2425/2023-29669(2) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-31254/2020

город Ростов-на-Дону

29 марта 2023 года

15АП-318/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года  

Полный текст постановления изготовлен 29 марта 2023 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Сурмаляна Г.А., судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

при участии: 

финансовый управляющий должника ФИО6 Тодор Сергеевич, лично (после перерыва  посредством веб-конференции),  

от ФИО2: представитель по доверенности от 24.06.2022 ФИО3,  ФИО4, лично,  

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции  апелляционную жалобу финансового управляющего должника ФИО6 Тодора  Сергеевича на определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.12.2022 по делу   № А53-31254/2020 по заявлению финансового управляющего должника ФИО6 Тодора  Сергеевича о признании сделки недействительной и применении последствий  недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5  

ответчики: ФИО4, ФИО2 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5  (далее также - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый  управляющий с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению ФИО2 жилого помещения (квартиры) с кадастровым номером  61:44:0000000:171798, расположенного по адресу: 

<

...>, в пользу ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде обязания  ФИО4 возвратить жилое помещение (квартиру) с  кадастровым номером 61:44:0000000:171798, расположенное по адресу: 

<

...>, в конкурсную  массу должника.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 19.12.2022 в  удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий  должника ФИО6 Тодор Сергеевич обжаловал определение суда первой инстанции от  19.12.2022 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда первой инстанции  положенные в основу обжалуемого судебного акта, не соответствуют фактическим  обстоятельствам дела. Брачный договор не был представлен в добровольном порядке как  должником, так и супругой должника. По мнению финансового управляющего, сделка  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. Судом первой  инстанции не учтено, что должник ФИО5 имел неисполненные обязательства перед  кредиторами в размере 19 019 152,73 рубля с 2018 года, однако супруги намерено вывели  актив из общего владения через брачный договор и реализовали его новому покупателю в  короткие сроки. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения  ФИО4 обязательств по оплате ФИО2 стоимости квартиры в размере  7 500 000 рублей, а также доказательства финансовой возможности исполнения  обязательств. Судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство  финансового управляющего должника об отложении судебного заседания, а также  связанный с таким ходатайством довод о ничтожности брачного договора, который влечет  ничтожность последующих сделок, то есть настоящего спорного договора купли-продажи.  Финансовый управляющий полагает, что последовательно совершенные сделки по  передаче недвижимого имущества от должника к ФИО2 и далее ФИО4,  объединены единой целью вывода имущества, чтобы не допустить обращения взыскания  на него со стороны добросовестных кредиторов, являются мнимыми (ничтожными).  

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 просила определение  суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  правовые позиции по спору.  

ФИО4 заявил ходатайство о приобщении к материалам настоящего  обособленного спора дополнительных доказательств, а именно: отчета об оценке № 1648  от 09.03.2023, в обоснование своей позиции о заключении спорного договора по  рыночной цене, равноценности встречного исполнения; выписки движения денежных  средств по банковскому счету, в обоснование своей позиции о наличии финансовой  возможности.  

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о приобщении справки экспертного  учреждения "Донэкспертиза" Союза "Торгово-промышленная палата Ростовской области"  от 22.02.2023 № 69 о среднерыночной стоимости жилья к материалам дела.  

Финансовый управляющий возражал относительно приобщения указанных  доказательств.  

В соответствии с частью 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации лица, участвующие в деле, имеют право представлять  доказательства до начала судебного разбирательства, заявлять ходатайства.  

В соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства  арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным  доказательствам повторно рассматривает дело.  

Часть 2 названной статьи установлено, что дополнительные доказательства  принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в  деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам,  не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено  ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.  

Документы, представленные для обоснования возражений относительно  апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 названного Кодекса, принимаются  и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.  

В соответствии с частью 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной  инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых  свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании  письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых  им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе  отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были  удовлетворены судом первой инстанции.  

Поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по  имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при  решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе  приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он  определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их  представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим  от него уважительным причинам.  

Ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено  лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по  существу.  

В абзаце шестом пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции", ходатайство о принятии новых доказательств с учетом требований части 3  статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть  заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы  по существу. Данное ходатайство должно соответствовать требованиям части 2 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, то есть содержать  обоснование невозможности представления данных доказательств в суд первой  инстанции, и подлежит рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции до  начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.  

Мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом  апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления  арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие  арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому  оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации являться основанием для отмены  постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло  привести к принятию неправильного постановления.  

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему  убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном  исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает  относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также  достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство  признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и  исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют  действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с  

другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда  заранее установленной силы.  

Согласно части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и  беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам,  участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения  или несовершения ими процессуальных действий, оказывает содействие в реализации их  прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств,  установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных  нормативных правовых актов при рассмотрении дела.  

По смыслу части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации и абзаца 5 пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации № 12 от 30.06.2020 "О применении Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной  инстанции", разрешение вопроса о принятии дополнительных доказательств находится в  пределах усмотрения суда апелляционной инстанции, в связи с чем, представленные  ответчиками доказательства приобщены судом апелляционной инстанции к материалам  дела в целях правильного, полного и всестороннего разрешения настоящего спора, при  этом суд принимает во внимание, что указанные доказательства представлены в  обоснование возражений на доводы апелляционной жалобы.  

Применительно к рассматриваемому случаю, непринятие представленных  ответчиками дополнительных доказательств в обоснование возражений по доводам  апелляционной жалобы по формальным основанием приведет к принятию незаконного  судебного акта. Суд признал представленные документы допустимыми и относимыми к  спору доказательствами и приобщил их к материалам настоящего спора.  

Кроме того, финансовым управляющим о фальсификации указанных доказательств  заявлено не было, о недостоверности представленных ответчиками сведений также не  заявлено.  

Ранее в рамках рассмотрения обособленного спора судом апелляционной  инстанции, лицам, участвующим в деле, предложено рассмотреть вопрос о назначении  судебной экспертизы установления стоимости спорного имущества на момент  совершения сделки.  

Финансовый управляющий ФИО6 заявил ходатайство о назначении  оценочной судебной экспертизы, представил информацию об экспертных учреждениях и  об экспертах, которым может быть поручено проведение экспертизы; доказательства,  подтверждающие зачисление денежных средств на депозитный счет Пятнадцатого  арбитражного апелляционного суда с целью оплаты услуг эксперта.  

Проведение оценочной экспертизы просит поручить обществу с ограниченной  ответственность "Энергостар" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), г. Волжский,  Волгоградской области, привлечь в качестве эксперта ФИО7.  

Предложить эксперту для разрешения следующие вопросы: 

- установить рыночную стоимость жилого помещения (квартиры) с кадастровым  номером 61:44:0000000:171798, местоположение: 

<

...>, по состоянию на 07.10.2021 (дата заключения  спорного договора).  

ФИО4 возражал против удовлетворения ходатайства. Представитель ФИО2 оставил на усмотрение суда разрешение ходатайства. 

При этом, ответчики заявили, что возражают против назначении судебной  экспертизы в экспертном учреждении, предложенном финансовым управляющим.  Просили назначить судебную экспертизу в любом ином экспертном учреждении, в ином  случае не будут нести расходы на проведение экспертизы. Уточнили, что по сведениям,  

полученным из информационно телекоммуникационной системы "Картотека  арбитражных дел" в сети Интернет, установлено, что финансовый управляющий ФИО6 по многочисленным делам заявляет ходатайства о проведении судебных экспертиз  именно в экспертном учреждении ООО "Энергостар", что дает им основание сомневаться  в объективности эксперта.  

ФИО4, на вопрос суда пояснил, что он готов допустить экспертов в  спорную квартиру для осмотра и оценки.  

На вопрос суда финансовый управляющий ФИО6 категорически возражал  против проведения экспертизы в ином экспертном учреждении. В случае назначения  судебной экспертизы в ином экспертном учреждении он отказывается нести расходы на  оплату услуг эксперта. На вопрос суда, по какой причине возражает против назначения  судебной экспертизы, в том числе в государственном экспертном учреждении,  финансовый управляющий лишь указал, что доверяет эксперту ФИО7 и  категорически возражает против назначения судебной экспертизы в ином экспертном  учреждении.  

В судебном заседании, состоявшемся 15.03.2023, в порядке статьи 163  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до  22.03.2023 до 17 час. 00 мин.  

Информация о времени и месте продолжения судебного заседания после перерыва  была размещена на официальном сайте Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда  http://15aas.arbitr.ru. О возможности получения такой информации лицам, участвующим в  деле, было разъяснено в определении о принятии апелляционной жалобы к производству,  полученном всеми участниками процесса.  

После перерыва судебное заседание продолжено при участии тех же  представителей лиц, участвующих в деле.  

Финансовый управляющий должника ФИО6 просил определение суда  первой инстанции отменить. Поддержал ранее заявленное ходатайство и просил поручить  проведение судебной экспертизы исключительно эксперту ФИО7, ООО  "Энергостар".  

Представитель ФИО2 поддержал правовую позицию по доводам, отраженным в  отзыве, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.  

ФИО4 просил определение суда первой инстанции оставить без  изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Рассмотрев заявленное ходатайство финансового управляющего о назначении по  делу судебной экспертизы, суд не находит оснований для его удовлетворения по  следующим основаниям.  

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих  специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица,  участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.  

В силу пункта 3 статьи 50 Закона о банкротстве, при рассмотрении дела о  банкротстве для решения вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд  вправе назначить экспертизу, в том числе по своей инициативе.  

В соответствии с частью 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного  исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного  применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.  

В соответствии с частью 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, обстоятельства, имеющие значение для правильного  

рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и  возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению  нормами материального права.  

Из положений указанных норм следует, что формирование предмета доказывания в  ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и  способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются  фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда,  рассматривающего спор по существу.  

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статье 82 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, относится к компетенции суда,  разрешающего дело по существу, и является правом, которое он может реализовать в  случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости  осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.  

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, заключение экспертов является одним из доказательств  по делу и оценивается наряду с другими доказательствами.  

По смыслу статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации назначение экспертизы является правом арбитражного суда, которое он может  реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о  необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного  разрешения спора.  

Предоставленные суду исключительные полномочия по определению конкретной  экспертной организации не исключают обязанности арбитражного суда по исследованию  и оценке совокупности всех фактов, свидетельствующих о возможности проведения  экспертизы в конкретной организации и конкретным экспертом, в том числе с учетом  возражений сторон по экспертной организации и кандидатуре эксперта.  

Применительно к рассматриваемому случаю, заявляя о назначении по  обособленному спору судебной экспертизы, управляющий просил поручить проведение  экспертизы исключительно эксперту общества с ограниченной ответственность  "Энергостар" ФИО7  

Как отмечено выше, ответчики, не возражая по существу относительно назначения  по делу экспертизы, высказали возражений относительно кандидатуры эксперта,  предложенной управляющим.  

В свою очередь, управляющий категорически возражал против назначения по делу  экспертизы в ином экспертном учреждении. В случае назначения судебной экспертизы в  ином экспертном учреждении он отказывается нести расходы на оплату услуг эксперта.  

С учетом конкретных обстоятельств дела, возражений сторон, процессуального  поведения финансового управляющего, судебная коллегия признает обоснованными  сомнения ответчиков относительно объективности и беспристрастности эксперта,  кандидатура которого заявлена финансовым управляющим. В связи с чем, принимая во  внимание возражения сторон относительно оплаты услуг эксперта в случае назначения  судебной экспертизы в ином экспертном учреждении, суд пришел к выводу об отсутствии  основания для удовлетворения ходатайства финансового управляющего.  

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право  представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу,  обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения,  давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным  с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления  последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на  которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

С учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого спора и процессуального  поведения сторон, суд признал возможным рассмотрение спора по существу по  имеющимся в деле доказательствам.  

Финансовый управляющий должника ФИО6 просил определение суда  первой инстанции отменить.  

Представитель ФИО2 поддержал правовую позицию по доводам, отраженным в  отзыве, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.  

ФИО4 просил определение суда первой инстанции оставить без  изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Финансовый управляющий должника ФИО6 поддержал доводы  апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.  

Представитель ФИО2 поддержал правовую позицию по доводам, отраженным в  отзыве, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения.  

ФИО4 просил определение суда первой инстанции оставить без  изменения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и  месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по  следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью  "КраснодарзернопродуктЭкспо" обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с  заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 06.10.2020 заявление  принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 09.02.2021 требования  общества с ограниченной ответственностью "Краснодарзернопродукт-Экспо" признаны  обоснованными. В отношении ФИО5 введена процедура  реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим ФИО5 утвержден ФИО6 Тодор Сергеевич, из числа членов  Саморегулируемой организации "Союз менеджеров и арбитражных управляющих".  

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.06.2021 в отношении  ФИО5 введена процедура реализации имущества гражданина.  Финансовым управляющим ФИО5 утвержден ФИО6 Тодор  Сергеевич, из числа членов Саморегулируемой организации "Союз менеджеров и  арбитражных управляющих".  

Сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества  опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 19.06.2021 № 104 (7066).  

В Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий  должника с рассматриваемым заявлением.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы  X Закона о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения,  связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются  главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного  Федерального закона.  

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в  порядке, которые указаны в названном Законе.  

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и  подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с  недвижимостью).  

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное  проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и  соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких  мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям,  предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).  

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок,  заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он  был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его  требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2)  N А40-140251/2013).  

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника,  определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или  конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению  собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности  исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о  наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным  законом.  

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3  названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей  инициативе.  

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по  указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с  даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о  банкротстве).  

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки,  совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по  

основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32  Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых  наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса  Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом  супругов.  

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении  соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из  следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих  оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве",  периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения  дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того,  что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках  указанного дела.  

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что  подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018   № 308-ЭС18-16378 по делу № А63-5243/2016.  

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено  06.10.2020, оспариваемая сделка совершена 08.10.2021, то есть после принятия  арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка,  совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности,  любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения  обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного  исполнения обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  

признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе  должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей  (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых  предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания  недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для  признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки.  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по названному основанию.  

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому  пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо  одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности  или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами  вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)".  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не  доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать  шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки  неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.  

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества  понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате  обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.  Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств  предполагается, если не доказано иное.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных  обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно сведениям,  представленным органом ЗАГС, 25.06.2016 между ФИО5 и ФИО8 заключен брак, о чем отделом ЗАГС администрации  Пролетарского района г. Ростова-на-Дону составлена запись о заключении брака № 583.  

Согласно выпискам из ЕГРН, за ФИО2 был зарегистрирован  объект недвижимости с кадастровым номером 61:44:0000000:171798, квартира,  местоположение: 

<

...>. Дата государственной регистрации права ФИО2 - 21.01.2019.  

Как следует из материалов дела, брак между супругами расторгнут на основании  решения мирового судьи судебного участка № 1 Пролетарского района г. Ростова-на-Дону  от 23.08.2021.  

Таким образом, объект недвижимости: помещение с кадастровым номером  61:44:0000000:171798, расположенный по адресу: 

<

...>, приобретен супругами в период брака.  

Между тем, суд первой инстанции указал, что 23.09.2020 между ФИО5 и ФИО2 подписан брачный договор (т.д. 2, л.д. 112- 115), которым супруги определили режим собственности на имущество, в том числе  приобретенное супругами во время брака.  

Так, в соответствии с пунктом 1.3 брачного договора от 23.09.2020, раздельный  режим собственности на имущество, установленный названным договором,  распространяется как на уже нажитое имущество, так и на имущество, которое будет  нажито в будущем.  

В соответствии с пунктом 1.3.1 брачного договора, в период брака на дату  заключения названного брачного договора супругами приобретена квартира № 19,  

площадью 112,6 кв.м., расположенная на 6 этаже, находящаяся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер  61:44:0000000:171798.  

Указанная квартира зарегистрирована на имя ФИО2 на  основании договора купли-продажи недвижимого имущества № 1/15-19К от 01.10.2018.  

Право собственности зарегистрировано в Едином государственном реестре  61:44:0000000:171798-61/001/2019-5, что подтверждается выпиской   № 61/001/014/2020-220074 из Единого государственного реестра недвижимости об  основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости,  выданной филиалом Федерального государственного бюджетного учреждения  "Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации,  кадастра и картографии" по Ростовской области 21.09.2020.  

Согласно пункту 1.3.2 брачного договора, в соответствии со статьей 42 Семейного  кодекса Российской Федерации, супруги пришли к соглашению, что на указанное в  пункте 1.3.1 названного брачного договора недвижимое имущество изменяется  установленный законом режим совместной собственности и устанавливается режим  раздельной собственности, в связи с чем: квартира № 19, площадью 112,6 кв.м.,  расположенная на 6 этаже, находящаяся по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 61:44:0000000:171798 является  как в период совместного брака, так и в случае его расторжения личной собственностью  ФИО2 и ни на каком основании не может быть признана совместной  собственностью супругов, в том числе на том основании, что во время брака за счет  личного труда другого супруга, за счет общего имущества супругов или личного  имущества ФИО5 были или будут произведены вложения,  значительно увеличивающие возмещение стоимости произведенных вложений.  

Как указал суд первой инстанции, брачный договор от 23.09.2020 не оспорен,  недействительной сделкой не признан.  

Из материалов дела следует, что спорная квартира приобретена ФИО2 на  основании договора участия в долевом строительстве от 23.01.2018 № 2/104-184К, а также  на основании договора купли-продажи от 01.10.2018 № 1/15-19К.  

В соответствии с пунктом 1.1 договора купли-продажи недвижимого имущества   № 1/15-19К от 01.10.2018, АО "Верто-Девелопмент" передает в собственность ФИО2, а ФИО2 оплачивает в соответствии с условиями договора и принимает в  собственность следующее недвижимое имущество: квартиру № 19, с кадастровым  номером 61:44:0000000:171798, общей площадью - 112,6 кв.м, расположенную на 6 этаже  жилого дома по адресу: 

<

...>.  

Согласно пункту 2.1 договора, цена приобретаемой покупателем квартиры по  соглашению сторон составляет 7 440 000 рублей.  

Оплата по договору купли-продажи от 01.10.2018 № 1/15-19К подтверждается  представленным в материалы дела копиями платежных документов.  

07 октября 2021 года между ФИО2 (далее также - продавец) и  ФИО4 (далее также - покупатель) заключен договор  купли-продажи квартиры.  

Согласно пункту 1 договора, продавец продала, а покупатель купил квартиру,  общей площадью 112,6 кв.м., назначение жилое помещение, этаж № 6, кадастровый номер  61:44:0000000:171798, находящуюся по адресу: 

<

...>, строений 1, кв. 19.  

В соответствии с пунктом 2 договора купли-продажи, указанная квартира  принадлежит продавцу на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от  01.10.2018 № 1/15-19К. Право собственности продавца зарегистрировано в Едином  государственном реестре недвижимости 21.01.2019, запись № 61:44:0000000:17179861/001/2019-5.  

Согласно пункту 3 договора, кадастровая стоимость квартиры составляет  4 577 444,48 рубля. Стороны оценивают отчуждаемую квартиру в 7 500 000 рублей.  Покупатель купил у продавца вышеуказанную квартиру за 7 500 000 рублей. Расчет  между сторонами произведен полностью до подписания договора.  

В соответствии с пунктом 9 договора, согласно предъявленному брачному  договору, заключенному 23.09.2020 между ФИО5 и ФИО2, удостоверенному  ФИО9, нотариусом Ростовского-на-Дону нотариального округа по  реестру за № 61/68-н/61-2020-1-1315, вышеуказанная квартира является личной  собственностью ФИО2.  

Финансовый управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым  заявлением, ссылаясь на причинение данной сделкой вреда имущественным интересам  кредиторов должника, поскольку из состава имущества должника исключен ликвидный  актив, указанная сделка совершена заинтересованным лицом с намерением причинить  вред имущественным правам кредиторов, также финансовый управляющий полагает, что  в материалах дела отсутствуют доказательства исполнения ответчиком обязательства по  оплате ФИО2 стоимости квартиры в размере 7 500 000 рублей.  

Посчитав, что спорная сделка была направлена на отчуждение имущества  должника в отсутствие встречного исполнения и повлекла за собой уменьшение  конкурсной массы должника, чем был причинен вред кредиторам должника управляющий  обратился в суд с требованиями о признании ее недействительной.  

Как отмечено выше, в рассматриваемом случае, ввиду того, что сделка совершена  после принятия должника банкротом, она попадает в период, предусмотренный пунктом 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях этого Федерального  закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:  

лицо, которое в соответствии с Законом "О защите конкуренции" входит в одну  группу лиц с должником;  

лицо, которое является аффилированным лицом должника.  

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по  отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:  

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные  лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения  производства по делу о банкротстве;  

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 названной статьи;  

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в  соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических  лиц.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными  лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по  прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по  нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Финансовым управляющий заявлено, что сделка совершена заинтересованным  лицом, а именно супругой должника.  

Как отмечено выше, брак между супругами расторгнут на основании решения  мирового судьи судебного участка № 1 Пролетарского района г. Ростова-на-Дону от  23.08.2021. Оспариваемый договор заключен уже после расторжения брака 07.10.2021.  

Суд первой инстанции указал, что доказательства сохранения после расторжения  брака между бывшими супругами общих имущественных интересов в материалы дела не  представлено.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что допустимые и  достаточные по нормам статей 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации доказательства соответствующих обстоятельств и  осведомленности о них ответчика, отсутствуют.  

Между тем, как указано выше, настоящее дело о банкротстве возбуждено  06.10.2020, процедура реструктуризации долгов гражданина в отношении должника  введена определением от 09.02.2021, а решением Арбитражного суда Ростовской области  от 08.06.2021 в отношении ФИО5 введена процедура реализации  имущества гражданина. В свою очередь, брак между супругами расторгнут на основании  решения мирового судьи судебного участка № 1 Пролетарского района г. Ростова-на-Дону  от 23.08.2021, то есть уже после введения процедуры конкурсного производства,  следовательно, осведомленность (ответчика) супруги должника о неплатежеспособности  должника предполагается. Выводы суда о недоказанности аффилированности сторон не  соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

Спорная квартира приобретена супругой ответчика ФИО2 на основании  договора участия в долевом строительстве от 23.01.2018 № 2/104-184К, а также на  основании договора купли-продажи от 01.10.2018 № 1/15-19К, то есть в период барка  должника и его супруги (ответчика) и в силу положений статьи 34 Семейного кодекса  Российской Федерации является их совместной собственностью.  

23.09.2020 между ФИО5 (должником) и ФИО2 (ответчиком) подписан брачный договор, которым супруги определили  режим собственности на имущество, в том числе приобретенное супругами во время  брака.  

Согласно пункту 1.3.2 брачного договора спорная квартира № 19, площадью 112,6  кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>, как в период совместного брака, так и в случае его  расторжения является личной собственностью ФИО2 и ни на каком  основании не может быть признана совместной собственностью супругов, в том числе на  том основании, что во время брака за счет личного труда другого супруга, за счет общего  имущества супругов или личного имущества ФИО5 были или будут  произведены вложения, значительно увеличивающие возмещение стоимости  произведенных вложений.  

Доказательств того, что в силу положений статьи 34 Семейного кодекса  Российской Федерации на спорную квартиру не распространяется режим совместной  собственности супругов, в материалы дела не представлено, наоборот, оценив  представленные доказательства в совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к  выводу, что данная спорная квартира является совместной собственностью должника и  его супруги, независимо от того, что указанная квартира зарегистрирована на имя ФИО2 на основании договора купли-продажи недвижимого имущества   № 1/15-19К от 01.10.2018 (право собственности зарегистрировано в Едином  государственном реестре 21.09.2020).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации  супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или  о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает  по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.  

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации,  федеральный законодатель предусмотрел в пункте 1 статьи 46 Семейного кодекса  Российской Федерации обращенное к супругу-должнику требование уведомлять своего  кредитора обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и  его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного  договора, если он указанное требование не выполняет, руководствуясь необходимостью  

обеспечения стабильности гражданского оборота, а также защитой интересов кредиторов  от недобросовестного поведения своих контрагентов, состоящих в брачных отношениях, и  учитывая, что в силу брачного договора некоторая, в том числе значительная, часть  общего имущества супругов может перейти в собственность того супруга, который не  является должником. Указанное требование, предъявляемое к супругу-должнику,  заключившему брачный договор, обусловлено особенностями правового статуса супругов  как участников общей совместной собственности, спецификой договорного режима их  имущества и предоставляемой семейным законодательством широтой возможностей  отступления от законного режима имущества супругов посредством заключения брачного  договора (определения от 13 мая 2010 г. N 839-О-О, от 27 сентября 2018 г. N 2317-О).  

В абзаце третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 25 декабря 2018 г. N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями  формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан"  разъяснено, что, если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества,  определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед  которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления  прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 81 Гражданского кодекса  Российской Федерации), изменением режима имущества супругов юридически не связаны  (статья 5, пункт 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации). В силу пункта 7  статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и  перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную  массу должника. Включенное таким образом в конкурсную массу общее имущество  подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей  выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего  имущества. Требования кредиторов, которым могут быть противопоставлены раздел  имущества, определение долей супругов (бывших супругов), удовлетворяются с учетом  условий соглашения о разделе имущества, определения долей.  

Из буквального толкования положений пункта 1 статьи 46 Семейного кодекса  Российской Федерации во взаимосвязи с приведенными выше разъяснениями не следует  обязанность супруга уведомлять кредитора (кредиторов) о брачном договоре,  заключенном до возникновения обязательственных с ним (с ними) отношений. Такая  обязанность уведомления супругом своего кредитора (кредиторов) о заключении, об  изменении или о расторжении брачного договора в силу данной нормы возложена на него  только после возникновения обязательственных отношений.  

В рассматриваемом случае брачный договор был заключен между ФИО5 (должником) и ФИО2 (ответчиком) был заключен  23.09.2020, то есть менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве (06.10.2020),  

при наличии неисполненных обязательств у должника перед независимыми кредиторами,  в том числе уже взысканных судом решением Первомайского районного суда  г.Краснодара от 30.06.2020. Доказательств того, должник или его супруга уведомляли  кредитов о заключении брачного договора, в материалы дела не представлено, такие  доводы не заявлены.  

Доказательств того, что спорная квартира являлась единственным пригодным для  проживания жилым помещением должника и членов его семьи, также в материалы дела не  представлено, такие доводы не заявлены.  

С учетом вышеназванных норм и разъяснений, суд апелляционной инстанции  приходит к выводу, что спорная квартира подлежала включению в конкурсную массу  должника, последующей реализации финансовым управляющим в общем порядке с  дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации  общего имущества.  

В связи с изложенным, в указанной части вышеуказанные выводы суда первой  инстанции судом апелляционной инстанции признаются ошибочными.  

Оспариваемый договор заключен уже после расторжения брака 07.10.2021,  следовательно, он может быть оспорен как пункту 1, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

Для определения наличия или отсутствия оснований применения пункта 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве, важным является установление рыночного характера условий  соответствующего соглашения.  

Для отказа в признании сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве необходимо чтобы встречные предоставления были эквивалентными или, по  крайней мере, существенно не отклонялись от эквивалентности.  

Согласно абзацу 8 статьи 3 Федерального закона № 135-ФЗ от 29.07.1998 "Об  оценочной деятельности в Российской Федерации", под кадастровой стоимостью  понимается стоимость, установленная в результате проведения государственной  кадастровой оценки или в результате рассмотрения споров о результатах определения  кадастровой стоимости либо определенная в случаях, предусмотренных статьей 24.19  названного закона.  

Согласно Федеральному стандарту оценки "Определение кадастровой стоимости"  (ФСО № 4), утвержденному приказом Минэкономразвития Российской Федерации от  22.10.2010 № 508, под кадастровой стоимостью понимается установленная в процессе  государственной кадастровой оценки рыночная стоимость объекта недвижимости,  определенная методами массовой оценки. Кадастровая стоимость определяется без учета  особенностей объекта недвижимости.  

В соответствии с правовым подходом, закрепленным в постановлениях  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.06.2011 N и от  25.06.2013 N, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны, и кадастровая  стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым  характером). Сам по себе факт расхождения величин кадастровой и рыночной стоимостей  не свидетельствует о недостоверности одной из них. Кадастровая стоимость объекта  устанавливается методами массовой оценки, без учета уникальных характеристик  конкретного объекта недвижимости, в то время как рыночная стоимость определяется в  результате полной и всесторонней индивидуальной оценки объекта.  

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 3 июля  2014 года № 1555-О, установление кадастровой стоимости равной рыночной, будучи  законным способом уточнения одной из основных экономических характеристик объекта  недвижимости, в том числе в целях налогообложения, само по себе не опровергает  предполагаемую достоверность ранее установленных результатов государственной  кадастровой оценки. Именно поэтому, Федеральный закон "О государственной  кадастровой оценке" связывает понимание кадастровой стоимости с соблюдением  методических указаний о государственной кадастровой оценке, в ходе которой  формируется соответствующая стоимостная характеристика объекта недвижимости, а  также с использованием как рыночной, так и иной информации, связанной с  экономическими характеристиками использования такого объекта (пункт 2 части 1 и часть  2 статьи 3). Проведение государственной кадастровой оценки объектов недвижимости на  основе закрепленных статьей 4 названного Федерального закона принципов единства  методологии определения кадастровой стоимости, непрерывности актуализации сведений,  необходимых для определения кадастровой стоимости, независимости и открытости  процедур государственной кадастровой оценки на каждом этапе их осуществления,  экономической обоснованности и проверяемости результатов определения кадастровой  стоимости призвано подтвердить достоверность кадастровой стоимости, оценка которой  должна быть не произвольной и обеспечивать соотносимость (приближенность),  насколько это возможно, результатов определения кадастровой стоимости с  существующими рыночными реалиями, но и не исключает вариативности оценок  кадастровой стоимости, обусловленной объективными факторами, включая особенности  

применяемой методологии кадастровой оценки и возможности различной  профессиональной интерпретации имеющихся экономических и иных значимых данных.  

Соответственно, достоверность кадастровой стоимости объекта недвижимости  предполагается в отношении результата ее определения, складывающегося в разумный  диапазон возможных значений, которые могут быть получены в рамках соблюдения  законной процедуры кадастровой оценки на основе имеющейся информации об объекте  недвижимости с учетом профессионального усмотрения.  

Допустимость использования кадастровой стоимости объектов недвижимости для  оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене сформулирована в  постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  25.06.2013 № 10761/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от  05.12.2016 № 305-ЭС16-11170, от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171.  

Так, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая  стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым  характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате  индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов  массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта  недвижимости.  

По общему правилу, кадастровая стоимость должна соответствовать  действительной стоимости недвижимого имущества. Соответственно, при формировании  условий сделки купли-продажи продавец обязан принимать во внимание объективные  данные о рыночной стоимости отчуждаемого имущества.  

В отсутствие соответствующих относимых, допустимых, достоверных  доказательств обратного, у суда апелляционной инстанции отсутствуют правовые  основания для признания установленной кадастровой стоимости не соответствующей  рыночной.  

Применительно к рассматриваемому случаю, кадастровая стоимость спорного  объекта недвижимости по состоянию на дату оспариваемой сделки составляет  4 577 444,48 рубля, что почти на 3 млн рублей меньше цены, указанной в оспариваемом  договоре.  

Кадастровая стоимость объекта недвижимости не оспорена, доказательства иной  стоимости отчужденного имущества управляющим не представлены.  

Как отмечено выше, по инициативе суда апелляционной инстанции управляющим  было заявлено ходатайство о назначении по обособленному спору судебной экспертизы с  целью установления действительной рыночной стоимости имущества по состоянию на  дату оспариваемой сделки. Управляющий просил поручить проведение экспертизы  исключительно эксперту общества с ограниченной ответственность "Энергостар"  ФИО7  

Как отмечено выше, ответчики, не возражая по существу относительно назначения  по делу экспертизы, высказали возражений относительно кандидатуры эксперта,  предложенной управляющим.  

В свою очередь, управляющий категорически возражал против назначения по делу  экспертизы в ином экспертном учреждении. В случае назначения судебной экспертизы в  ином экспертном учреждении он отказывается нести расходы на оплату услуг эксперта.  

С учетом конкретных обстоятельств дела, возражений сторон, процессуального  поведения финансового управляющего, судебная коллегия признала обоснованными  сомнения ответчиков относительно объективности и беспристрастности эксперта,  кандидатура которого заявлена финансовым управляющим. В связи с чем, принимая во  внимание возражения сторон относительно оплаты услуг эксперта в случае назначения  судебной экспертизы в ином экспертном учреждении, суд отказал в удовлетворении  ходатайства финансового управляющего.  

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном  названным Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на  основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие  обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а  также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.  

Исходя из положений статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в  арбитражном суде иными доказательствами.  

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения  арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по  результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного  судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения  внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по  рассматриваемому делу.  

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в  качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Как отмечено выше, в рамках рассмотрения обособленного спора судом  апелляционной инстанции, ответчиками представлены отчет об оценке № 1648 от  09.03.2023 и справка экспертного учреждения "Донэкспертиза" Союза "Торгово-промышленная палата Ростовской области" от 22.02.2023 № 69 о среднерыночной  стоимости жилья.  

В соответствии с отчетом об оценке от 09.03.2023 № 1648, рыночная стоимость  квартиры № 19, кадастровый номер: 61:44:0000000:171798, площадью 112,6 кв.м,  расположенной по адресу: 

<

...> на дату определения стоимости (07.10.2021) составляет 7 019 597 рублей.  

В соответствии с ответом экспертного учреждения "Донэкспертиза"  Союза "Торгово-промышленная палата Ростовской области" от 22.02.2023 № 69,  учреждением произведен анализ ценовой информации о рыночной стоимости 1  квадратного метра жилого помещения (квартиры), площадью 112,6 кв.м., в техническом  состоянии "стройвариант", расположенного по адресу: Ростовская область, ул.  Нижегородская, 31, стр. 1, кв. 19, по состоянию на 07.10.2021.  

В связи с наличием развитого и активного рынка объектов-аналогов, позволяющего  получить необходимый для оценки объем данных о ценах и характеристиках объектов- аналогов, на заданную дату, по информации сайтов https://ruads.org/, https://archive.org/,  http://web-archive.ru/, базы данных ЭУ "Донэкспертиза" ТПП РО (скрины сайтов  https://www.avito.ru/rostov-na-donu/, https://rostov.cian.ru/, https://www.domofond.ru/,  https://realty.yandex.ru/rostov-na-donu/, https://www.mirkvartir.ru/), и произведенных  расчетов с учетом корректировок на торг, техническое состояние, площадь, стоимость  составила в диапазоне: 66-72 тыс. рублей за 1 кв.м.  

Таким образом, рыночная стоимость спорной квартиры на дату отчуждения  находилась в диапазоне: 7 431 600 рублей – 8 107 200 рублей.  

В силу положений статей 65, 89 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, представленные справка и отчет могут быть признаны  доказательствами рыночной стоимости недвижимого имущества, если другая сторона не  представит надлежащие доказательства, опровергающие сведения.  

Отчет об оценке и справка экспертного учреждения "Донэкспертиза" Союза  "Торгово-промышленная палата Ростовской области" оценены и исследованы судом с  

учетом требований норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  признаны достоверными и надлежащими доказательствами.  

Иные доказательства действительной рыночной стоимости спорного имущества на  дату совершения сделки (07.10.2021) лицами, участвующими в деле, суду не  представлены.  

Выводы оценщика о стоимости имущества надлежащими доказательствами не  опровергнуты.  

Суд также отмечает, что спорная квартира ответчиком была приобретена по  договору от 01.10.2018 по цене 7440000 рублей. Ответчику квартира в последствии была  продана также без какого-либо улучшения, ремонта.  

Судом апелляционной также изучена общедоступная информация в сети Интернет,  в результате чего существенных отклонений цены договора от рыночной, не установлено.  

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что определенная  сторонами цена договора в размере 7 500 000 рублей соответствует рыночной стоимости  объектов на дату заключения договора от 07.10.2021.  

Финансовым управляющим должника оспаривается факт исполнения ответчиком  обязательства по оплате квартиры по цене, указанной в договоре.  

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем  составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами,  совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.  

Согласно положениям статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации  нарушение предписанной законом формы сделки лишает стороны права в случае спора  ссылаться в подтверждение сделки на показания свидетелей.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской  Федерации нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано  иное, прекращение обязательства.  

В силу части 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при  толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение  содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае  его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом  договора в целом.  

При расчетах между физическими лицами в соответствии с положениями статьи  408 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств  подтверждается распиской в получении исполнения. Гражданский кодекс Российской  Федерации особых требований к форме расписки, в частности требования о ее  составлении на отдельном листе, не устанавливает.  

Следовательно, стороны договора купли-продажи могут включить в текст договора  положение о том, что на момент подписания договора расчеты между сторонами  произведены полностью или, что в момент подписания договора произошла передача  денег между покупателем и продавцом. Запрет на осуществление расчетов между  физическими лицами и индивидуальными предпринимателями наличными денежными  средствами законодательством Российской Федерации не установлен.  

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что  конституционный принцип равенства (статья 19 Конституции Российской Федерации),  гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод,  означает, помимо прочего, недопустимость введения таких ограничений в правах лиц,  принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного  оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или  сходных ситуациях).  

В тексте договора от 07.10.2021 содержится условие (пункт 3 договора), согласно  которому расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.  

Таким образом, с учетом положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской  Федерации, подписав указанный договор лично, ФИО2 подтвердила факт оплаты ей  стоимости и, соответственно, надлежащего исполнения покупателем обязательств по  договору купли-продажи.  

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по  гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.05.2018 № 58-КГ18-11.  

На вопрос суда, под аудиозапись, финансовый управляющий должника заявил, что  фальсификации доказательств, договора и расписки в суде первой инстанции не заявлено,  в суде апелляционной инстанции он также об этом не заявляет. Уточнил, что фактически  сделку он оспаривает по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. также уточнил, что об  аффилированности ответчика ФИО4 с должником или его супругой не  заявляет, таких доказательств суду не представил.  

 В свою очередь, ФИО4 пояснил, что узнал о продаже спорной квартир  из объявлений, когда после продажи своего имущества решил приобрести квартиру для  детей и внуков.  

Разумных возражений финансовым управляющим не представлено.  

Таким образом, обязательства по договору купли-продажи со стороны ответчика  исполнены в полном объеме, в связи с чем, у суда отсутствуют основания полагать, что  ответчик не произвел оплату по оспариваемому договору купли-продажи.  

Кроме того, в подтверждение финансовой возможности ответчиком в материалы  дела представлены следующие доказательства.  

Как указывает ответчик, им была приобретена спорная квартира, расчет был  произведен наличными денежными средствами в размере 7 500 000 рублей.  

Финансовую возможность на приобретение спорной квартиры ответчик обосновал  продажей своего частного дома.  

Так в материалы дела представлены договор купли-продажи земельного участка и  жилого дома от 04.09.2021 (т.д.2, л.д.91-92, л.д.140-141 – оригинал договора).  

В соответствии с пунктом 2.1 договора купли-продажи от 04.09.2021 стоимость  объекта составляет 11 700 000, из них: участок - 3 700 000 рублей, дом - 8 000 000 рублей.  

Согласно платежному поручению № 776341 от 14.09.2021 денежные средства по  договору купли-продажи от 04.09.2021 в размере 11 700 000 рублей были оплачены в  полном объеме.  

В материалы дела представлена выписка из лицевого счета ФИО4, открытого в ПАО "Сбербанк России", в соответствии с которой по  состоянию на 14.09.2021, остаток на счете составлял 11 700 000 рублей (т.д.3, л.д. 95).  

Согласно выписке по лицевому счету, 09.10.2021 была осуществлена частичная  выдача денежных средств в размере 5 000 000 рублей и 100 000 рублей, а 12.10.20215097600 рублей и 1500 рублей.  

Возражая против доводов ответчика в указанной части, управляющий обращал  внимание на то, что оспариваемый договор заключен 07.10.2021.  

В судебном заседании ответчик пояснил, что так как в день заключения договора  он не успел снять денежные средства, попросил денежные средства у сына.  

В рамках рассмотрения обособленного спора судом апелляционной инстанции, в  судебном заседании, состоявшемся 15.03.2023, ответчику было предложено представить  доказательства финансовой возможности предоставления займа сыном.  

Так, ответчиком представлены справки по форме 2-НДФЛ в отношении  ФИО10 за период с 2018 по 2021 годы:  

- за 2018 год общая сумма дохода ФИО10 составила  3 501 941,51 рубль;  

- за 2019 год общая сумма дохода ФИО10 составила  3 553 136,61 рублей;  

- за 2020 год общая сумма дохода ФИО10 составила  3 061 234,21 рубля;  

- за 2021 год общая сумма дохода ФИО10 составила  2 401 973,79 рубля.  

Таким образом, доводы апелляционной жалобы об отсутствии финансовой  возможности совершения сделки подлежат отклонению.  

В рассматриваемом случае договор заключен на рыночных условиях и при наличии  произведенной оплаты, что свидетельствует об отсутствии цели причинения вреда  интересам кредиторов.  

Поскольку отсутствие хотя бы одного элемента недействительной сделки является  основанием для отказа в удовлетворении заявления, суд первой инстанции правомерно  отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании  недействительным договора купли-продажи, заключенного 07.10.2021 между ФИО2 и  ФИО4  

Доказательств злоупотребления правом при совершении сделки судом не  выявлено, следовательно, основания для признания сделки по статьям 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.  

Как указано выше, о фальсификации договора, расписок не заявлено, об  аффилированности ФИО4 с должником также не заявлено, такие  доказательства не представлены, доказательства, объективно свидетельствующие о  существенном занижении рыночной стоимости по спорному договору также в материалы  дела не представлены, следовательно, отсутствуют какие-либо основания для переоценки  выводов суда первой инстанции и признания сделки недействительной.  

Довод финансового управляющего о том, что судом первой инстанции  необоснованно отклонено ходатайство финансового управляющего должника об  отложении судебного заседания, а также связанный с таким ходатайством довод о  ничтожности брачного договора, который влечет ничтожность последующих сделок, то  есть настоящего спорного договора купли-продажи, отклоняется судебной коллегией.  

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд может отложить судебное заседание, если признает, что оно  не может быть рассмотрено данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении  ходатайства стороны об отложении судебного заседания, в связи с необходимостью  представления ею дополнительных доказательств.  

Из изложенных правовых норм следует, что суд по своему усмотрению с учетом  характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по  существу, либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение дела является  правом суда, а не обязанностью.  

В рассматриваемом случае оснований для отложения судебного заседания не  имелось, поэтому суд отказал в удовлетворении ходатайства.  

Брачный договор, заключенный между должником и ФИО2 не является  предметом исследования в рамках настоящего обособленного спора.  

В силу абзацев второго и пятого пункта 9 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 "О некоторых вопросах, связанных с  особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве  граждан" финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны  арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру  отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе  оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их  общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) по  основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов  кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи  174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Данные разъяснения подлежат применению и при изменении законного режима  имущества супругов брачным договором.  

Довод финансового управляющего о том, что не установлено, на какие цели были  израсходованы должником или его супругой поступившие от сделки денежные средства,  судом апелляционной инстанции также не принимается, поскольку, в рассматриваемом  случае, с учетом конкретных обстоятельств дела, данное обстоятельств в любом случае не  может повлечь негативные последствия для ответчика ФИО4  

Финансовый управляющий не лишен права на инициирование спора о взыскания  соответствующей доли супругов от продажи спорной квартиры в конкурсную массу  должника, по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего и завершении  процедуры ходатайствовать перед судом о неприменении правил о неосвобождении  должника от обязательств перед кредиторами в установленном Законом о банкротстве  порядке.  

С учетом фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что  финансовым управляющим в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены  достаточные доказательства для переоценки выводов суда первой инстанции и признании  спорной сделки недействительной, мнимой, направленной исключительно на вывод  имущества должника из конкурсной массы, также как и не представлены доказательства  аффилированности ответчика с должником, такие доводы не заявлены. Не нашли  подтверждения доводы финансового управляющего об отсутствии встречного  исполнения. Достоверных, допустимых и достаточных доказательств наличия  обстоятельств перечисленных в пунктах 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10  Гражданского кодекса Российской о том управляющим в обоснование своей позиции не  представлено.  

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по  доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции  отсутствуют.  

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального  права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта,  судом апелляционной инстанции не установлено.  

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации судебные расходы по государственной пошлине относятся на должника.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.12.2022 по делу   № А53-31254/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную  силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд  Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в  законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Г.А. Сурмалян  Судьи Я.А. Демина  

 М.Ю. Долгова