ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-15152/15

17 ноября 2017 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2017 года

Полный текст постановления изготовлен 17 ноября 2017 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Зеньковой Е.Л., Комоловой М.В.,

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 24.08.2016

от конкурсного управляющего ООО «Инвестиционно-строительная компания» - не явился, извещен

рассмотрев 13 ноября 2017 года в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Инвестиционно-строительная компания»,

на определение от 09 января 2017 года

Арбитражного суда города Москвы,

вынесенное судьей Назарцом С.И.,

постановление от 30 июня 2017 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Солоповой Е.А., Нагаевым Р.Г., Клеандровым И.М.,

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Инвестиционно-строительная компания» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвестиционно-строительная компания» 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2015 по делу N А40-15152/15-4-79 Б ООО «Инвестиционно-строительная компания» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Сообщение о признании ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» банкротом и об открытии в отношении должника конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 99 от 06.06.2015.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд  города Москвы с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2017, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2017, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «Инвестиционно-Строительная Компания»   обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 Заявитель в кассационной жалобе указывает, что выводы судов не соответствуют фактическим материалам дела и имеющимся в деле доказательствам, кроме того, судебные акты приняты с нарушением норм материального права, а именно нормы п. 38 ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), судами не применен закон, подлежащий применению (часть 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Заявитель кассационной жалобы, в том числе, указывает на то, что бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Также заявитель кассационной жалобы указывает, что осуждение ФИО1 по приговору суда и отбытие им наказания в исправительном учреждении не является обстоятельством, прекратившим его полномочия как руководителя должника, следовательно, снимающего с него ответственность за ведение бухгалтерского учета и отчетности.

Надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного разбирательства конкурсный управляющий  ООО «Инвестиционно-строительная компания» явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечил, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей этого лица.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителя  ФИО1, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности мотивировано неисполнением указанным лицом обязанности по подачи заявления о признании ООО «Инвестиционно-строительная компания» банкротом, непередачей конкурсному управляющему должника бухгалтерской документации, а также умышленным причинением вреда имущественным правам кредиторов должника, в том числе заключением финансовых сделок со взаимосвязанными сторонами.

Суд первой инстанции, а также поддержавший его выводы апелляционный суд, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, исходили из недоказанности совокупности обязательных условий, при наличии которых возможно привлечение его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Пунктом 2 названной нормы определено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Абзацем 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться с заявлением в арбитражный суд при наличии не погашенной в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженности по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением, указал, что срок возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом возник не позднее 02.11.2013 года (через 30 дней после получения претензии Банка ВТБ (ПАО) о погашении задолженности по договорам кредитной линии).

Отклоняя доводы конкурсного управляющего суды верно указали, что неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору. 

Суды установили, что бухгалтерский баланс должника на соответствующую дату в подтверждение своих доводов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) у должника конкурсный управляющий не представил, в связи с чем пришли к верному выводу, что надлежащих доказательств, подтверждающих, что 02.11.2013 года является крайним сроком для обращения руководителя в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника конкурсным управляющим не представлено, как и доказательств того, что на указанную дату ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» отвечало признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как верно отметил апелляционный суд, разрешая вопрос о том, явилось ли банкротство должника следствием поведения его генерального директора, суды учитывают положения статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу второму названной статьи банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом. Тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

В связи с чем апелляционный суд обоснованно отметил, что сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Суд первой инстанции установил, что приговором Кировского районного суда г. Астрахани от 18.04.2012 ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, к трем годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Срок наказания исчислялся с даты вынесения приговора, то есть с 18.04.2012 по 17.04.2015.

Суды установили, что управление делами предприятия ФИО1 на время своего лишения свободы поручил учредителю ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» ФИО4, доля которого в уставном капитале общества составляет 49,99%, путем оформления и выдачи доверенности от 01.01.2013. Кроме того, поскольку действующий директор находится в местах лишения свободы, он передал управление учредителю, а впоследствии уволился с должности генерального директора ООО «Инвестиционно-Строительная Компания», подав заявление об увольнении учредителю ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» ФИО4 05.02.2013.

Также суды правомерно отклонили доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО1 причинил вред имущественным правам кредиторов в результате проведения фиктивных сделок со взаимосвязанными сторонами, поскольку в ходе анализа имеющейся в ведении конкурсного управляющего документации выявлен факт отчуждения имущества ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» посредством погашения доли участника, вышедшего из состава общества - ФИО5.

Суды установили, что общее собрание участников ООО «Инвестиционно-Строительная Компания», на котором было принято решение о передаче части имущества вышедшему участнику ФИО5, состоялось 30.10.2014, тогда как в указанный период компанией-должником фактически управлял учредитель - ФИО4, а  ФИО1 не являлся и не является учредителем ООО «Инвестиционно-Строительная Компания». 

Решение о выходе участника ФИО5 из состава учредителей с передачей ей движимого и недвижимого имущества компании принимали участники на общем собрании 28.10.2014 и 30.10.2014, тогда как  ФИО1 не принимал участия в принятии этих решений в соответствии со ст. 26 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и в соответствии с Уставом Общества. Требование об одобрении данной сделки генеральным директором также отсутствует как в законе, так и в Уставе ООО «Инвестиционно-Строительная Компания».

Учитывая изложенные обстоятельства, суды пришли к верному выводу, что ответчик не мог повлиять на решение учредителей не только из-за отсутствия полномочий, но и по причине изоляции от общества по приговору Кировского районного суда г. Астрахани от 18.04.2012.

Довод о не передаче бывшим руководителем должника ФИО1 конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника правомерно отклонен судами.

Суды установили, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, что именно по вине ФИО1, в том числе в результате искажения или уничтожения информации в бухгалтерской документации, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суды также приняли во внимание, что конкурсный управляющий оспаривает сделки должника и возвращает имущество по сделкам в конкурсную массу. В свою очередь, недостаточность сформированной конкурсной массы для расчетов с кредиторами не является доказательством виновных действий либо допущенного бездействия бывшего руководителя должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив факт недоказанности заявителем недобросовестных действий ФИО1, пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Признание судом недействительными ряда сделок должника не может явиться самостоятельным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности. Ссылки на наличие записи в ЕГРЮЛ в качестве руководителя должника ФИО1, также несостоятельны, учитывая, что судом первой инстанции было установлено, что ФИО1 находится в местах лишения свободы, и впоследствии уволился с должности генерального директора ООО «Инвестиционно-Строительная Компания», подав заявление об увольнении учредителю ООО «Инвестиционно-Строительная Компания» ФИО4 05.02.2013.

В соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, постановления. Таких нарушений судами не допущено.

Довод кассационной жалобы о том, что суд неправильно применил нормы права к установленным им обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, подлежит отклонению. Из обжалуемых судебных актов следует, что, принимая настоящие судебные акты, суды исходили из того, что для привлечения руководителя должника к гражданско-правовой ответственности, которой является субсидиарная ответственность, заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для ее наступления.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  в том числе о неправомерности отказа в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств по делу и об отложении судебного заседания, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Таким образом, доводы кассационной жалобы о несогласии с принятыми судебными актами подлежат отклонению, поскольку иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При этом, суд кассационной инстанции отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 09 января 2017 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30 июня 2017 года  по делу № А40-15152/15 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий судья                                            Н.Я. Мысак

 

Судьи:                                                                                         Е.Л. Зенькова

                                                                                                М.В. Комолова