Арбитражный суд Челябинской области 

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-14845/2022

19 августа 2022 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 19 августа 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 19 августа 2022 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «АМТ» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Челябинской области, при участии в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, о признании частично недействительным решения № 400 от 15.11.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, 

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО2 (доверенность от 18.01.2022, диплом от 19.03.2004, паспорт РФ), ФИО3 (доверенность от 21.06.2022, диплом от 27.06.1996, паспорт РФ); от ответчика – ФИО4 (доверенность от 22.12.2021, диплом от 11.06.2002, служебное удостоверение), ФИО5 (доверенность от 25.01.2022, диплом от 18.07.2005, служебное удостоверение), ФИО6 (доверенность от 22.06.2022, служебное удостоверение), ФИО7, (доверенность от 30.12.2021, диплом от 15.06.2010, служебное удостоверение), от третьего лица – ФИО4 (доверенность от 27.12.2021, диплом от 11.06.2002, служебное удостоверение), 

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «АМТ» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «АМТ») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, измененным в порядке ст. 49 АПК РФ, к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения № 400 от 15.11.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль в размере 7 313 706 руб., начисления пени в размере 2 786 829 руб. 46 коп., привлечения к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 1 462 741 руб., завышения убытка в размере 34 323 813 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области (далее – третье лицо, управление).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что инспекцией не представлено доказательств, опровергающих реальность заключения и исполнения спорных договоров займа. Общество (в качестве заемщика) с 2014 года, в том числе, в проверяемые периоды (2017-2019 годы), в полном объеме производило уплату заимодавцу начисленных процентов. Доказательств того, что выплаченные заимодавцу проценты по спорным договорам займа вернулись обратно Обществу, не представлены. Заимодавцем (учредитель общества ФИО8) полученный доход в виде начисленных и полученных от Общества процентов по спорным договорам займа отражен в налоговой декларации по форме 3-НДФЛ в полном объеме, с суммы дохода уплачен соответствующий налог. Наличие взаимозависимости между участниками сделки само по себе не может служить основанием для признания налоговой экономии необоснованной, учредитель вправе предоставить созданному им юридическому лицу заемные средства, что не запрещено действующим законодательством. Обществом выполнено основное требование для учета процентов в составе расходов по налогу на прибыль, а именно, использованы полученные заемные средства в соответствии с характером осуществляемой ООО «АМТ» хозяйственной деятельности (на приобретение автомобилей в целях их дальнейшей реализации и получения прибыли). При этом, условиями договоров займов не предусмотрено ежемесячное погашение основного долга, на дату окончания налоговой проверки срок исполнения обязательств по уплате Обществом основного долга с учетом дополнительных соглашений не наступил. По сути инспекцией оспаривается целесообразность избранной субъектами формы достижения хозяйственной цели, что неправомерно. 

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по результатам выездной налоговой проверки инспекцией установлено наличие совокупности умышленных действий ООО «АМТ», направленных на искажение сведений о фактах хозяйственной жизни организации, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете, налоговой отчетности налогоплательщика, путем неправомерного отражения в составе внереализационных расходов по налогу на прибыль организаций за 2017-2019 годы процентов в размере 70 840 411 руб. по договорам займов, заключенным с учредителем ООО «АМТ» Новиком В.Л., что повлекло завышение убытка по налогу на прибыль за 2017-2019 годы в сумме 34 323 813 руб., неуплату налога на прибыль за 2017-2019 годы в сумме 7 313 706 руб. Основной целью сделки являлось получение Обществом необоснованной налоговое экономии путем включения в состав внереализационных расходов при исчислении налога на прибыль организаций сумм процентов по договорам займа. Инспекцией сделан вывод об отсутствии деловой цели при заключении договоров займа. Инспекцией выявлены признаки согласованности действий ООО «АМТ» и Новика В.Л., которые привели к убыточному характеру деятельности Общества, сформированному искусственно, в результате заведомого неисполнения взятых обязательств. Основной целью ООО «АМТ» при отражении в учете и отчетности сведений о процентах к уплате по спорным договорам займа являлось неправомерное завышение внереализационных расходов по налогу на прибыль в отсутствие намерений у сторон при заключении сделки создать соответствующие ей правовые последствия. При наличии значительной задолженности перед учредителем (заимодавцем), Общество (заемщик) совершает финансово-хозяйственные операции, которые не могут быть обоснованы с точки зрения получения экономических выгод и предпринимательского риска, а именно, осуществляет выдачу беспроцентных займов в значительных суммах тому же учредителю (заимодавцу) и при отсутствии возврата последним долга в срок, вновь предоставляет займы данному лицу, а также выдаются руководителю Новику А.В. и иным сотрудникам в качестве поощрения.

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленное требование удовлетворить.

Представители инспекции и управления в судебном заседании против доводов заявления возражали по мотивам изложенным в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) в бюджет налогов и сборов за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой составлен акт № 12 от 23.08.2021, продлен срок рассмотрения материалов налоговой проверки, и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 400 от 15.11.2021 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которого налогоплательщику предложено уплатить НДС за 1, 3, 4 кварталы 2017 года, 1-3 кварталы 2018 года, 1-3 кварталы 2019 года в сумме 696 455 руб., налог на прибыль организаций за 2017-2019 годы в сумме 7 323 239 руб., пени по НДС в сумме 8,61 руб., пени по налогу на прибыль организаций в сумме 2 786 829,46 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 114 НК РФ) в общей сумме 16 957 руб. за неполную уплату НДС и налога на прибыль в результате неправильного исчисления налога и занижения налоговой базы, штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 114 НК РФ) в сумме 1 462 741 руб. за неполную уплату налога на прибыль организаций за 2017-2019 годы в результате неправильного исчисления налога и занижения налоговой базы, совершенного умышленно, сделав вывод о завышении убытков на общую сумму 34 323 813 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/000867 от 14.02.2022, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции в оспоренной части (частично по налогу на прибыль и завышению убытка), налогоплательщик обратился в арбитражный суд. 

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. 

То есть для признания недействительным ненормативного правового акта органа, осуществляющего публичные полномочия, необходима совокупность двух условий: 

- несоответствие оспариваемого акта закону и иному нормативному правовому акту, 

- нарушение этим ненормативным правовым актом прав и законных интересов заявителя.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ). 

Согласно ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. 

Прибылью в целях настоящей главы признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с гл. 25 НК РФ.

Нормой п. 1 ст. 252 НК РФ установлено, что налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст. 270 НК РФ.

При этом расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. 

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Таким образом, условия включения затрат в состав расходов, уменьшающих полученные доходы, предусмотрены ст. 252 НК РФ, согласно положениям которой для признания расходов (затрат) для целей налогообложения они должны соответствовать совокупным условиям:

- реальности этих расходов,  

- их надлежащего документального подтверждения, 

- экономической оправданности их несения, 

- взаимосвязи расходов с осуществлением предпринимательской деятельности, направленной на получение прибыли. 

Несоблюдение одного из указанных условий лишает налогоплательщика права на учет затрат в составе расходов, уменьшающих налогооблагаемую прибыль (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 309-ЭС19-17541 по делу № А76-21177/2018).

Кроме того, указанные условия имеют правовое значение лишь в том случае, если по результатам налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности получения налоговой выгоды.

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений получить реальный экономический эффект в результате предпринимательской деятельности, направленной на получение прибыли, как наделенная полномочиями по оценке обоснованности и документальной подтвержденности заявленных расходов для целей налогообложения.

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 265 НК РФ к внереализационным расходам относятся расходы в виде процентов по долговым обязательствам любого вида, в том числе процентов, начисленных по ценным бумагам и иным обязательствам, выпущенным (эмитированным) налогоплательщиком с учетом особенностей, предусмотренных ст. 269 НК РФ (для банков особенности определения расходов в виде процентов определяются в соответствии со ст.ст. 269 и 291 НК РФ), а также процентов, уплачиваемых в связи с реструктуризацией задолженности по налогам и сборам в соответствии с порядком, установленным Правительством Российской Федерации.

Из содержания ст. 269 НК РФ следует, что в целях гл. 25 НК РФ под долговыми обязательствами понимаются кредиты, товарные и коммерческие кредиты, займы, банковские вклады, банковские счета или иные заимствования независимо от формы их оформления.

При этом расходом признаются проценты, начисленные по долговому обязательству любого вида при условии, что размер начисленных налогоплательщиком по долговому обязательству процентов существенно не отклоняется от среднего уровня процентов, взимаемых по долговым обязательствам, выданным в том же квартале (месяце - для налогоплательщиков, перешедших на исчисление ежемесячных авансовых платежей исходя из фактически полученной прибыли) на сопоставимых условиях. Под долговыми обязательствами, выданными на сопоставимых условиях, понимаются долговые обязательства, выданные в той же валюте на те же сроки в сопоставимых объемах, под аналогичные обеспечения.

Поскольку налогоплательщик самостоятельно определяет налоговую базу по налогу на прибыль, состав расходов и соблюдение условий, позволяющих учесть указанные расходы для целей налогообложения, именно он должен доказать обстоятельства, которые, по его мнению, позволяют учесть произведенные расходы в целях налогообложения.

В силу п. 49 ст. 270 НК РФ расходы, не соответствующие критериям, указанным в п. 1 ст. 252 НК РФ, при определении налоговой базы не учитываются.

Согласно п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Под деловой целью сделки понимается достижение экономически выгодного результата осуществления конкретных операций.

Изменение юридической квалификации сделки в целях оценки налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделки (подп. 3 п. 2 ст. 45 НК РФ), производится в случае, если избранная форма сделки прикрывает иные правовые последствия, к которым в действительности стремились стороны и которые определяются исходя из подлинного экономического содержания произведенного исполнения.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии обстоятельств таких, как совершение сделок между взаимозависимыми организациями, отношения между которыми могут повлиять на результат их экономической деятельности и отсутствие разумной деловой цели, а также создание формального документооборота (п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Таким образом, наличие разумных экономических причин в действиях налогоплательщика подлежит оценке в контексте обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить реальный экономический эффект в ходе предпринимательской деятельности, направленной на получение дохода (выгодный результат).

Совершение операций, рассчитанных на получение дохода за счет средств бюджета, не может рассматриваться как законная предпринимательская деятельность и, следовательно, не является основанием для применения тех норм законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, которые регулируют налоговые последствия действий, совершенных в рамках предпринимательской деятельности.

Изложенное направлено на пресечение уклонения от налогообложения, когда заключаются сделки и совершаются операции лишь с целью необоснованного получения налоговой выгоды.

Соответственно, налоговый орган вправе отказать в расходах по налогу на прибыль в случае, если действия налогоплательщика не обусловлены разумными экономическими причинами (целями делового характера) и направлены исключительно на искусственное создание условий для уменьшения размера налоговой обязанности, тем самым являясь недобросовестными.

Как установлено п. 1 ст. 105.1 НК РФ взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Взаимозависимыми признаются лица, которые в силу родственных и должностных отношений могут влиять на условия заключаемых ими сделок и (или) экономические результаты их деятельности.

Следовательно, сама по себе подобная организация бизнеса в Российской Федерации не порицается, напротив – является основой для построения крепких и доверительных хозяйственных связей.

Однако такая форма построения бизнеса не должна использоваться в целях построения схем уклонения от уплаты налогов в нарушение обязанностей, предусмотренных ст. 57 Конституции РФ.

Основанием для вынесения решения в оспоренной части послужили выводы инспекции о неправомерном отражении налогоплательщиком в составе внереализационных расходов процентов по договорам займов с взаимозависимым контрагентом, сопровождающимся умышленном созданием налогоплательщиком формального документооборота исключительно с целью получения необоснованной налоговой выгоды, в отсутствие деловой цели в заключении спорных сделок и достижения экономически выгодного результата.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что между ООО «АМТ» и Новиком В.Л. (учредитель ООО «АМТ») подписаны договоры займа от 24.10.2014 б/н на сумму 90 000 тыс.руб., от 16.11.2014 б/н на сумму 80 000 тыс.руб.

Проценты за пользование займом составляют, соответственно, 15% и 18% годовых (согласно дополнительным соглашениям от 01.04.2018 - 10,9%, от 26.12.2018 - 13% с 01.01.2019). 

Срок возврата займа, соответственно, - 24.10.2015 и 16.11.2015 (согласно дополнительным соглашениям от 14.09.2017 - 31.12.2022).

Инспекцией установлено отсутствие деловой цели при заключении договоров займа.

В частности, ФИО8 являлся единственным учредителем ООО «АМТ», при заключении процентного договора займа и в процессе предоставления денежных средств в общей сумме 170 000 тыс.руб., он обладал всей необходимой информацией о фактических обстоятельствах использования заемщиком денежных средств и финансовом положении организации, а также о потребности и целесообразности финансирования организации (предоставления процентного займа ООО «АМТ»), а также о возможности (невозможности) получить предоставленные денежные средства обратно.

Обществом в течение всего периода производится выплата только процентов без погашения суммы основного долга, при этом в договорах займа отсутствуют условия о возврате всей суммы долга единовременно либо о запрете частичного погашения договора займа.

Результатами анализа движения денежных средств по расчетным счетам Общества опровергаются показания должностных лиц ООО «АМТ» (генерального директора Новика А.В., главного бухгалтера ФИО9) в части того, что основной долг по договорам займа не погашался в связи с отсутствием у Общества свободных денежных средств.

В период получения займа на расчетный счет Общества поступило денежных средств в сумме 407 млн.руб., из которых: 

- 170 млн.руб. составляет поступление спорных займов от Новика В.Л., 

- 237 млн. руб. составляют поступления от контрагентов-покупателей за реализованный товар, ранее приобретенный Обществом у ООО «ИВЕКО-АМТ» (взаимозависимая организация, учредителем с долей участия 66,7% является ООО «АМТ», генеральным директором - ФИО8).

Вместе с этим, денежные средства, в отсутствие погашения основного долга перед Новиком В.Л., в дальнейшем направляются ООО «АМТ» на выдачу беспроцентных займов: 

- физическим лицам работникам ООО «АМТ» и ООО «ИВЕКО-АМТ», в том числе, Новику В,Л., Новику В.В. (сын Новика В.Л. и родной брат генерального директора ООО «АМТ» Новика А.В.), Новику А.В., а также взаимозависимым организациям ООО «БРЕНД СТАЙЛ», ООО «АБИ-Групп» (являются недействующими, обязательства по возврату займа перед Обществом не исполнены, в настоящее время исключены из ЕГРЮЛ), при том, что всего по состоянию на 31.12.2019 размер задолженности по займам, выданным физическим лицам и сторонним организациям, составил 28 805 тыс.руб.; 

- оплату работ и услуг, не связанных с основным видом деятельности Общества, а именно, по объекту, который в дальнейшем предоставлен Обществом в аренду взаимозависимым организациям ООО «Пивной дом «Ульм» и ООО «БРЕЦЕЛЬ БРОИХАУС» (руководитель ФИО8), а также оплату организациям за взаимозависимых лиц ООО «Пивной дом «Ульм», ООО «БРЕЦЕЛЬ БРОИХАУС», при том, что у взаимозависимых лиц ООО «БРЕЦЕЛЬ БРОИХАУС», ООО «Пивной дом «Ульм» перед ООО «АМТ» имеется дебиторская задолженность, которая составляет 65 833 176,51 руб. (27 203 455,23 руб. и 38 629 721,19 руб. соответственно). 

Какая-либо претензионная или судебная работа по вопросу погашения задолженности перед Обществом не проводилась.

Исходя из показаний генерального директора ООО «АМТ» Новика А.В. (сын учредителя Новика В.Л.), договоры займа заключены с Новиком В.Л. с целью пополнения оборотных активов Общества и ведения текущей деятельности.

Однако инспекцией не установлено увеличение оборотных активов Общества в 2014 году, оборотные активы увеличились в 2015 году, всего на 10,4 млн.руб. при сумме займов 170 млн.руб. 

По основному виду деятельности Общество имеет положительный финансовый результат.

После подписания спорных договоров, а именно, начиная с 2015 года, деятельность Общества стала убыточной. 

При этом убыток получен от внереализационной деятельности, в том числе, из общей суммы внереализационных расходов сумма процентов, начисленных по договорам займа с Новиком В.Л., составила за 2017 год - 60%, за 2018 год - 48%, за 2019 год - 51%. 

Условия договоров займа с Новиком В.Л. (в части заключения, возврата основного долга, уплаты процентов) отличаются от условий кредитных договоров, заключенных ООО «АМТ» с АО «Россельхозбанк» (от 29.09.2015, от 11.07.2017), АО «Альфа-Банк» (от 27.04.2018), условиями договоров с кредитными организациями предусмотрено погашение основного долга и процентов в сроки, установленные в договорах.

Также инспекцией установлена замкнутость движения денежных средств между взаимозависимыми участниками схемы.

В частности: 

- ООО «ИВЕКО-АМТ» (основной поставщик автомобилей для ООО «АМТ», которые приобретаются ООО «АМТ» для дальнейшей реализации) в 2013-2014 годах перечислило в адрес ООО «АМТ» дивиденды в размере 191 002 504,15 руб., 

- ООО «АМТ», в свою очередь, в 2013-2014 годах произвело выплату дивидендов Новику В.Л. в размере 180 312 279,15 руб.,

- Новиком В.Л. в 2014 году перечислены денежные средства в адрес ООО «АМТ» по спорным договорам займа в размере 170 млн. руб. 

- полученные ООО «АМТ» в виде процентного займа денежные средства направлены в адрес ООО «ИВЕКО-АМТ» в качестве оплаты за автомобили по договору от 26.12.2013 №0131-3817, а также в качестве оплаты за автомобили по договорам 2014 года.

Таким образом, инспекцией установлено, что денежные средства, перечисленные взаимозависимой организацией ООО «ИВЕКО-АМТ» в период с 07.03.2013 по 29.04.2014 на расчетный счет ООО «АМТ» в виде дивидендов, вернулись на расчетный счет ООО «ИВЕКО-АМТ» в ноябре 2014 года в виде оплаты за автомобили. 

Денежные средства, полученные Новиком В.Л. от ООО «АМТ» в виде дивидендов, возвращены в адрес ООО «АМТ» в виде процентного займа.

Инспекцией отмечено, частичное погашение задолженности в сумме 26 600 тыс.руб. произведено за пределами проверяемого периода, в 2020 году, путем зачета взаимных требований, что также свидетельствует об отсутствии деловой цели спорных сделках.

При наличии обязательств перед Новиком В.Л. по возврату суммы основного долга по договорам займа, ООО «АМТ» с начала 2015 года представляет беспроцентные займы учредителю ООО «АМТ», взаимозависимым организациям и физическим лицам (в том числе, родному брату, сыну учредителя ООО «АМТ») (сумма непогашенных займов по счету 76 на 31.12.2019 составила 28 805 000 руб.; по счету 73 на 31.12.201,9 общая задолженность персонала по выданным займам ООО «АМТ» составила 8 323 619,71 руб., из них 7 914 000 тыс.руб. задолженность руководителя ООО «АМТ» Новика А.В.), в отсутствие получения от них возврата в предусмотренные договорами сроки, продолжая при этом выдавать новые беспроцентные займы тем же лицам.

Инспекцией выявлены признаки согласованности действий ООО «АМТ» и Новика В.Л., которые привели к убыточному характеру деятельности Общества, сформированному искусственно, в результате заведомого неисполнения взятых обязательств. 

При этом, общая сумма исчисленного и удержанного ООО «АМТ» за проверяемый период НДФЛ (ставка 13%) с полученного Новиком В.Л. от ООО «АМТ» дохода в виде процентов по договорам займа (составляет 9 209 тыс.руб.) меньше, чем сумма полученной Обществом необоснованной налоговой экономии по налогу на прибыль организаций (ставка 20%) при включении в состав внереализационных расходов процентов по договорам займа (налог - 7 313 706 руб., убыток, который может быть перенесен на будущее и может уменьшать налоговую базу по налогу последующих налоговых периодов -34 323 813 руб., за 2019 год налогоплательщиком в налоговой декларации по налогу на прибыль заявлен убыток в размере 11 575 826 руб.).

Таким образом, спорные сделки оформлены лишь для вида, без реальных намерений по созданию для заимодавца и заемщика правовых последствий, для целей налогообложения спорные операции учтены не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, что позволило Обществу получить необоснованную налоговую выгоду по налогу на прибыль.

Заключая спорные договоры займов, ООО «АМТ» (его должностные лица) действовало исключительно в целях уменьшения налоговой обязанности, а не получения экономических выгод.

По результатам проверки инспекцией установлено, что Обществом и Новиком В.Л. (учредитель) и Новиком А.В. (руководитель), имеющих безусловную возможность влияния на условия и результат экономической деятельности ООО «АМТ», а также аффилированного, подконтрольного ООО «ИВЕКО-АМТ», и манипулирования условиями, сроками и порядком осуществления расчетов как с указанным контрагентом, так и по спорным договорам займа, искусственно созданы условия для получения налоговой выгоды. 

При этом, при наличии значительной задолженности перед учредителем - заимодавцем, Общество совершает финансово-хозяйственные операции, которые не могут быть обоснованы с точки зрения получения экономических выгод и предпринимательского риска, а именно, осуществляет выдачу беспроцентных займов в значительных суммах тому же учредителю - заимодавцу и (при отсутствии своевременного возврата последним долга), вновь предоставляет займы данному лицу, а также своему руководителю Новику А.В. и иным сотрудникам в качестве поощрения.

По результатам налоговой проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что спорные сделки не связаны с деятельностью, направленной на получение налогоплательщиком прибыли, поскольку фактически создана ситуация, которая привела в итоге к убыточности деятельности налогоплательщика. 

В частности, инспекцией установлено, что получив от учредителя налогоплательщика в 2014 году в качестве займа денежные средства в размере 170 млн.руб. под соответствующий процент (под 15-18%, а в дальнейшем под 10,9-13%), налогоплательщик в свою очередь, в отсутствие погашения этой задолженности, направлял денежные средства не на извлечение прибыли в ходе своей предпринимательской деятельности, а на возникновение иных беспроцентных сделок, не связанных с достижением им положительного экономического результата.

Кроме того, в проверяемом налоговой проверкой периоде, налогоплательщиком свои обязательства по возврату полученных процентных займов в подавляющем большинстве не погашались.

Документооборот в отсутствие расчетов между участниками сделок носит формальный характер и направлен не на ведение реальной хозяйственной деятельности, а на создание видимости хозяйственных операций.

При этом, в данном случае как установлено инспекцией, займодавцем на протяжении значительного временного периода не предпринимались действия, направленные на получение либо взыскание задолженности, что с учетом обычаев делового оборота, не отвечает целям ведения предпринимательской деятельности.

Ссылка налогоплательщика на погашение полученных займов в 2020 и 2021 годах не принимается, как находящаяся за пределами проверяемого налоговой проверкой периода. 

С учетом изложенного, фактически полученные от процентных займов денежные средства, без их погашения, направлены налогоплательщиком на возникновение иных сделок, не связанных с достижением им положительного экономического результата в виде получения прибыли, что исключает наличие разумной деловой цели в совершении спорных сделок.

При этом, после получения спорных займов деятельность налогоплательщика, как установлено инспекцией, не являлась прибыльной (получен убыток от внереализационной деятельности, в том числе, из общей суммы внереализационных расходов сумма процентов, начисленных по договорам займа составила за 2017 год – 60%, за 2018 год – 48%, за 2019 год – 51%). 

С учетом изложенного, пополнения оборотных средств фактически не осуществлено, а потому, при наличии убытка, выгодный результат для налогоплательщика, за исключением необоснованной налоговой выгоды, не наступил.

Кроме того, инспекцией установлен особый и не типичный характер спорных заемных сделок, как совершенных однократно (лишь в 2014 году), только с одним лицом (учредитель налогоплательщика), на отличающихся перед иными субъектами подобных правоотношений условиях (повышенная процентная ставка, установленные договорами сроки погашения). 

Более того, инспекцией установлен «карусельный» согласованный характер движения денежных средств между взаимозависимыми лицами. 

В частности, как установлено инспекцией:

- взаимозависимое ООО «ИВЕКО-АМТ» (основной поставщик автомобилей, приобретаемых налогоплательщиком для дальнейшей реализации) в 2013-2014 годах перечисляет налогоплательщику дивиденды в размере 191 002 504,15 руб., 

- налогоплательщик, в свою очередь, в 2013-2014 годах производит выплату дивидендов своему учредителю в размере 180 312 279,15 руб.,

- учредитель налогоплательщика в 2014 году перечисляет налогоплательщику спорный заем в размере 170 млн. руб. 

- полученные налогоплательщиком в виде процентного займа денежные средства направлены им в адрес ООО «ИВЕКО-АМТ» в качестве оплаты за автомобили.

Таким образом, как установлено инспекцией, денежные средства, перечисленные взаимозависимым ООО «ИВЕКО-АМТ» налогоплательщику в виде дивидендов, возвращены ООО «ИВЕКО-АМТ» в виде оплаты за автомобили, а денежные средства, полученные учредителем налогоплательщика от самого налогоплательщика в виде дивидендов, возвращены налогоплательщику в виде спорного процентного займа.

Как верно отмечено инспекцией, в результате указанных действий у налогоплательщика возникла возможность получения необоснованной налоговой выгоды в виде начисленных процентов по заемным обязательствам, направленных на увеличение внереализационных расходов и завышения убытка.

Именно подобные операции влекут возникновение необоснованной налоговой выгоды при неправомерном отнесении процентов по договорам займа в состав внереализационных расходов в целях исчисления налога на прибыль.

При указанных обстоятельствах, полученный эффект от спорных сделок для налогоплательщика заключался исключительно в экономии на налоге на прибыль и в завышении убытка.

Таким образом, налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что налогоплательщиком реализована схема создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. 

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов, отражающих формальные хозяйственные операции. 

Включая в документооборот формально составленные первичные документы, претендуя при этом на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Представленные налогоплательщиком справки, выписка из Устава, претензионное письмо, платежные поручения, банковские ордеры, при наличии у налогоплательщика установленного инспекцией умысла на получение необоснованной налоговой выгоды, выводов инспекции не опровергают.  

Довод налогоплательщика о необходимости учета в налоговых обязательствах налогоплательщика уплаченного учредителем налогоплательщика с дохода НДФЛ подлежит отклонению, поскольку как установлено инспекцией, такая уплата производилась лишь для создания видимости реальных хозяйственных отношений (представляла собой не что иное, как издержки, понесенные в связи с осуществлением противоправной деятельности, а соответственно – полностью возлагается на лиц, осуществлявших такую деятельность, и не может покрываться за счет бюджета), при том, что цель уменьшения налоговой обязанности за счет умышленной организации формального документооборота преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком и спорные сделки не обладали признаком реальности (перечисленные денежные средства обуславливали возникновение иных обязательств, а не заемных отношений), что для целей налогообложения исключает возникновение соответствующих гражданско-правовых и налоговых последствий в виде возможности уменьшения налогооблагаемой прибыли.   

Ссылка налогоплательщика на обусловленность полученных процентных займов пополнением оборотных активов налогоплательщика и ведения текущей деятельности не принимается, поскольку как установлено инспекцией, у налогоплательщика отсутствовало увеличение оборотных активов (даже с учетом их увеличения всего на 10 млн.руб., при сумме займов составляющей 170 млн.руб.). 

По указанным основаниям не принимается довод налогоплательщика о колебаниях курсов иностранных валют и ключевой ставки ЦБ РФ в связи экономическими событиями, происходящими в 2014 году. 

Доводы налогоплательщика об отсутствии ущерба бюджету в результате совершения спорных сделок подлежат отклонению, поскольку основной целью налогоплательщика являлось получение налоговой выгоды в виде начисленных процентов по заемным обязательствам, направленных исключительно на необоснованное увеличение внереализационных расходов и возникновение убытка. 

При этом, получение налогоплательщиком убытков в результате спорных сделок влечет потери для бюджета, поскольку создает для налогоплательщика возможность переноса полученных убытков на будущие налоговые периоды и уменьшения налогооблагаемой прибыли в соответствующие периоды (п. 1 ст. 283 НК РФ).

Ссылка налогоплательщика правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2020 № 309-ЭС20-7376 по делу № А60-29234/2019 представляется ошибочной, поскольку в указанном деле установлены фактические обстоятельства, не аналогичные рассматриваемому спору, и оценивались основания для отнесения задолженности по договорам займам к долговым обязательствам перед иностранной компанией при предоставлении займов между двумя российскими организациями.

Таким образом, спорные сделки не являются экономически обоснованными и произведенными для осуществления деятельности, направленной на получение прибыли, а потому не отвечают совокупности критериев, установленных ст. 252 НК РФ. 

При этом, произвольного завышения сумм налогов, пени и штрафа, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

Подлежит отклонению довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст. 252 НК РФ требования, поскольку само по себе документальное оформление спорных операций подтверждает лишь формальное выполнение соответствующих обязанностей.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

На основании изложенного, отсутствует совокупность условий для признания ненормативного акта в оспоренной части недействительным, что исключает возможность удовлетворения заявленных требований. 

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

 

Судья                                                                                                               А.П. Свечников