Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 г. Волгоград                                                                                                                 

11 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 05.12.2019

Решение суда в полном объеме изготовлено 11.12.2019

Дело №  А12-20691/2018

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Л.В. Костровой,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ломакиной О.Г., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КОМУС» (далее – заявитель, ООО «КОМУС», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области (далее – Межрайонная ИФНС России №8 по Волгоградской области, налоговый орган ответчик, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным решения, с привлечением в качестве третьего лица ООО «КПВС»

при участии в заседании:

от общества – ФИО1 по доверенности от 27.09.2019, ФИО2 по доверенности от 20.07.2019, ФИО3 по доверенности от 08.11.2019,

от налогового органа –ФИО4 по доверенности от 20.07.2018, ФИО5 по доверенности от 12.12.2018.

от третьего лица: не явился, извещен

ООО «КОМУС» обратилось в арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительным решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области от 30.03.2018 №24 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления недоимки в размере 39035905 руб., пени в размере 911401 руб., привлечения к налоговой ответственности  по ст. 119 и 122 НК РФ с назначением штрафа в размере 17275546 руб., внесении исправлений в документы бухгалтерского и налогового учета.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.10.2018 в удовлетворении заявленных требований обществу отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.01.2019 решение Арбитражного суда Волгоградской области от 16.10.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.04.2019 состоявшиеся по делу судебные акты отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела в суде первой инстанции общество на заявлении настаивало.

Налоговый орган с требованиями общества не согласен, полагает, что доначисление налогов произведено обществу правомерно.

Рассмотрев материалы дела, суд установил. 

Межрайонной ИФНС России № 8 по Волгоградской области 07.06.2017-31.01.2018 проведена выездная налоговая проверка в отношении общества Инспекцией проведена выездная налоговая проверки в отношении ООО «КОМУС» на предмет соблюдения законодательства о налогах и сборах за 2014-2016 г.г. По результатам проверки составлен акт от 26.02.2018 № 10-20/9 дсп.

Решением инспекции от 30.03.2018 № 24 общество привлечено к налоговой ответственности по ст.ст. 119, 122, 123 НК РФ в виде штрафа на общую сумму 17281949 руб. Кроме того, обществу доначислены налог на добавленную стоимость, налог на прибыль, налог на имущество, НДФЛ на общую сумму 39035905 руб., пени в размере 9125094 руб.

Не согласившись с решением инспекции, общество обжаловало его в вышестоящий налоговый орган.

Решением управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 07.06.2018 № 676 решение инспекции оставлено без изменения.

Общество обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением, в котором выразило несогласие с доначислением ему налога на прибыль, на имущество, на добавленную стоимость, соответствующих сумм пени и штрафов. 

В обоснование своих доводов заявитель указывает, что вывод налогового органа о том, что налогоплательщиком неправомерно применена упрощенная система налогообложения в связи с использованием Обществом схемы ухода от общей системы налогообложения путем дробления бизнеса, используя взаимозависимую организацию ООО «Комплексная переработка вторичного сырья» (ООО «КПВС»), является необоснованным в связи с его недоказанностью материалами проверки.

Так, по утверждению общества, налоговым органом не доказано, что ООО «Комус» несло затраты на содержание ООО «КПВС» либо выполняло иную компенсацию расходов данной организации, или имело возможность распоряжаться имуществом спорной организации, и каким-либо образом влиять на финансово-хозяйственную деятельность ООО «КПВС». При этом ООО «Комус» и ООО «КПВС» имели собственные органы управления, необходимый персонал, имущество, расчетные счета, заключали договоры с организациями по закупке топлива, ремонту и техническому обслуживанию транспорта, обеспечению работников спецодеждой, медицинского осмотра, закупке компьютерной техники и комплектующих, а также иные хозяйственные договоры, тем самым подтверждая самостоятельность при осуществлении предпринимательской деятельности.

В качестве самостоятельности каждого общества налогоплательщик ссылается на наличие решения Арбитражного суда Волгоградской области по делу № А12-44394/2017 от 12.03.2018, в соответствии с которым с ООО «КПВС» в пользу ООО «Комус» взыскана задолженность на сумму 9 206 259,32 рубля.

Также заявитель полагает, что показания допрошенных свидетелей указывают на отсутствие минимизации налоговых обязательств и какого-либо умысла создания схемы «дробления» бизнеса. Общество указывает, что проведя осмотр помещений, расположенных по адресу: 

<

...> и полигона ТБО, не принадлежащих Обществу, поскольку на момент проведения осмотра действовал договор аренды нежилого помещения № 04 от 07.06.2017, заключенный между ООО «КПВС» и ООО «Комус», Инспекция вышла за рамки полномочий, представленных ей налоговым законодательством.

Кроме того, общество указывает, что выводы налогового органа об осуществлении спорными организациями одного и того же вида деятельности является ошибочными, поскольку согласно представленным лицензиям на осуществление лицензированного вида деятельности, ООО «КПВС» не имело право на оказание услуг сторонним организациям по обработке отходов 3 и 4 классов опасности, а также их размещения на специализированном полигоне. При этом выводы налогового органа о применении организациями единого налогового режима какого-либо правового значения не имеет.

Общество отмечает, что выводы налогового органа об использовании одного компьютера с единым IP-адресом не является достаточным и бесспорным доказательством, свидетельствующим об использовании единого компьютера.

Кроме того, по мнению общества действия инспекции по суммированию полученных доходов ООО «Комус» и ООО «КПВС» для целей исчисления налоговых обязательства, не основано на законе и противоречит нормам налогового законодательства.

Инспекция против удовлетворения требований возражает, представила отзыв.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, отзыв не представило.

Рассмотрев материалы дела, выслушав мнение сторон, суд полагает, что требования общества удовлетворению  подлежат исходя из следующего.

В соответствии с п.1 ст.346.12 НК РФ налогоплательщиками УСНО признаются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, установленном главой 26.2 Кодекса.

Применение упрощенной системы налогообложения организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 3 и 4 статьи 284 Кодекса), налога на имущество организаций. Организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с Кодексом при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также налога на добавленную стоимость, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 НК РФ (п.2 ст.346.11 НК РФ).

Согласно п. 4 ст.346.13 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверенном налоговым органом периоде) если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 Кодекса, превысили 60 млн. рублей и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пунктами 3 и 4 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 Кодекса, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанное превышение и (или) несоответствие указанным требованиям.

Указанная величина предельного размера доходов налогоплательщика, ограничивающая право налогоплательщика на применение упрощенной системы налогообложения, подлежит индексации не позднее 31 декабря текущего года на коэффициент-дефлятор, установленный на следующий календарный год.

Так, Приказом Минэкономразвития России от 07.11.2013 № 652 в целях гл.23, 26.2, 26.3 и 26.5 НК РФ установлены коэффициенты-дефляторы на 2014 год, в соответствии с которым коэффициент-дефлятор на 2014 г. установлен в размере 1,067. 

Таким образом, размер предельного дохода налогоплательщиков в 2014 году составил 64,02 млн. рублей.

В силу статьи 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) объектом обложения налогом на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Прибылью в целях главы 25 Кодекса признается полученный доход, уменьшенный на величину произведенных расходов, определяемых в соответствии с главой 25 Кодекса.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 249 НК РФ в целях главы 25 Кодекса доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей названной главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 Кодекса.

В соответствии со ст. 274 НК РФ, объектами налогообложения для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, преданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное травление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению, учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установлением для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 78,378.1 и 378.2 настоящего Кодекса.

В то же время в силу основных начал законодательства о налогах и сборах, закрепленных в статье 3 Налогового кодекса, каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В силу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данных в пункте 3 постановления от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление N 53), необоснованная налоговая выгода может иметь место, в том числе, в тех случаях, когда для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами, то есть целями делового характера.

При этом, как указано в пункте 4 постановления N 53, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

По общему правилу стороны договора свободны в определении его условий, в том числе, условия о цене предмета сделки. Поэтому отличие примененной налогоплательщиком цены от уровня цен, обычно применяемого по идентичным (однородным) товарам, работам или услугам другими участниками гражданского оборота не может служить самостоятельным основанием для вывода о неисполнении участником сделки обязанности по уплате налогов и возникновении у него недоимки, определяемой исходя из возникшей ценовой разницы.

Иное означало бы наступление неблагоприятных налоговых последствий и применение к субъекту гражданского оборота мер налоговой ответственности за недостаточно рациональное поведение при осуществлении им своей финансово-хозяйственной деятельности, что не вытекает из положений пункта 1 статьи 3 Налогового кодекса.

О необоснованности налоговой выгоды, в соответствии с п. 5 названного Постановления, могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с четом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания слуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

-учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В соответствии с п. 6 Постановления, взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В ходе проверки установлено, что ООО «КОМУС» в соответствии с лицензией серия 034 № 00196 от 18.02.2016 (с приложениями), выданной Управлением Росприроднадзора по Волгоградской области, осуществляет деятельность по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I – IV классов опасности. Лицензия предоставлена бессрочно. Юридический адрес заявителя: 404180, 

<

...>. Адрес фактического местонахождения: 400029, 

<

...>.

Для осуществления своей деятельности ООО «КОМУС» эксплуатирует объект – полигон твердых бытовых отходов, расположенный по адресу: Волгоградская область, Светлоярский район, в административных границах Большечапурниковского сельсовета в 2,6 км к юго-западу от ОАО «Волгоградская ТЭЦ-3».

Эксплуатация указанного объекта осуществляется на земельном участке, площадью 15,7 га, предоставленном ООО «КОМУС» Администрацией Светлоярского района в аренду сроком на 49 лет на основании договора аренды № 515 от 20.07.2004 года.

ООО «КПВС» состоит на налоговом учете в Межрайонной ИФНС России № 11 по Волгоградской области с 14.03.2013. Юридический адрес: 400026, 

<

...>. Адрес фактического местонахождения: 400029, 

<

...>.

На основании договоров аренды нежилого помещения № 01 от 01.08.2014, № 02 от 01.07.2015 и № 03 от 06.06.2016 ООО «КПВС» арендовало у ООО «КОМУС» нежилое помещение для размещения офиса по адресу: 

<

...>. Размер арендной платы составляет 2 400 рублей. В арендную плату включаются стоимость коммунальных услуг, электроэнергии и абонентская плата за телефон.

ООО «КПВС» в соответствии с лицензией серия 034 № 00185 от 03.02.2016 (с приложениями), выданной Управлением Росприроднадзора по Волгоградской области, осуществляет деятельность по сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I – IV классов опасности. Лицензия предоставлена бессрочно.

Как следует из имеющихся материалов в ходе выездной налоговой проверки Инспекцией выявлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая об использовании ООО «Комус» схемы ухода от налогообложения, используя взаимозависимого контрагента ООО «КПВС», позволяющей ее участникам минимизировать налоговые обязательства с целью недопущения превышения предельных размеров доходов для применения специального режима налогообложения в виде УСНО.

Так, инспекцией установлено, что в проверяемом периоде ООО «Комус» и ООО «КПВС» являлись взаимозависимыми лицами, так как руководитель ООО «КПВС» ФИО6 являлся работником (главный инженер) ООО «Комус», главный бухгалтер ООО «КПВС» ФИО7 являлась бухгалтером в ООО «Комус». Кроме того, действующие учредители ООО «Комус» - ФИО8 и ФИО9 являлись бывшими учредителями ООО «КПВС», действующий учредитель ООО «Комус» ФИО8 являлась супругой руководителя ООО «Комус» ФИО10, один из соучредителей ООО «КПВС» ФИО11 являлся сыном одного из учредителей ООО «Комус»  ФИО12

Инспекцией установлено, что организации располагались по одному адресу – 

<

...>, при этом ООО «КПВС» арендовало недвижимое имущество у ООО «Комус» на основании договоров аренды от 01.08.2014 №01, от 01.07.2015 №02, от 06.06.2016 №03.

ООО «КОМУС» зарегистрировано право собственности на Здание административно-бытового корпуса, расположенное по адресу: 4000029, 

<

...> на основании регистрации права 34-34-01/180/2013-295, размер доли в праве 0,06%, дата регистрации права 08.11.2013.

Налоговым органом проведен осмотр помещений, о чем составлен протокол № 1 от 01.11.2017. В ходе осмотра установлено, по адресу: 

<

...> расположено административное нежилое помещение, перед входом имеется вывеска организации ООО «КОМУС» с режимом работы, далее в холле на стене имеется информация для потребителей: Почетные грамоты, Благодарственные письма, Лицензия, Тариф на услуги оказываемые ООО «КОМУС», Гарантийные обязательства исполнителя услуг по вывозу ТБО и т.д. По данному адресу находится бухгалтерия ООО «КПВС», перед входом в кабинет имеется вывеска ООО «КПВС», на двери вывеска Бухгалтерия. На момент осмотра в кабинете был открыт железный сейф, в котором имелись папки с надписями ООО «КОМУС» и ООО «КПВС».

В ходе осмотра налоговым органом полигона твердых бытовых отходов, расположенного по адресу: Волгоградская область Светлоярский район в административных границах Большечапурниковского сельсовета в 2,6 км к юго-западу от ООО «Волгоградская ТЭЦ-3», установлено, что ООО «Комус» и ООО «КПВС» работают на одном полигоне без разграничения по организациям, в одних и тех же зданиях, на одних и тех же автотранспортных средствах.

Главный инженер ООО «КОМУС» - ФИО6, он же директор ООО «КПВС» занимает один кабинет, который расположен по адресу: 

<

...>.

Главный бухгалтер ООО «КПВС» и бухгалтер ООО «КОМУС» - ФИО7 занимает кабинет с вывеской «Бухгалтерия ООО «КПВС». В указанном помещении в сейфе хранятся трудовые книжки работников ООО «Комус» и ООО «КПВС» без разделения на организации, по алфавиту.

Налоговым органов выявлено, что обществом и спорным контрагентом заявлены идентичные виды деятельности (сбор, транспортирование и размещение отходов), использовались одни и те же помещения, территории и транспортные средства для ведения финансово-хозяйственной деятельности, в налоговых декларациях и справках о доходах по форме 2-НДФЛ за 2014-2016 гг. указан одинаковый номер телефона 

<

***>, организациями использовался единый IP-адрес для доступа к системе «Банк-Клиент» (188.133.180.202).

Суд отмечает, что в ходе проверки инспекцией установлен формальный перевод работников из ООО «Комус» в ООО «КПВС» с сохранением тех же функциональных обязанностей при  отсутствии набора новых сотрудников в штат.

Так, из пояснений работников ООО «Комус» и ООО «КПВС», допрошенных в ходе выездной налоговой проверки в качестве свидетелей (ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, др.) усматривается, что деятельность и трудовые обязанности в ООО «Комус» и ООО «КПВС» ничем не отличались, режим работы не изменялся, транспортное средство было тем же, так как сотрудник переводился из одной организации в другую на основании договора аренды транспортного средства, маршруты движения по вывозу мусора были те же, но могли и корректироваться, но в основном были одни и те же. 

Инспекцией в ходе проверки установлено, что ООО «Комус» и ООО «КПВС» в проверяемом периоде заключались договоры оказания услуг по вывозу мусора с одними и теми же заказчиками (АО «АКБ «КОР», ООО «ЦКО МВЦ ЖКХ и ТЭК», ООО «Волгостройсервис», ООО «Ломбард Царицын», АО «ИВЦ ЖКХ и ТЭК», ООО «ДОРА», ООО «Стелла», ООО «Издательство «Учитель», ГАУЗ «Стоматологическая поликлиника №11», ТСЖ «Мебельщик», ООО «Согласие», ООО «ТАИР» и др.) на одинаковых условиях, на оказание аналогичных услуг. При этом, как установлено налоговым органом,  договоры первоначально заключались с одной организацией и впоследствии перезаключались с другой без изменения условий договоров.

В частности, заказчик ТСЖ «На Канатном» ИНН 

<

***> первоначально заключил договор № 25В/10 от 01.01.2010 с ООО «КОМУС» на оказание услуг по сбору, транспортированию и размещению ТБО, который в последующем (в июне 2013 года) был, расторгнут, и перезаключен договор № 03В/13 от 01.07.2013 с ООО «КПВС» на оказание услуг по сбору, транспортированию и размещению ТБО, при этом условия договора не изменились.

Допрошенные в ходе проверки в качестве свидетелей должностные лица заказчиков ФИО17, ФИО18, ФИО19,  ФИО20 пояснили, что оказываемые ООО «Комус» и ООО «КПВС» услуги, график вывоза ТБО, тариф ничем не отличались. Различие было только в названии организации.

Проанализировав указанные обстоятельства, налоговый орган пришел к выводу о работе структуры бизнеса как единого целого, доначислил обществу налоги, пени, привлек к налоговой ответственности по ст. ст. 119, 122 НК РФ.

Суд кассационной инстанции, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты с направлением дела на новое рассмотрение, указал, что при новом рассмотрении дела суду следует проверить законность и обоснованность оспариваемого решения инспекции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание вышеизложенное, с учетом доводов общества о целях создания ООО "КПВС", о самостоятельности и автономности ООО "Комус" и ООО "КПВС", о неверном определении налоговой базы по НДС и налогу на прибыль в связи с учетом доходов, полученных ООО "Комус" и ООО "КПВС" по сделкам, заключенным между собой, с учетом уплаченного за проверяемый период УСН; дать оценку вышеуказанным доводам общества, установить наличие аффилированности или отсутствие между обществами, проверить правильность определения налоговой базы при начислении НДС и налога на прибыль, и принять законный и обоснованный судебный акт.

Проанализировав собранные по делу доказательства в совокупности, суд с учетом приведенных доводов инспекции и общества, полагает, что решение налогового органа в оспариваемой части подлежит признанию недействительным.

Как видно из материалов дела, основанием для вменения налогоплательщику по результатам проведенной проверки за период 2014 - 2016 годы налоговых обязательств по уплате налога на добавленную стоимость в размере 31 157 943 руб. и налога на прибыль в размере 7 828 129 руб. послужил вывод налогового органа о наличии в деятельности ООО «КОМУС» признаков формального разделения бизнеса между взаимозависимой организацией ООО «КПВС», осуществляющий один вид предпринимательской деятельности, единственной или преимущественной целью которого являлось получение необоснованной налоговой выгоды в виде возможности использования специальных налоговых режимов, незаконно, по мнению инспекции, минимизирующих налоговые обязательства налогоплательщика.

В ходе проверки налоговый орган пришел к выводу, что по итогам 2014 г. суммарный доход превысил максимальный размер дохода, предусмотренного для применения УСН (64,020 млн. руб.), и налоговый орган, руководствуясь п. 4 ст. 346.13 и п. 1 ст. 346.15 НК РФ, пришел к выводу об утрате обществом права на применение упрощенной системы налогообложения. Результатом данного вывода стало включение (объединение) налоговым органом полученной в проверяемом периоде ООО «КПВС» выручки в состав доходов ООО «КОМУС» с доначислением налогов, применяемых при общей системе налогообложения (НДС, налога на прибыль) за 2014 - 2016 годы.

Верховый суд Российской Федерации в определении от 09.10.2014 № 302-КГ14-2143 указал, что исходя из положений статей 23, 45, 52 НК РФ целью проведения камеральных и выездных налоговых проверок является выяснение соответствия данных, содержащихся в налоговых декларациях налогоплательщиков (по налогу на прибыль), фактическим финансовым результатам деятельности этих налогоплательщиков, следовательно, размер начисленных по результатам налоговой проверки сумм налога должен соответствовать действительным налоговым обязательствам налогоплательщиков в проверяемом периоде.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления № 53, если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и связанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции. Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

В соответствии с п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы о наличии следующих обстоятельств:

невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с четом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания слуг;

 отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Обществом в судебном заседании не оспаривалось, что в составе участников ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» имелись несколько лиц являющихся родственниками. 

Вместе с тем, суд полагает, что данные обстоятельства не могут служить доказательством получения ООО «КОМУС» необоснованной налоговой выгоды, так как данное обстоятельство может иметь юридическое значение в целях налогового контроля, если будет доказано, что родственные связи использовались участниками общества для осуществления согласованных действий, необусловленных разумными экономическими и иными причинами, имеет признаки несамостоятельного ведения предпринимательской деятельности, осуществление одним из участников «схемы» формальной экономической деятельности исключительно в целях обеспечить занижения доходов и получения необоснованной налоговой выгоды, а также позволяет налоговому органу осуществить мероприятия, связанные с контролем цен по сделкам между контрагентами. 

Суд отмечает, что правильность определения цен по сделкам между данными лицами налоговым органом не проверялась, как не исследовались и вопросы влияния участников ООО «КОМУС» на хозяйственный результат деятельности ООО «КПВС».

В соответствии с п. 6 Постановления № 53, взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В пунктах 1 и 3 Постановление № 53 разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В части 3.2 Определения Конституционного суда Российской Федерации от 04.07.2017 г. № 1440-0 отмечено, что контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В первую очередь, применительно к отношениям по уплате налогов и сборов соответствующие полномочия предусмотрены положениями статьи 40 «Принципы определения цены товаров, работ или услуг для целей налогообложения», главы 14 «Налоговый контроль», раздела V.1 «Взаимозависимые лица. Общие положения о ценах и налогообложении. Налоговый контроль в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами. Соглашение о ценообразовании», раздела V.2 «Налоговый контроль в форме налогового мониторинга», развивающими и уточняющими полномочия налоговых органов, закрепленные статьей 7 Закона Российской Федерации от 21 марта 1991 года№ 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации».

Указанные положения в полной мере согласуются с публично-правовым характером налоговой обязанности и необходимостью ее реализации в условиях, которые отвечали бы вытекающим из верховенства права принципам равенства и справедливости, что предопределяется, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 14 июля 2003 года № 12-П, от 3 июня 2014 года № 17-П и от 24 марта 2017 I года № 9-П; определения от 7 июня 2011 года № 05-0-0, от 18 сентября 2014 года № 1822-0, от 10 ноября 2016 года № 2561-0 и др.), императивным в своей основе методом налогового  регулирования и связанностью законом налоговых органов, основания, пределы, процедурные и иные условия деятельности которых требуют, насколько возможно, детального определения.

В свою очередь, гражданское законодательство допускает совместное осуществление деятельности хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности. При этом, указанная совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении налоговой выгоды (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 320-О-П).

В силу действия принципа добросовестности налогоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с пунктом 9 постановления № 53 установление судом наличия разумных  экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический  эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Материалы проверки свидетельствуют, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» являются самостоятельными субъектами экономической деятельности, прошедшими государственную регистрацию, о чем внесены соответствующие записи в ЕГРЮЛ.

Из материалов дела усматривается, что согласно данным из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «КОМУС» зарегистрировано 15.09.1998 г. с основным видом деятельности - Сбор отходов (ОКВЭД 38.1), а также обработка и утилизация отходов (ОКВЭД 38.2)

ООО «КПВС» зарегистрировано 14.03.2013 г. Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, основным видом деятельности общества является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам (ОКВЭД 49.4). Деятельностью по сбору отходов, а также обработке и утилизация отходов ООО «КПВС» никогда не занималось и не имеет доходов от данных видов деятельности.

При этом налоговым органом сделаны ошибочные выводы, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» имеют лицензии с одинаковыми видами деятельности.

Так, согласно выданным лицензиям ООО «КОМУС» разрешены следующие виды работ:сбор, транспортирование, обработка, размещение отходов I-IV классов опасности, а ООО «КПВС»  имеет разрешение только на сбор и транспортирование отходов. 

Таким образом, вывод инспекции о том, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» выполняли одну и ту же работу, не соответствует действительности, поскольку разместить отходы самостоятельно ООО «КПВС» не могло из-за отсутствия полигона для размещения ТБО и отсутствия разрешения на осуществление данного вида деятельности. 

Кроме того, Суд принимает во внимание, что согласно письму ФНС России от 11.08.2017г. № СА-4-7/15895@ п.5.1, идентичность деятельности нескольких налогоплательщиков не свидетельствует о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Суд находит несостоятельными доводы инспекции о том, что в ходе выездной налоговой проверки выявлена совокупность обстоятельств, свидетельствующая об использовании ООО «КОМУС» схемы ухода от налогообложения, используя взаимозависимого контрагента ООО «КПВС», позволяющей ее участникам минимизировать налоговые обязательства с целью недопущения превышения предельных размеров доходов для применения  специального режима налогообложения в виде УСНО.

Так, инспекцией установлено, что в проверяемом периоде ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» являлись взаимозависимыми лицами, так как руководитель ООО «КПВС» ФИО21 являлся работником (главный инженер) ООО «КОМУС», главный бухгалтер ООО «КПВС» ФИО7 являлась бухгалтером в ООО «КОМУС».

 Кроме того, действующие учредители ООО «КОМУС» - ФИО8 и ФИО9 являлись бывшими учредителями ООО «КПВС», действующий учредитель ООО «КОМУС» ФИО8 являлась супругой руководителя ООО «КОМУС» ФИО10, один из соучредителей ООО «КПВС» ФИО11 являлся сыном одного из учредителей ООО «КОМУС» ФИО12

Суд находит правомерными пояснения общества о том, что управление деятельностью ООО «КПВС» и ООО «КОМУС» осуществлялось различными лицами, доказательств, что кто-либо из учредителей или единоличных исполнительных органов юридических лиц мог влиять на деятельность другого юридического лица, инспекцией в ходе проверки не добыто, суду не представлено.

Как установлено п.1 ст. 105.1 НК РФ, взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Одно лицо может влиять на другое, если участвует в капитале других лиц по соглашению или имеет возможность иным способом влиять на решения, принимаемые другими лицами. Это влияние может оказывать одно лицо непосредственно и самостоятельно, а также совместно со взаимозависимыми лицами.

Взаимозависимость лиц устанавливается на основании критериев взаимозависимости, определенных ст. 105.1 НК РФ.

Бремя доказывания обстоятельств, подтверждающих, взаимозависимость лиц лежит на налоговом органе. Налоговый орган должен доказать, что лицо имеет возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит (к выгоде третьих лиц), был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Налоговым органом не указан ни один из критериев, подтверждающих взаимозависимость ООО «КОМУС» и ООО «КПВС». Ни один из участников обществ ни единоличные исполнительные органы обоих обществ не указали, что могут прямо ни косвенно влиять на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности обществ.

Суд принимает во внимание, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» являются самостоятельными субъектами права и предпринимательской деятельности, с самостоятельными целями и видами экономической деятельности, имеющими собственные штаты сотрудников.

Создание ООО «КПВС» не оказало влияние на условия и экономические результаты деятельности ООО «КОМУС», в том числе на налоги: размер налогов, уплачиваемый ООО «КОМУС» не уменьшился.

ООО «КОМУС» и его должностные лица не являются выгодоприобретателями от создания ООО «КПВС», поскольку не могут оказывать влияние на условия или экономические результаты деятельности общества или деятельности представляемых ими лиц, давать указания обязательные для исполнения органами управления ООО «КПВС» и не получают доходов от деятельности ООО «КПВС».

В ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» отсутствуют признаки общего управления обществами: юридические адреса обществ не совпадают; имеются отдельные вывески; свои средства технической коммуникации, на которых ведется бухгалтерский учет; работники организаций получали отдельные указания, соответственно от управляющего персонала конкретной организации; общества имеют отдельные телефонные номера и информационную базу.

 Налоговым органом не определено и не установлено то лицо, которое получает наибольшую выгоду от установленного порядка ведения бизнеса, так как это не возможно сделать в виду отсутствия такого порядка и такого лица.

Наличие родственных  связей отдельных участников ООО «КОМУС» и ООО «КПВС», как обоснованно отметил заявитель,  не могут свидетельствовать об аффилированности обществ, поскольку никто из участников не имел реальной возможности оказывать влияние на условия и экономические результаты деятельности. Кроме того, в ООО «КОМУС» длительное время существует корпоративный конфликт между его участниками, что подтверждается многочисленными судебными спорами и жалобами на действия единоличного исполнительного лица ООО «КОМУС». Данным подтверждением могут служить судебные дела № А12-28485/2017, №А12-17390/2017, №А12-3156/2017, №А12-55193/2016.

Общество суду пояснило, что руководители в обоих обществах являлись не номинальными, а реальными, самостоятельно осуществляющими руководство и управление обществами со всей полнотой ответственности.

Приемом на работу в обоих обществах занимались сами руководители или их подчиненные  работники. Практически все допрошенные в ходе проверки лица, в том числе, контрагенты, подтвердили, что не знают о взаимозависимости обществ.

Между ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» отсутствует единый документооборот, контрагенты компаний не пересекались друг с другом, по сделкам между обществами потери бюджета по налогам отсутствовали.

ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» не несут и не несли расходы друг за друга, что налоговым органом не оспаривается.

Суд соглашается с доводами общества о том, что имеющаяся взаимозависимость между отдельными участниками ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» не может влиять на результат хозяйственной деятельности создавать служебную или иную подконтрольность одного общества перед другим.

Материалы проверки свидетельствуют, что ООО «КПВС» самостоятельно несло все расходы, связанные с деятельностью и существованием предприятия, производило оплату в полном объеме за поставку автомобильного топлива, запасных частей к автомобилям, самостоятельно оплачивало приобретение мебели, канцтоваров, оргтехники, спецодежды, инструмента, автомобилей в лизинг, оплачивало услуги по медосмотру персонала, услуги по аттестации рабочих мест, обучению персонала, самостоятельно оплачивало аренду автотранспорта, аренду помещения, коммунальные услуги, охрану, телефонную связь. 

Суд отмечает, что из-за несвоевременной оплаты за оказанные услуги ООО «КОМУС» вынуждено было обратиться в арбитражный суд о взыскании с ООО «КПВС» в пользу ООО «КОМУС» 9 206 259 руб. 

В деле отсутствуют доказательства, что ООО «КОМУС» несло затраты на содержание ООО «КПВС», либо выполняло иную компенсацию текущих расходов данной организации.

Суд находит обоснованными доводы общества о том, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» не осуществляли совместной деятельности на одних и тех же транспортных средствах. В период с 01.07.2013г. по 01.10.2016г. транспортные средства ООО «КОМУС» находились в аренде у ООО «КПВС» и не использовались в производственной деятельности ООО «КОМУС». В указанный период эксплуатацию и пользование автомобилей осуществляло ООО «КПВС», что подтверждается показаниями должностных лиц АО «АКБ «КОР», ООО «ЦКО МВЦ ЖКХ и ТЭК», ТСЖ «На Удмуртской», ТСЖ «На Брестской», ООО «Дом Сервис»,ООО «КЖХ», ООО «Управдом Кировский», ТСЖ «Микрорайон 503», ТСЖ «Мой I Дом», ТСЖ «На Гражданской 34», ООО «Аварийно-Ремонтная Служба», ООО «УК Жилслужба» ООО «УК Жилслужба».

Налоговым органом не оспаривается, что ООО «КПВС» не осуществляло свою деятельность на полигоне, принадлежащем ООО «КОМУС», так как у ООО «КПВС» и ООО «КОМУС» были разные виды деятельности. ООО «КПВС» производило лишь транспортировку отходов, а ООО «КОМУС» хранение отходов.

Налоговым органом выявлено, что обществом и спорным контрагентом использовались одни и те же помещения, территории и транспортные средства для ведения финансово-хозяйственной деятельности, в налоговых декларациях и справках о доходах по форме 2-НДФЛ за 2014-2016 гг. указан одинаковый номер телефона (68- 42-24), организациями использовался единый IP-адрес для доступа к системе «Банк-Клиент» (188.133.180.202).

Суд полагает, что указанные обстоятельства доказательством дробления бизнеса и незаконной минимизации налогов признаны быть не могут.

Совпадение IP-адресов ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» не свидетельствуют о взаимозависимости, согласованности и подконтрольности сторон, а также не влияют на результат принятия управленческих решений, также

Кроме того, банк «Открытие» сообщил налоговому органу, что ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» использует один IP-адрес, но различные МАС-адреса, присвоенные конкретному компьютеру, так у ООО «КОМУС» МАС-адрес 00-26-18-34-8Д-А9, у ООО «КПВС» МАС-адрес 60-A4-4C-33-2F-35. Таким образом, IP-адрес - это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера.

Суд отмечает, что налоговым органом не добыты и не представлены доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами, посредством системы Клиент-Банк, ключи электронно-цифровой подписи, представленные банковскими учреждениями организациям-контрагентам, находились в распоряжении сотрудников общества или связанных с ними лиц. Кроме этого, нахождение проверяемого лица и его контрагентов по одному адресу, использование IP-адреса (который сам по себе, без использования ключа электронной цифровой подписи клиента, не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов) не могут служить основанием для признания получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Суд находит несостоятельными доводы налогового органа о том, что  в ходе проверки инспекцией установлен формальный перевод работников из ООО «КОМУС» в ООО «КПВС» с сохранением тех же функциональных обязанностей при отсутствии набора новых сотрудников в штат.

Как следует из материалов дела, штат сотрудников ООО «КПВС» в проверяемом периоде составлял около 60 человек. Утверждение налогового органа, что сотрудники переводились из одной организации в другую, на основании договора аренды транспортного средства, суд признает основанными на предположениях.

В материалах налоговой проверки имеются документы, из которых следует, что в штате ООО «КПВС» в проверяемый период состояло 55 человек, из них только 12 человек перешли из ООО «КОМУС», остальные 43 человека были вновь принятыми работниками. 

Общество суду пояснило, что уход части сотрудников из ООО «КОМУС» в ООО «КПВС» был добровольным решением каждого работника на основании личного заявления, в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом РФ. Фиктивное исполнение своих трудовых обязанностей на допросах налогового органа никто из персонала как ООО «КОМУС», так и ООО «КПВС» не подтвердил. 

Суд отмечает, что в ходе проверки установлено, что заработную плату каждый работник получал только в той организации, где он осуществлял свои трудовые обязанности. Все работники как ООО «КОМУС» так и ООО «КПВС» имели свои рабочие места, выполняли самостоятельные функциональные обязанности, относящиеся только к тому предприятию, на котором они работают. 

Из пояснений общества и представленных им документов усматривается, что в штат ООО «КПВС» по совместительству были приняты только два работника ООО «КОМУС» -главный бухгалтер ФИО22, которая проработала около шести месяцев и уволилась в декабре 2013 года и специалист по охране труда ФИО23, что не противоречит трудовому законодательству и не дает оснований расценивать налоговому органу как признаки свидетельствующие о «дроблении бизнеса» и как действия направленные на получение необоснованной налоговой выгоды. 

Пояснения работников ООО «КОМУС» и ООО «КПВС», допрошенных в ходе выездной налоговой проверки о том, что они не знали об организации ООО «КПВС» или ООО «КОМУС» подтверждает отсутствие взаимозависимости организаций, кроме этого многие допрошенные работники работали или в ООО «КОМУС», или в ООО «КПВС», поэтому сравнивать условия работы, отличия в работе не могут. 

Суд соглашается с доводами общества о том, что не является основанием для признания налоговой выгоды идентичность деятельности водительского состава как ООО «КОМУС», так и ООО «КПВС», идентичность деятельности водительского состава касается всех перевозчиков отходов г. Волгограда, т.к. режим работы, график вывоза отходов, маршруты движения мусоровозов, адреса контейнерных площадок, количество контейнеров определяет только заказчик в соответствии с правилами благоустройства городских территорий, утвержденными решением Волгоградской городской Думы от 21.10.2015 № 34/1091.

Истец пояснил суду, что функциональные обязанности водителей по управлению автомобилем не могут иметь различий, т.к. в для вывоза отходов выпускаются мусоровозы единого образца, с одинаковой системой управления, как самого автомобиля, так и специального оборудования, поэтому различий в работе водителей на любом мусоровозе, не зависимо в какой организации нет и быть не может, о чем при допросах говорили все сотрудники обоих предприятий. 

Ссылку инспекции на формальное заключение организациями договоров аренды, не имевших целей делового характера, как на доказательство незаконной минимизации налогов заявителем, суд признает несостоятельной.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что работы ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» осуществлялись на одних и тех же машинах в проверяемом периоде. Вместе с тем, в имеющихся в деле путевых листах не выявлено ни одного факта, что одним и тем же автомобилем, в одно и тоже время управляли водители ООО «КОМУС» и ООО «КПВС». В 2013 году ООО «КОМУС» передало в аренду с правом выкупа все мусоровозы ООО «КПВС».

Из материалов дела и пояснений заявителя усматривается, что между ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» был заключен договор аренды с последующим выкупом транспортных средств, который подтверждал намерение ООО «КОМУС» прекратить деятельность по перевозке отходов, продать автотранспорт и осуществлять деятельность только на эксплуатации полигона и оказывать услуги по размещению отходов согласно полученной лицензии. 

По мнению общества, экономический эффект от реализации автотранспорта позволил бы сократить расходы на его эксплуатацию и получить дополнительный доход от реализации 12,8 млн. рублей. 

Экономическая целесообразность деятельности предпринимателя лежит вне контроля налогового органа и не может подвергаться сомнению с точки зрения эффективности ведения им бизнеса, в том числе и с точки зрения налогового планирования этого бизнеса. Запретным в рамках ст. 54.1 НК РФ является только недобросовестное, фиктивное, подложное, для видимости, мнимое ведение бизнеса, где гражданская правоспособность используется как инструмент для реализации налогоплательщиком своих незаконных целей. 

Иное означало бы необоснованное вмешательство государственных органов в предпринимательскую деятельность, гарантированную ст. 34 Конституции РФ.

Как указывается в абзацах 5 и 6 пункта 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 320-ОП, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Данная правовая позиция неоднократно нашла свое подтверждение в определениях Высшего Арбитражного Суда РФ, Верховного Суда РФ, в том числе в определении Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Действующее законодательство не содержит ограничений для физических лиц относительно количества юридических лиц, учредителями которых они могут являться, не содержит запрета на совершение хозяйственных операций между организациями, в состав участников которых они входят. Указанные обстоятельства, равно как и нахождение таких хозяйствующих субъектов на одной территории, не подтверждают отсутствие у них разумной деловой цели при совершении ими хозяйственных операций. Каждый из них удовлетворяет признакам самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности, установленным применительно к физическим и юридическим лицам в  ст.ст. 23, 48 ГК РФ.  Каждый в рамках НК РФ по своему усмотрению имеет право применять упрощенные специальные режимы налогообложения, которые имеют своей сутью поддержку некрупного предпринимательства.

Выводы налогового органа о том, что, заявитель создал с взаимозависимым лицом схему, направленную на получение необоснованной налоговой, не преследуя при этом экономических (деловых) целей, носят предположительный характер, не основаны на материалах дела.

Доказательства недобросовестности налогоплательщика путем создания отдельного субъекта, который подконтрольно находился на специальном налоговом режиме, не представлены.

Согласованных действий взаимозависимыми лицами налоговым органом установлено не было. Напротив, показания свидетелей указывают на отсутствие, какого-либо влияния на осуществление между спорными лицами финансово-хозяйственной деятельности.

Доводы инспекции о том, что ООО «КПВС» создано непосредственно перед тем, как доходы ООО «КОМУС», учитываемые в целях применения УСН, приблизились к допустимому значению величины доходов, дающих право на применение УСН, являются основанными на предположениях.

Из материалов дела и пояснений истца усматривается, что ООО «КПВС» было создано с целью комплексной переработки вторичного сырья, вопрос о разделе бизнеса участниками не рассматривался и не поднимался. Процедура создания ООО «КПВС» заняла более двух месяцев (с 08.12.2012 по 13.03.2013) и начата была задолго до выхода предельные значения по УСН (четвертый квартал 2014г.) 

Доказательств, подтверждающих умысел при создании ООО «КПВС» именно на дробление бизнеса ООО «КОМУС» и на искусственное использование правоспособности ООО «КПВС», налоговый орган суду не предоставил. 

Как установлено судом, ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» имеют отдельные расчетные счета, ведут раздельный бухгалтерский учет, осуществляют по результатам самостоятельной хозяйственной деятельности уплату налогов и сборов. При этом, общества применяют различные специальные налоговые режимы УСН: ООО «КОМУС» - 15 % от разницы доходов и расходов, а ООО «КПВС» - 6% от доходов.

Суд отмечает, что налоговым органом не установлено фактов распределения обществами между собой полученной выручки (налоговой выгоды), наличие между обществами или его учредителями соглашения или договора о порядке распределения прибыли обществ либо иных прав и обязанностей хозяйственной деятельности. Каждое общество обладало самостоятельной правосубъектностью.

ООО «КПВС» заключало со своими покупателями отдельные договоры без участия ООО «КОМУС», имело отдельный баланс, обособленное имущество, а также собственный штат работников. Фиктивности выполнения персоналом своих трудовых обязанностей в ходе проверки не выявлено.

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что, по сути, ООО «КОМУС» привлечено к ответственности не за организацию неправомерной налоговой схемы по организации (созданию) ООО «КПВС» как фиктивного (подставного) лица, а за реализацию ООО «КПВС» своей общей правоспособности (ст.ст. 17, 18, 23 ГК РФ). При этом общая правоспособность и дееспособность может быть ограничена лишь в случаях, специально установленных федеральным законом и только по решению суда (п.2 ст.1 ГК РФ). Доказательства неправомерности и незаконности деятельности ООО «КПВС» в материалах дела отсутствуют.

Выводы налогового органа о том, что, ООО «КПВС» создано взаимозависимыми лицами как схема, направленная на получение необоснованной налоговой, не преследуя при этом экономических (деловых) целей, носят предположительный характер, не основаны на материалах дела.

Доказательства недобросовестности в действиях ООО «КОМУС» путем создания отдельного субъекта, который подконтрольно находился на специальном налоговом режиме, не представлены. 

Суд принимает во внимание доводы общества о том, что консолидированное превышение предельного значения УСН было не причиной, а следствием экономического эффекта от появления отдельного субъекта предпринимательской деятельности.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов. Если суд на основании оценки доказательств, представленных  налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их  действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Из материалов дела следует, что каждый субъект хозяйственной деятельности самостоятельно вел учет своих доходов и расходов, самостоятельно несет налоговые  обязательства, выплачивает заработную плату персоналу, результаты предпринимательской  деятельности ООО «КОМУС» не зависят от деятельности ООО «КПВС», отсутствует какое-либо перераспределение выручки (налоговой экономии). Между обществами полностью отсутствуют случаи взаимопомощи, что говорит об их полной автономии и самостоятельности.

Из анализа материалов дела установлено, что ООО «КОМУС» в проверяемом периоде занималось хранением и размещением ТБО, а ООО «КПВС» - транспортировкой ТБО, то есть, различными видами деятельности. В данный период в ООО «КОМУС» отсутствовали транспортные средства для осуществления транспортировки ТБО.

Суд соглашается с доводами общества о том, что незначительное (не больше 5%) пересечение однородных услуг не может свидетельствовать об одинаковом виде экономической деятельности.

Анализ первичных бухгалтерских документов ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» согласуется с позицией заявителя и свидетельствует о том, что каждый субъект нес самостоятельные расходы на содержание основных средств. Самостоятельно и раздельно уплачивались все коммунальные платежи.

Общество суду пояснило, что отсутствуют доказательства об использовании ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» единой бухгалтерской программы. Бухгалтерский учет у ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» велся на отдельных компьютерах и на программе «1C» раздельно, налоговая отчетность отправлялась через «электронные ключи»; отсутствуют доказательства одномоментного выполнения работниками ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» идентичных функциональных обязанностей находясь на своем рабочем месте, в рабочее время, установленное трудовым договором.

Исходя из судебной практики по данному вопросу, с учетом позиции, выраженной ФНС России в своем письме от 11.08.2017 г. № СА-4-7/15895@, для подтверждения факта формального разделения (дробления) бизнеса и вменения налогоплательщику дополнительного дохода, необходимо со стороны налогового органа предоставить доказательства отсутствия реальной деятельности у организации, чей доход вменяется проверяемому налогоплательщику, то есть, формальное создание лица без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность, нести соответствующие расходы, связанные с осуществлением данной деятельности, доказательства номинального руководства и контроля за управлением оборотными средствами этого лица, проверяемым налогоплательщиком; доказательства о наличии документально подтвержденных сведений о фактическом управлении и принятии решений, в том числе по вопросам договорных обязательств и распределения финансовых потоков непосредственно проверяемым налогоплательщиком; доказательства несения расходов, проверяемым налогоплательщиком за подконтрольное или взаимозависимое от него лицо.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Суд соглашается с доводами общества о том, что фактически налоговый орган произвольно, в нарушение закона и своих инструкций, определил налоговые обязательства ООО «КОМУС», суммировав выручку, полученную в период с 2014 по 2016 годы, с ООО «КПВС», в результате чего неправомерно доначислил налогоплательщику налог на прибыль и НДС за 2014 -2016 годы.

Кроме того, суд находит обоснованными доводы общества о неправильном расчете налоговым органом сумм доначисленных налогов. 

Так, налоговый орган при установлении, что ООО «КОМУС» в результате искусственного дробления бизнеса (путем создания двух взаимозависимых организаций) получило необоснованную налоговую выгоду, выразившуюся в неуплате по налога на прибыль организаций и налога на добавленную стоимость за счет использования налогоплательщиками специальных налоговых режимов, должен был доначислить ООО «КОМУС» суммы указанных налогов в том размере, в каком общество должно было бы их уплатить, если бы аффилированное с ним лицо не принимало участия в предпринимательской деятельности.

Вместе с тем, как обоснованно отметил заявитель, налоговый орган в нарушение действующего законодательства о налогах и сборах при исчислении налоговой базы по НДС и налогу на прибыль организаций неправомерно учел доходы, полученные ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» по сделкам, заключенным между ними, что привело к необоснованному завышению налогооблагаемой базы по НДС и налогу на прибыль организаций на 39 400 805,80 рублей.

Кроме того, суд принимает во внимание, что  налоговым органом при определении предельной величины доходов по двум организациям налоговый орган учитывал декларации по УСН двух организаций с учетом доходов, полученных ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» по сделкам, заключенным между друг с другом. Таким образом, налоговый орган искусственно увеличил суммарный доход двух организаций за 4 квартал 2014 года и признал ООО «КОМУС» утратившим право применения УСН с 4 квартала 1014 года, тогда как превышения предельной величины дохода в 4 квартале 2014 года не имело место.

Из материалов дела усматривается, что в проверяемом периоде между ООО «КОМУС» и ООО «КПВС» были заключены договора аренды транспортного средства с правом выкупа, договора аренды нежилого помещения, договор  оказания комплексных услуг по обслуживанию автотранспорта, договора на оказание услуг по размещению отходов, договор возмездного оказания услуг по вывозу отходов, договор по выполнению земляных работ, договор по оказанию услуг спец, техники.

Налоговый орган признал ООО «КПВС» взаимозависимой организацией и объединяя финансово-хозяйственную деятельность двух организаций при определении налоговой базы по НДС и налогу на прибыль не исключил из налоговой базы реализацию услуг в адрес друг друга.

Так по 4 кварталу 2014 года  налоговый орган определил налоговую базу  ООО «КОМУС» по НДС и налогу на прибыль в размере 13 304 849,13 рублей, в том числе, включил реализацию услуг в адрес ООО «КПВС» в размере 1 926 361,22 рубля. При определении налоговой базы ООО «КПВС» налоговый орган также включил реализацию в адрес ООО «КОМУС» в размере 987 416,66 рублей. Таким образом, налоговым органом завышена стоимость продаж за 4 квартал 2014 года на 2 913 778 рублей (1926361+987417).

Аналогичным образом налоговым органом завышена стоимость продаж за 2015 год на 14 544 824 рублей и 2016 год - 21 942 203 рубля.

Кроме того при определении налогооблагаемой базы по НДС, включая в налогооблагаемую базу по реализацию услуг в адрес друг друга, налоговый орган не учитывал доначисленный НДС по реализации в адрес друг друга при определении налоговых вычетов. 

Таким образом, налоговый орган в налоговую базу по НДС двух организаций включил реализацию услуг ООО «КПВС» в адрес ООО «КОМУС» и ООО «КОМУС» в адрес ООО «КПВС», определил налоговую базу по налогу на прибыль двух организаций в общей сумме 96 172 114 рублей, в том числе, включил реализацию услуг в адрес ООО «КПВС» и ООО «КОМУС». При этом налоговый орган включил расходы по двум взаимозависимым организациям в размере 8 586 326,78 рублей. Таким образом, налоговым органом завышена сумма налога на прибыль организаций за 2015 год в размере 1 191 699 рублей.

Суд находит обоснованными доводы общества о том, что налоговый орган при проведении проверки и доначислении ООО «КОМУС» налоговых обязательств по уплате налога на добавленную стоимость и налога на прибыль не учел уплаченные двумя организациями УСН за 2014-2016 годы.

Так ООО «КОМУС» за 4 квартал 2014 года уплачен УСН в размере 238 034,90 рублей, за 2015 год - 1 026 369 рублей, за 2016 год - 1 360 000 рублей. Всего за проверяемый период оплачено ООО «КОМУС» - 2 624 403,90 рублей.

ООО «КПВС» также была произведена оплата УСН за 4 квартал 2014 года в размере 342 851 рубль, за 2015 год - 1 366 841 рублей, за 2016 год - 1 385 621 рубль. Итого за проверяемый период 3 095 313 рублей.

Всего двумя организациями был уплачен УСН в размере 5 719 717 рублей.

Однако налоговый орган при вынесении решения по выездной налоговой проверке не учел данные обстоятельства.

Кроме того, суд находит обоснованными доводы общества о том, что налоговый орган при определении налогооблагаемой базе по НДС и налогу на прибыль организаций необоснованно завысил сумму реализации услуг ООО «КОМУС» в адрес покупателей.

Так, из материалов дела усматривается, что по покупателям МУП «Береславское коммунальное хозяйство», ГБУЗ «Светлоярская ЦРБ», МКДОУ «Цацинский д/с «Солнышко», МКДОУ «Кировский д/с «Колокольчик», МКОУ «Дубовоовражская СШ», МКОУ «Болыпечапурниковская СШ», ГОУ СПО «Волгоградский медико-экологический техникум», Администрация Кировского сельского поселения, МУП ЖКХ «Болыпечапурниковское КХ», МБУ «Хозяйственное управление Цацинского сельского поселения», МБУ «Жилищно- коммунальное хозяйство Дубоовражного сельского поселения», МУПП «Волгоградские межрайонные электрические сети» и др. налоговый орган в два раза увеличил сумму реализации услуг.

Более того, суд отмечает, что налоговый орган при проведении проверки не истребовал и не исследовал у налогоплательщика и третьего лица ни первичные документы по данным контрагентам-покупателям, ни бухгалтерские документы (карточки счета и оборотно-сальдовые ведомости). В материалы дела не представлено налоговым органом ни одного первичного документа в обоснование своей позиции и в подтверждение правильности произведенного расчета.

В отсутствие указанных документов суд лишен возможности проверить правильность произведенных налоговым органом доначислений.

Суд признает ошибочным довод о том, что оборотно-сальдовые ведомости не являются первичными документами.

В соответствии с п. 1 ст. 54 НК РФ налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

В п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2011 № 148 "Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений главы 30 Налогового кодекса Российской Федерации" указано на то, что по смыслу ст. 54 НК РФ налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые в их исполнение финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете. При этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций.

Приказом Минфина России от 31.10.2000 № 94н утверждены План счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкция по его применению. План счетов представляет собой схему регистрации и группировки фактов хозяйственной деятельности (активов, обязательств, финансовых, хозяйственных операций и др.) в бухгалтерском учете.

В соответствии с п. 1 ст. 82 НК РФ налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции посредством налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, налоговых агентов и плательщиков сбора, проверки данных учета и отчетности, осмотра помещений и территорий, используемых для извлечения дохода (прибыли), а также в других формах, предусмотренных НК РФ.

Указанная норма не содержит разграничений между бухгалтерским и налоговым учетом.

В п. 5.1 Письма ФНС России от 25.07.2013 № АС-4-2/13622 "О рекомендациях по проведению выездных налоговых проверок" (далее - Письмо № АС-4-2/13622) указано, что в ходе проведения налоговой проверки должностными лицами налогового органа проверяются, анализируются, сопоставляются и оцениваются документы и информация, имеющие значение для формирования выводов о правильности исчисления, удержания и уплаты (перечисления) налогов и сборов, а также для принятия обоснованного решения по результатам проверки, в частности:

приказы об учетной политике, включая утвержденные рабочие планы счетов бухгалтерского учета, формы первичных учетных документов и регистров бухгалтерского учета, правила документооборота, порядок контроля за хозяйственными операциями и другие необходимые для проверки документы, подлежащие утверждению при формировании учетной политики, приказы об учетной политике для целей налогообложения, приказы о кредитной политике;

бухгалтерская отчетность организации;

регистры бухгалтерского учета (главные книги, журналы учета хозяйственных операций, журналы-ордера, ведомости и др.).

Налоговым органом доводы общества о неполноте проверки в части определения налоговых обязательств должным образом не опровергнуты. 

При указанных обстоятельствах, проанализировав собранные по делу доказательства в совокупности во исполнение указаний суда кассационной инстанции, суд находит обоснованными доводы заявителя о том, что выводы инспекции о незаконной минимизации своих налоговых обязательств в виде создания схемы дробления бизнеса совместно с взаимозависимым лицом, при наличии признаков деятельности одного юридического лица, документально не подтверждены, фактически достоверно не установлены, носят предположительный характер.

 Налоговым органом в ходе проверки не было собрано достаточно достоверных доказательств в подтверждение заявленных доводов о недобросовестности истца и направленности его умысла на получение необоснованной налоговой выгоды.

Напротив, в обоснование своей позиции инспекций положила противоречивые доказательства, ссылалась на неполно исследованные обстоятельства.   

Налоговый орган в судебное заседание представил копии материалов уголовного дела в отношении руководителя заявителя.

Суд отмечает, что в соответствии с пунктом 4 статьи 69 АПК РФ обязательным для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом, является только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу. Таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела не может рассматриваться в качестве доказательств совершения противоправных действий единоличным исполнительным органом заявителя.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (допустимость доказательств - статья 68 АПК РФ).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд обязан оценить допустимость доказательств.

Арбитражный суд при определении предмета доказывания по налоговому спору и исследовании соответствующих доказательств не должен восполнять пробелы решения налогового органа. В частности, к таким дефектам относятся не отражение или неполное отражение обстоятельств налогового правонарушения, отсутствие ссылок на соответствующие доказательства. При разрешении спора суд проверяет законность решений и действий (бездействия) налогового органа и не должен подменять собой данный государственный орган (постановление ФАС Центрального округа по делу № А54-4806/2009-С4 от 22.07.2010).

Из материалов дела усматривается, что в настоящее время расследование уголовного дела не завершено, приговор в отношении физического лица не вынесен. Суд полагает, что указанные доказательства подлежат оценке судом в совокупности при рассмотрении уголовного дела.

Иные доводы инспекции об обоснованности доначисления истцу налогов также  не свидетельствуют.

Выявленная судом неполнота проведенной налоговой проверки не может быть восполнена в рамках судебного разбирательства. Доводы общества об отсутствии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды налоговым органом в нарушение ст. ст. 65, 200 АПК РФ должным образом не опровергнуты. 

При таких обстоятельствах суд полагает, что решение ИФНС в указанной части подлежит признанию недействительным.

В связи с удовлетворением требований общества с инспекции в его пользу в силу ст. 110 АПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6000 руб., уплаченная при подаче заявления, апелляционной и кассационной жалоб.

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, и руководствуясь статьями 71, 167-171,  110, 201 АПК РФ, суд

Р  Е   Ш   И   Л:

Решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области от 30.03.2018 №24 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления недоимки в размере 39 035 905 руб., пени в размере 9 114 011 руб., привлечения к налоговой ответственности  по ст. 119 и 122 НК РФ с назначением штрафа в размере 17 275 546 руб., внесении исправлений в документы бухгалтерского и налогового учета признать недействительным.

Обязать межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «КОМУС».

Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «КОМУС» судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 6000 руб.

В удовлетворении заявления межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №8 по Волгоградской области о взыскании судебных расходов отказать.

Решение  арбитражного суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Саратов) в течение месяца после его принятия подачей апелляционной жалобы через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья                                                                         Кострова Л.В.