением суда от 05.10.2017 возбуждено производство по делу о признании ООО «Амелия» несостоятельным (банкротом). 

          Определением суда от 13.11.2017 (резолютивная часть определения от  08.11.2017) в отношении ООО «Амелия» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО2

         Решением суда от 05.09.2018 (объявлена резолютивная часть) ООО «Амелия»  признано (несостоятельным)  банкротом, с открытием конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

          Конкурсный управляющий 06.10.2018 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства № 1 от 20.04.2017, заключенного между ООО «Амелия» и ФИО4 (далее –ФИО4, ответчик).  Применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу транспортного средства – автомобиля BMW ХЗ XDRIVE 201, VIN 

<

***>, 2014 г.в.

         Определением суда от 26.11.2018 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5 (далее – ФИО5), общество с ограниченной ответственностью    «ТрансТехСевис –Центр» (далее - ООО «ТрансТехСевис –Центр»),  ФИО6 (далее - ФИО6).  

Определением суда от 14.02.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий   обратился с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, просил  отменить определение суда от 14.02.2019,  удовлетворить требования конкурсного управляющего.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий    указал, что   судом дана неверная оценка имеющимся в деле доказательствам, суд необоснованно  принял во внимание  дополнительное соглашение от 21.04.2017 к спорному договору купли-продажи от 20.04.2017. Вместе с тем данное соглашение при регистрации транспортного средства за ФИО4 в ГИБДД не предъявлялось. В представленных приходных кассовых ордерах, как доказательства оплаты автомобиля, приведена ссылка на иной договор – от 29.04.2017 и неверно указана фамилия покупателя. Объективно ответчиком не была подтверждена финансовая возможность оплаты автомобиля по цене 1 600 000 руб. Суд  должен был критически отнестись к документам, представленным ФИО5, как бывшим руководителем должника, о расходовании полученных средств на оплату работ по договорам подряда. С точки зрения конкурсного управляющего, документы по оплате автомобиля и документы по расходованию средств составлены формально, для создания видимости оплаты автомобиля и вывода имущества. ФИО5 в данный спор представлены документы по расходованию средств, вместе с тем обязанность по передаче документации должнику конкурсному управляющему не исполнена.  Суд должен был усомниться в добросовестности сторон   сделки, приняв во внимание условия совершения спорной сделки, в совокупности с условиями договоров по последующей реализации автомобиля,  стоимость в которых значительно выше, чем определено договором от 20.04.2017. 

В дополнении к апелляционной жалобе конкурсный  управляющий конкурсный управляющий отметил, что  после принятия обжалуемого судебного акта  ему стало известно, что автомобилем, после его продажи ФИО4,  продолжали использоваться члены  семьи ФИО5 – его жена ФИО7  и дочь ФИО8, данные сведения стали известны при рассмотрении заявления конкурсного управляющего  о  привлечении ФИО5  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Ранее супруга ФИО5   - ФИО7 занимала должность руководителя должника. Кроме того, в рамках указанного спора у конкурсного управляющего   появилась информация, дающая основания полагать, что  ответчик ФИО4, является  заинтересованным лицом  по отношению к ФИО5 (его матерью), заключившему спорный договор от 20.04.2017 от имени должника, что    предполагает осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника на дату совершения спорной сделки.  Для подтверждения совокупности обстоятельств  по заявленным конкурсным управляющим основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный  управляющий  просил истребовать    сведения  о родстве ФИО4 и ФИО5  

В судебном заседании 23.04.2019 конкурсный  управляющий доводы апелляционной жалобы   поддержал.

         Представитель ФИО4 в судебном заседании 23.04.2019  с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, представил отзыв.

          Представитель ООО «ТрансТехСервис-Центр» в судебном заседании  23.04.2019 пояснил, что имеет возражения лишь в части заявленных конкурсным управляющим последствий недействительности сделки, представил мнение по жалобе. 

         Определением  суда апелляционной инстанции от 23.04.2019 рассмотрение апелляционной жалобы     было отложено, ходатайство конкурсного управляющего   об истребовании доказательств частично удовлетворено.

          Во исполнение определения суда от 23.04.2019  от отдела по вопросам миграции МУ МВД России «Орское» поступило заявление о выдаче паспорта, на основании которого ФИО5 03.09.2013 был выдан новый  паспорт   Отделением УФМС России по Оренбургской обл. в Октябрьском р-не г. Орска код подразделения 560-007.

          Также от конкурсного управляющего   поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы   без его участия, представлены  сведения из УВМ УМВД России по Оренбургской области о родственных отношениях ФИО4  и ФИО5   – мать и сын.

          Определением  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 в составе суда произведена замена судьи Бабкиной С.А. судьей Матвеевой С.В. в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

          В соответствии со ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

          В судебном заседании к материалам дела приобщены документы и пояснения, поступившие в суд    апелляционной инстанции  17.04.2019 от конкурсного управляющего, также суд счел возможным приобщить озвученные в судебном заседании 23.04.2019: отзыв  ФИО4 и мнение ООО «ТрансТехСервис-Центр».  

          Также судом приобщены представленные конкурсным управляющим 07.05.2019 сведения из УВМ УМВД России по Оренбургской области     о родственных отношениях ФИО4  и ФИО5 

          Кроме того,  судом самостоятельно получено и приобщено  к материалам дела размещенное на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru)  определение суда от 11.01.2019 по настоящему делу – об истребовании документов должника от ФИО5 

         Приобщая дополнительные доказательства,  суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

  Нормы статей 8, 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации призваны обеспечить состязательность и равноправие сторон. 

В силу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

В силу пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 (в редакции от 10.11.2011) «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции; в то же время непринятие судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к вынесению неправильного постановления.

С учетом изложенного,  в целях принятия правильного и законного   судебного акта представленные дополнительные доказательства   приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

           Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на основании договора купли-продажи от 20.04.2017 ООО «Амелия» в лице генерального директора ФИО9 реализовало ФИО4 автомобиль BMW ХЗ XDRIVE 201, VIN 

<

***>, 2014 г.в., по цене 200 000 руб. (л.д.28 т. 1).

           При рассмотрении спора, ответчиком представлено дополнительное соглашение к договору от 21.04.2017 (л.д.29 т.1), согласно которому фактическая стоимость автомобиля определена сторонами в размере 1 600 000 руб.

           В качестве оплаты средств за проданный автомобиль, ответчиком представлены в материалы дела  квитанции от 24.04.2017 на сумму  300 000 руб., от 20.04.2017 на сумму  200 000руб., от 26.04.2017 на сумму  350 000руб., от 27.04.2018 на сумму  500 000 руб., от 28.04.2017 на сумму  250 000 руб. (л.д.30-31 т.1), денежные средства были переданы ФИО5, являющемуся руководителем должника.

          Также  ответчиком представлены доказательства, в подтверждение  финансового положения, позволяющего совершить оспариваемую сделку: договор  купли-продажи от 10.02.2017 согласно которому  ФИО4 продала ФИО10 автомобиль TOYTA RAV 4 (регистрационный номер 

<

***>) по цене 150 000 руб. В письменный пояснениях от 10.01.2019, заверенных нотариально, ФИО10 указывает, что спорный автомобиль она приобрела у ФИО4 по цене 1 200 000 руб., из которых 150 000 руб. она оплатила по договору, а 1 050 000 руб. передала по расписке. Согласно данной расписке от 10.02.2017 ФИО4 получила от ФИО10 денежные средства в размере 1 050 000 руб. и 150 000 руб. по договору купли-

продажи автомобиля (л.д. 91-93 т.1 ).

           ФИО5 факт получения наличных денежных средств от ФИО4 по договору купли-продажи от 20.04.2017 в размере 1 600 000 руб. подтверждал, указывая, что данные денежные средства были направлены на погашение задолженности по договорам подряда, заключенных должником с ФИО11 от 20.05.2016, от 20.06.2016; ФИО12 от 27.04.2016. Представил соответствующие договоры,  акты о приемке выполненных работ; расходные кассовые ордера о передаче денежных средств физическим лицам в счет оплаты выполненных работ (л.д. 94-138 т.1, л.д.1-69 т.2).

           Впоследствии  спорный автомобиль был реализован  ФИО4  в пользу ООО «ТрансТехСервис-Центр»  по  договору купли-продажи от 13.09.2017  по цене 1 503 000 руб.  (л.д. 72-79 т.1).

          В свою очередь ООО «ТрансТехСервис-Центр»   реализовало данный автомобиль ФИО6 по договору от  09.10.2017 по цене 1 700 000 руб.  (л.д. 76-82 т.2).

          По сведениям регистрирующего органа в настоящее время собственником транспортного средства является ФИО6. 

           Конкурсный управляющий, полагая, что договор  купли-продажи от 20.04.2017 (должника с ФИО4)   является недействительной сделкой в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате сделки вред причинен, сделка совершена   при неравноценном встречном исполнении, обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми требованиями.

        Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, установил, что оспариваемая сделка заключена должником менее чем за год  до возбуждения дела о банкротстве,  однако счел недоказанным факт того, что сделки совершены между  заинтересованными лицами и ФИО4   была осведомлена о наличии у должника неисполненных денежных обязательств в момент заключения спорного договора. Суд принял во внимание представленное дополнительное соглашение к договору купли-продажи, квитанции об оплате автомобиля ФИО4   и документы, представленные ФИО9   по расходованию средств, полученных по сделке. Суд заключил, что факт занижения цены автомобиля не доказан конкурсным  управляющим, о проведении судебной экспертизы по стоимости автомобиля не заявлено. Представленное заключение специалиста от 27.12.2017 № 27-1/12   суд оценил критически, указав, что оно составлено без осмотра транспортного средства. Суд отметил, что оснований для вывода о недобросовестности покупателя не имеется, убыточность сделки не доказана.  

  Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским  кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  Законе о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления).

Поскольку оспариваемый договор купли-продажи автомобиля заключен 20.04.2017, то есть в течение одного года  до принятия заявления о признании должника банкротом (05.10.2017), сделка совершена в период подозрительности, установленный  как пунктом 1  так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Неплатежеспособность должника на дату сделки подтверждается имеющимся в деле   реестром требований кредиторов должника, согласно которому основным периодом возникновения обязательств перед кредиторами является 2016 год (л.д. 49-56 т.1).  

 Согласно имеющемуся в открытом доступе определению  от 28.02.2018  и постановлению  суда апелляционной инстанции от 15.05.2018  по настоящему делу в отношении рассмотрения ходатайства временного управляющего   о принятии обеспечительных мер по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, по утверждению  временного управляющего    генеральным директором ООО «Амелия» ФИО5  в период с 04.02.2016 по 20.04.2017 произведено отчуждение семи транспортных средств по существенно заниженной цене 550 000 руб. за все транспортные средства при том, что рыночная стоимость проданных транспортных средств в совокупности составила 5 900 000 руб.

           Из условий спорного договора купли-продажи от 20.04.2017 следует, что автомобиль реализован за  200 000 руб., при том, что согласно представленному конкурсным  управляющим заключению специалиста от 27.12.2017 № 27-1/12,   стоимость автомобиля на дату реализации составляла 1 740 000 руб. Данное заключение специалистом сделано на основании сведений, размещенных в сети

«Интернет», о стоимости аналогичных транспортных средств  (л.д.14- 21 т.1).

Вопреки  выводам суда первой инстанции, оснований для критической оценки представленного конкурсным управляющим заключения специалиста от 27.12.2017 № 27-1/12 суд апелляционной инстанции не усматривает. Заключение соответствует требованиям действующего законодательства. Надлежащих доказательств обратного ответчиком в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  В установленном законом порядке заключение от 27.12.2017 №27-1/12 никем не оспорено, недействительным не признано, о назначении судебной оценочной экспертизы ответчиком не заявлено.   Тот факт, что осмотр автомобиля не проводился не свидетельствует о необъективности оценки,  с учетом последующей цены при реализации автомобиля ООО «ТрансТехСервис-Центр», а затем ФИО6 Последнему  автомобиль продан  по договору от 09.10.2017 (то есть спустя полгода)   по цене 1 700 000 руб., что лишь подтверждает объективность оценки в  заключении от 27.12.2017 №27-1/12.

     Суд    апелляционной инстанции  соглашается с позицией конкурсного управляющего   о необходимости критической оценки дополнительного соглашения к договору от 21.04.2017 (л.д.29 т.1), согласно которому фактическая стоимость имущества определена сторонами в размере 1 600 000 руб.  Данное доказательство  находилось лишь в распоряжении ФИО5 и ответчика ФИО4, конкурсному управляющему и в органы регистрации транспортных средств (ГИБДД)    не представлялось. 

     Представленные ответчиком в качестве оплаты  за проданный автомобиль квитанции: от 20.04.2017 на сумму  200 000руб., от 24.04.2017 на сумму  300 000 руб.,  от 26.04.2017 на сумму  350 000руб., от 27.04.2018 на сумму  500 000 руб., от 28.04.2017 на сумму  250 000 руб. (л.д.30-31 т.1), также  следует оценивать критически, поскольку они имеют ссылку на договор от иной даты  - 29.04.2017, покупателем указана ФИО4, а не ответчик  ФИО4 В получении  денежных средств расписался   ФИО5, являющийся  руководителем должника.

Согласно пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

  Само по себе представление ФИО4 договора  купли-продажи от 10.02.2017  по продаже   ФИО10 автомобиля TOYTA RAV 4 (регистрационный номер 

<

***>) по  1 200 000 руб. и представление расписки от этой же даты, не свидетельствует об удовлетворительном   финансовом положении ответчика и о передаче денежных средств ФИО5, при том, что сами стороны указывали на приобретение спорного автомобиля за 1 600 000 руб., однако, документов на всю указанную сумму не представили (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Также следует отметить, что исходя из пояснений  ФИО10  вся сумма  - 1 200 000 руб. была передана  ФИО4  10.02.2017, однако ФИО5 денежные средства передавались частями в период с 20.04.2017 по 28.04.2017, с указанием на оплату по договору от 29.04.2017.

Документы по расходованию средств должником, представленные ФИО5 в рамках настоящего обособленного спора: договоры подряда, заключенные должником с ФИО11 от 20.05.2016, от 20.06.2016; ФИО12 от 27.04.2016,  акты о приемке выполненных работ; расходные кассовые ордера о передаче денежных средств физическим лицам в счет оплаты выполненных работ (л.д. 94-138 т.1, л.д.1-69 т.2), свидетельствуют, что все работы выполнены в 2016 году.  По договору от 20.05.2016 с ФИО11 расчеты производились в  2016 году, за исключением расходного кассового ордера  от 24.04.2017 на сумму  400 000 руб. (л.д. 133 т.1); по договору от 20.06.2016 с ФИО11 в спорный период передано 644 000 руб. по расходному кассовому ордеру   от  27.04.2016 (л.д. 53 т.2); по договору от 27.04.2016 с ФИО12 в спорный период  составлен расходный  кассовый ордер  от 28.04.2017 на сумму 556 000 руб. (л.д. 69 т.2). При этом  не дано пояснений в связи с чем, расчеты  производились наличными денежными средствами, минуя расчетный счет должника, при наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами с периодом образования 2016 год.

Также следует учесть неисполнение  ФИО5 обязанности по передаче документов сначала временному, а затем и конкурсному управляющему (определения суда от 02.03.2018 и 11.01.2019 по настоящему делу о банкротстве).  

Совокупность указанного должна была породить у  суда первой инстанции  сомнения в представленных доказательствах, исходя из повышенного стандарта доказывания при рассмотрении споров в рамках дел о банкротстве.

В  суде апелляционной инстанции  конкурсным  управляющим  также представлены сведения, свидетельствующие о том, что    ФИО4   является матерью ФИО5, а сведения по административным правонарушениям правил дорожного движения свидетельствуют, при идентификации по номеру водительского удостоверения, что после продажи автомобиля пользоваться им продолжили члены семьи ФИО5 – его жена ФИО7  и дочь ФИО8

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что   сделка  заключена между заинтересованными лицами,  в целях причинения вреда имущественным правам кредитора, направлена на уменьшение размера имущества должника, привела к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества,   фактически  направлена на вывод активов должника.

        Материалы дела  не подтверждают, что в результате оспариваемой  сделки должник лишившись  транспортного средства, получил взамен равноценное  встречное предоставление, реализовав автомобиль  в пользу заинтересованного лица. Вместе с тем в отсутствие сделки имущество составило бы конкурсную массу должника, служащую для удовлетворения    требований кредиторов.   

Неопровержимые доказательств уплаты за проданный автомобиль денежных средств в материалы дела не представлены.

Таким образом, оспариваемая сделка является недействительной по основаниям пунктов  1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совокупность всех условий, установленных данной статьей доказана.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

         В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно  имеющимся в материалах дела доказательствам (договоры купли-продажи от 13.09.2017  с ООО «ТрансТехСервис-Центр» и от 09.10.2017 с ФИО6), ответчику транспортное средство уже не принадлежит. При этом оснований для вывода и доказательств совершения цепочки сделок с заинтересованными лицами  не имеется. 

        При указанных обстоятельствах, применяя последствия недействительности договора купли-продажи от 20.04.2017, суд апелляционной инстанции  приходит к выводу о том, что  с ФИО4  подлежит взысканию 1 740 000 руб. составляющих  стоимость автомобиля, определенной в  заключении от 27.12.2017 №27-1/12. 

Доводы апелляционной жалобы учтены судом апелляционной инстанции при вынесении настоящего постановления. При таких обстоятельствах определение  арбитражного суда подлежит отмене на основании пунктов 1 и 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и относятся на ответчика, поскольку апелляционная жалоба удовлетворена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 14.02.2019 по делу №А47-11973/2017 отменить, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Амелия» ФИО2 –   удовлетворить.

          Признать недействительной  сделкой договор  купли-продажи транспортного средства № 1 от 20.04.2017, заключенный  между ООО  «Амелия» и ФИО4.

          Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Амелия» 1 740 000 (один миллион семьсот сорок тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО4  в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 9 000 (девять тысяч) руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

   Председательствующий судья     О.В. Сотникова

   Судьи:     С.В. Матвеева

                                                                                                  А.А. Румянцев