АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-24985/2015

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 июля 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Жирных О.В.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

Ишутиной О.В. -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием режима веб-конференции посредством сервиса «Картотека арбитражных дел» кассационные жалобы ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик), публичного акционерного общества Банк ВТБ (далее – ПАО Банк ВТБ) и общества с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг (далее – ООО ВТБ Факторинг) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2021 (судья Бородынкина А.Е.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Усанина Н.А.) по делу № А27-24985/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибирская Вагоноремонтная Компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ООО «СВРК», должник), принятые по результатам рассмотрения заявлений:

1) ПАО Банк ВТБ и ООО ВТБ Факторинг (именуемые вместе – кредиторы) к ответчикам: ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, обществу с ограниченной ответственностью «ЗапСиб-Транссервис», обществу с ограниченной ответственностью  «СВК» (далее –общество «СВК»), акционерному обществу «Банк Акцепт» о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, к обществу с ограниченной ответственностью «Октябрьское» о взыскании убытков в размере 228 300 000 руб.

2) конкурсного управляющего должником о привлечении к субсидиарной ответственности за искажение бухгалтерской отчетности к ответчикам: ФИО1, ФИО4, ФИО7, ФИО10, ФИО8, ФИО9, обществу с ограниченной ответственностью «ЗапСиб-Транссервис».

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований: общества с ограниченной ответственностью «Рейлхол-В», «Транспортно-эксплуатационные системы», «ОТС Сибири», «Сибстройконсалтинг», «Сибирский Бизнес Центр», «Компания Бизнес Гарант», «Маркер», «Главновосибирскстрой-СП», «Машкомплект», «Технология»; акционерные общества «Сибгипрокоммунэнерго», «Главновосибирскстрой», «Искитимизвесть», «Левобережный песчаный карьер»; ФИО13, ФИО14.

В судебном заседании в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» приняли участие представители: конкурсного управляющего ФИО15 - ФИО16 по доверенности от 08.07.2021, общества с ограниченной ответственностью «Главновосибирскстрой-СП» - ФИО17 по доверенности от 18.01.2022, ФИО6 - ФИО18 по доверенности от 15.12.2020, общества с ограниченной ответственностью «Октябрьское» - ФИО19 по доверенности от 25.07.2022.

В помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие представители: ФИО10 - ФИО20 по доверенности от 27.09.2021, ФИО7 - ФИО20 по доверенности от 23.10.2021, ООО «Сибирская вагоноремонтная компания» - ФИО21 по доверенности от 23.09.2021, ФИО2 - ФИО22 по доверенности от 02.06.2022, ФИО1 - ФИО22 по доверенность от 25.04.2022.

Судом округа обеспечена техническая возможность участия в судебном заседании в режиме веб-конференции (онлайн-заседание) посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел», однако явка представителей ПАО Банк ВТБ - ФИО23, ООО «Октябрьское» - ФИО24 не обеспечены.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления ПАО Банк ВТБ, принятого определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.12.2015.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 06.02.2017 в отношении ООО «СВРК» введена процедура конкурсного производства.

Определением от 19.03.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО15 (далее – конкурсный управляющий).

Кредиторы 27.05.2019 обратились в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, о привлечении акционерного общества «Банк Акцепт» к ответственности в виде возмещения убытков.

Определением от 28.11.2019 выделено в отдельное производство требование конкурсного управляющего о привлечении ответчиков ФИО1, ФИО4, ФИО7, ФИО10, ФИО8, Игнатова Игнатов А.М., общества с ограниченной ответственностью «ЗапСибТранссервис» (далее – ООО «ЗСТС») к субсидиарной ответственности за искажение бухгалтерской отчетности.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022, заявления удовлетворены частично, с общества «СВК», ФИО7, ФИО6, ФИО2, ООО «ЗСТС» в конкурсную массу должника взыскано солидарно 7 263 871,68 руб. в возмещение убытков. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, в конкурсную массу должника взыскано 7 082 686,50 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, кредиторы и ФИО1 обратились с кассационными жалобами в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Кредиторы в кассационной жалобе просят отменить обжалуемые судебные акты:

- в части отказа в привлечении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО10, ФИО9, ФИО8, обществ «СВК», «ЗСТС» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;

- в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО1 за неподачу заявления о банкротстве должника в сумме 7 082 686,50 руб.;

- в части определения суммы подлежащей взысканию с обществ «СВК», «ЗСТС»,ФИО7, ФИО6, ФИО2, в конкурсную массу должника в размере 7 263 871,68 руб. в возмещение убытков.

Направить дело на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции в указанных частях.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности кредиторы ссылаются на искажение бухгалтерской отчетности должника; неправомерные действия при строительстве депо, получение кредитов в значительно большем размере, чем стоимость строительства и направление разницы в пользу аффилированного лица; переключение финансовых потоков должника на общество «СВК», что привело к окончательной невозможности восстановления платежеспособности должника.

По мнению кассаторов, в основу выводов судов об отсутствии завышения стоимости строительства депо положено заключение судебной строительной экспертизы, содержащее многочисленные нарушения, которые не позволяют рассматривать его в качестве надлежащего доказательства. При этом суд отклонил представленные в материалы дела рецензии на заключение судебной строительной экспертизы, а также заключение общества с ограниченной ответственностью «ИНРАСП-Эксперт».

Судами необоснованно не принято во внимание заключение судебной финансово-экономической экспертизы при определении даты и причин объективного банкротства должника. Заключение сделок с обществом «СВК» после наступления даты объективного банкротства значительно ухудшило финансовое состояние должника. Общество «СВК» не вело расчет по договорам на ремонт вагонов и колесных пар, должник в свою очередь не расторгал невыгодные договора.

С позиции кассаторов, согласованные действия общества «СВК» и иных лиц в условиях финансового кризиса должника привели к окончательной утрате возможности осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие к утрате возможности погашения долговых обязательств, следовательно, должны квалифицироваться в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Как указывают податели жалобы выводы эксперта в заключении общества с ограниченной ответственностью КЦ «С-Лига Аудит» от 17.09.2021 основаны на неполных данных, в связи с чем не могут быть положены в основу при расчете размера убытков, причиненных обществом «СВК» должнику.

По утверждению кредиторов, действия ответчиков направлены на доведение должника до банкротства и дальнейшее его контролирование. Бездействие руководителя должника способствовало наращиванию задолженности перед аффилированными лицами с целью последующего проведения контролируемого банкротства. Таким образом, ответственность ФИО1 должна равняться размеру кредиторской задолженности, образовавшейся с 06.09.2015 по 18.12.2015 и составлять 48 883 165,19 руб.

ФИО1 в кассационной жалобе просит отменить определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022, уменьшить размер субсидиарной ответственности до 6 433 157,58 руб. Ссылается на опубликование в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ) сообщения о намерении ПАО Банк ВТБ обратится с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «СВРК», поскольку контрагенты также были осведомлены об указанных обстоятельствах их требования, за исключением требований налогового органа, не должны включаться в размер субсидиарной ответственности.

Общества «СВК», «Главновосибирскстрой-СП», ФИО1, ООО, ФИО6, ФИО2 в отзывах возражают против доводов кассационных жалоб кредиторов.

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный управляющий просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты, как соответствующие действующему законодательству.

Рассмотрение дела в суде кассационной инстанции откладывалось определениями от 08.06.2022 и 13.07.2022.

В судебных заседаниях представители кассаторов поддержали доводы кассационных жалоб в полном объеме, представители ответчиков, ООО «Главновосибирскстрой-СП», конкурсного управляющего просят оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 АПК РФ, арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, ООО «СВРК» создано на основании решения единственного участника ООО «ЗСТС» от 26.01.2009 № 1.

ООО «СВРК» являлось дочерним предприятием ООО «ЗСТС» - оператора железнодорожного подвижного состава, которое в основном оказывало услуги по плановому и текущем ремонту подвижного состава головного предприятия, а также сторонним организациям. В феврале 2013 года предприятие открыло собственное вагоноремонтное депо в городе Новокузнецке с проектной мощностью до 4 000 вагонов и до 25000 колесных пар участкового ремонта в год. ООО «ЗСТС» с целью усиления своей конкурентоспособности сформировало группу дочерних предприятий, действовавших в смежных отраслях рынка. Структура компаний представляла собой взаимодополняющую схему, обеспечивающую полный производственный цикл по всем операциям с подвижным составом: предоставление полувагонов для перевозки грузов, ремонт подвижного состава, управление локомотивной тягой, проведение погрузочно-разгрузочных работ, автотранспортные услуги и ремонт железнодорожных путей.

В целях осуществления должником своей деятельности, осуществлено строительство (реконструкция) вагоноремонтного депо, в основном за счет привлеченных должником кредитных средств.

Так, между открытым акционерным обществом «ТрансКредитБанк» (далее – ОАО «ТрансКредитБанк») и ООО «СВРК» (заемщик) 15.03.2011 заключен договор о кредитной линии № К2600/11-0102ЛО/Д000 (далее - кредитный договор), по условиям которого кредитор обязался предоставить заемщику денежные средства (кредит) путем открытия ему кредитной линии.

Исполнение обязательств ООО «СВРК» обеспечено залогом имущества должника по договору об ипотеке (залоге недвижимого имущества) от 15.03.2011 № К2600/11-0102ЛО/З010.

Впоследствии между ОАО «ТрансКредитБанк» (цедент) и Банком ВТБ 27.06.2013 заключен договор об уступке прав (требований) № ДУ703730/2013/00007, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию в полном объеме права (требования) цедента к ООО «СВРК» по кредитному договору, а также все права по обеспечительным сделкам.

С 30.04.2015 должник перестал исполнять обязательства перед Банком ВТБ, не производил очередные платежи в размере 13 020 794,67 руб. ежемесячно, а также, начиная с 30.04.2015, перестал платить проценты по кредиту.

В связи с изложенным Банк ВТБ 17.07.2015 направил должнику требование о досрочном истребовании суммы кредита, которое было получено последним 05.08.2015.

Размер задолженности по состоянию на 09.06.2015 составлял 442 708 874,61 руб. - срочный основной долг, 26 041 589,34 руб. - просроченный основной долг, 10 648 887,55 руб. - начисленные неоплаченные проценты, 1 676 400,95 руб. - неустойка, начисленная на просроченную задолженность по основному долгу, 575 869,98 руб. - неустойка, начисленная на просроченную задолженность по процентам.

После получения требования о досрочном истребовании кредита между ООО «ЗСТС» и АО «Райффайзенбанк» 07.08.2015 заключен договор оказания консультационных услуг с целью реструктуризации задолженности ООО «ЗСТС» и его дочерних и зависимых лиц по кредитным соглашениям и по договорам лизинга перед банками и лизинговыми компаниями. В материалы дела представлены указанный договор, программа реструктуризации задолженности, подготовленная консультантом АО «Райффайзенбанк», план-график реструктуризации.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.12.2015 возбуждено дело о банкротстве должника.

В период с 18.02.2016 по 30.03.2016 между ООО «СВК» (заказчик) и ООО «СВРК» (исполнитель) заключен ряд договоров на выполнение работ по ремонту деталей, узлов, колесных пар грузовых вагонов и самих грузовых вагонов.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение виновных действий, направленных на искажение бухгалтерской отчетности, заключения убыточных сделок, неподачу в суд заявления о признании должника банкротом, ПАО Банк ВТБ, ООО ВТБ Факторинг и конкурсный управляющий обратились в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ранее действовавшей редакции) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Аналогичное правило содержится в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079, как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Оценивая доводы о завышении объемов работ при строительстве депо за счет кредитных средств, суды установили следующее.

Кредитным соглашением, предусмотрен контроль за расходованием заемных средств. В материалах дела отсутствуют доказательства возражений со стороны кредитной организации относительно ненадлежащего исполнения условий инвестиционного проекта.

С учетом наличия разногласий сторон о стоимости выполненных работ и/или поставленного оборудования суд первой инстанции назначил судебную строительно-техническую экспертизу.

По результатам проведения экспертного исследования представлено экспертное заключение от 18.12.2020 №1717/по, согласно которому итоговая стоимость строительства объекта «вагонное депо», рассчитанная в средних рыночных ценах на момент строительства, составила 397 181 550 руб., стоимость работ по договору генподряда № 41 составляет 373 663 166 руб., то есть стоимость строительства в сравнении со среднерыночными ценами занижена на 23 518 384 руб.

Оценив представленное экспертное заключение, суд первой инстанции, позицию которого поддержал суд апелляционной инстанции, пришел к выводу, что экспертное заключение соответствует требованиям, предусмотренным пунктом 2 статьи 86 АПК РФ, является достоверным и допустимым доказательством, ему дана детальная оценка в совокупности с иными, имеющимися в деле доказательствами.

Отклоняя заключение ООО «ИНРАСП-Эксперт», суд первой инстанции исходил из того, что выводы в части завышения объемов работ и их стоимости, по сути, основаны на непредставлении в полном объеме для исследования необходимой первичной документации. Между тем, данная документация была предоставлена подрядчиком для производства судебной экспертизы, эксперты о недостаточности документов не заявили.

Таким образом, признавая доводы кредиторов и конкурсного управляющего об искажении данных бухгалтерской отчетности необоснованными, судами приняты во внимание результаты проведенной экспертизы, которой не установлено завышения стоимости работ и/или материалов (оборудования) приобретенных должником, а также аудиторские проверки, которыми подтверждена достоверность бухгалтерской отчетности за 2013 - 2015 годы (нарушения в бухгалтерской отчетности за 2015 год, по мнению аудитора, не носили существенного характера; неверного отражения в бухгалтерской отчетности должника стоимости основных средств не выявлено).

Ходатайств о проведении повторной экспертизы заинтересованными лицами не заявлялось.

Исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что при строительстве депо не была искусственно завышена его стоимость, а имеющиеся искажения отчетности, не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

В пункте 21 Постановления № 53 разъяснено, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 23 постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В пункте 18 Постановления № 53 закреплено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Оценивая требования о привлечении к субсидиарной ответственности в результате заключения должником сделок с обществом «СВК» суды исходили из следующего.

Согласно материалам дела, общество «СВК» зарегистрировано в качестве юридического лица 22.01.2016 (после возбуждения дела о банкротстве должника).

Между обществом «СВК» (заказчик) и должником (исполнитель) заключены договоры на деповской и капитальный ремонт грузовых вагонов; на выполнение работ по ремонту грузовых вагонов; на выполнение работ по ремонту деталей, узлов, колесных пар грузовых вагонов; на выполнение работ по капитальному ремонту колесных пар грузовых вагонов.

Для дальнейшего осуществления деятельности должник, имеющий сосредоточенную производственную базу (депо), вынужден был заключить указанные сделки в связи с тем, что клиенты ООО «СВРК» прекратили поставлять вагоны в ремонт, так как должник не мог выполнять работы по ремонту надлежащим образом, поскольку:

во-первых, у ООО «СВРК» не было необходимых для ремонта материалов, а предоплата заказчиков направлялась не на их приобретение, а на погашение текущих обязательств;

во-вторых, при возникновении у заказчиков претензий к качеству ремонтных работ, ООО «СВРК» не могло выполнить своих гарантийных обязательств в связи с отсутствием денежных средств. Доставлять вагоны в депо ООО «СВРК» для устранения дефектов непосредственно подрядчиком экономически нецелесообразно, иногда невозможно. В этой связи требовалось оказание услуг по ремонту сторонними организациям, что требовало оплаты без особенностей, установленных статьей 134 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу, что привлечение общества «СВК» для продолжения ведения хозяйственной деятельности в целом отвечало интересам должника, в противном случае должник вынужден был прекратить выполнение работ (услуг).

Установив факт заключения договоров по ценам ниже рыночных с лицом, отвечающим признакам аффилированности, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с контролирующих должника лиц соответствующей суммы убытков, так как это привело к нарушению прав кредиторов, невозможности погашения кредиторов по текущим платежам, реестровых кредиторов в соответствующей части.

Судом отклонены представленные кредиторами расчеты средней (рыночной) цены, поскольку сравнение цены ремонта одного вагона допустимо, если объем выполняемых работ, используемых материалов и запчастей, во всех случаях будет одинаковым. Поскольку должник не мог оказывать клиентам услуги по сервисному обслуживанию, потери ООО «СВРК» от выполнения ремонтных работ для общества «СВК» в отношении вагонов, находящихся на сервисном обслуживании у последнего, могли представлять собой только разницу в цене ремонта по сравнению со среднерыночной ценой аналогичных услуг.

С учетом поступившего в материалы дела заключения эксперта ФИО25 об определении рыночной стоимости ремонта вагонов и колесных пар, признанного соответствующим требованиям, предусмотренным пунктом 2 статьи 86 АПК РФ, размер убытков составил: деповской ремонт вагонов – 3 371 459,63 руб., капитальный ремонт вагонов – 37 900,51 руб., капитальный ремонт колесных пар – 1 473 566,54 руб., средний и текущий ремонт колесных пар – 2 413 513 + 46 669 руб., всего: 7 343 108,68 руб.

Установив факт заключения договоров по ценам ниже рыночных с лицом, отвечающим признакам аффилированности, суды пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с контролирующих должника лиц соответствующей суммы убытков, так как это привело к нарушению прав кредиторов, невозможности погашения кредиторов по текущим платежам, реестровых кредиторов в соответствующей части.

Довод кассационной жалобы об искажении данных о фактической загрузке мощностей ООО «СВРК» был предметом оценки нижестоящих судов и документально не подтвержден.

Не нашел своего подтверждения довод жалобы о том, что общество «СВК» не осуществляло расчеты с должником исходя из цены, согласованной в договорах.

Суд округа считает ошибочным вывод судов, что общество «СВК» не может быть отнесено к числу контролирующих должника лиц, поскольку причины, приведшие к объективному банкротству должника, возникли до возбуждения дела о банкротстве ООО «СВРК», следовательно, общество «СВК» не могло оказать никакого влияния на их возникновение, причины наступления объективного банкротства должника не могут находиться в причинно-следственной связи с действиями (бездействиями) общества «СВК».

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве также в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника (подпункт 2 пункта 12 указанной статьи).

Вместе с тем, допущенная ошибка не привела к принятию неправильного судебного акта, поскольку судами установлено, что исчисленная разница по сравнению с рыночной стоимостью работ (услуг) не является значительной, следовательно, не привела к существенному ухудшению финансового положения должника.

В силу части 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992, невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования.

В рассматриваемом случае суды установили, что деятельность должника и материнской компании (ООО «ЗСТС») были взаимосвязаны в силу производственного цикла. Отсутствие у материнской компании парка вагонов существенно влияло на продолжение должником своей хозяйственной деятельности или, по крайней мере, влияло на возможность сохранения должником объемов ремонтов вагонов в тех же количествах, поскольку при отсутствии парка вагонов у ООО «ЗСТС» должнику следовало принять меры к загрузке производственных мощностей вагонами, принадлежащими иным сторонним лицам. В данном случае дата объективного банкротства материнской компании и должника совпали в силу фактических обстоятельств, являвшихся причиной наступления объективного банкротства.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.06.2019 по делу № А45-23915/2015 о банкротстве ООО «ЗСТС» установлено, что в течение 2015 года материнская компания вела переговоры с организациями, входящими в одну с банком группу лиц - акционерным обществом ВТБ Лизинг и ООО ВТБ «Факторинг», относительно реструктуризации задолженности и исполнения принятых на себя обязательств. При этом банк и аффилированные с ним кредиторы располагали всей необходимой информацией о финансовом состоянии должника в течение всего периода времени, предшествующего банкротству. Руководство принимало усилия, направленные на преодоление финансовых затруднений. Объективное банкротство материнской компании наступило 21.10.2015 ввиду изъятия вагонов лизингодателем.

Привлекая к субсидиарной ответственности ФИО1, суды исходили из того, что он осуществлял полномочия директора ООО «СВРК» в период с 28.04.2013 по 23.11.2015, дело о банкротстве возбуждено по заявлению кредитора 18.12.2015. В размер субсидиарной ответственности включена задолженность перед кредиторами, чьи требования возникли в период с 23.11.2015 по 18.12.2015, без учета обязательств перед кредиторами, которые в момент возникновения которых знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Судом округа отклоняется довод ФИО1 о том, что в размер субсидиарной ответственности не включаются обязательства, возникшие после размещения на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве сообщения кредитора о намерении обратиться с заявлением о банкротстве должника. Опубликование соответствующего сообщения необходимо в силу пункта 2.1 статьи 7 Закона о банкротстве, при этом намерение отдельного кредитора обратиться с заявлением о банкротстве должника, не свидетельствует о том, что должник в действительности является несостоятельным и у руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества.

Кредиторами в кассационной жалобе приведен довод о том, что должник в преддверие банкротства заключил ряд обеспечительных сделок с аффилированными лицами, что по мнению кредиторов, имеет значение при рассмотрении настоящего дела. Вместе с тем, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Кемеровской области от 02.12.2019 по настоящему делу установлено, что заключение должником данных сделок никак не связано с возникновением объективного банкротства, вред кредиторам не был причинен. Выдача авалей обусловлена общими экономическими интересами сторон сделок.

Доводы кредиторов, касающиеся несогласия с заключением строительно-технической экспертизы от 18.12.2020 № 1717/по, проведенной государственным автономным учреждением Кемеровской области «Научно-практический центр по ценообразованию и строительству», финансово-экономической экспертизы по определению рыночной стоимости от 17.09.2021, проведенной экспертом общества с ограниченной ответственностью Консалтинговый центр «С-Лига Аудит» ФИО25, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку данные заключения соответствуют требованиям статей 82, 83, 86 АПК РФ, содержат все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, основаны на материалах дела, являются ясным, выводы полными, исследовательская часть заключений содержит мнение экспертов по исследованным ими материалам, являлись предметом детальной оценки судов первой и апелляционной инстанций, обоснованно признано надлежащими и достоверными доказательствами, противоречия судами не установлены. Доводы кассационной жалобы о несогласии с заключениями экспертиз сводятся по существу к переоценке собранных по делу доказательств, в связи с чем подлежат отклонению.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, по сути, сводятся к несогласию их заявителей с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2022 по делу № А27-24985/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                       О.В. Жирных

 

Судьи                                                                                    О.В. Ишутина

 

М.Ю. Бедерина