ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-5988/2017

г. Самара

09 сентября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 сентября 2021 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Поповой Г.О., 

судей Львова Я.А., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.05.2021 по заявлению ФИО2 о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в рамках дела №А65-5988/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЮграЭлектроникс», г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2017 возбуждено производство о несостоятельности (банкротстве) должника. Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.07.2017 общество с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс», г.Казань (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом). Открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (ИНН 

<

***>), являющийся членом Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих»; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №142 от 05.08.2017. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2019, удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего ликвидатора должника – ФИО4, ФИО2. ФИО4, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2020 установлен размер субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 в сумме 1 384 241 324,03 руб. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.03.2021 конкурсное производство в отношении ООО «Югра-Электроникс» завершено. 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.04.2021 поступило заявление ФИО2 о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 по делу № А65-5988/2017 по вновь открывшимся обстоятельствам (вх.№19083). 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.05.2021 в удовлетворении заявления ФИО2 о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 по делу № А65-5988/2017 по вновь открывшимся обстоятельствам отказано. 

ФИО2 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан области от 25.05.2021. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание.

От ФИО2 поступило заявление об отложении судебного заседания.

В соответствии с пунктом 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины уважительными.

Апелляционная коллегия признала ходатайство необоснованным и подлежащим отклонению, поскольку препятствия для рассмотрения апелляционной жалобы отсутствуют, материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу, изложенные в ходатайстве об отложении причины не служат основаниями для отложения рассмотрения. 

От ФИО2 поступило ходатайство о приостановлении производства по делу. 

В удовлетворении ходатайства о приостановлении производства отказано, ввиду отсутствия достаточных процессуальных оснований, поскольку вынесение приговора в отношении ФИО5 не может повлиять на настоящий обособленный спор, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, совещаясь на месте, определил отказать в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по делу, в соответствии со ст. 143,145 АПК РФ. 

От конкурсного управляющего, ПАО «Татфондбанк» поступили отзывы, согласно которым просят отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Согласно ч.1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п.1 ст.32 Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018, оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2019, удовлетворено заявление конкурсного управляющего обществом   с   ограниченной   ответственностью   «Югра-Электроникс»,   г.Казань,   (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего ликвидатора должника - ФИО4, ФИО2, ФИО4, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2020 установлен размер субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2 в сумме 1 384 241 324,03 руб., Взыскано с ФИО4, ФИО2 в пользу должника общества с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс», г.Казань, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) - 1 384 241 324,03 руб., оставленным без изменений постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2021, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.05.2021, произведена по требованию о взыскании с ФИО4, ФИО2 в пользу должника общества с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс», г. Казань, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника 1 384 241 324, 03 руб., установленному определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018  замена взыскателя: - в части взыскания суммы 1 384 234 324,03 руб. на публичное акционерное общество "Татфондбанк" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", г.Казань (1653016914 ОГРН 

<

***>). 

В соответствии с настоящим определением выдан исполнительный лист на исполнение определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 в пользу правопреемника (кредитора):

- взыскать ФИО4, ФИО2 в пользу публичное акционерное общество "Татфондбанк" в лице Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов", г.Казань (1653016914 ОГРН 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника 1 384 241 324,03 руб. долга;

Выдан исполнительный лист на исполнение определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 г. на имя должника по делу о банкротстве, как взыскателя на оставшуюся сумму:

- взыскать ФИО4, ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Югра-Электроникс», г.Казань, (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника 7 000 руб. долга.

ФИО2 обратилась в суд с настоящим заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 по делу №5988/2017, постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018, постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2019.

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 52 (ред. от 20.09.2018) "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам", в силу части 2 статьи 310 АПК РФ пересмотр по новым или вновь открывшимся обстоятельствам судебных актов судов апелляционной и кассационной инстанций, принятых в порядке надзора судебных актов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, которыми изменен судебный акт суда первой, апелляционной и кассационной инстанции либо принят новый судебный акт, производится тем судом, который, не передавая дело на новое рассмотрение, изменил судебный акт либо принял новый судебный акт.

В таких случаях суды апелляционной или кассационной инстанции, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, рассматривающие заявление о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, истребуют дело из суда первой инстанции.

В случаях, когда суд апелляционной или кассационной инстанции либо Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации оставил оспариваемый судебный акт без изменения или оставил в силе один из ранее принятых по делу судебных актов, пересмотр по новым или вновь открывшимся обстоятельствам оставленного без изменения или оставленного в силе оспариваемого судебного акта производится судом, принявшим этот акт.

Поскольку в настоящем случае определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 по делу №5988/2017 оставлено без изменений судами апелляционной или кассационной инстанции, в порядке ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может быть пересмотрено определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2018 по делу №5988/2017. Пересмотр по новым или вновь открывшимся      обстоятельствам      данного судебного      акта      производится      судом, принявшим данный судебный акт, то есть Арбитражным судом Республики Татарстан.

Судебные акты апелляционной и кассационной инстанции (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 и постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 14.03.2019) самостоятельному пересмотру в порядке    ст. 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отдельно от судебного акта первой инстанции, не подлежат.

Обращаясь в суд с заявлением о пересмотре определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.08.2021 по вновь открывшимся обстоятельствам, заявитель указывает в качестве такого обстоятельства на судебные акты трех инстанций по обособленному спору о привлечении контролирующих должника ПАО «Татфондбанк» лиц к субсидиарной ответственности по делу А65-5821/2017.

В соответствии со статьей 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, предусмотренным главой 37 названного Кодекса.

В статье 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебный акт может быть пересмотрен в связи с наличием вновь открывшихся обстоятельств (часть 2) и новых обстоятельств (часть 3). К вновь открывшимся отнесены, в частности, существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю (пункт 1 части 2).

Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после принятия этого акта, поскольку по смыслу пункта 1 части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю. В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам.

В силу части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вновь открывшимися обстоятельствами являются: существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю, установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу, установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

Согласно части 3 вышеуказанной статьи новыми обстоятельствами являются: отмена судебного акта арбитражного суда или суда общей юрисдикции либо постановления другого органа, послуживших основанием для принятия судебного акта по данному делу, признанная вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда или суда общей юрисдикции недействительной сделка, которая повлекла за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу, признание Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации закона, примененного арбитражным судом в конкретном деле, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации, установленное Европейским Судом по правам человека нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод при рассмотрении арбитражным судом конкретного дела, в связи с принятием решения по которому заявитель обращался в Европейский Суд по правам человека, определение либо изменение в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации или в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации практики применения правовой нормы, если в соответствующем акте Верховного Суда Российской Федерации содержится указание на возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в силу данного обстоятельства.

В соответствии со статьей 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам подается в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, лицами, участвующими в деле, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра судебного акта.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 52 "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам" обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта.

При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу.

По мнению заявителя, вступившие в законную силу судебные постановления трех инстанций по делу № А65-5821/2017 по обособленному спору о привлечении контролирующих должника ПАО «Татфондбанк» лиц к субсидиарной ответственности, позволяют однозначно установить, что фактическим бенефициаром, то есть фактическим контролирующими лицами ООО «МетИнвест» является ПАО «Татфондбанк» - сам его мажоритарный кредитор, а также ФИО6, руководивший не только ПАО «Татфондбанк», но и всей группой компании ДOMO, в состав которой входили ООО «Югра-Электроникс», ООО «Люксор» (также кредитор ООО «Югра-Элекроникс»), и ряд других подобных «транзитных» компаний.

Именно эти судебные постановления арбитражных судов трех инстанций, вынесенные после принятия и вступления в законную силу судебных актов по вопросам наличия/отсутствия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, позволяют, по мнению заявителя раскрыть информацию о фактических (действительных) бенефициарах ООО «Югра-Электроникс», за счет имущества которых могли бы быть удовлетворены требования к должнику.

Эта информация, как указывает заявитель, не была достоверно известна ФИО2 и не могла быть известна, ссылки на нее при рассмотрении обособленного спора и при вынесении заявленных к пересмотру судебных постановлений носили предположительный характер. Достоверно и окончательно впервые она стала известна, как указывает заявитель, ранее 19.03.2021 г. в результате опубликования вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда кассационной инстанции - постановления от 18.03.2021 по делу № А65-5821/2017.

Однако, если указанная информация была бы достоверно и окончательно известна на момент рассмотрения вопроса о наличии/отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, то есть по состоянию на 2018 - июль 2020 года, то решение вопроса о наличии либо отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, по мнению заявителя, было бы принципиально иным, поскольку, по мнению заявителя:

- указывает на отсутствие ущерба (убытков) для должника и его кредиторов как основание для привлечения к субсидиарной ответственности;

- подтверждает, что ФИО2 фактически не оказывала определяющего влияния на деятельность ООО «Югра-Электронике» (осуществляла функции органа управления номинально), и устанавливает фактически контролировавшее должника лицо, за счет имущества которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов - на основании пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве;

- позволяет исключить из объема ответственности ФИО2 требования единственного кредитора - ПАО «Татфондбанк» на основании абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку именно ПАО «Татфондбанк» являлся фактическим контролирующим лицом должника, и именно ему принадлежит наибольший объем прав требования к должнику.

Таким образом, по мнению заявителя, имеются основания для пересмотра судебного акта по вопросу наличия/отсутствия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по правилам главы 37 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Между тем, указанные доводы заявителя исследовались судом первой инстацнии при рассмотрении спора, указанным доводам судом дана надлежащая оценка, что отражено в судебном акте.

Новых выводов или обстоятельства, имеющих существенное значение для настоящего дела, по мнению суда, постановление не содержит.

Основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности является не исполнением им обязанности по передаче бухгалтерской документации. 

Судом установлено, что по расчетному счету должника в период руководства ответчиками, в том числе ФИО2, должником совершались многочисленные расчетные операции с контрагентами, что предполагает наличие у директора первичной документации (договоров, актов приема-передачи, накладных и т.д.). 

Однако, никаких оправдательных документов по перечислениям, ответчики не представили. Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализации конкурсной массы.

Доводы ответчика о том, что он подлежит освобождению от субсидиарной ответственности, поскольку является номинальным руководителем, а фактическое управление делами должника осуществлял ПАО «Татфондбанк» и ООО «ДОМО», соответственно Банк является контролирующим должника лицом судом были исследованы и правомерно отклонены.

Доводам ответчика ФИО2, в обоснование совершения перечислений денежных средств в отсутствие оправдательных документов по поставке товара, о том, что управление обществом осуществлялось иными лицами,     перечисление  осуществлялось по указанию иных лиц, первичные документы бухгалтерского учета, подтверждающие поставку товара находятся у указанных лиц, ответчик являлась номинальным директором, дана оценка в рамках рассмотрения спора, судами трех инстанций.

Все доводы ответчика фактически сводятся и сводились к тому, что организация руководителем, которой она формально по её словам была назначена, занималась под руководством иных лиц обналичиванием денежных средств, либо оказанием услуг транзита денежных средств через свои счета в адрес третьих лиц, без реального осуществления предпринимательской или производственной деятельности. При этом, как указывает ответчик, контролируемым лицом должника являлось ПАО «Татфондбанк», осуществляющее руководство обществом должника через подконтрольные организации.

Отклоняя указанные доводы, суд указал, что указанная ответчиком информация может свидетельствовать лишь о том, что все перечисленные лица являются фактически заинтересованными по отношению друг к другу лицами и действуют в общих интересах. При этом, указанная информация не позволяет установить фактического руководителя должника и его имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника. Руководство обществом осуществляется его исполнительным органом.

Так, указано, что ФИО2 не представила доказательств смены руководителя общества, решение участников общества о прекращении ее полномочий как директора и возложение обязанностей на иное лицо ранее, чем 24.03.2016, в том числе на время пребывания в отпуске по уходу за ребенком. В материалах дела имеется решение единственного участника общества от 24.03.2016 о прекращении полномочий генерального директора ООО «Югра-Электроникс» ФИО2 с 24.03.2016 по ее инициативе и избрании генеральным директором ООО «Югра-Электроникс» ФИО4 с 25.03.2016 (том 1). Таким образом, данное доказательство подтверждает исполнение обязанностей руководителя ФИО2 до 24.03.2016.

При этом, суды сочли необоснованными доводы ответчиков о том, что сам по себе факт раскрытия номинальным руководителем должника информации о виновном лице, недоступной независимым участникам оборота, является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ввиду того, статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 6 постановления Пленума N 53 не предусматрена возможность освобождения номинального руководителя от субсидиарной ответственности в полном объеме, а, наоборот, в пункте 6 постановления Пленума N 53 разъяснено, что номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку номинальный характер руководства не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом, а номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно, при этом также указано, что в том случае, если номинальный руководитель раскрыл информацию, позволившую установить фактического руководителя (конечного бенефициара) и (или) имущество должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, то размер субсидиарной ответственности номинального руководителя  может быть уменьшен  (но не полностью  освобожден от ответственности), исходя из того, насколько его   действия   по   раскрытию   информации способствовали   восстановлению   нарушенных   прав   кредиторов   и   компенсации   их имущественных потерь.

Помимо изложенного, судами установлено, что ответчики, в том числе ФИО7, не раскрыли соответствующую информацию, которая позволила установить фактического руководителя должника и его имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника, не представили доказательств, в чьих интересах и по чьей воли действовали ответчики.

Судами установлено отсутствие в материалах дела, доказательств того, что ответчики фактически не осуществляла распоряжение счетом должника и не имели доступ к находящимся на счете денежным средствам, в то время как в силу наличия у них статуса руководителя общества обладание ими соответствующими правомочиями презюмируется; во-вторых, указанное обстоятельство формального участия ответчика в создании организации, не осуществляющей реальную хозяйственную деятельность, не основано на законе и не свидетельствует о возможности освобождения такого руководителя от обязанности обеспечения надлежащего контроля над денежными средствами общества и осуществляемыми денежными операциями.

На основании вышеизложенного, судами не установлено наличие обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ответчиков ввиду их номинальности. Кроме того, судами установлено, что ответчики не совершили действия, способствующие восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

Судебными актами по делу №А65-5821/2017 в рамках обособленного спора о привлечении контролирующих должника ПАО «Татфондбанк» лиц, установлено, что многочисленные компании, совершавшие многочисленные расчетные операции с контрагентами по поставке товара (ООО «Алнаир», ООО «Андан», ООО «Армада», ООО «Аудиотрейд», ООО «Бриг», ООО «Весна», ООО «Метинвест», ООО «Метресурс», ООО «Люксор», ООО «Новая электроника», ООО «Октанта», ООО «Практика аудита», ООО «Регион», ООО «Техника Плюс», ООО «Техно-регион», ООО «ТК «Сателлит», ООО «Торгбыт», ООО «Урман», ООО «Фаворит», ООО «Электробытторг», ООО «Югра -Электроникс», ООО «Умная Электроника», ООО «Техноопт», ООО «АБ1» и т.д.), являются фактически заинтересованными по отношению друг к другу лицами и действуют в общих интересах.

При этом, выводов, позволяющих установить фактического руководителя должника, конечного бенефициара и его имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника, данное постановление не содержит.

В указанных судебных актах содержаться лишь выводы о том, что указанные лица, в том числе ООО «Югра-Электроникс» не осуществляли реальной финансово-хозяйственной деятельности: «Все перечисления денежных средств осуществлялись без реального исполнения сделок, и имели транзитный характер. Кредитные средств возвращались в тот же операционные день через счета контрагентов на внутренние счета Банков в качестве расчетов по ранее полученным кредитам контрагентов». «Сделки по перечислению денежных средств внутри группы компаний «DOMO» (ООО «Электробытторг», ООО «Бытовая Электроника», ООО «ДОМО-финанс», ООО «Умная Электроника», ООО «Новая Электроника», «Современная Электроника», «Югра-Электроникс», ООО «Апсель», ООО «Армада», ООО «Траверз компани», ООО «Межтранс») за поставку товара не соотносимы с реальными правоотношениями».

Сделки по перечислению денежных средств внутри группы компаний «ДOMO» (ООО «Электробытторг», ООО «Бытовая Электроника», ООО «ДОМО-финанс», ООО «Умная Электроника», ООО «Новая Электроника», «Современная Электроника», «Югра-Электроникс», ООО «Апсель», ООО «Армада», ООО «Траверз компани», ООО «Межтранс») за поставку товара не соотносимы, как указано в постановлении с реальными правоотношениями».

Вместе с тем, как судом первой инстанции, так и судами апелляционной и кассационной инстанции также была дана оценка данным доводом ответчика о том, что у него отсутствует обязанность по передаче бухгалтерской документации, поскольку должник фактически хозяйственную деятельность не вел, поставку товара не осуществлял, документооборот составлен формально, а перечисления денежных средств осуществлялись по мнимым сделкам в отсутствие реальных правоотношений. Отклоняя данные доводы, суды указали, что формальное создание общества без осуществления реальной хозяйственной деятельности, с целью вывода активов, денежных средств не является законным основанием для освобождения руководителя от субсидиарной ответственности.

Кроме того, отклоняя доводы ответчика, судом также было указано, на то, что представленная информация никаким образом не способствует восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

Указаний об отсутствии виновных действий ФИО2 в признании ООО «Югра-Электроникс» несостоятельным (банкротом), в том числе: об отсутствии ущерба (убытков) для должника и его кредиторов как основание для привлечения к субсидиарной ответственности, а также подтверждения того, что ФИО2 фактически не оказывала определяющего влияния на деятельность ООО «Югра-Электронике» (осуществляла функции органа управления номинально), судебные акты по делу №А65-5821/2017 также не содержит, фактическое контролировавшее должника лицо, за счет имущества которого могли бы быть удовлетворены требования кредиторов - на основании пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве, указанные судебные акты также не устанавливают и не позволяют исключить из объема ответственности ФИО2 требования единственного кредитора - ПАО «Татфондбанк» на основании абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При этом, судом указано, что по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность по статьям 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность по статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Статьи 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункт 6 постановления Пленума N 53 не предусматривают возможность освобождения номинального руководителя от субсидиарной ответственности в полном объеме, а, наоборот, в пункте 6 постановления Пленума N 53 разъяснено, что номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку номинальный характер руководства не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом, а номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно, при этом также указано, что в том случае, если номинальный руководитель раскрыл информацию, позволившую установить фактического руководителя (конечного бенефициара) и (или) имущество должника, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, то размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен (но не полностью освобожден от ответственности), исходя из того, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

Сам по себе факт раскрытия номинальным руководителем должника информации о виновном лице, недоступной независимым участникам оборота, не является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в привлечении указанного номинального руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а может лишь способствовать уменьшению размера такой ответственности, при условии, что указанная информация способствовала восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (указанная правовая позиция согласуется с постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 26.07.2018 N Ф09-3499/18 по делу №А76-23547/2013).

Таким образом, сам по себе факт раскрытия номинальным руководителем должника информации о виновном лице в отсутствие выводов или доказательств того, что его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь, не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшихся обстоятельствах, поскольку не являются основанием для освобождения ответчика от субсидиарной ответственности.

Кроме того, судом ранее отклонил доводы заявителя, что поскольку ПАО «Татфондабнк» является контролирующим должника лицом, соответственно необходимо исключить    из    объема    ответственности ответчика размер требований кредитора ПАО «Татфондбанк». 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.12.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного суда от 10.03.2021, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.05.2021.

Кроме того, доказательств того, что перечисления денежных средств производились в интересах именно ПАО «Татфондбанк», выгодоприобретателем в данном случае является ПАО «Татфондбанк», ответчиком в материалы дела не представлено.

Материалами дела о банкротстве, а также обособленных споров установлено, что конечным выгодоприобретателем в данном случаи являются компании группы «ДОМО», а не ПАО «Татфондбанк».

Кроме того, доказательств аффилированность ответчика непосредственно с банком, в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенное, указанные заявителем обстоятельства, не могут, применительно к разъяснениям, сформулированным в п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 N 52 "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам", являться основанием для пересмотра упомянутого судебного акта и как следставие не могут быть основанием для отмены судебного акта.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.05.2021 по делу № А65-5988/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                             Г.О. Попова

Судьи                                                                                           Я.А. Львов

        Н.А. Мальцев