ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-65196/2023

14 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

Постановление изготовлено в полном объеме  14 декабря 2023 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Третьякова Н.О.

 

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-35727/2023) ООО "ГИН" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.10.2023 по делу № А56-65196/2023, рассмотренному в порядке упрощенного производства, принятое

 

по иску Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd 

к  ООО "ГИН"

о взыскании, 

 

установил:

Компания Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) (далее – Компания, истец) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «ГИН» (далее – ООО «ГИН», Общество, ответчик) о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №808049, №831022, 2 376 руб. стоимости вещественного доказательства – товара, 523 руб. 54 коп. почтовых расходов.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением суда в виде резолютивной части от 11.09.2023 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Мотивированный текст решения составлен судом 04.10.2023.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. В апелляционной жалобе ответчик указывает, что реализованные товары не являются контрафактными, поскольку спорные товары введены в гражданский оборот правообладателем или непосредственно с его согласия. Также ответчик ссылается на чрезмерность взысканной с ответчика в пользу истца компенсации.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке без вызова сторон, по имеющимся в деле доказательствам, в соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в ходе закупки, произведенной 11.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, лит. А, установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета) (далее - товар № 1). 

В подтверждение продажи был выдан чек, содержащий следующие сведения: 

Дата продажи: 11.09.2022. 

Кроме того, при покупке иного товара (чай) в указанной торговой точке был выдан кассовый чек с указанием следующей информации: 

Наименование продавца: ООО "ГИН". 

Дата продажи: 11.09.2022. 

ИНН продавца: 7816398325.

На товаре № 1 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 808049, № 831022.

В ходе закупки, произведенной 16.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета) (далее - товар № 2). 

В подтверждение продажи был выдан чек: 

Наименование продавца: ООО "ГИН". 

Дата продажи: 16.09.2022. 

ИНН продавца: 7816398325. 

На товаре № 2 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 808049, № 831022.

В ходе закупки, произведенной 18.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета) (далее - товар № 3). 

В подтверждение продажи был выдан чек: 

Дата продажи: 18.09.2022. 

Кроме того, при покупке иного товара (сигареты) в указанной торговой точке был выдан кассовый чек с указанием следующей информации: 

Наименование продавца: ООО "ГИН". 

Дата продажи: 18.09.2022. 

ИНН продавца: 7816398325. 

На товаре № 3 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 808049, № 831022.

В ходе закупки, произведенной 19.09.2022 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета) (далее - товар № 4). 

В подтверждение продажи был выдан чек: 

Дата продажи: 19.09.2022. 

Кроме того, при покупке иного товара (сигареты) в указанной торговой точке был выдан кассовый чек с указанием следующей информации: 

Наименование продавца: ООО "ГИН". 

Дата продажи: 19.09.2022. 

ИНН продавца: 7816398325. 

На товаре № 4 содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 808049, № 831022.

Компания является обладателем исключительного права на товарный знак № 808049 («ELFBAR»), № 831022, что подтверждается сведениями с официального сайта Федерального института промышленной собственности (ФИПС) (https://www1.fips.ru/registers-web) о регистрации соответствующего товарного знака.

Указанные товарные знаки имеют правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «табак; сигареты, содержащие заменители табака, не для медицинских целей; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет никотиносодержащие; сигареты с фильтром; спреи для полости рта для курящих; сигареты, папиросы; ароматизаторы для электронных сигарет, кроме эфирных масел; подставки для курительных трубок».

Исключительные права на распространение данных объектов интеллектуальной собственности на территории РФ принадлежат Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) (далее – Правообладатель), и Ответчику не передавались.

Предложением к продаже и реализацией товаров ответчик нарушил права истца.

В связи с этим истец направил в адрес ответчика претензии с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав истца.

Оставление претензий без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, признав требования истца обоснованными и документально подтвержденными как по праву, так и по размеру, удовлетворил их в полном объеме.

Апелляционная инстанция, рассмотрев материалы дела и оценив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для ее удовлетворения.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

В силу статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ.

Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 157 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 10), с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Материалами дела, в частности сведениями с официального сайта Федерального института промышленной собственности (ФИПС) (https://www1.fips.ru/registers-web), подтвержден факт принадлежности истцу исключительных прав на товарные знаки № 831022 и № 808049.

Спорные товары приобретены истцом по договорам розничной купли-продажи. В подтверждение сделки продавцом выданы чеки от 11.09.2022, 16.09.2022, 18.09.2022, 19.09.2022 с реквизитами ответчика. На товарах размещены обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца.

Установленные обстоятельства ответчиком в суде апелляционной инстанции не оспорены, в силу пункта 3.1. статьи 70 АПК РФ считаются признанными ответчиком.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что реализованные товары не являются контрафактными, поскольку спорные товары введены в гражданский оборот правообладателем или непосредственно с его согласия.

В статье 1487 ГК РФ указано, что не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

В соответствии с данной статьей законодатель подразумевает использование товарного знака другими лицами, не правообладателем лично, в отношении маркированных товаров, введенных в гражданский оборот, на которых использован товарный знак, находящийся под действующей правовой охраной.

Исходя из этого, последующее использование на этих же товарах этого же товарного знака не является нарушением исключительных прав даже без получения разрешения правообладателя.

Дополнительного разрешения от правообладателя на реализацию этого товара не требуется, поскольку товар маркирован производителем, он в соответствии с законом, правомерно введен в гражданский оборот на территории страны. То есть, законодатель этим подразумевает, что право на товар, на котором нанесен товарный знак, на который распространяется правовая охрана, считается исчерпанным.

Доказательством введения в гражданский оборот спорного товара может служить представление письменных документов, свидетельствующих о приобретении товара (накладные, чеки) у правообладателя (лицензиатов), либо уполномоченных ими лиц.

При этом в материалы дела не представлены документы, подтверждающие факт приобретения ответчиком товара у правообладателя или с его согласия.

Между тем, именно ответчик должен, осуществляя предпринимательскую деятельность на свой риск, убедиться в том, что приобретенный им для целей продажи товар создан без нарушений прав иных лиц на результаты интеллектуальной деятельности.

В обоснование довода о том, что спорный товар был введен в гражданский оборот непосредственно правообладателем или с его согласия, ответчик указывает, что оригинальность спорного товара подтверждается сведениями из информационной системы «Честный ЗНАК».

Вместе с тем, система «Честный ЗНАК» не подтверждает оригинальность маркированных товаров, а лишь фиксирует качество приобретаемой продукции. 

Маркированная продукция – признак качества, свидетельство того, что конкретный товар принадлежит конкретному производителю и качество продукции соответствует заявленному.

При считывании штрих-кода в данной системе указывается информация о концентрации никотина, аромате, виде товара, количестве, объеме, полном наименовании и нормативно-сопроводительной документации (код подакцизного товара, код ОКПД2, код ТНВЭД, группа ТНВЭД), при этом сведения о правообладателе и поставщике товара отсутствуют.

Таким образом, указанная система не подтверждает правомерность использования объектов интеллектуальной собственности Истца.

Доводы ответчика о том, что он не является ни производителем, ни поставщиком контрафактного товара не имеют правового значения, поскольку предложение к продаже и розничная продажа товара, на котором размещены товарные знаки истца, является самостоятельным способом использования результата интеллектуальной деятельности.

Тот факт, что спорный товар был приобретен ответчиком у иного лица, не исключает вину общества, которое не проявило должную степень внимательности, заботливости и осмотрительности для предотвращения наступления для него негативных последствий и не удостоверилось должным образом в легальности реализуемого продавцом товара.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ответчиком были реализованы контрафактные товары. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает нарушение исключительного права истца на товарные знаки.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Разрешая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Истец при обращении в арбитражный суд с иском по настоящему делу избрал вид компенсации, взыскиваемой за нарушение указанного права, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, а именно в размере 200 000 рублей (по 25 000 рублей за каждый факт нарушения исключительных прав на товарный знак). 

Расчет взыскиваемой суммы за каждый товарный знак истцом не приведен, однако, как следует из текста искового заявления, истец производит расчет размера компенсации исходя из общего количества объектов интеллектуальной собственности на каждом из реализованных товаров вне зависимости от их повторения.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

В соответствии с положениями части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на чрезмерность взысканной с ответчика в пользу истца компенсации.

Вместе с тем, ответчиком в материалы дела не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие наличие правовых оснований для снижения размера компенсации.

   Рассмотрев заявленные требования и оценив доводы сторон относительно размера заявленной ко взысканию с ответчика компенсации, апелляционный суд приходит к выводу, что предъявленный истцом размер компенсации соответствует допущенному ответчиком нарушению, в связи с чем, не имеется оснований для снижения размера компенсации.

   Апелляционная инстанция считает, что, удовлетворяя исковые требования о взыскании компенсации в размере 200 000 руб., суд первой инстанции обоснованно принял во внимание характер допущенного нарушения, факт реализации четырех товаров, закупленных в разных магазинах, а также отсутствие доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием для уменьшения суммы компенсации, исходил из принципов справедливости, равенства и соразмерности.

   Кроме того, на обоснованность размера компенсации указывает также тот факт, что Компания Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd широко известна, что подтверждается приведенными истцом диаграммами популярности бренда в России и по всему миру. Более того, реализуемая ответчиком продукция изготавливается без доказательств соблюдения обязательных стандартов качества и безопасности, установленных для производства электронных сигарет, используемых в качестве средства доставки никотина, что повышает степень общественной опасности реализации такой продукции.

   При этом апелляционный суд принимает во внимание, что при рассмотрении дела ответчиком не доказаны обстоятельства, на основании которых размер компенсации подлежит снижению. Доказательства, что использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, не являлось существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя и других обстоятельств, материалы дела не содержат.

   Полномочие арбитражного суда по определению размера компенсации вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

   При этом дискреция суда по индивидуализации размера такой компенсации, допускающая выплату компенсации свыше установленного законодателем минимального размера, должна учитывать реальные последствия правонарушения и отвечать принципам разумности, справедливости и соразмерности.

   Апелляционная инстанция считает определенный судом первой инстанции размер компенсации разумным, справедливым, в связи с чем, не усматривает оснований для снижения размера компенсации, взысканной судом первой инстанции.

   Доводы ответчика о том, что суд первой инстанции неправомерно принял во внимание возражения истца, направленные в суд после истечения срока, установленного в определении от 15.07.2023 для представления дополнительных документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, поскольку из решения суда не следует, что указанные возражения были приняты во внимание судом при вынесении судебного акта. Кроме того, в обоснование указанного довода ответчик не представил доказательства того, что указанное обстоятельство привело к нарушению прав и законных интересов ответчика.

   Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, поскольку оно принято с учетом фактических обстоятельств, материалов дела и действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены обжалуемого судебного акта по доводам заявителя, отклоненным по изложенным выше мотивам, не имеется.

   Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

   Руководствуясь статьями 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 04.10.2023  по делу №  А56-65196/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Судья

 

Н.О. Третьякова