ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело  № А40-29285/19-87-161

г. Москва

25 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 24 мая 2019 года 

Решение в полном объеме изготовлено 25 июня 2019 года

Арбитражный суд в составе: судьи Л.Н. Агеевой 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

ГБУЗ «НПЦ ПЗДП ИМ. Г.Е. СУХАРЕВОЙ ДЗМ» к АО КБ «РУСНАРБАНК»

третье лицо - ООО «СК ДИАЛОГ»

о взыскании 4 874 528 руб. 84 коп.

при участии представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 15.01.2019 г. № А-80

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 28.12.2018 г. № 22/1

в судебное заседание не явилось третье лицо.

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Научно-практический центр психического здоровья детей и подростков им. Г.Е.Сухаревой Департамента здравоохранения г. Москвы» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с требованиями к  Акционерному обществу Коммерческий банк «РУСНАРБАНК» о взыскании по банковской гарантии № ЭГ-1141/17 от 07.12.2017 г. задолженности в размере 4 874 528 руб. 84 коп.

Определением от 26.02.2019 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «СК ДИАЛОГ».

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным  исковом заявлении, ссылаясь на доказательства по делу; ответчик возражал против удовлетворения иска по доводам представленного в материалы дела отзыва в порядке ст. 131 АПК РФ.

В судебное заседание не явилось третье лицо.

Согласно ч. 1 ст. 123 АПК РФ, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

В соответствии с ч. 6 ст. 121 АПК РФ предусмотрено, что лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

С учетом изложенного, суд считает не явившееся третье лицо надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела. Дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица, по представленным в материалы дела доказательствам, в соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ.

Суд, рассмотрев исковые требования, выслушав представителей истца и ответчика, исследовав и оценив, по правилам ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, считает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 13.12.2017 г. между истцом (заказчик)  и третьим лицом (исполнитель)  на основании результатов определения подрядчика способом закупки-аукцион в электронной форме (реестровый номер торгов 0373200053817000093), заключен гражданско-правовой договор бюджетного учреждения (далее - контракт, договор) № 0373200053817000093_50473 на выполнение комплекса работ по благоустройству территории в специализированных учреждениях Департамента здравоохранения города Москвы.

В соответствии со ст. 1 и 2 контракта третье лицо обязался по заданию истца выполнить работы по благоустройству территории истца на сумму 15 864 651,23 руб., в объеме, установленном в техническом задании в соответствии со сметной документацией, являющимися неотъемлемой частью контракта. В свою очередь истец обязался принять результат выполненных работ и оплатить его. 

В соответствии со ст. 3 контракта сроки выполнения работ определяются Техническим заданием и составляют 60 календарных дней со дня заключения контракта, то есть по 11.02.2018 г., при этом ст. 12 контракта устанавливает, что контракт вступает в силу со дня его подписания сторонами и действует по 30.11.2018 г. включительно.

Как указывает истец, к моменту окончания срока действия контракта на 30.11.2018 г. большая часть работ (на сумму 9 203 107,15 руб.) так и не была выполнена исполнителем.

Истец неоднократно указывал исполнителю на недостатки работы и письменно, в том числе в порядке претензионной работы, просил их устранения, что подтверждается перепиской, актами.

В соответствии с п. 7.1, 7.3 контракта за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы 5 процентов цены контракта и составляет 793 232, 56 руб.

Как указывает истец, в связи с тем, что исполнитель ненадлежащим образом и не в срок выполнил обязательства по контракту, что является существенным нарушением контракта, истец, руководствуясь ст. 7 контракта, ст. 330, 331, ГК РФ и ч. 5 ст. 34 Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», выставил ответчику неустойки (штрафы, пени) на общую сумму 4 897 441,56 руб.

В целях обеспечения исполнения обязательств по контракту, исполнитель - ООО «СК ДИАЛОГ» (принципал) заключил с ответчиком - АО КБ «РУСНАРБАНК» (гарант) договор на предоставление банковской гарантии от 07.12.2017 г.  № ЭГ-1141/17 (далее – банковская гарантия, гарантия) на сумму 4 874 528 руб. 84 коп.

В соответствии с п. 1 банковской гарантии по просьбе принципала гарант настоящим принимает на себя обязательство возместить бенефициару, по его первому требованию, уплатить денежные средства 4 874 528 руб. 84 коп. истцу в случае неисполнения/ ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по контракту.

Обязательства гаранта перед бенефициаром по названной банковской гарантии ограничены суммой указанной в п. 1  гарантии (п. 2 банковской гарантии).

Согласно п. 9 банковской гарантии настоящая банковская гарантия является безотзывной и действует в течение ее гарантийного срока, который наступает с даты выдачи гарантии и действует по 31.12.2018 г. включительно.

Согласно ст. 9.5 контракта обеспечение исполнения контракта распространяется на случаи неисполнения или ненадлежащего исполнения исполнителем обязательств по контракту, неуплаты исполнителем неустоек (штрафов, пеней), предусмотренных контрактом, а также убытков, понесенных заказчиком в связи с не исполнением или ненадлежащим исполнением исполнителем своих обязательств по контракту.

Согласно п.п. 1, 3 банковской гарантии, гарант обязуется, по требованию бенефициара оплатить указанную в требовании сумму, в соответствии с условиями настоящей банковской гарантии и контракта, но не свыше суммы, указанной в пункте 1 настоящей банковской гарантии, в течение 5 рабочих дней после поступления письменного требования бенефициара о платеже по настоящей банковской гарантии. Требование бенефициара к гаранту об уплате денежной по настоящей гарантии должно быть подписано руководителем бенефициара или уполномоченным им лицом и заверено печатью бенефициара. В требовании должны быть указаны конкретные факты неисполнения/ненадлежащего исполнения принципалом обязательств по контракту обоснование предъявляемого требования. К требованию должны быть приложены следующие документы: расчет суммы, включаемой в требование по гарантии;подтверждающие факт наступления гарантийного случая в соответствии с условиями контракта;подтверждающие полномочия единоличного исполнительного органа (или иного уполномоченного лица), подписавшего требование по банковской гарантии.

В связи с тем, что исполнителем неисполненные обязательства по контракту, 05.12.2018 г. истец обратился к ответчику с требованием от 05.12.2018 г. № 3385-18  о выплате предусмотренной банковской гарантией суммы, однако гарант требования бенефициара, в установленный банковской гарантией срок не исполнил.

Из материалов дела следует, что ответчик  письмом исх. № 3542/1-Б от 12.12.2018 г. отказал истцу в выплате по банковской гарантии. В отказе в удовлетворении требований по банковской гарантии ответчик указал, что не получал уведомления о принятии банковской гарантии в нарушении требований п. 9 банковской гарантии, а также, указал на отсутствие расчёта суммы, включенной в требование по банковской гарантии.

Как указывает истец, 25.12.2018 г. истец прибыл в офис банка для регистрации у ответчика уведомление о принятии банковской гарантии и повторного требования о выплате предусмотренной банковской гарантией суммы, однако гарант отказался зарегистрировать указанные документы. 

26.12.2018 г. истец направил в адрес ответчика уведомление о принятии банковской гарантии от 24.12.2018 г. и требование № 3580-18/1 от 25.12.2018 г. о выплате предусмотренной банковской гарантией суммы, которые были получены гарантом 09.01.2019 г.,  однако гарант требования бенефициара, в установленный банковской гарантией срок не исполнил.

Письмом исх. № 192/1-Б от 16.01.2019 г. банк отказал в выплате по банковской гарантии. В отказе в удовлетворении требований по банковской гарантии ответчик указал, что уведомление и требование об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии было получено гарантом только 09.01.2019 г., т.е., как указывает ответчик, после истечения срока действия гарантии, которая действовала по 31.12.2018г. включительно, вследствие чего требования считаются не предъявленными.

Не согласившись с данным отказом банка в выплате по банковской гарантии, истец обратился с настоящим иском в суд.

Ответчик, возражая против удовлетворения  иска, ссылается, как и в названном  письме об отказе в выплате по банковской гарантии, на то, что письменное уведомление бенефициара о принятии банковской гарантии № ЭГ- 1141/17 от 07.12.2017 г. получено гарантом 09.01.2019 г., то есть после окончания срока гарантии, вследствие чего гарантия не вступила в силу (п. 9 гарантии), требование получено гарантом также после окончания срока действия гарантии 09.01.2019 г. (п.п. 9, 10 гарантии).

Также ответчик ссылается на то, что приложенный к требованию №3580-18/1 от 25.12.2018 г. расчет суммы, включаемой в требование по банковской гарантии, по сути не является надлежащим документом (расчетом) и не соответствует условиям гарантии, поскольку содержание данного документа сводится к перечислению реквизитов претензий к принципалу с указанием сумм штрафа по каждой позиции, без определения итога и без математического расчета, из которого следовало бы, что итоговая сумма предъявленного требования является верной.

Кроме того, документ, подтверждающий полномочия лица подписавшего требования, не соответствует условиям гарантии и требованиям постановления Правительства РФ                   № 1005 от 08.11.2013 г. в редакции на дату выдачи гарантии, так как в нарушение условий гарантии к требованию приложена копия приказа от 15.08.2017 г. № 1727, которая не заверена нотариально и не является оригиналом. 

Истец представил письменные возражения на отзыв в ответчика, указывая на то, что довод ответчика о получении уведомления и требования после окончания срока действия гарантии полагает необоснованным, так как согласно ст. 194 ГК РФ, письменные заявления и извещения, сданные в организацию связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, считаются сделанными в срок, тогда как извещение и требование по банковской гарантии предъявлено ответчику в пределах срока гарантии путем направления данного требования посредством почтового отправления 26.12.2018 г., что является надлежащим представлением такого требования гаранту. Также истец ссылается на то, что бенефициар исполнил надлежаще свои обязанности по гарантии, вышеуказанные уведомление и требование были получены гарантом в последний день срока действия банковской гарантии 09.01.2019 г.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, при этом, односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не допускаются.

Предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (ст. 370 ГК РФ).

По независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить надлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (ст. 368 ГК РФ).

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных и исчерпывающих оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (п. 1 ст. 376 ГК РФ), а также отсутствием у гаранта права на отказ в выплате при предъявлении ему повторного требования (п. 2 ст. 376 ГК РФ).

 В соответствии с п. 1 ст. 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

Гарант должен рассмотреть требование бенефициара и приложенные к нему документы в течение пяти дней со дня, следующего за днем получения требования со всеми приложенными к нему документами, и, если требование признано им надлежащим, произвести платеж (п. 2 ст. 375 ГК РФ).

В п. 1 ст. 376 ГК РФ предусмотрено, что гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование или приложенные к нему документы не соответствуют условиям независимой гарантии либо представлены гаранту по окончании срока действия независимой гарантии.

Отклоняя доводы отзыва ответчика, суд исходит из следующего.

В обоснование своей позиции ответчик указывает, что банковская гарантия № ЭГ-1141/17 от 07.12.2017 г. действовала по 31.12.2018 г. (включительно). 

Таким образом, окончание срока действия банковской гарантии приходится на 31.12.2018 г. - нерабочий день согласно постановлению Правительства РФ от 14.10.2017 г.  № 1250 «О переносе выходных дней в 2018 году», согласно которому постановлено перенести в 2018 году следующие выходные с субботы 29 декабря на понедельник 31 декабря.

В соответствии со ст. 193 ГК РФ, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. 

Таким образом, с учетом положений ст. 193 ГК РФ днем окончания срока действия банковской гарантии считается ближайший следующий за ним рабочий день, то есть 09.01.2019г.

В соответствии со ст. 194 ГК РФ, если срок установлен для совершения какого-либо действия, оно может быть выполнено до двадцати четырех часов последнего дня срока.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что бенефициар исполнил надлежаще свои обязанности по гарантии и вышеуказанные уведомление и требование были получены гарантом в последний день срока действия банковской гарантии 09.01.2019 г., факт получения указанных документов 09.01.2019 г. банком не оспаривается.

Также судом отклоняется доводы ответчика о том, что приложенный к требованию расчет не является надлежащим документом и не соответствует условиям банковской гарантии, поскольку судом установлено, что расчет содержит математические действия (формулы) с выведением числового значения итога рассчитываемой величины с указанием на допущенные исполнителем по контракту нарушения. При этом суд учитывает, что каких-либо специальных обязательных  требований к составлению расчета к требованию по банковской гарантии условия гарантии не содержат.

Согласно п. 3 гарантии к требованию должен быть приложен документ, подтверждающий полномочия единоличного исполнительного органа, подписавшего требование (оригинал или копия, заверенная нотариально).

К представленному в материалы дела требованию истцом была приложена копия  приказа Департамента здравоохранения города Москвы о назначении директора ФИО4 от 15.08.2017 г.  № 1727-к.

 Согласно п. 3.1.2 устава истца указано, что исполнительным органом Учреждения является руководитель - директор, назначаемый и освобождаемый от должности приказом учредителем на условиях срочного трудового договора, заключенного на срок не более 5 лет. Этот факт подтверждает также выписка из ЕГРЮЛ, где в графе сведения о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, указана ФИО4 в должности директора.

Таким образом, бенефициар, действуя разумно и добросовестно, представил необходимые документы в соответствии с условиями банковской гарантии, подтверждающие полномочия подписанта.

В силу п. 1 ст. 376 ГКТРФ, гарант отказывает бенефициару в удовлетворении его требования, если это требование либо приложенные к нему документы не соответствуют условиям гарантии либо представлены гаранту по окончании определенного в гарантии срока.

Исходя из положений п. 1 ст. 377, пп. 2 п. 1 ст. 378 ГК РФ, предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром ограничивается уплатой суммы, на которую выдана гарантия, и прекращается окончанием определенного в гарантии срока, на который она выдана.

В соответствии с условиями  банковской гарантии определено, кто является должником по обеспеченному обязательству, указана сумма, подлежащая уплате гарантом при предъявлении бенефициаром соответствующего требования, и характер обеспеченного гарантией обязательства.

В силу разъяснений, изложенных в п. 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю  сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия; пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в  соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Поскольку банк является субъектом, осуществляющим профессиональную деятельность на финансовом рынке, толкование условий банковской гарантии следовало осуществлять в пользу бенефициара.  

Выдавая гарантию в обеспечение надлежащего исполнения поставщиком его обязательств по государственному контракту, банк не ограничил перечень оснований, влекущих возникновение соответствующей обязанности. 

Следовательно, гарант в любом случае не вправе был выдвигать против осуществления платежа по гарантии возражения, которые мог бы выдвигать принципал по отношению к бенефициару.

Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлению письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии.

Следовательно, оснований для освобождения банка от платежа по правилам п. 1 ст. 376 ГГК РФ не имелось.

Гарант не вправе отказать бенефициару в выплате денежной суммы по банковской гарантии по основаниям, не имеющим правового значения для исполнения гарантом обязанности по банковской гарантии.

Согласно ст. 370 ГК РФ предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство.

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

Таким образом, учитывая существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств, принцип независимости банковской гарантии, условия банковской гарантии, суд приходит к выводу, что правовых оснований отказывать бенефициару в выплате по банковской гарантии у ответчика не имелось. 

Таким образом,  оснований для отказа в требовании бенефициара о выплате денежной суммы по банковской гарантии у банка не имелось.

Государственная пошлина относится судом на ответчика на основании ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании ст.ст. 8, 11, 12, 309, 310, 333, 368, 369. 370, 374  ГК РФ,  руководствуясь ст.ст. 4, 9, 65-68, 71, 75, 102, 110, 121, 123, 156, 167-171, 180, 181  АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества КБ «РУСНАРБАНК» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 11.04.2002 г., адрес места нахождения 115184, 

<

...>) в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения города Москвы «Научно-практический центр психического здоровья детей и подростков имени Г.Е. Сухаревой департамента здравоохранения города Москвы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата регистрации 05.12.2001 г., адрес места нахождения 119334, 

<

...>) задолженность по банковской гарантии от 07.12.2017 г. № ЭГ-1141/17 в размере 4 874 528 (четыре миллиона восемьсот семьдесят четыре тысячи пятьсот двадцать восемь) рублей 84 (восемьдесят четыре) копеек, а также расходы по оплате госпошлины в размере 47 373 (сорок семь тысяч триста семьдесят три) рубля.

Решение может быть обжаловано в порядке и в сроки, предусмотренные АПК РФ.

СудьяЛ.Н. Агеева