ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ессентуки Дело № А25-846/2018  28.06.2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 25.06.2024 Постановление в полном объеме изготовлено 28.06.2024 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Макаровой Н.В., судей: Бейтуганова З.А., Годило Н.Н., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Марковой М.Е.,  в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и  месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на  официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества  Московско-Уральский акционерный коммерческий банк» в лице государственной  корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда  Карачаево-Черкесской Республики от 24.04.2024 по делу № А25-846/2018, принятое по  заявлению конкурсного управляющего акционерного общества Московско-Уральский  акционерный коммерческий банк» в лице государственной корпорации «Агентство по  страхованию вкладов» о включении в реестр требований кредиторов должника  требования в размере 1 817 635 руб., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  публичного акционерного общества «Вологодская сбытовая компания» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.11.2019 публичное  акционерное общество «Вологодская сбытовая компания» (далее - должник, ПАО «ВСК»)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  

производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1  

Конкурсный управляющий акционерного общества Московско-Уральский  акционерный коммерческий банк» - государственная корпорация «Агентство по  страхованию вкладов» (далее - кредитор, банк, Мосуралбанк) обратился в арбитражный  суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в  размере 1 817 635 руб.  

Определением суда от 24.04.2024 заявление оставлено без удовлетворения. 

Не согласившись с вынесенным определением, АКБ «МосУралБанк» обратилось в  Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить  определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявления.  

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника не  согласен с доводами жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без  изменения, жалобу – без удовлетворения.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в  соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не  направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, и  проверив законность обжалуемого судебного акта, арбитражный апелляционный суд  пришел к выводу, что определение от 24.04.2024 подлежит оставлению без изменения,  исходя из следующего.  

Из материалов дела усматривается, что в рамках дела о банкротстве ПАО «ВСК»  рассматривался обособленный спор № А25-744/2018 о признании недействительными  банковских операций по списанию банком в безакцептном порядке денежных средств со  счета ПАО «ВСК» по договору поручительства, обеспечивающего кредитные  обязательства физических лиц.  

При рассмотрении указанного спора судом были установлены следующие  обстоятельства.  

01.10.2015 между кредитной организацией (залогодержатель) и ФИО2  (залогодатель) заключен договор ипотеки № 3651/И1, по условиям которого  

залогодержатель передает в залог земельный участок, площадью 7 479 кв.м.,  расположенный по адресу: Ярославская область. Переславский район, Троицкий сельский  округ, д. Криушкино, залоговой стоимостью 2 056 725 руб.  

21.05.2015 между акционерным обществом «Межрегионсоюзэнерго» (далее -АО  «Межрегионсоюзэнерго») и кредитной организацией был подписан договор  поручительства № 3651/П, в соответствии с условиями которого АО  «Межрегионсоюзэнерго» приняло на себя обязательство отвечать перед Мосуралбанком  по обязательствам ФИО2 возвратить сумму полученного кредита и уплатить  проценты, возникшим из кредитного договора от 21.05.2015 № 3651.  

В тот же день между АКБ «Мосуралабнк» (АО) и акционерным обществом  «ФинЭнергоИнвест» был подписан договор поручительства № № 3651/П/П1, в  соответствии с условиями которого указанное общество приняло на себя обязательство  отвечать перед банком за надлежащее исполнение АО «Межрегионсоюзэнерго» своих  обязательств перед кредитной организацией, возникших из договора поручительства от  21.05.2015 № 3651, заключенного в обеспечение выполнения обязательств ФИО2  возникших из кредитного договора от 21.05.2015 № 3651.  

Кроме того, в тот же день, 21.05.2015 между кредитной организацией и должником  был подписан договор поручительства № 3651/П/П2, по условиям которого должник  принял на себя обязательство отвечать перед кредитной организацией по обязательствам  АО «ФинЭнергоИнвест», возникшим из договора поручительства от 21.05.2015 № 3651.  

29.03.2018 кредитная организация, со ссылкой на договор поручительства №  3651/П/П2 произвела списание в безакцептном порядке с расчетного счета должника,  открытого в Мосуралбанке, денежных средств в совокупном размере 1 817 635 руб., на  основании двух банковских транзакций.  

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Карачаево- Черкесской Республики от 29.08.2023 по делу № А25-846-744/2018, признаны  недействительными сделками - платежи на общую сумму 1 817 635 руб., совершенные  ПАО «ВСК» в пользу банка по договору поручительства № 3651/П/П2 от 21.05.2015. В  качестве реституции суд взыскал с банка в пользу ПАО «ВСК» денежные средства в  оспоренном размере.  

Признавая платежи недействительными, суд квалифицировал цепочку сделок по  предоставлению поручительства во исполнение обязательств по вышеназванным  кредитным договорам и их последующему исполнению как сделку, прикрывающую  фактические действия по докапитализации зависимого банка. Суд указал, что  выработанная схема выстраивания правоотношений, при которых предоставившие  

финансирование в счет удовлетворения требований банка энергосбытовые компании - участники холдинга МРСЭН, формально поручались не за основного заемщика, а за  промежуточных поручителей, была направлена на фактический обход закона, в целях  нивелирования возможности предъявления регрессного требования компанией, за счет  выручки которой произведено исполнение обязательств перед кредитной организацией, к  основному заемщику, связи с чем данные сделки обладают признаками ничтожности  применительно к положениям статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее-ГК РФ).  

Полагая, что поручительство должника не прекращено по кредитным  обязательствам физических лиц, и учитывая, что обязательства заемщиками до  настоящего времени не исполнены, банк обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым заявлением.  

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции обосновано исходил  из следующего.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными  законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в  соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в  зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.  

Статьями 71 и 100 Закона о банкротстве предусмотрено, что проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований  кредиторов в деле о банкротстве суд должен исходить из того, что установленными могут  быть признаны только требования, отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что  целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр  необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и  законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и  его учредителей (участников).  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие,  нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные  требования (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам,  связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в  этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 20.12.2016).  

В тоже время, на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр,  лежит обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в  целях предотвращения «попадания в реестр» недобросовестных кредиторов либо  кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным  последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли  удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.  

Как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию стороны  в деле, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных  операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства должника и  конкуренции его кредиторов интересы должника и «дружественного» кредитора в  судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания  видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства  исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки  находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть,  например, искусственное создание задолженности должника для последующего  распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.  

Основанием для удовлетворения требования кредитора является предоставление  кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер  задолженности перед ним и опровергающих возражения иных кредиторов.  

При рассмотрении заявлений о включении рядовых гражданско-правовых  кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по  сравнению с общеисковым гражданским процессом. При рассмотрении же требований о  включении заинтересованных лиц применяется более строгий стандарт доказывания.  Целью судебной проверки таких требований является исключение у суда любых разумных  сомнений в наличии и размере долга.  

Согласно статье 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона  заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в 10  соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите  конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является  аффилированным лицом должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу  признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные  лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения  производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации  финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо,  имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия  должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица,  признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с  гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.  

В рамках дела о банкротстве должника неоднократно исследовался вопрос  аффилированности, существовавшей между должником и Мосуралбанком.  

Судами установлено, что каждая из указанных организаций входила в состав  единой экономической группы компаний - холдинга АО «МРСЭН»; это обстоятельство  неоднократно являлось предметом судебной оценки.  

Судами многократно исследовалась структура соответствующей группы компаний,  были получены выводы о том, что каждая из поименованных выше организаций входила в  состав одного холдинга, находившегося под общим управлением высшего менеджмента  акционерного общества МРСЭН.  

Группа МРСЭН представляла собой единую бизнес-структуру энергосбытовых  компаний, являлась горизонтально-интегрированным холдингом, в котором само  общество МРСЭН выступало в качестве центра принятия управленческих решений и  распределения финансирования, а признанный банкротом Московско-Уральский  акционерный коммерческий банк выступал в роли финансового центра холдинга, имея  ярко-выраженный кэптивный характер.  

Фактически каждая из компаний имела доли участия в уставном капитале иных  компаний (при отсутствии иных, «независимых» участников в капитале), в состав  единоличных и коллегиальных органов управления обществ входили одни и те же лица,  

действия каждой из организаций, входивших в холдинг, и всей их совокупности  преследовали единые экономические цели.  

Между должником и АО МРСЭН действовал договор о передаче полномочий  единоличного исполнительного органа от 01.01.2014, из чего следует, что деятельность  должника контролировалась лицами, входившими в высшей менеджмент АО МРСЭН, и  была подчинена их воле.  

Изложенные обстоятельства неоднократно были установлены судами,  рассматривающими дела о банкротстве компаний, входивших в группу МРСЭН, в связи с  чем доказыванию вновь не подлежат.  

В силу статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается  перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним обязательства  полностью или в части.  

Поручительство прекращается, в том числе, по истечении указанного в договоре  поручительства срока, на который оно дано (пункт 6 статьи 367 ГК РФ).  

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»  разъяснено, что поручительство прекращается по истечении указанного в договоре срока,  на который оно дано, при этом поручительство не считается прекратившимся, если в  названные сроки кредитор предъявил иск к поручителю (пункт 6 статьи 367 ГК РФ).  

Из условий вышеперечисленных договоров поручительств, заключенных с  должником следует, что поручительство действует с момента подписания и прекращается  надлежащим исполнением обязательств заемщика по кредитному договору.  

Судами при рассмотрении обособленного спора о признании недействительными  сделок по предоставлению поручительства во исполнение обязательств по кредитным  договорам и их последующему исполнению, установлено, что указанные сделки являются  ничтожными.   

В пункте 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)» разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная  сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на  признанную недействительной оспоримую сделку.  

Согласно пункту 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания на  основании статьи 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по  уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также по  совершению иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем  

зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным  способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается  возникшим с момента совершения недействительной сделки. При этом право требования  кредитора по этому обязательству к должнику считается существовавшим независимо от  совершения данной сделки.  

 В пункте 27 постановления Пленума № 63 разъяснено, что в случае, когда сделка  была признана недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 или пункта 2 статьи  61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр  требований кредиторов и удовлетворению в составе требований третьей очереди (пункт 3  статьи 61.6 Закона о банкротстве); такое требование может быть предъявлено должнику в  порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в ходе внешнего управления  или конкурсного производства. По смыслу приведенных положений и разъяснений, при  рассмотрении указанного в них восстановленного требования к должнику подлежат  установлению обстоятельства возврата в конкурсную массу полученного по  недействительной сделке имущества и наличия у кредитора по такому требованию права  требования у должника переданного последнему в счет исполнения признанной  недействительной сделки.  

 В рассматриваемом случае, доказательства полного или частичного возврата  банком в конкурсную массу должника денежных средств, полученных по  недействительным сделкам в материалы дела не представлены.  

Как указано выше, в качестве последствий недействительности сделок  определением от 29.08.2023 суд применил одностороннюю реституцию, право требования  банка не восстанавливалось.  

Признавая платежи недействительными, суд первой инстанции квалифицировал  цепочку сделок по предоставлению поручительства во исполнение обязательств по  вышеназванным кредитным договорам и их последующему исполнению как сделку,  прикрывающую фактические действия по докапитализации зависимого банка.  

Суд первой инстанции указал, что выработанная схема выстраивания  правоотношений, при которых предоставившие финансирование в счет удовлетворения  требований банка энергосбытовые компании – участники холдинга МРСЭН, формально  поручались не за основного заемщика, а за промежуточных поручителей, была направлена  на фактический обход закона, в целях нивелирования возможности предъявления  регрессного требования компанией, за счет выручки которой произведено исполнение  обязательств перед кредитной организацией, к основному заемщику, входившему в состав  высшего управленческого звена холдинговой группы, связи с чем пришел к выводу, что  

данные сделки обладают признаками ничтожности применительно к положениям статьи  170 ГК РФ.  

Суд первой инстанции также усмотрел в действиях банка и аффилированных с  должником лиц злоупотребление правом (статья 10 ГК РФ), поскольку заключение  договоров поручительства, в том числе с должником было направлено на вывод денежных  средств с компаний, входивших в группу МРСЭН в преддверии лишения их статуса  гарантирующих поставщиков.  

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии  оснований для включения требования банка в реестр требований кредиторов должника.  

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда  Северо-Кавказского округа от 28.11.2022 по делу № А25-846/2018, от 16.12.2022 по делу   № А25-605/2018, от 13.09.2023 по делу № А25-2825/2017, от 23.05.2024 по делу № А25846/2018.  

Фактически доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с принятым  ранее судебным актом и попыткой преодолеть неприменение судом первой инстанции  двухсторонней реституции.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения  при их рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных  выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не  учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое  значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность  определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются  судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для  отмены судебного акта.  

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что  выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе  полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным  применением норм материального права.  

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и  удовлетворения апелляционной жалобы отсутствует.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта  (часть 4 ст. 270 АПК РФ) не имеется.  

Руководствуясь статьями 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.04.2024 по делу   № А25-846/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий Н.В. Макарова Судьи З.А. Бейтуганов 

 Н.Н. Годило