﻿725/2019-44746(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А77-962/2017

г. Краснодар

21 октября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2019 г.  Постановление в полном объеме изготовлено 21 октября 2019 г.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Гиданкиной А.В., судей Герасименко А.Н. и Илюшникова С.М., при участии в судебном  заседании участии от должника – Хорошиловой Т.Д. – Ахмылова А.Л. (доверенность  от 08.08.2017, удостоверение адвоката), конкурсного кредитора – Ремезова А.Н. (паспорт),  от общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «БФГ-Кредит» в лице  конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию  вкладов» – Белявцева В.Е. (доверенность от 10.04.2018), в отсутствие иных участвующих  в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе  путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в  информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную  жалобу общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «БФГ-Кредит» в  лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по  страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Чеченской Республики  от 26.06.2019 по делу № А77-962/2017, установил следующее.  

Решением Арбитражного суда Чеченской Республики от 01.02.2018  Хорошилова Т.Д. признана несостоятельным (банкротом), в отношении ее открыта  процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден  Федоров И.В. Требования Ремезова А.Н. включены в реестр требований кредиторов  должника в размере 14 046 млн рублей основного долга, 7 584 840 тыс. рублей процентов  за пользование займом и 7 441 008 960 рублей неустойки, а также 60 тыс. рублей  судебных расходов по уплате государственной пошлины.  

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы  в ЕФРСБ от 02.02.2018 № 2431466.  

Определением от 26.06.2019 арбитражный суд утвердил мировое соглашение  и прекратил производство по делу о банкротстве должника. Судебный акт мотивирован  

тем, что представленное мировое соглашение соответствует требованиям Федерального  закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее − Закон о  банкротстве), не нарушает права и законные интересы других лиц.  

В кассационной жалобе ООО КБ «БФГ-Кредит» в лице конкурсного управляющего  ГК «Агентство по страхованию вкладов» (далее – банк) просит отменить определение  суда от 26.06.2019. По мнению заявителя, суд неверно применил нормы материального и  процессуального права, выводы суда противоречат обстоятельствам дела и  представленным в материалы дела доказательствам. Банк считает, что условия мирового  соглашения являются невыполнимыми, утверждение мирового соглашения приведет к  нарушению прав банка – кредитора должника и не отвечает целям и задача процедуры.  

В отзыве на кассационную жалобу должник просит обжалуемый судебный акт  оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители банка и должника поддержали доводы  жалобы и отзыва, кредитор Ремезов А.Н. просил обжалуемый судебный акт оставить без  изменения, жалобу – без удовлетворения, пояснив суду, что условия мирового соглашения  полностью исполняются.  

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы и отзыва, выслушав пояснения  представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.  

Суд первой инстанции установил, что на дату рассмотрения мирового соглашения,  требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют. В третью очередь реестра  требований кредиторов должника включены требования единственного кредитора –  Ремезова А.Н.  

Решение о заключении мирового соглашения принято 18.06.2019 собранием  кредиторов, требования которых на указанную дату включены в реестр требований  кредиторов должника.  

Мировое соглашение заключено на основании решения собрания кредиторов 100%  голосов от числа кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника. Суд  первой инстанции установил, что по форме и содержанию представленное мировое  соглашение от 01.12.2016 соответствует требованиям статей 155 и 156 Закона о  банкротстве. Мировое соглашение подписано должником Хорошиловой Т.Д., которая  подтвердила его подписание в судебном заседании, и кредитором Ремезовым А.Н., также  подтвердившим заключение мирового соглашения в представленной суду редакции,  утвержденной на основании решения собрания кредиторов от 18.06.2019 со 100% голосов  от числа кредиторов, присутствующих на собрании кредиторов должника, а также  представителя Управления Росреестра без права голоса.  

Представитель уполномоченного органа в судебном заседании суда первой  инстанции сообщил об извещении его о повестке собрания по утверждению мирового  соглашения и не возражал против его утверждения.  

Мировое соглашение, представленное для утверждения, заключено на стадии  процедуры реализации имущества гражданина на основании решения собрания  кредиторов, за принятие которого проголосовал единственный кредитор, имеющий  большинство голосов от общего числа голосов кредиторов, содержит условия о порядке  и сроках исполнения обязательств должника.  

От кредитора банка поступили возражения, в которых указано на то, что условия  мирового соглашения нарушают его права, поскольку заключение мирового соглашения  происходило в отсутствие указанного кредитора. Суд первой инстанции установил, что  требования банка заявлены в установленном порядке, но до настоящего времени  не рассмотрены, поскольку основания для возникновения требования банка возникли  позднее даты заявления этого требования в суде.  

Суд, рассмотрев указанные возражения банка, не нашел оснований для их  удовлетворения, исходя из того, что в представленных возражениях отсутствуют  указания, какие права кредитора могут быть нарушены при утверждении мирового  соглашения, при этом само по себе несогласие кредитора не является достаточным  основанием усомниться в законности условий мирового соглашения, если отсутствуют  обоснованные указания на конкретные нарушения, которые бы нарушали права  кредитора.  

Кроме того, суд учел, что на момент рассмотрения вопроса об утверждении  мирового соглашения на собрании кредиторов, а также и на момент судебного заседания  по рассмотрению ходатайства об его утверждении требования банка о включении  в реестр требований не рассмотрены.  

Утверждая представленное мировое соглашение, суд первой инстанции  руководствовался статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 32, 150, 155, 156, 160 Закона о  банкротстве, разъяснениями, изложенными в информационном письме Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97 «Обзор практики  рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и  расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)» (далее −  Информационное письмо № 97).  

В пункте 1 Информационного письма № 97 разъяснено, что мировое соглашение  может распространяться только на кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Решение о заключении мирового  

соглашения со стороны конкурсных кредиторов и уполномоченных органов принимается  собранием кредиторов. Решение собрания кредиторов о заключении мирового соглашения  принимается большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов  и уполномоченных органов в соответствии с реестром требований кредиторов и считается  принятым при условии, если за него проголосовали все кредиторы по обязательствам,  обеспеченным залогом имущества должника.  

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 22.07.2002   № 14-П указал, что по своей юридической природе мировые соглашения, заключаемые  в процедурах банкротства, значительно отличаются от мирового соглашения,  заключаемого в исковом производстве; в отношениях, возникающих при заключении  такого мирового соглашения, превалирует публично-правовое начало: эти отношения  основываются на предусмотренном законом принуждении меньшинства кредиторов  большинством, а, следовательно, в силу невозможности выработки единого мнения иным  образом воля сторон в данном случае формируется по другим, отличным от искового  производства, принципам. Положения статьи 156 Закона о банкротстве, определяющие  содержание мирового соглашения и предусматривающие, в частности, что условия  мирового соглашения для конкурсных кредиторов и уполномоченных органов,  голосовавших против заключения мирового соглашения или не принимавших участия  в голосовании, не могут быть хуже, чем для конкурсных кредиторов и уполномоченных  органов, голосовавших за его заключение (пункт 3), и направленные в том числе  на защиту имущественных интересов кредиторов, голосовавших против заключения  мирового соглашения или не принимавших участия в голосовании, сами по себе не могут  рассматриваться как нарушающие конституционные права этих кредиторов.  

Суд установил, что мировое соглашение заключено на основании решения  собрания кредиторов 100% голосов от числа кредиторов, включенных в реестр  требований кредиторов должника, по форме и содержанию соответствует требованиям  статей 155 и 156 Закона о банкротстве, содержит условия о порядке и сроках исполнения  обязательств должника.  

Учитывая, что воля лиц, участвующих в деле, на заключение мирового соглашения  выражена в письменной форме, утверждена на решении собрания кредиторов и не  оспоренном в установленном порядке, суд пришел к верному выводу о необходимости  утверждения мирового соглашения.  

Наличие нерассмотренных требований кредиторов не препятствовало утверждению  мирового соглашения с позиции норм пункта 6 статьи 151 Закона о банкротстве, согласно  которому мировое соглашение распространяется на требования конкурсных кредиторов  и уполномоченных органов, включенные в реестр требований кредиторов на дату  

проведения собрания кредиторов, принявшего решение о заключении мирового  соглашения.  

Ссылку банка на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации,  изложенную в определении от 30.03.2018 № 305-ЭС17/19680 надлежит отклонить,  поскольку банк не обосновал, какие сделки он собирался оспаривать с указанием  правового обоснования, какие конкретно сроки, по его мнению, им будут пропущены при  инициировании новой процедуры банкротства должника.  

Иные доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку  доказательств, которые суд первой инстанции оценил с соблюдением норм  главы 7 Кодекса. Между тем пределы рассмотрения дела в арбитражном суде  кассационной инстанции установлены положениями статьи 286 Кодекса. В соответствии с  частью 3 названной статьи при рассмотрении дела арбитражный суд кассационной  инстанции проверяет, соответствуют ли выводы арбитражного суда первой и  апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Таким образом, арбитражный суд  кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и  исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по  существу.  

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения  процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены. При таких  обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чеченской Республики от 26.06.2019 по делу  

 № А77-962/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Председательствующий А.В. Гиданкина  

Судьи А.Н. Герасименко  

С.М. Илюшников