АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 Москва 21.04.2023 Дело № А40-226/14 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.04.2023,  

полный текст постановления изготовлен 21.04.2023, Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В.,  судей: Холодковой Ю.Е., Коротковой Е.Н.,  

при участии в заседании: от конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО): ФИО1 по дов. от 24.01.2023, Зима Г.В. – лично, паспорт, 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО)  

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  15.10.2019,  

на дополнительное постановление Девятого арбитражного апелляционного  суда от 13.11.2019,  

в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 

в рамках дела о признании АКБ «Инвестбанк» (ОАО) несостоятельным  (банкротом),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2014 АКБ  «Ивестбанк» (ОАО) (должник, Банк) признан несостоятельным (банкротом),  функции конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) возложены  на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».  

Арбитражный суд города Москвы определением от 10.07.2019  прекратил производство по обособленному спору в отношении Муравлева  И.В. (в связи со смертью), привлек к субсидиарной ответственности по  обязательствам АКБ «Ивестбанк» (ОАО) Боргардт О.В., Гезина В.Л., Зайцева  С.Я., Матвеева Ю.А., Иванову Н.И., Корищенко К.Н., Мастюгина С.Б.,  Нестеренко В.Ф., Новикова Л.М., Чурсина И.Н., Щербакова М.В., Пандзу  Х.А., Хандруева А.А., Дубова И.А., Зима Г.В., Менделеева С.В. Кириллова  Д.А., Козаченко О.С., Андрющенко С.А., определил в процентах доли для  взыскания с указанных лиц, производство по обособленному спору судом  приостановлено в части определения размера ответственности до окончания  расчетов с кредиторами.  

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  15.10.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2019  отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности Матвеева  Ю.А., Ивановой Н.И., Нестеренко В.Ф., Новикова Л.В., Чурсина И.Н.,  Щербакова М.В., Пандзы Х.А., Хандруева А.А., Зима Г.В., Дубова И.А.,  Кириллова Д.А., Козаченко О.С., Андрющенко С.А., а также в части  определения размера ответственности контролирующих лиц в долях, в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего АКБ «Ивестбанк»  (ОАО) о привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника отказано. В остальной части определение суда  первой инстанции оставлено без изменения.  

Дополнительным постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 13.11.2019 отказано в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего АКБ «Ивестбанк» (ОАО) в части определения  размера ответственности контролирующих должника лиц в долях.  

Не согласившись с названными судебными актами, конкурсный  управляющий АКБ «Ивестбанк» (ОАО), Зайцев С.Я., Менделеев С.В.,  Корищенко К.Н., Гезин В.Л., обратились в Арбитражный суд Московского  округа с кассационными жалобами.  

Конкурсный управляющий АКБ «Ивестбанк» (ОАО) в кассационной  жалобе просит отменить постановление Девятого арбитражного  апелляционного суда от 15.10.2019 и дополнительное постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019, оставить в силе  определение Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2019.  

Определением Арбитражного суда Московского округа от 30.07.2020  приостановлено производство по кассационной жалобе конкурсного  управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) в части привлечения к  субсидиарной ответственности Козаченко О.С. в порядке п. 3 ч. 1 ст. 143  АПК РФ в связи со смертью Козаченко О.С.  

Определением Арбитражного суда Московского округа от 14.03.2023  возобновлено производство по кассационной жалобе конкурсного  управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) на постановление Девятого  арбитражного апелляционного суда от 15.10.2019, дополнительное  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 по  делу № А40-226/2014 в части привлечения к субсидиарной ответственности  Козаченко О.С.  

От конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) поступило  ходатайство о процессуальной замене ответчика Козаченко О.С. на  Администрацию городского округа «город Калининград».  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и  месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Кроме того, судом кассационной инстанции в порядке ст. 121 АПК  РФ, о дате, месте и времени судебного заседания извещены Администрация  

городского округа «город Калининград», Козаченко А.О. и Козаченко Л.О.  Доказательства извещения приобщены к материалам обособленного спора.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) поддержал доводы  кассационной жалобы и заявленное ходатайство о процессуальной замене  ответчика по обособленному спору.  

Зима Г.В. в судебном заседании суда кассационной инстанции  оставила вопрос на усмотрение суда.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание  не явились, что, согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для  рассмотрения дела в их отсутствие.  

Рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего АКБ  «Инвестбанк» (ОАО) о процессуальной замене ответчика Козаченко О.С. на  Администрацию городского округа «город Калининград», суд кассационной  инстанции не находит оснований для его удовлетворения.  

Ходатайство мотивировано тем обстоятельством, что согласно  выписке из ЕГРН в собственности Козаченко Олега Степановича находилось  2/3 доли в праве собственности на квартиру по адресу: г. Калининград, ул.  Чкалова, д. 24, кв. 12.  

Между тем, судом округа, применительно к рассмотрению  ходатайства установлено, что, согласно представленной выписке из ЕГРН,  право собственности Козаченко О.С. на 2/3 доли в праве собственности на  названную квартиру прекращено 29.03.2017, а правообладателями квартиры  по адресу: г. Калининград, ул. Чкалова, д. 24, кв. 12 являются Козаченко А.О.  – 1/3 доли и Козаченко Л.О. – 2/3 доли.  

Сведения о наличии у ответчика иного имущества в материалах  обособленного спора отсутствуют, суду не представлены.  

При таких обстоятельствах основания для процессуальной замены  ответчика на Администрацию городского округа «город Калининград»  отсутствуют.  

Кроме того, судом кассационной инстанции направлялись судебные  запросы в Нотариальную палату Калининградской области и Федеральную  нотариальную палату.  

Согласно представленным ответам, наследственное дело к  имуществу умершего 16.03.2020 Козаченко Олега Степановича не  заводилось.  

Также судом округа осуществлен поиск сведений в реестре  наследственных дел Единой информационной системы нотариата (Портал  для судей), который результата не дал.  

В связи с изложенными обстоятельствами суд округа приходит к  выводу об отсутствии оснований для удовлетворения ходатайства  конкурсного управляющего АКБ «Инвестбанк» (ОАО) о процессуальной  замене ответчика.  

Учитывая правовую позицию Верховного Суда Российской  Федерации, сформулированную в п. 22 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020) (утв. Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020), а также в определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 16.12.2019 № 303-ЭС19-15056, суд округа полагает  возможным рассмотреть кассационную жалобу в части Козаченко О.С. по  существу.  

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела,  заслушав мнение явившихся в судебное заседание представителей и лиц,  участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения  судами первой и апелляционной инстанций норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции приходит к следующим выводам.  

Как установлено судом на основании материалов дела, приказами  Банка России от 13.12.2013 №№ ОД-1024, ОД-1025 у АКБ «Инвестбанк»  (ОАО) отозвана лицензия на осуществление банковских операций и  назначена временная администрация по управлению Банком.  

Конкурсный управляющий должника обратился с заявлением о  привлечении к субсидиарной ответственности, в том числе членов  Правления Банка, включая Козаченко О.С., за действия и бездействие,  совершенные в период с 30.03.2012 по 12.12.2013.  

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О  несостоятельности (банкротстве)».  

В силу ст. 14 Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных  актов (положений законодательных актов) Российской Федерации»  Федеральный закон от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве) кредитных организаций» признан утратившим силу.  

В соответствии с п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и  применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.  Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его  в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.  

По смыслу приведенных норм права, положения Федерального  закона от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)  кредитных организаций» подлежат применению, в том числе в части  положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника,  если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения  

соответствующих лиц к такой ответственности имели место до дня  вступления в силу Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О внесении  изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и  признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений  законодательных актов) Российской Федерации» (в ред. от 03.07.2016).  

Суд первой инстанции правильно установил, что поскольку  указанные в заявлении конкурсного управляющего обстоятельства имели  место до вступления в силу Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской  Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных  актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», то  применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, установленные Федеральным законом от  25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных  организаций».  

В соответствии с п. 3 ст. 1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» отношения,  связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций, не  урегулированные настоящим Федеральным законом, регулируются  Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в случаях,  предусмотренных настоящим Федеральным законом, нормативными актами  Банка России.  

В тоже время, в силу п. 3 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 №  266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности  (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных  правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей  до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы  с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002  

 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего  Федерального закона).  

Поскольку заявление конкурсного управляющего АКБ «Ивестбанк»  (ОАО) подано в арбитражный суд до 01.07.2017 (03.03.2017), то его  рассмотрение, в части не урегулированной Федеральным законом «О  несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», производится по  правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в  редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от  29.07.2017 № 266-ФЗ).  

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 14 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», если банкротство  кредитной организации наступило в результате виновных действий или  бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного  совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать  обязательные для данной кредитной организации указания или возможность  иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица),  на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации  для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть  возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам  кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате  обязательных платежей. Арбитражный суд вправе уменьшить размер  ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда,  причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно  ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных  лиц.  

В силу нормы абз. 2 п. 1 ст. 14 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» лица, указанные в  абзаце первом настоящего пункта, признаются виновными, если их решения  или действия (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой  возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам  добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым  

актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной  организации или обычаям делового оборота, а также, если они при наличии  оснований, предусмотренных ст. 4 Закона о банкротстве кредитных  организаций, не предприняли предусмотренные Законом о банкротстве  кредитных организаций меры для предупреждения банкротства кредитной  организации.  

Согласно п. 6 ст. 14 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве) кредитных организаций», руководителями кредитной  организации признаются лица, указанные в качестве таковых в Федеральном  законе «О банках и банковской деятельности».  

В силу ст. 11.1 в Федерального закона «О банках и банковской  деятельности» органами управления кредитной организации наряду с общим  собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров  (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и  коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью  кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным  органом и коллегиальным исполнительным органом.  

В соответствии с Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об  акционерных обществах» к органам управления акционерного общества  относятся общее собрание акционеров, совет директоров (наблюдательный  совет) общества и исполнительный орган общества (коллегиальный или  единоличный).  

Нормой п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов  юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах  представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно  обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если  иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки,  причиненные им юридическому лицу.  

В силу п. 3 ст. 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство)  юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником  

имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право  давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным  образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае  недостаточности имущества юридического лица может быть возложена  субсидиарная ответственность по его обязательствам.  

В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» разъясняется, что осуществление фактического контроля над  должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с  лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное  участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень  вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в  процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было  его влияние на принятие существенных деловых решений относительно  деятельности должника.  

В соответствии с требованиями норм Положения Центрального  банка Российской Федерации от 16.12.2003 № 242-П «Об организации  внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах»  (зарегистрировано в Минюсте России 27.01.2004 № 5489) и Положения  Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П «О  порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные  потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности»  (зарегистрировано в Минюсте России 26.04.2004 № 5774), действовавших в  спорный период, в кредитной организации должна функционировать система  внутреннего контроля, целью которой является обеспечение эффективности  и результативности финансово-хозяйственной деятельности при совершении  банковских операций, включая обеспечение сохранности активов и  управления банковскими рисками, а также обеспечение принятия мер по  поддержанию на не угрожающем финансовой устойчивости кредитной  

организации и интересам ее кредиторов и вкладчиков уровне банковских  рисков.  

В соответствии с требованиями Положения Центрального банка  Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П, кредитная организация  обязана комплексно и объективно оценивать финансовое положение  заемщика (контрагента), риски по выданным ссудам, заключенным сделкам  и формировать резервы на возможные потери по ссудам и сделкам,  влекущим риски возникновения финансовых потерь.  

Руководство банка перед заключением сделок, влекущих  возникновение у банка рисков финансовых потерь, обязано обеспечивать  выполнение требований Закона о банках и Положения № 254-п,  организовать работу банка в целях получения полных и достоверных  сведений о заемщике банка, осуществления на их основе комплексного и  объективного финансового анализа заемщика. В этой связи руководство  банка не должно допускать совершение банком сделок, влекущих для банка  возникновение финансовых потерь.  

Согласно п. 3.1 Положения Центрального банка Российской  Федерации от 26.03.2004 № 254-П, банк должен проводить оценку риска по  каждой выданной ссуде на основании комплексного и объективного анализа  деятельности заемщика, с учетом его финансового положения, качества  обслуживания заемщиком долга по ссуде, а также всей имеющейся в  распоряжении кредитной организации информации о любых рисках  заемщика, включая сведения о внешних обязательствах заемщика, о  функционировании рынка (рынков), на котором (которых) работает заемщик.  

В силу п. 3.1.2 Положения Центрального банка Российской  Федерации от 26.03.2004 № 254-П источниками получения информации о  рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его  бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно  предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и  другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.  

Кредитная организация должна обеспечить получение информации,  необходимой и достаточной для формирования профессионального  суждения о размере расчетного резерва.  

В соответствии с п. 3.1.3 Положения Центрального банка Российской  Федерации от 26.03.2004 № 254-П вся информация о заемщике или  контрагенте, включая сведения о рисках заемщика (контрагента),  фиксируется в его досье.  

Оценка кредитного риска в соответствии с критериями,  содержащимися в положениях Центрального банка Российской Федерации  от 26.03.2004 № 254-П и от 16.12.2003 № 242-П, должна учитываться при  решении вопроса о выдаче кредита, а также в последующем в ходе  постоянного мониторинга кредитного риска в разрезе отдельного заемщика.  

Ответственность контролирующих лиц должника является  гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности  нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15  Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для  привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности  необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего  наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда  и наступившим вредом, вину причинителя вреда (ст. 65 АПК РФ).  

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части  первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении  споров, связанных с ответственностью учредителей (участников)  юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом),  собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать  обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом  имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи  56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть  

привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда  несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями  или иными действиями.  

В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины  доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.  

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности  действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку  причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.  Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину  как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (п. 2 ст.  401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о  банкротстве.  

В настоящем случае суд первой инстанции, оценив представленные  доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, пришел к следующим выводам.  

Невозможность удовлетворения требований кредиторов должника в  полном объеме возникла в результате следующих действий, совершенных  органами управления Банка в период с 30.03.2012 по 12.12.2013:  

выдача технических ссуд 43 заемщикам Банка; 

расторжение 05.07.2012 и 17.09.2013 договоров залога по кредитным  договорам, заключенным с техническими заемщиками;  

замещение прав требований к ООО «Связьстрой Недвижимость» по  оплате рыночной ссудной задолженности ООО «Агентство генерального  брокера АГСЕС» по договору уступки прав требования на требования к  технической компании ООО «БрукОстен»;  

перевод долга рыночной компании ООО «Связьстрой  Недвижимость» на техническую компанию ООО «БрукОстен»;  

приобретение заведомо неоплатных облигаций нерезидентов  SOFINA AG и Wertbau Gmbh.;  

замещение высоколиквидных ценных бумаг US TREASURY NOTES  на требования к техническим компаниям-нерезидентам Forestmore Holdings  Limited и Forestower Holdings Limited;  

безвозмездное отчуждение в преддверии отзыва у Банка лицензии  принадлежащих ему ценных бумаг (паев ЗПИФН «Первый Земельный»,  ЗПИФР «Четвертый Земельный», акций ОАО «Мосэнергосбыт», ОАО  «Московская объединенная компания электросетевая», еврооблигаций  Россия);  

неправомерное списание денежных средств со счета НОСТРО Банка  в АКБ «Сбережений и кредита» (ЗАО).  

Суд пришел к выводу, что указанные действия контролирующих  должника лиц были направлены на вывод из Банка активов, что  существенным образом повлияло на финансовую устойчивость Банка и  явилось причиной банкротства кредитной организации.  

Основанием для привлечения контролирующих лиц к  ответственности явилось также их бездействие по непринятию мер по  предупреждению банкротства Банка.  

Судом на основании материалов дела установлено, что в  соответствии с действовавшим в Банке в период спорных отношений  Уставом (п. 15.2) органами управления являлись Общее собрание  акционеров Банка, Наблюдательный Совет Банка, Председатель Правления  (единоличный исполнительный орган) Банка и Правление (коллегиальный  исполнительный орган) Банка.  

В состав Правления Банка входил, в том числе Козаченко О.С. 

Возможность лиц, входящих в состав указанных выше органов  управления Банком, давать обязательные для кредитной организации  указания и иным образом определять её действия обусловлена  полномочиями, предоставленными им Уставом.  

Суд первой инстанции, проанализировав положения Устава Банка в  разных редакциях, пришел к выводу, что они наделяли Председателя  Правления, а также членов Наблюдательного совета и Правления  полномочиями по общему управлению деятельностью Банка, утверждению  внутренних документов, контролю за текущим состоянием дел и основными  результатами хозяйственной деятельности Банка. Члены Наблюдательного  

совета и Правления, являвшихся по сути ключевыми структурами Банка,  обладали широким перечнем полномочий, позволявших им давать  обязательные для кредитной организации, её служб, подразделений и  сотрудников указания и определять её основополагающие действия.  

Помимо общего руководства деятельностью, Председатель  Правления, члены Наблюдательного совета и Правления как органы,  входившие в состав внутреннего контроля Банка, были призваны  обеспечивать сохранность активов, осуществлять контроль за надежностью  банковских операций и достоверностью предоставляемой финансовой,  бухгалтерской, статистической и иной отчетности, а также за соблюдением  обязательных нормативов, установленных Банком России.  

Суд первой инстанции также учел, что процедура предоставления  Банком кредитных продуктов, а также положения, связанные с оценкой  качества активов кредитной организации и кредитного риска, закреплены  преимущественно во внутренних документах Банка. При этом анализ  документации, переданной бывшим руководством Банка конкурсному  управляющему, выявил отсутствие среди прочих документов большинства  внутренних положений, действовавших в Банке до отзыва лицензии.  

Вместе с тем, согласно п. 6.1 Кредитной политики решение об  установлении кредитного лимита, о предоставлении продуктов, несущих  кредитный риск, принимаются уполномоченными органами (к ним относятся  Наблюдательный совет Банка, Правление банка, Большой Кредитный  комитет, Комитет по управлению активами и пассивами Банка, Малый  Кредитный комитет, Кредитные комитеты Филиалов, Кредитный комитет  малого и среднего бизнеса) и уполномоченными лицами Банка (к ним  относятся Председатель Правления Банка, Заместители Председателя  Правления Банка, Руководитель структурного подразделения ГО,  Руководитель/заместитель руководителя Филиала).  

Таким образом, в соответствии с положениями внутренних  документов члены Правления и Наблюдательного совета Банка принимали  непосредственное участие в реализации кредитного процесса. Являясь  

высшим звеном в совокупности структур, рассматривающих вопрос о  совершении кредитной сделки, члены Правления и Наблюдательного совета  обладали полномочиями по конечному одобрению данных сделок.  Одобрение кредитной сделки в зависимости от суммы Правлением или  Наблюдательным советом Банка являлось обязательным условием для  заключения соответствующего договора и предоставления кредитного  продукта.  

Также суд установил, что в нарушение требований норм Положения  Центрального банка Российской Федерации от 26.03.2004 № 254-П  относительно оценки кредитного риска, контролирующими лицами Банка не  было обеспечено проведение комплексного и объективного анализа  деятельности заемщиков при составлении профессионального суждения на  даты выдачи кредитов.  

Контролирующие лица Банка перед выдачей ссуды обязаны были  проверить информацию о заемщике и удостовериться в подлинности  представленных им документов.  

Таким образом, проверка сведений о заемщиках осуществлялись  контролирующими лицами Банка формально, после выдачи кредитов  информация не актуализировалась. Следовательно, действия  контролирующих Банк лиц не могут быть признаны разумными и  добросовестными.  

Существенное ухудшение финансового положения Банка, а также  снижение стоимости его имущества произошло, в том числе в результате  совершения руководителями Банка совокупности действий по выдаче  технических кредитов, расторжению договоров залога, заключенных в  обеспечение выданных кредитов, замещению ликвидных активов Банка на  заведомо невозвратные права требования к техническому юридическому  лицу, приобретению неликвидных ценных бумаг юридических лиц- нерезидентов, безвозмездному отчуждению ликвидных активов Банка в  пользу третьих лиц. В результате анализа данных сделок, произведенного  конкурсным управляющим, установлено, что совершение указанных  

действий повлекло причинение Банку ущерба в размере 19386096414,08 руб.  Следовательно, при несовершении контролирующими лицами  перечисленных выше действий оснований для признания Банка банкротом  не возникло бы.  

Отменяя определение суда первой инстанции в части, суд  апелляционной инстанции исходил из следующего.  

Предоставление кредитов осуществлялось на основании  действовавших в Банке Кредитной политики и Кредитной процедуры.  

Рассмотрение возможности предоставления кредита конкретному  заемщику осуществляли независимые экспертные подразделения, которые  проводили экспертизу в рамках своей компетенции и подготавливали  соответствующие заключения.  

Наблюдательный Совет и Правление Банка принимали кредитные  решения по заемщикам, руководствуясь кредитными заключениями,  сформированными на основании экспертиз специализированных  подразделений, а также на основании решений Большого Кредитного  Комитета, принятых после прохождения установленной процедуры.  

Установленная в Банке Кредитная процедура не предусматривала  рассмотрение первичных документов по заемщику на собраниях Правления  Банка и Наблюдательного Совета.  

Поскольку сделка с утверждёнными Правлением Банка или  Наблюдательным Советом лимитами в итоге могла быть не заключена с  заёмщиком, у членов Правления и Наблюдательного Совета Банка  отсутствует право давать Банку обязательные для исполнения указания.  

Члены Правления Банка и Наблюдательного Совета не были  наделены полномочиями на заключение/подписание кредитных сделок (за  исключением уполномоченных доверенностями лиц), договоры на их  заключение не подписывали.  

Сам по себе тот факт, что в соответствии с положениями внутренних  документов члены Правления и Наблюдательного совета Банка принимали  непосредственное участие в реализации кредитного процесса, не является  

основанием для возложения на них ответственности за заключение  кредитных договоров с заведомо неплатежеспособными заемщиками.  

Также арбитражный апелляционный суд указал, что Положением о  Правлении Банка предусмотрен порядок оформления документов,  составляемых на собрании Правления Банка.  

Поскольку в соответствии с п. 8.1. Положения о Правлении Банка  протокол заседания Правления подписывается секретарём и  председательствующим, установить присутствие и участие членов  Правления в собраниях Правления Банка на основании протоколов  невозможно.  

С выводами суда апелляционной инстанции суд округа не может  согласиться.  

Выводы, что члены Правления не являются контролирующими  должника лицами, основаны на неверном применении судом апелляционной  инстанции норм права.  

По смыслу норм ст. 14 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве) кредитных организаций» к лицам, на которых при  недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения  требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена  субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной  организации, относятся руководители кредитной организации и иные лица,  имеющие право давать обязательные для данной кредитной организации  указания или возможность иным образом определять ее действия.  

Нормами указанной статьи вина указанных лиц ставится в  зависимость не только от решений, но и от действий, повлекших за собой  возникновение признаков банкротства, не соответствующих нормативным  правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу  кредитной организации.  

Согласно п. 6 ст. 14 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве) кредитных организаций», руководителями кредитной  

организации признаются лица, указанные в качестве таковых в Федеральном  законе «О банках и банковской деятельности».  

В силу ст. 11.1 в Федерального закона «О банках и банковской  деятельности» органами управления кредитной организации наряду с общим  собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров  (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и  коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью  кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным  органом и коллегиальным исполнительным органом.  

В силу п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 добросовестность и разумность  при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в  принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей  деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в  надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на  юридическое лицо действующим законодательством. Таким образом,  привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности  зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей  разумно и добросовестно, проявил ли он заботливость и осмотрительность  при заключении сделок с клиентами Банка и принял ли все необходимые  меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.  

Данный критерий справедлив и при определении наличия вины иных  лиц, чьи полномочия позволяли давать Банку обязательные указания и иным  образом определять его действия.  

Судом первой инстанции установлено, что в соответствии с  редакциями Устава Банка от 2011-2013 гг.: к органам управления Банком  относятся, в том числе, Правление (коллегиальный исполнительный орган)  Банка (п. 15.2).  

Судом первой инстанции установлено и не опровергнуто судом  апелляционной инстанции не соответствие действий контролирующих  должника лиц требованиям Положения Центрального банка Российской  

Федерации от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными  организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и  приравненной к ней задолженности» к оценке кредитного риска.  

Суд апелляционной инстанции указывает, что сделки с одобренным  лимитом могли быть в итоге не заключены с заемщиком, следовательно, у  членов Правления и Наблюдательного Совета Банка отсутствует право  давать Банку обязательные для исполнения указания. Судом не учтено, что  обязательность названного одобрения сделки проявляется в невозможности  ее заключения в отсутствие такого согласования лимита.  

Ссылки суда апелляционной инстанции на принятие решений на  основании экспертиз и заключений структурных подразделений Банка сами  по себе не свидетельствуют о возможности принятия членами  коллегиального органа управления решения без дальнейшей за него  ответственности. Указанные экспертизы и заключения не предопределяют  решение принимаемое коллегиальным органом управления кредитной  организации.  

Кроме того, право члена Правления Банка принять отрицательное  решение по кредитной сделке на условиях, определенных в проекте  кредитного решения, свидетельствует об обязанности членов указанных  органов оценивать действительность и корректность тех документов,  которые предоставляются структурными подразделениями Банка.  

При этом, представляемая структурными подразделениями Банка  членам его коллегиальных органов информация, не является безусловным  основанием для принятия положительного решения. Такая информация не  носит предписывающий характер, а имеет своей целью информирование  членов коллегиальных органов. Более того, не исключается и возможность  допущения ошибок (намеренных или нет) в представленной информации.  

Следовательно, представление профильными подразделениями Банка  подобной информации (в форме заключений, справок и т.д.) не освобождает  членов коллегиальных органов кредитной организации, несущих  персональную ответственность за принимаемые коллегиальные решения, от  

обязанности соблюдать требования нормативных актов в сфере банковской  деятельности, включая положения Банка России.  

Судом апелляционной инстанции не опровергнуты основанные на  материалах дела выводы суда первой инстанции, что существенное  ухудшение финансового положения Банка, а также снижение стоимости его  имущества произошло, в том числе, в результате совершения  руководителями Банка совокупности действий по выдаче технических  кредитов, расторжению договоров залога, заключенных в обеспечение  выданных кредитов, замещению ликвидных активов Банка на заведомо  невозвратные права требования к техническому юридическому лицу,  приобретению неликвидных ценных бумаг юридических лиц-нерезидентов,  безвозмездному отчуждению ликвидных активов Банка в пользу третьих лиц.  В результате анализа данных сделок, произведенного конкурсным  управляющим, установлено, что совершение указанных действий повлекло  причинение Банку ущерба в размере 19386096414,08 руб. Следовательно, при  несовершении контролирующими лицами перечисленных выше действий  оснований для признания Банка банкротом не возникло бы.  

Выводы суда апелляционной инстанции о занятии Козаченко О.С.  должности директора филиала Банка, при сохранении членства в Правлении  Банка, не опровергают установленный судом первой инстанции и  отраженный в определении суда факт принятия им конкретных решений в  составе данного коллегиального органа в период с 30.03.2012 по 12.12.2013.  Следовательно, указанные выводы не могут послужить основанием для  изменения (отмены) судебного акта суда первой инстанции.  

Выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии полномочий и  не подписании ответчиком кредитных договоров не могут служить  основанием для освобождения контролирующего должника лица от  субсидиарной ответственности по смыслу норм ст. 14 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций». При этом  судом апелляционной инстанции не учтено, что ответчики привлекаются к  субсидиарной ответственности не только за подписание от имени Банка  

конкретных договоров, но и за принятие в составе коллегиальных органов  Банка решений, нарушающих требования нормативных актов Банка России и  законодательства о банковской деятельности, а также бездействие при  работе в составе указанных органов управления кредитной организацией.  

Выводы суда апелляционной инстанции, основанные на заявлениях  самих ответчиков и не заверенных копиях документов, в том числе и о не  участии в отдельных заседаниях Правления и Наблюдательного совета  Банка, не соответствуют требованиям ст.ст. 67, 68 АПК РФ.  

Судом на основании материалов дела установлено, что вина  контролирующих Банк лиц состоит в непринятии ими с должной степенью  заботливости и осмотрительности всех необходимых мер, достаточных и  необходимых для предотвращения убытков.  

Применительно к деятельности Банка по выдаче ссуд это означает,  что руководители банка при заключении кредитных договоров, отвечая за  положительную динамику деятельности банка, обязаны организовать  проведение реальной надлежащей проверки платежеспособности заемщиков  и осуществлять контроль за ее проведением, не допуская кредитования  «технических» заемщиков. Руководители банка должны уделять надлежащее  внимание вопросу реальной обеспеченности исполнения заемщиками  принимаемых на себя кредитных обязательств. При проведении банком  проверки заемщиков перед принятием решений о выдаче им кредитов  ответчики имели возможность сделать правильный вывод о качестве  заемщиков, невозможности возврата ими кредитов, а также отсутствии  реального обеспечения по выданным ссудам. При должной степени  осмотрительности, разумности и добросовестности действий указанных лиц  по организации работы банка в соответствии с требованиями нормативных  актов и внутренних положений банка кредиты данным заемщикам не были  бы выданы.  

Ответчики как лица, имеющие в соответствии с действующим  законодательством, уставом банка и внутренними документами банка  полномочия на распоряжение имуществом банка, дачу указаний,  

обязательных для исполнения всеми работниками банка, к компетенции  которых относились вопросы разрешения проведения кредитных сделок, а  также вопросы управления кредитными рисками, могли и должны были не  допустить заключения сделок, причиняющих банку ущерб.  

Таким образом, материалами дела подтверждается вина  контролирующих должника лиц, исходя из того, что ими не были приняты  все меры для надлежащего исполнения обязательств, предусмотренных  законом о несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций в  полном объеме.  

К аналогичным выводам пришел суд кассационной инстанции и при  рассмотрении кассационной жалобы конкурсного управляющего АКБ  «Инвестбанк» (ОАО) в неприостановленной части – постановление  Арбитражного суда Московского округа от 03.08.2020, определение  Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2020 № 305-ЭС14- 7445(19,20,21,22,23,24,26,27,28,29,30,31,32,33,34).  

Основания для иных выводов, при рассмотрении той же  кассационной жалобы в отношении одного отдельно взятого члена  Правления Банка, у суда округа отсутствуют.  

При этом ссылки суда апелляционной инстанции на статус ответчика  как руководителя Калининградского филиала Банка не могут быть признаны  обоснованными и относимыми к предмету настоящего обособленного спора,  поскольку к субсидиарной ответственности Козаченко О.С. привлекается  именно как член Правления Банка.  

Таким образом, судом первой инстанции, на основании оценки  представленных в материалы дела доказательств, установлено наличие в  действиях (бездействии) ответчика состава правонарушения, необходимого  для привлечения к субсидиарной ответственности.  

При таких обстоятельствах постановление арбитражного  апелляционного суда от 15.10.2019 в части отказа в привлечении к  субсидиарной ответственности Козаченко О.С. подлежит отмене на  

основании норм ч.ч. 1, 2, 3 ст. 288 АПК РФ, с оставлением определения суда  первой инстанции в соответствующей части в силе.  

В части дополнительного постановления Девятого арбитражного  апелляционного суда от 13.11.2019 кассационная жалоба разрешена  постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.08.2020.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст.  288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных  актов, судом кассационной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд  Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего АКБ  «Инвестбанк» (ОАО) о процессуальном правопреемстве отказать.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от  15.10.2019 по делу № А40-226/2014 в части отказа в привлечении к  субсидиарной ответственности Козаченко О.С. отменить.  

В указанной части оставить в силе определение Арбитражного суда  города Москвы от 10.07.2019.  

Председательствующий-судья Д.В. Каменецкий Судьи: Е.Н. Короткова 

Ю.Е. Холодкова