АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

улица Пушкина, дом 45, Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2262/2018

29 июня 2018 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 июня 2018 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

Председательствующего судьи: И.М. Луговой

Судей: М.А. Басос, А.И. Михайловой

при участии:

от заявителя: КГБУЗ «Кировская центральная районная больница» - представитель не явился;

от ГУ «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края» - представитель не явился; 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Государственного учреждения «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края»

на решение от 27.12.2017, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2018

по делу №  А51-26240/2017 Арбитражного суда Приморского края

дело рассматривали: в суде первой инстанции судья Тимофеева Ю.А., в апелляционном суде судьи: Рубанова В.В., Бесчассная Л.А., Сидорович Е.Л.

по заявлению Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Кировская центральная районная больница»                         (ОГРН 1022500675691, ИНН 2516002728, место нахождения: 692091, Приморский край, Кировский район, пгт Кировский, ул. Колхозная, 29)

к Государственному учреждению «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края» (ОГРН 1022502260648,                    ИНН  2540013343, место нахождения: 690091, Приморский край, г. Владивосток, ул. Пологая, 21)

о признании частично недействительным акта

Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Кировская центральная районная больница» (далее - заявитель, учреждение, КГБУЗ «Кировская ЦРБ») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Государственному учреждению «Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Приморского края» (далее - Фонд, ТФОМС, страховщик) о признании недействительным акта от 04.08.2017 № 3 в части: пункта 2 в части отсутствия в составе лицензируемых видов деятельности работы (услуги) по дезинфектологии, пункта 20 в части незаконности включения в штатное расписание одной штатной единицы медицинского дезинфектора, пункта 33, пункта 34, уменьшив сумму, признанную нецелевым использованием средств ОМС на сумму заработной платы медицинских дезинфекторов, изложив пункт в следующей редакции: общая сумма по акту за 2016 год, за январь - апрель 2017 года составит                   103 837,11 руб., в том числе оплата труда – 79 752,01 руб., начисления на оплату труда 24085,10 руб.; о признании недействительным требования по акту № 3 в части возврата денежных средств, выплаченных медицинским дезинфекторам в сумме 251 140,88 руб., в том числе: оплата труда –                             192 888,54 руб., начисления на оплату труда 58 252,34 руб., штрафа в сумме 25 114,09 рублей.

Решением от 27.12.2017, оставленным без изменений постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2018 суд признал незаконным акт от 04.08.2017 № 3 Фонда в части пункта 34 раздела «обобщенная информация о результатах проверки» в части выводов о нецелевом использовании средств ОМС по выплатам медицинским работникам из средств ОМС в сумме 222 614 руб. 41 коп., а также пункт 1 раздела акта «требование по результатам проверки» в части предложения перечислить на счет ГУ ТФОМС Приморского края средства территориальной программы ОМС, использованные не по целевому назначению, в сумме 222 614 рублей 41 коп. и 22 261 руб. 44 коп. штрафа, как не соответствующие Федеральному закону от 29.11.2010 № 326-ФЗ                  «Об обязательном медицинском страховании в РФ» (далее – Закон № 326-ФЗ, Закон о медстраховании). В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказал, взыскав с ТФОМС в пользу заявителя судебные расходы  по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб. 

Не согласившись с судебными актами, Фонд обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции в части удовлетворенных требований и постановление апелляционного суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

ТФОМС в жалобе со ссылкой на Определение Верховного Суда РФ от 12.01.2018 № 310-КГ17-14344,  настаивает, что  в любом случае работы (услуги) по дезинфектологии как вид медицинской деятельности подлежат лицензированию независимо от факта оказания их  третьими лицами либо работниками самого учреждения в рамках оказания медицинской помощи. В связи с чем, полагает, что  расходы заявителя,  в отсутствии лицензии, на оплату  таких работ, не подлежат возмещению за счет средств обязательного медицинского страхования. В связи с чем, просит отменить судебные акты в оспариваемой части как незаконные.

Учреждение, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, отзыв не представило, явку представителей в судебное заседание, как и Фонд, не обеспечило, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, суд кассационной инстанции не установил оснований к отмене принятых по делу судебных актов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в соответствии с распоряжением вице-губернатора Приморского края от 04.07.2017 № 41-рв Фондом проведена внеплановая комплексная проверка использования КГБУЗ «Кировская ЦРБ» средств, полученных на финансовое обеспечение территориальной программы обязательного медицинского страхования, за период деятельности с 01.01.2016 по 30.04.2017, по результатам которой составлен акт проверки от 04.08.2017 № 3.

Согласно акту учреждение осуществляет медицинскую деятельность на основании бессрочной лицензии ЛО-25-01-002895 от 02.31.2015.

Суды подтвердили выводы Фонда о том, что в составе лицензируемых видов деятельности отсутствовали работы (услуги) по эпидемиологии и дезинфектологии, входящие в перечень услуг, составляющих медицинскую деятельность, в то время как учреждением производились выплаты на оплату труда из средств ОМС медицинским работникам-дезинфекторам. Также по материалам дела суды установили, что в проверяемый период обязанности медицинского дезинфектора исполняли следующие сотрудники:

- И.Н. Романцева в период с 13.07.2016 по 06.09.2016 на основании приказа главного врача «О переводе работника на другую работу» от 21.07.2016 № 95-Л, в период с 13.12.2016 по 21.12.2016 на основании приказа главного врача от 13.12.2016 № 179-Л «О переводе работника на другую работу»;

- Н.М. Нихаенко в течение всего проверяемого периода на основании приказа главного врача от 14.07.2008 № 86-Л «О приеме на работу».

Из расчетных листов определено, что медицинским дезинфекторам в 2016 году была начислена и выплачена заработная плата из средств ОМС в общей сумме 192 888,54 руб., что с начислениями на оплату труда составляет 251 140,88 руб., в том числе: И.Н. Романцевой оплата труда в сумме                           21 909,73 руб., начисления на оплату труда в сумме 6 616,74 руб.,                          Н.М. Нихаенко оплата труда в сумме 124 412,12 руб., начисления на оплату труда в сумме 37 572,46 руб.

По результатам проверки, Фонд посчитал, что выявлены факты использования учреждением средств обязательного медицинского страхования не по целевому назначению на общую сумму  361 243,90 руб., указав, в частности, что при отсутствии лицензии на вид деятельности «дезинфектология» работникам И.Н. Романцовой и Н.М. Нихаенко за работу в должности «медицинский дезинфектор» за период с 01.01.2016 по 30.04.2017 начислена и выплачена заработная плата с учетом начислений на выплаты по оплате труда на общую сумму 251 140,88 руб.

В этой связи в заключительную часть акта проверки от 04.08.2017 № 3 Фонд включил требование, согласно которому учреждению следует возвратить средства, использованные не по целевому назначению в сумме 361 243,90 руб. (по спорному эпизоду 251 140,88 руб.), в течение 10 рабочих дней со дня получения акта проверки и уплатить штраф за использование не по целевому назначению средств в размере 36 124,39 руб. (по спорному эпизоду 25 114,09 руб.).

Не согласившись частично с актом проверки и требованием, учреждение обратилось с заявлением о признании их недействительными в арбитражный суд.  

Суд первой инстанции и поддержавший его выводы апелляционный суд, признали ненормативные акты незаконными в части и указали, что получение лицензии  на осуществление медицинской деятельности  при осуществлении работ «дезинфектология»  необходимо только в случае, когда такие работы оказываются в качестве самостоятельных работ (услуг);  вместе с этим суды согласились с выводами Фонда о нецелевом характере выплат  заработной платы за счет средств фонда обязательного медицинского страхования в отношении работника Романцевой И.Н. в виду отсутствия для этого требуемых по законодательству условий (соответствующего профессионального образования и подготовки вопреки требованиям, установленным к квалификации медицинского дезинфектора).

 

Суд округа, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, поддерживает выводы обеих судебных инстанций, которые обоснованно приняли во внимание следующее.

Закон об основах охраны здоровья граждан является основным актом федерального законодательства, закрепляющим как общие принципы правового регулирования отношений в сфере охраны здоровья граждан, так и особые права отдельных категорий граждан в данной сфере.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Закона № 323-ФЗ).

Отношения, возникающие в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения как одного из основных условий реализации, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду, регулируются Законом о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения.

В соответствии со статьей 1 названного Закона санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия - это организационные, административные, инженерно-технические, медико-санитарные, ветеринарные и иные меры, направленные на устранение или уменьшение вредного воздействия на человека факторов среды обитания, предотвращение возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) и их ликвидацию.

В целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан (пункт 1 статьи 29 Закона № 52-ФЗ).

В силу пункта 46 части 1 статьи 12 Закона о лицензировании отдельных видов деятельности, медицинская деятельность (за исключением деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») подлежит лицензированию.

Согласно пункту 10 статьи 2 Закона об основах охраны здоровья граждан медицинская деятельность - это профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

Порядок лицензирования медицинской деятельности установлен Положением о лицензировании медицинской деятельности.

Пунктом 3 Положения о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково») предусмотрено, что медицинскую деятельность составляют работы (услуги) по перечню согласно приложению, которые выполняются при оказании первичной медико-санитарной, специализированной (в том числе высокотехнологичной), скорой (в том числе скорой специализированной), паллиативной медицинской помощи, оказании медицинской помощи при санаторно-курортном лечении, при проведении медицинских экспертиз, медицинских осмотров, медицинских освидетельствований и санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в рамках оказания медицинской помощи, при трансплантации (пересадке) органов и (или) тканей, обращении донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

В перечень работ (услуг), составляющих медицинскую деятельность, включены также работы (услуги) по дезинфектологии.

Требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности установлены в Санитарно-эпидемиологических правилах                         СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности», утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 09.06.2013 № 131 (далее - СП 3.5.1378-03).

Согласно пункту 3.1 СП 3.5.1378-03 дезинфекционная деятельность включает хранение, транспортировку, фасовку, упаковку, приготовление рабочих растворов, приманок и других форм применения, импрегнацию одежды, камерное обеззараживание вещей, санитарную обработку людей, обработку объектов (помещений, транспорта, оборудования), открытых территорий в целях обеспечения дезинфекции, дезинсекции и дератизации, а также дезинфекцию и стерилизацию изделий медицинского назначения и другие мероприятия.

При этом дезинфекция определена как работы по обеззараживанию помещений, транспорта, оборудования, мебели, посуды, белья, игрушек, изделий медицинского назначения, предметов ухода за больными, пищевых продуктов, остатков пищи, выделений, технологического оборудования по переработке сырья и продуктов, санитарно-технического оборудования, посуды из-под выделений, одежды, обуви, книг, постельных принадлежностей, питьевых и сточных вод, открытых территорий (п. 3.6.1 СП 3.5.1378-03).

В соответствии с Законом № 323-ФЗ медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и предоставление медицинских услуг; в свою очередь, медицинская услуга - это медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение, а профилактика - комплекс мероприятий, направленных на сохранение и укрепление здоровья и включающих в себя, в том числе выявление причин и условий возникновения и развития заболеваний, а также направленных на устранение вредного влияния на здоровье человека факторов среды его обитания.

В связи с изложенным суды, принимая во внимание то, что дезинфекционные работы (в комплексе или в отдельности) не выполняются по отношению к пациенту, заключи, что такие работы не являются медицинским вмешательством, и, соответственно, медицинской услугой и медицинской помощью, но являясь санитарно-противоэпидемическими (профилактическими) мероприятиями, включены в понятие «медицинская деятельность».

Суды установили и материалами дела подтверждается, что в проверяемом периоде работники Н.М. Нихаенко и И.Н. Романцева не оказывали медицинских услуг по дезинфектологии, выраженных в медицинском вмешательстве и имеющих самостоятельное законченное значение, не предоставляли услуг по медицинской помощи в области дезинфектологии третьим лицам как самостоятельные работы (услуги) в рамках медицинской помощи, а проводили дезинфекционные мероприятия по дезинфекции, предстерилизационной очистке и стерилизации изделий медицинского назначения, используемых в работе учреждения, что является обязанностью учреждения в соответствии с Санитарно-эпидемиологическими правилами и нормативами СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность», утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 18.05.2010 № 58.

Данные обстоятельства и системное толкование вышеприведенных положений законодательства позволило судам прийти к верному выводу о том, что в данном случае проведение мероприятий по дезинфектологии, являясь обязательным мероприятием для организаций, осуществляющих медицинскую деятельность, но не имеющих  самостоятельное значение при предоставлении медицинской помощи, не подлежит лицензированию как вид медицинской деятельности.

В этой связи доводы  Фонда об обратном правомерно отклонены судами как основанные на ошибочном толковании  положений законодательства, без учета позиции, изложенной в пункте 5 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного суда РФ 06.12.2017.

Приказом Минздравсоцразвития России от 08.10.2015  № 707н к специалистам, осуществляющим деятельность по специальности «Дезинфектология» установлены следующие квалификационные требования: уровень профессионального образования - высшее образование по специальности «Медико-профилактическое дело», подготовка в ординатуре по специальности «Дезинфектология»; дополнительное профессиональное образование - профессиональная переподготовка по специальности «Дезинфектология» при наличии подготовки в интернатуре/ординатуре по специальности «Эпидемиология».

Вместе с этим, в соответствии с Номенклатурой должностей медицинских работников и фармацевтических работников, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.12.2012 № 1183н должность «медицинский дезинфектор» относится к должностям специалистов со средним профессиональным (медицинским) образованием (средний медицинский персонал), к которым предъявляются общие для всех медицинских работников требования об образовательном уровне.

Приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 №541н установлены требования к квалификации «Инструкторов дезинфекторов» и «Медицинских дезинфекторов».

В соответствии с требованиями названного приказа данные работники осуществляют свою деятельность под руководством врача-дезинфектолога. При этом на должность «Инструктора дезинфектора» назначается работник, имеющий среднее профессиональное (медицинское) образование по специальности «Медико-профилактическое дело» и сертификат специалиста «Дезинфекционное дело» без предъявления требований к стажу работы; на должность «Медицинский дезинфектор» назначается работник, имеющий среднее профессиональное образование по профилю выполняемой работы без предъявления требований к стажу работы или среднее (полное) общее образование и дополнительную подготовку по направлению профессиональной деятельности не менее 3 месяцев без предъявления требований к стажу работы.

Суды по материалам дела установили, что у Н.М. Нихаенко имеется образование, установленное указанными выше нормами права, она обучалась на курсах по подготовке дезинфекторов в г. Владивостоке, в связи с чем пришли к верному выводу, что этот работник имеет право занимать должность медицинского дезинфектора и произведенные ей спорные выплаты  не отвечают критерию «нецелевого использования».

 При этом  судами установлено, что И.Н. Романцева соответствующего образования не имеет, дополнительную подготовку по направлению профессиональной деятельности не менее 3 месяцев не проходила. При таких обстоятельствах, вывод судов о том, что у учреждения отсутствовали правовые основания для выплаты заработной платы И.Н. Романцевой из средства фонда ОМС в сумме 28 526,47 руб. (21 909,73 руб. оплата труда,                 6 616,74 руб. начисления на оплату труда), и данные выплаты отвечают признакам нецелевого использования,  является обоснованным.

Таким образом, установив, что медицинские дезинфекторы Н.М. Нихаенко и И.Н. Романцева проводили дезинфекционные мероприятия по дезинфекции, предстерилизационной очистке и стерилизации изделий медицинского назначения, используемых в работе учреждения, при этом И.Н. Романцева осуществляла данные мероприятия при отсутствии образования по профилю выполняемой работы или среднего (полного) общего образования и дополнительной подготовки по направлению профессиональной деятельности не менее 3 месяцев, что свидетельствует о том, что средства ОМС, направленные на оплату труда И.Н. Романцевой, не могли быть направлены на эти цели, суды пришли к правильному выводу о том, что оспариваемый акт от 04.08.2017 подлежит признанию недействительным в части выводов о нецелевом использовании средств ОМС по выплатам медицинским работникам из средств ОМС в сумме 222 614,41 руб. (251 140,88 руб. – 28 526,47 руб.), а также в части пункта 1 раздела акта «требование по результатам проверки» в части предложения перечислить на счет Фонда средства территориальной программы ОМС, использованные не по целевому назначению, в сумме 222 614,41 руб. и 22 261,44 руб. штрафа.

Учитывая, что дело рассмотрено судами полно и всесторонне, выводы судов основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения норм материального права и положений действующего процессуального законодательства не допущено, у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы по доводам, указанным в ней.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 27.12.2017 в обжалуемой части, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2018 по делу №А51-26240/2017 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           И.М. Луговая                   

Судьи                                                                                    М.А. Басос         

 

	А.И. Михайлова