ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-4/2017

город Ростов-на-Дону

18 сентября 2017 года

15АП-13905/2017

15АП-14172/2017

15АП-14175/2017

15АП-14177/2017

15АП-14179/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 13 сентября 2017 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 сентября 2017 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Пономаревой И.В.,

судей Величко М.Г., Новик В.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь»: представитель ФИО2, паспорт, по доверенности от 30.01.2017; представитель ФИО3, паспорт, по доверенности от 30.01.2017; представитель ФИО4, удостоверение, по доверенности от 31.01.2017; 

от публичного акционерного общества «Мечел»: представитель ФИО5, паспорт, по доверенности от 01.09.2016; представитель ФИО2, паспорт, по доверенности от 26.01.2017; представитель ФИО3, паспорт, по доверенности от 26.01.2017; представитель ФИО4, удостоверение, по доверенности от 26.01.2017;

от общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг»: представитель ФИО2, паспорт, по доверенности от 26.01.2017; представитель ФИО3, паспорт, по доверенности от 26.01.2017; представитель ФИО4, удостоверение, по доверенности от 26.01.2017; 

от общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест»: представитель ФИО6, паспорт, по доверенности 06.02.2017; 

от ФИО7: представитель ФИО8, паспорт, по доверенности от 05.08.2017; 

от закрытого акционерного общества «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза»: представитель не явился, извещено;

от частной компании с ограниченной ответственностью ФИО9: представитель ФИО10, удостоверение, по доверенности 05.12.2016; представитель ФИО11, паспорт, по доверенности от 05.12.2016; представитель Водяник Е.А., паспорт, по доверенности от 05.12.2016;

от общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ»: представитель ФИО12, паспорт, по доверенности от 01.02.2017; представитель ФИО13, паспорт, по доверенности от 01.02.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», публичного акционерного общества «Мечел», общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг», общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест», ФИО7, закрытого акционерного общества «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза»

на решение Арбитражного суда Ростовской области от 18 июля 2017 года по делу № А53-4/2017 

по иску частной компании с ограниченной ответственностью ФИО9, общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ»

к публичному акционерному обществу «Мечел», обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг», обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест», Сомову Геннадию Константиновичу

о взыскании убытков,

принятое в составе судьи Корецкого О.А.,

УСТАНОВИЛ:

частная компания с ограниченной ответственностью ФИО9 (далее – истец, ЧКОО ФИО9) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Мечел»; обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь»; обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг»; обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест»; ФИО7 о взыскании убытков в размере 10 111 415 818 руб. 33 коп.

В рамках предварительного судебного заседания суда первой инстанции от 01.02.2017 истец уточнил исковые требования и просил взыскать с публичного акционерного общества «Мечел»; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь»; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг»; общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест»; ФИО7 в пользу ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» убытки в размере 10 880 244 750 руб. 64 коп. солидарно. Указанные уточнения приняты судом к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.02.2017 вследствие принятия к рассмотрению уточненных требований к участию в деле в качестве соистца привлечено общество с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ».

С учетом результатов проведенной по делу судебной экспертизы, ЧКОО ФИО9 уточнило исковые требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и просило взыскать в солидарном порядке с ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» сумму убытков в размере 5 085 057 608 руб. 91 коп. в пользу ООО «РЭМЗ»; а также взыскать в солидарном порядке с ФИО7, ООО «УК Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» сумму убытков в размере 7 649 235 936 руб. 90 коп. в пользу ООО «РЭМЗ» (т. 66 л.д. 168–169).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.07.2017 суд принял к рассмотрению уточненные требования истца, удовлетворил заявленные исковые требования в полном объеме. С общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест»; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь»; Публичного акционерного общества «Мечел»; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» в солидарном порядке взыскана сумма убытков в размере 5 085 057 608 руб. 91 ко. С ФИО7; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь»; Публичного акционерного общества «Мечел»; общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» в солидарном порядке взыскана сумма убытков в размере 7 649 235 936 руб. 90 коп. Распределены расходы по уплате государственной пошлины и по оплате расходов за проведение судебной экспертизы.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчики – ООО «УК Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг», ФИО7, а также «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» обжаловали его в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ, в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд. 

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», публичное акционерное общество «Мечел», общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» предъявили идентичные апелляционные жалобы, в которых просят отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Доводы трех указанных апелляционных жалоб сводятся к следующим обстоятельствам:

– судом были применены нормы материального права, не подлежащие применению – статьи 53.1 и 67.3 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежали применению, а применимая при разрешении спора норма статья 105 ГК РФ неправильно истолкована судом. Обязанность возмещения убытков возникает в связи с самим фактом причинения вреда и не зависит от момента предъявления соответствующего требования лицом, которому такой вред причинен. Ответчики, к которым было предъявлено требование о возмещении убытков, имеют различный правовой статус;

– выводы суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между действиями ПАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Сталь», ООО «УК Мечел-Майнинг» и убытками, причиненными ООО «РЭМЗ», не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и опровергаются представленными ответчиками доказательствами. Суд дал неверную квалификацию представленным истцами в обоснование своей позиции договорам об оказании консультационных услуг, а также не учел, что содержание договоров об оказании консультационных услуг, равно как и правовая природа данного вида договоров, не возлагают на ООО «РЭМЗ» обязанность исполнять рекомендации, полученные от ответчиков в процессе исполнения договоров;

– вывод суда об аналогичности договора об оказании консультационных услуг, заключенного с ответчиком ООО «УК Мечел-Майнинг», договорам, заключенным с ПАО «Мечел» и ООО «УК Мечел-Сталь», опровергается содержанием самих договоров – заключенный с ООО «УК Мечел-Майнинг» договор об оказании консультационных услуг № З-УКММ/10 от 08.02.2010 не только не содержит условий об обязательности рекомендаций исполнителя, но и вовсе возлагает на заказчика обязанность самостоятельно принимать решение об использовании предоставленных рекомендаций;

– вывод суда о даче ответчиками ООО «РЭМЗ» обязательных указаний в части применения цен на сырье и готовую продукцию основан на актах об оказанных услугах, не содержащих информацию о предоставлении ответчиками соответствующих указаний – суд фактически основывает свою позицию о виновности ООО «УК Мечел-Майнинг» в причиненных убытках и о наличии доказанной причинно-следственной связи лишь на двух актах об оказанных услугах, которые были составлены по результатам двух командировок, общей продолжительностью не превышающей два календарных дня;

– суд не принял во внимание доказательства, подтверждающие тот факт, что ООО «РЭМЗ» не руководствовалось рекомендациями ответчиков относительно применимых цен при закупке лома и реализации готовой продукции;

– суд, привлекая к ответственности ПАО «Мечел» и ООО «УК Мечел-Майнинг» за причинение убытков ООО «РЭМЗ» в период с 07.10.2009 по 20.02.2014, не учел то обстоятельство, что договоры об оказании консультационных услуг с указанными Ответчиками были заключены 01.02.2010 и 08.02.2010;

– суд не принял во внимание доказательства ответчиков, подтверждающие нахождение ООО «РЭМЗ» в период с 2009 по 2014 годы под контролем ФИО9 и ФИО14, являющегося владельцем группы «ЭСТАР» и генеральным директором ООО «РЭМЗ», что подтверждается договором купли-продажи 100 % доли в уставном капитале ООО «РЭМЗ» от 31.10.2010, заключением специалиста № 1/1005 от 23.05.2016, решением совета директоров ООО «РЭМЗ» от 17.02.2012, протоколами допросов свидетелей ФИО31 и ФИО14, выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ЭСТАР» по состоянию на 09.05.2010 и иными документами;

– вывод суда первой инстанции о подконтрольности ООО «РЭМЗ» в период с 2009г. по 2014г. компаниям группы «Мечел» противоречит позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 03.08.2017 по делу № А40-66515/2014;

– выводы суда первой инстанции об аффилированности ответчика ФИО7 с «холдингом Мечел» противоречат фактическим обстоятельствам дела;

– суд первой инстанции сослался на исследование им документов, которые отсутствуют в материалах дела. Суд не мог изучать бухгалтерскую отчетность ООО «РЭМЗ» за период с 2009 по 2016 годы, а также решения учредителя об утверждении такой отчетности, поскольку данные документы в материалах дела отсутствуют и сторонами в материалы дела не представлялись;

– выводы суда первой инстанции об установлении наличия и размера причиненных убытков основаны на заключениях специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» и на экспертом заключении СЧУ «РЦСЭ», объективность и достоверность которых опровергнута представленными в материалы дела доказательствами;

– вывод суда первой инстанции о подтверждении истцами размера и состава убытков, причиненных ООО «РЭМЗ», основан на заключениях специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки», достоверность и объективность которых опровергнута ответчиками;

– суд сделал вывод о достоверности заключений специалистов АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки», в то время, как признает бухгалтерскую отчетность ООО «РЭМЗ», на которой такие заключения основаны, недостоверной;

– делая вывод о достоверности заключений специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки», а также о том, что указанные заключения не были опровергнуты ответчиками, суд не учел представленную в материалы дела рецензию на заключения специалиста;

– выводы суда первой инстанции о доказанности наличия и размера причиненных убытков основаны на экспертом заключении СЧУ «РЦСЭ», объективность и достоверность которого также опровергнута представленными в материалы дела доказательствами;

– вывод суда о подтверждении размера причиненных убытков основан на заключении экспертов о среднерыночных ценах не по всему ассортименту закупленного сырья и реализованной продукции ООО «РЭМЗ», а лишь по его отдельным позициям, что прямо подтверждено ответчиками, но не учтено судом;

– достоверность сведений о средних рыночных ценах, заимствованных по утверждению экспертов с сайта www.metaltorg.ru, опровергнута официальным ответом редакции сайта www.metaltorg.ru, представленным ответчиками;

– приведенные в экспертном заключении «среднерыночные» цены на сырье и продукцию ООО «РЭМЗ» основаны на анализе цен Московского региона, достоверность которых также была опровергнута ответчиками;

– эксперты не проводили исследование и анализ первичных бухгалтерских документов ООО «РЭМЗ», оригиналы или копии первичных бухгалтерских документов ООО «РЭМЗ» суду истцами не передавались;

– суд первой инстанции не учел представленную в материалы дела рецензию на экспертное заключение;

– ответчики представили доказательства аффилированности СЧУ «РЦСЭ» с ООО «РЭМЗ», что не было учтено судом при назначении судебной экспертизы;

– суд пришел к выводу о достоверности заключений специалиста и экспертного заключения, а также отказал в проведении повторной судебной экспертизы, несмотря на то, что разница в размере убытков, установленных специалистом и экспертами, составила 810 млн. руб.;

– вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности по заявленным требованиям истцами не пропущен, является несостоятельным и основан на неверном определении судом момента, когда истцы узнали о причинении убытков;

– ООО «РЭМЗ» не заявляло самостоятельных требований о взыскании убытков в рамках настоящего дела, в нарушение норм АПК РФ привлечено к участию в деле № А53-4/2017 по инициативе суда, в связи с чем, выводы суда об истечении либо неистечении сроков исковой давности по требованиям ООО «РЭМЗ», когда такие требования не предъявлялись, является необоснованными;

– в нарушение норм процессуального права суд самостоятельно привлек соистца, не отложил судебное заседание по делу № А53-4/2017 для рассмотрения апелляционных жалоб ПАО «Мечел» и ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» на определение суда по делу № А53-4/2017 от 12.07.2017 об отказе в удовлетворении ходатайства о выделении требований ООО «РЭМЗ» и ФИО9 к ответчикам ПАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Сталь», ООО «УК Мечел-Майнинг» в отдельное производство;

– суд первой инстанции прервал допрос вызванных в судебное заседание для дачи пояснений экспертов и не позволил лицам, участвующим в деле, задать экспертам вопросы в отношении подготовленного экспертного заключения;

– несмотря на неизвещение ответчика ФИО7 о дате и времени первого судебного заседания 01.02.2017 суд удовлетворил ходатайство истца об увеличении исковых требований;

– удовлетворив ходатайство ПАО «Мечел» о вызове для допроса в судебном заседании в качестве свидетеля специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» ФИО15, суд не предпринял никаких мер по вызову специалиста в судебное заседание для дачи пояснений;

– выводы суда первой инстанции о недостоверности аудиторских заключений, подготовленных ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза», наделяют лиц, участвующих в деле, правом обратиться в арбитражный суд с требованием к ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением обязательств по подготовке аудиторских заключений ООО «РЭМЗ». В данной части решение суда первой инстанции затрагивает права ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза», которому было отказано во вступлении в дело № А53-4/2017 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора

Общество с ограниченной ответственностью «НК Инвест» в предъявленной апелляционной жалобе просит отменить решение Арбитражного суда Ростовской области от 18.07.2017 и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме. В обоснование заявленной позиции обществом «НК Инвест» приводятся следующие доводы:

– ООО «НК Инвест» являлось единоличным исполнительным органом – управляющей компанией – ООО «РЭМЗ» в период с 07.10.2009 по 20.02.2012. В указанный период ответственность единоличного исполнительного органа за убытки, причиненные управляемому им обществу, регулировалась ст. 15 и ч. 3 ст. 53 ГК РФ в соответствующих редакциях;

– установленные арбитражным судом факты о юридическом адресе и номере телефона, являются ошибочными и прямо опровергаются представленными ООО «НК Инвест» доказательствами;

– принятие судом нотариально заверенных показаний ФИО16 без его личной явки в судебное заседание является нарушением порядка получения свидетельских показаний, установленного ст. 88 АПК РФ, а также лишило возможности ответчиков права задать свои вопросы свидетелю;

– ФИО16 является лицом, зависимым от ФИО14, его нотариальные свидетельские показания не могли быть приняты арбитражным судом в силу того, что вызывают неустранимые сомнения в их объективности;

–в пояснениях ответчиков имеются доказательства вхождения ООО «НК Инвест» в группу Эстар в период 2011–2012 годов, которые не были учтены судом первой инстанции;

– каких-либо относимых и допустимых доказательств по вопросу перехода контроля над ООО «НК Инвест» к группе компаний Мечел в материалы дела не представлено;

– в заключении экспертов имеются неустраненные нарушения, неточности и ошибки, в связи с чем нельзя считать доказанным факт причинения ущерба и его размер;

– в соответствии со сложившейся судебной практикой колебание цены реализуемой продукции в размере, не превышающем 15 % от рыночной стоимости на дату совершения сделки, признается несущественным отклонением, обусловленным как погрешностями оценки, так и конкретными обстоятельствами, существующими в момент совершения сделки. При этом эксперты также определили норму колебанию в близком размере – 10,73%. Колебания по стоимости сырья составляют 11,29%, то есть выше определенного экспертами уровня на 0,53%, при этом эксперты называют такое колебание выходящим за пределы рынка;

– истцом не доказана причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями;

– ФИО9 предъявило исковое заявление в арбитражный суд 09.01.2017, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности;

– судом первой инстанции допущены процессуальные нарушения – суд не отложил судебное заседание для рассмотрения апелляционных жалоб ПАО «Мечел» и ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» на определение от 12.07.2017 об отказе в удовлетворении ходатайства ПАО «Мечел» о выделении требований в отдельное производство и в удовлетворении ходатайства ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора;

– прервав по своей инициативе допрос экспертов, суд нарушил процессуальные права ответчиков, которые приступили к допросу экспертов, но не смогли завершить его по причине незаконного поведения суда, а также процессуальные права ООО «НК Инвест», которое вовсе было лишено возможности задать вопросы экспертам.

В апелляционной жалобе ФИО7 просит отменить решение суда, перейти к рассмотрению дела № А53-4/2017 по правилам суда первой инстанции, в удовлетворении исковых требований ООО «РЭМЗ» и ЧКОО ФИО9 о взыскании убытков с ФИО7 отказать в полном объеме. Апелляционная жалоба мотивирована следующими обстоятельствами:

– учитывая то обстоятельство, что требование о взыскании убытков в отношении ФИО7 за период с 2012г. по 2013г. предъявлено в Арбитражный суд Ростовской области лишь 09.01.2017, то трехлетний срок исковой давности по требованию о взыскании убытков за указанный период в отношении ФИО7 является истекшим;

– срок исковой давности по требованию о взыскании убытков с ФИО7 за период с 2013г. по 2014г. также следует признать истекшим, поскольку трехлетний срок исковой давности по данному требованию истек 17.02.2017, в то время как требование о взыскании убытков за период с 2013г. по 2014г. было предъявлено Истцами в Арбитражный суд Ростовской области лишь 21.03.2017 в рамках заявления об уточнении размера исковых требований;

– суд первой инстанции неверно определил момент, когда о причинении убытков ООО «РЭМЗ» действиями ФИО7 узнал и должен был узнать единственный участник ООО «РЭМЗ» – ЧКОО ФИО9;

– единственный участник ЧКОО ФИО9 полностью контролировал единоличный исполнительный орган ООО «РЭМЗ» и не имел препятствий к проверке финансово-хозяйственной деятельности общества;

– вывод суда первой инстанции о подконтрольности ФИО7 компаниям группы «Мечел» не соответствует фактическим обстоятельствам дела – в материалах дела отсутствуют доказательства, дающие основание полагать, что ФИО7 действительно когда-либо замещал должности в компаниях группы «Мечел». Кроме того, обстоятельство замещения ФИО7 когда-либо должности в компаниях группы «Мечел» не может служить доказательством, подтверждающим аффилированность ФИО7 с компаниями группы «Мечел»;

– ФИО7 не являлся лицом, зависимым от компаний группы «Мечел», и действовал исключительно в интересах ООО «РЭМЗ» и его участников. Полномочия ФИО7 в должности генерального директора ООО «РЭМЗ» продлевались в 2013 году, что свидетельствует о надлежащим выполнении ФИО7 своих трудовых функций и об одобрении деятельности ФИО7 единственным участником ООО «РЭМЗ»;

– ФИО7 не был уведомлен об увеличении исковых требований, принятым к рассмотрению судом 12.07.2017, а также не получал корреспонденцию DHL, поскольку не присутствовал на территории Российской Федерации в указанный период;

– суд необоснованно принял в качестве надлежащего доказательства представленную распечатку с интернет-сайта компании DHL, якобы подтверждающую факт извещения ФИО7 об увеличении размера исковых требований, после чего вынес решение об удовлетворении исковых требований истцов в полном объеме.

Также в апелляционный суд поступила жалоба ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза», в которой заявитель просит изменить решение суда, исключив из мотивировочной части решения суда от 18.07.2017 указанные в абзацах 4–12 страницы 20, абзаце 2 страницы 22 решения выводы суда об аффилированности ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза» с холдингом «Мечел»; исключив из мотивировочной части решения суда от 18.07.2017 указанные в абзаце 13 страницы 20, абзаце 1 страницы 21, абзаце 1 страницы 22 решения выводы суда в части, касающейся недостоверности аудиторский заключений ООО «РЭМЗ», подготовленных ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза». 

По мнению ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» содержание решения суда от 18.07.2017 по делу № А53-4/2017 затрагивает законные права и интересы ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза», поскольку содержит установленные судом обстоятельства, наделяющие лиц, участвующих в деле, правом обратиться в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании убытков с ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза». Суд первой инстанции пришел к выводу о недостоверности бухгалтерской отчетности ООО «РЭМЗ». Приводя обоснование недостоверности аудиторских заключений ООО «РЭМЗ», подготовленных ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза», суд первой инстанции в абзаце 14 страницы 20, абзаце 2 страницы 21 решения сослался на заключение экспертизы № 35-2016 от 07.11.2016, выполненное в рамках рассмотрения дела о банкротстве ОАО «Нытва» № А50-4833/2016. Поскольку дело № А50-4833/2016, равно как и аудиторские заключения, исследованные экспертами, были подготовлены в отношении ОАО «Нытва», а не ООО «РЭМЗ», утверждать о том, что аудиторские заключения, подготовленные в отношении ООО «РЭМЗ» также являются недостоверными, необоснованно. Вывод суда первой инстанции о недостоверности бухгалтерской отчетности ООО «РЭМЗ» противоречит выводу суда о достоверности заключений специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки». ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза» полагает, что в условиях противоречия выводов суда первой инстанции о недостоверности бухгалтерской отчетности ООО «РЭМЗ» при ее одновременной достоверности, вполне обоснованным будет утверждение о том, что бухгалтерская отчетность ООО «РЭМЗ» судом первой инстанции не исследовалась. Отказ суда первой инстанции в удовлетворении заявления ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза» о вступлении в дело № А53-4/2017 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, при последующем принятии судом решения, затрагивающего права ЗАО «АФ «Оптимум Экспертиза», является грубым нарушением норм процессуального права.

В судебное заседание ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза», надлежащим образом уведомленное о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, явку представителя не обеспечило. Апелляционные жалобы рассматриваются в отсутствие ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От частной компании с ограниченной ответственностью ФИО9, общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» через канцелярию суда поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы закрытого акционерного общества «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза», ФИО7, общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест», общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», публичного акционерного общества «Мечел», общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг», которые судом апелляционной инстанции рассмотрены и приобщены к материалам дела.

ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» направило через канцелярию суда ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя, которое судом апелляционной инстанции рассмотрено и приобщено к материалам дела. Также ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» направило письменное заявление от 06.09.2017 в порядке статьи 188 Гражданского кодекса Российской Федерации об отмене доверенности от 11.07.2017, выданной на имя ФИО17, доверенности от 11.08.2017, выданной на имя ФИО18

Кроме того, в канцелярию апелляционного суда от ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» поступило ходатайство об отказе от своей апелляционной жалобы и прекращении производства по ней, подписанное генеральным директором общества ФИО19, обладающим соответствующими полномочиями.

Представители общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», публичного акционерного общества «Мечел», общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» поддержали доводы своих апелляционных жалоб в полном объеме. Просили решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт. Заявили ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по делу, просили назначить повторную судебную финансово-экономическую экспертизу, проведение которой поручить ООО «Экспертно-консалтинговое Бюро им. Матвеева» по вопросам, которые были заявлены еще в суде первой инстанции. Письменное ходатайство, дополнительные документы в обоснование ходатайства, платежное поручение о перечислении денежных средств представлены суду апелляционной инстанции, судом рассмотрены и приобщены к материалам дела. 

Представитель общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест» поддержал доводы своей апелляционной жалобы в полном объеме. Просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении исковых требований. Поддержал заявленное ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по делу. Устно пояснил, что назначение повторной экспертизы также вызвано нарушением судом первой инстанции его процессуальных прав при допросе эксперта.

Представитель ФИО7 дал устные пояснения относительно правовой позиции своего доверителя, указав на неоднократное нарушение прав гр. ФИО7 Просил суд апелляционной инстанции приобщить к материалам дела дополнительный документ, а именно нотариально заверенную копию паспорта ФИО7 Указал на наличие в материалах дела документов, которые не были подписаны самим ФИО7, а именно: апелляционная жалоба от 03.08.2017, возвращенная судом определением от 09.08.2017 согласно заявленному ходатайству о возвращении апелляционной жалобы; ходатайство ФИО7 о рассмотрения дела в его отсутствие от 19.07.2017; почтовая квитанция-DHL о направлении в адрес ФИО7 уточненных требований иска. Поддержал доводы своей апелляционной жалобы в полном объеме. Просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении исковых требований частной компании с ограниченной ответственностью ФИО9, ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ». Устно пояснил, что имеются основания для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Поддержал заявленное ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по делу.

Представители частной компании с ограниченной ответственностью ФИО9, общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» возражали против удовлетворения апелляционных жалоб общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», публичного акционерного общества «Мечел», общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг», общества с ограниченной ответственностью «НК Инвест», ФИО7 по основаниям, изложенным в представленных письменных отзывах. Просили решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения. Возражали против удовлетворения ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы по делу, пояснив, что оно выражает несогласие с результатами проведенной экспертизы и не указывает на ее фактические недостатки. Дали устные пояснения по существу доводов, изложенных заявителями апелляционных жалоб в ходе судебного процесса, высказали свои возражения относительно изложенных заявителями жалоб обстоятельств.

Относительно поступившего от ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» ходатайства об отказе от апелляционной жалобы и прекращении производства по ней суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Указанное ходатайство подписано генеральным директором общества ФИО19, подпись заявителя нотариально удостоверена.

Согласно части 1 статьи 265 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по апелляционной жалобе, если от лица, ее подавшего, после принятия апелляционной жалобы к производству поступило ходатайство об отказе от апелляционной жалобы и отказ принят судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что арбитражный суд не принимает отказ от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. 

Рассмотрев заявленное ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» ходатайство, материалы дела, судебная коллегия приходит к выводу о том, что отказ ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» от апелляционной жалобы не противоречит законам и иным нормативным правовым актам, не нарушает права и законные интересы других лиц, в связи с чем, он подлежит принятию, а производство по апелляционной жалобе ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» – прекращению.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ оплаченная государственная пошлина подлежит возврату частично или полностью в случае прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения судом общей юрисдикции или арбитражным судом.

Поскольку ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» при подаче апелляционной жалобы не оплатило государственную пошлину в установленном размере, основания для возврата государственной пошлины отсутствуют.

Изучив ходатайство о назначении повторной судебной финансово-экономической экспертизы по делу, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства.

Из материалов дела следует, что ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы ПАО «Мечел» заявлялось в суде первой инстанции (т. 71 л.д. 5–23). Проведение экспертизы заявитель просил поручить ООО «Экспертно-консалтинговое Бюро им. Матвеева», на разрешение экспертов поставить вопросы, аналогичные вопросам суда первой инстанции в определении от 13.04.2017 о назначении экспертизы.

Суд первой инстанции, учитывая конкретные обстоятельства дела, обоснованно посчитал ходатайство не подлежащими удовлетворению.

Судебная коллегия, рассмотрев аналогичное ходатайство о назначении по делу экспертизы, заявленное в суде апелляционной инстанции, не находит правовых оснований для его удовлетворения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Согласно пункту 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно статьям 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В рассматриваемом случае суд не усматривает предусмотренных в статье 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для проведения повторной экспертизы. Заключение эксперта является полным и ясным. Доказательств, свидетельствующих о нарушении экспертами ФИО20 и ФИО21 при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, суду апелляционной инстанции не представлено.

Кроме того, заявляя об аффилированности эксперта и истца по настоящему делу, ответчики не привели факты, свидетельствующие о заинтересованности и пристрастности эксперта при проведении экспертизы по данному делу, в том числе личной, прямой или косвенной заинтересованности в результатах экспертизы, не представлены доказательства личных предубеждений или пристрастий эксперта к одной из сторон по делу или иные обстоятельства, вызывающие сомнение в объективности эксперта.

Суд первой инстанции при выборе экспертов учел их квалификацию и образование, стаж работы, а также соответствующий опыт проведения аналогичных исследований.

Эксперт при проведении судебной экспертизы выбрал реальные аналоги объектов, сходные по своим характеристикам с исследуемым объектом. Судебная коллегия критически относится к представленным ПАО «Мечел» в материалы настоящего дела ответам ООО «Корпорация Исток» и ООО «Меггасофт» на запрос (т. 71 л.д. 67–70), поскольку в заключении о результатах судебной финансово-экономической экспертизы № 00302/Э от 14.06.2017 эксперт указывает, что при мониторинге рынка интернет-источников и баз данных по рынку металлов в открытом доступе выявлены источники: http://l№fogeo.ru, http://metaltorg.ru, http://ruslom.ru, http://i№folom.ru. В дальнейшем эксперт приходит к выводу, что интернет-источники http://l№fogeo.ru и http://metaltorg.ru содержат в себе наиболее полную аналитическую информацию о черных и цветных металлах (т. 45 л.д. 130–135). 

Суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что положения статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2011 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» не ограничивают эксперта в применении методов исследований и применяемых при формировании выводов методик.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», который согласно статье 41 распространяет в соответствующих положениях свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений, эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования. Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого. В связи с чем у суда отсутствуют полномочия по оценке методов, способов и приемов проведения экспертного исследования.

Порядок назначения и проведения экспертизы не нарушен, заключение эксперта соответствует требованиям, предъявленным статьями 85, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а выраженные заявителями жалоб сомнений в обоснованности выводов экспертов и достоверности проведенной экспертизы сами по себе не являются обстоятельствами, исключающими доказательственное значение экспертного заключения. При этом само по себе несогласие с результатами судебной экспертизы основанием для назначения повторной судебной экспертизы не является.

В связи с вышеизложенным, ходатайство о назначении повторной судебной финансово-экономической экспертизы не подлежит удовлетворению.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 13.09.2004 обществу с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» (ИНН 

<

***>) присвоен основной государственный регистрационный номер 1046155009174. Основным видом деятельности общества является производство стали в слитках (т. 6 л.д. 77–82).

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц об учредителях (участниках) ООО «РЭМЗ» единственным участником с принадлежностью 100 % доли акций общества с 2011 года выступает частная компания с ограниченной ответственностью ФИО9 В настоящий момент генеральным директором ООО «РЭМЗ» является ФИО14.

Как указывает истец в исковом заявлении, фактически серийное производство непрерывно-литой заготовки на ООО «РЭМЗ» (то есть функционирование завода) запущено в январе 2008 года. 

Из карточки дела № А53-13332/2009 следует, что 29.06.2009 в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление ООО «СулинСтройСервис» о признании ООО «Ростовский электрометаллургический завод» несостоятельным (банкротом), определением суда от 15.07.2009 указанное заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.08.2009 требования заявителя в деле о банкротстве ООО «СулинСтройСервис» признаны обоснованными, в отношении ООО «РЭМЗ» введена процедура наблюдение, соответствующие сведения опубликованы в издательстве «КоммерсантЪ» № 154 от 22.08.2009, объявление № 20044.

21.12.2009 в суд, рассматривающий дело о банкротстве ООО «РЭМЗ», поступило заявление должника об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «РЭМЗ». 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.10.2010 (дата объявления резолютивной части – 28.12.2009) утверждено мировое соглашение по делу № А53-13332/09 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ростовский электрометаллургический заводъ» между должником ООО «РЭМЗ» и конкурсными кредиторами должника и Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 12 по Ростовской области (55 конкурсных кредиторов), производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «РЭМЗ» прекращено. Общий размер включенных в реестр должника на момент утверждения мирового соглашения требований, включая убытки, неустойки и иные финансовые санкции, составил 17 387 145 529 руб. 44 коп.

Истец указывает, что решением внеочередного общего собрания ООО «РЭМЗ» № 6/10-09 от 06.10.2009 (т. 1 л.д. 35) полномочия единоличного исполнительного органа общества по договору № 12 передачи полномочий исполнительного органа от 07.10.2009 переданы управляющей организации – обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (т. 1 л.д. 36–42). В соответствии с пунктом 3.3.3. договора на управление управляющая организация обязана заботиться о делах управляемой организации в той же степени, в которой она заботилась бы о ведении своих собственных дел с учётом презумпции знаний и опыта добросовестного коммерсанта; осуществлять свои права и выполнять обязанности в отношении управляемой организации добросовестно и разумно, как лицо, участвующее в отношениях особого доверия. В силу пункта 6.2. договора управляющая организация осуществляет управление всей текущей деятельностью управляемой организации и решает все вопросы, отнесенные уставом управляемой организации, настоящим договором и действующим законодательством к компетенции единоличного исполнительного органа управляемой организации, за исключением вопросов, находящихся в компетенции общего собрания акционеров и совета директоров управляемой организации.

Истец ссылается на то, что 01.11.2009 ООО «РЭМЗ» (заказчик) заключило с ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь» (исполнитель) договор на оказание комплекса консультационных услуг № 165/УК-09 (т. 1 л.д. 44–47). Согласно пункту 8.1. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 он вступал в силу 14.09.2009 и распространял своё действие на отношения, возникшие с 01.09.2009. В комплекс услуг, оказываемых обществом «УК Мечел-Сталь» обществу «РЭМЗ», входили: финансовая деятельность, маркетинговые исследования, бухгалтерский учет и налогообложение, кадровая политика, привлечение инвестиций, реализация продукции, организация и развитие производства, техническое развитие, организация снабжения, информация и информационные технологии, иное, согласованное сторонами (пункт 1.1. договора). Механизм исполнения данного договора со стороны исполнителя предполагал оказание исключительно письменных консультаций посредством осуществления переписки с использованием факсимильной связи, электронной почты, почтовых отправлений (пункты 2.2., 2.3. договора). Пункт 2.4. договора прямо предусматривал обязанность исполнителя действовать добросовестно и тем способом, который является наилучшим для обеспечения интересов заказчика.

Также между ООО «РЭМЗ» (заказчик) и ОАО «Мечел» (исполнитель) 01.02.2010 заключен договор на оказание комплекса консультативных услуг № 144/М-10, в соответствии с условиями которого исполнитель оказывал услуги заказчику по следующим направлениям: финансовая деятельность, маркетинговые исследования, бухгалтерский учет и налогообложение, кадровая политика, привлечение инвестиций, реализация продукции, организация и развитие производства, техническое развитие, организация снабжения, информация и информационные технологии, иное, согласованное сторонами (т. 1 л.д. 48–49). Пунктами 2.2. и 2.3. договора предусматривалось оказание услуг исключительно в письменной форме и осуществление переписки между сторонами посредством факсимильной и/или электронной почты, а также почтовыми отправлениями. При исполнении договора исполнитель обязан действовать добросовестно и тем способом, который является наилучшим для обеспечения интересов заказчика (пункт 2.4. договора).

Кроме того, 08.02.2010 между ООО «РЭМЗ» (заказчик) и ООО «УК Мечел-Майнинг» (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг № З-УКММ/10, в силу пункта 1.2. которого исполнитель оказывает заказчику консультационные услуги по следующим направлениям консультирования: по организации финансирования, правовому обеспечению деятельности, в области кадровой политики, по привлечению инвестиций, по реализации продукции, по организации и развитию производства, по техническому развитию, по организации снабжения, в области информации и информационных технологий, иное согласованное сторонами (т. 1 л.д. 50–52).

Полномочия единоличного исполнительного органа управляющая компания ООО «НК Инвест» исполняла с 07.10.2009 по 20.02.2012. С 20.02.2012 генеральным директором ООО «РЭМЗ» назначен ФИО22, что подтверждается протоколом заседания совета директоров ООО «РЭМЗ» от 17.02.2012 (т. 1 л.д. 43).

По мнению истца, в период деятельности управляющей компании ООО «НК Инвест» (с 07.10.2009 по 20.02.2012) и генерального директора ООО «РЭМЗ» ФИО22 (с 20.02.2012 по 20.02.2014) ООО «РЭМЗ» причинены убытки, выразившиеся в разнице цены приобретаемой продукции – сырья (металлолома) (по завышенной цене) и реализованной готовой продукции (по заниженной цене). Также истец полагает, что реализация продукции ООО «РЭМЗ» по явно заниженной цене, а приобретение сырья по явно завышенной цене произошло вследствие управления ответчиками ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг», указаниями которых руководствовались работники ООО «РЭМЗ» при осуществлении хозяйственной и иной деятельности. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления настоящего иска о взыскании с ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» суммы убытков в размере 5 085 057 608 руб. 91 коп. в пользу ООО «РЭМЗ»; с ФИО7, ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» суммы убытков в размере 7 649 235 936 руб. 90 коп. в пользу ООО «РЭМЗ» (уточненный предмет требований, принятый судом первой инстанции на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в заявленном объеме.

Возражая против удовлетворения заявленных апелляционных жалоб, истец представил дополнительные письменные пояснения (т. 78 л.д. 1–21), из которых усматриваются следующие обстоятельства.

Группа лиц в составе ООО «Торговый Дом «Мечел», ОАО «Угольная компания «Южный Кузбасс», ОАО «Холдинговая компания «Якутуголь», компании «Mechel Traiding» занимает доминирующее положение на рынке концентратов коксующихся марок углей (К (К9), КО, ОС) в Российской Федерации. Дело по признакам злоупотребления доминирующим положением в отношении этой группы лиц было возбуждено 15.07.2008 по обращению ОАО «Магнитогорский металлургический комбинат», ОАО «Алтай-Кокс» и ОАО «Новолипецкий металлургический комбинат».

24.07.2008 в Нижнем Новгороде на совещании по развитию металлургической промышленности премьер-министр ФИО23 заявил, что «Мечел» экспортировал сырье через офшорные компании в Швейцарии по цене в четыре раза ниже, чем на внутреннем рынке.

После заявления ФИО23 капитализация «Мечела» на Нью-Йоркской фондовой бирже рухнула на 37,6 %.

28.07.2008 года на заседании президиума правительства премьер-министр ФИО23 сообщил, что «Мечел» экспортировал сырье через офшорные компании в Швейцарии по цене в четыре раза ниже, чем на внутреннем рынке. По его словам, при внутренней цене в 4100 руб., компания своим собственным офшорным фирмам, в данном случае, в Швейцарии, реализовывала продукцию по 1100 руб., то есть в четыре раза дешевле. При этом, российский премьер отметил, что такой подход вел к снижению налогооблагаемой базы внутри страны, уходу от налогов, и, как следствие, к созданию дефицита на внутреннем рынке и росту цен на металлургическую продукцию.

После этого курс акций компании (в предыдущие дни несколько выросший) вновь обрушился, уже на 33,85 % (итоговое падение составило 60 %).

13.08.2008 Федеральная антимонопольная служба (ФАС России) признала группу компаний «Мечел» нарушившей статью 10 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» в части создания дискриминационных условий для отдельных потребителей продукции; экономически и технологически необоснованного отказа от заключения договора на поставку продукции; установления, поддержания монопольно высокой цены товара.

Нарушение выразилось в злоупотреблении группой лиц в составе ООО «ТД «Мечел», ОАО «УК «Южный Кузбасс», ОАО «ХК «Якутуголь», компании Mechel Trading Ltd доминирующим положением на рынке концентратов коксующихся углей марок К (К9) и ОС+КС. Компаниям было предписано прекратить нарушения, в том числе обеспечить удовлетворение потребности покупателей в РФ, направить в адрес потребителей коксующихся углей марок К (К9) и ОС+КС предложения о снижении цен на 15 % в сентябре-декабре 2008 года, а с 2009 года обеспечить заключение долгосрочных договоров сроком не менее трех лет.

Изучив и оценив представленные в дело доказательства, доводы, изложенные в апелляционных жалобах и отзывах на нее, выслушав пояснения представителей сторон, проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Из положений пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Таким образом, предмет доказывания определяется на основе подлежащей применению нормы материального права.

Предметом иска по настоящему делу являются требования участника общества о солидарном взыскании убытков, возникших у общества по вине единоличного исполнительного органа (управляющей компании с соответствующими полномочиями и генерального директора) и осуществлявших доверительное управление обществ.

Требования заявлены на основании положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы тем, что действия ответчиков повлекли за собой возникновение убытков для общества.

Право участника общества требовать возмещения убытков обществу предусмотрено как в статье 53 (в редакции, действовавшей до 01.09.2014), так и статьей 53.1 (действующей с 01.09.2014) Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 01.09.2014), статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководитель юридического лица, выступающий от его имени, должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, обязан возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей с 01.09.2014) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.). 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В силу пункта 1 указанной статьи члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

При этом члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Суд апелляционной инстанции считает необходимым обратить внимание, что Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» введен в действие с 01.03.1998, при этом статья 44 указанного закона действует в первоначальной редакции.

С учетом изложенных обстоятельств, доводы апелляционных жалоб о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права и применении для правовой квалификации отношений норм права, вступивших в действие 01.09.2014, подлежат отклонению.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации и статья 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 1 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.

В апелляционных жалобах ответчики указывают, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права при привлечении в качестве соистца ООО «РЭМЗ».

Из материалов дела следует, что ЧКОО ФИО9 (являясь участником ООО «РЭМЗ») обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с иском о взыскании убытков в интересах ООО «РЭМЗ».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 01.02.2017 к участию в деле в качестве соистца привлечено общество с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ».

Согласно части 2 статьи 46 АПК РФ процессуальное соучастие допускается, если предметом спора являются общие права и (или) обязанности нескольких истцов; права и (или) обязанности нескольких истцов имеют одно основание; предметом спора являются однородные права и обязанности. Тем самым в качестве соистца может вступить в дело участник спорного материального правоотношения, если предметом спора являются общие с основным истцом права и обязанности по спорному правоотношению. 

По смыслу статьи 46 АПК РФ соистцы – это такие участвующие в деле лица, которые посредством предъявления одного иска защищают общие (обязательное соучастие) либо однородные права (факультативное соучастие). Обязательным признаком соучастия является совпадение их интересов, их требования не должны исключать друг друга.

Привлечение процессуальных соучастников не является обязательным и суд вправе самостоятельно решить этот вопрос, исходя из обстоятельств дела.

В данном случае судом первой инстанции не допущены нарушения норм процессуального права.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 11 постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснил, что в силу части 2 статьи 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение об удовлетворении требования по иску учредителя (участника) о возмещении убытков принимается в пользу юридического лица, в интересах которого был предъявлен иск. 

Более того, законодатель наделил участника общества правом предъявлять иск в защиту юридического лица, с учетом характера косвенного иска участник общества, обращающийся с иском о взыскании причиненных обществу убытков рассматривается как процессуальный истец (статья 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), но лицом, имеющим материально-правовое требование, выступает общество, в интересах которого предъявляется иск.

Таким образом, обращаясь с настоящим иском, участник общества действует в интересах общества, а не в собственном интересе.

Рассматриваемый в рамках данного арбитражного дела спор относится к категории корпоративных споров. Предъявляя такой иск, участник общества действует не своих интересах, а в интересах общества. При этом общество по такой категории споров должно выступать истцом по спору, участник общества представителем такого общества.

При этом право юридического лица на самостоятельное обращение с иском не может лишать его права на участие в деле в качестве соистца при совпадении основания и предмета спора.

Принимая во внимание обстоятельства настоящего спора, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необходимости привлечения ООО «РЭМЗ» в качестве соистца, поскольку фактически иск предъявлен представителем общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» частной компанией с ограниченной ответственностью ФИО9, в связи чем истцом уже являлось ООО «РЭМЗ» и вынесение определения о привлечении по делу в качестве соистца стало процессуальной формальностью для закрепления статуса ООО «РЭМЗ» как непосредственного участника рассматриваемого дела.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему делу, в частности, входит установление наличия у ответчиков статуса единоличного исполнительного органа, управляющего либо лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания уполномоченному в силу закона, иного правового акта или учредительного документа выступать от имени общества лицу, членам коллегиальных органов юридического лица; недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) единоличного исполнительного органа либо управляющего, повлекшие неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец при предъявлении требований о взыскании убытков должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) лиц, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62) по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками в силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (пункты 11 – 14), применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (пункт 1), лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица – члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Из содержания данного постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» усматривается отсутствие необходимости отдельного доказывания вины директора. Действия директора считаются виновными, если с его стороны имели место недобросовестные и (или) неразумные действия (бездействие).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу (пункт 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается наличие статуса единоличного исполнительного органа у ООО «НК Инвест» в период с 07.10.2009 по 20.02.2012 и у ФИО22 в период с 20.02.2012 по 20.02.2012. На основании решения внеочередного общего собрания ООО «РЭМЗ» № 6/10-09 от 06.10.2009 (т. 1 л.д. 35) полномочия единоличного исполнительного органа общества переданы по договору № 12 передачи полномочий исполнительного органа от 07.10.2009 управляющей организации – обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (т. 1 л.д. 36–42). В соответствии с протоколом заседания совета директоров ООО «РЭМЗ» от 17.02.2012 (т. 1 л.д. 43) с 20.02.2012 прекращены полномочия единоличного исполнительного органа управляющей компании ООО «НК Инвест», генеральным директором ООО «РЭМЗ» назначен ФИО22 Таким образом, ООО «НК Инвест» и ФИО22 действительно обладали статусом единоличного исполнительного органа ООО «РЭМЗ» в указанные периоды.

Относительно наличия статуса управляющей организации либо лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания уполномоченному в силу закона, иного правового акта или учредительного документа выступать от имени общества лицу, членам коллегиальных органов юридического лица, у ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судами принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если названные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

На основании пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 16 от 14.03.2014 «О свободе договора и ее пределах» при оценке существа договора принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т.д.

Из материалов дела следует, что ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО24, назначенного на должность управляющей организации ООО «НК Инвест», заключило следующие поименованные договорами возмездного оказания соглашения:

1) договор на оказание комплекса консультационных услуг № 165/УК-09 от 01.11.2009 с ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь» (т. 1 л.д. 44–47);

2) договор на оказание комплекса консультативных услуг № 144/М-10 от 01.02.2010 с ОАО «Мечел» (т. 1 л.д. 48–49);

3) договор возмездного оказания услуг № З-УКММ/10 от 08.02.2010 с ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» (т. 1 л.д. 50–52).

1) Договор на оказание комплекса консультационных услуг № 165/УК-09 от 01.11.2009 между ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО24, назначенного на должность управляющей организации ООО «НК Инвест», и ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь» (т. 1 л.д. 44–47).

Согласно пункту 1.1. № 165/УК-09 от 01.11.2009 ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь» обязуется оказывать ООО «РЭМЗ» консультационные услуги по следующим направлениям производственно-хозяйственной деятельности заказчика – финансовая деятельность, маркетинговые исследования, бухгалтерский учет и налогообложение, кадровая политика, привлечение инвестиций, реализация продукции, организация и развитие производства, техническое развитие, организация снабжения, информация и информационные технологии, иное, согласованное сторонами.

Пункт 2.4. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 предусматривает обязанность исполнителя действовать добросовестно и тем способом, который является наилучшим для обеспечения интересов заказчика. 

Исполнитель вправе запрашивать правовую, финансовую, управленческую, бухгалтерскую и техническую документацию и отчетность, а также иные документы и информацию, необходимые для исполнения обязательств по договору (пункт 2.5. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009). При этом заказчик в силу положений пункта 3.3. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 в течение всего срока действия договора предоставляет исполнителю доступ к правовой, распорядительной, управленческой, бухгалтерской, финансовой документации и отчетности, а также иным документам и информации, необходимой исполнителю.

Судебная коллегия приходит к выводу, что на основании пункта 3.3. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 у ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь» существовал доступ к любой документации ООО «РЭМЗ».

Кроме того, указанным договором предусмотрена обязанность заказчика немедленно информировать обо всех возникших затруднениях, либо о тех затруднениях, которые могут возникнуть в будущем, влияющих на ход выполнения обязательств по договору (пункт 3.4. договора).

В соответствии с п. 5.1. договора, исполнитель нес ответственность за виновные (умышленные или неосторожные) действия или бездействие, повлекшие неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору лишь в пределах суммы ежегодного вознаграждения. 

Пункт 5.2. договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 предусматривает, что исполнитель не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, в том числе убытки, возникшие у заказчика в результате обстоятельств, возникших до заключения договора, либо в результате неисполнения рекомендаций исполнителя, предоставления заказчиком недостоверной информации и других случаях нарушения заказчиком условий договора.

В силу положение пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 16 от 14.03.2014 «О свободе договора и ее пределах» при оценке существа договора суд должен принимать во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т.д. То есть на суде лежит обязанность при определении правовой природы заключенного между сторонами договора руководствоваться не только наименованием данного договора, но его фактическим содержанием и направленностью воли на сторон на те или иные правовые последствия заключенного ими соглашения.

Исходя из буквального толкования договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 ООО «РЭМЗ» при его заключении выразило волю на передачу управления хозяйственно-производственной деятельностью ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь». Фактически договор № 165/УК-09 от 01.11.2009 относится к числу лично-доверительных (фидуциарных) сделок, поскольку содержит не только условия об оказании услуг, но предполагает управление имуществом и деятельностью ООО «РЭМЗ», то есть содержит элементы договора доверительного управления имуществом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе заключить договор, не предусмотренный законом и иными правовыми актами (непоименованный договор).

В таких случаях судам следует учитывать, что к непоименованным договорам при отсутствии в них признаков смешанного договора (пункт 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются.

Однако нормы об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, могут быть применены к непоименованному договору по аналогии закона в случае сходства отношений и отсутствия их прямого урегулирования соглашением сторон (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что соглашение № 165/УК-09 от 01.11.2009 не носит природу исключительно договора возмездного оказания услуг, а является фидуциарной сделкой, в результате которой ООО «РЭМЗ» передало полномочия по управлению и согласованию различных направлений деятельности (которых, в силу формулировки пункта 1.1. договора, может быть неограниченное количество) обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», именуемому исполнитель по договору.

На данное обстоятельство указывает также тот факт, что исполнитель обязуется действовать добросовестно и в интересах заказчика (пункт 2.4. договора), но в то же время ответственность исполнителя ограничена (раздел 5 договора). Соблюдая условия договора № 165/УК-09 от 01.11.2009 заказчик либо действовал сообразно рекомендациям исполнителя, либо отказывался от таковых рекомендаций и принимал на себя риски данных последствий. 

Также судебная коллегия принимает во внимание, что заключая договор № 165/УК-09 от 01.11.2009, ООО «РЭМЗ» находилось в процедуре банкротства – наблюдении. 

В силу положений статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» наблюдение – это процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику в целях обеспечения сохранности его имущества, проведения анализа финансового состояния должника, составления реестра требований кредиторов и проведения первого собрания кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 75 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в случае, если иное не установлено настоящей статьей, арбитражный суд на основании решения первого собрания кредиторов выносит определение о введении финансового оздоровления или внешнего управления, либо принимает решение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, либо утверждает мировое соглашение и прекращает производство по делу о банкротстве.

Поскольку ООО «РЭМЗ» являлся по состоянию на конец 2009 года функционирующим предприятием, логичным следствием являлось предотвращение признания должника банкротом и открытия конкурсного производства.

В абзаце 3 пункта 2 статьи 64 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что сделки, связанные с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с утверждением доверительного управления имуществом должника, органы управления должника в процедуре наблюдения могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

В силу установленных главой IV Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ограничений полномочий руководства и учредителей, ООО «РЭМЗ» было вынуждено заключить соглашение, именуемое как договор на оказание комплекса консультационных услуг, с целью фактической передачи полномочий по управлению обществом с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь», которое своими действиями могло бы предотвратить дальнейшее банкротство должника в рамках дела № А53-13332/2009.

2) Договор на оказание комплекса консультативных услуг № 144/М-10 от 01.02.2010 между ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО24, назначенного на должность управляющей организации ООО «НК Инвест», и ОАО «Мечел» (т. 1 л.д. 48–49).

В соответствии с положениями договора на оказание комплекса консультативных услуг № 144/М-10 от 01.02.2010, заключенного между ООО «РЭМЗ» и ОАО «Мечел», исполнитель оказывал услуги по следующим направлениям производственно-хозяйственной деятельности – финансовая деятельность, маркетинговые исследования, бухгалтерский учет и налогообложение, кадровая политика, привлечение инвестиций, реализация продукции, организация и развитие производства, техническое развитие, организация снабжения, информация и информационные технологии, иное, согласованное сторонами.

Пункт 2.4. договора № 144/М-10 от 01.02.2010 предусматривает обязанность исполнителя действовать добросовестно и тем способом, который является наилучшим для обеспечения интересов заказчика. 

Исполнитель вправе запрашивать правовую, финансовую, управленческую, бухгалтерскую и техническую документацию и отчетность, а также иные документы и информацию, необходимые для исполнения обязательств по договору (пункт 2.5. договора № 144/М-10 от 01.02.2010). При этом заказчик в силу положений пункта 3.3. договора № 144/М-10 от 01.02.2010 в течение всего срока действия договора предоставляет исполнителю доступ к правовой, распорядительной, управленческой, бухгалтерской, финансовой документации и отчетности, а также иным документам и информации, необходимой исполнителю.

Судебная коллегия также приходит к выводу, что на основании пункта 3.3. договора № 144/М-10 от 01.02.2010 у ОАО «Мечел» существовал доступ к любой документации ООО «РЭМЗ». Условиями рассматриваемого договора аналогично договору № 165/УК-09 от 01.11.2009 предусмотрена обязанность заказчика немедленно информировать обо всех возникших затруднениях, либо о тех затруднениях, которые могут возникнуть в будущем, влияющих на ход выполнения обязательств по договору (пункт 3.4. договора).

В соответствии с п. 5.1. договора, исполнитель нес ответственность за виновные (умышленные или неосторожные) действия или бездействие, повлекшие неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору лишь в пределах суммы ежегодного вознаграждения. 

Пункт 5.2. договора № 144/М-10 от 01.02.2010 предусматривает, что исполнитель не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору, в том числе убытки, возникшие у заказчика в результате обстоятельств, возникших до заключения договора, либо в результате неисполнения рекомендаций исполнителя, предоставления заказчиком недостоверной информации и других случаях нарушения заказчиком условий договора.

Исходя из изложенного, договоры № 165/УК-09 от 01.11.2009 и № 144/М-10 от 01.02.2010 содержат идентичные условия, касающиеся обязанностей заказчика и исполнителя, ответственности, а также предмета договора.

Таким образом, из буквального толкования договора № 144/М-10 от 01.02.2010 следует, что ООО «РЭМЗ» при его заключении выразило волю на передачу управления хозяйственно-производственной деятельностью ОАО «Мечел». Указанный договор также следует отнести к числу лично-доверительных (фидуциарных) сделок, условия договора предполагают управление имуществом и деятельностью ООО «РЭМЗ».

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции признает, что соглашение № 144/М-10 от 01.02.2010 не носит природу исключительно договора возмездного оказания услуг, а является фидуциарной сделкой, в результате которой ООО «РЭМЗ» передало полномочия по управлению и согласованию различных направлений деятельности (которых, в силу формулировки пункта 1.1. договора, может быть неограниченное количество) открытому акционерному обществу «Мечел», именуемому исполнитель по договору.

3) Договор возмездного оказания услуг № З-УКММ/10 от 08.02.2010 между ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО24, назначенного на должность управляющей организации ООО «НК Инвест», и ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» (т. 1 л.д. 50–52).

В силу договора возмездного оказания услуг № З-УКММ/10 от 08.02.2010 ООО «УК Мечел-Майнинг» (исполнитель) обязалась оказывать заказчику ООО «РЭМЗ» консультационные услуги по направлениям: консультирование по организации финансирования, консультирование по правовому обеспечению деятельности, консультирование по в области кадровой политики, консультирование по привлечению инвестиций, консультирование по реализации продукции, консультирование по организации и развитию производства, консультирование по техническому развитию, консультирование по организации снабжения, консультирование в области информации и информационных технологий, иное согласованное сторонами.

Условиями договора № З-УКММ/10 от 08.02.2010 предусмотрено право исполнителя требовать от заказчика необходимые сведения и документы, снимать копии предоставленных заказчиком документов в целях исполнения обязательств по настоящему договору (пункт 2.1.1 договора), в сопровождении представителя заказчика посещать любые объекты заказчика, в том числе и подземные, а также присутствовать при проведении работ на объектах заказчика (пункт 2.1.4. договора).

В то же время заказчик обязан своевременно и в необходимом объеме передавать исполнителю сведения и документы необходимые для выполнения им своих обязательств по настоящему договору (пункт 3.2.1. договора), обеспечить доступ исполнителя на любые объекты заказчика, в том числе и подземные, а также присутствие при проведении работ на объектах заказчика (пункт 3.2.2. договора), незамедлительно информировать исполнителя обо всех возникающих обстоятельствах, негативно влияющих на исполнение настоящего договора, а также о тех обстоятельствах, которые могут стать причиной затруднения выполнения обязательств по настоящему договору в будущем (пункт 3.2.3.).

Суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что обычный договор возмездного оказания услуг не может предусматривать неограниченный доступ к любым объектам заказчика, особенно при условии, когда заказчик выступает крупным металлургическим предприятием, производственная мощность которого насчитывает порядка 730 тысяч тонн непрерывнолитой заготовки в год, а сам завод расположен в г. Шахты Ростовской области на площади 28 гектаров (= 280 000 кв.м) (справочная информация, имеющаяся в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в частности, в Википедии и на официальном сайте ООО «РЭМЗ» http://remzltd.ru/about/). 

Принимая во внимание буквальное содержание условий договора № З-УКММ/10 от 08.02.2010, судебная коллегия приходит к выводу, что данное соглашение также следует отнести к числу лично-фидуциарных сделок, поскольку условия договора фактически предусматривают не только беспрепятственный доступ к любой документации, но и к любым объектам заказчика, включая производственные объекты.

Таким образом, из содержания трех договоров – № 165/УК-09 от 01.11.2009, № 144/М-10 от 01.02.2010, № З-УКММ/10 от 08.02.2010 – усматривается их во многом идентичное содержание относительно предмета договора, охватывающего «консультирование» по всем направлениям деятельности ООО «РЭМЗ» (финансовое, правовое, маркетинговые исследования, бухгалтерский учет и налогообложение, кадровая политика, привлечение инвестиций, реализация продукции, организация и развитие производства, техническое развитие, организация снабжения, информация и информационные технологии и иное согласованное сторонами), а также доступа к любой документации завода, более того, договор № З-УКММ/10 от 08.02.2010 предусматривает неограниченный доступ ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» на любые объекты заказчика, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что целью заключения указанных договоров по сути являлось установление корпоративного контроля со стороны ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» над всей производственно-хозяйственной деятельностью ООО «РЭМЗ».

В рамках рассмотрения Арбитражным судом Северо-Кавказского округа дела № А53-12188/2016 по иску ООО «Мечел-Энерго» к ООО «РЭМЗ» о взыскании задолженности за поставленную электроэнергию суд кассационной инстанции в постановлении от 07.06.2017 указал, что судами не дана надлежащая оценка следующим обстоятельствам. ООО «РЭМЗ» указывал, что группа предприятий, в том числе завод, подконтрольны ОАО «Мечел», и не могли не выполнять его указания. ОАО «Мечел» фактически навязало убыточное условие договора о размере надбавки. Завод не мог повлиять на изменение его условий. Суды данные обстоятельства не исследовали, доводы завода не проверили и сделали преждевременный вывод о том, что завод был вправе выбрать иного поставщика энергии с иной сбытовой надбавкой, однако добровольно выбрал в качестве контрагента истца. Суды при применении исковой давности по требованию о признании части договора недействительным также не исследовали, имелся ли с учетом названных доводов у ответчика корпоративный контроль в спорный период, когда он восстановлен и у завода появилась возможность обратиться с иском об оспаривании указанной части сделки.

В юридической литературе выработалось понятие, согласно которому корпоративный контроль – это совокупность формализованных или неформальных привилегий (прав) и осуществляющих их механизмов и алгоритмов, конституирующих регулятивные и исполнительные гарантии принятия выработанных головным звеном холдинга решений (всех решений, образующих компетенцию) одного или нескольких органов управления дочерней и иной управляемой (контролируемой) компании (компаний) и необходимых указанному звену холдинга действий (бездействия) совета директоров, исполнительных органов дочерней и иной управляемой (контролируемой) компании (компаний), их членов и других лиц, представляющих дочернюю или иную управляемую (контролируемую) компанию, а также система соответствующих инвестиционно-управленческих, мониторинговых и контрольно-ревизионных отношений, формируемых и воспроизводимых головным звеном холдинга, которые направлены на поддержание означенных гарантий.

Таким образом, корпоративный контроль означает возможность принятия корпоративных решений в обществе.

Применительно к настоящему делу необходимо дать оценку обстоятельствам наличия корпоративного контроля ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» в ООО «РЭМЗ».

Публичное акционерное общество «Мечел» (правопредшественник – открытое акционерное общество «Мечел») – образовано 19.03.2003 (дата присвоения основного государственного регистрационного номера 

<

***>), находится по адресу: 125167, 

<

...>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. В сведениях об учредителях (участниках) юридического лица указаны следующие лица: закрытое акционерное общество «Углеметкооперация», закрытое акционерное общество «Углемет», общество с ограниченной ответственностью «Метхол», Сo№ares Holdi№g Ag (Конарес Холдинг Аг), Co№ares Tradi№g Ag (Конарес Tрэйдинг Аг), Britta I№vestme№ts Ltd (Бритта Инвестментс Лтд), Skiro№as I№vestme№ts Limited (Скиронас Инвестментс Лимитед), Bodega E№terprises Limited (Бодега Энтерпрайзиз Лимитед), ФИО25. Основной вид деятельности ПАО «Мечел» – вложения в ценные бумаги, дополнительный – консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (т. 6 л.д. 94–113). 

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь» – образовано 05.10.2005 (дата присвоения основного государственного регистрационного номера 1057748473331), место нахождения: 125167, 

<

...>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. В сведениях об учредителях (участниках) юридического лица указано публичное акционерное общество «Мечел» – 100 % доли (

<

***>). В качестве основного вида деятельности ООО «УК Мечел-Сталь» указано консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (т. 6 л.д. 114–120).

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» – образовано 18.07.2008 (дата присвоения основного государственного регистрационного номера 1085410004811), адрес нахождения: 125167, 

<

...>, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц. В сведениях об учредителях (участниках) юридического лица указано акционерное общество «Мечел-Майнинг» – 100 % доли (

<

***>). В качестве основного вида деятельности ООО «УК Мечел-Майнинг» указано консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (т. 6 л.д. 121–126). В свою очередь учредителем акционерное общество «Мечел-Майнинг» выступает ПАО Мечел» – 100 % доли (

<

***>).

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо, а также юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Сталь» является аффилированным с публичным акционерным обществом «Мечел» лицом, так как акционерное общество имеет право распоряжаться долей, составляющей более чем 50 процентов уставного капитала данного лица и лицо принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит акционерное общество

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Мечел-Майнинг» является аффилированным с публичным акционерным обществом «Мечел» лицом, поскольку акционерное общество имеет право распоряжаться более чем 50 процентами общего количества голосов, приходящихся на акции (вклады, доли), составляющие уставный (складочный) капитал данного лица, а также лицо принадлежит к той группе лиц, к которой принадлежит акционерное общество

Таким образом, ООО «УК Мечел-Сталь» и ООО «УК Мечел-Майнинг» являются аффилированными с ПАО «Мечел» лицами с 2005 года и 2008 года соответственно, что также подтверждается списком аффилированных лиц ПАО «Мечел» по состоянию на 31.12.2016.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом согласно указанному Закону аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4 Закона), лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 статьи 4 Закона), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4 Закона), юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 7 статьи 4 Закона).

Закрытое акционерное общество «Энгельсский трубный завод», открытое акционерное общество «Гурьевский металлургический завод», общество с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ», открытое акционерное общество «Златоустовский металлургический завод», закрытое акционерное общество «Металлург Ресурс», общество с ограниченной ответственностью «Металлург-Траст», закрытое акционерное общество «Фроловский электросталеплавильный завод», общество с ограниченной ответственностью «Волгоградский завод труб малого диаметра», закрытое акционерное общество «Ломпром» входили в группу компаний «Эстар». Указанное обстоятельство, в частности, установлено судами в рамках рассмотрения дел № А40-66515/2014, № А76-14165/2014, № А40-110104/2013, № А27-18417/2013, № А27-8374/2009).

Таким образом, вхождение общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» в группу компаний «Эстар» подтверждено в рамках рассмотрения ряда арбитражных дел.

Согласно протоколу 6/10-09 внеочередного общего собрания ООО «РЭМЗ» от 06.10.2009 участниками завода в указанный период являлись ООО «Эстар», владеющий долей 6,272 % уставного капитала общества (генеральный директор – ФИО19) и ECC Holdi№g Establishme№t, владеющий долей в размере 93,728 % уставного капитала общества (т. 1 л.д. 35).

Решением указанного общего собрания полномочия единоличного исполнительного органа общества по договору № 12 передачи полномочий исполнительного органа от 07.10.2009 переданы управляющей организации – обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (т. 1 л.д. 36–42). Полномочия управляющей организацией продлились до 20.02.2012 (протокол заседания совета директоров ООО «РЭМЗ» от 17.02.2012 (т. 1 л.д. 43).

В договоре № 12 передачи полномочий исполнительного органа от 07.10.2009 в банковских реквизитах управляемой организации (ООО «РЭМЗ») указан расчетный счет 

<

***> в коммерческом банке Филиал открытого акционерного общества «Углеметбанк» в г. Москве (к/с 3010181020000000531, БИК 044552531); в банковских реквизитах управляющей организации указан расчетный счет 

<

***> в коммерческом банке Филиал открытого акционерного общества «Углеметбанк» в г. Москве (к/с 3010181020000000531, БИК 044552531).

В договоре № 165/УК-09 от 01.11.2009 в банковских реквизитах исполнителя ООО «УК Мечел-Сталь» указан расчетный счет 

<

***> в Филиале открытого акционерного общества «Углеметбанк» в г. Москве (к/с 3010181020000000531, БИК 044552531).

В договоре № 144/М-10 от 01.02.2010 в банковских реквизитах исполнителя ОАО «Мечел» указан расчетный счет 

<

***> в Филиале открытого акционерного общества «Углеметбанк» в г. Москве (к/с 3010181020000000531, БИК 044552531).

В договоре № З-УКММ/10 от 08.02.2010 в банковских реквизитах исполнителя ООО «УК Мечел-Майнинг» указан расчетный счет 

<

***> в Южно-Кузбасском филиале открытого акционерного общества «Углеметбанк» г. Мыски (к/с 30101810600000000766, БИК 043209766).

Таким образом, у пяти обществ – ООО «РЭМЗ», ООО «НК Инвест», ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» – в период конец 2009 года – начало 2010 года были открыты банковские счета в ОАО «Углеметбанк» (ОГРН 

<

***>).

В соответствии со списком аффилированных лиц акционерного общества «Углеметбанк» (ОГРН 

<

***>), представленном на официальном сайте банка в сети «Интернет» (http://www.coalmetba№k.ru/our-ba№k/Affiliated-perso№s/) к числу аффилированных с банком лиц относятся: ФИО25 (председатель Совета директоров ПАО «Мечел»), ФИО25, ПАО «Мечел», ОАО «Мечел Майнинг», ОАО СК «БАСК» по основанию – лицо, принадлежащее к той группе лиц, к которой принадлежит кредитная организация (т. 66 л.д. 118–121).

Также суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее. В постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 27.02.2017 по делу № А76-21914/2013 сделаны выводы относительно того, что в открытом акционерном обществе «Углеметбанк» за период 26.09.2012 – 13.01.2014 производились платежи с участием компаний, относящихся к группе компаний «Мечел».

Открытие банковского счета в кредитной организации, аффилированной с ПАО «Мечел», свидетельствует о необходимости проведения определенных расчетных операций завода ООО «РЭМЗ» именно через ОАО «Углеметбанк».

Открытое акционерное общество Страховая компания «БАСК» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 09.09.2002. В настоящий момент местом нахождения страховой компании является 

<

...>. Данное юридическое лицо является аффилированным по отношению к акционерному обществу «Углеметбанк» (ОГРН 

<

***>). Как следует из списка аффилированных лиц ОАО СК «БАСК» по состоянию на 31.12.2009, местом нахождения эмитента являлось: 127083, 

<

...>, по данному адресу в настоящий момент находится московский филиал ОАО СК «БАСК», что подтверждается соответствующими общедоступными сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц.

Общество с ограниченной ответственностью «НК Инвест» (дата присвоения основного государственного регистрационного номера 1087746677666 – 26.05.2008) находится по адресу: 127083, 

<

...>. В качестве основного учредителя общества указан Блумнэш Лимитед, которому принадлежит 100 % доли в уставном капитале. Генеральным директором общества является ФИО26 (т. 6 л.д. 127–132).

По адресу 127083, 

<

...>, по которому зарегистрировано ООО «НК Инвест», зарегистрирован ряд принадлежащих группе компаний «Мечел» предприятий: 

– общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом Мечел-Майнинг» (ОГРН 

<

***>, дата прекращения деятельности – 20.10.2014), учредителем которого являлось ОАО «Мечел-Майнинг» (ОГРН 

<

***>);

– общество с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Мечел-Центр» (ОРГН 1037789054159), участником которого является ФИО25 (аффилированное с АО «Углеметбанк» лицо);

– общество с ограниченной ответственностью «Объединенная дирекция «Мечел-заказчик» (ОГРН 

<

***>, дата прекращения деятельности – 12.09.2013), учредителем которого выступало ОАО «Мечел» (ОГРН 

<

***>);

– общество с ограниченной ответственностью «Мечел-сервис» (ОГРН 

<

***>), учредитель – публичное акционерное общество «Мечел» (ОГРН 

<

***>).

В качестве одного из доводов апелляционной жалобы ООО «НК Инвест» указывает на то, что согласно представленным сведениям из системы «Спарк», общество в 2009 году находилось по другому юридическому адресу (т. 70 л.д. 31–33).

Данные из электронной информационной системы «Спарк» в отсутствие аналогичных сведений в регистрационной информации из Единого государственного реестра юридических лиц, не могут быть приняты в качестве допустимого доказательства, поскольку официальным источником данных электронная информационная система «Спарк» не является.

Более того, взаимосвязанность ООО «НК Инвест» и группы компаний «Мечел» подтверждается и другими доказательствами.

ФИО26, являющийся генеральным директором ООО «НК Инвест», также числится генеральным директором ООО «Салиса» (ОГРН 

<

***>), учредителями последнего выступает Компания с ограниченной ответственностью «Сторестко Лимитед», что также указано в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц. Истец в исковом заявлении указывает, что в рамках рассмотрения дела № А50-4833/2014 о несостоятельности (банкротстве) металлургического предприятия ОАО «Нытва» ООО «Салиса» в соответствии с заключением судебной экспертизы о признаках преднамеренного банкротства ОАО «Нытва» является подконтрольным группе «Мечел». Данное обстоятельства подтверждается представленным в материалы настоящего дела заключением № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 по вопросу определения признаков преднамеренного банкротства ОАО «Нытва» в период с 01.04.2011 (т. 64 л.д. 52–130). 

В пункте 13 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По указанным обстоятельствам заключение № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 принимается судом апелляционной инстанции в качестве иного допустимого доказательства.

Из списка аффилированных лиц ОАО «Нытва» по состоянию на 30.06.2011 (информация, подлежащая раскрытию в соответствии с законодательством Российской Федерации о ценных бумагах) ООО «НК Инвест» исполняет функции единоличного исполнительного органа ОАО «Нытва», входит в одну группу лиц с 12.01.2011 (т. 78).

Кроме того, во второй половине 2009 года группа «Мечел» заключила соглашение о сотрудничестве с группой компаний «Эстар» (в которую входили Закрытое акционерное общество «Энгельсский трубный завод», открытое акционерное общество «Гурьевский металлургический завод», общество с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ», открытое акционерное общество «Златоустовский металлургический завод», закрытое акционерное общество «Металлург Ресурс», общество с ограниченной ответственностью «Металлург-Траст», закрытое акционерное общество «Фроловский электросталеплавильный завод», общество с ограниченной ответственностью «Волгоградский завод труб малого диаметра», закрытое акционерное общество «Ломпром», а также Нытвенский металлургический завод – ОАО «Нытва») с целью преодоления экономического кризиса и выхода из предбанкротного и банкротного (ООО «РЭМЗ») состояния. О данном факте указывает само ПАО «Мечел» в консолидированной финансовой отчетности за 2011, 2010 и 2009 отчетные годы, размещенной на официальном сайте ПАО «Мечел» (http://www.mechel.ru/) и являющейся общедоступной информацией (т. 78).

Согласно части 2 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 208-ФЗ «О консолидированной финансовой отчетности», в случае если федеральными законами предусмотрены составление, и (или) представление, и (или) публикация консолидированной финансовой отчетности (сводной бухгалтерской отчетности, сводной (консолидированной) отчетности и баланса) либо если учредительными документами организации, не указанной в части 1 указанной статьи, предусмотрены представление и (или) публикация консолидированной финансовой отчетности, такая отчетность составляется в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2010 № 208-ФЗ «О консолидированной финансовой отчетности». При этом в соответствии с частью 2 статьи 7 Федерального закона от 27.07.2010 № 208-ФЗ «О консолидированной финансовой отчетности» консолидированная финансовая отчетность считается опубликованной, если она размещена в информационных системах общего пользования и (или) опубликована в средствах массовой информации, доступных для заинтересованных в ней лиц, и (или) в отношении указанной отчетности проведены иные действия, обеспечивающие ее доступность для всех заинтересованных в ней лиц независимо от целей получения данной отчетности по процедуре, гарантирующей ее нахождение и получение.

Так, в консолидированной отчетности ПАО «Мечел» (стр. 42) указано следующее (в отчетности группа компаний «Мечел» именуется «Группа»).

Во второй половине 2009 года определенные российские и иностранные металлургические заводы и торговые компании, которые ранее входили в состав Группы «Эстар» или находились под контролем акционеров Группы «Эстар» (далее – «связанные металлургические заводы») стали связанными сторонами Группы посредством присутствия в совете директоров, руководстве, а также посредством прочих схем. В 2009 году в операциях с Группой участвовали следующие компании: ЗАО «Волга ФЭСТ», Ростовский электрометаллургический завод (РЭМЗ), ОАО «Шахта «Восточная», «Экспериментальная ТЭС», Златоустовский металлургический завод, Гурьевский металлургический завод, Волгоградский завод труб малого диаметра (ВЗТМД) и Энгельсский трубный завод (ЭТЗ). Кроме того, в 2010 году Группа начала операции со следующими компаниями: Донецкий электрометаллургический завод, I№victa Mercha№t Bar, Metrus Tradi№g GmbH, MIR Steel, ОАО «Нытва» и Estar Egypt for I№dustries (Египет). Данные операции осуществлялись с учетом общей заинтересованности обеих сторон в расширении деятельности Группы и ассортимента продукции на сталелитейном рынке, в рамках которых связанные металлургические заводы получили доступ к налаженной цепочке поставок и продаж Группы.

За годы по 31 декабря 2011, 2010 и 2009 годов Группа «Мечел» имела следующие операции с связанными металлургическими заводами и текущие остатки по расчетам с ними: 

– перепродажа товаров, приобретенных Группой либо у третьих сторон, либо у предприятий бывшей Группы «Эстар», связанным металлургическим заводам. В 2011, 2010 и 2009 годах поступления от данных продаж составили 203 134 тыс. долл. США, 227 512 тыс. долл. США и 9 002 тыс. долл. США, соответственно;

– выручка от реализации продукции, произведенной Группой, и услуг, оказанных связанным металлургическим заводам, составила 231 217 тыс. долл. США, 218 603 тыс. долл. США и 57 206 тыс. долл. США в 2011, 2010 и 2009 годах, соответственно;

– себестоимость продукции связанных металлургических заводов, использованной в производстве Группы, составила 283 804 тыс. долл. США, 174 821 тыс. долл. США и 4 683 тыс. долл. США в 2011, 2010 и 2009 годах, соответственно;

– себестоимость продукции связанных металлургических заводов, впоследствии проданной Группой клиентам из числа третьих сторон, составила 1 221 419 тыс. долл. США, 974 206 тыс. долл. США и 113 145 тыс. долл. США, включая транспортные расходы, в 2011, 2010 и 2009 годах, соответственно. По мнению Группы, по таким операциям Группа выступала в качестве принципала, и суммы в размере 1 293 487 тыс. долл. США, 1 051 184 тыс. долл. США и 123 653 тыс. долл. США были включены в выручку от реализации продукции в консолидированных отчетах о прибылях и убытках и о совокупном доходе (убытке) за годы, закончившиеся 31 декабря 2011, 2010 и 2009 годов, соответственно.

Связанные металлургические заводы в производственном процессе использовали сырье и полуфабрикаты, приобретенные у Группы. Группа пришла к выводу, что ее продажи связанным металлургическим заводам и закупки Группы у данных предприятий осуществлялись независимо друг от друга и отражаются отдельно в отчетах о прибылях и убытках и о совокупном доходе (убытке).

В ноябре 2011 года владельцы связанных металлургических заводов и Группа заключили соглашение о займе, согласно которому Группа обязалась предоставить займ на сумму 944 530 тыс. долл. США. Займ состоит из нескольких траншей с процентной ставкой от 1% до 8,5% годовых. В качестве обеспечения по займу были заложены акции крупных связанных металлургических заводов (или акции материнских компаний таких связанных металлургических заводов). Связанные металлургические заводы использовали поступления от данного займа для погашения большей части дебиторской задолженности перед Группой. Займ был утвержден кредиторами в составе освобождений от прав требований, полученных в апреле 2012 года. По соглашению о займе в случае, если займ не будет погашен по наступлению срока оплаты (30 сентября 2012 года), Группа будет иметь право реализовать залоговое право в отношении активов, представленных связанными металлургическими заводами, и, таким образом, получить контроль над такими активами с одобрения российской федеральной антимонопольной службы (ФАС).

Согласно части 2 статьи 1 Закона № 208-ФЗ под консолидированной финансовой отчетностью понимается систематизированная информация, отражающая финансовое положение, финансовые результаты деятельности и изменения финансового положения организации, организаций и (или) иностранных организаций – группы организаций, определяемой в соответствии с Международными стандартами финансовой отчетности (статья 2).

В юридической литературе выработан правовой подход, согласно которому консолидированная финансовая отчетность – финансовая отчетность группы, в которой активы, обязательства, капитал, доход, расходы и денежные потоки материнского предприятия и его дочерних предприятий представляются как финансовая отчетность единого хозяйствующего субъекта. Указанная отчетность составляется управляющей организацией для ее использования непосредственно материнской компанией.

Таким образом, само ПАО «Мечел» включило группу «Эстар» и в частности ООО «РЭМЗ» в свою консолидированную отчетность. Данные сведения отражены также и в консолидированной отчетности ОАО «Мечел» за 2014, 2013, 2012 отчетные годы, 2013, 2012, 2011 отчетные годы и 2012, 2011, 2010 отчетные годы.

В числе последствий заключения соглашения о сотрудничестве в 2009 году между группой «Эстар» и группой «Мечел» стало подписание договора № 12 передачи полномочий исполнительного органа от 07.10.2009 обществу с ограниченной ответственностью «НК Инвест», поскольку участником ООО «РЭМЗ» на тот момент являлось ООО «Эстар».

Указанные обстоятельства позволяют сделать вывод, что поскольку по адресу, по которому находится ООО «НК Инвест», находятся также и участники группы «Мечел», генеральный директор ООО «НК Инвест» является также генеральным директором ООО «Салиса» (заявителя в деле о банкротстве ОАО «Нытва» и подконтрольного группе «Мечел»), полномочия исполнительного органа завода ООО «РЭМЗ» были переданы после заключения сотрудничества между группами «Эстар» и «Мечел», постольку ООО «НК Инвест» является аффилированным с группой «Мечел» лицом.

ФИО7 осуществлял полномочия генерального директора ООО «РЭМЗ» после прекращения соответствующий полномочий ООО «НК Инвест» на основании решения совета директоров ООО «РЭМЗ» от 16.02.2017, оформленного протоколом от 17.02.2012 (т. 1 л.д. 43).

В иске ЧКОО ФИО9 ссылается на тот факт, что ФИО7 являлся генеральным директором одного из предприятий, входящих в группу компаний «Мечел» в период с 2007 по 2010 год (т. 66 л.д. 123–126).

Восточноевропейский металлургический дивизион «Мечела», созданный на базе «Мечел Тырговиште», включал в себя также заводы «Мечел Кымпия Турзий» (Mechel Campia Turzii SA, г. Кымпия), Ductil Steel и «Оцелу Рошу». 

Согласно информации, размещенной на официальном сайте компании «Мечел» (http://www.mechel.ru/press/press?rid=25062&oo=1&f№id=68&№ewWi№=0&apage=1&№m=120839&fxsl=view.xsl) генеральным директором АО «Мечел Кымпия Турзий» (г. Кымпия Турзий, Румыния) в частности в 2009 году являлся ФИО7

В списке аффилированных лиц ОАО «Нытва» по состоянию на 30.06.2011 ФИО7 указан членом совета директоров акционерного общества с 18.06.2010.

Как установлено апелляционным судом, ОАО «Нытва», как и ООО «РЭМЗ», входило в группу «Эстар». Управление Нытвенским металлургическим заводом также осуществлялось ООО «НК Инвест». Данное управление стало последствием заключения соглашения о сотрудничестве в 2009 году между группой «Эстар» и группой «Мечел».

В рамках рассмотрения дела № А53-19847/2010 Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом по иску ООО «Проектный институт «Сибирский гипромез» к ООО «РЭМЗ» о взыскании 2 478 858 руб. 02 коп., встречному иску ООО «РЭМЗ» к ООО «Проектный институт «Сибирский гипромез» о признании договора подряда незаключенным, постановлением от 06.04.2011 было утверждено мировое соглашение, в котором от имени ООО «РЭМЗ» выступал управляющий директор ФИО7, действовавший на основании генеральной доверенности от 01.02.2011.

Следовательно, как минимум с 01.02.2011 (еще в период действия полномочий ООО «НК Инвест» в качестве единоличного исполнительного органа на заводе) ФИО7 осуществлял полномочия управляющего директора ООО «РЭМЗ».

В материалы дела представлен ряд договоров поставки, заключенных ООО «РЭМЗ» за период с 2009–2011 годы, из которых усматривается, что от имени завода договоры подписывал управляющий директор ФИО24 (т. 5 л.д. 95–111, т. 6 л.д. 1–4): контракт с Компанией СЧ ФИО27 (Румыния) от 05.03.2010, договор с ООО «Металлург-Траст» от 05.08.2010, договор с ОАО «Ижсталь» от 26.08.2010, контракт с Компанией «Метрус Трейдинг ГмбХ» (Швейцария) от 20.04.2010, договор с ООО «Мечел-Транс» от 01.08.2010.

Иные представленные договоры подписаны ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО7: контракт с Компанией «Мечел ФИО28» от 15.07.2011, договор с ООО «Мечел-Сервис» от 29.08.2011, (т. 5 л.д. 112–121).

Указанными обстоятельствами также подтверждается факт наличия на заводе ООО «РЭМЗ» управляющего директора ФИО29 до его назначения на должность генерального директора (20.02.2012).

Кроме того, истец указывает, что ФИО29 в период 2011–2013 годы являлся участником наблюдательного совета частного акционерного общества «Донецкий Электрометаллургический Завод», аффилированного с ПАО «Мечел», в обоснование представлены подписанные председателем наблюдательного совета ФИО7 сообщение о созыве заседания наблюдательного совета частного акционерного общества «Донецкий Электрометаллургический Завод» (т. 66 л.д. 135) и протокол № 255 заседания наблюдательного совета ЧАО «Донецкий Электрометаллургический Завод» от 18.06.2011 (т. 66 л.д. 136–142).

Следовательно, ФИО22 является лицом, непосредственно руководившим заводом «Мечел Кымпия Турзий» (Румыния), относившимся к Восточноевропейскому металлургическому дивизиону «Мечела» (занимал должность генерального директора), с 18.06.2010 ФИО7 был членом совета директоров акционерного общества «Нытва», с 01.02.2011 стал управляющим директором ООО «РЭМЗ», а с 20.02.2012 генеральным директором завода ООО «РЭМЗ».

Изложенное свидетельствует о непосредственной подконтрольности ФИО29 группе компаний «Мечел» в спорный период.

Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, учитывая изложенные нормы права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об установлении корпоративного контроля со стороны ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» над всей производственно-хозяйственной деятельностью ООО «РЭМЗ» путем передачи полномочий единоличного исполнительного органа завода аффилированному с группой компаний «Мечел» ООО «НК Инвест» (с 07.10.2009 по 20.02.2012), а позднее сотруднику группы компаний «Мечел» ФИО7 (с 20.02.2012 по 20.02.2014),параллельно заключив три по сути идентичных договора № 165/УК-09 от 01.11.2009, № 144/М-10 от 01.02.2010, № З-УКММ/10 от 08.02.2010, благодаря которым ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» получили неограниченный доступ к документации ООО «РЭМЗ», и даже к его производственным объектам, и смогли давать обязательные руководящие указания, которые ООО «РЭМЗ» не мог не исполнять, будучи подконтрольным и подчиненным членам группы компаний «Мечел».

Таким образом, судом апелляционной инстанции на основе оценки в соответствии с требованиями закона относимых, допустимых, достоверных доказательств в их совокупности и взаимной связи, признается доказанным факт наличия у ООО «НК Инвест», ФИО22 статуса единоличного исполнительного органа ООО «РЭМЗ», а также у ООО «Управляющая компания Мечел-Сталь», ПАО «Мечел», ООО «Управляющая компания Мечел-Майнинг» статуса управляющей организации, лиц, имеющих фактическую возможность определять действия ООО «РЭМЗ». 

Об обязательности выполнения руководящих указаний ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» свидетельствуют также и иные доказательства.

В материалы дела представлены копии документов, находящихся в уголовном деле № 2016687696, из которых явствует следующее.

Уголовное дело № 2016687696 возбуждено 31.07.2016 следователем СУ УМВД России по г. Шахты Ростовской области по части 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации (злоупотребление полномочиями) в отношении неустановленных лиц.

В рамках данного уголовного дела постановлением о признании потерпевшим ООО «РЭМЗ» признано потерпевшим, постановлением от 20.09.2016 к участию в деле в качестве представителя потерпевшего допущен начальник юридического отдела ФИО30

Из протокола допроса от 05.08.2016 свидетеля ФИО31 (главный юрисконсульт ООО «РЭМЗ»), работающей на заводе с 02.03.2009, следует, что генеральным директоров ООО «НК Инвест» на основании решения единственного участника общества № 30/08-09 от 30.08.2009 являлся ФИО32. Последний приказом № 72-л/с от 07.10.2009 назначил управляющим директором ООО «РЭМЗ» ФИО24, приказом б/н от 31.01.2011 уволил ФИО24 с занимаемой должности и назначил приказом от 01.02.2011 ФИО7 Решением единственного участника ООО «НК Инвест» № 25-07/2011 от 25.07.2011 полномочия генерального директора ФИО32 прекращены, назначен ФИО33 Свидетель указывает, что в период с 2009 по 2013 годы полное организационно-правовое регулирование деятельности предприятия производилось руководством группы компаний «Мечел». В рамках консультационного взаимодействия по договорам № 165/УК-09 от 01.11.2009, № 144/М-10 от 01.02.2010, № З-УКММ/10 от 08.02.2010 с ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» службы ООО «РЭМЗ» выполняли обязательные указания группы ОАО «Мечел», подтверждением данного факта служат подписанные сторонами договоров акты об оказанных услугах. В соответствии с указаниями были заключены договоры на приобретение сырья (лома черных металлов) и реализацию готовой продукции исключительно с компаниями, входящими в группу «Мечел». Так, договоры на реализацию сортового проката заключались с компаниями ООО «Мечел Сеовис», Мечел Сервис Украина, Мечел Сервис Казахстан, договоры на реализацию заготовки – с компанией Мечел Трейдинг, договоры на закупку сырья – с ООО «Мечел Втормет Ростов», договор энергоснабжения – с ООО «Мечел-Энерго». Заключение договоров с третьими лицами допускалось в крайних случаях на закупку сырья, материалов и прочего только при условии отсутствия соответствующего товара у группы «Мечел», что сопровождалось сложной процедурой согласования возможности заключения подобного договора с руководством ООО «УК Мечел-Сталь» и ОАО «Мечел». Сотрудники юридического отдела ООО «РЭМЗ» подчинялись в своей работе департаменту по правовым вопросам ООО «УК Мечел-Сталь» и опосредованно юристам ОАО «Мечел», распоряжения поступили в основном по электронной переписке. В апреле и октябре 2012 года начальнику юридического отдела ООО «РЭМЗ» ФИО31 поступали указания подписать договоры поручительства по займам группы «Мечел». Указанные договоры подлежали одобрению как крупная сделка, однако были подписаны в обход данного правила без одобрения (т. 64 л.д. 46–51). 

Допрошенный в качестве представителя потерпевшего ООО «РЭМЗ» ФИО30 в протоколе от 20.09.2016 пояснил, что при назначении на должность начальника юридического отдела ООО «РЭМЗ» в декабре 2014 года ему стала доступна документация завода, при изучении которой он узнал следующее. ООО «УК Мечел-Сталь» и ОАО «Мечел» регулярно и систематически в период 2009–2013 годы давало письменные и устные указания управляющим директорам ФИО24 и ФИО7 (в том числе впоследствии в период работы ФИО7 на должности генерального директора ООО «РЭМЗ») относительно ведения финансово-хозяйственной деятельности предприятия и данные указания реализовывались. То есть осенью 2009 года на ООО «РЭМЗ» и ООО «Ломпром Дон» появились менеджеры группы «Мечел», которые взяли под контроль все стороны финансово-хозяйственной деятельности предприятий и вели эту деятельность по систематическим указаниям из головной организации группы «Мечел» вплоть до конца 2013 года. Лом и отходы черных металлов являются для ООО «РЭМЗ» основным сырьем для переработки и производства готовой продукции – металлопроката. До 08.10.2009 денежный оборот между ООО «РЭМЗ» и ООО «Ломпром Дон» происходил через расчетные счета в банке «Промвязьбанк» и иных. С 08.10.2009 (после передачи полномочий единоличного исполнительного органа ООО «НК Инвест») расчеты были переведены в подконтрольный ОАО «Мечел» «Углеметбанк». ООО «РЭМЗ» на данный момент находилось в процедуре банкротства, однако с 16.10.2009 перечисляемые контрагенту ООО «Ломпром Дон» авансы резко выросли с 20–40 млн. руб. до 2,9 млрд. руб. при среднемесячном обороте поставки между ООО «РЭМЗ» и ООО «Ломпром Дон» около 368 млн. руб. Поступившие на расчетный счет ООО «Ломпром Дон» в «Углеметбанке» денежные средства переводились на расчетный счет подконтрольной группе «Мечел» швейцарской компании Mechel Tradi№g AG, либо на счет кипрской компании Вейлдейл Лимитед, через акционерное общество «Народный сберегательный банк Казахстана». По состоянию 11.12.2009 от ООО «РЭМЗ» в адрес ООО «Ломпром Дон» по договору поставки металлолома №0907095 от 09.07.09 выплачен аванс в размере свыше 3,5 млрд. руб., по которому ООО «Ломпром Дон» в дальнейшем осуществляло поставки. При этом поставки осуществлялись в условиях существенно выросших рыночных цен на металлолом, а указываемые в документах о реализации ООО «Ломпром Дон» цены значительно превышали рыночные. Общий оборот между ООО «РЭМЗ» и ООО «Ломпром Дон» за период действия договора составил свыше 32 млрд. руб. Также свидетель пояснил, что от ООО «УК Мечел-Сталь» начальнику юридического отдела ООО «РЭМЗ» ФИО31 поступали указания о подписании договора поручительства по договору займа на сумму 950 млн. долларов США (весна 2012 года) и на 890 млн. долларов США (октябрь 2012 года). Кредиторами по указанным займам выступали принадлежащие группе «Мечел» компании (т. 64 л.д. 38–43).

Из показаний свидетеля ФИО14 (генеральный директор ООО «РЭМЗ»), оформленных протоколом допроса свидетеля от 09.08.2016, следует, что в результате управления ООО «РЭМЗ» ФИО24, ФИО7, ООО «УК Мечел-Сталь» и ОАО «Мечел» у завода возникла кредиторская задолженность перед несколькими предприятиями группы компаний «Мечел» в размере 1 млрд. руб. В период указанного руководства средняя цена по реализации непрерывно-литой заготовки была умышленно занижена, а средняя цена по покупке металлолома наоборот завышена. ООО «УК Мечел-Сталь» ежемесячно направляло ООО «РЭМЗ» рекомендуемые цены для планирования, а также сформированную производственно-сбытовую программу. В 2012 году начальнику юридического отдела ООО «РЭМЗ» ФИО31 поступали указания подписать руководителями ООО «РЭМЗ» договоры поручительства. Для информации ФИО31 было перенаправлено электронное письмо от 11.09.2012 от заместителя директора правового управления по международным вопросам ОАО «Мечел», которое содержало распоряжение в срок до 12.09.2012 оформить договор займа от Скайблока на Сайберлинк суммой до 950 млн. долларов США, срок – до 6 месяцев, 8,5 % в год. В качестве обеспечения предоставлялось поручительство от всех должников группы «Эстар» и залог активов. Также свидетель поясняет, что из материалов дела № А40-110104/2013 ему стало известно, что займа от указанной даты не было, что подтверждается выпиской по счету, однако истец и все ответчики по делу (ряд заводов) в судебном заседании признали иск, таем самым узаконив несуществующий займ (т. 64 л.д. 32–37).

О факте узаконения несуществующего займа также содержится информация в показаниях других свидетелей – ФИО34 (начальник юридического управления «Надежда-влм» (т. 64 л.д. 13–17), ФИО35 (генеральный директор ООО «Компания Соломон» (т. 64 л.д. 18–20).

В соответствии с частью 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены.

С учетом изложенного, апелляционный суд оценивает данные в рамках уголовного дела № 2016687696 свидетельские показания в совокупности с другими доказательствами, представленными по делу.

Кроме того, в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 27.02.2017 по делу № А76-21914/2013 при рассмотрении обоснованности заявленного ко включению в реестр требований кредиторов открытого акционерного общества «Златоустовский металлургический завод» требования Компании Скайблок Лимитед, основанного на решении Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2013 по делу № А40-110104/2013 и договоре поручительства от 27.09.2012, по которому должник обязался отвечать за Компанию Киберлинк Лимитед по договору займа (loa№ agreeme№t) от 26.09.2012, и объединенного для совместного рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора поручительства от 27.09.2012 указаны следующие обстоятельства. Между компаниями Скайблок Лимитед (кредитором) и Киберлинк Лимитед (заемщиком) 26.09.2012 заключен договор займа, по условиям договора займодавец обязался открыть заемщику срочную кредитную линию с размером займа, не превышающим 890 000 000 долларов США. Срок пользования займом стороны определили с 26.09.2012 по 28.06.2013, процентную ставку – в размере 8,5% годовых. Заемщик обязался обеспечить предоставление обеспечения по договору в срок до 30.09.2012 в виде поручительства ряда российских и иностранных юридических лиц, в том числе общества «Златоустовский металлургический завод», совместно поименованных как группа «Эстар», а также в виде выдаваемого иностранными организациями залога в отношении акций других компаний. Из содержания мирового соглашения – договора об урегулировании (settleme№t agreeme№t) от 08.02.2012 следует, что в целях урегулирования задолженности ряда иностранных компаний (заемщиков) перед компаниями Мечел Карбон АГ и Мечел Трейдинг АГ (кредиторов, аффилированных с обществом «Мечел»), заемщики при участии ФИО14 договорились осуществить передачу активов группы предприятий «Эстар» в пользу кредиторов или по их указанию иных лиц. В результате заключения заинтересованными лицами мирового соглашения от 08.02.2012 предприятия группы «Эстар» перешли под контроль лиц, связанных с обществом «Мечел».

Таким образом, в рамках дела № А76-21914/2013 рассматривается действительность выданных группой «Эстар» поручительств (одного из поручительств – ОАО «Златоустовский металлургический завод») по договору займа между компаниями Скайблок Лимитед (кредитором) и Киберлинк Лимитед (заемщиком) от 26.09.2012, на который ссылались свидетели в протоколах допроса по уголовному делу № 2016687696.

Как следует из представленных в настоящее дело доказательств, проект договора займа между компаниями Скайблок Лимитед (кредитором) и Киберлинк Лимитед (заемщиком) от 26.09.2012 действительно направлялся по электронной почте начальнику юридического отдела ООО «РЭМЗ» ФИО31 (т. 1 л.д. 142–153, т. 2 л.д.1–8). В указанном письме содержится требование главного юриста ООО «УК Мечел-Сталь» подготовить договор поручительства по займу. В прикрепленных файлах содержится проект договора займа между указанными компаниями на английском и на русском языке. Из содержания договора усматривается, что кредитор должен предоставить сумму займа в размере 890 000 000 долларов США с 26.09.2012 по 28.06.2013 под процентную ставку 8,5 % годовых. 

В силу положений части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В статье 75 АПК РФ определено, что письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

К письменным доказательствам относятся также протоколы судебных заседаний, протоколы совершения отдельных процессуальных действий и приложения к ним, а также документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также документы, подписанные электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором либо определены в пределах своих полномочий Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Нотариальное действие по обеспечению доказательств путем осмотра Интернет-сайта производится на основании заявления от заинтересованного лица. Заявление составляется в произвольной форме. В заявлении излагаются причины осмотра сайта и порядок осмотра. За достоверность всех данных, изложенных в заявлении несет ответственность заявитель. Нотариус, в соответствии со статьей 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1 «удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе». При этом заявитель предъявляет документ, удостоверяющий личность, нотариус убеждается в его дееспособности.

На нотариальном документе указывается дата и номер приказа органа юстиции о назначении на должность нотариуса только в том случае, когда этого требует инстанция, в которую направляется нотариальный документ. Подпись протокола лицами, участвующими в осмотре сайта, не обязательна. Она может присутствовать по желанию заявителя.

Нотариус удостоверяет идентичность данных, содержащихся в приложении к протоколу, тем данным, которые присутствовали на данной странице во время осмотра сайта и которые впоследствии могли быть удалены. В этом и заключается смысл данного нотариального действия.

Представленные истцом скриншоты страниц электронной переписки оформлены в соответствии с положениями статей 77, 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1, содержат сведения о заверении нотариусом Шахтинского нотариального округа Ростовской области ФИО36 и подтверждены протоколом осмотра сайта, в связи с чем принимаются судом в качестве надлежащего доказательства.

Также истцом представлена удостоверенная надлежащим образом нотариусом электронная переписка между начальником юридического отдела ООО «РЭМЗ» и юристами ООО «УК Мечел-Сталь», в которой содержатся руководящие указания со стороны последнего относительно необходимости осуществления действий. В частности, в переписке содержится указание со стороны ООО «УК Мечел-Сталь» подготовить договор поручительства, являющемуся крупной сделкой по займу, поручителем по которому должен выступать ООО «РЭМЗ», в отсутствие одобрения со стороны его участника ЧКОО ФИО9 (04.04.2012) (т. 1 л.д. 84–112). Аналогичное поручение было исполнено и в октябре 2012, что подтверждается соответствующей электронной перепиской от 04.10.2012, – по указанию ООО «УК Мечел-Сталь» ООО «РЭМЗ» повторно стал поручителем по крупной сделке без соответствующего одобрения (т. 1 л.д. 130–141).

Согласно пункту 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки.

Таким образом, указанными доказательствами подтверждается факт корпоративного контроля со стороны ООО «УК Мечел-Сталь», в процессе которого указанное юридическое лицо давало обязательные указания юридическому отделу ООО «РЭМЗ» по принятию поручительства по займам, кредиторами по которым выступали связанные с группой «Мечел» юридические лица.

Также в предмет доказывания по рассмотрению настоящего спор входит установление недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа либо управляющего, повлекшие неблагоприятные последствия для юридического лица 

Как указывает истец, основным поставщиком металлолома (лома) для ООО «РЭМЗ» до заключения соглашения о сотрудничестве между группами «Эстар» и «Мечел» являлось ЗАО «Ломпром», ООО «Ломпром ДОН», ООО «Ломпром Ростов», ООО «Ломпром Подмосковье», ООО «Ломпром Воронеж», что подтверждается в частности договорами от 01.11.2007, 09.07.2009, 31.12.2008, 09.07.2009 (т. 5 л.д. 138–147, 150–159). Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то обстоятельство, что к каждому из указанных договоров приложены протоколы разногласий.

После подписания соглашения о сотрудничестве групп «Эстар» и «Мечел» – договоры от 14.11.2012 с ООО Ломпром Ростов», от 15.05.2012 с ООО «Мечел–Втормет» (т. 5 л.д. 148–149). В представленных договорах протоколы разногласий отсутствуют.

Таким образом, предприятия группы «Ломпром» (ЗАО «Ломпром», ООО «Ломпром ДОН», ООО «Ломпром Ростов», ООО «Ломпром Подмосковье», ООО «Ломпром Воронеж», ООО «Ломпром Волгоград»), основным видом деятельности которых является заготовка металлолома, входили в группу компаний «Эстар», были основными поставщиками сырья для ООО «РЭМЗ» до заключения соглашения о сотрудничестве групп «Эстар» и «Мечел», и сохранили роль поставщика сырья для ООО «РЭМЗ» после подписания указанного соглашения. 

Вместе с тем, следствием подписания соглашения о сотрудничестве для ООО «РЭМЗ» также явилось включения в число его контрагентов по договорам поставки металлолома для производства предприятий, относящихся к группе «Мечел». Аналогичные последствия наблюдаются и у иных членов группы «Эстар», в том числе «Ломпром».

В постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2015 по делу № А41-46430/14 отражен факт непосредственного сотрудничества предприятий из числа группы «Ломпром» с холдингом «Мечел» – для осуществления деятельности по заготовке металлолома ООО «Ломпром Подмосковье» (поставщик) были заключены договоры поставки сырья с контрагентами ООО «Ломпром Волгоград», ООО «Торговый Дом Мечел», ООО «Ломпром Дон» (покупатели), в рамках реализации которых в адрес общества в 2010 – 2011 гг. и производились реальные поставки лома и отходов цветных металлов. Впоследствии полученное сырье было отгружено покупателям ООО «Ломпром Волгоград», ООО «Торговый Дом Мечел», ООО «Ломпром Дон».

Как указывает истец, основными контрагентами по реализации заготовки непрерывной литой мерной 150х150 и проката (профиля) являлись:

– с 01.10.2009 по 31.12.2009 организация Mechel Tradi№g AG (договор № 1-REMZ/MTAG/09 от 01.09.2009);

– с 01.10.2010 по 31.12.2010 организация Mechel Tradi№g AG (договор № 1-REMZ/MTAG/09 от 01.09.2009), SC LAMI№ORUL SA (контракт № REMZ/LAM/10 от 05.03.2010), METRUS Tradi№g GmbH (контракт № REMZ/METRUS/10 от 20.04.2010), ООО «Металлург-Траст» (договор № 0210005 от 01.08.2010), ОАО «Ижсталь» (договор № 3014сн от 26.08.2010);

– с 01.01.2011 по 31.12.2011 организация METRUS Tradi№g GmbH (контракт № 1-REMZ/METRUS/10 от 20.04.2010), Mechel Tradi№g AG (договор № 1-REMZ/MTAG/11 от 15.07.2011), ООО «Металлург-Траст» (договор № 0210005 от 01.08.2010), ООО «Мечел-Сервис» (договор № 930011210027 от 29.08.2011);

– с 01.01.2012 по 31.12.2012 организация ООО «Мечел-Сервис» (договор № 930011210027 от 29.08.2011), METRUS Tradi№g GmbH (контракт № 1-REMZ/METRUS/10 от 20.04.2010), ООО «Мечел-Сервис Украина» (договор № 233/12-Р от 19.04.2012);

– с 01.01.2013 по 31.12.2013 организация ООО «Мечел-Сервис» (договор № 930011210027 от 29.08.2011), METRUS Tradi№g GmbH (контракт № 1-REMZ/METRUS/10 от 20.04.2010), ОАО «Ижсталь» (договор № 12131002 от 28.02.2013); ООО «Мечел-Сервис Украина» (договор № 233/12-Р от 19.04.2012), ООО «Мечел-Сервис Казахстан» (договор № 709/12-Р от 29.12.2012), ООО «Агросервис» (договор № 133/13-Р (124/13-А) от 04.04.2013).

Основными поставщиками лома цветных металлов для ООО «РЭМЗ» за исследуемый период являлись следующие ломозаготовительные предприятия: ООО «Ломпром» (договор № 460П/07 от 01.11.2007), ООО «Ломпром ДОН» (договор № 0907095 от 09.07.2009, договор № 21-07/09Л от 13.07.2009), ООО «Ломпром Ростов» (договор поставки металлолома № 219-12/08 от 31.12.2008 до 31.12.2009, договор № ПР/2012/Н01-001 от 14.11.2012), ООО «Мечел-Втормет» (договор № 299/12-Р от 15.05.2012, ООО «Ломпром Подмосковье» (договор № 0907092 от 09.07.2009), ООО «Ломпром Воронеж» (договор № 0907094 от 09.07.2009), ООО «Ломпром Саратов» (договор 0907091/09П от 09.07.2009), ООО «Мечел-Транс» (договор № Н-92/10 от 01.08.2010).

Истец указывает, что в результате осуществления контроля за операциями и сделками со стороны ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» возникла разница между ценой реализации готовой продукции и ее рыночной ценой, а также между рыночной и фактической ценой закупки лома. Готовая продукция реализовывалась по ценам гораздо ниже рыночных, закупка сырья осуществлялась по явно завышенной стоимости.

В подтверждение суммы убытков истец ссылается на следующие доказательства: заключение специалиста АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» №1/1005 от 23.05.2016, заключение АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» №3/1601 от 16.01.2017, заключение АНО «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» №4/0903 от 09.03.2017.

В силу части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В целях установления факта причинения убытков и их размера по ходатайству истца ЧКОО ФИО9 судом первой инстанции на основании определения от 13.04.2017 назначено проведение судебной финансово-экономической экспертизы, проведение которой поручено специализированному частному учреждению «Ростовский Центр судебных экспертиз». Перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1. Определить стоимость всей реализованной ООО «РЭМЗ» готовой продукции за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно).

2. Определить стоимость всего приобретенного ООО «РЭМЗ» сырья (лома черных металлов) за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно).

3. Определить рыночную стоимость продукции, выпускающейся и реализованной ООО «РЭМЗ» в периоды с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно).

4. Определить рыночную стоимость приобретенного ООО «РЭМЗ» сырья (лома черных металлов) за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно).

5. На основании ответов на предыдущие вопросы – установить а) наличие или отсутствие разницы стоимости реализованной готовой продукции (фактической стоимости) и рыночной стоимости реализации за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно) и б) наличие или отсутствие разницы стоимости приобретения сырья (лома черных металлов) (фактической стоимости) и рыночной стоимости приобретения аналогичного сырья за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014 (раздельно).

6. При условии положительного ответа на вопрос 5 – установить, находятся ли отклонения от рыночной стоимости фактических цен реализации продукции и закупки сырья в пределах рыночного колебания стоимости.

Указанным определением суд также предупредил экспертов ФИО21 и ФИО20 об уголовной ответственности, предусмотренной статьёй 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения.

В Арбитражный суд Ростовской области 22.06.2017 поступило заключение о результатах судебной финансово-экономической экспертизы № 00302/Э от 14.06.2017 (с учетом исправленных опечаток). 

Заключение о результатах судебной финансово-экономической экспертизы № 00302/Э от 14.06.2017 (далее – заключение № 00302/Э от 14.06.2017) оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, экспертное заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, противоречия в выводах экспертов отсутствуют.

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что подтверждается имеющейся в материалах дела подпиской (т. 45, л.д. 5).

Так, из заключения № 00302/Э от 14.06.2017 следует, что при ответе на первый и второй вопросы объектов исследования являлись реестры входящих товарных накладных ООО «РЭМЗ» за период 2009–2014 годы, содержащие в себе перечень зарегистрированных приходных товарных накладных, на основании которых оприходовался товар в ООО «РЭМЗ» (т. 46 л.д. 20), а также реестры исходящих товарных накладных ООО «РЭМЗ» за период 2009–2014 годы, содержащие в себе перечень инвойсов и товарных накладных, на основании которых оформляется продажа продукции ООО «РЭМЗ» покупателям (т. 46 л.д. 24). 

Кроме того, в распоряжение экспертов судом первой инстанции предоставлены цифровые носители, на которых содержится первичная документация ООО «РЭМЗ» – товарные накладные, аудиторские заключения, бухгалтерская отчетность, стандарты, приказы, учетная политика и иные документы завода (т. 46 л.д. 37–60).

Указанное позволяет сделать вывод, что первичная документация наравне с реестрами товарных накладных была предметом экспертного исследования, в связи с чем довод апелляционных жалоб о том, что исследование проведено без анализа первичной документации подлежит отклонению.

В результате проведенного исследования по первому вопросу эксперт пришел к выводу, что стоимость реализованной готовой продукции ООО «РЭМЗ» за период с 07.10.2009 по 20.02.2012 составляет – 22 027 484 306 руб. 81 коп. с учетом НДС, 21 823 727 930 руб. 54 коп. без учета НДС (в тоннах – 1 476 603,364).

Стоимость реализованной готовой продукции ООО «РЭМЗ» за период с 21.02.2012 по 20.02.2014 составляет – 29 358 150 375 руб. 68 коп. с учетом НДС, 26 505 703 576 руб. 34 коп. без учета НДС (в тоннах – 1 558 665,470) (т. 46 л.д. 28).

В результате проведенного исследования по второму вопросу эксперт пришел к выводу, что стоимость приобретенного сырья (лома черных металлов) ООО «РЭМЗ» за период с 07.10.2009 по 20.02.2012 составляет – 15 541 476 745 руб. 17 коп. (в тоннах – 1 672 215,173).

Стоимость приобретенного сырья (лома черных металлов) ООО «РЭМЗ» за период с 21.02.2012 по 20.02.2014 составляет 17 459 372 321 руб. 91 коп. (в тоннах – 1 665 715,480) (т. 46 л.д. 29).

При ответе на третий и четвертый вопросы по определению рыночной стоимости выпускавшейся и реализованной ООО «РЭМЗ» продукции и приобретенного ООО «РЭМЗ» сырья, экспертами установлены вида выпускаемой и приобретаемой ООО «РЭМЗ» продукции, проведен анализ рынка отрасли за исследуемые периоды га уровне мирового производства и отдельно в России (т. 46 л.д. 30–146).

На основании проведенного исследования по третьему вопросы эксперт пришел к выводу, что рыночная стоимость продукции, выпускавшейся и реализованной ООО «РЭМЗ» в период с 07.10.2009 по 20.02.2012 составляет 25 154 112 347 руб. 12 коп. (без учета НДС), с 21.02.2012 по 20.02.2014 составляет 30 327 662 907 руб. 72 коп.

По четвертому вопросы сделан вывод, что рыночная стоимость приобретенного ООО «РЭМЗ» сырья (лома черных металлов) за периоды: с 07.10.2009 по 20.02.2012 составляет 13 786 804 553 руб. 07 коп. (без учета НДС), с 21.02.2012 по 20.02.2014 составляет 13 632 100 162 руб. 49 коп. (без учета НДС).

При ответе на пятый вопрос экспертом поэтапно проведен сравнительный анализ результатов расчета фактической стоимости и рыночной стоимости реализации готовой продукции и приобретения сырья в рамках исследуемых периодов.

В процессе исследования экспертом выявлена разница стоимости реализации готовой продукции (фактической стоимости) и рыночной стоимости реализации за периоды с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014:

– фактическая стоимость реализации готовой продукции (фактической стоимости) ниже рыночной стоимости реализации с 07.10.2009 по 20.02.2012 на 3 330 385 416 руб. 81 коп.;

– фактическая стоимость реализации готовой продукции (фактической стоимости) ниже рыночной стоимости реализации с 21.02.2012 по 20.02.2014 на 3 821 959 325 руб. 41 коп.

Также выявлена разница стоимости приобретения сырья (лома черных металлов) (фактической стоимости) и рыночной стоимости приобретения за периоды с 07.10.2009 по 20.02.2012 и с 21.02.2012 по 20.02.2014:

– фактическая стоимость приобретения сырья с 07.10.2009 по 20.02.2012 выше рыночной на 1 754 672 192 руб. 10 коп.;

– фактическая стоимость приобретения сырья с с 21.02.2012 по 20.02.2014 выше рыночной на 3 827 276 611 руб. 49 коп.

Поскольку при ответе на пятый вопрос исследования экспертами выявлена разница стоимости, также дан ответ на шестой сформулированный судом первой инстанции вопрос. С целью установления нахождения отклонений от рыночной стоимости фактических цен реализации продукции и закупки сырья в пределах рыночного колебания стоимости, исследовано взаимодействие границ интервалов значений фактических и рыночных цен, проведен статистический анализ разброса цен объектов в рассматриваемом сегменте рынка, установлена типичная мера рыночного колебания стоимости в размере 10,73 % (т. 46 л.д. 9–33).

На основании проведенного исследования по шестому вопросу сделан вывод о том, что отклонения от рыночной стоимости фактических цен реализации продукции и закупки сырья выходят за пределы рыночного колебания стоимости, что отражено в соответствующих гистограммах (т. 46 л.д. 31–33).

Таким образом, в рамках заключения № 00302/Э от 14.06.2017 установлено, что:

– фактическая стоимость стоимости реализации готовой продукции (фактической стоимости) ниже рыночной стоимости реализации с 07.10.2009 по 20.02.2012 на 3 330 385 416 руб. 81 коп.; 

– фактическая стоимость реализации готовой продукции (фактической стоимости) ниже рыночной стоимости реализации с 21.02.2012 по 20.02.2014 на 3 821 959 325 руб. 41 коп.;

– фактическая стоимость приобретения сырья 07.10.2009 по 20.02.2012 выше рыночной на 1 754 672 192 руб. 10 коп.; 

– фактическая стоимость приобретения сырья с 21.02.2012 по 20.02.2014 выше рыночной на 3 827 276 611 руб. 49 коп. (т. 46 л.д. 34–36).

Изложенные в заключении выводы экспертов являются результатом проведенного исследования и оценки полученной информации на основании имеющихся в материалах дела доказательств и их независимом анализе с учетом квалификации и опыта экспертов. Сформулированные по результатам экспертного исследования выводы представляют собой максимально объективную оценку имеющих существенное значение для рассмотрения настоящего дела обстоятельств.

В экспертном заключении содержатся ответы на поставленные судом вопросы, заключение достаточно мотивировано, выводы эксперта ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на представленные судом для производства экспертизы доказательства.

Оснований для непринятия выводов эксперта судом апелляционной инстанции не установлено, как и не установлено оснований для вывода, что эксперт не обладает соответствующей квалификацией.

Нарушений норм процессуального права при назначении экспертизы, исследовании и оценке заключения эксперта в качестве доказательства судом первой инстанции не допущено.

В данном случае заключение эксперта с учетом пояснений, данных экспертом суду первой инстанции непосредственно в судебном заседании, является достаточно ясным и полным.

Согласно части 2 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации круг и содержание вопросов, по которым проводится экспертиза, определяются судом. Определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Суд апелляционной инстанций признает экспертное заключение надлежащим и достоверным доказательством, соответствующим требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не содержащим неясностей и неполноты выводов или противоречий.

Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не свидетельствует о недостоверности или недействительности экспертного заключения.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.) (абзац 9 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В силу пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Привлечение единоличного исполнительного органа либо управляющего к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявлял ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно абзацу 2 пункта 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Согласно подпункту 5 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения (абзац 7 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В результате рассмотрения настоящего спора судом апелляционной инстанции установлены и материалами дела подтверждены следующие обстоятельства.

В июле 2009 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Ростовский электрометаллургический заводъ» по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СулинСтройСервис» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) – определение Арбитражного суда Ростовской области по делу № А53-13332/2009 от 15.07.2009.

В частности с целью предотвращения банкротства завода ООО «РЭМЗ» во второй половине 2009 года между группами «Эстар» (в которую входил завод ООО «РЭМЗ») и «Мечел» заключено соглашение о сотрудничестве.

По итогам подписания указанного соглашения о сотрудничестве с 07.10.2009 полномочия единоличного исполнительного органа ООО «РЭМЗ» переданы ООО «НК Инвест», являющемуся аффилированным с группой «Мечел» лицом.

После 07.10.2009 в число контрагентов ООО «РЭМЗ» включены общества, входящие в группу компаний «Мечел», у завода ООО «РЭМЗ» появляется расчетный счет в аффилированном с ОАО «Мечел» банке – ОАО «Углеметбанк».

По-прежнему находясь в процедуре банкротства (наблюдения) ООО «РЭМЗ» совершает заведомо невыгодные для себя сделки за период с 07.10.2009 по конец 2009 года, следствием которых в том числе становится то обстоятельство, что мажоритарным конкурсным кредитором ООО «РЭМЗ» является компания «Вейлдейл Лимитед» («Valedale Limited») (республика Кипр) с суммой требований 7 534 520 714,47 руб. Вторым крупным по величине требования конкурсным кредитором является Акционерное общество «Народный сберегательный банк Казахстана» (сумма требований 6 819 450 510,47 руб.). Данные сведения установлены определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.01.2010 об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по делу № А53-13332/2009 о банкротстве ООО «РЭМЗ». Данные обстоятельства также отражены в протоколе от 20.09.2016 допроса представителя потерпевшего ООО «РЭМЗ» по уголовному делу № 2016687696. При этом, как следует из определения от 09.12.2009 по делу № А53-13332/2009 о включении в реестр требований кредиторов ООО «РЭМЗ» требования компании «Вейлдейл Лимитед», основанием возникновения задолженности послужила выдача ООО «РЭМЗ» 9 простых векселей на общую сумму 241853052,95 долларов США. 

Для установления корпоративного контроля над заводом ООО «РЭМЗ», между ООО «РЭМЗ» в лице управляющего директора ФИО24, назначенного на должность управляющей организации ООО «НК Инвест», заключены договоры оказания консультационных услуг № 165/УК-09 от 01.11.2009 с ООО «УК Мечел-Сталь», № 144/М-10 от 01.02.2010 с ОАО «Мечел», № З-УКММ/10 от 08.02.2010 с ООО «УК Мечел-Майнинг».

В рамках консультирования по указанным трем договорам к ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» перешли полномочия по фактическому управлению всей деятельностью завода ООО «РЭМЗ», в том числе по производственно-хозяйственному и финансовому направлениям.

Общества «УК Мечел-Сталь», «Мечел», «УК Мечел-Майнинг» получили неограниченный доступ к документации ООО «РЭМЗ», и даже к его производственным объектам, и смогли давать обязательные руководящие указания, которые ООО «РЭМЗ» не мог не исполнять, будучи подконтрольным и подчиненным членам группы компаний «Мечел», поскольку в последнем случае принимал на себя риск ответственности.

Завод ООО «РЭМЗ» действительно избежал банкротства в рассматриваемый период времени, однако в результате корпоративного контроля обществ, входящих в группу компаний «Мечел», и действия в качестве единоличных исполнительных органов ООО «НК Инвест» (07.10.2009–20.02.2012) и ФИО7 (20.02.2012–20.02.2014), являющихся аффилированными с холдингом «Мечел», не получил прибыль, на которую мог рассчитывать в результате хозяйственной деятельности завода, более того, участвовал поручителем по крупным сделкам аффилированных с холдингом «Мечел» лиц, реализовывал продукцию покупателям в основном из группы компаний «Мечел» по явно заниженным ценам и приобретал сырье по завышенным ценам также преимущественно у поставщиков из группы компаний «Мечел».

По итогам проведенной судебной финансово-экономической экспертизы доказана нецелесообразность и невыгодность сделок в товарном обороте ООО «РЭМЗ» за период с 07.10.2009 по 20.02.2012. 

Фактическая стоимость стоимости реализации готовой продукции (фактической стоимости) ниже рыночной стоимости реализации на 3 330 385 416,81 руб. в период с 07.10.2009 по 20.02.2012 и на 3 821 959 325,41 руб. в период с 21.02.2012 по 20.02.2014.

Фактическая стоимость приобретения сырья выше рыночной на 1 754 672 192,10 руб. в период 07.10.2009 по 20.02.2012 и на 3 827 276 611,49 руб. в период с 21.02.2012 по 20.02.2014.

Данные убытки возникли по вине единоличного исполнительного органа ООО «РЭМЗ» (ООО «НК Инвест» и ФИО7 в соответствующие периоды) и его управляющих лиц, имевших фактическую возможность определять действия юридического лица ООО «РЭМЗ», ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг», которые осуществляли контроль за деятельностью завода и его фактическое управление.

Согласно пункту 4 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Так, в обоснование отсутствия умысла ответчиком могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства.

В материалы настоящего дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «НК Инвест», ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг», ФИО7 действовали разумно, добросовестно и в интересах ООО «РЭМЗ».

Напротив, совокупностью представленных в дело доказательствами подтверждается факт злоупотребления со стороны указанных лиц, в результате которого заводу ООО «РЭМЗ» были причинены убытки.

В силу пункта 3 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В случае, если в соответствии с положениями настоящей статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной (пункт 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Таким образом, из содержания пункта 4 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» прямо следует, что ответственность единоличного исполнительного органа общества, а равно управляющего либо лиц, имевших фактическую возможность определять действия юридического лица, является солидарной.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о необходимости солидарного взыскания с ответчиков, поскольку установить степень вины в причиненных убытках каждого из лиц в отдельности не представляется возможным ввиду доказанного в настоящем споре факта аффилированности, взаимосвязанности и заинтересованности ООО «НК Инвест» и ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» в период с 07.10.2009 по 20.02.2012, а также ФИО7 и ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг» в период с 20.02.2012 по 20.02.2014.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований исходя из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для возмещения убытков (наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя, причинно-следственная связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вина причинителя и размер убытков).

Доводы апелляционных жалоб о пропуске срока исковой давности признаются судебной коллегией несостоятельными.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Кодекса).

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что течение срока давности по иску участника общества, обратившегося в интересах юридического лица, начинается со дня, когда такой участник узнал о нарушении прав общества. В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.08.2017 по делу № А01-1761/2016.

Из материалов дела следует, что ЗАО «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» осуществляло независимую проверку бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «РЭМЗ», что подтверждается представленными в материалы аудиторскими заключениями о бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «РЭМЗ» за 2009, 2010, 2011, 2013 годы (т. 44 л.д. 19–30).

Согласно статье 1 Федерального закона от 30.12.2008 № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» аудит – это независимая проверка бухгалтерской (финансовой) отчетности аудируемого лица в целях выражения мнения о достоверности такой отчетности. Для целей настоящего Федерального закона под бухгалтерской (финансовой) отчетностью аудируемого лица понимается отчетность, предусмотренная Федеральным законом от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (с 01.01.2013) или изданными в соответствии с ним нормативными правовыми актами, а также аналогичная по составу отчетность, предусмотренная иными федеральными законами или изданными в соответствии с ними нормативными правовыми актами. Таким образом, по смыслу указанной нормы, аудит проводится в отношении бухгалтерской отчетности, которая, согласно статье 15 Федерального закона «О бухгалтерском учете», составляется по итогам календарного года.

Как указано выше, заключение № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 принято судом апелляционной инстанции в качестве иного допустимого доказательства.

В указанном заключении содержится вывод относительно того, что при проведении аудита бухгалтерской отчетности общества ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» были выданы аудиторские заключения о достоверности бухгалтерской отчетности Общества за 2012–2015гг., фактически не являющейся достоверной во всех существенных отношениях: изменения, внесенные Обществом в показатели бухгалтерской отчетности, являются существенными как по отдельности, так и в совокупности. Соответственно, это могло, наряду с представлением и раскрытием недостоверной бухгалтерской отчетности, ввести в заблуждение пользователей бухгалтерской отчетности, включая конкурсных кредиторов, арбитражный суд о реальном финансовом положении (включая величину чистых активов) и реальных результатах финансово-хозяйственной деятельности Общества в 2012–2015гг. (т. 64 л.д. 127).

Закрытое акционерное общество «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» зарегистрировано 28.04.2005 с присвоением основного государственного регистрационного номера 1057746803641. Согласно содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц сведениям с 28.04.2005 генеральным директором названного общества является ФИО19. 

Согласно протоколу 6/10-09 внеочередного общего собрания ООО «РЭМЗ» от 06.10.2009 участниками завода в указанный период являлись ООО «Эстар», владеющий долей 6,272 % уставного капитала общества (генеральный директор – ФИО19) и ECC Holdi№g Establishme№t, владеющий долей в размере 93,728 % уставного капитала общества (т. 1 л.д. 35).

Таким образом, ФИО19 являлся генеральным директором ООО «Эстар» и именно он подписал протокол собрания, которым осуществлена передача полномочий единоличного исполнительного органа ООО «РЭМЗ» ООО «НК Инвест».

Из заключения № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 следует, что ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» было аудитором ОАО «Нытва», так же как и ООО «РЭМЗ».

Изложенное свидетельствует о том, что ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза», генеральный директор которого (ФИО19) был также и генеральным директором ООО «Эстар»; в свою очередь группы «Эстар» и «Мечел» заключили в 2009 году соглашение о сотрудничестве, следствием которого стало установление корпоративного контроля со стороны группы компаний «Мечел» над ООО «РЭМЗ». Таким образом, тот факт, что аудитором ООО «РЭМЗ» являлось ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза», также относится к числу последствий подписанного соглашения о сотрудничестве, поскольку ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» выступает аффилированным по отношению к ПАО «Мечел» лицом.

Заключив фидуциарные договоры с ООО «УК Мечел-Сталь», ОАО «Мечел», ООО «УК Мечел-Майнинг», ООО «РЭМЗ» не могло не доверять предложенному со стороны компаний «Мечел» аудитору ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза», соответственно, у ООО «РЭМЗ» и у ЧКОО ФИО9 не возникало сомнений в достоверности представленных аудиторских заключений.

Таким образом, подлежит отклонению довод апелляционных жалоб о том, что ЧКОО ФИО9, являясь участником ООО «РЭМЗ», в любой момент могло проверить финансовую (бухгалтерскую) отчетность завода, так как подобная необходимость у участника отсутствовала ввиду содержащихся в аудиторских заключениях выводах ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» о достоверном отражении в отчетности во всех существенных отношениях финансового положения ООО «РЭМЗ» по состоянию на 31 декабря отчетного календарного года, результатов финансово-хозяйственной деятельности и движения денежных средств в соответствии с установленными правилами составления бухгалтерской отчетности.

Суд апелляционной инстанции принимает изложенные в отзывах на апелляционные жалобы доводы ЧКОО ФИО9 о том, что у участника ООО «РЭМЗ» отсутствовала необходимость в перепроверке данных бухгалтерской (финансовой) отчетностью, поскольку аудиторской деятельностью занималось ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза».

Вместе с тем, именно в рамках возбужденного уголовного дела № 2016687696 истцу стало известно о том, что ЗАО «Аудиторская фирма Оптимум Экспертиза» выданы аудиторские заключения о достоверности бухгалтерской отчетности Общества за 2012–2015гг., фактически не являющейся достоверной во всех существенных отношениях. Данный факт установлен в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Нытва» № А50–4833/2014, заключение № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 из которого находится в материалах уголовного дела, возбужденного 31.07.2016. 

Как следует из заключения специалиста (т. 6 л.д. 5–76) автономной некоммерческой организацией «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» № 1/1005 от 23.05.2016 проведено на основании запроса Управления МВД России по городу Шахты 3/15279 от 24.12.2015 о возможности проведения документальной проверки (ревизии) финансово-хозяйственной деятельности, а также исследования записей бухгалтерского учета и оценки бизнеса ООО «РЭМЗ» по материалам проверки КУСП № 4149 от 26.11.2015.

Таким образом, сообщение о совершенном преступлении поступило в следственные органы 26.11.2015. И уже в рамках доследственной проверки за период с 26.11.2015 по 30.07.2016 было проведено исследование деятельности завода ООО «РЭМЗ», оформленное заключением № 1/1005 от 23.05.2016.

Следовательно, ввиду доверительного характера сложившихся отношений, истец в любом случае до момента поступления в органы следствия сообщения о преступлении и начала доследственной проверки не мог знать о том, что ООО «РЭМЗ» причинены убытки, о достоверности факта причиненных убытков ООО «РЭМЗ» узнал из находящихся в материалах уголовного дела заключение № 35-2016 по результатам судебной экспертизы по делу № А50–4833/2014 от 07.11.2016 и заключения автономной некоммерческой организацией «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» № 1/1005 от 23.05.2016.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что истец получил реальную возможность узнать о нарушении с момента поступления в следственные органы сообщения о преступлении, то есть с 26.11.2015.

С учетом изложенного, срок исковой давности подлежит исчислению с 26.11.2015. В связи с тем, что исковое заявление предъявлено в Арбитражный суд Ростовской области 09.01.2017, а общий срок исковой давности в силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливается в три года, доводы о пропуске истцом срока исковой давности подлежат отклонению.

Довод о неизвещенности ФИО7 о времени и месте судебных заседаний при рассмотрении дела судом первой инстанции, а также о необоснованном принятии судом первой инстанции увеличения исковых требований в отсутствие надлежащим образом извещенного ФИО7, противоречит материалам дела.

Статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлен порядок извещения лиц, участвующих в деле, и иных участников арбитражного процесса о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта (ч. 1 ст. 121 АПК РФ).

Судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства (ч. 4 ст. 121 АПК РФ). В случае, если место нахождения или место жительства ответчика неизвестно, надлежащим извещением считается направление извещения по последнему известному месту нахождения или месту жительства ответчика.

Копия судебного акта направляется арбитражным судом по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путем вручения адресату под расписку непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата. Документы, подтверждающие направление арбитражным судом копий судебных актов и их получение адресатом в порядке, установленном статьей 122 Кодекса (уведомление о вручении, расписка, иные документы), приобщаются к материалам дела.

Кроме того, доступ к информации о деятельности арбитражных судов обеспечивается и посредством размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (пункт 128 Регламента арбитражных судов Российской Федерации, установленного постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.03.2010 № 12).

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» разъяснено, что извещение является надлежащим, если в материалах дела имеются документы, подтверждающие направление арбитражным судом лицу, участвующему в деле, копии первого судебного акта по делу в порядке, установленном статьей 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и ее получение адресатом (уведомление о вручении, расписка, иные документы согласно части 5 статьи 122 Кодекса), либо иные доказательства получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся процессе (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), либо документы, подтверждающие соблюдение одного или нескольких условий части 4 статьи 123 настоящего Кодекса.

В пункте 2 части 4 указанной статьи Кодекса установлено, что лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд.

При подаче искового заявления истец в качестве адреса ФИО7 указал следующий: 302025, 

<

...>.

Извещая ФИО7 о принятии иска к производству, суд первой инстанции не располагал никаким иным адресом, кроме представленного истцами.

Судебная корреспонденция, направленная ФИО7, а именно определение о принятии искового заявления к производству от 11.01.2017 возвращено в суд с отметкой об истечении срока хранения 31.01.2017, конверт содержит информацию о попытках вручения корреспонденции.

После предварительного судебного заседания 01.02.2017 суд первой инстанции предпринимал попытки к извещению ФИО7 путем направления телеграммы (т. 7 л.д. 7–8, 40).

В дальнейшем, 15.02.2017 в суд первой инстанции от истца ООО «РЭМЗ» поступило заявление об уточнении адреса проживания ответчика ФИО7, в соответствии с которым местом жительства ФИО7 указан адрес: 

<

...> (т. 7 л.д. 27).

Определения об отложении предварительного судебного заседания от 01.02.2017 и о назначении дела к судебному разбирательству от 14.02.2017 также направлялись судом первой инстанции по уточненном истцом адресу ФИО7, конверты возвращены в суд первой инстанции в связи с истечением срока хранения (т. 8 л.д. 1–2). Определения об отложении судебного разбирательства на 06.04.2017, о приостановлении производства по делу, о назначении судебного заседания на 29.05.2017, о возобновлении производства по делу и назначении судебного заседания на 12.07.2017 также возвращены в суд первой инстанции с отметками об истечении срока хранения(т. 10 л.д. 10, 30, т. 44 л.д. 4, т. 71 л.д. 148).

Направленные ответчику по известным названным адресам извещения о дате, времени и месте судебного разбирательства дела орган почтовой связи возвратил суду, сославшись на причину невручения: «Истек срок хранения». Почтовые отправления разряда «судебное» возвращены отправителю по истечении установленного срока хранения, что подтверждается отметками на конверте и информацией, размещенной на официальном сайте Почты России в сервисе «Отслеживание почтовых отправлений». У суда первой инстанции не было сведений об ином адресе места нахождения ответчика, чем тот, по которому направлялись судебные извещения.

Как поясняет представитель заявителя апелляционной жалобы ФИО7, его доверитель регулярно отсутствует на территории Российской Федерации, а именно в период времени с 28.10.2016 по 05.08.2017, в подтверждение указанного факта в материалы настоящего дела приобщена нотариально заверенная копия паспорт ФИО7, где отражен факт пребывания за пределами Российской Федерации. 

Вместе с тем, 12.07.2017 в отдел делопроизводства Арбитражного суда Ростовской области поступило (отметка канцелярии суда «н» – нарочно) заявление о пропуске срока исковой давности, подписанное ФИО7, что подтверждает, что ответчику было известно о судебном процессе (т. 67 л.д. 18–20).

При изложенных обстоятельствах следует признать, что арбитражный суд принял все предусмотренные законом меры для извещения ответчика ФИО7 о времени и месте судебного разбирательства. При таких данных, в силу пункта 2 части 2 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик считается извещенным надлежащим образом о разбирательстве дела.

Не обеспечив по месту регистрации получение судебной корреспонденции, не приняв мер к извещению арбитражного суда об адресе направления судебных извещений, к отслеживанию движения дела на сайте суда в сети Интернет, заявитель принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

В пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 г. № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Под увеличением размера исковых требований следует понимать увеличение суммы иска по тому же требованию, которое было заявлено истцом в исковом заявлении. Увеличение размера исковых требований не может быть связано с предъявлением дополнительных исковых требований, которые не были истцом заявлены в исковом заявлении.

Согласно правовой позиции, изложенной в и Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.05.2010 № 161/10 по делу № А29-10718/2008, не является достаточным основанием для отмены судебного акта вышестоящей инстанцией принятие судом уточненных требований, если того требует принцип эффективности судебной защиты.

Из материалов дела следует, что 20.06.2017 в Арбитражный суд Ростовской области от соистца ООО «РЭМЗ» поступило (отметка отдела делопроизводства «н» – нарочно) заявление об уточнении предмета исковых требований (т. 44 л.д. 12–13). Уточнения вызваны результатами проведенной судебной финансово-экономической экспертизы. К заявлению приложены подлинные почтовые квитанции от 20.06.2017 о направлении уточнений ответчикам, в частности ФИО7 по известному истцу адресу (т. 44 л.д. 11).

06.07.2017 истцом ЧКОО ФИО9 в канцелярию суда первой инстанции подано аналогичное ходатайство об увеличении предмета исковых требований (т. 66 л.д. 168–169). 

Все сведения о движении дела своевременно опубликованы арбитражным судом на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в том числе заявления об увеличении исковых требований опубликованы 21.06.2017 в 14:57:21 и 07.07.2017 в 14:42:08 соответственно.

Ходатайство о пропуске срока исковой давности предъявлено ФИО7 12.07.2017, то есть после поступления заявлений истцов об увеличении исковых требований.

При таких обстоятельствах суд правомерно принял уточнение иска, располагая сведениями об извещении ФИО7 и о направлении истцом уточнений 20.06.2017.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции признает, что рассмотрение судом первой инстанции заявления истца об изменении размера исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие ответчика ФИО7, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не нарушило принципы арбитражного процесса.

Поскольку не является безусловным и достаточным основанием для отмены судебного акта вышестоящей инстанцией принятие судом уточненных требований, если того требует принцип эффективности судебной защиты, не может служить основанием для отмены решения довод ответчиков о нарушении судом первой инстанции требований статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии уточненного иска.

Довод апелляционной жалобы ФИО7 о необходимости исключения из числа доказательств ходатайства о рассмотрении дела в его отсутствие (т. 71 л.д. 154), признается несостоятельным, ввиду того, что указанное ходатайство поступило в суд первой инстанции после изготовления полного текста обжалуемого решения – 19.07.2017, что следует из входящего штампа отдела делопроизводства суда.

Довод апелляционной жалобы ООО «НК Инвест» (поддержанный и другими апеллянтами), сводящийся к тому, что суд первой инстанции прервал допрос эксперта судебном заседании и общество лишилось возможность задать эксперту вопросы, признается апелляционной коллегией несостоятельным.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с частью 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Частью 3 названной статьи определено, что при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Исходя из данных положений ответчик ООО «НК Инвест» имел возможность заявить в суде апелляционной инстанции ходатайство о вызове эксперта в судебное заседание, однако, как следует из материалов настоящего дела, соответствующим процессуальным правом не воспользовался.

Таким образом, ООО «НК Инвест» не воспользовалось процессуальным правом, предусмотренным частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не представило в суд апелляционной инстанции дополнительные доказательства, поэтому в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Довод о том, что разница в размере убытков, установленных специалистом и экспертами, составила 810 млн. руб., в связи с чем размер убытков определен недостоверно, признается необоснованным.

Заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 13 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Как указывал суд апелляционной инстанции, заключение специалиста автономной некоммерческой организацией «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» № 1/1005 от 23.05.2016 принято судом в качестве иного доказательства (т. 6 л.д. 5–76).

В целях достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность (пункт 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), арбитражный суд в силу положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 9), сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при разрешении споров, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний, – назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле (часть 1 статьи 82).

Внесудебное исследование представляет собой лишь аргументированное мнение эксперта (квалифицированного специалиста в конкретной области) относительно поставленных перед ним вопросов, имеющих значение при рассмотрении конкретного дела. Правовой статус заключения судебной экспертизы определен законом как доказательство, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

С целью установления имеющих значение для рассмотрения настоящего дела доказательств, суд первой инстанции назначил экспертизу, по результатам которой представлено заключение о результатах судебной финансово-экономической экспертизы № 00302/Э от 14.06.2017.

Указанное заключение содержит ответы на поставленные перед ним вопросы. Эти ответы понятны, непротиворечивы, следуют из проведенного исследования, подтверждены фактическими данными.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Экспертное заключение № 00302/Э от 14.06.2017, как установлено судом апелляционной инстанции, соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отражает все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, основанные на материалах дела, у суда отсутствуют основания сомневаться в полноте, обоснованности и объективности выводов экспертизы, в связи с чем принято в качестве надлежащего доказательства по делу.

Обоснованность заключения эксперта предполагает научную, логическую и методическую грамотность проведенного исследования и изложения его результатов, а также подтверждение выводов эксперта соответствующими фактами и аргументами. Таким аргументом, имеющим объективный характер, служит развернутая характеристика примененных методов и выявленных признаков, а также детальное описание хода и результатов проведенных исследований, ссылки на методики, которыми эксперт руководствовался при разрешении поставленных вопросов.

Не является предметом рассмотрения дела изучение разных методов и способов исследования, примененных экспертами двух разных организаций – автономной некоммерческой организацией «Лаборатория судебной экспертизы и оценки» и специализированного частного учреждения «Ростовский Центр судебных экспертиз».

В постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся следующие разъяснения по применению статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Таким образом, размер убытков в рамках настоящего спора установлен с разумной степенью достоверности на основании проведенной судебной финансово-экономической экспертизы.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с тем, что колебание цены реализуемой продукции в размере, не превышающем 15 % от рыночной стоимости на дату совершения сделки, признается несущественным отклонением, поскольку данные оценки относятся к области специальных познаний и в рамках судебной экспертизы по настоящему делу установлено отклонение от рыночной стоимости фактических цен реализации продукции и закупки сырья в пределах рыночного колебания стоимости.

По мнению апелляционной коллегии, все представленные в материалах дела доказательства оценены судом первой инстанции с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности и взаимной связи надлежащим образом, результаты этой оценки отражены в судебном акте.

Из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции также не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы отказать.

Принять отказ закрытого акционерного общества «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» от апелляционной жалобы на решение Арбитражного суда Ростовской области от 18 июля 2017 года по делу № А53-4/2017.

Производство по апелляционной жалобе закрытого акционерного общества «Аудиторская фирма «Оптимум Экспертиза» прекратить.

Решение Арбитражного суда Ростовской области от 18 июля 2017 года по делу № А53-4/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Возвратить публичному акционерному обществу «Мечел» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда 310 000 руб., внесенных за проведение экспертизы по платежному поручению № 02935 от 05.09.2017, в связи с отказом в назначении экспертизы. Перечисление денежных средств произвести на основании заявления публичного акционерного общества «Мечел» с указанием банковских реквизитов для возврата средств.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий И.В. Пономарева

СудьиМ.Г. Величко

В.Л. Новик