Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А70-3542/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 07 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Шаровой Н.А.,

судей                                                                  Глотова Н.Б.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 – финансового управляющего имуществом ФИО3 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 14.05.2022  (судья Кондрашов Ю.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2024 (судьи Зорина О.В., Аристова Е.В., Дубок О.В.) по делу № А70-3542/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тюменская строительная дирекция» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; далее – общество «ТСД», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 (далее – управляющий) о привлечении ФИО3 (далее также – ответчик), ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общества с ограниченной ответственностью «Совместное предприятие Фоника», «ТюменьСтройПартнер», ФИО6, ФИО7 Рахматулло, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42.

Заинтересованное лицо: ФИО43 (участник должника, заместитель генерального директора должника по экономике и финансам).

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТСД» в сумме 56 188 755,98 руб.:

бывшего участника и руководителя ФИО3 за совершение убыточных сделок по выводу активов при реализации проектов «Строительство набережной Макарова в г. Санкт-Петербурге» и «Строительство мусоросортировочного завода в г. Тюмени»;

бывшего участника и руководителя ФИО3 и главного бухгалтера ФИО5 за списание товарно-материальных ценностей, автомобилей и спецтехники, двойную выплату заработной платы, непередачу документации управляющему, что лишило возможности сформировать конкурсную массу, повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Определением суда от 14.05.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.11.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении остальной части заявления отказано, производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Постановлением суда округа от 27.02.2023 определение суда от 14.05.2022 и постановление апелляционного суда от 18.11.2022, оставлены без изменения, кассационные жалобы ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «ТюменьСтройПартнер» (далее – общество «ТюменьСтройПартнер») – без удовлетворения.

Решением суда от 30.10.2023 по делу № А70-13888/2023 индивидуальный предприниматель ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2

Постановлением апелляционного суда от 24.01.2024 определение суда от 14.05.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 – финансового управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 14.05.2022 и постановление от 24.01.2024 отменить, обособленный спор отправить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, в обоснование ссылается на наличие безусловных оснований для отмены судебных актов в связи с отсутствием аудиопротоколов судебных заседаний первой инстанции, посредством которых зафиксированы показания свидетелей и объяснения сторон по вопросу о мобилизации рабочей силы на объекте строительство Набережной Макарова в городе Санкт-Петебург, выполнении работ на объекте, оплаты труда работников в наличной форме два раза в месяц, а также порядке выплат работникам с расчётного счёта должника в июле 2019 года, участия должника и ФИО3 в рассматриваемых отношениях; наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО43 (участника должника и заместителя генерального директора должника по экономике и финансам), действия которой с учётом её должности и объёма полномочий привели к объективному банкротству должника, в частности в результате совершения сделок по выводу активов при реализации проектов строительства у должника возникла обязанность по выплате заработной платы дважды отдельным работникам, при этом ФИО43 с учётом функциональных обязанностей не предпринимала никаких мер к взысканию дебиторской задолженности, также подлежал рассмотрению вопрос о необходимости подачи ФИО43 заявления о признании должника банкротом; нахождения большинства документов должника в распоряжении ФИО43, которой для ФИО3 и ФИО5 был ограничен доступ к рабочему месту и к электронной базе 1С должника; заинтересованность ФИО43 и управляющего через коллегию адвокатов «Тесло».

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3 являлся единственным участником должника в период с 15.02.2017 по 13.03.2017, является участником должника (50 % доли в уставном капитале) с 13.03.2017 по настоящее время, занимал должность генерального директора общества «ТСД» в период с 07.02.2017 по 26.08.2019 (дата введения в отношении должника процедуры конкурсного производства).

Полагая, что должником под руководством ФИО3 совершались существенно убыточные сделки по выводу активов при реализации проектов «Строительство набережной Макарова в г. Санкт-Петербурге» и «Строительство мусоросортировочного завода в г. Тюмени», заработная плата дважды выплачена отдельным работникам, ответчик не исполнил обязанность по передаче всей документации общества, что лишило возможности сформировать конкурсную массу, повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды, при удовлетворении заявления управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника:

на основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 и подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), исходили из того, что в результате совершения убыточных сделок (договоров подряда, субподряда, заключённых в целях реализации проектов по строительству), подконтрольным ответчику обществом «ТюменьСтройПартнер» за счёт должника получены денежные средств в качестве оплаты работ, выполненных посредством фактически принадлежащих должнику трудовых, материальных, финансовых и производственных ресурсов, а также сформирована кредиторская задолженность на стороне должника (включена в реестр);

на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, исходили из того, что совершение повторной выплаты заработной платы работникам с расчётного счёта должника в июле 2019 года без правовых оснований привело к уменьшению конкурсной массы, что причинило должнику и его кредиторам имущественный вред.

При этом в постановлении от 18.11.2022 апелляционный суд указал на отсутствие оснований, предусмотренных подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с передачей документации должника управляющему не в полном объёме ввиду не опровергнутого предположения о наличии в преддверии банкротства должника корпоративного конфликта с участием ФИО3 и ФИО43, в рамках которого заместителем генерального директора по экономике и финансам ФИО43 и заместителем генерального директора по бухгалтерии и налогам ФИО44 были приняты меры, направленные на ограничение доступа ФИО3 в помещения, в которых хранилась первичная документация должника.

Повторно рассмотрев спор по апелляционной жалобе ФИО2 – финансового управляющего ФИО3 субсидиарного ответчика применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, апелляционный суд пришёл к выводу о том, что приведённые в апелляционной жалобе финансового управляющего доводы не свидетельствуют о наличии оснований для отмены определения суда от 14.05.2022 и для пересмотра применительно к порядку, предусмотренному в главе 37 АПК РФ, постановления апелляционного суда от 18.11.2022.

Выводы суда суд апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Порядок вступления в дело лиц, обращающихся с жалобой в соответствии со статьёй 42 АПК РФ и желающих представить новые доказательства по спору, разъяснён в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12) в соответствии с которым жалобу таких лиц следует рассматривать применительно к правилам рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

В рассматриваемом случае судебный акт затрагивает права и законные интересы других лиц не непосредственно (пункт 2 Постановления № 12), а косвенно, не указывая о них напрямую, поэтому его обжалование происходит не по правилам статьи 42 АПК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2016 № 309-ЭС16-7158).

Вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке пункта 24 Постановления № 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться аналогичным образом, то есть применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции (часть 5 статьи 3 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643).

В целях соблюдения принципов правовой определённости и стабильности судебного акта, также являющихся проявлением права на судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2005 № 11-П и пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках»), и обеспечения справедливого баланса между интересами всех затрагиваемых лиц суд при принятии жалобы соответствующего лица или постановке вывода о её рассмотрении по существу оценивает не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемый акт существенным образом влияет на его права и законные интересы, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.09.2016 № 309-ЭС16-7158).

Вышеуказанные правовые позиции не предполагают ревизию судебных актов лишь по причине несогласия с оценкой доказательств, данной судами при рассмотрении дела, но создают возможность заинтересованному лицу, ранее не принимавшему участие в процессе, в целях судебной защиты своих прав, нарушенных неправосудным решением, заявить новые доводы в отношении значимых для дела обстоятельств, которые, по его мнению, не были проверены судами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.08.2017 № 305-ЭС17-3546).

Применительно к приведённым в апелляционной и кассационной жалобах доводам ФИО2 – финансового управляющего ФИО3 в целях реализации права на судебную защиту посредством обжалования определения суда от 14.05.2022 в порядке пункта 24 Постановления № 35 должна обосновать существенность своих сомнений, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны участников судебного разбирательства, которые не обеспечили состязательный процесс либо создали лишь видимость его состязательности, на самом деле имея целью лишь получение судебного акта о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, тем самым создавая предпосылки ухода ФИО43 от ответственности в интересах заинтересованных лиц.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо и действий каждого из них, существенно повлиявших на положение должника, было недостаточно для наступления объективного банкротства, но в совокупности их действия привели к такому банкротству, данные лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В этом случае суд распределяет между ними совокупный размер ответственности, исчисляемый по правилам абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя долю, приходящуюся на каждое контролирующее лицо, пропорционально размеру причинённого им вреда. При невозможности определения размера причинённого вреда исходя из конкретных операций, совершенных под влиянием того или иного лица, размер доли, приходящейся на каждое контролирующее лицо, может быть определён пропорционально периодам осуществления ими фактического контроля над должником.

Как отмечено судом апелляционной инстанции, ФИО2 – финансовым управляющим ФИО3 оснований для привлечения ФИО43 наряду с ФИО3 к соответствующей ответственности в долях не привела, их наличие не подтвердила.

В кассационной жалобе не приведено доводов, обосновывающих невозможность привлечения ФИО3, осуществлявшего полномочия руководителя должника  вплоть до открытия конкурсного производства, к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве, без одновременного привлечения к такой ответственности ФИО43

В случае наличия оснований заинтересованные управомоченные лица вправе в общем процессуальном порядке заявлять о привлечении ФИО43 к субсидиарной ответственности, предложить сделать это конкурсному управляющему должника, подтвердив соответствующие обстоятельства.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности участника должника и заместителя генерального директора должника по экономике и финансам ФИО43, действия которой с учётом её должности и объёма полномочий привели к объективному банкротству должника, ФИО2 указала, что в результате совершения сделок по выводу активов при реализации проектов строительства у должника возникла обязанность по выплате заработной платы дважды отдельным работникам, при этом ФИО43 с учётом функциональных обязанностей не предпринимала никаких мер к взысканию дебиторской задолженности.

Однако, в апелляционной и кассационной жалобах ФИО2 не раскрыто, каким образом и по каким мотивам предположительное наличие в преддверии банкротства должника корпоративного конфликта с участием ФИО3 и ФИО43  могло влиять на непринятие ФИО43 мер к взысканию дебиторской задолженности, связанной с выплатой отдельным сотрудникам заработной платы в двойном размере (4 350 777,67 руб.), не обоснована её заинтересованность в этом, не обосновано влияние вменяемого эпизода на возникновение банкротства должника  в целом по причинам связи банкротстве с рядом существенно убыточных эпизодов, вызванных установленными судами фактами неправомерного распоряжения активами должника  со стороны его руководителя ФИО3

Как следует из установленных в постановлении апелляционного суда от 18.11.2022 обстоятельств, в декабре 2018 года с помощью сотрудников полиции ФИО3 и ФИО5 смогли получить доступ в офис должника и забрать документы, которые в нем находились, а также базу 1С: Бухгалтерия, которые впоследствии были переданы ФИО5 по распоряжению ФИО3 07.07.2019 и позднее управляющему. ФИО3 о хозяйственной деятельности как руководитель должника осведомлён в полной мере, действующая в его интересах ФИО2  предполагается осведомлённой об этом, однако об удержании ФИО43 каких-либо документов о хозяйственной деятельности должника, действительно препятствующем достижению целей конкурсного производства именно по вине ФИО43, не указано.

Судом первой инстанции установлено, что совершение сделок по выводу активов должника при реализации проектов строительства, приведшее к значительному ухудшению финансового состояния должника, обусловлено действиями (бездействием) ФИО3, как контролирующего обществ «ТСД» и «ТюменьСтройПартнер».

Требования о привлечении контролирующих должника лиц, в том числе ФИО43 за неподачу заявления о признании должника банкротом управляющим не заявлены, управляющим обоснована своя позиция по этому вопросу  при рассмотрении спора о субсидиарной ответственности по существу.

Кроме того, обстоятельства нахождения большинства документов должника в распоряжении ФИО43, которой для ФИО3 и ФИО5 был ограничен доступ к рабочему месту и к электронной базе 1С должника, правового занесения для настоящего спора не имеет, поскольку в постановлении апелляционного суда от 18.11.2022 указано на отсутствие основании, предусмотренных подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Утверждение кассатора о заинтересованности ФИО43 и управляющего через коллегию адвокатов «Тесло» не свидетельствует о том, что обстоятельства причинения ФИО3 значительного ущерба в размере 32 721 786,05 руб., повлиявшего на платёжеспособность должника, установлены в рамках заведомо инициированного судебного разбирательства, в рамках которого не был обеспечен состязательный процесс либо создана лишь видимость его состязательности, с целью получение судебного акта о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, тем самым создавая предпосылки ухода ФИО43 от ответственности.

Констатация ФИО2 только факта заинтересованности без указания, в чём именно заключается недобросовестность, неразумность ФИО43 и управляющего, основанием для исключения субсидиарной ответственности ФИО3 без привлечения к этой ответственности ФИО43 не является.

Доводы ФИО2 о наличии безусловных оснований для отмены обжалуемых судебных актов в связи с отсутствием аудиопротоколов подлежат отклонению в силу следующего.

В пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии с частью 1 статьи 155 АПК РФ в ходе каждого судебного заседания арбитражного суда первой инстанции, а также при совершении отдельных процессуальных действий вне судебного заседания ведётся протоколирование с использованием средств аудиозаписи и составляется протокол в письменной форме, при этом согласно части 2 статьи 155 АПК РФ протокол является дополнительным средством фиксирования данных о ходе судебного заседания.

В силу части 6 статьи 155 АПК РФ материальный носитель аудиозаписи судебного заседания приобщается к протоколу.

Как следует из приведённых положений Кодекса, аудиозапись является основным средством фиксирования сведений о ходе судебного заседания, а также средством обеспечения открытости судебного разбирательства.

В пункте 22 указанного Постановления разъяснено, что в соответствии с пунктом 6 части 4 статьи 270, пунктом 6 части 4 статьи 288 АПК РФ отсутствие в деле протокола судебного заседания в любом случае является основанием для отмены судебного акта.

Если на судебный акт подана апелляционная (кассационная) жалоба, содержащая доводы относительно отсутствия аудиозаписи судебного заседания на материальном носителе, в то время как посредством аудиозаписи были зафиксированы сведения, послужившие основанием для принятия этого судебного акта, а арбитражный суд установит, что файл аудиозаписи судебного заседания, сохранённый в информационной системе арбитражного суда, утрачен и не может быть восстановлен, данное обстоятельство является основанием для отмены судебного акта в любом случае применительно к пункту 6 части 4 статьи 270 или пункту 6 части 4 статьи 288 АПК РФ соответственно.

Вместе с тем при наличии письменного протокола судебного заседания отсутствие аудиозаписи судебного заседания само по себе не является основанием для отмены судебного акта.

В рассматриваемом случае основания привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение убыточных сделок (договоров подряда, субподряда, заключённых в целях реализации проектов по строительству) установлены судом первой инстанции по результатам оценки письменных доказательств, первичных учётных документов, подтверждающих наличие у должника активов и выполнение работ на крупнейших объектах  его же силами и средствами и, соответственно, незаконности выплат  фактически мнимым контрагентам, или необоснованно по иным причинам.

Наличие у должника в отличии от общества «ТюменьСтройПартнер» в период производства строительно-монтажных работ достаточном количестве штата сотрудников, специализированной техники, строительных материалов, сведений о производственных затратах подтверждено: отчётами, представленными Пенсионным фондом Российской Федерации; исполнительной документацией, актами освидетельствования скрытых работ и журналами производства работ по объекту, приказами о назначении ответственных лиц; ответом генерального подрядчика.

Оценивая показания свидетелей по вопросу о наличии у общества «ТюменьСтройПартнер» работников для выполнения работ на объекте должника, суд первой инстанции исходил из необходимости применения к ответчику, контролировавшего должника и указанное общество, повышенного стандарта доказывания выполнения работ, поэтому недостаточности только договора и акта приёмки.

Как заключили суды совокупностью доказательств наличие у общества «ТюменьСтройПартнер» трудовых, материальных, производственных и финансовых ресурсов для выполнения работ на объекте, не подтверждено.

В соответствии с частями 4 и 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Свидетельские показания оцениваются судом с учётом правил о пределах их допустимости как доказательств и в совокупности с иными доказательствами по делу.

Вместе с тем, факты, условия и обстоятельства исполнения  трудовых (или гражданско-правовых) договоров между должником (либо, напротив, его субподрядчиком) и работниками (допрошенными в качестве свидетелей) по правилам статей 1, 2, 3, 7, 9  Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте»,  а также статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не являлись и не могли явиться исключительным средством доказывания реальности субподрядных отношений должника  с контрагентом и трудовых отношений допрошенных свидетелей с таким субподрядчиком, поскольку указанные обстоятельства устанавливались судами на основании первичных учётных документов должника и иных доказательств объективного характера, с правильным применением указанных выше норм о недопустимости свидетельских показаний в подтверждение сделки и её условий.

При указанных обстоятельствах свидетельские показания не служили основанием для принятия обжалуемого судебного акта первой инстанции.

Соответственно, ссылка кассатора на отсутствие по техническим причинам аудиопротоколов отдельных судебных заседаний не подтверждает наличие безусловных оснований для отмены судебных актов, кроме того, кассатор не указывает то, что суды на при принятии обжалуемых судебных актов неправильно учитывали содержание показаний свидетелей.

Податель кассационной жалобы не привёл доводов и не обосновал наличие обстоятельств, при которых с учётом правовой позиции, изложенной в абзаце втором пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12, определение суда от 14.05.2022 подлежит отмене.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами предыдущих инстанций норм материального и процессуального права применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях (статья 286 АПК РФ).

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 14.05.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2024 по делу № А70-3542/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – финансового управляющего имуществом ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                 Н.Б. Глотов

 

ФИО1