АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

28 июля 2025 года

Дело №

А56-21672/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Александровой Е.Н., Герасимовой Е.А.,

при участии ФИО1 (паспорт), от общества с ограниченной ответственностью «Горизонт» ФИО2 (доверенность от 10.02.2025), 

рассмотрев 16.07.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Горизонт» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2024 и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2025 по делу № А56-21672/2021, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2021 по заявлению общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Мани Финанс» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЧекПей», адрес: 192148, Санкт-Петербург, ул. Крупской, д. 51, корп. 2, лит. А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Общество).

Определением от 12.05.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением от 21.11.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением арбитражного суда от 16.09.2022 конкурсный управляющий ФИО3 освобожден от обязанностей конкурсного управляющего.

Определением арбитражного суда от 19.01.2023 конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

В арбитражный суд 24.04.2024 обратилось общество с ограниченной ответственностью «Горизонт» (далее – Компания) с заявлением о привлечении ФИО1 (далее - ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением от 18.12.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2025, арбитражный суд отказал Компании в удовлетворении требований в полном объеме.

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда принять по делу новый судебный акт – об удовлетворении заявления.

Податель кассационной жалобы указывает, что судами неправильно распределено бремя предоставления доказательств и не учтены презумпции, установленные пунктом 3 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002       № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Податель жалобы ссылается на завершение конкурсного производства в отношении общества с ограниченной ответственностью «Русофт» (определение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2024 по делу № А40-267862/21-175-475Б). По мнению подателя жалобы, ФИО1 как мажоритарный участник ООО «Русофт» извлекла выгоду из незаконного и недобросовестного поведения подконтрольного ей юридического лица,  с которого судом взыскано в пользу Общества 104 648 000 руб. 

ФИО1 представила возражения на кассационную жалобу и  просит оставить в силе принятые по делу судебные акты, считая их обоснованными и законными.

В судебном заседании представитель Компании поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе, а ФИО1 возражала против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –       АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, контролирующий статус ФИО5 кредитор обосновывал тем фактом, что определением от 18.06.2023 по обособленному спору № А56-21672/2021/сд.8 признаны недействительными сделки - платежи на общую сумму 104 648 000 руб. Общества по выдаче займов в пользу ООО «Русофт», мажоритарным участником которой в период с 03.04.2018 по 17.03.2021 являлась ФИО1 Последствием признания сделок недействительными явилось взыскание денежных средств с              ООО «Русофт» в пользу должника, однако на дату обращения конкурсного управляющего Обществом  к ООО «Русофт» с требованиями о включении в реестр, дело № А40-267862/2021 о банкротстве ООО «Русофт» определением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2024 было завершено.

Как следует из открытых источников информации, ФИО1 была участником ООО «Русофт» с долей участия 75% в период с 03.04.2018 по 17.03.2021, то есть в период заключения недействительных сделок. Вторым участником ООО «Русофт» с 20.11.2015 по дату ликвидации 04.08.2022 с долей участия 25% являлось ООО «НИКОМ», аффилированное с должником через ФИО6.

Как указала Компания,  ФИО1 представляла ответчиков, в пользу которых выводились денежные средства должника, по другим однотипным обособленным спорам, а именно: 1) ЗАО «Мобильный капитал» (обособленный спор №А56-21672/2021/сд.1, доверенность ФИО1 от 18.07.2022) 2) ООО «Рукард» (обособленный спор №А56-21672/2021/сд.7, доверенность ФИО1 от 18.02.2022) 3) ООО «Интеллектуальные решения» (обособленный спор №А56-21672/2021/сд.4, доверенность ФИО1 от 15.09.2021, в суде апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела заявлено о фальсификации документов, представленных ФИО1). 4) ООО «Автодруг Парковки Штрафы Эвакуация» (обособленный спор №56- 21672/2021/сд.2, доверенность ФИО1 от 15.09.2021, в суде апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела заявлено о фальсификации документов, представленных ФИО1).

Кредитор утверждал, что ФИО1 связана с ФИО6 (генеральным директором ЗАО «Мобильный капитал», которое в период с 25.11.2010 по 18.09.2019 являлось учредителем Общества) и через представительство иных ответчиков по оспариваемым сделкам, имеющих схожие интересы по невозврату денежных средств в конкурсную массу должника. По мнению Компании, ФИО1 должна быть признана контролирующим должника лицом (далее – КДЛ), причинившим вред имущественным интересам кредиторов Общества путем юридического сопровождения созданной совместно с ФИО6 схемы вывода денежных средств должника на другие юридические лица по сделкам, признанным недействительными.

Суд первой инстанции, отказав в удовлетворении заявленных требований,  руководствовался статьями 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, содержащимися в пунктах 7, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).  Суд пришел к выводу о том, что кредитором не доказано, что ФИО5 имеет статус КДЛ или является бенефициаром по оспоренным сделкам.

Апелляционный суд пришел к выводу, что само по себе участие ФИО1 в уставном капитале ООО «Русофт», сделки с которым признаны недействительными, не создает оснований для признания ее КДЛ.

Поскольку не доказано и того, что ФИО1 получила существенную выгоду от заключенных с подконтрольным ей обществом сделок (займы заключались с ООО «Русофт», а не с ней лично), суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

В силу  подпункта 1 пункта 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

В соответствии  с  пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

 Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как указано в пункте 3 Постановления № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.06.2023 по обособленному спору № А56-21672/2021/сд.8, оставленным в силе постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.12.2023, признаны недействительными сделками заключенные должником и ООО «Русофт» следующие договоры процентного займа:  от 04.04.2018 № 0404/18 (8,25%) на сумму 578 000 руб.; от 03.05.2018 № 0305/18 (8,25%) на сумму  10 260 000, руб.; от 25.06.2018 № 2506/18 (8,25%) на сумму 5 165 000 руб.; от 01.10.2018              № 0110/18 (8,25%) на сумму 35 200 000 руб.; от 21.01.2019 № 2101/19 (8,25%) на сумму 16 480 000 руб.; от 04.03.2019 № 0403/19 (8,25%) на сумму 14 232 000 руб.; от 10.09.2019 № 1-2019-09 (8,25%) на сумму 3 431 000 руб. 

Судом применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Русофт» в пользу Общества 104 648 000 рублей. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2024 по делу № А40-267862/21-175-475Б возвращено заявление конкурсного управляющего Обществом о включении в реестр требований кредиторов ООО «Русофт» суммы 104 648 000 руб. в связи с завершением конкурсного производства (определение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2024  по делу № А40-267862/21-175-475Б  о завершении конкурсное производство в отношении     ООО «Русофт»).

Отказав в удовлетворении заявления Компании о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанций указали, что Компанией не представлено необходимых доказательств того, что ФИО1 относится к контролирующим должника лицам и является бенефициаром, получившим выгоду по оспоренным в деле о банкротстве Общества сделкам. 

Суд кассационной инстанции не может признать эти выводы судов обоснованными, поскольку судами неправильно распределена обязанность по доказыванию обстоятельств дела между сторонами спора.

При рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор (в данном случае Компания), как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности ответчика (в данном случае ФИО1 как бывшего мажоритарного участника ООО «Русофт»), а ответчик ФИО1, напротив, обладает такой информацией и фактически может ограничить доступ  к ней по своему усмотрению.

При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика, суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса, обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию заявителя (Компании) своими объяснениями и прочими доказательствами.

Если будет доказано, что действия  ответчика ФИО1 не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества,  то ответчик не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ответчиком в материалы дела не представлено пояснений относительно распоряжения ООО «Русофт» денежными средствами в размере 104 648 000 руб., полученными от Общества по заемным обязательствам 2018 – 2019 годов; причины  невозможности возврата денежных средств займодавцу судом не установлены; доводы Компании о схеме вывода полученных от Общества денежных средств в пользу аффилированных лиц, представителем которых являлась ответчик, ФИО1 не опровергнуты. 

 Между тем, банкротство ООО «Русофт» было возбуждено по заявлению ООО «Омега», задолженность перед которым в размере 473 100 руб. образовалась в период с 30.06.2019 по 30.11.2019 в связи с неисполнением ООО «Русофт» обязательств, вытекающих из договора субаренды. Арбитражный суд Московской области 13.10.2021 по делу № А41-74522/2021 удовлетворил заявление ООО «Омега» о выдаче судебного приказа к должнику                  ООО «Русофт» на взыскание задолженности по договору субаренды от 20.05.2019 № 20190520 в размере 473 100 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 231 руб. Определением от 24.03.2024 по делу № А40-267862/2021 завершено конкурсное производство в отношении  ООО «Русофт». Сведения о расходовании ООО «Русофт» полученных от Общества 104 648 000 руб.  в  отчете конкурсного управляющего ООО «Русофт» отсутствуют.

С учетом того, что заемщик был признан банкротом вскоре после получения от Общества денежных средств, ответчику ФИО1, как  мажоритарному участнику ООО «Русофт», следовало предоставить суду  пояснения  относительно расходования  заемных денежных средств. 

Ссылка судов первой и апелляционной инстанций на то обстоятельство, что ответчик ФИО1 не была привлечена  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Русофт», не свидетельствует о добросовестности ответчика  в рамках рассмотрения настоящего спора.

Поскольку Компания не была включена в реестр требований кредиторов ООО «Русофт», вопрос «исчезновения» заемных денежных средств, полученных ООО «Русофт» по договорам займа, признанных в деле о банкротстве Общества  недействительными сделками на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом в рамках дела о банкротстве ООО «Русофт» не исследовался. 

Кроме того, в материалах настоящего дела отсутствуют доказательства того, что ФИО1 надлежащим образом исполняла свои обязанности участника ООО «Русофт». 

На протяжении судебного разбирательства ответчиком представлены лишь возражения, согласно которым ФИО1 не знала о договорах займа, поскольку они были заключены ООО «Русофт», действовавшим в лице исполнительного органа. 

Однако в силу статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) исполнительный орган общества избирается общим собранием участников и подотчетен ему. 

Поскольку ФИО1 владела 75% долей в уставном капитале       ООО «Русофт», в силу положений статьи 33 Закона № 14-ФЗ  именно она как мажоритарный участник названного общества осуществляла контроль за деятельностью исполнительного органа (директора) юридического лица. 

Суд кассационной инстанции считает, что непредставление достоверных сведений о юридическом лице при определенных обстоятельствах (например, полное отстранение от контроля за деятельностью юридического лица) может быть отнесено к неразумным и недобросовестным действиям участника общества, поскольку контролирующие лица как участники предпринимательской деятельности должны осуществлять контроль за хозяйственной деятельностью юридического лица, в уставном капитале которого они участвуют.

Поскольку ответчик ФИО1 не раскрыла информацию, связанную с деятельностью подконтрольного ей ООО «Русофт», не опровергла доводы Компании о схеме вывода денежных средств в пользу аффилированных лиц, вывод судов о том, что ответчик не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьей 61.10 и 61.11 Закона о банкротстве нельзя признать обоснованным. 

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует отменить, а дело – направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение. 

При повторном рассмотрении дела суду следует правильно распределить бремя предоставления доказательств по делу, рассмотреть вопрос о необходимости привлечения к участию в деле бывшего директора (исполнительный орган) ООО «Русофт», установить фактические обстоятельства спора, оценить их в совокупности с иными представленными сторонами доказательствами, как  указано в статье 71 АПК РФ, после чего принять законный и обоснованный судебный акт, распределив судебные расходы, в том числе и за подачу кассационной жалобы.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.12.2024 и  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2025 по делу № А56-21672/2021 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение. 

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

Е.Н. Александрова

 Е.А. Герасимова