АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

02 февраля 2022 года

Дело №

А56-53647/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 февраля 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Каменева А.Л., Кравченко Т.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «СПб НИИ КХ – СЕРТИФИКАЦИЯ» ФИО1 (доверенность от 08.04.2021), от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СПб НИИ КХ – СЕРТИФИКАЦИЯ» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.01.2021), от публичного акционерного общества Банк «Финансовая Корпорация Открытие» ФИО4 (доверенность от 09.01.2019), 

рассмотрев 26.01.2022 в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.07.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2021 по делу № А56-53647/2019/тр.5,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 по делу № А56-53647/2019 общество с ограниченной ответственностью «СПб НИИ КХ-СЕРТИФИКАЦИЯ», адрес: 195019, 

<

...>, литер А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «СПб НИИ КХ – СЕРТИФИКАЦИЯ», Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2; указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.12.2019 №231.

Публичное акционерное общество Банк «Финансовая корпорация Открытие», адрес – 115114, Москва, улица Летниковская, дом 2, строение 4, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ПАО Банк «ФКО», Банк) 28.01.2021 обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 10 263 259 руб. 14 коп. как обеспеченных залогом имущества Общества на основании договоров об ипотеке (залоге недвижимости): от 09.12.2016 № 17.40/16.71/1, от 09.12.2016 № 17.40/16.72/1, от 07.06.2017 № 17.40/17.20/1, от 07.06.2014 № 17.40/17.21/1, а именно: нежилого помещения площадью 1197,8 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, литера А, помещения 1Н, 5Н, 9Н, 11Н, 14Н, 17Н, кадастровый номер 78:12:0007021:2801 (далее – Нежилое помещение) и доли в размере 127/500 в праве общей долевой собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктом под объекты науки, площадь 3740 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (участок 1), кадастровый номер: 78:12:0007021:16 (далее – Земельный участок). 

Определением от 02.07.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2021, производство по требованию в части суммы 4 815 910 руб. 64 коп. прекращено. В остальной части в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе Банк просит отменить указанные определение от 02.07.2021 и постановление от 07.10.2021 и принять новый судебный акт ? об удовлетворении требования кредитора в полном объеме. 

Податель жалобы считает, что обязательство в части суммы 9 324 682 руб. 38 коп. установлено вступившим в законную силу судебным актом, принятым в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью ««Комплексные энергетические решения» (далее – ООО «КЭР», Компания) № А56-103383/2017. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий возражает против ее удовлетворения, полагая, что доводы Банка об установлении спорного требования в деле о банкротстве ООО «КЭР» не соответствуют действительности, кроме того, принятые в указанном деле судебные акты не имеют преюдициального значения для данного спора, так как Общество участником названного дела о банкротстве не являлось. По мнению конкурсного управляющего, судами дана правильная квалификация требований Банка. 

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы, приведенные в жалобе. Представители должника и конкурсного управляющего против удовлетворения заявленных требований возражали по мотивам, изложенным в отзыве.

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в  заседании кассационной инстанции не направили, что не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, между публичным акционерным обществом «БИНБАНК» (далее – ПАО «БИНБАНК») и ООО «КЭР» были заключены соглашения о предоставлении банковских гарантий от 12.12.2016           № 19.40/16.71; от 12.12.2016 № 16.40/16.72; от 07.06.2017 № 19.40/17.20, от 07.06.2017 № 19.40/17.21 (далее – Соглашения), во исполнение которых                ПАО «БИНБАНК» были выданы банковские гарантии в пользу государственного бюджетного учреждения города Москвы «Автомобильные дороги»: от 12.12.2016 № 0002373 (далее – Гарантия 1); от 12.12.2016 № 0002372 (далее – Гарантия 2); от 07.06.2017 № 0005144 (далее – Гарантия 3); от 07.06.2017 № 0005145 (далее – Гарантия 4).

Условиями пунктов 11 Соглашений предусмотрена уплата вознаграждения принципалом за выдачу банковских гарантий в размере 3% годовых от суммы гарантии за период, начиная со дня, следующего за днем вступления гарантии в силу и до даты истечения срока действия гарантии. Вознаграждение уплачивается принципалом ежемесячно в последний рабочих день календарного месяца за фактическое количество дней действия гарантии в календарном месяце, за который производится оплата. За последний месяц действия гарантии вознаграждение уплачивается не позднее дня истечения срока действия гарантии. 

На основании дополнительных соглашений от 10.10.2017 № 1, от 31.10.2017 № 2 к Соглашениям, предусмотрено обеспечение обязательств принципала по ним, в том числе, посредством залога имущества Общества по договорам об ипотеке №№ 17.40/16.71/1; 17.40/16/72/1,17.40/17.20/1, 17.40/17.21/1 (далее – Договоры ипотеки).

Предметом договоров залога выступали Нежилое помещение и 127/500 доли в праве на Земельный участок, которые оценены в размере 16 231 000 руб. за Нежилое помещение и 3 532 500 руб. за долю в праве на Земельный участок. 

ПАО «БИНБАНК» реорганизован в форме присоединения к Банку. 

Ссылаясь на наличие задолженности принципала по выплате комиссий по банковским гарантиям за периоды с 01.01.2018 по 31.08.2020  в размере 5 238 888 руб. 24 коп. по Гарантии 1; с 01.01.2018 по 03.02.2020 в размере 3 098 130 руб. 84 коп. по Гарантии 2; с 01.01.2018 по 31.01.218 в размере 718 850 руб. 64 коп. по Гарантии 3; с 01.01.2018 по 31.01.2019 в размере 268 812 руб. 66 коп. по Гарантии 4, всего на сумму 9 324 682 руб. 38 коп. Банк предъявил требование к должнику как залогодателю. 

ООО «КЭР» решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.06.2019 по делу № А56-103383/2017 признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Возражая относительно обоснованности заявленных требований, конкурсный управляющий сослался на то, что в деле о банкротстве ООО «КЭР» определением от 02.03.2021 отказано в их включении в реестр требований кредиторов. При этом, требования в части суммы 1 337 914 руб. 26 коп. признаны подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а остальная сумма заявленных требований квалифицирована как текущие и не подлежащие рассмотрению в деле о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на прекращение обязательств залогодателя в связи с истечением срока их действия, по аналогии с поручительством, и указывал на возникновение части спорных обязательств после возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве. 

Уточнив заявленное требование, Банк увеличил заявленную сумму на основании Соглашения от 12.12.2016 № 19.40/16.71 с 5 238 888 руб. 24 коп. до 6 477 465 руб., исчислив сумму вознаграждения за выдачу банковской гарантии за период до 04.03.2021. 

Прекращая производство по требованию Банка в части суммы 4 815 910 руб. 64 коп., исчисленной за период после 15.05.2019, суд первой инстанции квалифицировал ее как текущие требования, с учетом того, что заявление о признании Общества банкротом принято к производству суда 15.05.2019.

В остальной части, а именно, в отношении суммы в размере 5 747 348 руб. 50 коп. суд посчитал, что на момент обращения Банка с требованием к Обществу в суд в деле о банкротстве истек срок действия договоров залога, определив его в один год, аналогично положениям пункта 6 статьи 367 ГК РФ, так как в тексте договоров ипотеки срок действия залога не был определен указанием на календарную дату или период. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что вопреки доводам Банка, в рамках дела № А56-103383/2017 в полном объеме обоснованность спорного требования не установлена. Апелляционный суд также заключил, что выводы относительно наличия оснований предъявления требований к основному должнику не опровергают выводов суда, положенных в основание для отказа в требовании к залогодателю, и судебный акт, на который ссылается Банк, не имеет преюдициального значения в данном деле, так как Общество не являлось участником рассмотрения требования Банка в деле о банкротстве ООО «КЭР». 

Оценив законность принятых по делу судебных актов, кассационный суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с разъяснениями, данными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Как правильно отметили суды, вопреки доводам Банка, обоснованность заявленных им требований в части, превышающей 1 337 914 руб. 26 коп., судебным актом в деле о банкротстве ООО «КЭР» не подтверждена, так как сумма свыше указанной отнесена судами к текущей задолженности, обоснованность которой в деле о банкротстве по смыслу статей 5, 16 Закона о банкротстве не проверяется.

Квалифицируя заявленное Банком требование в рамках данного дела, суды правильно, исходя из условий о периодической выплате вознаграждения за выдачу банковских гарантий, применили положения статьи 5 Закона о банкротстве, посчитав, что сумма спорного вознаграждения, начисленная за периоды после принятия судом заявления о признании Общества несостоятельным (банкротом), то есть, после 15.05.2019, относится, с учетом разъяснений пункта 2 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», к текущим платежам, вопрос об обоснованности которых не подлежит рассмотрению в деле о банкротстве.

Проверяя обоснованность остальной части требования, которые возникли до возбуждения дела о банкротстве, суды правильно учли ограничения, установленные для предъявления требований к должнику по обеспечительному обязательству, не являющемуся должником в основном обязательстве, которые не могли быть учтены в деле о банкротстве основного должника – ООО «КЭР».

В силу положений статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364 - 367 настоящего Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное, в частности правило части 6 статьи 367 ГК РФ о прекращении поручительства по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано.

Если такой срок не установлен, обеспечение прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства.

Возможность применения указанного ограничения также к предоставлению обеспечения в виде залога, в том числе ипотеки лицом, не являющемся должником в основном обязательстве, подтверждена правовой позицией, сформулированной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.04.2020 № 18-П по делу о проверке конституционности абзаца второго пункта 1 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5.

Конституционный суд указал на то, что по смыслу названных законоположений в их взаимосвязи, если залогодателем является третье лицо, а срок залога в договоре не установлен, залог прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога.

Упомянутое правило о прекращении поручительства, не допускающее бессрочного существования обязательства поручителя, направлено на обеспечение определенности в правоотношениях с его участием, из чего исходит и правоприменительная практика (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10 ноября 2015 года N 80-КГ15-18).

Таким образом, абзац второй пункта 1 статьи 335 ГК РФ - предполагающий во взаимосвязи с пунктом 6 статьи 367 данного Кодекса прекращение залога, срок действия которого не установлен соглашением сторон, при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога, - вносит определенность в соответствующие правоотношения и стимулирует участников гражданского оборота к своевременной реализации прав.

На необходимость применения рассматриваемого правила к отношениям с участием залогодателя - третьего лица указывается и в судебной практике (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2019 № 304-ЭС18-26241)

К отношениям с участием залогодателя - третьего лица упомянутое правило статьи 367 ГК РФ должно применяться на основе исследования фактических обстоятельств с учетом смысла, придаваемого ему в судебной практике, имея в виду, что срок предъявления требования к поручителю не является сроком исковой давности (пункт 33 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством»; определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 41-КГ18-16). Данному подходу не препятствует и пункт 1 статьи 207 ГК РФ о применении исковой давности к дополнительным требованиям.

Срок обращения взыскания на предмет залога, предоставленный лицом, не являющимся должником по основному обязательству, - пресекательный, т.е. это, по сути, срок существования залога.

Последствия истечения срока предъявления требования к такому залогодателю, в отличие от последствий пропуска срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), применяются судом по своей инициативе, независимо от заявления стороны в споре. Это соответствует требованиям защиты прав такого залогодателя при соблюдении баланса интересов участвующих в сложившихся правоотношениях лиц.

Залог, в том числе ипотека, прекращается при наступлении указанных в законе обстоятельств, т.е. и при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога. При этом ипотека, как следует из части 12 статьи 53 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», прекращается независимо от погашения регистрационной записи об ипотеке и внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведений о прекращении ипотеки.

Поскольку в договорах ипотеки срок действия залога не был оговорен, суды, исходя из того обстоятельства, что требование к залогодателю могло быть предъявлено в деле о его банкротстве лишь за период до 15.05.2019, пришли к обоснованному выводу о прекращении залога в отношении требований за указанный период, по истечении года с момента окончания указанного периода, то есть с 15.05.2020.

Так как требование заявлено кредитором к Обществу лишь 28.01.2021, посредством обращения в суд в деле о банкротстве должника, и, как установлено судами и не оспорено Банком, ранее залогодателю не предъявлялось, акцессорное обязательство Общества в спорной части прекратилось, что исключает признание требования Банка обоснованным. 

При рассмотрении обособленного спора судами правильно применены нормы материального права, при этом не допущено нарушения норм  процессуального права.

При таком положении кассационная жалоба Банка не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

по с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.07.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2021 по делу № А56-53647/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация Открытие» – без удовлетворения.

 

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

 

А.Л. Каменев

Т.В. Кравченко