ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит.А,

http://13aas.arbitr.ru

 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

о возвращении апелляционной жалобы

Дело №А56-94386/2018

16 декабря 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Тарасова М.В.,

ознакомившись с апелляционной жалобой ФИО1 (регистрационный номер 13АП-31318/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2020 по обособленному спору №А56-94386/2018/сд.1 (судья Лобова Д.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании сделок недействительными, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО Банк «Советский»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление Центрального Банка Российской Федерации о признании несостоятельным (банкротом) АО Банк «Советский» (далее также – Банк).

Решением арбитражного суда от 28.08.2018 АО Банк «Советский» (далее – должник, Банк) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство).

В рамках дела о банкротстве Банка его конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением:

1) о признании недействительными:

- договоров купли-продажи от 10.09.2014 и 08.10.2014, заключенных между ООО «Росинвест» и ФИО2;

- договоров дарения нежилых помещений и доли в праве собственности на земельный участок в целях увеличения чистых активов от 26.09.2014, 27.10.2014, 27.11.2014, заключенных между ФИО2 и Банком;

- договоров аренды недвижимого имущества, заключенных в период с ноября 2014 года по июль 2015 года между Банком как арендодателем и ООО «Росинвест» и ООО «Тандем» как арендаторами;

2) о применении к возникшим правоотношениям правил договора купли-продажи и признании Банка покупателем, а ООО «Росинвест» продавцом объектов недвижимости (нежилых помещений и долей в праве собственности на земельный участок - БЦ «Балтис-Плаза»), расположенных по адресу: Санкт-Петербург, Средний пр. В.О., д. 88, лит. А (далее - бизнес-центр);

3) об истребовании бизнес-центра из чужого незаконного владения компании «ДММ Инвестментс Лимитед» (DMM Investments Ltd.; далее - компания);

4) о признании права собственности Банка на бизнес-центр.

Определением суда первой инстанции от 18.02.2019, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 13.05.2019 и округа от 22.08.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2020 судебные акты отменены с передачей обособленного спора на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением от 17.11.2020 признаны недействительными договоры купли-продажи, дарения, как прикрывающие сделку между ООО «Росинвест» и Банком по предоставлению последнему компенсационного финансирования в виде права собственности на бизнес-центр, имущество истребовано у компании в пользу Банка, в остальной части в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 17.06.2021 определение от 17.11.2020 в части истребования бизнес-центра в пользу Банка отменено, в удовлетворении заявления в этой части отказано. В остальной части определение оставлено без изменения.

Суд округа постановлением от 11.11.2021 оставил без изменения постановление от 17.06.2021 в части отмены определения от 17.11.2020, в остальной части судебные акты отменены, в удовлетворении заявления отказано.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 постановление апелляционного суда от 17.06.2021 и постановление округа от 11.11.2021 по обособленному спору №А56-94386/2018/сд.1 отменено. Определение суда первой инстанции от 17.11.2020 по указанному спору оставлено в силе.

Верховный Суд Российской Федерации согласился с выводами суда первой инстанции о том, что цепочка сделок с имуществом Банка носила притворный характер, поскольку передача бизнес-центра ФИО2 в пользу Банка очевидно имела для него как акционера кредитной организации положительные экономические последствия, так как позволила поднять значение нормативов достаточности капитала и продолжить осуществление Банком своей деятельности. Данные обстоятельства подтверждают притворность оспариваемой цепочки сделок, совершенной под контролем транзитного собственника имущества ФИО2 и прикрывающей предоставление Банку компенсационного финансирования. Предоставляя такое финансирование, заинтересованное лицо принимает на себя все сопутствующие риски (в том числе риск его утраты на случай банкротства), которые не могут перекладываться на независимых кредиторов.

В данном случае передача имущества не напрямую от ООО «Росинвест», а от ФИО2, давала возможность при возникновении необходимости (применении в отношении Банка мер по предупреждению банкротства, отзыва лицензии и т.д.) пересмотреть свое управленческое решение по внесению имущества в капитал должника посредством предъявления супругой ФИО2 иска об отчуждении общего имущества без ее согласия (что и осуществлено). Создание схемы с транзитом собственности повлекло лишение кредиторов должника возможности удовлетворения собственных требований за счет денежных средств, вырученных от реализации бизнес-центра.

В ситуации, когда одобренный контролирующим должника лицом план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на такое лицо относятся убытки, связанные с неэффективностью избранного плана и санационной деятельности в отношении контролируемого должника, в пределах капиталозамещающего финансирования.

Таким образом, Верховный суд Российской Федерации заключил, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что бизнес-центр подлежит возврату в конкурсную массу должника.

На основании вступившего в законную силу судебного акта право собственности на бизнес-центр зарегистрировано за Банком только 03.05.2023, до этого момента собственником помещений являлась компания.

ФИО1 (сын ФИО2) 24.11.2025 обратился с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 17.11.2020, в которой апеллянт просит судебный акт отменить и перейти к рассмотрению спора по правилам, установленным для суда первой инстанции.

ФИО1 заявляет, что является лицом, не привлеченным к участию в деле, права и законные интересы которого затронуты обжалуемым определением, пропустившим срок обжалования судебного акта по объективным причинам.

До 27.10.2025 ФИО1 отбывал наказание в связи с вынесением приговора судом Турецкой Республики Северного Кипра; 27.10.2025 он был депортирован иммиграционной службой. До указанной даты ФИО1 не имел возможности получить сведения о судебных актах, принятых в рамках дела о банкротстве Банка, ознакомиться с материалами дела и установить, что принятыми по делу судебными актами нарушены его права.

ФИО1 утверждает, что уже после прекращения меры пресечения апеллянтом получена информация о том, что в деле о банкротстве Банка реализовано имущество бизнес-центра, которое возвращено в конкурсную массу в результате принятия судебных актов по обособленному спору №А56-94386/2018/сд.1.

Податель жалобы настаивает на том, что не мог получить информацию о споре, рассмотренном без его участия, ранее освобождения его от отбывания наказания и выдворения из Турецкой Республики Северного Кипра.

В абзаце пятом пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – постановление №12) разъяснено, что в случае когда после рассмотрения апелляционной жалобы и принятия по результатам ее рассмотрения постановления суд апелляционной инстанции принял к своему производству апелляционную жалобу лица, участвующего в деле и подавшего жалобу в срок, установленный процессуальным законодательством, либо лица, не привлеченного к участию в деле, права и обязанности которого затронуты обжалуемым судебным актом (статья 42 АПК РФ), такую жалобу следует рассматривать применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

В данном случае проверка законности и обоснованности определения от 17.11.2020 производилась судами всех инстанций вплоть до Верховного Суда Российской Федерации, который определением от 04.08.2022 оставил в силе указанный судебный акт.

Что касается срока подачи апелляционной жалобы, ФИО1 не сообщает дату, когда в его отношении компетентными органами Турецкой Республики Северного Кипра была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, приговор представлен на иностранном языке и не содержит нотариально удостоверенного перевода.

В дополнениях к апелляционной жалобе от 16.12.2025 ФИО1 представил справку от 11.12.2025 (выдана по месту требования), в которой указано, что согласно приказу об аресте, отданному районным судом Искеле от 23.06.2023 №44/23, ФИО1 23.06.2023 был определен в исправительное учреждение для отбывания наказания сроком на 4 года, а дальнейшем, по решению Уголовного суда района Искеле от 10.03.2025, 24.10.2025 он был условно-досрочно освобожден из тюрьмы.

Из содержания названного документа следует вывод о том, что апеллянт находился под арестом с июня 2023 года, тогда как обжалуемое определение вынесено в 2020 году, и определением Верховного Суда Российской Федерации, который от 04.08.2022 оставлено в силе.

ФИО1 не раскрывает сведений о том, по какой причине был лишен возможности получить сведения об обжалуемом судебном акте в период с 2020-2023 год, и где находился в указанный период времени.

Доверенность, приложенная к апелляционной жалобе, выдана 10.09.2024. Представители ФИО1 проживают на территории Российской Федерации (Санкт-Петербург/Ленинградская область).

Податель жалобы также не раскрывает того, что по какой причине его представители, подписавшие апелляционную жалобу (расшифровка отсутствует, личность представителя установить не представляется возможным) обратились с апелляционной жалобой на судебный акт только в декабре 2025 года, а не ранее.

Таким образом, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы ФИО1 о том, что срок на обжалование судебного акта пропущен по объективным причинам, связанным с его нахождением в тюрьме Турецкой Республики Северного Кипра, как не подтвержденные документально.

Однако данное обстоятельство не имеет определяющего значения, поскольку доводы ФИО1 о том, что судебный акт затрагивает его права и законные интересы и принят без его участия, апелляционный суд находит несостоятельными.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статьям 42 и 257 АПК РФ правом обжалования в порядке апелляционного производства судебного акта арбитражного суда первой инстанции обладают лица, участвующие в деле, и лица, не участвовавшие в деле, но о правах и обязанностях которых принят обжалуемый судебный акт.

Наличие у не участвовавшего в деле лица какой-либо заинтересованности в исходе дела само по себе не предоставляет ему права обжаловать судебный акт, поскольку по смыслу статьи 42 АПК РФ такое право предоставлено лицу, о правах и обязанностях которого суд принял решение.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 2 постановления №12, право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют лица, участвующие в деле, и иные лица в случаях, предусмотренных названным Кодексом, к которым, в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт, поэтому лица, не участвующие в деле, указанные и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

ФИО1 не являлся прямым участником спорных отношений, в цепочке притворных сделок не фигурировал, собственником бизнес-центра согласно сведениям регистрирующего органа не являлся.

Умозаключения подателя апелляционной жалобы о том, что он являлся фактическим собственником помещений только на том основании, что в рамках уголовного дела (возбуждено в отношении ФИО1) приняты меры процессуального принуждения, в частности, наложен арест, в том числе на недвижимое имущество, с целью сохранности перечисленного в постановлении имущества для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, не создают оснований для вывода о том, что ФИО1 является собственником бизнес-центра.

ФИО1 утверждает, что в ходе расследования уголовного дела сотрудниками ГУЭБ и ПК МВД России были предоставлены результаты оперативно-розыскной деятельности, согласно которым он в период совершения преступления приобрел движимое и недвижимое имущество, зарегистрировав его на своих близких родственников, а 27.12.2018 постановлением Тверского районного суда города Москвы наложен арест на недвижимое имущество, входящее в состав бизнес-центра.

ФИО1 утверждает, что при рассмотрении заявления о наложении ареста правоохранительными органами предоставлены сведения об оформлении ФИО1 в период совершения преступления недвижимого имущества на своего отца ФИО2

Вместе с тем подобных доказательств не приложено к апелляционной жалобе; о таких обстоятельствах дела не заявлял ни ФИО2, ни его супруга, ни иные лица, которые на том или ином этапе рассмотрения дела (или связанных с ним споров, в том числе о взыскании убытков) участвовали в рассмотрении спора №А56-94386/2018/сд.1.

ФИО1 заявляет, что в материалах дела имеются выписки из ЕГРН, из которых усматривается, что в отношении имущества 16.01.2019 зарегистрирован арест с запретом собственнику и иным владельцам имущества распоряжаться, в т.ч. путем совершения сделок, направленных на отчуждение и обременение прав. Арест зарегистрирован на основании постановления судьи Меркулова А.А., вынесенного по постановлению старшего следователя по ОВД 1 отдела управления по РОПД СД МВД России ФИО3 о возбуждении ходатайства о наложении ареста на имущество по уголовному делу №11701007754000079 oт 27.12.2018, выдавший орган: Тверской районный суд г.Москвы.

ФИО1 утверждает, что как фактический собственник спорного имущества, в целях исполнения обязательств которого был наложен арест, не был привлечен к участию в споре.

Суд апелляционной инстанции критически относится к данным аргументам, поскольку из пояснений конкурсного управляющего, данных апелляционному суду при рассмотрении обособленного спора №А56-94386/2018/убытки24 (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2025) следует, что после признания сделки недействительной процесс возврата имущества Банку (регистрация перехода права собственности в порядке применения последствий недействительности сделки) затянулась на продолжительный срок, в том числе в связи с наложенными арестами на имущество в рамках уголовного дела. После соответствующего снятия ареста в установленном законом порядке Банк вновь стал собственником бизнес-центра (03.05.2023), что позволило реализовать имущество на торгах.

ФИО1 ошибочно полагает, что арест имущества на основании части 3 статьи 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации является подтверждением того факта, что апеллянт является/являлся фактическим собственником бизнес-центра и за счет указанного имущества ФИО1 имел возможность погасить предъявленные к нему имущественные взыскания в рамках возбужденного в отношении него уголовного дела.

Названный арест накладывался в защиту публично-правовых интересов, а последующая регистрация права собственности Банка на имущество свидетельствует о том, что арест снят судом общей юрисдикции, и необходимость в его сохранении в интересах следствия, защиты прав потерпевших и иных, связанных с уголовным делом обстоятельств, отпала.

При рассмотрении требований конкурсного управляющего о признании сделок с имуществом Банка недействительными, которое состоялось в судах всех инстанций, производилась проверка законности судебного акта на предмет безусловных оснований для отмены судебного акта, в том числе по мотиву нарушения прав и интересов лиц, не привлеченных к участию в деле. Подобных нарушений выявлено не было. Участники спора о «теневом» собственнике имущества не заявляли, документального подтверждения таких обстоятельств не представили. Обратного подателем жалобы не доказано.

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что ФИО1, будучи заинтересованным лицом по отношению к участникам сделок, предпринимает попытку спустя пять лет пересмотреть судебный акт, в результате которого имущество истребовано у связанных с ним бенефициаров сделки, в недобросовестных целях.

Более того, как утверждает ФИО1 и подтверждается сведениями из Картотеки арбитражных дел, в его отношении 17.04.2018 по заявлению кредитора ООО «СанСеть» возбуждено дело №А21-3991/2018 о банкротстве: определением Арбитражного суда Калининградской области от 09.08.2018 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4; решением Арбитражного суда Калининградской области от 18.03.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Согласно пункту 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином. Гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

В соответствии с пунктом 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» должник вправе лично участвовать в делах, по которым финансовый управляющий выступает от его имени, в том числе обжаловать соответствующие судебные акты.

Таким образом, предоставленное финансовому управляющему право на ведение от имени должника-гражданина дел в судах не исключает права последнего самостоятельно участвовать в судебных спорах.

Доказательств того, что ФИО1 в процедуре собственного банкротства сообщал финансовому управляющему о наличии у него активов в виде объектов недвижимого имущества в составе бизнес-центра, не представлено, из материалов дела №А21-3991/2018, размещенных в открытом доступе, не следует.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба ФИО1 подлежит возвращению на основании пункта 1 части 1 статьи 264 АПК РФ, как поданная лицом, не имеющим права на обжалование судебного акта в порядке апелляционного производства, и за пределами срока обжалования судебного акта.

В силу пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 №57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов» если исковое заявление, заявление, административное исковое заявление, жалоба или представление и приложенные к ним документы поданы в суд в электронном виде и судьей вынесено определение (постановление) об отказе в принятии или о возвращении такого обращения, то поданные в электронном виде документы не прилагаются к копии соответствующего определения (постановления) (статьи 134, 135 ГПК РФ, статьи 127.1, 129 АПК РФ, статьи 128, 129 КАС РФ, часть 4 статьи 389.6, статьи 401.5, 412.4 УПК РФ).

Поскольку жалоба поступила в апелляционный суд посредством электронного документооборота, фактическому возврату на бумажном носителе она не подлежит.

Руководствуясь статьей 264 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

определил:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-31318/2025) возвратить ФИО6.

Определение может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий месяца со дня вынесения определения.

Судья

Тарасова М.В.