АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-31092/2018

г. Краснодар

14 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Резник Ю.О. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от общества с ограниченной ответственностью «Армавирская бумажная фабрика» – ФИО1 (доверенность от 21.05.2024), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Армавирская бумажная фабрика» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.11.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по делу                                      № А32-31092/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Апшеронский лес» (далее – должник) общество с ограниченной ответственностью «Русская горно-металлургическая компания» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – ООО «РГМК», общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме                 122 586 301 рубля 37 копеек (с учетом уточнения первоначально заявленного требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс).

Определением суда от 10.11.2023 в порядке процессуального правопреемства произведена замена ООО «РГМК» на ООО «Армавирская бумажная фабрика» (далее – ООО «АБФ», заявитель, фабрика). Приняты заявленные фабрикой уточнения. Требование ООО «АБФ» к ЗАО «Апшеронский лес» в сумме 122 586 301 рубля 37 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В кассационной жалобе заявитель просит определение суда и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления и включить требования фабрики в сумме 122 586 301 рубля 37 копеек в третью очередь реестра требований кредиторов. Податель жалобы указывает, что  постановлением Басманного районного суда г. Москвы от 16.05.2018 ошибочно был наложен арест на имущество ООО «РГМК», однако, впоследствии, при вынесении приговора ФИО3 Московский городской суд исключил из-под ареста имущество ООО «РГМК» в связи с недоказанностью связанности ФИО3 с               ООО «РГМК»; факт регистрации акционерного общества Производственно-деревообрабатывающий комплекс «Апшеронск» (далее – АО ПДК «Апшеронск») и             ЗАО «Апшеронский лес» по одному и тому же адресу не являются доказательством аффилированности указанных лиц, ЗАО «Апшеронский лес» не имея собственного помещения арендовало его у АО ПДК «Апшеронск»; ФИО4 являлся учредителем должника с долей менее 0,01 %, что в соответствии с положениям пункта 9 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» не позволяет отнести его к лицам, входящим в одну группу компаний; экономический интерес ООО «РГМК» в предоставлении займа должнику состоял в получении процентов за пользование денежными средствами; денежные средства были использованы должником для расчета с контрагентами в рамках обычной хозяйственной деятельности; признаки неплатежеспособности возникли у должника по истечении 4-х лет с даты получения займа, а также после заключения последнего дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа; выводы о наличии заинтересованности должника и           ООО «Луксар» не подкреплены надлежащими доказательствами; ООО «Луксар» приобрело долю участия в ООО «РМК» не у ООО «РГМК», а у компании «Грандстрим Лимитед».

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Кодекса, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Предметом кассационного обжалования явилось определение очередности удовлетворения требований заявителя. В силу части 1 статьи 286 Кодекса законность обжалуемых судебных актов проверяется судом в указанной части.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, акционерное общество «Рассвет» обратилось в суд с заявлением о признании  ЗАО «Апшеронский лес» несостоятельным (банкротом). Определением суда от 10.08.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда от 12.10.2018 указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим утверждена ФИО5

Решением суда от 17.03.2020 ЗАО «Апшеронский лес» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена ФИО5

25 декабря 2014 года ООО «РГМК» (займодавец) и ЗАО «Апшеронский лес» (заемщик) заключили договор денежного займа с процентами № 35, в соответствии с которым, займодавец обязуется предоставить заемщику денежные средства в размере 70 млн. рублей, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный договором срок и уплатить на нее указанные в договоре проценты. Срок возврата займа – 31.12.2015 (пункт 1.3 договора).

Согласно пункту 2.2 договора, проценты на сумму займа составляют 20 % годовых и начисляются с даты, следующей за датой перечисления денежных средств на расчетный счет заемщика до момента ее возврата включительно. В случае нарушения заемщиком срока возврата суммы займа, заемщик уплачивает займодавцу пеню в размере 0,1 % от неуплаченной суммы займа за каждый день просрочки (пункт 5.2 договора).

Во исполнение принятых на себя обязательств, 25.12.2014 общество причислило денежные средства на расчетный счет должника в размере 70 млн. рублей.

Впоследствии стороны заключили ряд дополнительных соглашений, которыми продлили срок возврата займа до 30.11.2018 (дополнительным соглашением от 30.12.2015 № 1, срок договора продлен до 15.02.2016; дополнительным соглашением от 12.02.2016 № 2 – до 15.04.2016; дополнительным соглашением от 14.04.2016 № 3 – до 01.07.2016; дополнительным соглашением от 30.06.2016 № 4 – до 30.09.2016; дополнительным соглашением от 29.09.2016 № 5 – до 31.12.2016; дополнительным соглашением от 31.12.2016 № 6 – до 30.06.2017; дополнительным соглашением от 29.06.2017 № 7 – до 31.12.2017; дополнительным соглашением от 30.12.2017 № 8 – до 30.11.2018).

В соответствии с актом сверки по состоянию на 31.12.2018 задолженность должника перед обществом составила 126 230 137 рублей 04 копейки.

Общая сумма задолженности ЗАО «Апшеронский лес» перед ООО «РГМК» по состоянию на 17.03.2020 составила 176 285 492 рубля 18 копеек из которых:                           70 млн. рублей основного долга; 73 175 492 рубля 18 копеек процентов, в соответствии с условиями договора займа; 33 110 тыс.  рублей  пени за неисполнение обязательств по возврату займа.

Задолженность должником в добровольном порядке не уплачена.

14 декабря 2020 года ООО «РГМК» (цедент) и ООО «Луксар» (цессионарий) заключили договор об уступке прав требования (цессии) по лоту № 3, по результатам торгов в форме публичного предложения от 11.12.2020 № 3601-ОТПП, в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает права требования к должникам по денежным обязательства, перечень которых указан в приложении № 1 к названному договору, в том числе к должнику. В соответствии с пунктом 6.1 договора стоимость уступки прав требования составила 9201 тыс. рублей.

3 июня 2022 года ООО «Луксар» (цедент) и ООО «Армавирская бумажная фабрика» (цессионарий) заключили договор об уступке прав требования (цессии), в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает права требования к должникам по денежным обязательствам, перечень которых и соответствующие основания возникновения указаны в приложении № 1 к договору, в том числе к должнику. В соответствии с пунктом 5.1 договора стоимость уступки прав требования составила 40 млн. рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Армавирская бумажная фабрика» в суд.

При вынесении обжалуемых судебных актов, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьями 19, 100, 142 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики от 29.01.2020), и пришли к выводу о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора, до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В силу статьи 223 Кодекса, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, предусмотренным статьями 71 и 100 названного закона, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления                Пленума № 35).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования.

В предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на предмет ее заключенности и действительности, обстоятельств возникновения долга, о реальности возникших между сторонами правоотношений, установления факта наличия (отсутствия) общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении сделки (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133 (15), от 15.09.2020 № 308-ЭС19-9133 (10)).

Признавая заявленные требования в размере 122 586 301 рубля 37 копеек обоснованными суд первой инстанции исходили из того, что наличие договорных отношений и факт задолженности подтверждаются материалами дела.

Выводы в части обоснованности требований не обжалуются, в связи с чем судом округа не проверяются.

При разрешении вопроса об очередности удовлетворения заявленных требований, суды руководствовались следующим.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При подозрении на аффилированность сторон, кредитор, предъявляющий требование к должнику, должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств исполнения сделок с целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) и от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что противоречит стандарту добросовестного осуществления прав.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016             № 308-ЭС16-1475).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики           от 29.01.2020, аффилированность кредитора по отношению к должнику сама по себе не исключает возможность включения требования заинтересованного кредитора в реестр требований кредиторов, но может повлиять на очередность удовлетворения такого требования.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не может нарушать права и законные интересы иных лиц. Предоставление аффилированным лицом должнику, пребывающему в состоянии имущественного кризиса, финансирования, направленного на возвращение должника к нормальной предпринимательской деятельности (компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. с избранием модели поведения, отличной от предписанной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, означает, что соответствующий займодавец принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса).

В силу правовой позиции, сформулированной в пункте 3.3 Обзора судебной практики от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Кодекса).

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

Суды установили, что из постановления Басманного районного суда г. Москвы             от 16.05.2018 по делу № 3/6-1151/2018 следует и подтверждается материалами уголовного дела № 11802007703000035, возбужденного в отношении ФИО3, что последний является бенефициаром ряда компаний, в том числе ООО «РГМК» и АО ПДК «Апшеронск». АО ПДК «Апшеронск» и должник зарегистрированы по одному адресу: 352590, 

<

...>, руководителем указанных юридических лиц с 15.10.2014 по настоящее время и с 23.09.2014 по 16.07.2018, соответственно, являлся ФИО6  Кроме того, учредителем должника с 22.09.2014 по 07.12.2021 являлся ФИО4, который совместно с ФИО3 с 26.04.2015 является учредителем ООО «ИСК». В свою очередь, ООО «ИСК» является учредителем АО ПДК «Апшеронск», бенефициаром ООО «ИСК» является ФИО3 Учредителем и руководителем ООО «Луксар» с 08.06.2018 является ФИО7, которая совместно с ООО «Луксар» (99,01%) является учредителем ООО «РМК». В период с 27.02.2017 по 24.05.2017 учредителем ООО «РМК» являлся ООО «РГМК».

Как усматривается из открытых данных информационной системы «Картотека арбитражных дел» аффилированность указанных лиц установлена вступившими в законную силу судебными актами в рамках дела № А32-10081/2019 о банкротстве АО «Краснодарский завод металлоконструкций» (определение суда от 09.02.2021, оставленное без изменения постановлениями апелляционного суда от 11.05.2021 и суда округа от 16.07.2021).

Проанализировав приведенные сведения, суды первой и апелляционной инстанций сделали вывод, что материалами дела подтверждается, что должник, ООО «РГМК» и               ООО «Луксар» являются заинтересованными (аффилированными) лицами, входят в одну группу компаний.

Из материалов дела следует, что согласно последнему дополнительному соглашению, срок возврата займа – 30.11.2018, при этом с указанной даты до открытия конкурсного производства в отношении должника (17.03.2020) общество никаких мер по взысканию задолженности не предпринимало, в том числе в досудебном порядке. Такое поведение обусловлено тем, что изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника. При этом, экономическая целесообразность совершения указанной сделки для ООО «РГМК» в отсутствие обеспечения активами достаточными для исполнения заемных обязательств представляется сомнительной.

Суды установили, что исходя из показателей бухгалтерского баланса, у                      ЗАО «Апшеронский лес» начиная с 2014 года отражен непокрытый убыток: 2014 год –                         (-33 835 тыс. рублей); 2015 год – (- 115 199 тыс. рублей); 2016 год – (- 187 587 тыс. рублей); 2017 год – (- 262 848 тыс. рублей). Анализ имущественного состояния должника указывает, на недостаточность активов для погашения всех требований его кредиторов.

На момент заключения дополнительных соглашений к договору займа у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов.

Согласно представленным выпискам о движении денежных средств по счету      ЗАО «Апшеронский лес», собственных денежных средств на поддержание текущей хозяйственной деятельности предприятия у должника не имелось. Выручка должника фактически состояла из денежных средств, полученных по спорному договору займа.

Суды приняли во внимание, что ООО «Луксар» является мажоритарным кредитором ООО «РГМК», дело о несостоятельности (банкротстве) № А40-290793/2018, при этом приобретает по договору цессии дебиторскую задолженность за                             9 201 тыс. рублей к предприятиям, в отношении которых уже рассматриваются дела о несостоятельности (банкротстве), а также требования, по которым уже истек срок давности для их предъявления.

При этом, компания ООО «Луксар» создана 08.06.2018, основной вид деятельности: 46.90 Торговля оптовая неспециализированная. 05.09.2018 ООО «Луксар» заключает договор с АО «Промсвязьбанк» об уступке прав (требований) № 0292-18-6У-0 и оплачивает по нему сумму в размере 281 383 тыс. рублей, что подтверждается платежным поручением от 05.09.2018 № 1. Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением суда от 18.04.2019 по делу                                    № А40-290793/18-183-214. В штате компании ООО «Луксар» числится 1 человек.

В этой связи суды заключили об отсутствии у ООО «Луксар» реального экономического мотива приобретения прав требования к банкротным предприятиям, а лишь имеется интерес получить контроль над процедурами банкротства аффилированных лиц.

С учетом изложенного, руководствуясь вышеназванными нормами права и разъяснениями к ним, а также правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, исходя из совокупного анализа доказательств, принимая во внимание невостребование аффилированным лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование, предусмотренного договором или законом, подписание дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа, суды первой и апелляционной инстанций констатировали, что заявленная задолженность является внутригрупповой и не отвечает критериям обычных хозяйственных отношений, в рассматриваемом случае фактически имело место финансирование со стороны общества, направленное на обеспечение предпринимательской деятельности должника, осуществляемого как путем пополнения активов должника, так и отказа от принятия своевременных мер к истребованию задолженности.

Учитывая названные обстоятельства, приняв во внимание фактический отказ кредитора от истребования задолженности в судебном порядке, подписание дополнительных соглашений о продлении срока возврата займа, при наличии существенного влияния общества на хозяйственную деятельность должника, суды пришли к выводу, что предоставление должнику денежных средств по договору займа фактически являлось компенсационным финансированием, в связи с чем, требование заявителя не может быть учтено в реестре требований кредиторов наравне с иными независимыми кредиторами должника и подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Довод подателя жалобы об отсутствии аффилированности ООО «Луксар» по отношению к должнику и ООО «РГМК», поскольку общество приобрело долю участия в ООО «РМК» не у ООО «РГМК», а у компании «Грандстрим Лимитед» не свидетельствует об отсутствии заинтересованности между указанными юридическими лицами, напротив, как следует из открытых данных информационной системы «Картотека арбитражных дел», единственным участником компании «Грандстрим Лимитед» являлась компания Doustinas Limited, единственным участником которой в свою очередь являлся ФИО8 – генеральный директор ООО «РГМК».

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов суда первой и апелляционной инстанции не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку по своей сути касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования суда первой и апелляционной инстанции и получившим надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов их отклонения.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.11.2023 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по делу                                   № А32-31092/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                                Ю.О. Резник

Е.Г. Соловьев