АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8116/19 

Екатеринбург

12 февраля 2024 г.

 

Дело № А60-17011/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 29 января 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 февраля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Калугина В.Ю., Тихоновского Ф.И.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023 по делу № А60-17011/2016 Арбитражного суда Свердловской области.

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 (паспорт), ее представители: ФИО2 (доверенность от 01.06.2023), ФИО3 (доверенность от 20.04.2022);

финансовый управляющий ФИО4 (паспорт);

ФИО5 (паспорт);

ФИО6 (паспорт).

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.06.2016 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО7. 

После освобождения ФИО7 от исполнения обязанностей финансового управляющего определением суда от 30.07.2020 в качестве такового утвержден ФИО4

Определением суда от 05.07.2022 процедура реализации имущества ФИО1 завершена с неприменением в отношении должника положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении должника от исполнения обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2022 определение суда в части неосвобождения от долгов отменено, должник освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 15.02.2023 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением суда от 31.08.2023 завершена процедура реализации имущества должника, в отношении ФИО1 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023 определение суда отменено в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором ФИО6 Апелляционный суд не освободил должника от исполнения обязательств перед указанным кредитором.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. В обоснование доводов кассационной жалобы указывает, что должник на протяжении всей процедуры вел себя добросовестно, по первому требованию финансового управляющего представлял документы и информацию, содействовал суду. Должник подтвердил расходование заемных средств в целях ведения и развития бизнеса. Факт направления заемных средств на предпринимательскую деятельность подтверждается представленными в дело доказательствами. Заявитель отмечает, что недобросовестное поведение должника как участника гражданского оборота, выразившееся в ненадлежащим оформлении факта передачи денежных средств обществу, не может повлечь вывод о недобросовестности должника в ходе дела о банкротстве и принятии или исполнении кредитных обязательств, следовательно, не может и послужить основанием для отказа в освобождении от исполнения обязательств. Как указывает ФИО1, заключенные с ФИО6 договоры займа не предусматривали специальных условий расходования заемных средств – должник мог распоряжаться заемными средствами по своему усмотрению, не имел обязанности по их внесению на расчетные счета или иным образом документально учитывать. По мнению заявителя, несмотря на то, что заем между кредитором и должником не был целевым, в действительности между ними сложились инвесторские отношения, инвестор в таком случае несет риск предпринимательской деятельности. Должник просит принять во внимание, что по итогу процедуры не достигается главная цель института банкротства – социальная реабилитация гражданина, процедура банкротства длилась по вине кредитора почти восемь лет, материальное положение должника ухудшилось, семья была признана малоимущей и по настоящее время получает поддержку от государства. При неосвобождении от обязательств должник не сможет заново выстроить экономические отношения и восстановить свою платежеспособность.

 В отзыве на кассационную жалобу ФИО6 просит обжалуемое постановление оставить без изменения. 

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, касающихся неосвобождения должника от обязательств перед кредитором ФИО6 

Как установлено судами и следует из материалов дела, дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 возбуждено Арбитражным судом Свердловской области 18.04.2016 по заявлению самого должника.

Решением арбитражного суда от 14.06.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина.

В реестр требований кредиторов должника включены требования шести кредиторов на общую сумму 9 267 494 руб., в том числе требования: 

акционерного общества «Кредит Европа Банк» на сумму 704 169 руб. (обеспечены залогом), 

акционерного общества «ОТП Банк» на сумму 100 868 руб., 

публичного акционерного общества «Бинбанк» на сумму 287 072 руб., 

Банка «Авангард» на сумму 125 980 руб., 

Федеральной налоговой службы на сумму 10 231 руб., 

публичного акционерного общества «Сбербанк России» на сумму 56 546 руб., 

ФИО6 на сумму 8 686 794 руб.

В ходе процедуры банкротства выявлено следующее имущество:

1) автомобиль Форд Мондео (является предметом залога) – имущество реализовано, стоимость определена в сумме 446 500 руб.; 

2) квартира, расположенная по адресу: 

<

...>;

3) ? доли на земельный участок площадью 542 кв. м, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Полевской, Потребительское общество «Металлург», участок № 3. Торги по реализации имущества проведены, договор купли-продажи не заключен, кредиторы не изъявили желание принять долю в праве собственности в счет погашения обязательств; 

4) доли в уставных капиталах двух юридических лиц: общества с ограниченной ответственностью «Центр дополнительного профессионального образования-Урал» (далее – общество «ЦДПО-Урал») (50 %) – реализована за 10 000 руб. и общества с ограниченной ответственностью «А-Метиз групп» (далее – общество «А-Метиз групп») (50 %) – реализована за 5000 руб.

За счет вырученных от реализации имущества денежных средств требования кредиторов погашены в сумме 401 850 руб.

ФИО1 состоит в браке с 09.07.2014; имеет на иждивении двоих детей.

Определением суда от 05.10.2016 исключены из конкурсной массы должника денежные средства, поступающие на расчетный счет, с наименованием выплат «по уходу за ребенком».

Завершая в отношении должника процедуру банкротства, суд первой инстанции исходил из того, что все мероприятия выполнены, возможности пополнения конкурсной массы исчерпаны. 

В указанной части участниками процесса возражений не заявлено. 

Спорным являлся вопрос о наличии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств. В суде первой инстанции активную позицию по указанному вопросу занимал кредитор ФИО6, который просил не применять в отношении ФИО1 положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве и не освобождать ее от исполнения обязательств. 

Определением суда от 01.12.2016 требования ФИО6 включены в реестр требований кредиторов должника в общей сумме 8 686 794 руб., в том числе 6 200 000 руб. основной долг, 2 486 794 руб. неустойка. 

Из определения суда следует, что должником и кредитором были заключены договоры займа:

- от 17.03.2015 на сумму 4 750 000 руб. без процентов, со сроком возврата до 30.06.2015 включительно. По данному договору осуществлен частичный возврат займа в сумме 1 450 000 руб.;

- от 28.04.2015 на сумму 2 900 000 руб. без процентов, со сроком возврата до 05.06.2015 включительно. Денежные средства по данному договору должником не возвращены.

В ходе судебного разбирательства должник давал пояснения, что заемные средства направлялись им в общества «А-Метиз групп» и «Межрегиональный коммуникационный инжиниринговый автоматизированный центр – Урал» (далее – общество «МКИАЦ-Урал», новое название – «ЦДПО-Урал») на развитие своего бизнеса по поставке оборудования.

В рамках настоящего дела о банкротстве оспорены сделки по выходу ФИО1 из состава участников общества «А-Метиз групп», а также общества «ЦДПО-Урал». 

Определением суда первой инстанции от 16.02.2021 признана недействительной сделка по выходу должника из состава участников общества «А-Метиз групп»; постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2019 признана недействительной сделка по выходу должника из состава участников общества «ЦДПО-Урал»; должник восстановлен в статусе участника каждого из обществ.  

Также была оспорена сделка по передаче должником 6 200 000 руб. обществу «А-Метиз групп» на пополнение оборотных средств. 

Определением суда от 12.06.2019 в удовлетворении заявления отказано. Судами вышестоящих инстанций определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

Судами первой и апелляционной инстанций отмечено, что ФИО1, внося, по ее утверждению, денежные средства в общество «А-Метиз групп», в котором она выступала соучредителем, документально данный факт не оформила (ни корпоративными, ни гражданско-правовыми основаниями), прямых либо косвенных доказательств, опосредующих получение, оприходование и распоряжение обществом денежными средствами не имеется, каких-либо пояснений о расходовании денежных средств не дано, что не позволяет в рамках дела о банкротстве проследить их судьбу и проверить чистоту соответствующих сделок. С указанным выводом согласился  суд округа, дополнительно указав, что стандарты разумного, осмотрительного и добросовестного поведения участника гражданского оборота предполагают документальное оформление с его стороны финансовых операций на столь крупную денежную сумму, тем более полученную в заем; разумных мотивов неоформления финансовых отношений с обществом «А-Метиз групп» должником не приведено.

ФИО6, возражая против освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств, ссылался на вышеуказанные обстоятельства ее недобросовестного поведения, указывал также на то, что в спорный период на родственников супруга должника ФИО5 оформлено недвижимое имущество, погашен ипотечный кредит, в связи с чем есть основания полагать, что выданные в заем деньги были потрачены на указанные нужды.    

При первом рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций указанным обстоятельствам оценку не дали, соответствующие возражения кредитора по существу не проверили, что явилось основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке с направлением дела на новое рассмотрение. Суд округа отметил, что при размере задолженности перед кредиторами в сумме более 9 млн руб. имущественная сфера должника не претерпела увеличения, обстоятельства расходования полученных от кредиторов денежных средств не раскрыты.

Освобождая ФИО1 от исполнения обязательств при новом рассмотрении дела, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности совершения должником действий, которые в силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве могут послужить основанием для неосвобождения должника от обязательств. Судом установлено, что погашение ипотечного кредита по квартире должника осуществлено до возникновения обязательств перед ФИО6, в том числе при помощи отца супруга должника; квартира по ул. Шевченко, 12 в г. Екатеринбурге, приобретена братом супруга должника для своей дочери, при этом он имел для этого финансовую возможность. Далее суд указал, что решения по использованию выданных ФИО6 заемных средств на покупку оборудования для обществ «А-Метиз групп» и «МКИАЦ Урал» принимались при непосредственном участии займодавца, заем являлся целевым, кредитором опосредованно осуществлялась предпринимательская деятельность. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, не установлено.

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев спор в обжалуемой части, пришел к иным выводам – об отсутствии оснований для освобождения должника от исполнения обязательств перед кредитором ФИО6 При этом исходил из следующего.

По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Основная цель института банкротства физических лиц – социальная реабилитация добросовестного гражданина, предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым, непосильным для него обязательствам.

Отказ в применении к гражданину правил об освобождении от долгов является исключительной мерой, направленной либо на защиту других социально значимых ценностей (в частности, таких как право конкретного лица на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, на получение оплаты за труд, алиментов (пункт 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве)), либо на недопущение поощрения злоупотреблений (например, в виде недобросовестного поведения при возникновении, исполнении обязательств и последующем банкротстве, доведения подконтрольной организации до банкротства, причинения ей убытков, умышленного уничтожения чужого имущества (пункты 4 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве)).

Судами установлено и данное обстоятельство участниками спора на стадии кассационного рассмотрения не оспаривается, что приобретение объекта недвижимости родственником супруга, а также погашение ипотечного кредита, не было связано с использованием денежных средств кредитора ФИО6 

ФИО1, как уже было указано, настаивала на том, что полученные в заем от кредитора денежные средства израсходованы на предпринимательскую деятельность, в частности, на развитие бизнеса через общества «А-Метиз групп» и «МКИАЦ Урал».  

Суд первой инстанции признал данное обстоятельство установленным, исходя из пояснений должника и кредитора, который не отрицал факт своей осведомленности о предпринимательской деятельности ФИО1 и ее супруга ФИО5; заключил также, что решения по использованию заемных средств принимались при непосредственном участии ФИО6, в связи с чем он должен нести риск предпринимательской деятельности.  

Повторно оценив обстоятельства получения и использования заемных средств, исследовав представленные в дело письменные доказательства с учетом данных кредитором и должником пояснений, суд апелляционной инстанции пришел к иному выводу, посчитав не доказанным факт пополнения оборотных средств юридических лиц за счет заемных средств, заключил, что обстоятельства расходования полученного займа должником не раскрыты. 

Как уже было указано, в рамках отдельного обособленного спора проверялся довод ФИО1 о передаче денежных средств в сумме 6 200 000 руб. обществу «А-Метиз групп», соответствующий факт не был установлен, документально внесение денежных средств не оформлялось, доказательств, опосредующих получение, оприходование и распоряжение обществом «А-Метиз групп» денежными средствами не представлено, не представлены такие доказательства и при рассмотрении вопроса о завершении процедуры банкротства. 

Должник, утверждая, что заемные средства  израсходованы в целях ведения и развития бизнеса, документально это не подтвердил – в деле отсутствуют как документы о внесении (передаче) денежных средств подконтрольным обществам, так и документы, подтверждающие расходование данных денежных средств в целях ведения бизнеса. Как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, несмотря на то, что должник утверждает о фактической передаче денежных средств в сумме 6 200 000 руб. обществу «А-Метиз групп», активы данного общества, так же как и общества «ЦДПО-Урал», не увеличились, принадлежащие должнику доли в уставных капиталах обществ «А-Метиз групп» и «ЦДПО-Урал» проданы за незначительную сумму (5000 руб. и 10 000 руб.), финансовый управляющий подтвердил, что данные общества не обладали какими-либо активами. Из платежных поручений, представленных должником в дело, усматривается, что общество «МКИАЦ-Урал» в 2015 г. оплачивало металлопрокат, инструмент, краску, оборудование, однако нет достаточных оснований полагать, что соответствующая оплата осуществлялась не за счет самого общества (за счет доходов от хозяйственной деятельности), а за счет заемных средств кредитора. Доказательства, прямо либо косвенно указывающие на то, что ФИО6 имел возможность и фактически распоряжался финансовыми потоками общества, не представлены. Был ли фактически поставлен оплаченный обществом товар, на какие цели приобретенный металлопрокат использован, из дела так же не видно, должник соответствующих пояснений не дал. Сведений о приобретении оборудования для общества «А-Метиз групп» не имеется, по пояснениям должника, оборудование не было поставлено, оплачен лишь аванс в размере значительно меньшем, чем сумма полученного займа. Таким образом, активы, на приобретение которых были потрачены взятые заемные средства в сумме 6 200 000 руб., кредиторам, финансовому управляющему не предъявлены, их судьба подробно и доказательно должником не раскрыта.

Вместе с тем, принятие гражданином на себя столь значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера, возлагают на последнего встречную обязанность по раскрытию своего имущественного положения, цели получения займа, обстоятельств его расходования, и иных сведений, необходимых для финансового анализа, проверки и выявления подлежащего включению в конкурсную массу имущества.

Вопреки позиции кассатора апелляционный суд исходил не из отсутствия надлежащего оформления передачи денежных средств на цели ведения бизнеса (несоблюдение порядка и формы учета денежных средств в обществе), а из отсутствия как таковых фактов вложений в средства компаний, а также отсутствия пояснений об обстоятельствах расходования заемных денежных средств на иные цели. Исходя из указанных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что реальный размер активов должником не раскрыт и от раскрытия обстоятельств, направленных на максимально полное удовлетворение требований кредитора, должник недобросовестно уклоняется.

В соответствии абзацем третьим пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, абзацем пятым пункта 12, абзацем вторым пункта 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, равно как и сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, если должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Суд округа считает, что в данном случае поскольку должником не представлены исчерпывающие сведения о судьбе полученных от кредитора ФИО6 заемных средств, а пояснения должника о вложении денег в целях ведения бизнеса не нашли своего подтверждения, суд апелляционной инстанции обоснованно расценил поведение должника по нераскрытию информации и предоставлению неполных сведений как недобросовестное поведение и не освободил должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором.

Материалы дела исследованы судом апелляционной инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права, сводятся лишь к иной оценке собранных по делу доказательств, между тем переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2023 по делу № А60-17011/2016 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

   Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Г.М. Столяренко 

 

Судьи                                                                            В.Ю. Калугин 

 

                                                                                             Ф.И. Тихоновский