ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г.Самара, ул.Аэродромная, 11А, тел.273-36-45, e-mail: info@11aas.arbitr.ru, www.11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

 

09 апреля 2019 года

гор. Самара

                      Дело № А65-22298/2018

 

Резолютивная часть постановления оглашена 02 апреля 2019 года

В полном объеме постановление изготовлено 09 апреля 2019 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Николаевой С.Ю., судей Балакиревой Е.М., Пышкиной Н.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 02 апреля 2019 года в зале № 6 апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа»

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2018 года, принятое по делу № А65-22298/2018 (судья Абдуллаев А.Г.)

 

по иску Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

 

с участием в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3,

 

о взыскании неустойки за нарушение срока исполнения обязательства за период с 05 мая 2016 года по 31 марта 2018 года в размере 2 655 177 руб. 64 коп., неустойки, начисленной из расчета 3 814 руб. 91 коп. за каждый календарный день просрочки исполнения обязательства начиная с 01 апреля 2018 года по день фактического исполнения обязательства,

 

при участии в судебном заседании:

от истца – не явились, извещены надлежащим образом;

от ответчика – не явились, извещены надлежащим образом;

от третьего лица - не явились, извещены надлежащим образом, 

 

Установил:

Истец - Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ответчику - Обществу с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс Победа» о взыскании неустойки за нарушение срока исполнения обязательства за период с 05 мая 2016 года по 31 марта 2018 года в размере 2 655 177 руб. 64 коп., неустойки, начисленной из расчета 3 814 руб. 91 коп. за каждый календарный день просрочки исполнения обязательства начиная с 01 апреля 2018 года по день фактического исполнения обязательства.

В обоснование заявленных требований указано на неисполнение ответчиком в установленный срок обязательств по передаче объекта долевого строительства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

До судебного заседания от истца посредством электронного сервиса подачи документов «Мой Арбитр» поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором истец просит суд  взыскать с ответчика  неустойку в размере 2 451 397 руб. 84 коп. за период с 05 мая 2016 года по 05 апреля 2018 года.

Уточнение исковых требований принято судом в порядке статьи  49 Арбитражного процессуального кодекса Российской.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2018 года суд иск удовлетворил частично. Взыскал с Общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО2 819 080 руб. 91 коп. неустойки. В удовлетворении остальной части иска суд отказал. Взыскал с Общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 35 257 руб.

Заявитель - Общество с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа», не согласившись с решением суда первой инстанции, подал в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

Определением суда от 28 января 2019 года апелляционная жалоба оставлена без движения, установлен срок до 25 февраля 2019 года для устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления апелляционной жалобы без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 февраля 2019 года рассмотрение апелляционной жалобы назначено на 02 апреля 2019 года на 15 час. 00 мин.

Представители истца, ответчика и третьего лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От истца и третьего лица в материалы дела поступили мотивированные возражения на жалобу, которыми они просили оставить оспариваемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьями 123 и 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется в соответствии со статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» (застройщик) и ФИО3 (участник долевого строительства) 07 апреля 2015 года заключен договор № 142-28/322 участия в долевом строительстве 1 очереди жилого комплекса «Победа» по пр. Победы Советского района гор. Казани.

Объектом долевого строительства  является квартира, параметры которой указаны в пункте 1.4. договора.

Цена квартиры  определена сторонами в размере 4 768 638 руб. Срок передачи  квартиры участнику долевого строительства – до 30 апреля 2016 года.

Договор участия в долевом строительства зарегистрирован в установленном порядке в  Управлении Росреестра по Республике Татарстан 18 апреля 2015 года.

Цена квартиры оплачена участником долевого строительства в полном объеме (л.д. 80а – 80б).

Однако объект долевого строительства передан участнику путем оформления застройщиком 15 марта 2018 года одностороннего  акта о передаче, направленного участнику долевого строительства 31 марта 2018 года, что подтверждается почтовой квитанцией Почты России и описью вложений в почтовое отправление. Корреспонденция с вложением одностороннего акта о передаче объекта долевого строительства прибыла в место вручения по адресу ФИО3 05 апреля 2018 года, что следует из отчета об отслеживании отправления с официального сайта Почты России.

Право требования неустойки за период с 01 мая 2016 года по день фактической передачи объекта долевого участия в связи с  неисполнением застройщиком в установленный срок обязательства по передаче квартиры уступлено участником долевого строительства истцу на основании договора уступки права требования от 29 марта 2018 года (п. 1.1. договора уступки).

Договор уступки зарегистрирован в Управлении Росреестра по Республике Татарстан 21 мая 2018 года,  застройщик уведомлен о состоявшейся уступке (л.д. 29 - 32).

Неисполнение требования о выплате неустойки за нарушение срока передачи объекта долевого строительства явилось основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Обосновывая решение, суд первой инстанции исходил из доказанности материалами дела факта нарушения ответчиком сроков передачи объекта долевого строительства. При этом, суд применил нормы статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик, обжалуя судебный акт, указывает, что суд первой инстанции не в полном объеме принял доводы заявителя о применении положений норм статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также заявитель полагает, что при вынесении настоящего судебного акта суд должен был учитывать аналогичную практику судов общей юрисдикции.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, мотивированных возражений и изучив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон об участии в долевом строительстве) по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В силу пункта 1 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

В соответствии с  пунктом 2 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

В силу положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации   обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и иных правовых актов.

Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором.

Рассматриваемым договором участия в долевом строительстве срок передачи участнику долевого строительства объекта строительства установлен до 30 апреля 2016 года.

Как было указано выше, объект долевого строительства передан участнику путем оформления застройщиком 15 марта 2018 года одностороннего  акта о передаче, направленного участнику долевого строительства 31 марта 2018 года, что подтверждается почтовой квитанцией Почты России и описью вложений в почтовое отправление.

Право требования взыскания неустойки передано третьим лицом истцу по договору уступки права требования. 

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В силу части 1 статьи 11 Закона об участии в долевом строительстве уступка участником долевого строительства прав требований по договору допускается только после уплаты им цены договора или одновременно с переводом долга на нового участника долевого строительства в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

Договор уступки права ответчиком не оспорен, незаключенным либо недействительным в  судебном порядке не признан.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что право требования указанной неустойки по договору уступки права требования перешло к истцу.

Ответчик указывал на то, что  договор  уступки права является притворной сделкой.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В материалах дела отсутствуют доказательства наступления иных правовых последствий, чем те, которые предусмотрены заключенной сторонами сделкой уступки прав требования.

Напротив, из материалов дела усматривается, что воля сторон была направлена на создание тех правовых последствий, которые они предполагали при подписании договора.

Поведение сторон сделки свидетельствует о направленности воли как цедента, так и цессионария на создание правовых последствий, следующих из буквального содержания договора уступки.

Представленный третьим лицом отзыв на исковое заявление подтверждает позицию истца.

Ссылки ответчика на то, что условие договора уступки о порядке оплаты цессии является «гонораром успеха» и стороны действовали с целью «искусственного изменения подведомственности спора», не соответствуют установленным обстоятельствам дела.

Ответчик документально не подтвердил притворный характер сделки.

Количество судебных споров с участием истца и согласованный сторонами порядок оплаты уступки  права  не  доказывают  направленности  воли сторон на создание иных правовых последствий.

В силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласованное сторонами условие о порядке оплаты  по договору цессии  путем установления цены в форме сочетания фиксированного размера и процентного соотношения от суммы, взысканной судом,  не доказывает  притворности  сделки и  фактического заключения сторонами договора оказания юридических услуг.

Из условий договора уступки права требования следует, что воля третьего лица направлена на передачу права требования истцу.

Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат  и ответчиком не приведено.

Отсутствие доказательств оплаты по договору цессии в полном объеме само по себе не является доказательством притворности заключенной сделки.

Возможность уступки права требования на возмездной основе предусмотрена действующим законодательством, стороны вправе самостоятельно согласовать срок и порядок оплаты. Третье лицо по своему выбору реализовало свое право на защиту субъективного права путем реализации (уступки) истцу права на неустойку, обеспечивающую его право.

Как разъяснено  Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»,  согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны также вправе, в частности, заключить договор, по которому первоначальный кредитор (цедент) обязуется уступить новому кредитору (цессионарию) требование к должнику, а новый кредитор (цессионарий) принимает на себя обязанность передать первоначальному кредитору (цеденту) часть того, что будет исполнено должником по уступаемому требованию.

Как правомерно отметил суд первой инстанции, доводы ответчика о недействительности договора уступки носят предположительный характер и не подтверждены доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.

В рассматриваемом случае в действиях истца и третьего лица не усматривается намерений причинить вред ответчику. В связи с изменением кредитора по обязательству объем прав и обязанностей ответчика не изменился.

Вопреки утверждению ответчика, получение истцом по договору цессии требований к ответчику по уплате неустойки с целью получения коммерческой прибыли, а не в целях защиты субъективного права, не является актом злоупотребления правом.

Ответчиком также заявлено о злоупотреблении правом со стороны истца, в том числе по основанию наличия нескольких дел в производстве арбитражного суда с участием истца.

В силу пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Суд может отказать в защите принадлежащего права в случае установления того, что лицо злоупотребило своим правом.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств злоупотребления правом со стороны истца.

Доказательства, свидетельствующие о приобретении истцом права требования неустойки на основании договора уступки исключительно с намерением причинить вред ответчику, равно как и действий в обход закона с противоправной целью либо иного заведомо недобросовестного осуществления  прав со стороны истца, в материалах дела отсутствуют.

Судом не установлено наличие обстоятельств, характеризующих деятельность  истца по приобретению у участника долевого строительства в порядке уступки права на взыскание  неустойки и реализации указанного права в судебном порядке, как  недобросовестное поведение.

Неустойка, установленная статьей 6 Закона об участии в долевом строительстве для застройщика  в случае нарушения им принятых на себя обязательств,  является законной неустойкой  и влечет обязанность застройщика по ее выплате  независимо от того, кем заявлено такое требование  - самим участником  долевого строительства либо лицом, приобретшим такое право  на основании  гражданско-правового договора, заключенного с участником  долевого строительства.

Предъявление цессионарием права требования неустойки в размере, рассчитанном в соответствии с требованиями Закона об участии в долевом строительстве, не может  иметь цели причинения вреда застройщику и свидетельствовать о  злоупотреблении  правом со стороны истца.

Наличие нескольких аналогичных судебных дел с участием  истца само по себе  не является признаком  недобросовестного  поведения  и доказательством  злоупотребления правом.

Довод ответчика о неподведомственности спора арбитражному суду также правомерно отклонен судом первой инстанции ввиду несостоятельности.

В силу части 2 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя.

В соответствии со статьями  27 - 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации споры между гражданами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей, а также между указанными гражданами и юридическими лицами разрешаются арбитражными судами, за исключением споров, не связанных с осуществлением гражданами предпринимательской деятельности.

Истец является субъектом предпринимательской деятельности, исходя из экономического характера спора и его субъектного состава, рассматриваемый спор подлежит разрешению в арбитражном суде.

Таким  образом, указание ответчика на необходимость рассмотрения спора в суде,  избранном первоначальными сторонами договора, безотносительно к цессионарию, являющемуся истцом и индивидуальным предпринимателем, является необоснованным.

В данном случае наличие (отсутствие) договорной подсудности не имеет правового значения, поскольку в результате перемены лица в обязательстве на индивидуального предпринимателя изменилась подведомственность спора.

В свою очередь, возможность установления договорной подведомственности действующим процессуальным законодательством не предусмотрена.

Факт просрочки ответчиком своих обязательств перед третьим лицом подтверждается материалами дела  и  у третьего лица в силу закона возникло право требования с ответчика установленной законом неустойки за просрочку исполнения договорных обязательств, которое впоследствии перешло к истцу.

Истец просит взыскать с ответчика неустойку за период с 05 мая 2016 года по 05 апреля 2018 года, исходя из двойной ставки неустойки, предусмотренной пунктом 2 статьи 6 Закона об участии в долевом строительстве в размере 2 451 397 руб. 84 коп.

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено ходатайство о снижении подлежащей взысканию с него неустойки по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ввиду несоразмерности ее размера последствиям нарушенного обязательства, отсутствия возникновения убытков у истца и с учетом необходимости учитывать финансовые последствия для ответчика.

Ответчик полагает необходимым определить  размер начисленной истцом неустойки исходя из 1/300 ставки рефинансирования Банка России, равной 7,5 %  со  снижением ее до пределов, взыскиваемых судами общей юрисдикции по аналогичной категории дел.

Довод ответчика о необходимости учета пределов взыскания неустойки, применяемых судами общей юрисдикции по указанным в отзыве ответчика делам, на которые ответчик также ссылается и в апелляционной жалобе, обоснованно отклонен судом первой инстанции.

Ссылка ответчика на приведенные в отзыве решения судов общей юрисдикции  не имеет правового значения, поскольку  состоявшиеся  судебные акты  по делам в участием иных лиц, в которых судами исследовались и устанавливались иные фактические обстоятельства и разрешались споры, вытекающие из иных договоров  участия в долевом строительстве и уступки права, заключенных другими лицами, не имеют преюдициального значения для рассматриваемого спора.

Аналогичные доводы апелляционной жалобы, со ссылкой на обязательность применения при рассмотрении настоящего спора практики судов общей юрисдикции, судебной коллегией отклоняются, как основанные на неверном толковании норм права и противоречащие судебной практике.

Доводы ответчика, как при рассмотрении дела судом первой инстанции, так и при обжаловании решения, сводятся к несогласию с уплатой неустойки за нарушение обязательств по договору.

При этом довод ответчика о неприменимости истцом двойной ставки законной неустойки ввиду недействительности договора уступки по основанию нарушения установленного статьей 383 Гражданского кодекса Российской Федерации запрета на уступку  права, неразрывно связанного с личностью кредитора,  судом первой инстанции правомерно отклонен.

Согласно разъяснениям пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»  ничтожной является уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью.

При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве.

При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что в соответствии со статьей 1 Закона об участии в долевом строительстве участниками  такого строительства могут выступать как физические, так и юридические  лица,  довод  ответчика о  существенном значении личности кредитора в рассматриваемом случае не  вытекает из существа обязательств.

Следовательно, в рассматриваемом случае имеется лишь установленное договором ограничение на уступку права без согласия застройщика.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 17 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 54,  уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку.

Такая уступка может быть признана недействительной, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств злоупотребления правом  сторонами договора уступки судами не установлено,  ответчиком не добыто и  не  представлено.

В соответствии с пунктом статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года  № 7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом.

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод гражданина в целях защиты прав и законных интересов других лиц.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности ответственности в виде неустойки, установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательства и др.

Степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, поэтому только суд, рассматривающий дело, вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного спора в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку институт гражданско-правовой ответственности характеризуется наличием компенсационного характера, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Следовательно, суд может уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению, с учетом представленных в материалы дела доказательств.

Являясь мерой ответственности за нарушение обязательства и имея компенсационную природу убыткам кредитора, неустойки не может служить источником его обогащения.

Судебная коллегия отмечает, что рассмотрев ходатайство ответчика о применении норм статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ответчика о том, что размер начисленной истцом неустойки явно несоразмерен последствиям нарушенного обязательства и подлежит уменьшению.

Определяя разумный размер подлежащей взысканию неустойки, суд исходит из компенсационного характера неустойки и необходимости соблюдения баланса интересов истца и ответчика.

Суд учитывает, что истец не является стороной правоотношений застройщик - участник долевого строительства, а на профессиональной основе занимается предпринимательской деятельностью, связанной в том числе с приобретением у граждан – потребителей права требования неустойки к  застройщикам для последующего обращения в арбитражный суд.

Являясь новым кредитором, истец использует специальные, повышенные способы защиты нарушенных прав потребителей, тогда как не несет существенных негативных последствий от допущенной застройщиком просрочки. При изложенных обстоятельствах взыскание неустойки в заявленных размерах приведет к неосновательному обогащению истца.

Принимая во внимание отсутствие возникновения убытков у истца вследствие ненадлежащего исполнения обязательств ответчиком, исходя из критериев соразмерности неустойки и последствий нарушения обязательства, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что  размер  неустойки подлежит определению исходя из однократной ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Истец не представил суду доказательств того, что размер возможных его убытков, связанных с нарушением ответчиком срока исполнения обязательства по передаче квартиры, превышает указанную сумму.

Согласно пункту 2  Постановления Пленума ВАС РФ от 22 декабря 2011 года № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Доказательств наличия обстоятельств экстраординарности в рассматриваемом случае судом не установлено, ответчиком не представлено.

То обстоятельство, что истец не является стороной договора долевого участия и не имеет заинтересованности в исполнении указанного договора, а приобретая право требования неустойки, исключительно преследует цель получения коммерческой прибыли, указанное также и в апелляционной жалобе, учтено судами при оценке соразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства и при применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом также принято во внимание, что объект долевого строительства передан участнику путем оформления застройщиком 15 марта 2018 года одностороннего  акта о передаче, направленного участнику долевого строительства 31 марта 2018 года, что подтверждается почтовой квитанцией Почты России и описью вложений в почтовое отправление.

Корреспонденция с вложением одностороннего акта о передаче объекта долевого строительства  прибыла в место вручения по адресу  ФИО3 05 апреля 2018 года, что  следует из  отчета об отслеживании отправления с официального сайта Почты России.

Указанный факт  не  оспорен сторонами и не опровергнут.

Доказательств направления застройщиком участнику долевого строительства  уведомления о готовности объекта к передаче в порядке, предусмотренном статьей 8 Закона об участии в долевом строительстве, ответчиком не представлено.

Факт уклонения ФИО3 от принятия  объекта долевого участия  надлежащими и достоверными доказательствами не подтвержден.

Порядок передачи объекта долевого строительства регламентирован статьей 8 Закона об участии в долевом строительстве, в силу которой основанием для составления одностороннего акта является действие (бездействие) участника долевого строительства по уклонению от принятия построенного жилого помещения.

При этом документом, предшествующим одностороннему акту, в силу пункта 4 статьи 8 указанного закона, является сообщение о завершении строительства и готовности объекта к передаче.

Данный порядок установлен для случаев надлежащего исполнения застройщиком своей обязанности по строительству и передаче объекта долевого строительства.

В рассматриваемом случае застройщиком срок строительства и передачи жилого помещения нарушен. Несмотря на это, застройщиком сообщение о готовности объекта  к передаче в адрес участника долевого строительства не направлялось, срок для принятия квартиры не устанавливался.

При таких обстоятельствах, доводы об уклонении третьего лица от принятия жилого помещения являются необоснованными и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Следовательно, у ответчика отсутствовали основания для составления одностороннего акта.

На предложение суда представить сообщение о готовности объекта к передаче ответчик ответил отказом, сославшись на отсутствие соответствующих документов.

При указанных обстоятельствах период начисления неустойки с 05 мая 2016 года по 05 апреля 2018 года определен  истцом правомерно.

С учетом  изложенного, исходя из установленных для данной категории споров принципов состязательности арбитражного процесса,  равенства его сторон,  суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу, что  исковые требования  документально подтверждены, предъявлены правомерно и подлежат частичному  удовлетворению.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого решения. Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

В связи с вышеизложенным Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2018 года, принятого по делу № А65-22298/2018 и для удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе подлежат взысканию с заявителя жалобы в связи с предоставлением ему отсрочки от ее уплаты.

 

Руководствуясь статьями 110, 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 05 декабря 2018 года, принятое по делу № А65-22298/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» - без удовлетворения.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Жилой комплекс «Победа» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в суд кассационной инстанции.

 

Председательствующий                                                                         С.Ю. Николаева

 

Судьи                                                                                                        Е.М. Балакирева

 

Н.Ю. Пышкина