АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

№ дела

А46-2552/2023

19 июля 2024 года

город Омск

 

Резолютивная часть решения объявлена 05 июля 2024 года

В полном объеме решение изготовлено 19 июля 2024 года

 

Арбитражный суд Омской области в составе судьи Чекурды Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Токаревой К.И., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 (город Омск),

встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), участника общества с ограниченной ответственностью «Биа» ФИО4 (г. Омск) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>), ФИО3 (г. Омск), о признании договоров частичной уступки права требования (цессии) недействительными,

в судебном заседании приняли участие:

от истцов – ФИО5 по доверенностям от 18.01.2023 (уд. № 342),

от ответчика – ФИО6 по доверенности от 05.07.2022 (паспорт гражданина РФ, диплом), ФИО7 по доверенности от 05.07.2022 паспорт гражданина РФ, диплом),

от третьего лица – не явились, извещены,

от экспертной организации – ФИО8, ФИО9 (паспорта граждан РФ);

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратилась в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Биа» (далее – ООО «Биа», ответчик) о взыскании 2 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.02.2023 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А46-2552/2023, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3 (далее – ФИО3).

Также ИП ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратилась в Арбитражный суд Омской области с исковым заявлением к ООО «Биа» о взыскании 1 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда Омской области от 07.03.2023 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу № А46-2554/2023.

15.03.2023 от истца поступило ходатайство о приобщении дополнительных материалов.

Определением Арбитражного суда Омской области от 26.04.2023 дела № А46-2552/2023 и № А46-2554/2023 объединены в одно производство, объединенному делу присвоен № А46-2552/2023.

20.07.2023 от истца поступило заявление об уточнении исковых требований, в новой редакции ИП ФИО1 просила взыскать с ООО «Биа» 2 500 000 руб. задолженности по договору от 24.09.2020 № 1306, 115 256 руб. 84 коп. неустойки по состоянию на 20.07.2023 с дальнейшим начислением неустойки до момента фактического исполнения обязательства, 1 500 000 руб. задолженности по договору от 24.09.2020 № 1306, 69 154 руб. 10 коп. неустойки по состоянию на 20.07.2023 с дальнейшим начислением неустойки до момента фактического исполнения обязательства.

В судебном заседании 25.07.2023 представитель ответчика ходатайствовал о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы, уточнения исковых требований приняты судом.

08.09.2023 от истца поступило ходатайство о назначении судебной экспертизы с представлением дополнительных кандидатур экспертной организации.

В судебном заседании 16.01.2024 представитель истца представил пояснения, согласно которым имеющиеся различия в местах, где стоят подписи лиц и проставлены оттиски печатей, объясняются тем, что копии, представленные в суд, сделаны с иных экземпляров оригинальных документов, подписанных ФИО3; текст и условия копий договоров и их оригиналов, содержащихся в материалах дела, идентичны.

В судебном заседании 27.02.2024 представитель соистцов представил письменные объяснения от ИП ФИО1, согласно которым в результате зачета на сумму 2 435 000 руб. встречные однородные требования ИП ФИО1 перед ФИО3 по договору частичной уступки прав требования (цессии) от 30.05.2022 б/н, требования ФИО3 перед ИП ФИО1 по договорам займа от 24.02.2022 № 1, от 23.05.2022 № 2 прекращены.

Представитель ответчика в отзыве на исковое заявление отметил, что данные иски направлены на разрешение корпоративного конфликта в ООО «БИА»: группа лиц с бенефициарами ФИО3 и ФИО10 (далее – ФИО10) (бывший супруг ФИО3) стремятся получить контроль над обществом путем создания фиктивной кредиторской задолженности ООО «БИА» в пользу указанной группы лиц; задолженность по договору займа от 24.09.2020 № 1306 у общества отсутствует, что следует из акта экспертного исследования от 30.09.2022 № 2271/3-6, пояснений самой ФИО3, данных в ходе рассмотрения дела № А46-3130/2023; в период нахождения ФИО3 на должности директора ООО «БИА» из общества осуществлен вывод денежных средств на сумму 25 885 168 руб.; экономическая целесообразность заключения договоров займа отсутствовала; договоры уступки заключены за неделю до отстранения ФИО3 от поста директора ООО «БИА»; печать, финансово-хозяйственная документация ФИО3 новому директору общества не передавала; согласие на уступку права требования ООО «БИА» не давало; данная сделка является сделкой с заинтересованностью.

Определением Арбитражного суда Омской области от 05.03.2024 назначена экспертиза по делу, производство по делу приостановлено. Производство экспертизы поручено автономной некоммерческой организации «Западно-Сибирский Экспертно-Правовой Центр».

07.03.2024 ООО «Биа», ФИО4 (далее – ФИО4) обратились в рамках настоящего дела с встречным исковым заявлением к ИП ФИО1, ИП ФИО2 о признании договоров частичной уступки права требования (цессии) недействительными.

Определением Арбитражного суда Омской области от 15.03.2024 встречное исковое заявление принято к производству.

01.04.2024 в материалы дела от экспертного учреждения поступило заключение эксперта от 29.03.2024 № 20-2024.

Определением Арбитражного суда Омской области от 04.04.2024 назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса о возобновлении производства по делу № А46-2552/2023.

В судебном заседании 23.04.2024 производство по делу возобновлено.

Представителем истца заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы, поскольку заключение эксперта от 29.03.2024 № 20-2024 нарушает нормы арбитражного процессуального законодательства, Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В удовлетворении данного ходатайства суд полагает необходимым отказать, руководствуясь следующим.

Основания для проведения повторной экспертизы указаны в части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), согласно которой в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

С учетом пояснений эксперта, данных в порядке части 3 статьи 86 АПК РФ в судебном заседании 02.07.2024, суд исходит из достоверности представленного доказательства, оснований для назначения повторной экспертизы не установлено, экспертом даны исчерпывающие пояснения по заключению, которые опровергают позицию истца о необъективности заключения, наличии противоречий в выводах эксперта.

Отклоняя доводы истца о том, что в определении суда о назначении экспертизы необходимо было указать конкретного эксперта, а не экспертную организацию, а также предупредить об уголовной ответственности конкретного эксперта, суд, руководствуясь статьей 82 АПК РФ, отмечает, что в данном случае проведение экспертизы было поручено экспертному учреждению, наименование которого указано в определении о назначении экспертизы. При этом, производство экспертизы по настоящему делу было поручено экспертной организации, руководитель которой самостоятельно определяет, кому из экспертов этой организации поручить производство экспертизы, а также предупреждает его об уголовной ответственности. Ссылка на необходимость предупреждения эксперта об уголовной ответственности в определении суда содержится. Подписка эксперта о предупреждении об уголовной ответственности в заключении эксперта от 29.03.2024 № 20-2024 содержится.

В материалы дела 03.05.2024 от истца поступило ходатайство о вызове эксперта в судебное заседание для дачи пояснений относительно проведенного исследования.

От ИП ФИО1 16.05.2024 поступил отзыв на встречный иск, согласно которому запрет уступки права требования, установленный договором, не влечет ничтожность договора, но лишь его оспоримость; одобрение сделки не требовалось, поскольку ответчиком не представлены доказательства ее соответствии критериям крупной сделки и сделки, в совершении которой имеется заинтересованность; ООО «Биа» пропущен срок исковой давности.

От ответчика 10.06.2024 поступило ходатайство о постановке перед экспертом дополнительных вопросов.

В судебном заседании 02.07.2024 эксперт представил пояснения относительно заключения.

Протокольным определением от 02.07.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 05.07.2024 до 11 час. 00 мин.

После возобновления судебного заседания представитель соистцов поддержал первоначальные исковые требования, представители ответчика просили в удовлетворении первоначального иска отказать, настаивали на удовлетворении встречных требований, уточнили основания встречного иска, просили признать недействительными договоры в связи с фальсификацией.

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом, явку представителей не обеспечили, в связи с чем суд счел возможным рассмотреть дело по имеющимся доказательствам (статья 156 АПК РФ).

Рассмотрев материалы дела, заслушав явившихся представителей, суд установил следующее.

24.09.2020 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Биа» (заемщик) заключен договор займа № 1306 (далее – договор).

Согласно пункту 1.1 договора займодавец передает (перечисляет) заемщику в собственность денежные средства в размере 4 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу в срок, не превышающий 1 (Один) календарный год (365 дней) со дня поступления денежных средств от займодавца заемщику такую же сумму займа. Предоставление займа является целевым, заем предоставляется для завершения строительства (реконструкции) объекта капитального строительства (крытое физкультурно-оздоровительное сооружение с магазином товаров первой необходимости), расположенного на земельном участке 55:36:090303:3230, и погашения налоговых обязательств ООО «БИА» перед бюджетом по состоянию на 01 сентября 2020 года.

В силу пунктов 2.1, 2.2 заем предоставляется заемщику путем безналичного перечисления денежных средств на счет заемщика, указанный в реквизитах настоящего договора, в течение 10 (Десять) банковских дней с момента подписания настоящего договора. Датой заключения настоящего договора считается день поступления денежных средств на расчетный счет заемщика.

Датой исполнения заемщиком настоящего договора по возврату суммы займа считается дата списания денежных средств с расчетного счета заемщика.

Как указывает истец, факт предоставления займа подтверждается заочным решением Куйбышевского районного суда города Омска от 01.07.2021 по делу № 2-3313/2021.

При этом ООО «Биа» денежные средства в срок, установленный договором, ФИО3 не возвратило.

30.05.2022 между ФИО3 (цедент) и ИП ФИО1, ИП ФИО2 (цессионарии) заключены договоры частичной уступки права требования (цессии) б/н (далее – договоры цессии).

Согласно пункту 1.1 договоров цессии цедент уступает частично, а цессионарий принимает принадлежащее цеденту следующие права требования к обществу с ограниченной ответственностью «БИА» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в размере 2 500 000 руб. (договор с ИП ФИО1), в размере 1 500 000 руб. (договор с ИП ФИО2).

В силу пункта 1.2 право денежного требования возникло из Договора займа от 24.09.2020 № 1306, заключенного между ФИО3 и ООО «БИА».

Действительность права требования удостоверяется:

- Договор займа № 1306 от 24.09.2020 г.;

- актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.05.2022 г. (пункт 1.3 договоров цессии).

В соответствии с пунктом 1.5 договоров право требования переходит от цедента к цессионарию с момента передачи цедентом цессионарию документов, указанных в п.1.3. настоящего договора в том объеме и на тех условиях, которые существовали на момент заключения договора и уплаты цессионарием цеденту.

Согласно пунктам 3.1, 3.4 стороны согласовали цену права требования в размере 1 468 613 руб. (договор с ИП ФИО1), 2 452 101 руб. (договор с ИП ФИО2).

Оплата указанной суммы может быть осуществлена путем проведения зачета встречных однородных требований по договору процентного займа № 3 от 23.05.2022 г., заключенных между ФИО3 и ИП ФИО2, в день заключения договора уступки права требования.

Поскольку документы, приведенные в пункте 1.3 договоров, переданы цедентом цессионариям в день заключения договора цессии, право требования взыскания денежных средств по договору займа от 24.09.2020 № 1306 перешло к соистцам.

Соглашением о зачете встречных однородных требований от 31.05.2022, заключенного между ФИО3 и ИП ФИО2, стороны прекратили взаимные обязательства по договору займа с процентами от 23.05.2022 № 3 и договору частичной уступки права требования от 30.05.2022 б/н на сумму 1 468 213 руб.

Претензии с требованием о возврате сумм займа оставлены ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения ИП ФИО1, ИП ФИО2 в арбитражный суд.

В обоснование встречных исковых требований ООО «Биа», ФИО4 указывают, что договор займа от 24.09.2020 № 1306 в пункте 3.2 содержит условие о запрете переуступки займодавцем своих прав другим лицам без письменного согласия другой стороны. Такое предварительное письменное согласия от ООО «БИА» на уступку права требования по договору займа от 24.09.2020 № 1306 не давало. Строка «Уведомлен: ООО «БИА»» и подпись ФИО3 с печатью ООО «БИА», имеющаяся в договорах уступки, не тождественны и не являются предварительным письменным согласием ООО «БИА» на уступку права требования.

Также отмечено, что данная сделка является сделкой с заинтересованностью, а также в соответствии с пунктом 19.4 Устава ООО «БИА» общим собранием одобряются сделки, связанные с хозяйственной деятельностью общества, если при этом совокупный размер расходов общества связанных с обычной хозяйственной деятельностью общества за один календарный месяц превысит 500 000 рублей.  Таких решений ООО «БИА» также не принималось.

Оценив представленную совокупность доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ, суд усматривает основания для отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований и удовлетворения встречных исковых требований, руководствуясь следующим.

По смыслу статей 8, 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданско-правовые обязательства могут возникать из заключения договоров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 806 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В силу пункта 1 статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

В обоснование исковых требований соистцы ссылаются на состоявшуюся уступку прав требования, оформленную договорами частичной уступки права требования от 30.05.2022 б/н.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

При этом ФИО4, ООО «БИА» указывают на нарушение ФИО3 условий договора займа о необходимости получения согласия общества при переуступке займодавцем права требования по договору.

Действительно, пунктом 3.2 договора займа от 24.09.2020 № 1306 установлено, что займодавец не вправе полностью или частично переуступить свои права по настоящему договору другому лицу без предварительного письменного согласия другой стороны.

При этом доказательства получения ФИО3 такого согласия материалы дела не содержат.

Вместе с тем положениями пункта 3 статьи 388 ГК РФ закреплено, что соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее - Постановление № 54), если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете.

Соглашением должника и кредитора могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого в соответствии с договором согласия на уступку, в частности, данное обстоятельство может являться основанием для одностороннего отказа от договора, права (требования) по которому были предметом уступки (статьи 310,450.1 ГК РФ).

Согласно пункту 17 Постановления № 54 уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Таким образом, сама по себе уступка требования в нарушение соглашения о ее запрете не является ничтожной.

Доводы ФИО4, ООО «БИА» о наличии у оспариваемых сделок признаков крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, злоупотребления права со стороны соистцов документально не подтверждены, доказательств причинения вреда ООО «БИА» также не представлено.

В соответствии с пунктом 19.4 Устава ООО «БИА» общим собранием одобряются сделки, связанные с хозяйственной деятельностью общества, если при этом совокупный размер расходов общества связанных с обычной хозяйственной деятельностью общества за один календарный месяц превысит 500 000 рублей.

Исходя из буквального толкования условий пункта 19.4 Устава, суд приходит к выводу о том, что действительная воля участников общества направлена на установление обязанности одобрения крупных сделок, связанных с обычной хозяйственной деятельностью общества.

Вместе с тем, судом установлено, и сторонами не оспорено, что денежные средства в размере 4 000 000 руб. были перечислены не в рамках обычной хозяйственной деятельности общества, поскольку указанная расходная операция не относится к основному виду деятельности ООО «БИА», а произведена с аффилированным лицом - ФИО3, являвшейся директором ООО «БИА».

Также истцы по встречному иску заявили о наличии сомнений в подлинности подписи ФИО3 в спорных договорах цессии.

В силу пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

На основании части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Перечень проводимых мероприятий по проверке обоснованности заявления о фальсификации доказательств определяется судом с учетом конкретных обстоятельств дела, проверка может быть проведена не только путем назначения судебной экспертизы, но и другими способами, например, путем сопоставления оспариваемого доказательства с другими доказательствами, имеющимися в деле, истребования дополнительных доказательств, допроса свидетелей и т.д.

В целях устранения возникших противоречий определением Арбитражного суда Омской области от 05.03.2024 назначено производство судебной экспертизы, порученное автономной некоммерческой организации «Западно-Сибирский Экспертно-Правовой Центр», на разрешение перед экспертами поставлены следующие вопросы:

1) Кем - самой ФИО3 или другим лицом выполнена подпись от ее имени, расположенная в документах: 

- договор частичной уступки права требования (цессии) № б\н от 30.05.2022 между гр. ФИО3 и ИП ФИО1, 

- акт сверки по состоянию на 31.05.2022 между ООО «Биа» и ИП ФИО1, 

- договор частичной уступки права требования (цессии) № б\н от 30.05.2022 между гр. ФИО3 и ИП ФИО2, 

- акт сверки по состоянию на 31.05.2022 между ООО «Биа» и ИП ФИО2, 

- договор № 1 денежного займа с процентами от 24.02.2022 с Приложением № 1, 

- договор № 2 денежного займа с процентами от 23.05.2022 с Приложением № 1?

2) Выполнена ли подпись на указанных документах иным нежели ФИО3 лицом с подражанием ее подписи?

По результатам проведенной судебной экспертизы в материалы дела представлено заключение экспертизы от 29.03.2024 № 20-2024, в котором содержатся следующие выводы.

При ответе на вопрос 1 эксперт пришел к следующим выводам. Подписи от имени ФИО3, расположенные на документах:

- «Договор частичной уступки права требования (цессии) № б\н г. Омск от «30» мая 2022 г.», заключённый между гр. ФИО3 и ИП ФИО1;

- «Акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.05.2022 между Общество с ограниченной ответственностью «БИА» и ИП ФИО1 по договору Договор частичной уступки права требования (цессии) № б/н от 30.05.2022 г.»;

- «Договор частичной уступки права требования (цессии) № б\н г. Омск от «30» мая 2022 г.», заключённый между гр. ФИО3 и ИП ФИО2;

-  «Акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.05.2022 между Общество с ограниченной ответственностью «БИА» и ФИО2 ИП по договору Договор частичной уступки права требования (цессии) № б/н от 30.05.2022 г.»;

-  «Договор №1  денежного займа с процентами г. Омск «24» февраля 2022 г.»,

заключённый между ФИО1 и ФИО3;

-  «Приложение 1 к Договору № 1 денежного займа с процентами от 24.02.2022 г. График выплаты процентов»;

- «Договор №2 денежного займа с процентами г. Омск «23» мая 2022 г.», заключённый между ФИО1 и ФИО3;

-  «Приложение 1 к Договору № 2 денежного займа с процентами от 23.05.2022 г. График выплаты процентов»,

выполнены не ФИО3, а другим лицами (лицом).

При ответе на вопрос 2 эксперт пришел к следующим выводам. Подписи от имени ФИО3, на указанных документах, выполнены иными, нежели ФИО3, лицами (лицом) с подражанием её подписи.

Возражая относительно допустимости заключения эксперта, соистцами представлено заключение специалиста (рецензия) № 15/04/24, выполненное обществом с ограниченной ответственностью «Бюро судебных экспертиз», в котором приведены следующие недостатки:

- Отсутствует подписка эксперта ФИО8 о предупреждении об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ;

- Эксперт не установила способ выполнения исследуемых подписей (рукописный или нерукописный);

- Экспертом неверно определены и классифицированы «сбивающие» факторы в исследуемых подписях ФИО3;

- Эксперт проводит сравнительное идентификационное исследование в условиях недостаточного количества свободных, полного отсутствия условно-свободных и экспериментальных образцов рукописных записей и подписей, проверяемого лица, что приводит к формированию ложных, антинаучных выводов;

- Общие признаки имеют совпадения по всем группам. Частные же, указанные экспертом, крайне неустойчивы, не существенны и малочисленны;

- Иллюстрации к заключению эксперта не соответствуют требованиям методических рекомендаций по производству экспертиз.

Относительно довода соистцов об отсутствии в материалах дела подписки эксперта о предупреждении его об уголовной ответственности, а также о том, что в определении суда о назначении экспертизы необходимо было указать конкретного эксперта, суд полагает необходимым отметить следующее.

Как указано выше, в данном случае проведение экспертизы было поручено экспертному учреждению, наименование которого указано в определении о назначении экспертизы. При этом производство экспертизы по настоящему делу было поручено экспертной организации, руководитель которой самостоятельно определяет, кому из экспертов этой организации поручить производство экспертизы, а также предупреждает его об уголовной ответственности.

Кроме того, действующее законодательство (пункт 4 части 2 статьи 86 АПК РФ и статья 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ)) устанавливает лишь обязательность наличия подписки эксперта об оповещении его об уголовной ответственности, но не определяет порядок составления такой подписки. В данном случае имеет значение сам факт наличия такого предупреждения до оформления экспертного заключения, содержащего выводы по поставленным вопросам, то есть до того, как заключение может быть использовано в качестве доказательства по делу. Определением от 05.03.2024 о назначении судебной экспертизы эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение эксперта от 29.03.2024 № 20-2024 содержит сведения об опыте работы, образовании и квалификации экспертов (стр. 3-4 заключения), документы, подтверждающие квалификацию экспертов, приложены к заключению (стр. 29-34 заключения).

На стр. 2 заключения эксперта содержится предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения от 12.03.2024.

Вопреки доводам рецензии, на странице 9 заключения эксперта указано, что подписи выполнены без применения технических средств, рукописным способом.

Как пояснил эксперт, в современной методической литературе предлагается лишь указывать факт отсутствия признаков применения технических средств, а не описывать все методы, использованные для определения наличия или отсутствия признаков их применения при выполнении исследуемых подписей.

Исследование в части сбивающих факторов отражено в абзацах 4-6 страницы 9 заключения эксперта, кроме того, из пояснений эксперта следует, что диагностические признаки о наличии в исследуемых подписях признаков выполнения их под воздействием «сбивающих факторов» могут выявляться вообще при отсутствии сравнительных образцов. Выполнение неподлинной подписи непосредственно на документе сопровождается изменением строения штрихов, неравномерным темпом с элементами замедленности, нарушением стройности подписи, при внешнем сходстве подписей просматривается другое исполнение. Различия наблюдаются в мелких, детализированных элементах подписи, в местах сложных для подражания, в цепочках последовательно зависимых признаков. Очень сложно перейти от размашистых движений к мелким, в этом и заключается сложность подделки подписи. Именно такой переход характерен для подписей ФИО3, имеющихся в представленных эксперту образцах:

«…Исследованием образцов подписей ФИО3 установлена их естественная вариационность. Транскрипция подписей состоит: из двух петлевых элементов + мелкий левоокружный штрих - росчерк»,

а в исследуемых подписях данный характерный элемент (переход от «двух петлевых элементов + мелкий левоокружный штрих») вообще отсутствует.

В данном случае в исследуемых подписях изменена транскрипция, отсутствуют отдельные элементы, меняется росчерк, и частные признаки.

Приведенное в рецензии четвертое замечание в части необходимости предоставления свободных образцов подписи в количестве не менее 10 - лишь одна рекомендация из множества научных мнений, но не догма.

Другие авторы указывают и другие цифры (например, от 8 до 10).

Жёстких, обязательных требований по числу обязательно необходимых образцов подписей для идентификационного почерковедческого исследования, не существует.

При этом абсолютно все авторы методических рекомендаций едины во мнении, что свободные образцы почерка (подписи) — наиболее ценный сравнительный материал, так как обычно они выполняются без намеренного изменения признаков почерка, подписи.

При производстве экспертизы, экспертом учитывалось, что наиболее устойчивым является почерк лиц в возрасте 30-60 лет. Почерк проверяемого лица - ФИО3 – сформированный, высоковыработанный. Таким образом, разрыв во времени исполнения исследуемых подписей и образцов вполне допустим и может быть относительно продолжительным, в 10-20 лет между исполнением исследуемых подписей и образцов.

Окончательное решение о достаточности и пригодности для сравнительного идентификационного исследования образцов подписей проверяемого лица всегда, согласно всем методикам и рекомендациям, в каждом конкретном случае принимает сам эксперт, исходя из своих специальных познаний и установленных им индивидуальных особенностей (признаков) исследуемых объектов.

Представленные свободные образцы в полной мере содержат устойчивые индивидуальные комплексы признаков подписи, присущие только конкретному исполнителю.

По пятому пункту рецензии эксперт пояснил, что рецензент намеренно ошибочно утверждает, что общие признаки имеют совпадения по всем группам. Напротив, даже по общим признакам исследуемые подписи имеют ряд различий, о которых эксперт указывает в заключении перед каждой сравнительной таблицей (страницы 9-15 заключения).

Кроме того, наличие совпадений по общим признакам как раз свидетельствует о попытках исполнителя выполнить подписи с подражанием, т.е. максимально внешне похожими на какую-либо оригинальную подпись ФИО3

По шестому пункту рецензии эксперт отметил, что иллюстрации проиллюстрированы в одном масштабе, соотношение величин (размеров) всех подписей, выполненных в образцах, сохранено. Исследуемые подписи и образцы сканированы при одинаковом разрешении, помещены в фототаблицу при одинаковой степени увеличения.

Рекомендации о степени увеличения при фотографировании вообще в данном случае не применимы, т.к. процесс фотографирования вообще отсутствует. Кроме того, данные рекомендации относились именно к фотографированию (к фотосъёмке), а не к фотопечати и не к оформлению фототаблиц по почерковедческим экспертизам.

По смыслу разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Согласно части 2 статьи 82 АПК РФ круг и содержание вопросов, по которым проводится экспертиза, определяются судом. Определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом.

Из приведенных нормоположений следует, что на разрешение экспертов ставятся вопросы, которые требуют специальных познаний и не могут быть разрешены судом на основании применения норм права.

Экспертное заключение является доказательством, которое получено в результате совершения лицом, имеющим определенную квалификацию и опыт, определенных действий, в том числе проведение натурных работ, применение определенной методологии, производство расчетов, в соответствии с установленными стандартами области применения.

Согласно положениям статьи 71 АПК РФ представленное в материалы дела заключение экспертизы, как и любое доказательство, не является для суда обязательным, оценка заключению должна быть дана по общим правилам, установленным АПК РФ.

Квалификация экспертов подтверждена, отводов лицами, участвующими в деле, относительно их кандидатур не заявлено, само заключение содержит ясные, непротиворечивые выводы, в связи с чем какие-либо сомнения относительно его достоверности у суда отсутствуют.

Выводы заключения специалиста (рецензия) № 15/04/24, выполненного ООО «Бюро судебных экспертиз», как иного документа (статья 89 АПК РФ) судом не принимаются ввиду их опровержения мотивированным заключением эксперта.

В связи с этим суд признает установленным факт того, что заключением эксперта доказано, что подпись в договорах цессии выполнена не ФИО3.

Согласно частям 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

За исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

По смыслу статей 160 и 168 ГК РФ наличие в договоре поддельной подписи одного из его участников при том, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствует о недействительности договора как сфальсифицированного документа.

Вместе с тем, если договор, подписанный со стороны одного из его участников неуполномоченным лицом, был впоследствии прямо одобрен заинтересованной стороной, то применяется пункт 2 статьи 183 ГК РФ, согласно которой последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 123 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Судом установлено, что доказательств, свидетельствующих о последующем одобрении ФИО3 оспариваемых сделок, в материалы дела не представлено.

Учитывая приведенное нормативное регулирование и разъяснения, исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи в порядке главы 7 АПК РФ представленные по делу доказательства, включая условия договоров, заключение судебной экспертизы, суд при установленных обстоятельствах приходит к выводу о недействительности договоров частичной уступки права требования (цессии) от 30.05.2022, в связи с их фальсификацией.

Доводы соистцов по первоначальному иску о пропуске срока исковой давности судом отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В рассматриваемом случае истец просил признать договоры недействительными в связи с их фальсификацией.

В пункте 1 статьи 181 ГК РФ определено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по иску, заявленному участником корпорации, не может начать свое течение ранее полной субъективной осведомленности процессуального истца об основаниях для оспаривания сделки, то есть обо всех обстоятельствах, составляющих юридический состав недействительности сделки. В течение периода, когда корпорация в лице противоположной стороны конфликта скрывает необходимую информацию от участника, субъективный срок исковой давности для него не течет (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.06.2023 № 305-ЭС22-29647).

При таких обстоятельствах указание на сокращенный срок исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ) является ошибочным.

На основании части 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Вместе с тем, судом принимаются как обоснованные доводы истцов по встречному иску о том, что о заключении спорных договоров уступки права требования (цессии) от 30.05.2022 ООО «БИА» в лице участника и директора ФИО4 узнало не ранее, чем 09.03.2023 путем ознакомления с материалами настоящего дела.

Учитывая, что спорные договоры являются сфальсифицированными, они признаются судом недействительными в силу ничтожности, при этом в силу статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (часть 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года, в связи с чем доводы о пропуске срока исковой давности подлежат отклонению.

Таким образом, суд полагает необходимым встречные исковые требования удовлетворить, признать недействительными договор частичной уступки права требования (цессии) от 30.05.2022, заключенный между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО1, договор частичной уступки права требования (цессии) от 30.05.2022, заключенный между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО2.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 ГК РФ).

Учитывая признание недействительными договоров уступки, оснований для удовлетворения требований индивидуального предпринимателя ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2 о взыскании задолженности не имеется в силу отсутствия права на взыскание задолженности по договорам займам, заключенным между ООО «БИА» и ФИО3

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 137, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

по первоначальному иску:

в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу обществу с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 15 000 руб. судебных расходов по оплате экспертизы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) в пользу обществу с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 15 000 руб. судебных расходов по оплате экспертизы.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 329 руб. государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) в доход федерального бюджета 1 595 руб. государственной пошлины.

По встречному иску:

признать договор частичной уступки права требования (цессии) от 30.05.2022, заключенный между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), недействительным.

Признать договор частичной уступки права требования (цессии) от 30.05.2022, заключенный между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>), недействительными.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО3 (г. Омск) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Биа» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО4 (г. Омск) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>) в пользу ФИО4 (г. Омск) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО3 (г. Омск) в пользу ФИО4 (г. Омск) 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Омской области в порядке апелляционного производства в Восьмой арбитражный апелляционный суд (644024, 

<

...> Октября, д. 42) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме), а после проверки законности решения в апелляционном порядке также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (625010, 

<

...>) в течение двух месяцев со дня принятия (изготовления в полном объёме) постановления судом апелляционной инстанции.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайтах Восьмого арбитражного апелляционного суда: http://8aas.arbitr.ru и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа: http://faszso.arbitr.ru.

Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

 

Судья                                                                                                       Е.А. Чекурда