ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А64-3667/2015

г. Воронеж

09 ноября 2017 года

Резолютивная часть определения объявлена 30 октября 2017 года

Полный текст определения изготовлен 09 ноября 2017 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьиМаховой Е.В.,

судейКолянчиковой Л.А.,           

Серегиной Л.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО2; ФИО3, представитель по доверенности № 68 АА 0791191 от 31.05.2016;

от ФИО4: ФИО2, представитель по доверенности 50 АА 8736798 от 22.09.2016; ФИО3, представитель по доверенности 50 АА 8736798 от 22.09.2016;

от ООО «Электрон-1»: ФИО5, представитель по доверенности б/н от 27.12.2016;

от ООО «Электрон-2»: ФИО5, представитель по доверенности б/н от 27.12.2016; 

от ФИО6: ФИО7, представитель по доверенности № 68 АА 0634335 от 10.02.2015; 

от ФИО8: ФИО7, представитель по доверенности № 68 АА 0767239 от 25.02.2016; 

от ФИО9: ФИО7, представитель по доверенности № 68 АА 0789159 от 24.05.2016; 

от ООО «Тамбов Повар 5»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

от ООО «Тамбов Повар 6»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела;

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел в суде первой инстанции, исковое заявление ФИО2, а также заявление третьего лица ФИО4, заявляющей самостоятельные требования относительно предмета спора, к обществу с ограниченной ответственностью «Электрон-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Электрон-2» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Тамбов Повар 5» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Тамбов      Повар 6» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по делу № А64-3667/2015, при участии третьих лиц: ФИО6, ФИО8, ФИО9, о признании недействительным договора,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Тамбовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Электрон-1» (далее - ООО «Электрон-1», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Электрон-2» (далее - ООО «Электрон-2», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Тамбов Повар 5» (далее - ООО «Тамбов Повар 5», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Тамбов Повар 6» (далее - ООО «Тамбов Повар 6», ответчик) о признании недействительным договора аренды недвижимого имущества - нежилого помещения от 15.07.2014, заключенного между ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» с одной стороны и ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар 6» с другой стороны.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6 (далее - ФИО6, третье лицо), ФИО8 (далее - ФИО8, третье лицо), ФИО9 (далее - ФИО9, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 16.05.2016      (с учетом определения об исправлении опечатки от 19.05.2016) в удовлетворении заявленного иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ФИО2 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит указанное решение суда от 16.05.2016 отменить. 

Определением от 31.10.2016 Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом РФ для рассмотрения дел в суде первой инстанции. Этим же определением отказано в удовлетворении ходатайства ФИО2 о процессуальной замене истца по делу - ФИО2 на правопреемника ФИО4, ФИО4 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований.

Определением апелляционного суда от 21.11.2016 ФИО4 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Разбирательство дела судом апелляционной инстанции неоднократно откладывалось в целях обеспечения возможности реализации участвующими в деле лицами прав на представление доказательств, ознакомление с доказательствами. Производство по делу приостанавливалось в связи с назначением повторной судебной экспертизы.

В судебное заседание апелляционной инстанции от 23.10.2017               (с учетом объявленного перерыва до 30.10.2017) представители                              ООО «Тамбов Повар 5» и ООО «Тамбов Повар 6» не явились.

Учитывая наличие доказательств надлежащего извещения указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства дело рассматривалось в отсутствие их представителей в порядке ст.ст. 123, 156, 266 АПК РФ, п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации».

В судебном заседании апелляционной инстанции 23.10.2017 ФИО2 и его представитель ФИО3, представляющие также интересы ФИО4, поддержали заявленные требования.

Представители ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2», ФИО6, ФИО8 и ФИО9 возражали против удовлетворения заявленных требований.

Протокольным определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2017 отказано в удовлетворении поступившего после перерыва заявления ФИО3, представляющей интересы ФИО2 и ФИО4, об отложении судебного заседания. В качестве оснований для отложения судебного разбирательства дела представитель ФИО3 указала, что у ФИО4 и ФИО2 отсутствует реальная возможность присутствовать в судебном заседании, а сама ФИО3 занята в качестве представителя по ряду других дел, кроме того, согласно картотеке арбитражных дел в дело 26.10.2017 поступили дополнения, с которыми представитель ФИО3 не знакома. В связи с чем представитель ФИО3 просит ознакомить её с данными дополнениями путем направления документов в адрес адвоката ФИО3

Основания для отложения судебного разбирательства предусмотрены ст. 158 АПК РФ, в соответствии с частью 4 которой суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Частью 5 указанной статьи также предусмотрено право суда отложить судебное разбирательство, если суд признает, что дело не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле.

Таким образом, отложение судебного разбирательства во всех случаях является правом суда.

При рассмотрении заявления ФИО3 об отложении судебного заседания судебной коллегией учтено следующее. Просьба об отложении судебного разбирательства содержится в заявлении представителя, а не лица участвующего в деле (ч. 4 ст. 158 АПК РФ). ФИО2 и ФИО4 об отложении судебного заседания в связи с занятостью представителя не просили. При объявлении перерыва в судебном заседании от 23.10.2017 ФИО2 и его представитель ФИО3 не обращались к суду с ходатайствами об объявлении перерыва на другой день, об отложении судебного заседания в связи с невозможностью явки ФИО2 или ФИО3 в судебное заседание после перерыва. ФИО2 имеет юридическое образование, сам является адвокатом (в подтверждение личности неоднократно представлял удостоверение адвоката, что отражено в протоколах судебных заседаний), мог лично обеспечить представление своих интересов и интересов ФИО4, однако об отложении разбирательства дела не просил, «отсутствие реальной возможности» явиться в судебное заседание не подтвердил. Судебной коллегией также принято во внимание, что заявление представителя ФИО3 не мотивировано необходимостью представления ФИО2 или ФИО4 каких-либо дополнительных доказательств, кроме того дело рассматривается длительный срок и необоснованное отложение судебного разбирательства приведет к затягиванию разрешения спора.

Что касается поступившего дополнения от 26.10.2017, на которое указала в заявлении представитель ФИО3, то ФИО2 и ФИО3 знакомы с содержанием данного дополнения. В частности, в судебном заседании от 23.10.2017 до перерыва, в котором участвовали  и ФИО2, и ФИО3, была допрошена эксперт ФИО10 Экспертом были даны подробные пояснения по вопросам суда и участвующих в деле лиц, в том числе по вопросу о причине отказа эксперта от осмотра объекта исследования. Поступившее в суд апелляционной инстанции дополнение к заключению эксперта от 26.10.2017 на ½ страницы печатного текста касается одного вопроса о причине отказа эксперта от осмотра объекта исследования, является повторением устно озвученного экспертом ФИО10 ответа на вопрос суда и не содержит сведений, не известных истцам и их представителю.

Протокольным определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2017 отказано в удовлетворении еще одного ходатайства ФИО2 и ФИО4 о назначении повторной судебной экспертизы в связи с отсутствием предусмотренных ч. 2 ст. 87 АПК РФ оснований для его удовлетворения.

Изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, заслушав пояснения ФИО11 и представителя ФИО3, представителя ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» ФИО5, представителя третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, судебная коллегия считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене. При этом исковые требования ФИО11, а также самостоятельные требования ФИО4 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 15.07.2014 между ООО «Электрон-1» (арендодатель 1), ООО «Электрон-2» (арендодатель 2) и ООО «Тамбов Повар 5» (арендатор 1), ООО «Тамбов Повар-6» (арендатор 2) был заключен договор аренды нежилого помещения (далее - договор аренды от 15.07.2014), в соответствии с условиями которого (п. 1.1) арендодатели передают арендаторам во временное владение и пользование нежилое помещение, назначение: нежилое, этаж: подвал, 1, общей площадью 741,2 кв.м., адрес (местоположение): 

<

...>/ Интернациональная, д. 143/22, № 1, кадастровый (или условный) номер: 68-68-01/013/2010-947 (далее - имущество), для использования с целью осуществления уставных видов деятельности.

Имущество принадлежит арендодателям на праве собственности:

- арендодателю 1 принадлежит 31/100 долей в праве общей долевой собственности на имущество на основании договора купли-продажи и залога № 325-11 от 28.12.2011, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 68-АБ 424299 от 17.01.2012, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 16.01.2012 сделана запись № 68-68-01/013/2012-005,

- арендодателю 2 принадлежат 69/100 долей в праве общей долевой собственности на имущество на основании договора купли-продажи и залога № 325-11 от 28.12.2011, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 68-АБ 424300 от 17.01.2012, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 16.01.2012 сделана запись № 68-68-01/013/2012-005.

В п. 1.2 договора аренды указано, что настоящий договор имеет силу акта приема-передачи. Арендодатели передали, а арендаторы приняли имущество. Претензий по переданному имуществу стороны не имеют.

Согласно п.п. 3.1-3.1.2 договора аренды размер арендной платы по договору составляет 370 600 руб. в месяц, из расчета 500 руб. за 1 кв.м., из них: денежная сумма в размере 114 900 руб. в месяц уплачивается арендатором 1; денежная сумма в размере 255 700 руб. в месяц уплачивается арендатором 2. Размер арендной платы остается неизменным на весь период действия настоящего договора.

Срок действия договора составляет 20 лет (п. 4.2 договора аренды).

ФИО2 на момент заключения указанного договора аренды являлся участником ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» с размером долей в уставном капитале данных обществ, равным 60% (каждая доля), что подтверждается представленными в материалы дела сведениями ЕГРЮЛ, и не оспаривается участвующими в деле лицами.

Ссылаясь на то обстоятельство, что заключенный между                                ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» с одной стороны и ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар-6» с другой стороны договор аренды нежилого помещения от 15.07.2014 является крупной сделкой (ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью») и одновременно сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность (ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»), однако общими собраниями участников                            ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» не принималось решений об одобрении данного договора, ФИО2 обратился в арбитражный суд с настоящим иском. 

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленного иска, арбитражный суд области пришел к выводу об отсутствии у                            ФИО2 охраняемого законом интереса, подлежащего судебной защите с использованием способов, установленных корпоративным законодательством, так как на момент рассмотрения настоящего спора и принятия судом обжалуемого решения истец утратил статус участника ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» в связи с отчуждением своих долей ФИО4 

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав, одним из которых является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 5 ст. 45, п. 5 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» требований к ней, а также крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» требований к ней, могут быть признаны недействительной по иску общества или его участника.

При этом в случае, если крупная сделка одновременно является сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, к порядку одобрения такой крупной сделки применяются положения ст. 45 Федерального закона Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», за исключением случая, если в совершении сделки заинтересованы все участники общества (п. 8 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В соответствии с п. 2 ст. 12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли третьим лицам с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

Доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов. К приобретателю доли или части доли в уставном капитале общества переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение указанной доли или части доли в уставном капитале общества, или до возникновения иного основания ее перехода, за исключением прав и обязанностей, предусмотренных соответственно абзацем вторым пункта 2 статьи 8 и абзацем вторым пункта 2 статьи 9 настоящего Федерального закона. После нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска в арбитражный суд (п. 12                  ст. 12 Федерального закона Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» - в редакции, действовавшей до 29.12.2015).

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в подп. 1 п. 11 Постановления от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснил, что не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что истец на момент совершения сделки не был участником общества, так как участник, оспаривающий сделку общества, действует в интересах общества (ст. 225.8 АПК РФ).

Таким образом, исходя из буквального содержания указанных разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ, новый участник хозяйственного общества вправе оспаривать сделки, в том числе совершенные обществом до приобретения им статуса участника соответствующего общества.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемого договора аренды нежилого помещения от 15.07.2014 участниками ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» являлись                       ФИО6 с размером каждой доли, равным 40% уставного капитала данных обществ, и ФИО2 с размером каждой доли, равным 60% уставного капитала данных обществ.

Впоследствии, после принятия арбитражным судом рассматриваемого искового заявления к своему производству и до вынесения обжалуемого решения по настоящему делу, ФИО2 произвел отчуждение принадлежащих ему долей в уставных капиталах ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» ФИО4, что подтверждается представленной в материалы дела копией нотариально удостоверенного договора дарения доли в уставном капитале ООО «Электрон-2» от 18.12.2015, информационными выписками из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», сформированными по состоянию на 10.05.2016, а также установлено Девятнадцатым арбитражным апелляционным судом при рассмотрении дела № А64-6562/2014 (определение суда от 08.02.2016) и дела № А64-6563/2014 (постановление суда от 16.02.2016).

Судом первой инстанции было отказано в удовлетворении заявления ФИО4 от 11.05.2016 о вступлении в настоящее дело                       № А64-3667/2015 в качестве соистца (определение суда от                     13.05.2015), а также в удовлетворении ходатайства истца о привлечении ФИО4 к участию в деле в качестве третьего лица (протокольное определение от 11.05.2016).

В апелляционной жалобе ФИО2 ссылался на обстоятельство непривлечения арбитражным судом области к участию в деле ФИО4, как нового собственника долей в уставном капитале ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», имеющего законный интерес в защите своих корпоративных прав. 

Поскольку в удовлетворении иска ФИО2 судом первой инстанции отказано только по снованиям утраты им статуса участника ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», а новый участник данных обществ ФИО4 не была привлечена судом области к участию в деле, судебная коллегия пришла к выводу, что решение Арбитражного суда Тамбовской области от 16.05.2016 по настоящему делу затрагивает права и законные интересы ФИО4

Согласно п. 4 ч. 4 ст. 270 АПК РФ принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае.

По указанным основаниям, поскольку в рассматриваемом случае при принятии решения по настоящему делу суд первой инстанции нарушил требования п. 4 ч. 4 ст. 270 АПК РФ, судебной коллегией вынесено определение о переходе к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом РФ для рассмотрения дел в суде первой инстанции.

При рассмотрении спора в суде апелляционной инстанции ФИО2 неоднократно уточнял основания заявленных исковых требований, просит признать договор аренды от 15.07.2014 недействительным по тем основаниям, что договор является крупной сделкой и сделкой с заинтересованностью, заключен директором ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» без одобрения общего собрания участников ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», также договор аренды от 15.07.2014 заключен при злоупотреблении правом, является мнимой сделкой и подписан неуполномоченным лицом.

ФИО4 вступила в дело с самостоятельными требованиями, просит (с учетом уточнений исковых требований) признать договор аренды от 15.07.2014 незаключенным и недействительным по тем основаниям, что договор является кабальной сделкой, крупной сделкой, заключен при злоупотреблении правом и подписан неуполномоченным лицом.

В силу ч. 2 ст. 50 АПК РФ третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, пользуются правами и несут обязанности истца.

Ответчики и третьи лица возражали против удовлетворения заявленных требований, ссылались на сложную экономическую ситуацию в обществе на момент заключения договора аренды, поскольку ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» с 2008 года имели несколько судебных споров с администрацией г. Тамбова по поводу аренды и выкупа спорных нежилых помещений и одновременно производили реконструкцию и ремонт помещений, к июлю 2009 года затраты ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» на реконструкцию и ремонт составляли около 20 000 000 руб., общества были вынуждены привлекать заемные средства, в период с декабря 2009 года по июль были проведены три проверки арендуемых помещений по вопросу соблюдения пожарной безопасности, решением Ленинского районного суда от 04.03.2010 деятельность обществ была приостановлена на 90 суток, в июле 2010 года деятельность приостановлена еще на 90 суток, 25.08.2010 ОАО «Квадра-Восточная региональная генерация» было принято решение демонтировать и затампонировать канализацию, которая обеспечивала деятельность общества. 28.12.2011 Комитет по управлению имуществом Тамбовской области во исполнение решений арбитражного суда по делу № А64-3973/2010 и по делу № А64-6326/2009 продал помещения ООО «Электрон-1» за 1 997 264 руб. и ООО «Электрон-2» за 2 363 411 руб. в общую долевую собственность с рассрочкой оплаты на пять лет. Решениями арбитражного суда по делам № А64-3254/2013, № А64-5423/2013, № А64-7208/2014 установлено, что в период с сентября 2010 года по июль 2014 года ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» не могли использовать помещения, расположенные по адресу: 

<

...>/Интернациональная, д. 143/22, № 1. По состоянию на дату заключения договора аренды от 15.07.2014 у ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» не было достаточных денежных средств, чтобы оплачивать договор купли-продажи от 28.12.2011, чтобы закончить проведение капитального ремонта, чтобы приобрести торговое и иное оборудование, необходимое для осуществления самостоятельной деятельности ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2». На дату 15.07.2014 у ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» не было иных работников, кроме генерального директора ФИО9

Таким образом, по мнению ответчиков ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», а также третьих лиц ФИО6, ФИО8 и ФИО9, заключение договора аренды от 15.07.2014 было способом предотвращения еще больших убытков для общества. Кроме того, по мнению указанных лиц, сделка не является убыточной для обществ, напротив, гарантирует получение стабильного дохода.

Что касается ФИО2, то, как указывают в отзывах и пояснениях третьи лица, истец является «номинальным» владельцем долей ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», в хозяйственной деятельности обществ ФИО2 участия не принимал, денежные средства на развитие ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» не затрачивал.

В ходе разбирательства дела ответчики ООО «Тамбов Повар 5» и ООО «Тамбов Повар 6» обратились с письменным заявлением о применении срока исковой давности к самостоятельным требованиям ФИО4 о признании договора аренды от 15.07.2014 недействительным как крупной сделки.

Согласно п. 1 ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действующей на момент заключения сделки) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

В ходе судебного разбирательства дела ФИО2 не было представлено доказательств того обстоятельства, что договор аренды от 15.07.2014 был заключен при наличии лиц, которых можно было бы отнести к категории заинтересованных в соответствии со ст. 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Таким образом, вышеуказанный договор не является сделкой с заинтересованностью.

Согласно п. 1 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в редакции, действующей на момент заключения сделки) крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также сделки, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества (п. 3 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Согласно п. 2 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» для целей настоящей статьи стоимость отчуждаемого обществом в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого обществом имущества - на основании цены предложения.

Согласно пп. 5 п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» договор, предусматривающий обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование, может быть признан судом крупной сделкой при наличии совокупности следующих условий: стоимость передаваемого во временное владение и пользование имущества составляет более 25 процентов стоимости имущества общества; данное имущество используется обществом в его основной производственной деятельности; в результате заключения договора общество на длительный срок (например, более пяти лет) лишается возможности пользования этим имуществом (п. 1 ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Как установлено судом, оспариваемая истцами сделка является для ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» крупной. В частности, исходя из справок о балансовой стоимости 31/100 долей ООО «Электрон-1» и 69/100 долей ООО «Электрон-2» нежилого помещения, назначение: нежилое, этаж: подвал, 1, общей площадью 741,2 кв.м., адрес (местоположение): 

<

...>/ Интернациональная, д. 143/22, № 1, кадастровый (или условный) номер: 68-68-01/013/2010-947, бухгалтерских балансов ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» по состоянию на последнюю отчетную дату перед заключением сделки на 30.06.2014 (л.д. 41-47 т. 3), стоимость передаваемого во временное владение и пользование имущества составляет более 25 процентов стоимости имущества обществ ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2»: балансовая стоимость 31/100 долей ООО «Электрон-1» в размере 2 117 249 руб. 55 коп. превышает 797 000 руб. (3 188 000 руб. активы : 100% х 25%); балансовая стоимость 69/100 долей ООО «Электрон-2» в размере 2 412 528 руб. 43 коп. превышает 2 245 250 руб. (8 981 000 руб. активы : 100% х 25%).

Обстоятельство отсутствия решения общего собрания ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» ответчиками и третьими лицами не оспаривается. 

В п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки;

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

При этом судам также следует учитывать, что если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения контрагентом или самим обществом возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Крупная сделка, заключенная от имени общества директором с нарушением требований, предусмотренных статьей 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, является оспоримой.

Поэтому само по себе отсутствие надлежащего решения компетентного органа управления обществом об одобрении крупной сделки не является достаточным основанием для признания ее судом недействительной.

Соответствующий иск может быть удовлетворен в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для общества и истца как его участника, что привело к нарушению прав и охраняемых законом интересов последнего, и целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

Оценив представленные по делу доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что оспариваемый ФИО2 и ФИО4 договор аренды от 15.07.2014 на момент его совершения являлся способом предотвращения еще больших убытков для общества, учитывая экономическую ситуацию, в которой оказались общества в течение длительного времени до заключения договора, связанную с неиспользованием ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» помещений в связи с капитальным ремонтом и реконструкцией и отсутствием достаточных денежных средств у ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» на указанные цели, а также на приобретение нового оборудования и оформление интерьера кафе.

В частности, данные обстоятельства подтверждаются пояснениями ответчиков и третьих лиц, бухгалтерскими документами ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» за 2013, 2014 годы, свидетельствующими об отсутствии прибыли и наличии значительной задолженности ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» по заемным обязательствам; четырехсторонним соглашением от 14.05.2012 о реконструкции спорных нежилых помещений, заключенным между ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2», ОАО «Жилстрой» и Казенным предприятием Тамбовской области «Дирекция капитального строительства» с приложенными к нему фотоматериалами; договорами подряда на выполнение проектных работ   № 35/12 от 06.07.2012 и № 36/12 от 06.07.2012, соглашением от 24.11.2015 и актом приемки выполненных работ от 24.11.2015; банковскими выписками по счетам ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» за 2011-2014 годы.

Кроме того, судебная коллегия приходит к выводу, что предоставление, получаемое ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» по сделке, является равноценным переданному во временное пользование ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар-6» имуществу. При этом суд учитывает, что недвижимое имущество не выбыло из собственности ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» и находится у них в активе. Арендная плата вносится арендаторами своевременно и надлежащим образом, что не оспаривается истцами. Исходя из установленного в договоре размера арендной платы, ООО «Электрон-1» за 20 лет получит плату 27 576 000 руб. (114 900 руб. х 240 месяцев), ООО «Электрон-2» - 61 368 000 руб. (255 700 руб. х 240 месяцев).

Доказательств того обстоятельства, что доход от работы кафе в указанных помещениях ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» составлял бы большую сумму, нежели, чем ежемесячная арендная плата, ФИО2 и ФИО4 суду не представлено.

Доводы истцов о заниженной стоимости ежемесячной арендной платы и в этой связи убыточности для ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» оспариваемой сделки, отклоняются судебной коллегией.

В ходе разбирательства дела судом первой инстанции по ходатайству ФИО2 была назначена и проведена судебная экспертиза по вопросу определения рыночной стоимости арендной платы за 1 кв.м./мес. нежилого помещения: назначение - нежилое, этаж - подвал, 1, общей площадью 741,2 кв.м., находящегося в двухэтажном кирпичном здании, расположенного по адресу: 

<

...>, по состоянию на 15.07.2014.

Согласно заключению эксперта ООО «Антекс» ФИО12    № 45-2016 от 29.03.2016 величина арендной платы за 1 кв.м./мес. указанного нежилого помещения на 15.07.2014 составила 633 руб. 11 коп. То есть в пересчете на 741,2 кв.м. – 469 261 руб. 13 коп.

По ходатайству ФИО4 судом апелляционной инстанции была назначена повторная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФБУ Воронежского регионального центра судебной экспертизы  МЮ РФ ФИО10 Согласно заключению эксперта ФИО10 № 5349/6-3 от 20.07.2017 величина арендной платы спорного нежилого помещения на 15.07.2014 составила 481 936 руб. (соответственно за 1 кв.м./мес. – 650 руб. 21 коп.).

Судебной коллегией не установлено оснований для удовлетворения ходатайства ФИО2 и ФИО4 о назначении еще одной повторной экспертизы.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 АПК РФ повторная экспертиза назначается в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В данном случае недостатков в экспертном заключении ФИО10 № 5349/6-3 от 20.07.2017, сомнений в правильности и объективности содержащихся в нем выводов, а также наличия противоречий, которые могли бы послужить основанием для назначения повторной экспертизы, судом не установлено, в заключении имеется ответ на поставленный судом вопрос, экспертное заключение является ясными и полными, противоречивых выводов не содержит. 

Несогласие же истцов с выводами судебной экспертизы не может являться основанием для проведения повторной судебной экспертизы.

Эксперт ФИО10 была допрошена в судебном заседании апелляционной инстанции, подтвердила выводы заключения № 5349/6-3 от 20.07.2017, ответила на поставленные судом и сторонами вопросы. В пояснениях, оформленных, в том числе в письменном виде, эксперт указала, что при составлении заключения были допущены технические опечатки при указании даты начала и окончания производства экспертизы (вместо 2017 года указан 2016 год), ошибочно указано на анализ недвижимости г. Воронеж, в то время как производился анализ недвижимости в г. Тамбове. Данные опечатки на выводы эксперта не повлияли.

В связи с возражениями ФИО2 и ФИО4 относительно того, что эксперт не осматривала помещения, ФИО10 пояснила, что осмотр не проводился, поскольку стоимость арендной платы определялась на ретроспективную дату - 15.07.2014, что допускается Методическими рекомендациями по проведению стоимостных и преобразовательных исследований при производстве судебных строительно-технических экспертиз: «Решение экспертных вопросов, связанных с определением рыночной стоимости строительных объектов и земельных участков, функционально связанных с ними» под общей редакцией доктора юридических наук ФИО13, ФБУ ВРФЦСЭ при Минюсте России.

В абзаце втором п. 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» указано, что о наличии явного ущерба для общества свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента. При этом другая сторона должна знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было очевидно для любого обычного контрагента в момент заключения сделки.

Таких доказательств истцами суду не представлено.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лица, управомоченного по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В силу п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что ответчик употребил свое право исключительно во вред другому лицу.

То обстоятельство, что стоимость аренды установлена сторонами в размере 370 600 руб. в месяц, что меньше на 111 336 руб. (481 936 руб.- 370 600 руб.) стоимости аренды, определенной в заключении эксперта ФБУ ВРФЦСЭ при Минюсте России ФИО10 № 5349/6-3 от 20.07.2017, само по себе не свидетельствует об убыточности сделки для ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» и наличии явного ущерба.

В частности, размер арендной платы в сумме 370 600 руб. не ниже в два и более раза относительно стоимости аренды, установленной экспертом.

Кроме того, истцами не представлены доказательства того, что спорное имущество реально могло быть передано в аренду иному лицу по более высокой цене, учитывая, что стоимость ежемесячной арендной платы как в сумме 370 600 руб., так и в сумме 481 936 руб. для г. Тамбова является высокой, о чем указывали ответчики, третьи лица, и не отрицали истцы, а также, по сути, косвенно подтвердила эксперт ФИО10, пояснившая, что сложно было найти в г. Тамбове объекты – аналоги.

09.01.2017 между ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» и ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар-6» было заключено дополнительное соглашение к договору аренды от 15.07.2014, которым     п. 3.1 договора изложен в новой редакции, предусматривающей возможность перерасчета арендной платы путем ее индексации с учетом инфляции, и действие договора в новой редакции распространено на правоотношения с 15.07.2014. Также стороны указали, что при заключении договора размер арендной платы определяется сторонами, исходя из принятого на себя обязательства арендаторами по проведению части работ капитального ремонта: проведение в полном объеме отделочных работ (отделка полов (кафель), потолков (подвесные потолки, отделка деревом), стен (штукатурка, покраска, кафель, отделка деревом); оборудование освещения (проводка, светильники); оборудование пожарной и охранной сигнализаций; проведение спутникового телевидения; оборудование вентиляции (приобретение и установка оборудования); приобретение и установка сантехники, которые по окончании срока действия договора арендодателями арендаторам не компенсируются, за исключением досрочного прекращения срока действия договора. 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности ФИО2 и ФИО4 наличия явного ущерба для ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» в связи с заключением договора аренды от 15.07.2014, заведомо невыгодных условий договора, направленности и согласованности действий сторон сделки на причинение вреда ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2», а также о недоказанности нарушения сделкой прав или охраняемых законом интересов обществ или их участников.

Оснований для признания договора аренды от 15.07.2014 недействительной сделкой в порядке ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также в порядке ст.ст. 10, 168 ГК РФ не имеется.

ФИО2 также просил признать оспариваемую сделку недействительной как мнимую сделку.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из материалов дела следует, что во исполнение договора аренды спорного недвижимого имущества от 15.07.2014 имущество фактически передано ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар-6», используется арендаторами, за что ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» ежемесячно получают арендную плату.

В ходе разбирательства дела ФИО2 не представлено надлежащих доказательств, с достоверностью подтверждающих отсутствие у ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» и ООО «Тамбов Повар 5», ООО «Тамбов Повар-6» намерения на создание между ним правоотношений по аренде имущества в рамках договора от 15.07.2014.

ФИО2 и ФИО4 также ссылаются на недействительность договора аренды от 15.07.2014 по тем основаниям, что он был подписан неуполномоченным лицом – директором ФИО9, который не избирался на общих собраниях ООО «Электрон-1», ООО «Электрон-2» его участниками и юридически не обрел полномочий выступать от имени указанных юридических лиц. По этим же основаниям, по мнению ФИО4, договор аренды от 15.07.2014 является незаключенным.

Судебной коллегией установлено, что полномочия ФИО9 подтверждаются решениями общего собрания ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» от 12.12.2013, оформленными соответствующими протоколами от 12.12.2013, подписанными обоими участниками обществ ФИО2 и ФИО6 В протоколах указано, что решения об избрании ФИО9 директором ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» приняты участниками единогласно.

В ЕГРЮЛ в установленном порядке 23.12.2013 внесены регистрационные записи ГРН 2136829118270 и ГРН 2136829118281 о ФИО9 как о единоличном исполнительном органе ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2».

В рамках арбитражных дел № А64-6562/2014 и № А64-6563/2014 ФИО2 оспаривал решения общих собраний ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» от 12.12.2013 об избрании ФИО9 директором ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2». Однако от исковых требований ФИО2 отказался, производство по указанным делам судом было прекращено.

Таким образом, соответствующие решения общего собрания ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» от 12.12.2013 ФИО2 и ФИО4 не опровергнуты (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Оснований полагать, что у ФИО9 отсутствовали полномочия на подписание договора аренды от 15.07.2014, у судебной коллегии не имеется.

В заявлении с самостоятельными требованиями ФИО4 указывает, что договор аренды от 15.07.2014 является кабальной сделкой.

В соответствии с п. 3 ст. 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом, во-первых, на крайне невыгодных для него условиях, во-вторых, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Оценив условия оспариваемой сделки и обстоятельства ее совершения по правилам ст. 71 АПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что стороны договора не были связаны обязанностью заключить его, рассматриваемый договор заключен по обоюдной воле сторон, условия договора аренды от 15.07.2014 для ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» не являются крайне невыгодными.

Из материалов дела не следует, что при заключении оспариваемого договора ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2» были поставлены в положение, затрудняющее согласование иного содержания условий договора (оказались «слабой» стороной).

Таким образом, оснований для удовлетворения требований ФИО4 о признании договора аренды от 15.07.2014 кабальной сделкой не имеется.

При разрешении заявленного спора судебная коллегия также учитывает следующее.

В соответствии со ст. 4 АПК РФ любое заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих прав и законных интересов.

Истец должен обосновать наличие у него материально-правовой заинтересованности в деле и указать, на защиту каких именно его субъективных прав и законных интересов направлены исковые требования, какие права истца могли бы быть защищены (восстановлены) в случае удовлетворения иска.

ФИО2 не является стороной договора аренды от 15.07.2014, не является участником ООО «Электрон-1» и ООО «Электрон-2».

В ходе судебного разбирательства дела ФИО2 не представил доказательств наличия у него материально-правового интереса в признании оспариваемой сделки недействительной и не обосновал, каким образом нарушенные права будут восстановлены в случае реализации избранного им способа защиты права, в связи с чем ФИО2 не является лицом, заинтересованным в признании договора аренды от 15.07.2014 недействительным, требование ненадлежащего истца в данном случае не подлежит судебной защите.

Рассмотрев заявление ответчиков ООО «Тамбов Повар 5» и ООО «Тамбов Повар 6» о применении срока исковой давности к самостоятельным требованиям ФИО4 о признании договора аренды от 15.07.2014 недействительным как крупной сделки, судебная коллегия считает его обоснованным, исходя из следующего.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 179 ГК РФ).

В силу п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. 

Срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном             ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права. 

Из п. 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» следует, что участник, оспаривающий сделку общества, действует в его интересах (ст. 225.8 АПК РФ), в связи с чем не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что истец на момент совершения сделки не был участником общества. Между тем, течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно к ст. 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества.

В данном случае правопредшественником ФИО4 является ФИО2

Исходя из искового заявления ФИО2 по настоящему делу, о договоре аренды от 15.07.2014 он узнал в связи с разбирательством дел     № А64-6562/2014 и № А64-6563/2014. 

В частности, из определения Арбитражного суда Тамбовской области от 25.02.2015 по делу № А64-6563/2014, размещенном в свободном доступе в сети Интернет, следует, что ФИО2 заявлял ходатайство об истребовании от ООО «Электрон-1» договора аренды от 15.07.2014, то есть знал о заключении оспариваемой сделки.

Из определения Арбитражного суда Тамбовской области от 11.03.2015 по другому делу - № А64-6562/2014 следует, что ФИО2 в судебном заседании просил суд обязать ООО «Электрон-2» представить договор аренды нежилого помещения от 15.07.2014, заключенный с ООО «Тамбов Повар 6» и ООО «Тамбов Повар 5» сроком на 20 лет, зарегистрированный 15.08.2014 под № 68-68-01/285/2014-379 в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тамбовской области. Указанное ходатайство судом удовлетворено.

Таким образом, по состоянию на 11.03.2015 ФИО2 знал о заключенном договоре аренды от 15.07.2014, а также о том, что он не участвовал в общем собрании участников по его одобрению.

Поскольку при рассмотрении дела № А64-6562/2014 по состоянию на 11.03.2015 ФИО2 знал все реквизиты и номер регистрации договора, указав их в своем ходатайстве, а также действуя разумно, уже до 11.03.2015 ФИО2 мог получить необходимую информацию о договоре в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тамбовской области.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что срок исковой давности для правопредшественника ФИО4 ФИО2 следует исчислять не позднее даты 11.03.2015.

Из материалов настоящего дела следует, что первоначально с заявлением об оспаривании договора аренды от 15.07.2014 и о вступлении в дело с самостоятельными требованиями ФИО4 обратилась 11.05.2016 (л.д. 114-115 т. 5), то есть с пропуском срока исковой давности (11.03.2016).

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (абзац второй п. 2      ст. 199 ГК РФ).

Доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, являющихся основанием для приостановления, перерыва течения срока исковой давности или его восстановления, ФИО4 в материалы дела не представлено.

Исходя из изложенного, исковые требования ФИО4 о признании договора аренды от 15.07.2014 недействительным как крупной сделки не подлежат удовлетворению также по основаниям пропуска срока исковой давности.

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО2, а также об отказе в удовлетворении самостоятельных требований ФИО4 в полном объеме.

В силу ст. 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ с учетом результатов рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции государственная пошлина по иску и по апелляционной жалобе относится на истца, государственная пошлина за рассмотрение заявления ФИО4 с самостоятельными требованиями относительно предмета спора относится на ФИО4 Судебные издержки, понесенные ФИО2 и ФИО4 в связи с назначением судебных экспертиз, также относятся на указанных лиц.

Денежные средства, внесенные ФИО2 и ФИО4 на депозитный счет Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда, подлежат перечислению экспертам на основании отдельно вынесенного определения. Денежные средства, перечисленные в излишней сумме, подлежат возврату сторонам по заявлению с указанием необходимых реквизитов.

Руководствуясь ст.ст. 269, 271 АПК РФ, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Тамбовской области от 16.05.2016               по делу № А64-3667/2015 отменить.

В удовлетворении исковых требований ФИО2, а также в удовлетворении самостоятельных требований ФИО4 отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно ч. 1 ст. 275 АПК РФ.

Председательствующий  судья   Е.В. Маховая 

Судьи              Л.А. Серегина 

 

                                                                                    ФИО14