ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-1008/2016

16 октября 2017 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  10 октября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 октября 2017 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зориной О.В.,

судей  Бодунковой С.А., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  Запорожец А.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11829/2017) ФИО1 на определение Арбитражного суда Омской области от 10 августа 2017 года по делу № А46-1008/2016 (судья Горобец Н.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего акционерного общества «Мираф-Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5, публичному акционерному обществу Банк «ВТБ 24» о признании единой исполнительской сделки по погашению 29.12.2015 задолженности индивидуального предпринимателя ФИО2 перед акционерным обществом «Мираф-Банк» по кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12 недействительными и применении последствий их недействительности,

при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Аксион», в рамках дела о признании акционерного общества «Мираф-Банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

 

при участии в судебном заседании представителей:  

от ФИО1 – представитель ФИО6 (паспорт, по доверенности № 63 АА 3777897 от 25.08.2016, сроком действия 5 лет); 

от акционерного общества «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - представитель ФИО7 (паспорт, по доверенности № 55 АА 1418319 от 01.04.2016, сроком действия до 27.03.2021); представитель ФИО8 (паспорт, по доверенности 55 АА 1418316 от 01.04.2016, сроком действия до 27.03.2021);

от Федеральной налоговой службы – представитель ФИО9 (удостоверение, по доверенности № 01-17/08477 от 13.06.2017, сроком действия до 26.05.2018). 

 

установил:

01.02.2016 Центральный банк Российской Федерации в лице Отделения по Омской области Сибирского Главного управления Центрального банка Российской Федерации (далее - Банк России, заявитель) обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением, в котором просил признать кредитную организацию - акционерное общество «Мираф-Банк» (далее - АО «Мираф-Банк», банк, должник) несостоятельным (банкротом), назначить конкурсным управляющим должника Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Решением Арбитражного суда Омской области от 01.03.2016 АО «Мираф-Банк» признано несостоятельным (банкротом), отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего АО «Мираф-Банк» возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Публикация сообщения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства состоялась в газете «Коммерсант» № 38 от 05.03.2016.

Конкурсный управляющий АО «Мираф-Банк» (далее – заявитель) 16.01.2017 обратился в Арбитражный суд Омской области с заявлением об оспаривании единой исполнительской сделки по погашению 29.12.2015 задолженности индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2) перед АО «Мираф-Банк» по кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12, оформленной следующими банковскими операциями:

125,86 руб. - гашение пени по процентам,

27 059,66 руб. - гашение процентов за кредит,

139 211,68 руб. - гашение просроченных процентов за кредит,

4 988 265,22 руб. - гашение основного долга.

Кроме того, конкурсный управляющий должника просил признать недействительными:

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12;

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 07 с ФИО1 (далее – Толстокорый Д.С.),

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 08 с Толстокорым Д.С.,

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 09 с Толстокорым Д.С.,

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 10 с Толстокорым Д.С.,

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 11 с Толстокорым Д.С.,

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору поручительства от 28.09.2015 № 09 с ФИО3 (далее – ФИО3),

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору поручительства от 28.09.2015 № 10 с ФИО4 (далее – ФИО4),

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору поручительства от 28.09.2015 № 11 с ФИО5 (далее – ФИО5),

- дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 к договору поручительства от 28.09.2015 № 12 с Толстокорым Д.С.

Определением Арбитражного суда Омской области от 10.08.2017 по делу № А46-1008/2016 заявление конкурсного управляющего АО «Мираф-Банк» удовлетворено, признана недействительной единая исполнительская сделка по погашению 29.12.2015 задолженности ИП ФИО2 перед банком по кредитному договору от 28.09.2015 года № 25-12, оформленная следующими банковскими операциями:

125,86 рублей - гашение пени по процентам;

27 059,66 рублей - гашение процентов за кредит;

139 211,68 рублей - гашение просроченных процентов за кредит;

4 988 265,22 рублей - гашение основного долга.

Итого на общую сумму: 5 154 662,42 руб.

Кроме того, признаны недействительными:

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 года № 07 с Толстокорым Д.С.;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 08 с Толстокорым Д.С.;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 09 с Толстокорым Д.С.;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 10 с Толстокорым Д.С.;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору последующей ипотеки от 28.09.2015 № 11 с Толстокорым Д.С.;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору поручительства от 28.09.2015 № 09 с ФИО3;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору поручительства от 28.09.2015 № 10 с ФИО4;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору поручительства от 28.09.2015 № 11 с ФИО5;

дополнительное соглашение № 1 от 28.12.2015 года к договору поручительства от 28.09.2015 № 12 с Толстокорым Д.С.

Применены последствия недействительности сделки:

восстановлена задолженность ИП ФИО2 перед АО «Мираф-Банк» по кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12 в размере 5 154 662,42 руб., в том числе:

125,86 рублей - пени по процентам;

27 059,66 рублей - проценты за кредит;

139 211,68 рублей - просроченные проценты за кредит;

4 988 265,22 рублей - основной долг.

восстановлена задолженность АО «Мираф-Банк» перед ИП ФИО2 в размере 5 154 662,42 руб.

восстановлены права и обязанности АО «Мираф-Банк» по договорам последующей ипотеки от 28.09.2015 года № 07, № 08, № 09, № 10, № 11 с Толстокорым Д.С., Банк признан залогодержателем.

Обременения в виде ипотеки, установленные в пользу АО «Мираф-Банк» по договорам последующей ипотеки от 28.09.2015 № 08, № 09, № 10, № 11 с Толстокорым Д.С. признаны первоочередными по отношению к установленному в пользу Банка ВТБ 24 (публичное акционерное общество) по договору об ипотеки от 23.06.2016 № 723/1019-0000143-з01.

Установлено, что требования предшествующего залогодержателя - АО «Мираф-Банк» по договорам ипотеки от 28.09.2015 № 08, № 09, № 10, № 11 с Толстокорым Д.С. удовлетворяются преимущественно перед последующим залогодержателем - Банка ВТБ 24 (публичное акционерное общество);

восстановлены права и обязанности АО «Мираф-Банк» по договорам поручительства от 28.09.2015 № 09 с ФИО3, № 10 с ФИО4, № 11 с ФИО5, № 12 с Толстокорым Д.С. 

С ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в пользу АО «Мираф-Банк» в лице конкурсного управляющего взыскано 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины (по 600 руб. с каждого).

Не соглашаясь с принятым судебным актом, Толстокорый Д.С. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что наличие у АО «Мираф-Банк» признаков неплатежеспособности на дату 29.12.2015 не доказано, поскольку совокупный остаток наличных и безналичных денежных средств на корреспондентском счете банка на конец рабочего дня 29.12.2015 составил 90 285 705 руб. 91 коп., а представленные конкурсным управляющим претензии составлены после совершения оспариваемой сделки. Кроме того, податель жалобы полагает недоказанным тот факт, что оспариваемые платежи выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, а также считает недоказанным наличие оснований для признания оспариваемых сделок как совершенных в целях причинения вреда имущественными правам кредиторов.

Оспаривая доводы апелляционной жалобы, конкурсный управляющий должника и УФНС России по Омской области представили отзывы, в которых просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, пояснил, что считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить. 

Представитель Федеральной налоговой службы поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Представители конкурсного управляющего АО «Мираф-Банк» поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просили оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Судебное заседание апелляционного суда проведено в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте рассмотрения дела и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Изучив материалы дела, апелляционную жалобу, отзывы на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Омской области от 10.08.2017 по настоящему делу.

Фактические обстоятельства спора установлены судом первой инстанции правильно и полно,  в связи с чем основания для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий, предусмотренных Законом о банкротстве и необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в Кодексе.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве, сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

В силу пункта 1 и пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана недействительной, если она совершена в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и в результате повлекла или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве положения главы III.1 данного Закона применяются и к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.9 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными (статьи 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона), или периоды, в течение которых возникли обязательства финансовой организации, указанные в пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются от даты назначения Банком России временной администрации финансовой организации либо от даты вынесения арбитражным судом определения о принятии заявления о признании финансовой организации банкротом в зависимости от того, какое из событий наступило ранее.

Таким образом, при рассмотрении заявления о признании недействительным платежа суду необходимо было исследовать следующее:

1) совершена ли сделка в течение месяца до назначения временной администрации по управлению кредитной организацией;

2) было ли оказано ответчику в результате совершения сделки большее предпочтение в отношении удовлетворения его требований (то есть суду необходимо было сопоставить наступившие от сделки последствия с тем, на что кредитор вправе был справедливо рассчитывать при удовлетворении его требования в ходе конкурсного производства).

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2015 № 305-ЭС15-5815(8), от 27.05.2015 № 305-ЭС14-1353 и от 26.10.2015 № 305-ЭС15-8046.

Как усматривается из материалов дела, Приказом Банка России от 21.01.2016 № ОД-137, опубликованным в «Вестнике Банка России» от 27.01.2016 № 7 (1725), у АО «Мираф-Банк» с 21.01.2016 отозвана лицензия на осуществление банковских операций в связи с неисполнением Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, установлением фактов существенной недостоверности отчетных данных, неоднократным нарушением в течение одного года требований, предусмотренных статьями 6, 7 (за исключением пункта 3 статьи 7) Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», неспособностью удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, учитывая неоднократное применение в течение одного года мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)».

В связи с отзывом лицензии на осуществление банковских операций Приказом Банка России от 21.01.2016 № ОД-138 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией АО «Мираф-Банк».

Таким образом, материалы дела свидетельствуют о том, что спорные банковские операции и дополнительные соглашения от 29.12.2015 совершены в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.3 и пунктом 7 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, согласно отчетности, составленной временной администрацией, назначенной Банком России после отзыва лицензии, по форме 0409350 «Отчет о наличии в кредитной организации неудовлетворенных требований отдельных кредиторов по денежным обязательствам и неисполнении обязанности по уплате обязательных платежей в связи с отсутствием или недостаточностью денежных средств на корреспондентских счетах кредитной организации», утвержденной указанием ЦБ РФ от 16.01.2004 № 1376-у «О перечне, формах и порядке составления и представления форма отчетности кредитных организаций в Центральный Банк Российской Федерации» (т. 1, л.д. 75 – 77):

на 29.12.2015 года существовало 311 требования кредиторов, не исполненных в срок на общую сумму 179 346 273,26 руб., при этом максимальный срок неисполнения отдельных требований составлял 19 дней (отчет по состоянию на 29.12.2015);

на 30.12.2015 года существовало 310 требования кредиторов, не исполненных в срок на общую сумму 174 861 693,41 руб., при этом максимальный срок неисполнения отдельных требований составлял 20 дней (отчет по состоянию на 30.12.2015);

на 31.12.2015 года существовало 327 требования кредиторов, не исполненных в срок на общую сумму 182 367 466,84 руб., при этом максимальный срок неисполнения отдельных требований составлял 21 дней (отчет по состоянию на 31.12.2015).

Из реестра неисполненных АО «Мираф-Банк» по состоянию на 31.12.2015 платежных документов (т. 1, л.д. 48 – 74) усматривается, что фактическое неисполнение АО «Мираф-Банк» платежных документов началось с 21.12.2015.

При этом не были исполнены платежные поручения, в том числе, общества с ограниченной ответственностью «ДревГрад», ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ООО «Тольятти Финанс», ГПКО «Костромское ПАТП № 3», чьи требования впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника (т. 1, л.д. 78 – 105).

Из претензий указанных лиц усматривается, что фактическое неисполнение АО «Мираф-Банк» платежных документов началось с 16.12.2015 (т. 1, л.д. 102), несмотря на то, что срок исполнения платежных документов в соответствии с договором банковского счета оставлял 1 день.

Факт обращения указанных лиц с претензиями в конце декабря 2015 года и в январе 2016 года не изменяет даты неисполнения их платежных документов, и, соответственно, не опровергает наличие на стороне банка неисполненных обязательств перед клиентами на дату совершения оспариваемой сделки.

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, свидетельствует неплатежеспособности должника. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Поскольку обязательства АО «Мираф-Банк» перед другими кредиторами существовали до совершения спорных операций и не были исполнены на дату отзыва лицензии и назначения временной администрации, об отсутствии у банка достаточных денежных средств для исполнения своих обязательств перед кредиторами свидетельствует факт признания его банкротом и включения в реестр требований кредиторов должника неисполненных требований клиентов, вывод суда первой инстанции о доказанности фактической неплатежеспособности банка на дату совершения оспариваемых сделок, вопреки доводам жалобы, является обоснованным.

Коль скоро на дату совершения оспариваемых банковских операций ООО «Стройресурс» являлось кредитором АО «Мираф-Банк» по договору банковского счета, с требованиями к банку в пределах остатка денежных средств на расчетном счете, и коль скоро  к указанным датам должник прекратил осуществлять расчеты с иными кредиторами из-за недостатка денежных средств на счетах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что эти требования подлежали удовлетворению в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

После отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций кредитная организация подлежала ликвидации, а требования кредиторов кредитной организации - удовлетворению в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом начиная со дня его согласования с Банком России и в порядке очередности, предусмотренной параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве.

Как указано конкурсным управляющим должника и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, в реестр требований кредиторов банка включены требования 658 кредиторов на общую сумму 4 077 743,49 тыс. руб., из них:

- 445 кредиторов первой очереди на сумму 2 909 999,11 тыс. руб.;

- 213 кредиторов третьей очереди на сумму 1 203 228, 36 тыс. руб.

Таким образом, при проведении расчетов в порядке, предусмотренном законодательством о банкротстве, требование ответчика, подлежало включению в реестр требований кредиторов наряду с требованиями иных клиентов банка, которые не были погашены должником в преддверии его банкротства и до настоящего времени не удовлетворены.

Между тем, обязательство АО «Мираф-Банк» перед ИП ФИО2 было исполнено в полном объеме, несмотря на то, что требования других кредиторов, предъявленные к Банку ранее, исполнены не были.

Из вышесказанного следует, что оспариваемые банковские операции и сделки от 29.12.2015 осуществлены в обход платежных поручений клиентов, ожидающих исполнения, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные обстоятельства повлекли предпочтительное удовлетворение требований ИП ФИО2 перед требованиями других кредиторов АО «Мираф-Банк».

Доводы подателя жалобы о наличии на корреспондентском счете банка необходимых денежных средств правильность данного вывода не опровергают, поскольку о достаточности имевшихся у банка денежных средств для удовлетворения требований всех кредиторов не свидетельствуют.

Как указывает податель жалобы, совокупный остаток наличных и безналичных средств на конец рабочего дня 29.12.2015 составил 90 285 705,91 руб., в то время, как было указано выше, на 29.12.2015 существовало 311 требования кредиторов, не исполненных в срок на общую сумму 179 346 273,26 руб.

Перечень неисполненных за 29.12.2015 документов подтвержден реестром (том 3 листы дела 42-66).

Поскольку сумма неисполненных платежных поручений превышает размер совокупного остатка наличных и безналичных средств на конец рабочего дня 29.12.2015, оснований исключить факт предпочтительного удовлетворения требований ИП ФИО2 у суда первой инстанции не имелось.

Агентством доказано, что оснований считать спорные банковские операции сделками, совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности, нет.

В пункте 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве установлено, что в случае оспаривания руководителем временной администрации по управлению кредитной организацией на основании статьи 61.3 настоящего Федерального закона сделок по списанию кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации в счет погашения задолженности клиента перед кредитной организацией (как на основании распоряжения клиента, так и без него), по перечислению кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации на счет этого же или другого лица в другой кредитной организации (как на основании распоряжения клиента, так и без него) либо по выдаче наличных денежных средств со счета клиента бремя доказывания того, что соответствующие сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, лежит на руководителе временной администрации по управлению кредитной организацией.

Как следует из пункта 5 указанной нормы, предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной ГК РФ, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

По смыслу указанной нормы и содержащихся в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснений бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

Как следует из Определения Верховного Суда РФ от 23.11.2015 № 305-ЭС15-58158 по делу № А40-184548/2013, пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве не приведен исчерпывающий перечень всех случаев выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности, а установлены только соответствующие презумпции. Поэтому выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности может быть доказан также и иными способами, в том числе путем ссылки на обстоятельства, предусмотренные в пункте 35.3 постановления Пленума ВАС РФ № 63. 

В силу разъяснений пункта 35.3 Постановления № 63 не может быть признана совершенной в процессе обычной хозяйственной деятельности должника банковская операция, если в момент ее совершения у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете или оспариваемый платеж совершен в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В рассматриваемом случае из представленных конкурсным управляющим должника выписок по счету усматривается, что размер единой исполнительской сделки от 29.12.2015 превышает один миллион рублей.

При этом из материалов дела усматривается, что оспариваемые операции существенно отличаются от ранее осуществленных ИП ФИО2 платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией.

В частности, из материалов дела следует, что кредитный договор № 

<

***> на сумму 8 000 000 руб., во исполнение обязательств по которому осуществлены спорные банковские операции, заключен 28.09.2015, в указанную дату также была осуществлена выдача указанной суммы по кредитному договору.

При этом из условий указанного кредитного договора (т. 1, л.д. 125 – 128) следует, что предельный срок возврата кредита в рамках кредитной линии составляет 28.09.2016 (пункт 1.6 кредитного договора № 

<

***> от 28.09.2015), то есть год с даты заключения договора.

Однако возвращение кредита по указанному договору осуществлено досрочно 17.12.2015 в сумме 3 011 734 руб. 78 коп. и 29.12.2015 в сумме 4 988 265 руб. 22 коп., то есть по прошествии  3 месяцев с даты получения денежных средств по кредитному договору.

При этом ни ИП ФИО2, ни подателем жалобы, ни иными лицами, участвующими в деле, не приведены разумные объяснения осуществления возврата кредита по прошествии трех месяцев с даты получения кредитных денежных средств.

Доводы подателя жалобы об экономической выгоде и целесообразности осуществления досрочных платежей со ссылкой на экономию процентов сами по себе о совершении оспариваемых операций в условиях обычной хозяйственной деятельности не свидетельствуют и не объясняют, по какой причине ранее кредиты досрочно не возвращались, несмотря на наличие  средств для возврата.

При этом по состоянию на 31.12.2015 клиент фактически обнулил свой расчетный счет, несмотря на то, что ранее регулярно использовал его для обычных хозяйственных операций вплоть до 17.12.2015

Подлежат отклонению также ссылки подателя жалобы на совершение ИП ФИО2 аналогичных операций по погашению кредитной задолженности перед АО «Мираф-Банк» в период с сентября 2015 года по декабрь 2015 года, а именно:

- в сумме 7 999 998 руб. 95 коп. от 22.09.2015 (гашение по кредитному договору № 

<

***> от 23.09.2013, платежный документ №10224893 от 22.09.2015);

- в сумме 3 011 734 руб. 78 коп. от 17.12.2015 (гашение по кредитному договору № 

<

***> от 28.09.2015, платежный документ № 4610 от 17.12.2015), что подтверждается выпиской по счету ИП ФИО2 за период с 15.12.2015 по 10.02.2016;

- в сумме 16 921 445 руб. 95 коп. от 17.12.2015 (гашение по кредитному договору № 

<

***> от 07.05.2013, платежный документ № 4609 от 17.12.2015), что подтверждается выпиской по счету ИП ФИО2 за период с 15.12.2015 по 10.02.2016.

- в сумме 200 275 руб. 74 коп. от 17.12.2015 (гашение но кредитному договору № 

<

***> от 07.05.2013, платежный документ №11830556 от 17.12.2015), что подтверждается выпиской по счету ИП ФИО2 за период с 15.12.2015 по 10.02.2016.

В отношении кредитных договоров № 

<

***> от 07.05.2013 и № 

<

***> от 23.09.2013 суд отмечает следующее:

Ссылаясь на них  как на доказательство обычности своего поведения, тексты этих договоров податель жалобы в материалы дела не представил, что не позволяет суду апелляционной инстанции установить срок возврата кредита по ним и, соответственно, факт их досрочного погашения.

При этом из дат указанных договоров усматривается, что возврат сумм кредитов был осуществлен ИП ФИО2 по прошествии 2 лет с даты заключения договора кредита, в то время как в рассматриваемом случае – по прошествии около 3 месяцев с даты заключения договора кредита.

Указанные обстоятельства не позволяют апелляционному суду прийти к выводу об аналогичности указанных сделок.

Ссылка подателя жалобы на аналогичность досрочного возврата кредита по кредитному договору № 

<

***> от 28.09.2015 в сумме 3 011 734 руб. 78 коп. 17.12.2015 факт совершения оспариваемой сделки в условиях обычной хозяйственной деятельности подтвердить  не может, поскольку это гашение совершено уже в период подозрительности, при том, что неисполнение платежных поручений клиентов фактически началось с 16.12.2015.

С учетом поведения заемщика в рамках иных кредитных договоров совершение указанной сделки расценивается судом апелляционной инстанции в качестве подтверждения исключительности операций по возвращению суммы кредита в рамках кредитного договора № 

<

***> от 07.05.2013.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что возврат кредита осуществлен за счет поступивших от ООО «Аксион» денежных средств.

Данный контрагент являлся для плательщика кредита новым, ранее плательщик  транзакций с  ним не совершал.

Из анализа выписки по счету ООО «Аксион» (т. 1, л.д. 114 – 119) следует, что операций по оплате по договору поручительства от 14.09.2015 ранее не совершалось.

(документы по договору поручительства т .3, л.д. 113 – 115).

Доказательств регулярного  предоставления займов физическим лицам наличными по распискам (в счет которого было выдано поручительство) в деле также нет.

С учетом изложенного, оснований полагать оспариваемые банковские операции совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом, судом апелляционной инстанции учитывает, что спорные банковские операции осуществлены в период наличия в АО «Мираф-Банк» сформированной картотеки неисполненных платежных поручений клиентов, с нарушением календарной очередности поступления платежных документов клиентов АО «Мираф-Банк», т.е. в обход платежных поручений клиентов, ожидающих исполнения.

В соответствии с пунктом 35.3. Постановления № 63 в качестве доказательств того, что соответствующие сделки выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности, могут, в частности, с учетом всех обстоятельств дела рассматриваться сведения о том, что:

а) на момент совершения оспариваемой сделки в отношении кредитной организации регулятором был введен запрет на осуществление соответствующих банковских операций;

б) или на момент совершения оспариваемой сделки у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете;

в) или оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие кредитные организации;

г) или клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций;

д) или клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин;

е) или оспариваемым платежом клиент исполнил договор поручительства, заключенный незадолго до платежа в обеспечение возникшего существенно ранее долга другого лица перед кредитной организацией.

Кроме этого, при оспаривании платежей, указанных в пунктах 35.1. и 35.2. настоящего постановления, следует также учитывать, насколько обычными они были для клиента.

Таким образом, обстоятельством, которое не свидетельствуют об обычном характере совершаемых банком операций в пользу определенного клиента, являются, в частности, наличие на момент совершения оспариваемой сделки у кредитной организации картотеки неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете.

По смыслу подпункта 1 пункта 5 статьи 189.40. Закона о банкротстве наличие картотеки неисполненных платежных документов уже само по себе свидетельствует о том, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. При этом, поскольку не доказано иное, недостаточность денежных средств на корреспондентском счете должника предполагается в силу того, что поручения иных клиентов остаются неисполненными (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2015 № 305-ЭС15-58158).

Как указано выше, наличие такой картотеки у банка на дату совершения оспариваемых банковских операций подтверждено материалами дела.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что поскольку банк на дату 29.12.2015 фактически прекратил исполнять требования клиентов в обычном рабочем режиме, его деятельность по осуществлению внутренних банковских проводок не может быть признана обычной хозяйственной деятельностью банка, так как в результате такой деятельности реальный объем имущества и обязательств банка не изменяется, как в случае ведения надлежащей текущей банковской деятельности.

Такая операция не может являться обычной и для клиента, поскольку в условиях объявленной недостаточности средств у банка для расчетов по платежным документам (путем создания картотеки) данная операция является заведомо не покрытой денежным обеспечением в отличие от операций, совершавшихся ранее (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 06 июля 2016 года по делу № А70-346/2015).

С учетом изложенного, у суда апелляционной инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего должника о признании оспариваемых банковских операций недействительной сделкой.

Довод подателя жалобы о необоснованности признания оспариваемой сделки недействительной как совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов судом апелляционной инстанции во внимание не принимается.

Из материалов дела не следует, что конкурсным управляющим было заявлено, а судом первой инстанции – рассмотрено и удовлетворено требование о признании сделки недействительной по предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве основанию.

Удовлетворение судом первой инстанции требований конкурсного управляющего должника о применении последствий недействительности сделок соответствует положениям статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве, изложенным в Постановлении № 63 разъяснениям, и является обоснованным.

Несогласие подателя жалобы с принятым судом первой инстанции определением в части применения последствий недействительности сделок обусловлено исключительно наличием, по его мнению, оснований для отказа в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований о признании сделки недействительной.

Самостоятельных доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции определения в части применения последствий недействительности сделок, апелляционная жалоба не содержит.

В связи с данным обстоятельством у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в соответствующей части (пункт 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Омской области от 10 августа 2017 года по делу № А46-1008/2016 (судья Горобец Н.А.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего акционерного общества «Мираф-Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к предпринимателю ФИО2 (г. Тольятти), ФИО1 (г. Тольятти), ФИО3 (г. Тольятти), ФИО4 (г. Тольятти), ФИО5 (г. Тольятти), публичному акционерному обществу Банк «ВТБ 24», при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Аксион», о признании единой исполнительской сделки по погашению 29.12.2015 задолженности индивидуального предпринимателя ФИО2 перед акционерным обществом «Мираф-Банк» по кредитному договору от 28.09.2015 № 25-12 недействительными и применении последствий их недействительности, в рамках дела о признании акционерного общества «Мираф-Банк» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11829/2017) ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

С.А. Бодункова

Н.А. Шарова