ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-2654/2020

г. Самара

21 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 июня 2021 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О.,

судей Александрова А.И., Гольдштейна Д.К., 

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

            без участия представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства,

            рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №2  апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2021 по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела №А65-2654/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спецстроймонтаж», г. Казань, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.01.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания Альфа-Групп» о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстроймонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.03.2020 в отношении ООО «Спецстроймонтаж» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.07.2020 ООО «Спецстроймонтаж» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего ООО «Спецстроймонтаж» возложено на ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в суд с заявлением, согласно которого просил привлечь ФИО2, ФИО3, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника солидарно; взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Спецстроймонтаж» 2 538 042,73 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2021 заявление конкурсного управляющего ФИО4 удовлетворено, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО «Спецстроймонтаж» привлечены контролирующие должника лица - ФИО2, ФИО3 по основаниям предусмотренным ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с ФИО2, ФИО3 в пользу ООО «Спецстроймонтаж» взысканы солидарно денежные средства в размере 2 538 042,73 руб. 

ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2021, указала на то, что не вела в обществе какую-либо управленческую деятельность, и не уклонялась от передачи документации конкурсному управляющему должника. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2021 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 17.06.2021. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

От ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства на более поздний срок в связи с нахождением на лечении, которое судом апелляционной инстанции оставлено без удовлетворения, так как заявителем апелляционной жалобы не представлено доказательств необходимости личного участия заявителя в судебном заседании, при наличии письменной позиции изложенной в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий ФИО4 не явился, представил письменные пояснения на апелляционную жалобу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судом первой инстанции конкурсный управляющий ФИО4 обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя ФИО2 и бухгалтера ООО «Спецстроймонтаж» ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника солидарно; взыскании солидарно с ФИО2, ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Спецстроймонтаж» денежных средств в размере 2 538 042,73 руб. по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Удовлетворяя заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и взыскивая с ФИО2, ФИО3 в пользу ООО «Спецстроймонтаж» солидарно денежные средства в размере 2 538 042,73 руб., суд первой инстанции исходил из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее по тексту - Закон №266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона №266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 №172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 №31 (часть I) статья 4815).

В соответствии с п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов дела следует, что заявление о привлечении руководителей должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника поступило в арбитражный суд 11.12.2020, обстоятельства, с которыми связано привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место после вступления в законную силу Закона №266-ФЗ.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Исходя из пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 6 Постановления №53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях данного закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника: ФИО2 (ранее - ФИО5) с момента создания общества являлась учредителем должника с размером доли 100% и руководителем должника, ФИО3 с 04.08.2017 назначен бухгалтером должника. На имя ФИО3 директором должника 10.04.2018 выдана генеральная доверенность, в том числе на заключение сделок, распоряжением имуществом и денежными средствами, представление интересов во всех учреждениях и организациях и иные полномочия.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Судом первой инстанции установлено, что в рассматриваемом случае отсутствие к моменту рассмотрения вопроса о введении процедуры банкротства документов бухгалтерского учета и (или) отчетности существенно затруднило конкурсном управляющему проведение процедур банкротства в отношении должника поскольку: невозможно определить активы должника и идентифицировать их; невозможно выявить совершенные в период подозрительности сделки и их условия, что не позволяет проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможно установить содержание принятых органами должника решений, что позволяет провести анализ этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно ответу ПАО «Сбербанк России» владельцем корпоративной пластиковой карты являлся ФИО3 В банке АО «АЛЬФА-Банк» в карточке с образцами подписей и оттиска печати была заверена подпись ФИО3 

Исходя из вышеизложенного, ответчики являются контролирующими должника лицами.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.06.2020, а также определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.12.2020 у бывшего руководителя ООО «Спецстроймонтаж» ФИО2 истребованы и последняя обязана передать конкурсному управляющему ФИО4 оригиналы документов и информацию в отношении должника.

Ответчиком определения суда не исполнены, документация должника конкурсному управляющему не передана. 

Согласно представленному бухгалтерскому балансу должника на 2019, подписанного ФИО2, активы должника на 31.12.2019 составляли 16 706 000 руб., из них: 2 074 000 руб. запасы, 1 900 000 руб. денежные средства и денежные эквиваленты, 12 732 000 руб. финансовые и другие оборотные активы, (в т.ч., дебиторская задолженность).

Доводы ответчиков об исполнении обязанности по передаче документов в виде восстановления документов и утраты их части отклонены апелляционным судом, поскольку доказательств, подтверждающих частичную передачу документов должника конкурсному управляющему не представлены, как и не представлено доказательств восстановления документов.

Как верно указал суд, ФИО3 и ФИО2, ни при рассмотрении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов и информации, ни при рассмотрении настоящее заявления не были представлены доказательства принятия мер по восстановлению документации должника при отсутствии такой документации, равно как и доказательства объективной невозможности принятия мер по восстановлению документации должника в период проведения в отношении должника процедуры конкурсного производства (направление запросов контрагентам, в регистрирующие и иные государственные органы с целью получения информации об имущественном положении должника, восстановление запущенного бухгалтерского учета и т.д.).

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Пунктом 1 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью предусмотрен перечень документов, которые обязано хранить общество по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества, в частности: договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения; протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающий государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

К указанным документам также относятся документы бухгалтерского учета, налоговая отчетность, документы о трудовой деятельности работников, отчетность по застрахованным лицам в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В соответствии со статьей 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 №402-ФЗ (далее - Закон о бухгалтерском учете) первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз.

Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Следовательно, обязанность по обеспечению сохранности бухгалтерских документов должника является их прямой обязанностью. 

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 осуществлял хозяйственную деятельностью и руководство должника, являясь фактическим руководителем.

Эффективность действий арбитражного управляющего по ведению конкурсного производства напрямую зависит от момента получения им от должника бухгалтерской и иной документации.

Не передача какой-либо первичной документации бывшими руководителями должника существенно затруднила проведение процедуры банкротства, что обусловлено невозможностью формирования конкурсной массы и основных источников погашения кредиторской задолженности, таких как основные активы должника, определение сделок, которые совершены в период подозрительности и могут быть признаны недействительными, установление иных неправомерных действий руководства должника, отраженных в данных документах, которые позволят сформировать надлежащую доказательную базу по взысканию с указанных лиц убытков.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что бездействие ФИО3 и ФИО2, по передаче документации должника конкурсному управляющему, повлекло невозможность исполнения конкурсным управляющим полномочий, возложенных на него законом.

ФИО2 указывает на свое формальное руководство обществом, в связи с чем полагает, что не может быть привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

При этом ФИО2, являясь дееспособным лицом, могла и должна была осознавать последствия совершения вышеуказанных действий, обязана была принимать все меры для надлежащего исполнения добровольно взятых на себя функций руководителя, включающих в себя, в том числе, обязательства по ведению бухгалтерской отчетности общества, по ее восстановлению в случае ее утраты или ее не передачи предыдущим руководителем и по передаче документации следующему руководителю (конкурсному управляющему).

Доказательств того, что ФИО2 была неспособна осознавать последствия совершения действий по принятию на себя функций руководителя должника, действовала под влиянием насилия или угрозы, что активы должника представляли собой просроченную ко взысканию дебиторскую задолженность в материалы дела представлено ФИО2 не было.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру - требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по дам платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713 по делу №А50-4524/2013 отмечено, что, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

В результате непередачи бухгалтерской и иной документации, имущества, материальных и иных ценностей, конкурсному управляющему не удалось сформировать конкурсную массу должника, достаточную для погашения задолженности.

В связи с чем, имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2, к субсидиарной ответственности в соответствии со ст.61.11 Закона о банкротстве.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд       

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.04.2021 по делу №А65-2654/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            Г.О. Попова

 

Судьи                                                                                                          А.И. Александров    

 

                                                                                                                      Д.К. Гольдштейн