134/2017-523205(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А26-12090/2015

27 декабря 2017 года

г. Санкт-Петербург

  Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2017 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 27 декабря 2017 года 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  в составе:  

председательствующего судьи Л.С.Копыловой,  судей И.Г.Медведевой, И.Ю.Тойвонена,  

при ведении протокола судебного заседания секретарями до перерыва -  ФИО1, после перерыва - ФИО2,  

при участии:  

от АО "Райффайзенбанк": ФИО3 по доверенности от 17.04.2017, 

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 17.03.2017,  от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 22.08.2016,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-25046/2017) АО "Райффайзенбанк" на определение  Арбитражного суда Республики Карелия от 24.08.2017 по делу № А26-12090/2015  (судья Москалева Е.И.), принятое  

по заявлению АО "Райффайзенбанк" к ФИО8, ФИО4, ФИО6 о признании сделок недействительными и применении последствий их  недействительности,  

3-е лицо: ФИО9, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО8,  

установил:

решением Арбитражного суда Республики Карелия от 06 сентября 2016 года  (резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 05 сентября 2016  года) ФИО8 признан банкротом, в отношении должника  введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым  управляющим утвержден ФИО10 Соответствующие сведения опубликованы в  

газете «Коммерсантъ» № 192 от 15 октября 2016 года. 

10 января 2017 года конкурсный кредитор должника АО «Райффайзенбанк»  (далее - Банк) обратился в суд с заявлением о признании недействительными  договора купли-продажи встроенных помещений магазина в г. Петрозаводск,  заключенного 12.09.2014 между ФИО8 и ФИО4, договора  купли-продажи встроенных помещений в г. Сегеже, заключенного 23.10.2014 между  должником и ФИО6, и применении последствий недействительности  сделок.  

Определением арбитражного суда первой инстанции от 24.08.2017 в  удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу, что  рассматриваемые сделки могут быть оспорены только по основаниям статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, но признаков злоупотребления правом  не установлено.  

Банком подана и в судебном заседании поддержана апелляционная жалоба,  в которой просил определение отменить, заявление удовлетворить. В обоснование  сослался на то, что неправильно установленная рыночная стоимость спорных  объектов повлекла ошибочный вывод суда первой инстанции об отсутствии вреда  кредиторам и добросовестности участников сделки. В судебном заседании  представителем Банка заявлены ходатайства о приобщении дополнительных  доказательств и о назначении второй повторной экспертизы, в удовлетворении  которых отказано в порядке части 5 статьи 184 АПК РФ.  

Представители ФИО4 и ФИО6 против удовлетворения  жалобы возражали, считая выводы суда первой инстанции обоснованными, и права  Банка оспариваемыми сделками не нарушенными. Каждый из приобретателей  нежилых помещений привел пояснения относительно формирования договорной  цены, мотивов покупки и положительного результата для продавца.  

ФИО8, финансовый управляющий ФИО10, ФИО9 в  судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, вследствие чего  апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие на основании частей 1, 3  статьи 156 АПК РФ.  

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном  порядке.  

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции  иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по  обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке  арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о  банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки  выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм  материального и процессуального права.  

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами  дела, 05 июня 2014 года АО «Райффайзенбанк» и ООО «Север-Том» (заемщиком)  были заключены кредитные соглашения № 

<

***> 1ptz на сумму 6000000 руб., №  

<

***> 2ptz на сумму 2086000 руб., 10.07.2014 Банком и ООО «Север-Том» заключен  договор овердрафта на сумму до 375000,00 руб. В обеспечение исполнения  обязательства по возврату кредитов между банком и ФИО8 заключены  договоры поручительства.  

В соответствии с пунктами 1 и 8.13 кредитного договора № 

<

***> 1ptz  заемщик обязался в течение 60 дней представить банку в залог принадлежащее  ФИО8 - единственному участнику ООО «Север-Том» - нежилое  помещение, расположенное по адресу: 

<

...>.  Аналогичное условие со сроком исполнения 90 дней предусмотрено кредитным  соглашением № 

<

***> 2ptz. Указанные обязательства не были выполнены.  12.09.2014 ФИО8 продал казанное помещение ФИО4 по цене  2000000 руб. Денежные средства переданы покупателем продавцу.  

 23.12.2014 между ФИО8 и ФИО6 был заключен договор  купли-продажи нежилого помещения в 

<

...> по цене 900000 руб.  Денежные средства пошли на погашение кредитной задолженности по другому  обязательству, обеспеченному залогом указанного имущества, после чего он был  прекращен.  

Ссылаясь на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  заявитель просил признать сделки купли-продажи недействительными, возвратить в  конкурсную массу нежилое помещение по адресу г. Сегежа, ул. Мира, 32., взыскать с  Богдановой К.О. в пользу Субботина М.Ю. денежные средства в сумме 5946000 руб.  – рыночную стоимость приобретенного и впоследствии отчужденного нежилого  помещения в городе Петрозаводске.  

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости,  допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223  Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд первой инстанции  пришел к мотивированным выводам о неподтвержденности признаков  злоупотребления правом при заключении спорных сделок.  

Оснований для переоценки собранных доказательств апелляционный суд не  усматривает.  

Особенности оспаривания сделки гражданина - должника предусмотрены  положениями статьи 213.32 Закона о банкротстве, согласно которой заявление об  оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным  статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым  управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или  комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным  органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера  кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается,  и его заинтересованных лиц. Указанная статья применяется в редакции  Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей  несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города  федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации". В силу переходных положений,  предусмотренных названным законом, а именно, пункта 13 статьи 14 Федерального  закона N 154-ФЗ, абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32  Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к  совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся  индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные  до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны  недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора  (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32  Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).  

Таким образом сделки по отчуждению двух нежилых помещений правомерно  оценивались судом первой инстанции на предмет наличия/отсутствия  злоупотребления правом.  

Банк является кредитором по денежным обязательствам с суммой  требования 11256415,56 руб., что составляет более 10 % от реестровых требований  кредиторов и дает процессуальное право оспаривать сделки должника.  

Злоупотребление правом сторонами сделки Банк мотивирует неисполненным  обещанием ФИО8 – как руководителя заемщика - передать свои личные  нежилые помещения в залог АО «Райфайзенбанк».  

Вместе с тем, Банк является кредитной организацией, осуществляющей  деятельность на свой риск, согласно статье 2 ГК РФ. Предоставив юридическому  лицу, контролируемому Субботиным М.Ю. кредиты, Банк согласился на обещание  по дополнительному представлению залогов к уже данному обеспечению (как  имуществом Субботина М.Ю., так и его поручительством).  

Исходя из дат совершения сделок, действия ФИО8 по отчуждению  нежилых помещений, обремененных залогом в пользу других Банков, влекли  последствия, предусмотренные положениями статей 308.3, 431.2 ГК РФ об  ответственности стороны, не выполнившей обязанность/обещание, в виде убытков,  признание недействительным или незаключенным договора, в котором дано  заверение об обстоятельствах, согласно толкованию норм материального права в  абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54  "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об обязательствах и их исполнении".  

Как пояснил представитель подателя апелляционной жалобы, Банк заявил о  досрочном возврате кредитов основным заемщиком, что определило изменение  срока требования к ФИО8 как поручителю, против установленных в  договорах сроках, предполагавшихся в 2017 году, и впоследствии привело к  возбуждению дел о банкротстве.  

Вместе с тем при квалификации сделок по купле-продаже объектов  недвижимости необходимо было установить злоупотребление со стороны как  продавца, так и приобретателей. И подобные обстоятельства объективного  подтверждения в ходе рассмотрения обособленного спора в судах первой и  апелляционной инстанций не нашли.  

Исходя из пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное  с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное  исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта  злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие  умысла у обоих участников сделки их сознательное, целенаправленное поведение  на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и  очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели  совершения сделки. С целью квалификации спорной сделки в качестве  недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду  необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о  наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в  заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор  практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации"). При определении вреда имущественным правам  кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2  Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к  должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или  юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Вместе с тем, ссылаясь на нарушение своих прав, Банк не подтвердил, что  на момент продажи нежилого помещения в городе Петрозаводске и городе Сегеже  ФИО8 имел неисполненные обязательства перед ним (договорные сроки  

были отдаленными) и после продажи этих объектов у него не осталось другого  имущества.  

Наряду с этим у Банка не было и залогового обеспечения кредитов,  предоставленных юридическому лицу при автономии имущества общества и его  участника. Проданные помещения к тому же являлись обеспечением по  обязательствам перед другими Банками, и залоги были прекращены впоследствии.  

Проявляя требуемую оборотом осмотрительность, Банк мог и дожжен был  изменить последовательность действий по получению интересующего его  имущества в залог и выдаче кредита юридическому лицу; кроме того допускается  последующий залог, который Банком не рассмотрен как допустимое обеспечение, а  залоговое имущество могло отойти в счет погашения долгов залогодержателем.  

Суд первой инстанции мотивированно пришел к выводу, что доказательств,  свидетельствующих о том, что, заключая оспариваемые договоры купли-продажи  нежилых помещений, приобретатели действовали исключительно с целью  причинения вреда кредиторам должника, в обход закона с противоправной целью, а  также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права.  

Доказательств того, что у ФИО4 и ФИО6 имелись  сведения об объемах обязательств должника, в том числе о наличии у него  кредитных обязательств перед АО «Райффайзенбанк» или обещании передать  имущество ему в залог, судам первой и апелляционной инстанций не представлено.  Заинтересованности приобретателей по отношению к должнику либо  аффилированным с ним лицам не установлено.  

Рыночная стоимость – это цена, которую покупатель готов заплатить  продавцу в условиях равного свободного волеизъявления. Приобретатели по  спорным договорам занимаются предпринимательской деятельностью, в ходе  рассмотрения обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций  пояснили о формировании цены в процессе торга, и мотивах приобретения,  обусловленных их предпринимательскими, конкурентными интересами, что ни  порознь, ни вместе не создает элементов недопустимого по пункту 1 статьи 10 ГК  РФ субъективного поведения, ни нарушения прав и законных интересов других лиц,  не защищаемого в силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ. При этом подателем  апелляционной жалобы не подтверждено, что в определенное время и в  определенном месте определенные объекты недвижимости могли быть проданы по  ценам, отличным от согласованных ФИО8 в договорах от 23.10.2014 с  ФИО6 и от 12.09.2014 с ФИО4  

На покупателей, исполнивших денежные обязательства, не могут быть  возложены последствия распоряжения ФИО8 денежными средствами,  полученными от продажи нежилых помещений.  

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что обстоятельство  ценообразовании образует квалифицирующий признак недействительности сделки  по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но нормы главы III.1 Закона о  банкротстве к рассматриваемым договорам не подлежат применению. Тем не менее  суд первой инстанции проверил довод, приводимый Банком, связываемый с  определением стоимости отчуждения помещений.  

В материалах обособленного спора дела имеется определение о назначении  повторной экспертизы по настоящему делу от 02 мая 2017 года, в котором суд учел  доводы приобретателей о завышении цены, обусловленном выборе аналогов.  Оценщиком ООО «Карельский центр оценки» ФИО11 для сравнения было  взято несколько объявлений о продаже помещений без выяснения реализации по  заявленной цене. Кроме того представлены доказательства, того, что ООО  

«Карельский центр оценки» аккредитовано АО «Райффайзенбанк», что позволило  выразить сомнения в результате исследования.  

При проведении повторной экспертизы, проанализировав сведения о  проданных объектах и ценах продаж, отразив все необходимые сведения в  расчетах, эксперт ФИО12 установил стоимость квадратного метра для  соответствующих нежилых помещений и определил рыночную стоимость спорных  объектов. Судом первой инстанции заключение эксперта ФИО12 признано  соответствующим требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации как последовательное, содержащее мотивацию  выбора подходов и методов оценки рыночной стоимости.  

Не усмотрев в действиях приобретателей субъективного злоупотребления  правом при приобретении имущества ФИО8, а также объективной  стороны недействительности сделок, заключенных на определенных ценовых  условиях, которые незначительно отклоняются от определённой экспертом  абстрактной рыночной стоимости нежилых помещений, суд первой инстанции  принял мотивированный судебный акт, оснований для отмены которого по доводам  апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного  процессуального кодекса РФ апелляционный суд не усматривает.  

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 п. 1, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 24.08.2017 оставить  без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий Л.С. Копылова  

Судьи И.Г. Медведева  

 И.Ю. Тойвонен